Ирина Долгополова
Пенсионерка

Глава 1

Бледное, почти бесцветное солнце медленно тонуло в вечерних сумерках. Заканчивался еще один день. Ирина долго смотрела на заснеженный пустой московский двор, с высоты пятнадцатого этажа казавшийся совсем маленьким…

Пандемия, затворничество, глубокая депрессия, болезнь, отъезд дочери с внуком – все вместе давило на психику. Даже старая такса Семен, благодаря которой она имела возможность несколько раз в день пройтись вокруг дома, уставшим косым взглядом умоляла о пощаде. Мороз и бесконечный снегопад превратили приятную для пса прогулку в повинность. Осознавая критичность своего состояния, пытаясь вырваться из заточения если не физически, то ментально, Ирина решила действовать. Сколько одиноких людей сейчас находится в таком же положении, подумала она и в поисковой строке набрала одно-единственное слово – «знакомство».

Посыпались разные предложения. Среди них были и от иностранцев, что натолкнуло ее на мысль об изучении французского языка.

«Было бы здорово познакомиться с зятем и его родственниками. Ведь когда-то наступит такой момент, значит, надо готовиться. Сколько можно откладывать? А изучать язык лучше всего с носителем», – загорелась желанием Ирина и приступила к поиску.

Оказалось, что французские мужчины ее возраста – шестьдесят плюс – ищут дам на тридцать лет моложе. Ирина, конечно, расстроилась, но за них порадовалась. Это какое же здоровье надо иметь, чтобы лелеять мечту о молодой женщине?! Наверное, медицина, у них выше всяких похвал!

Пожелав мысленно им всем успеха, Ирина обратила свой взор на категорию постарше. Соискателей оказалось не так уж и много, что совсем не удивило. На ее взгляд, у мужчин после семидесяти были уже другие интересы, хотя…

Внимание Ирины привлекла одна фотография. На ней в полный рост был запечатлен высокий симпатичный мужчина. Стоял он вдалеке, облокотившись спиной о стену и скрестив руки перед собой. Выражение лица было спокойным и уверенным. В описании было указано, что зовут его Мишель, он доктор и желает познакомиться с женщиной в возрасте от пятидесяти пяти до шестидесяти пяти. Ее возраст и пол подходили. Оставалось сфотографироваться, заполнить анкету и предстать во всей красе.

Весь вечер Ирина занималась перетряхиванием гардероба в поисках подходящего наряда. Не найдя ничего нового, примерила пару платьев, в которых обычно выходила в театр или на концерт в Московскую государственную консерваторию. Затем она приняла ванну, вымыла волосы, сделала прическу и макияж. Она так волновалась, словно ей предстояло не сделать снимок, а пойти на свидание.

Когда все приготовления были закончены, и она уже была готова сделать селфи, ее взгляд упал на фотографию в рамочке. Ирина вспомнила, как два года назад, ее пригласила к себе дочь московской подруги, чтобы сделать фотосессию для своего эксперимента. Девушка училась на курсах, и ей нужны были модели. Фокус состоял в том, что надо было позировать, завернувшись в крафтовую бумагу. Серия снимков получилась впечатляющая, но в большинстве своем фотографии были слишком откровенные, чтобы их можно было показать кому-то постороннему. И только одна из них ей понравилась своей невинностью и близостью к ее самоощущению. На снимке Ирина сидела в бумажном кимоно и чалме, слегка повернув голову влево, взгляд падал на сухую тонкую ветвь в руках.

Ни минуты не сомневаясь, она вынула фото из рамки, пересняла на телефон и разместила в своей анкете, указав возраст и то, что ищет мужчину.

Прежде чем уснуть, долго убеждала себя в том, что все сделала правильно. В ее возрасте она уже не должна сомневаться и подвергать себя критике. И без нее найдутся желающие бросить камень.

По несколько раз в день Ирина заходила на страницу врача, но он как будто ее не замечал. Тогда, собравшись с духом, написала ему сама: «Если Вы не против, мы могли бы познакомиться поближе». На этот раз он не заставил себя долго ждать и ответил, что, по его мнению, она для него слишком красива и молода…

Ого!!! В его ответе было признание. Прозвучало то, что каждая женщина, независимо от возраста, мечтает услышать в свой адрес. Семка, почувствовав исходящую от хозяйки волну счастья, вскочил с места, завилял хвостиком и звонко залаял. Ирина подхватила его, и они закружились по комнате.

Немного успокоившись, Ирина вернулась к компьютеру и написала: «Ну что же, я сделала первый шаг. Теперь Вам решать».

А сама все ждала и ждала… Мужчинам тоже свойственно сомневаться в себе, нельзя их за это винить. Просто надо дать время.

Он позвонил неожиданно. Она даже не поняла, откуда раздался громкий булькающий звук. Оказалось, что он исходит от внезапно вспыхнувшего светом монитора компьютера. Еще не совсем проснувшись, Ирина подошла к столу и увидела на экране фотографию своего вчерашнего собеседника. Синяя телефонная трубочка выплясывала в ритме звука. Машинально нажав на нее, боковым зрением заметила часы, показывающие 02:02. Появилось лицо ее визави. Он смеялся как мальчишка и что-то быстро говорил по-французски. Единственное, что было понятно из всего монолога, это знакомое слово «pardon¹». С трудом вспомнив заученную фразу, она выдавила из себя: «Je ne parle pas français²». Мишель прикрыл рукой рот и продолжал смотреть на нее своими большими глазами из-под густых седых бровей домиком. Ирина заметила, что его взгляд опускался и продолжал скользить в том же направлении. Тут до нее дошло, что она стоит перед ним в свободной ситцевой ночной рубашке, а совсем не в концертном платье, в котором хотела фотографироваться. Машинально нажала на красную телефонную трубку, и его лицо исчезло с экрана так же быстро, как и появилось.

«Ну вот и все, золотая карета превратилась в тыкву, – Ирина выдернула шнур от компьютера из розетки. – Все кончено, так и не начавшись. «C’est la vie³» – так говорят французы, наверное, именно в таких случаях. А я-то, дурочка, приняла его смех за радость от встречи».

Она подошла к зеркалу и придирчиво посмотрела на свое отражение. Перед ней стояла маленькая немолодая растрепанная женщина. Былая ее красота и некогда блестящие густые светлые волосы потускнели. Когда-то стройная, подтянутая фигура стала похожа на висящий на детской вешалке плащ.

«И ты еще на что-то надеялась?» – бросила отражению, отходя от зеркала.

Семка, почувствовав неладное, стал, поскуливая, крутиться вокруг хозяйки. Подбежав к пустой миске, ткнулся в нее носом, да так сильно, что та с грохотом завертелась вокруг своей оси. Потом, как бы извиняясь за нарушенную тишину, присел рядом и принялся лизать ее ноги, заискивающе заглядывая в глаза.

В наказание за то, что дерзнула что-то изменить в своей жизни, Ирина приговорила себя к аскезе – освобождению от зависимости к интернету и телефону. А значит, и возвращению к одиночеству… пока на неделю.

Неделя прошла. Снегопад закончился, потеплело. Временами, особенно в солнечную погоду, чувствовалось приближение весны. Прогулки с собакой стали длиннее, что не могло не радовать.

Однажды, возвращаясь домой, Ирина поздоровалась с соседкой по подъезду, тоже собачницей, но та, взглянув на Семена, никак не прореагировала. Просто не узнала меня в медицинской маске, подумала она. Уже в квартире, наклонившись к Семе, чтобы снять ошейник, краем глаза заметила в зеркале чье-то отражение. Выпрямившись, увидела себя, совсем чужую и незнакомую. Глаза полуоткрыты, зубы стиснуты за ниточками безжизненных губ. В страхе отшатнулась от зеркала и прижалась к стене.

«Зачем я это с собой делаю, что хочу себе доказать, почему отравляю себе и без того тяжелую жизнь?» – стучало в висках.

Ирина уверенно подключила компьютер. Первым делом удалила свою страничку на сайте знакомств, затем спокойно вошла в почту и увидела двенадцать входящих писем с незнакомого адреса. Все они были на французском языке. Благодаря электронному переводчику удалось их прочитать. Письма были от того самого Мишеля с сайта знакомств, который звонил ночью неделю назад.

Он очень извинялся, что не учел разницу во времени. Позвонил по видеосвязи, чтобы убедиться, что женщина по переписке настоящая: его предупреждали о мошенниках, скрывающихся под чужими фотографиями. В общем, он несказанно рад, что Ирина его нашла и предложила познакомиться. Прислал несколько своих фотографий в белом халате за рабочим столом. Он был серьезен и преисполнен достоинства. Его загорелая кожа и черты лица выдавали его южное креольское происхождение.

В каждом из последующих писем, которые Мишель отправлял дважды в день, он рассказывал о себе, о родителях, о детстве, проведенном в Гваделупе, о юности в Париже, о работе врача, о положении в мире и ситуации во Франции. Поведал о том, что был женат дважды. Первый раз на однокласснице, которая родила ему двоих сыновей и дочь. В те годы он усиленно учился и много работал, чтобы семья ни в чем не нуждалась. Все дети получили достойное образование. Но время, потраченное на достижение вершин в профессии и на борьбу за выживание в «белом» тогда Париже, сыграло с ним злую шутку. Семья распалась, дети приняли сторону матери и исчезли из его жизни навсегда. Во втором браке длиной в пятнадцать лет его ждало предательство. И вот уже пять лет, как он находится в состоянии развода, но у него хороший адвокат, и они уже у цели.

Из всего вышесказанного было понятно, что человек не принадлежит себе, его служение медицине не терпит присутствия альтернативы ни в каком виде. Он всей душой тянется к семейным отношениям, которые подразумевают участие обоих супругов в воспитании детей и обмен духовной энергией между людьми. А у него на все это времени не остается. Он, как загнанная лошадь, в свои семьдесят лет привык надеяться только на себя и несется галопом по жизни не в силах что-то изменить.

Ирине не хотелось писать ему о себе так же подробно, да он и не просил. Поэтому она ответила кратко: «Вы прощены».

Но этот человек стал ближе. Ирина ему симпатизировала. Он красиво писал. Его жизнь и служение на благо общества внушали ей уважение, особенно на фоне развернувшейся пандемии, принесшей человечеству много горя. Мишель был на самом переднем рубеже обороны и каждый день рисковал собой. Она ждала письма.

Однажды перерыв слишком затянулся.

«А что, если он сильно заболел и рядом никого нет?» – подумала она и написала ему о своем подозрении.

Мишель тут же ответил, что ему очень не хватало обратной связи. А пропал потому, что слишком много работы. Его следующий вопрос поверг ее в ступор: «Когда ты приедешь? Знаю, для вас это сейчас не так просто. Если позволишь, то буду рад помочь. Я не учитель французского, но мне кажется, тебе будет полезно пообщаться с носителями языка и окунуться в культуру Франции. Я покажу тебе Париж, который ты не увидишь ни на одной экскурсии. Сам я живу на юге, в Безье, но куда бы ты ни прилетела, приеду тебя встретить, не сомневайся. Обязательно сделай тест на коронавирус и возьми справку на английском языке. Прививку мы сделаем на месте. Очень жду ответа».

У Ирины возникло впечатление, что он все за них решил. Было несколько непривычно. Последние двадцать шесть лет она самостоятельно несла ответственность за совершаемые поступки. Поэтому в ее ответе сквозило недоумение:

«Сомневаюсь, слишком стремительное развитие событий меня пугает. Мы не так уж близко знакомы, даже язык не поворачивается обратиться к Вам на «ты». Благодарю за приглашение».

И опять недельный перерыв, а потом большое письмо:

«Ты мне очень нужна. Я всегда мечтал о славянской женщине из-за менталитета и верности, которую вы умеете хранить устоявшимся человеческим ценностям. Работая по десять часов в день из-за недостатка врачей и высоких налогов, которые приходится платить, мечтаю о той, которая по утрам встает проводить мужа на работу, напоить кофе, обнять и помахать рукой с порога. Во многом я сам виноват и хотел бы все исправить, но, увы, это невозможно. Может быть, тебе покажется смешным, но твоя фотография с сайта знакомств стоит в рамочке у меня в кабинете на рабочем столе. Мне очень нравилось, когда моя мама в праздничные дни надевала на голову такую же чалму. Ее носили многие женщины как атрибут национального костюма. Не знаю, как ты это делаешь, но я по тебе скучаю. Надеюсь, что тоже нужен тебе, иначе мы не встретились бы на этом сайте».

***

Покидая зону прилета пассажиров парижского аэропорта имени Шарля де Голля, отбросив непокорную челку со лба и расправив плечи, Ирина сделала еще один шаг в новую жизнь. Мишель был в первом ряду встречающих и, смеясь как мальчишка, позвонивший ночью, вышел навстречу.

Глава 2

То, как мужчина водит автомобиль, у Ирины всегда ассоциировалось с его манерой обращения с женщиной. Спокойно, плавно маневрируя и не реагируя на вызовы и сигналы многочисленных такси вокруг аэропорта, они оказались на трассе с указателями движения на юг. Как ни странно, но им не нужны были слова. По радио зазвучала песня на музыку, когда-то сопровождавшую прогноз погоды после программы «Время». Ирина с удивлением посмотрела на Мишеля, и он назвал ей имя певицы – Мари Лафоре. Она пела о Манчестере с Ливерпулем и о любви. Ирина же про себя повторяла слова этой же песни в исполнении Муслима Магомаева: «”Я люблю!” сказала ты, и в небе загорелись две звезды. Я прощу, а вдруг они простить не смогут никогда».

Прикрыв глаза, Ирина мгновенно уснула. Длинный перелет, связанный с задержкой вылета, и усталость сделали свое дело.

Раздался щелчок открывающейся двери багажника. Не понимая, где они и как долго спала, Ирина повернулась на звук. Мишель достал вещи и ушел в направлении здания с красивой светящейся вывеской. Это был отель.

Минут через десять Мишель вернулся и предложил ей прочесть на своем смартфоне то, что перевел при помощи Гугл-переводчика: «Ирина, до моего дома ехать еще четыре часа. Я принял решение сделать остановку и переночевать в этом прекрасном месте. Я снял два номера. Твои вещи уже наверху. До ужина у нас есть время принять душ и переодеться. Надеюсь, тебе все понравится».

Отель находился в лесу и был похож на миниатюрный замок. На каждой из башенок горели светильники в виде факелов. Это было старинное поместье, приспособленное под гостиницу. На каменных полах всюду лежали ковры, горели хрустальные люстры, приятно пахло хвоей. Антикварная, хорошо отреставрированная мебель из массива дерева дополняла роскошный интерьер. Они прошли через диванную гостиную, в которой располагался камин. Несколько аккуратно сложенных поленьев занимались яркими языками пламени и весело трещали. Где-то недалеко позвякивали бокалы: в ресторане накрывали столы для ужина.

Ирина с Мишелем поднялись на второй этаж и, улыбнувшись, разошлись по своим номерам, которые находились напротив друг друга.

Комната Ирины была маленькая, но очень уютная. Светлые в цветочек обои в стиле прованс делали ее просторной. Светильники были выполнены из металла, окрашенного в зеленый цвет. Изогнутые стебли венчали тюльпаны из тонкого, чуть тонированного стекла. Кровать была застелена нежно-розовым тонким пледом, а наволочка своей формой и белизной напоминала остроконечный сугроб.

Ирина вспомнила их деревенский дом в Тверской области, так же окруженный лесом, маму, вносящую с мороза охапку сухого, будто накрахмаленного, пахнущего свежестью постельного белья. И опять память соединила две страны невидимыми, но такими крепкими нитями.

Готовая спуститься к ужину, она открыла дверь номера, намереваясь постучать к Мишелю. В этот момент он появился в дверях и, оглядывая ее, воскликнул:

– Irina, tu es très belle ⁴!

«Как ты красива!» – это была одна из фраз, которую он не уставал повторять, и она выучила ее в первый же день.

– Merci beaucoup⁵, Мишель! – неожиданно ответила Ирина.

Он был в восторге и в порыве счастья обнял ее. Это было первое чувственное прикосновение. Смутившись, Мишель извинился. Его непосредственность ей нравилась. В этом он был похож на нее. С каждой минутой Ирина все больше проникалась доверием к этому человеку.

Столик у камина как будто ждал именно их. Начищенные столовые приборы, отблеск каминного огня в тончайших бокалах, маленькая вазочка с букетиком первых весенних цветов приветствовали посетителей ресторана. Приглушенный свет и тихий джаз делали атмосферу таинственной и одновременно домашней. Синее бархатное платье Ирины соответствовало этому изысканному окружению.

Обслуживающий персонал был внимателен и подчеркнуто любезен. Молодой человек отодвинул стул, приглашая даму занять место поближе к камину. Мишелю же вручил папочки с меню, поняв по ее не французскому «мерси», что кавалер будет играть главную роль в выборе блюд сегодняшнего ужина.

Зал постепенно заполнялся. Некоторые гости входили в ресторан с улицы, здоровались и на ходу снимали верхнюю одежду, оставляя ее встречающему портье. Повсюду слышалось «Bonne soirée»⁶ в качестве пожелания хорошего вечера.

Мишель не сводил с Ирины глаз. Его улыбка излучала восхищение и теплоту. Сидя напротив, она наконец смогла его хорошо рассмотреть. Шрам от нижней губы к подбородку совсем его не портил. Карие глаза в обрамлении по-девичьи длинных ресниц искрились счастьем. Его кожа была смуглой, но черты лица тонкие. Только густые вьющиеся седые волосы выдавали его давние арабо-африканские корни. Для своих лет он прекрасно сохранился. А в молодости, скорее всего, пользовался повышенным вниманием женского пола.

«Хорошо, что мы встретились на закате наших дней», – подумала Ирина и улыбнулась. Мишель будто прочел ее мысли, утвердительно покачал головой и тоже улыбнулся. Затем протянул вперед свою руку, как бы приглашая последовать его примеру, и она, не раздумывая, ответила на его жест. В ее ладонь что-то упало. Когда он убрал руку, Ирина увидела маленький плоский кусочек золота в виде бабочки. Это был кулон на тоненькой цепочке с гравировкой Guadeloupe⁷. Она поблагодарила Мишеля взглядом и надела цепочку на шею.

Молодой официант принес приветственные бокалы с шампанским и овальное блюдо с маленькими, до хрустящей корочки поджаренными лодочками багета и вазочкой с густым ароматным соусом. Пожелав им «Bon appetit⁸», – принял заказ и удалился.

Мишель напечатал в телефонном переводчике то, что хотел сказать, и передал его Ирине. Она прочла: «Нужно побыстрее расправиться с багетом и соусом, иначе они заберут, решив, что мы не голодны и ждем основное блюдо. Соус называется «Тапенада» и приготовлен из зеленых оливок, каперсов, вяленых помидоров, прованских трав и оливкового масла». Он лукаво подмигнул и, густо намазав кусочек багета соусом, протянул ей со словами: «c'est très bon!», что улеглось в ее копилочку выражений как «Это очень вкусно».

Расправившись с закуской, они наслаждались общением, как заговорщики по очереди склоняясь над телефоном, обменивались мыслями и впечатлениями. Периодически посмеивались над шутками, привлекали к себе внимание, так как со стороны это выглядело несколько странно. Но они как будто были одни в этом зале, в этом лесу, во всей вселенной.

Очень неторопливый сервис ресторанов во Франции в данном случае был для этой пары только на руку. Они бы долго еще не замечали присутствия официанта, если бы молодой человек, подойдя тихонько, не постучал о краешек стола. В другой руке он ловко держал поднос.

– Foie gras⁹? – театрально четко произнес и доброжелательно-рекомендательно покачал головой юноша.

– Oui, oui, merci¹⁰! – словно по волшебству опять вырвалось у Ирины.

Ее удивило, откуда Мишель узнал о ее давнем желании попробовать нежнейшее фуа-гра. И вот оно стояло перед ней, источая тонкий аромат. Повар добавил к блюду несколько долек печеного глазированного яблока с ягодами красной и черной смородины. С первого взгляда можно было оценить искусство и творческую фантазию, вложенную просто в подачу блюда. Ирина отделила небольшой кусочек и попробовала. Сочетания оттенков вкуса были неожиданными, но тем не менее звучали гармонично, дополняя друг друга. Печень, замаринованная в Мадере со специями, прежде чем отправиться в духовку, сохранила столько ароматов, что некоторые так и остались для Ирины загадкой. Было время, когда она сама любила изобретать нестандартные рецепты блюд, но то, что ей открылось сейчас, предвосхитило все ее ожидания.

Мишель наслаждался говядиной по-бургундски в густом соусе из бульона и вина, лесных грибов и овощей.

Затем подали виноградные улитки с сырно-чесночной начинкой, поданные в оригинальных тарелочках с углублениями, напоминающими палитру для красок, со специальными маленькими вилочками. Сразу вспомнилось крымское детство среди виноградников и абрикосовых садов. Сколько этих улиток было выброшено через забор ради спасения урожая! Знать бы раньше, что они могут пригодиться в хозяйстве.

В завершение ужина принесли десерт, напоминающий желе с цукатами и орехами. А от традиционной дегустации разнообразных местных сыров на выбор Ирина отказалась. Каждое блюдо сопровождалось фужером вина, от которого наступило легкое головокружение и некоторое перенасыщение. Ирина, расслабившись, нарушила устоявшийся годами режим питания. Последние десять лет, чтобы сохранить остатки былой фигуры, на ужин употребляла только любимую простоквашу. Поэтому она ощутила мимолетное чувство вины, но подумать об этом пообещала себе завтра… на свежую голову.

Мишель помог Ирине открыть номер. Немного подождал. Убедившись, что она в порядке, пожелал «Bonne nuit¹¹!» и спокойно закрыл дверь. Она подошла к кровати, накинула на плечи розовое пушистое покрывало и ненадолго прилегла.

Яркие лучи весеннего утреннего солнышка коснулись ее лица. Послышался тихий стук. Через минуту дверь открылась, и на пороге номера появился Мишель с маленьким подносом в руках.

Он принес для нее кофе в постель, о котором она столько раз слышала.

Глава 3

Не дожидаясь завтрака, захватив с собой предложенные им круассаны с минеральной водой, Ирина и Мишель собрались в путь. До Безье им предстояло проехать почти четыреста километров. Тойота, сиротливо стоящая у отеля, была покрыта инеем. Ночные заморозки противились наступлению календарной весны. Было ясно и солнечно. Птицы уже проснулись, и каждая на свой лад распевалась, напоминая настройку инструментов оркестра перед предстоящим концертом. Настроение было прекрасным. Мишель, прогревая машину, тоже мурлыкал какую-то мелодию. «Сколько же способностей нам предстоит открыть друг в друге!» – подумала Ирина и заняла пассажирское кресло рядом.

Дорога шла через лес. Вначале петляя, она наконец выпрямилась и пошла под уклон. Изредка встречались вырубки с аккуратно сложенными бревнами. Асфальтовая дорога резко сменилась на хорошо укатанную грунтовую. На экране навигатора замигало оповещение о потере сигнала GPS. Звучащая из транзистора песня «Вечная любовь» в исполнении Шарля Азнавура начала прерываться, появились помехи, и вскоре музыка совсем оборвалась.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.

Примечания

1

Прошу прощения.

Вернуться

2

Я не говорю по-французски.

Вернуться

3

Такова жизнь.

Вернуться

4

Ирина, как ты красива!

Вернуться

5

Спасибо большое!

Вернуться

6

Доброго вечера

Вернуться

7

Гваделупа – регион Франции.

Вернуться

8

Приятного аппетита.

Вернуться

9

Фуа-гра – специальным образом приготовленная печень гуся или утки.

Вернуться

10

Да-да, спасибо!

Вернуться

11

Доброй ночи!

Вернуться