Мария Марцева
Приключения Таисии Цветковой. Кулинарная книга с рецептом убийства

Введение

Добро пожаловать в удивительный мир Таисии Цветковой, где кулинария становится криминалистикой, а рецепты скрывают больше тайн, чем семейные секреты! В новом сборнике иронических детективов Марии Марцевой самый обычный бухгалтер превращается в сыщика поневоле, а её верный спутник – рыжий кот Персик – оказывается лучшим детективом в округе.

Тридцатидвухлетняя Таисия Цветкова никогда не мечтала о криминальных приключениях. Её мир ограничивался балансовыми отчетами, налоговыми декларациями и уютными домашними вечерами с любимым котом. Но судьба решила иначе, превратив её размеренную жизнь в калейдоскоп абсурдных расследований, где каждое блюдо может стать уликой, а любой кулинарный рецепт – ключом к разгадке преступления.

Мария Марцева создает истории, где обыденность граничит с абсурдом, а смех перемешивается с напряжением. Здесь персик может оказаться не просто фруктом в компоте, а свидетелем преступления. Свадебные торты хранят в себе не только сладкую начинку, но и смертельные секреты. Диеты становятся орудием убийства, а маникюрные салоны превращаются в места криминальных разборок.

Особую пикантность этим детективным историям придает кулинарная составляющая. Таисия не просто расследует преступления – она готовит, экспериментирует на кухне и случайно натыкается на улики в самых неожиданных местах. Её кулинарная книга превращается в настоящую криминальную хронику, где рядом с рецептом борща соседствует описание способа убийства, а инструкция по приготовлению пирога может привести к поимке преступника.

Рыжий кот Персик выступает не просто домашним любимцем, а полноправным участником расследований. Его кошачья интуиция порой оказывается точнее человеческой логики, а способность появляться в нужное время в нужном месте делает его незаменимым помощником в детективном деле.

Каждая история в этом сборнике – это гимн женской изобретательности и доказательство того, что самые захватывающие приключения могут начаться на самой обычной кухне. Здесь нет места мрачным триллерам и кровавым разборкам – только добрый юмор, житейская мудрость и убежденность в том, что справедливость всегда восторжествует, особенно если у неё есть правильный рецепт.

Персик в компоте из неприятностей

Глава 1: Бухгалтерский баланс с минусом в морге

Утром в понедельник я проснулась с твердым намерением прожить день спокойно и без происшествий. Мой рыжий кот Персик, видимо, разделял мое стремление к размеренной жизни, потому что даже не стал требовать завтрак в пять утра, как обычно, а милостиво позволил мне поспать до семи.

– Умница, Персик, – похвалила я его, почесывая за ухом. – Сегодня будет хороший день. Я закрою месячный отчет, ты будешь спать на подоконнике, а вечером посмотрим какой-нибудь фильм.

Персик посмотрел на меня с выражением глубокого скепсиса в зеленых глазах. Этот кот всегда был слишком умным для собственного блага.

Позавтракав овсянкой с изюмом и выпив две чашки кофе, я отправилась на работу в бухгалтерию фирмы "Золотое яблочко". Название у нас романтичное, а деятельность самая обычная – оптовая торговля продуктами питания. Я работала здесь уже три года и считала себя вполне счастливой. Зарплату платили регулярно, коллектив был дружный, а директор Виктор Семенович, хоть и любил покричать, но в целом мужик справедливый.

Офис располагался на первом этаже пятиэтажного здания в центре города. Ничего особенного – длинный коридор, по обе стороны которого находились кабинеты. Мой кабинет был в самом конце, рядом с комнатой главного бухгалтера Нины Петровны.

Нина Петровна Сомова работала в фирме с самого ее основания, знала все тонкости налогового учета и пользовалась непререкаемым авторитетом. Женщина она была строгая, но справедливая. А еще у нее жил в офисе кот – тот самый Персик, которого она когда-то подобрала котенком у мусорных баков. Персик вырос в солидного рыжего кота весом килограммов под десять и стал неофициальным талисманом нашей фирмы.

Войдя в офис, я сразу почувствовала, что что-то не так. Обычно к восьми утра уже слышались голоса сотрудников, щелканье клавиш компьютеров, звонки телефонов. А сегодня стояла какая-то зловещая тишина.

– Странно, – пробормотала я, проходя по коридору к своему кабинету.

Дверь в комнату Нины Петровны была приоткрыта, что тоже было необычно. Она всегда держала кабинет на замке, даже когда отлучалась на пять минут.

Я заглянула внутрь и ахнула.

Нина Петровна сидела за своим письменным столом в позе, которая показалась мне очень неестественной. Голова ее была откинута назад, глаза закрыты, а лицо имело какой-то синюшный оттенок. Рядом со столом на полу валялись разбросанные документы, папки с отчетами, а в углу была перевернута миска с кормом для Персика.

– Нина Петровна! – окликнула я ее, хотя уже понимала, что никакого ответа не последует.

Я осторожно подошла ближе и потрогала ее руку. Холодная. Совсем холодная.

Тут из-под стола выполз Персик. Обычно он встречал меня радостным мурлыканьем и требованием почесать за ушком. Но сейчас кот выглядел встревоженным и странно возбужденным. Он принюхался к моим ногам, потом подошел к разбросанным на полу бумагам и начал их обнюхивать с каким-то особенным вниманием.

– Персик, что случилось? – тихо спросила я.

Кот посмотрел на меня и жалобно мяукнул. Потом подошел к перевернутой миске и лапой указал на нее.

В этот момент в кабинет вошла секретарша Людмила.

– Таисия, вы что здесь… – начала она и вдруг замерла, увидев Нину Петровну. – Господи боже мой! Что с ней?!

– Похоже, что Нина Петровна умерла, – тихо сказала я. – Нужно вызывать скорую и полицию.

Людмила побледнела и схватилась за сердце:

– Не может быть! Вчера она была такая бодрая, работала допоздна…

– Работала допоздна? – переспросила я. – А во сколько ушла?

– Не знаю точно, но когда я уходила в шесть, она еще сидела за компьютером. Говорила, что доделывает срочный отчет для налоговой.

Пока Людмила звонила в службы экстренного реагирования, я внимательно осмотрелась в кабинете. Что-то тут было не так, но я не могла понять, что именно.

Персик тем временем продолжал свое странное поведение. Он подошел к одной из папок, лежащих на полу, и начал ее царапать когтями.

– Персик, что ты делаешь? – удивилась я.

Кот настойчиво мяукал и показывал лапой на папку. Я наклонилась и прочитала надпись на обложке: "Договоры поставки. Январь-март".

– Людмила, – окликнула я секретаршу, которая закончила разговаривать по телефону, – а Нина Петровна в последнее время ничего не говорила про какие-то проблемы с отчетностью?

– Да нет, вроде бы все было нормально. Хотя… – Людмила задумалась. – На прошлой неделе она долго разговаривала с Виктором Семеновичем. Голоса у них были какие-то напряженные. И еще экономист Игорь часто к ней заходил последние дни.

– Игорь Валентинович? А зачем?

– Не знаю. Говорил, что по работе консультируется.

В этот момент в офис ворвались врачи скорой помощи, а следом за ними – сотрудники полиции. Началась обычная суета, которую я до этого видела только в кино.

Врач, осмотрев Нину Петровну, покачал головой:

– Мертва уже часов восемь-десять. Предварительно – острая сердечная недостаточность, но точную причину покажет вскрытие.

Следователь – молодой лейтенант по фамилии Комаров – начал опрашивать нас с Людмилой. Особенно его интересовало, кто имел доступ в кабинет главного бухгалтера и были ли у покойной враги.

– Враги? – удивилась Людмила. – Да что вы! Нина Петровна была замечательным человеком. Строгая, конечно, но справедливая. Все ее уважали.

– А кто еще работал вчера допоздна? – спросил лейтенант.

– Виктор Семенович, наш директор. И экономист Игорь Валентинович. Они часто задерживаются, когда сдача отчетности.

Я слушала этот разговор и краем глаза наблюдала за Персиком. Кот явно пытался мне что-то сказать. Он то подходил к разбросанным документам, то к перевернутой миске, то садился рядом со мной и пристально смотрел в глаза.

– А что с котом? – спросила я у следователя. – Он же жил здесь, в кабинете. Может быть, он что-то видел?

Лейтенант Комаров посмотрел на меня с легкой иронией:

– Ну что кот может видеть? Это же животное.

Персик обиженно фыркнул и отошел к окну.

– Извините, – сказала я, – но Персик очень умный. Нина Петровна всегда говорила, что он лучше многих людей соображает.

– Хорошо, – согласился следователь. – А где этот кот будет жить теперь? У покойной родственников нет, а животное оставлять в офисе нельзя.

Я посмотрела на Персика, который сидел на подоконнике и грустно смотрел в окно. Сердце сжалось от жалости.

– Я возьму его к себе, – сказала я. – Временно, пока не найдется что-то более подходящее.

Персик повернул голову в мою сторону и благодарно мурлыкнул.

Когда полиция закончила осмотр и увезла тело Нины Петровны, я осталась в офисе одна с Персиком. Людмила уехала домой в состоянии нервного срыва, остальные сотрудники еще не пришли.

Я решила привести в порядок кабинет главного бухгалтера. Собрала с пола разбросанные документы, поставила на место перевернутую миску. Персик внимательно следил за моими действиями и время от времени подавал реплики в виде негромкого мяуканья.

Когда я взяла в руки папку с договорами поставки, которую раньше царапал Персик, кот подошел ко мне и настойчиво потерся о ноги.

– Что, эта папка важная? – спросила я у него.

Персик утвердительно мяукнул.

Я открыла папку и стала листать документы. На первый взгляд все выглядело обычно – договоры с поставщиками овощей и фруктов, накладные, счета-фактуры. Но что-то меня смущало.

Персик запрыгнул на стол и лапой указал на одну из накладных. Я внимательно ее изучила. Поставка яблок от ООО "Садовод" на сумму двести пятьдесят тысяч рублей. Дата – прошлая неделя.

– И что тут такого? – пробормотала я.

Кот снова мяукнул и указал лапой на другой документ. Счет-фактура от того же ООО "Садовод" на ту же сумму, но датированная позавчерашним днем.

Странно. Получается, что одна и та же поставка была проведена дважды? Или это разные поставки?

Я стала внимательнее изучать документы и обнаружила еще несколько подобных несоответствий. Персик одобрительно мурлыкал, когда я находила что-то подозрительное.

– Умница, – похвалила я его. – Ты настоящий детектив.

В этот момент в кабинет вошел директор Виктор Семенович. Выглядел он растерянным и расстроенным.

– Таисия, какой ужас! – сказал он. – Не могу поверить, что Нины Петровны больше нет. Сердце у нее, конечно, не очень было, но чтобы так внезапно…

– Виктор Семенович, – осторожно начала я, – а вы не замечали в последнее время, что Нина Петровна чем-то была обеспокоена?

Директор нахмурился:

– Обеспокоена? А чем она могла быть обеспокоена? Работа как работа, отчетность сдаем вовремя, проверок не было…

Персик внезапно зашипел и выгнул спину. Я удивленно посмотрела на него – обычно кот был очень дружелюбным.

– А что это с котом? – спросил Виктор Семенович. – Заболел, что ли?

– Наверное, стресс, – ответила я. – Он же привязался к Нине Петровне.

– Да, конечно. Кстати, Таисия, вам придется временно взять на себя обязанности главного бухгалтера. Пока не найдем замену. Справитесь?

– Постараюсь, – кивнула я.

– Отлично. Тогда завтра с утра приступайте. А пока можете идти домой, все равно сегодня никто работать не сможет.

Виктор Семенович ушел, а я осталась наедине с Персиком и своими мыслями. Что-то в этой истории было нечисто. Слишком много странных совпадений: подозрительные документы, перевернутая миска с кормом, необычное поведение кота…

Персик подошел ко мне и лег мне на колени. Он был тяжелый и теплый, и от него исходил запах рыбьих консервов.

– Персик, – тихо сказала я ему, – а что, если Нина Петровна умерла не от сердечного приступа? Что, если кто-то ее убил?

Кот поднял голову и посмотрел на меня своими умными зелеными глазами. В них я прочитала согласие.

– Тогда мы должны найти убийцу, – продолжала я. – Нина Петровна была хорошим человеком, она заслуживает справедливости.

Персик мурлыкнул в знак одобрения.

Я собрала папки с документами, которые показались мне подозрительными, сложила их в сумку вместе с миской и кормом для Персика. Пора было ехать домой и обдумывать план действий.

У двери я обернулась и еще раз посмотрела на кабинет Нины Петровны. Завтра здесь буду сидеть я, разбираться в ее делах и искать ответы на вопросы. А Персик будет мне помогать.

– Справимся, – сказала я коту. – Обязательно справимся.

Персик мяукнул в ответ, и мне показалось, что он говорит: "Конечно, справимся. А как же иначе?"

Мы вышли из офиса в серый октябрьский день, не подозревая, какие приключения нас ждут впереди. А ведь я всего лишь хотела спокойно прожить день…

Глава 2: Калькулятор не врет, люди врут

На следующее утро я пришла в офис с твердым намерением навести порядок в делах Нины Петровны и найти хоть какие-то зацепки. Персик встретил меня у входа жалобным мяуканьем – видимо, ночь в чужой квартире далась ему нелегко. Мой собственный кот Барсик отнесся к новому жильцу с подозрением, но драки пока удавалось избежать.

– Ничего, Персик, – успокоила я рыжего толстяка, – разберемся с этой историей и найдем тебе хороших хозяев.

Кот посмотрел на меня с явным скепсисом. Похоже, он уже решил, что я и есть его новая хозяйка.

В офисе было тихо – другие сотрудники еще не пришли. Я устроилась за столом Нины Петровны, включила компьютер и принялась изучать документы. Персик расположился рядом на подоконнике, время от времени поглядывая на мою работу.

Первое, что бросилось в глаза, – последние записи в журнале хозяйственных операций. Нина Петровна аккуратно вела все проводки, но в некоторых местах чувствовались сомнения. Карандашные пометки на полях, исправления, стертые и переписанные цифры.

Я открыла программу 1С и стала сверять данные с первичными документами. Минут через двадцать картина начала проясняться, и мне это совсем не понравилось.

– Персик, – обратилась я к коту, – посмотри-ка сюда. Договор поставки с ООО "Садовод" на двести пятьдесят тысяч рублей. А вот накладная на эту же сумму. И счет-фактура. Все правильно, все сходится.

Кот заинтересованно мяукнул.

– А теперь смотри, – продолжила я, открывая другую папку. – Еще один договор с тем же ООО "Садовод" на ту же сумму, но от другого числа. И еще одна накладная. И еще один счет-фактура.

Персик спрыгнул с подоконника и подошел ко мне. Уткнувшись мордой в документы, он недовольно фыркнул.

– Правильно, – согласилась я. – Получается, что мы дважды заплатили одному поставщику за один товар. Или вообще заплатили за несуществующий товар.

Я стала копаться дальше и обнаружила еще несколько подобных несоответствий. "Южные фрукты" – двойная оплата за апельсины. "Молочные реки" – тройная оплата за сметану. "Мясное изобилие" – вообще непонятно за что заплачены полмиллиона рублей.

– Так, – пробормотала я, доставая калькулятор. – Сейчас посчитаем, на какую сумму тут творятся дела…

Цифры получались внушительными. Только за последний месяц из кассы фирмы ушло лишних полтора миллиона рублей. А за полгода – все семь миллионов.

– Вот это да! – воскликнула я. – Персик, да тут махинации на миллионы!

Кот подошел к одной из папок и принялся ее царапать когтями. Я заглянула внутрь – договоры с транспортными компаниями. Просмотрев их, я обнаружила ту же картину. Одни и те же услуги оплачивались по два-три раза.

– Нина Петровна обо всем этом знала, – сказала я Персику. – Вот почему она в последние дни была такая нервная.

В этот момент в кабинет заглянула Людмила.

– Таисия, вы уже работаете? – удивилась она. – А я думала, что после вчерашнего никто сегодня не придет.

– Людмила, – позвала я ее. – Садитесь, пожалуйста. Мне нужно кое-что с вами обсудить.

Секретарша осторожно присела на край стула.

– Скажите, а в последнее время Нина Петровна не говорила с вами о каких-то проблемах на работе? – спросила я.

Людмила замялась:

– Ну… она стала очень нервной последние недели. Постоянно что-то пересчитывала, перепроверяла. А потом…

– Что потом?

– На прошлой неделе у нее был серьезный разговор с Виктором Семеновичем. Я случайно слышала – они очень громко говорили.

– О чем именно?

– Нина Петровна что-то доказывала директору, показывала какие-то бумаги. А он кричал, что она превышает полномочия и не должна совать нос куда не следует.

– А что она отвечала?

– Говорила, что не может закрывать глаза на нарушения. Что это ее прямая обязанность – следить за правильностью документооборота. И что если эти махинации раскроются, то пострадает не только фирма, но и все сотрудники.

Людмила всхлипнула и достала платочек.

– Я тогда подумала, что они просто не поделили что-то по работе. Бывает же такое. А оказывается…

– А кто еще мог знать об этих проблемах?

– Ну, экономист Игорь Валентинович. Он же работает с договорами, со всеми расчетами. И еще… – она замялась.

– Кто еще?

– Уборщица Галина Степановна. Она работает у нас уже пять лет, все видит, все слышит. Женщина она хитрая, любопытная.

– А почему вы о ней вспомнили?

– Да она в последнее время странно себя ведет. Раньше убиралась и уходила, а теперь задерживается, ходит по кабинетам, когда все уже ушли. Говорит, что хочет лучше прибрать, но мне кажется, что она что-то ищет.

Персик вдруг подошел к мусорной корзине и принялся ее обнюхивать. Потом жалобно мяукнул и посмотрел на меня.

– Что там, Персик? – спросила я.

Я заглянула в корзину и увидела там несколько рыбьих костей и обрывки фольги от какой-то упаковки.

– Людмила, а кто кормит Персика?

– Нина Петровна сама его кормила. Каждый день приносила ему что-нибудь вкусненькое. Рыбку, колбаску… Очень его любила.

– А вчера она его кормила?

– Не знаю. Когда я уходила, миска была пустая. А сегодня утром увидела, что корм разбросан по полу.

Я задумалась. Что-то тут не так. Если Нина Петровна собиралась кормить Персика, то почему корм оказался на полу? И что это за рыбьи кости в мусорке?

– Людмила, а Галина Степановна, когда приходит убираться?

– Обычно около семи вечера, когда все уже уходят. Но иногда она задерживается до девяти-десяти.

– А вчера?

– Не знаю, я ушла рано. Но машина у нее во дворе стояла, когда я утром пришла.

Странно. Получается, уборщица была в офисе, когда умерла Нина Петровна. Но почему она ничего не сказала? Почему не вызвала скорую?

Персик тем временем перешел к другой папке с документами и снова принялся ее царапать. Я открыла ее и обнаружила договоры с клининговой компанией. Среди них был и трудовой договор с Галиной Степановной Кругловой.

– Людмила, а что вы можете рассказать про Галину Степановну? Какая она?

Секретарша поежилась:

– Женщина неприятная. Сплетница и склочница. Вечно всех критикует, во все вмешивается. И еще она очень жадная – постоянно что-то выносит из офиса. То бумагу, то канцтовары. Говорит, что это для внуков.

– А с Ниной Петровной у нее были какие-то конфликты?

– Да постоянно! Галина Степановна считала, что Нина Петровна слишком много о себе воображает. Говорила, что главный бухгалтер – это не царь и не бог, а такая же наемная работница.

– И что Нина Петровна на это отвечала?

– Старалась не связываться. Но в последнее время они несколько раз поругались. Галина Степановна требовала прибавку к зарплате, а Нина Петровна объясняла, что решение о зарплате принимает директор.

Я задумалась над услышанным. Получается, что мотивы для убийства Нины Петровны могли быть у нескольких человек. У директора – потому что она раскрыла его махинации. У экономиста Игоря – потому что он был соучастником этих махинаций. У уборщицы Галины – из-за личной неприязни и денежных претензий.

– Людмила, – сказала я, – а вы можете показать мне, где работает Игорь Валентинович?

– Конечно. Его кабинет в конце коридора, рядом со складом.

Мы с Персиком отправились знакомиться с экономистом. Игорь Валентинович Смирнов оказался мужчиной лет сорока, худощавым и нервным. Увидев нас, он явно смутился.

– Таисия Петровна? – переспросил он. – А, да, вы теперь временно исполняете обязанности главного бухгалтера. Ужасная история с Ниной Петровной…

– Игорь Валентинович, мне нужно разобраться с документооборотом, – сказала я. – Вы не могли бы объяснить некоторые моменты?

– Конечно, конечно. Что именно вас интересует?

Я достала папку с договорами, которую царапал Персик.

– Вот эти договоры с ООО "Садовод". Почему здесь две одинаковые поставки?

Игорь Валентинович покраснел:

– Это… ну… техническая ошибка. Бывает, что поставщики присылают повторные документы, а мы их обрабатываем дважды.

– А как же входной контроль документов?

– Ну, знаете, Таисия Петровна, документооборот у нас большой. Иногда что-то может проскочить…

Персик подошел к столу экономиста и принялся обнюхивать какие-то бумаги. Игорь Валентинович поспешно прикрыл их рукой.

– А что это за документы? – поинтересовалась я.

– Рабочие материалы, ничего интересного.

Но Персик не отступал. Он пролез под руку Игоря Валентиновича и вытащил когтями одну из бумажек. Я подняла ее и увидела черновик письма в банк с просьбой перечислить деньги на счет ООО "Садовод".

– Игорь Валентинович, – тихо сказала я, – а давайте-ка поговорим откровенно. Что здесь происходит?

Экономист побледнел еще больше:

– Я не знаю, о чем вы говорите.

– Я говорю о том, что из кассы фирмы исчезают миллионы рублей. О том, что документы подделываются, а платежи дублируются. И о том, что Нина Петровна об этом знала.

Игорь Валентинович встал из-за стола и подошел к окну.

– Таисия Петровна, вы не понимаете… Это не так просто, как кажется.

– Тогда объясните.

– Я не могу. Это… это опасно.

– Для кого опасно?

Он не ответил, только покачал головой.

– Игорь Валентинович, а вчера вы оставались в офисе допоздна?

– Да, работал до восьми примерно.

– И Нину Петровну видели?

– Видел. Она сидела в своем кабинете, что-то считала на калькуляторе.

– А больше никого не было?

– Виктор Семенович еще был. И уборщица пришла.

– В котором часу?

– Галина Степановна? Как обычно, в семь.

– И что дальше?

– Я ушел в восемь. Нина Петровна еще работала.

– А директор?

– Виктор Семенович уехал раньше меня, часов в половине восьмого.

Получается, что после восьми вечера в офисе оставались только Нина Петровна и уборщица Галина. И именно в это время произошло убийство.

– Игорь Валентинович, – сказала я, – я советую вам хорошенько подумать. Если вы знаете что-то важное, лучше рассказать сейчас. Иначе потом может быть поздно.

Он молча кивнул, но ничего не добавил.

Мы с Персиком вернулись в кабинет Нины Петровны. Кот сразу же пошел к той самой папке с договорами и снова принялся ее царапать.

– Что ты там нашел, умница? – спросила я.

Персик мяукнул и лапой указал на нижнюю часть папки. Я внимательно осмотрела ее и обнаружила небольшой карман, в котором лежал сложенный листок бумаги.

Развернув его, я увидела записку, написанную рукой Нины Петровны: "Виктор Семенович требует закрыть глаза на фиктивные операции с НДС. Отказалась. Боюсь, что он пойдет на крайние меры. Если со мной что-то случится, все документы в тайнике под лестницей в подвале. Номер ячейки 247. Ключ в корме для Персика."

У меня похолодели руки. Значит, Нина Петровна предчувствовала опасность и приготовила доказательства на случай своей смерти. А ключ спрятала в корме для кота!

Я бросилась к миске Персика и стала перебирать сухой корм. Через несколько минут нащупала что-то твердое – маленький ключик от банковской ячейки.

– Персик, – сказала я коту, – похоже, нам предстоит спуститься в подвал. Ты готов к новому приключению?

Кот деловито мяукнул и направился к двери. Видимо, он тоже понимал, что дело приняло серьезный оборот.

Но прежде чем идти в подвал, мне хотелось поговорить с уборщицей Галиной. Если она действительно была последним человеком, который видел Нину Петровну живой, то ее показания могли многое прояснить.

А еще мне не давали покоя те рыбьи кости в мусорной корзине. Что-то подсказывало, что они – важная улика в этом деле.

Глава 3: Кот из мешка с компроматом

С ключиком от банковской ячейки в кармане я чувствовала себя настоящим детективом. Персик тем временем деловито обнюхивал углы кабинета, словно искал что-то важное. Этот кот явно знал больше, чем мог рассказать.

– Персик, – позвала я его, – показывай дорогу к тайнику. Номер 247 под лестницей в подвале.

Кот посмотрел на меня своими умными зелеными глазами и направился к двери. Я послушно пошла за ним.

Спускаться в подвал офисного здания мне никогда не приходилось. Честно говоря, я даже не знала, что он там есть. За три года работы в "Золотом яблочке" я ни разу не интересовалась, что находится под первым этажом.

Персик уверенно повел меня по коридору к служебной лестнице, которую я всегда принимала за пожарный выход. Оказалось, что железная дверь рядом с ней ведет в подвал. К моему удивлению, дверь была не заперта.

– Странно, – пробормотала я. – Обычно такие помещения держат на замке.

Персик мяукнул в ответ и первым спустился по бетонным ступенькам вниз. Я включила фонарик на телефоне и осторожно последовала за котом.

Подвал оказался довольно просторным, но сырым и неуютным. Вдоль стен стояли металлические стеллажи с коробками, а в дальнем углу виднелись какие-то ящики и старая мебель. Пахло здесь затхлостью и мышами.

– Ну, где же твоя ячейка номер 247? – спросила я у Персика.

Кот подошел к стене под лестницей и принялся царапать когтями кирпичную кладку. Я присела рядом с ним и стала внимательно разглядывать стену при свете телефона.

Поначалу ничего особенного не заметила. Обычная кирпичная стена, местами покрытая плесенью. Но потом обратила внимание, что один из кирпичей выглядит немного по-другому. Он был чуть светлее остальных и, кажется, не так плотно прилегал к соседним.

Я попробовала пошевелить этот кирпич и обнаружила, что он подвижен. Еще несколько попыток – и кирпич выдвинулся, обнажив небольшую нишу в стене.

– Вот это да! – воскликнула я. – Персик, ты гений!

В нише лежал металлический ящичек размером с обувную коробку. На нем действительно красовался номер 247. Ключик из кошачьего корма подошел идеально.

Внутри ящичка оказались папки с документами, флешка и записная книжка в кожаном переплете. Я достала все это богатство и стала изучать при свете телефона.

Первая же папка заставила меня ахнуть. "Фиктивные операции с НДС. Доказательства хищений. Январь-июнь 2024 года" – такую надпись сделала рукой Нина Петровна на обложке.

Внутри папки были копии документов, которые я частично видела наверху, но здесь они были снабжены подробными комментариями главного бухгалтера. Нина Петровна скрупулезно фиксировала все несоответствия, ошибки и подделки.

"ООО "Садовод" – фирма-однодневка, – читала я ее записи. – Юридический адрес не существует. Поставки фиктивные. НДС к возмещению 450 тысяч рублей незаконно."

"ООО "Южные фрукты" – та же схема. Директор Смирнов И.В. подписывает документы на несуществующие поставки. НДС к возмещению 380 тысяч рублей."

И так далее, и так далее. Страница за страницей, месяц за месяцем. Общая сумма ущерба составляла более семи миллионов рублей.

Персик тем временем не сидел без дела. Он обследовал подвал и привлек мое внимание к еще одной находке. В дальнем углу, за старыми ящиками, обнаружился небольшой сейф.

– И это тоже часть тайника? – удивилась я.

Кот утвердительно мяукнул и лапой указал на сейф. К моему изумлению, он был не заперт. Видимо, кто-то недавно им пользовался и забыл закрыть.

Внутри сейфа лежали еще документы, но уже другого рода. Это были оригиналы подложных договоров, поддельные печати, бланки несуществующих фирм. Целая мастерская по изготовлению фиктивных документов!

– Вот это да, – пробормотала я. – Тут прямо преступная группировка орудует.

В записной книжке Нины Петровны я нашла подробное описание всей схемы. Оказывается, директор Виктор Семенович вместе с экономистом Игорем Валентиновичем создали несколько фирм-однодневок. От имени этих фирм они выписывали фиктивные счета-фактуры на несуществующие поставки товаров.

"Золотое яблочко" якобы покупало у них продукты, платило деньги и получало право на возмещение НДС из бюджета. На самом деле никаких поставок не было, а деньги просто переводились на счета подставных фирм, а потом обналичивались.

Хитрая схема, надо признать. И работала бы она до сих пор, если бы не бдительность Нины Петровны.

Последняя запись в блокноте была датирована позавчерашним днем: "Виктор Семенович требует, чтобы я подписала документы на возмещение НДС в сумме 2,5 миллиона рублей. Отказалась. Сказал, что пожалею о своем решении. Боюсь, что он способен на крайние меры."

У меня мурашки побежали по спине. Значит, Нина Петровна действительно предчувствовала опасность. И оказалась права.

– Персик, – сказала я коту, – похоже, мы нашли мотив убийства. Наша бедная Нина Петровна мешала ворам красть деньги из бюджета.

Кот печально мяукнул. Видимо, он тоже понимал, что его хозяйка погибла из-за своей честности.

Я сфотографировала все документы на телефон и уже собиралась уходить, когда услышала шаги на лестнице. Кто-то спускался в подвал!

– Персик, быстро прячемся, – прошептала я.

Мы забились за старые ящики как раз вовремя. В подвал спустился мужчина с фонариком. При его свете я узнала экономиста Игоря Валентиновича.

Он прошел прямо к сейфу и стал рыться в документах.

– Черт, – бормотал он себе под нос, – где же эти бумаги? Виктор Семенович убьет меня, если я их не найду.

Потом он заметил открытую нишу в стене и ахнул:

– Не может быть! Кто-то уже был здесь!

Игорь Валентинович лихорадочно обшаривал все углы подвала, пытаясь понять, что именно пропало из тайника.

– Документы! – простонал он. – Все доказательства исчезли! Что я скажу Виктору Семеновичу?

Тут Персик, сидевший рядом со мной, вдруг чихнул. В сыром подвале у него началась аллергия.

Игорь Валентинович мгновенно повернулся в нашу сторону:

– Кто здесь? Выходите немедленно!

Делать нечего, пришлось выползать из укрытия. Игорь Валентинович уставился на меня как на привидение.

– Таисия Петровна? Что вы здесь делаете?

– А вы что здесь делаете, Игорь Валентинович? – парировала я. – И что это за сейф с поддельными документами?

Экономист побледнел еще больше:

– Я… я ничего не знаю про никакие документы. Просто спустился в подвал за… за старыми папками.

– За старыми папками в сейф? – усмехнулась я. – Игорь Валентинович, давайте говорить откровенно. Я уже знаю про ваши махинации с НДС.

– Откуда? – выдохнул он.

– Нина Петровна все зафиксировала. Все ваши фиктивные фирмы, все поддельные документы, все украденные миллионы.

Игорь Валентинович опустился на ящик и схватился за голову:

– Боже мой, что теперь будет? Виктор Семенович сказал, что если кто-то узнает…

– Что сказал? – настаивала я.

– Что нам всем конец. Что он не позволит никому разрушить наш бизнес.

– И поэтому вы убили Нину Петровну?

– Нет! – вскричал экономист. – Я не убивал! Я вообще не знал, что она умерла, пока вчера утром Людмила не сказала!

– Но вы же знали, что она раскрыла ваши махинации?

– Знал, – признался Игорь Валентинович. – На прошлой неделе она пришла ко мне и показала все документы. Сказала, что если мы не прекратим, то она обратится в налоговую.

– И что вы ответили?

– Я сказал, что это не мое решение. Что все вопросы к директору. А потом доложил Виктору Семеновичу.

– И как он отреагировал?

– Сначала очень разозлился. Кричал, что Нина Петровна всех нас погубит. А потом успокоился и сказал, что сам с ней поговорит.

– Когда это было?

– Позавчера вечером. Я работал допоздна, как раз готовил документы на возмещение НДС. Виктор Семенович зашел к Нине Петровне минут на сорок. Я слышал, как они разговаривали – очень громко.

– О чем говорили?

– Не знаю точно, но Нина Петровна кричала, что не позволит воровать государственные деньги. А Виктор Семенович говорил, что она пожалеет о своем упрямстве.

– А потом?

– Потом директор ушел, а Нина Петровна осталась работать. Я еще часа два сидел, готовил документы. Когда уходил около десяти вечера, свет в ее кабинете еще горел.

Персик вдруг подошел к Игорю Валентиновичу и стал обнюхивать его ботинки. Потом недовольно фыркнул и отошел.

– Игорь Валентинович, – сказала я, – а вы знаете пароль от сейфа в кабинете Нины Петровны?

– Какой пароль? – удивился он.

– Ну, цифровой код. Четыре цифры.

– Нет, не знаю. А зачем?

Странно. Если он не знает пароль от сейфа, то как мог добраться до документов, чтобы их уничтожить?

– Игорь Валентинович, – продолжила я допрос, – а вы кормили Персика?

– Кота? Нет, конечно. Его кормила только Нина Петровна. Она его очень любила, каждый день приносила что-то вкусненькое.

– А вчера вечером?

– Не знаю. Когда я уходил, кот спал на подоконнике. А миска была пустая.

Тут в подвал спустился еще кто-то. Тяжелые шаги, кряхтение. Появился сам директор Виктор Семенович. Увидел нас, и лицо его потемнело.

– Что здесь происходит? – рявкнул он. – Игорь, я же сказал тебе убрать все документы!

– Виктор Семенович, я… – начал заикаться экономист.

– А вы, Таисия, что здесь делаете? – повернулся ко мне директор.

– Изучаю документооборот фирмы, – невозмутимо ответила я. – По вашему же поручению, как временно исполняющая обязанности главного бухгалтера.

– Какой документооборот? – Виктор Семенович подошел к сейфу и увидел, что он открыт. – Черт побери! Кто открывал сейф?

– А что в нем хранится? – спросила я с невинным видом.

– Старые… старые бумаги, – забормотал директор. – Архив.

– Очень интересный архив, – заметила я. – Особенно поддельные печати и бланки несуществующих фирм.

Виктор Семенович и Игорь Валентинович переглянулись. В их взглядах читалась паника.

– Таисия, – сказал директор, пытаясь взять себя в руки, – давайте поднимемся наверх и спокойно все обсудим. Я думаю, мы сможем найти компромисс.

– Какой компромисс? – удивилась я.

– Ну… финансовый. Вы же понимаете, что молчание стоит денег.

Ага! Значит, он пытается меня подкупить!

– Виктор Семенович, – сказала я, – а вы не думаете, что такой же компромисс предлагали Нине Петровне?

– При чем здесь Нина Петровна? – напрягся директор.

– При том, что она отказалась молчать за деньги. И что с ней случилось дальше, мы все знаем.

Персик вдруг зашипел и выгнул спину. Видимо, кот почувствовал опасность раньше меня.

– Таисия, – директор сделал шаг ко мне, – вы не понимаете, во что ввязываетесь. Это очень серьезные дела.

– Понимаю, – ответила я, отступая к лестнице. – Хищение бюджетных средств в особо крупных размерах. Статья 159 Уголовного кодекса. До десяти лет лишения свободы.

– А еще убийство, – добавила я. – Статья 105. Пожизненное заключение.

Лица директора и экономиста стали серыми.

– Вы обвиняете нас в убийстве? – прохрипел Виктор Семенович.

– А вы не убивали?

Они молчали. А Персик тем временем подошел к лестнице и настойчиво мяукал, призывая меня уходить.

– Я думаю, нам пора наверх, – сказала я. – Там нас ждет полиция.

Это была чистая правда – я успела отправить сообщение следователю Комарову еще до того, как спуститься в подвал.

Виктор Семенович и Игорь Валентинович переглянулись. Потом директор махнул рукой:

– Ладно, поднимаемся. Поговорим в кабинете.

Мы поднялись наверх гуськом: впереди Персик, потом я, за мной экономист и директор. У меня было неприятное ощущение, что они что-то замышляют.

В кабинете директора нас уже ждал лейтенант Комаров с двумя сотрудниками. Увидев их, Игорь Валентинович сразу сдулся, а Виктор Семенович попытался взять быка за рога:

– Товарищ лейтенант, какими судьбами? Что-то случилось?

– Случилось, – коротко ответил следователь. – У нас есть информация о махинациях в вашей фирме. И подозрения в убийстве главного бухгалтера.

– Но это же абсурд! – возмутился директор. – Нина Петровна умерла от сердечного приступа!

– Экспертиза покажет, – сухо заметил Комаров. – А пока мы хотели бы с вами побеседовать. И осмотреть помещения фирмы.

Я передала лейтенанту флешку и документы из тайника. Персик устроился у меня на коленях и довольно мурлыкал. Кот явно был доволен тем, что его хозяйка будет отомщена.

Глава 4: Дебет с кредитом сошлись на убийстве

После визита в подвал и встречи с полицией я чувствовала себя как выжатый лимон. Персик, видимо, тоже устал от всех этих приключений – он свернулся калачиком у меня на коленях и тихо урчал. Но расслабляться было рано. Следователь Комаров попросил меня остаться в офисе и помочь с проверкой документов.

– Таисия Петровна, – сказал он, листая папки из тайника, – вы же бухгалтер. Можете объяснить, как технически проводились эти махинации?

Я взяла одну из поддельных накладных и внимательно ее изучила.

– Схема довольно простая, – объяснила я. – Создается фирма-однодневка, она выписывает фиктивные счета-фактуры. Мы якобы покупаем товар, платим НДС, а потом требуем его возместить из бюджета. На самом деле никакого товара нет.

– А кто мог проводить такие операции?

– Ну, директор, конечно. Он подписывает все документы. Экономист Игорь – он работает с договорами и знает, как правильно оформить документы, чтобы налоговая не придралась. И главный бухгалтер должен был все это провести по учету.

– Но Нина Петровна отказывалась?

– Судя по ее записям, да. Вот поэтому ее и убили.

Персик вдруг поднял голову и внимательно посмотрел на меня. Потом спрыгнул с колен и направился к сейфу Нины Петровны.

– А кто знал пароль от сейфа? – спросил лейтенант.

– Сама Нина Петровна, конечно. Директор – он же давал ей этот сейф. А еще… – я задумалась. – А еще любой, кто мог подсмотреть, как она его открывает.

Персик тем временем сидел возле сейфа и жалобно мяукал.

– Что тебе нужно, умница? – спросила я.

Кот лапой указал на клавиатуру сейфа. Я присмотрелась внимательнее и заметила, что некоторые кнопки выглядят более затертыми, чем другие.

– Смотрите, – показала я следователю. – Цифры 1, 2, 5 и 8 нажимались чаще других. Значит, пароль состоит из этих цифр.

– Попробуйте угадать комбинацию.

Я стала перебирать варианты. 1258, 5821, 2815… На седьмой попытке сейф щелкнул и открылся.

– 1528! – воскликнула я. – Наверное, какая-то важная для Нины Петровны дата.

Внутри сейфа были деньги, украшения и еще одна папка с документами. Я открыла ее и ахнула.

– Это список всех сотрудников с их паролями и кодами доступа! – сказала я. – Смотрите, вот пароль от сейфа директора, вот коды от компьютеров… А здесь написано: "И.В. Смирнов – дубликат ключа от моего сейфа в архиве кадров".

– Что это значит? – спросил Комаров.

– Это значит, что у Игоря Валентиновича был запасной ключ от сейфа Нины Петровны! Она сама ему его дала, наверное, на случай своего отсутствия.

Следователь нахмурился:

– Получается, он мог в любой момент попасть в сейф и украсть компрометирующие документы?

– Выходит, что так.

В этот момент в кабинет заглянула Людмила:

– Таисия, а можно вас на минутку? Тут Галина Степановна пришла, хочет забрать свои вещи из подсобки. Говорит, что увольняется.

– Как увольняется? – удивилась я. – А почему?

– Говорит, что не может больше работать в месте, где произошло убийство. Нервы не выдерживают.

Я переглянулась со следователем. Как раз вовремя – нужно было поговорить с уборщицей.

Галина Степановна оказалась женщиной лет пятидесяти с жесткими чертами лица и недобрым взглядом. Увидев нас, она явно напряглась.

– Галина Степановна, – обратился к ней Комаров, – мы хотели бы задать вам несколько вопросов о вчерашнем вечере.

– А что тут спрашивать? – огрызнулась она. – Пришла убираться, как всегда. А утром узнала, что Нина Петровна померла.

– Во сколько вы пришли?

– В семь, как обычно. Сначала убрала кабинеты сотрудников, потом принялась за кабинет главного бухгалтера.

– И что там происходило?

– Она сидела за компьютером, что-то считала. Я спросила, можно ли убирать, она сказала, что можно, только тихо.

– А во сколько вы ушли?

Галина Степановна замялась:

– Ну… поздно. Часов в десять, наверное.

– И Нина Петровна была жива, когда вы уходили?

– Конечно! Я же не убийца какая-нибудь!

Персик в это время обследовал уборочную тележку Галины Степановны. Вдруг он принюхался к ведру для мусора и громко зашипел.

– А что это у вас в ведре? – спросила я, заглянув туда.

На дне лежали какие-то рыбьи кости и упаковка от корма для кошек.

– Это что, корм для Персика? – удивилась я.

– Ну да, – нехотя ответила уборщица. – Нина Петровна попросила его покормить. Говорит, задержится на работе, а кот голодный ходит.

– А откуда у вас корм?

– Она дала. Сказала, что это особый корм, дорогой, с витаминами.

Я взяла упаковку и прочитала этикетку. Обычный корм, ничего особенного. Но Персик продолжал шипеть и пятиться от ведра.

– Галина Степановна, – сказал следователь, – а вы не помните, во сколько именно кормили кота?

– Часов в восемь, наверное. Может, чуть позже.

– И что было дальше?

– Ничего особенного. Кот поел и лег спать. А я продолжила уборку.

– А Нина Петровна что делала?

– Работала. Все время что-то печатала на компьютере, телефонные звонки принимала.

– Кто звонил?

– Откуда мне знать? Я же не подслушиваю!

Но я заметила, что Галина Степановна врет. Глаза бегают, руки трясутся. Персик тоже это чувствовал – он недоверчиво смотрел на уборщицу.

– Галина Степановна, – мягко сказала я, – а вы случайно не знали о проблемах в фирме? О том, что кто-то ворует деньги?

Женщина побледнела:

– Какие еще проблемы? Я уборщица, мне какое дело до ваших денег?

– Но вы же видели, что директор и Нина Петровна ругались?

– Ну, видела. И что? Начальство всегда ругается.

– А о чем они ругались?

– Не знаю! Не слушала я их!

Опять ложь. Персик подошел ко мне и лег на ноги, словно защищая от этой неприятной женщины.

– Хорошо, – сказал Комаров. – А теперь расскажите правду. Что вы слышали вчера вечером?

Галина Степановна вздохнула и села на стул:

– Ладно, слышала я их разговор. Виктор Семенович приходил к Нине Петровне часов в восемь вечера. Кричал, что она всех погубит своим упрямством. А она отвечала, что не позволит воровать государственные деньги.

– И что было дальше?

– Он ушел, хлопнув дверью. А Нина Петровна заплакала. Говорила что-то про то, что жить стало страшно.

– Она боялась?

– Да, очень. Говорила, что если с ней что-то случится, то виноват будет Виктор Семенович.

– И вы ей не помогли?

– А как я могла помочь? Я же простая уборщица. Мне бы свою работу не потерять.

Я вспомнила слова Людмилы о том, что у Галины Степановны были конфликты с Ниной Петровной из-за зарплаты.

– Галина Степановна, – спросила я, – а правда, что вы просили у Нины Петровны прибавку к зарплате?

– Просила. И что тут такого? Работаю честно, должны платить честно.

– А она отказала?

– Сказала, что это не ее решение. Что нужно обращаться к директору.

– И вы обиделись?

– А вам бы понравилось, если бы вам отказали в справедливой просьбе?

Персик вдруг вскочил и побежал к мусорному ведру в кабинете Нины Петровны. Там он принялся что-то вынюхивать.

– Что ты там нашел? – спросила я, подойдя к нему.

Кот вытащил лапой какой-то кусочек фольги. Я подняла его и увидела, что это остаток упаковки от лекарства.

– "Дигоксин", – прочитала я вслух. – Это же сердечное лекарство!

– А у Нины Петровны были проблемы с сердцем? – спросил следователь.

– Не знаю, – ответила Людмила. – Она никогда не жаловалась.

– Галина Степановна, – обратился Комаров к уборщице, – а вы не видели, чтобы Нина Петровна принимала какие-то лекарства?

– Нет, не видела.

Но Персик продолжал обнюхивать мусорное ведро. Потом он подошел к тому месту, где стояла его миска, и жалобно замяукал.

– Что с тобой, малыш? – я погладила его по голове.

Тут мне пришла в голову страшная мысль. А что, если это лекарство попало в еду Персика? Что, если кто-то пытался отравить кота, но Нина Петровна случайно съела отравленную еду?

– Галина Степановна, – сказала я, – а что именно ела Нина Петровна вчера вечером?

– Откуда мне знать? Я же не повар ей.

– Но вы же убираете кабинет. Наверняка видели остатки еды.

– Ну… была у нее какая-то рыба. Консервы, кажется.

Персик при слове "рыба" насторожился.

– Какие консервы?

– Обычные. Для кота покупала, наверное.

– И где эти консервы?

– Выбросила я их. В мусорку.

– В какую мусорку?

– В общую, что во дворе стоит.

Следователь сразу же отправил своих людей проверять мусорные контейнеры. А я тем временем пыталась понять логику происшедшего.

Если кто-то хотел отравить Персика, подмешав яд в его еду, то зачем? Кот никому не мешал. Разве что… Разве что он мог быть свидетелем чего-то важного?

– Людмила, – позвала я секретаршу, – а Персик обычно сидел в кабинете Нины Петровны?

– Да, почти всегда. Только иногда гулял по офису, но не часто.

– Значит, он мог видеть всех, кто приходил к главному бухгалтеру?

– Конечно.

Тогда все становилось понятно. Убийца боялся, что умный кот как-то выдаст его. Поэтому решил избавиться от четвероногого свидетеля. Но Нина Петровна, защищая своего любимца, случайно съела отравленную еду.

– А кто еще, кроме Галины Степановны, мог покормить Персика? – спросила я.

– Ну, любой сотрудник, наверное, – ответила Людмила. – Нина Петровна иногда просила кого-нибудь дать коту еды, если сама была занята.

– Игорь Валентинович тоже мог?

– Конечно. Он часто заходил к Нине Петровне по работе.

– А директор?

– И он тоже.

Получается, что отравить кота мог любой из троих подозреваемых. Но кто именно?

Персик тем временем подошел к сумке Галины Степановны и принялся ее обнюхивать. Потом громко зашипел.

– Что это с котом? – нервно спросила уборщица.

– Он чует что-то подозрительное, – ответила я. – Галина Степановна, можно посмотреть, что у вас в сумке?

– А с какой стати? Это мои личные вещи!

– У нас есть право на обыск, – строго сказал следователь.

В сумке обнаружились обычные женские вещи: кошелек, расческа, платки, конфеты. Но в боковом кармане лежала маленькая баночка.

– "Дигоксин", – прочитала я этикетку. – Галина Степановна, это ваше лекарство?

– Я… у меня сердце болит, – пробормотала она.

– И вы решили подлечить им Персика?

– Я не понимаю, о чем вы говорите!

Но глаза ее бегали, а руки дрожали. Персик продолжал шипеть, глядя на уборщицу.

– Галина Степановна, – сказал Комаров, – давайте поговорим откровенно. Зачем вы пытались отравить кота?

– Я не травила никакого кота! – воскликнула она.

– Тогда объясните, откуда в мусорном ведре остатки дигоксина?

Женщина заплакала:

– Я не хотела никого убивать! Честное слово!

– Тогда что произошло?

– Я просто хотела, чтобы кот заболел. Чтобы Нина Петровна отвлеклась от работы, занялась им. А директор тем временем смог бы уничтожить все компрометирующие документы.

– Виктор Семенович вам заплатил за это?

– Обещал прибавку к зарплате и премию. Сказал, что если я помогу ему, то он меня не уволит.

– И что вы сделали?

– Подмешала лекарство в рыбные консервы. Совсем чуть-чуть, чтобы кот просто приболел, а не умер.

– А Нина Петровна, откуда взялась?

– Я не знала, что она будет есть кошачий корм! – всхлипнула Галина Степановна. – Кто же мог подумать?

Теперь все встало на свои места. Директор боялся, что Нина Петровна передаст компрометирующие документы в налоговую инспекцию. Поэтому он подкупил уборщицу, чтобы та отвлекла главного бухгалтера от работы, отравив ее кота. Но план пошел не так – Нина Петровна сама съела отравленную еду и умерла.

– Значит, это не убийство, а несчастный случай? – спросила я у следователя.

– Нет, – покачал головой Комаров. – Это убийство по неосторожности. Галина Степановна будет отвечать по всей строгости закона. А директор – как организатор преступления.

Персик довольно мурлыкнул. Правда восторжествовала, и он мог теперь спокойно горевать по своей хозяйке.

А я думала о том, как важно быть внимательным к деталям. Если бы не наблюдательность умного кота, преступление могло остаться нераскрытым.

Глава 5: Персик распутывает финансовый клубок

После признания Галины Степановны я думала, что дело закрыто. Но что-то меня все равно беспокоило. Персик тоже выглядел неспокойным – он постоянно ходил кругами по кабинету и время от времени подходил к столу Нины Петровны, жалобно мяукая.

– Что тебе не нравится, умница? – спросила я у кота, когда мы остались одни.

Следователь Комаров увез Галину Степановну для дальнейшего допроса, а директора и экономиста отпустили под подписку о невыезде. Формально дело было раскрыто – уборщица призналась в отравлении кота, которое привело к смерти главного бухгалтера. Но интуиция подсказывала мне, что история еще не закончена.

Персик подошел к компьютеру Нины Петровны и лапой указал на экран. Я включила его и стала изучать последние файлы, с которыми работала покойная.

– Так, посмотрим, что здесь… – пробормотала я, открывая папку с названием "Срочно! Для налоговой".

В папке лежал готовый отчет о махинациях с НДС, который Нина Петровна собиралась передать в налоговую инспекцию. Документ был подготовлен очень тщательно, с приложением всех доказательств. Дата создания файла – позавчерашний день, восемь вечера.

– Персик, получается, что Нина Петровна закончила свое расследование и уже готовилась сдать директора? – спросила я кота.

Персик утвердительно мяукнул и указал лапой на принтер. Я проверила лоток для бумаги – он был пуст, но на столе лежала стопка свежих распечаток. Это были те самые документы, которые валялись на полу, когда я нашла тело.

Значит, Нина Петровна не просто работала допоздна – она печатала материалы для налоговой! И кто-то об этом знал.

Персик тем временем обследовал мусорное ведро и вытащил оттуда скомканный листок бумаги. Я разгладила его и прочитала: "Виктор Семенович! Завтра утром передаю все материалы в налоговую инспекцию. У вас есть последний шанс все исправить. Н.П."

– Вот это да! – воскликнула я. – Персик, да это же ультиматум! Нина Петровна предупредила директора!

Кот довольно мурлыкнул и подошел к телефону на столе. Я нажала кнопку определения номера и увидела список последних входящих звонков. Последний звонок поступил вчера в 21:15 с мобильного номера.

Я набрала этот номер, и через несколько гудков раздался знакомый голос:

– Алло, слушаю.

– Виктор Семенович? – переспросила я.

– Да, это я. А кто говорит?

– Таисия. Я работаю с документами Нины Петровны и нашла кое-что интересное.

– Что именно? – в голосе директора послышалась тревога.

– Может быть, встретимся? Мне нужно кое-что уточнить.

– Хорошо, я сейчас подъеду в офис.

Через двадцать минут Виктор Семенович появился в кабинете. Выглядел он неважно – бледный, взъерошенный, с красными глазами.

– Таисия, что вы хотели обсудить? – спросил он, нервно поглядывая на Персика.

Кот сидел на подоконнике и пристально смотрел на директора. В его зеленых глазах читалась нескрываемая неприязнь.

– Виктор Семенович, – начала я, – расскажите, как на самом деле произошло убийство Нины Петровны.

– Какое убийство? – возмутился он. – Галина же во всем призналась! Она отравила кота, а Нина Петровна случайно съела отравленную еду.

– Это правда, но не вся, – сказала я, доставая записку с ультиматумом. – Вот что написала вам Нина Петровна перед смертью.

Директор побледнел еще больше:

– Откуда у вас это?

– Нашла в мусорном ведре. Значит, вы знали, что завтра утром она идет в налоговую?

– Знал, – признался Виктор Семенович. – Она мне звонила вчера вечером и сказала, что больше не может молчать.

– И что вы сделали?

– Попытался ее отговорить! Объяснил, что если она нас сдаст, то пострадают все сотрудники фирмы. Останутся без работы, без средств к существованию.

– А она?

– Сказала, что подумает до утра. Но я понимал, что она все равно пойдет в налоговую.

Персик вдруг спрыгнул с подоконника и подошел к сумке директора, которую тот поставил у двери. Кот принялся ее обнюхивать и громко зашипел.

– Что это с котом? – нервно спросил Виктор Семенович.

– Он чует что-то подозрительное. Можно посмотреть, что у вас в сумке?

– Там рабочие документы, ничего особенного.

Но Персик не отступал. Он царапал сумку когтями и жалобно мяукал.

– Виктор Семенович, – сказала я твердо, – покажите содержимое сумки. Или я вызову полицию.

Директор вздохнул и открыл сумку. Внутри, помимо обычных вещей, лежала баночка с остатками рыбных консервов.

– Это что? – спросила я.

– Консервы для кота, – пробормотал он. – Я… я хотел покормить Персика.

– Какой заботливый, – иронично заметила я. – А зачем вам консервы с истекшим сроком годности?

Действительно, на банке красовалась дата трехмесячной давности.

– Виктор Семенович, – продолжила я, – расскажите правду. Что произошло позавчера вечером?

Директор опустился на стул и схватился за голову:

– Я не хотел ее убивать! Честное слово, не хотел!

– Тогда как все было?

– После телефонного разговора с Ниной Петровной я понял, что нужно что-то срочно предпринимать. Приехал в офис около девяти вечера. Она все еще работала, печатала какие-то документы.

– И что дальше?

– Я попробовал еще раз ее уговорить. Предложил деньги, долю в прибыли, что угодно. Но она была непреклонна.

– А потом?

– Потом я увидел, что Персик голодный ходит. И тут мне пришла в голову идея…

– Какая идея?

– Я подумал: если кот заболеет, то Нина Петровна отвлечется от работы, будет заниматься им. А я тем временем уничтожу все компрометирующие документы.

– И вы принесли отравленные консервы?

– Не отравленные! – воскликнул директор. – Просто испорченные. Я хотел, чтобы кот просто расстроил желудок. Ничего серьезного.

– Но дигоксин откуда взялся?

– Это сердечное лекарство моей жены. Она принимает его от аритмии. Я подумал, что если добавить совсем чуть-чуть в консервы, то кот просто станет вялым и сонным. А Нина Петровна испугается и повезет его к ветеринару.

– И что произошло дальше?

– Я поставил миску с консервами на пол и сказал Нине Петровне, что принес угощение для Персика. Она поблагодарила меня и продолжила работать.

– А сами где были?

– Ушел домой. Думал, что утром найду кота больным, а Нину Петровну – в панике.

– Но план не сработал?

Виктор Семенович покачал головой:

– Утром Людмила позвонила и сказала, что Нина Петровна умерла. Я сначала не поверил, думал, что это розыгрыш.

– А потом?

– Потом приехал в офис и увидел… Боже мой, я до сих пор не могу поверить, что она мертва!

Персик подошел к директору и грозно зашипел. Кот явно понимал, что перед ним убийца его хозяйки.

– Виктор Семенович, – сказала я, – но ведь вы не просто хотели отвлечь Нину Петровну. Вы рассчитывали, что она попробует консервы.

– Что? Нет! Зачем ей пробовать кошачий корм?

– А затем, что любящие хозяева всегда проверяют еду для своих питомцев. Особенно если им кажется, что с кормом что-то не так.

– Я не знал…

– Знали! Вы же видели, как Нина Петровна заботится о Персике. Она всегда пробовала новый корм, чтобы убедиться, что он свежий и вкусный.

Директор молчал, и я продолжила:

– Вы рассчитывали именно на это. Дигоксин – очень опасное лекарство. В больших дозах оно может вызвать остановку сердца. А у Нины Петровны и так были проблемы с сердцем после стрессов на работе.

– Нет, я не хотел…

– Хотели! – перебила я его. – Потому что понимали: если Нина Петровна сдаст вас в налоговую, то вам грозит тюрьма. А так все выглядело бы как несчастный случай или естественная смерть.

Персик вдруг подошел к столу и лапой сбросил на пол калькулятор. Тот упал с грохотом, и цифры на экране замигали.

– Даже Персик понимает, что вы убийца, – сказала я. – Кот сразу почувствовал опасность, когда вы принесли отравленные консервы. Поэтому он не стал их есть.

– Но тогда почему Нина Петровна…

– Потому что она увидела, что кот отказывается от еды, и решила проверить, что с кормом не так. Попробовала и отравилась.

Виктор Семенович заплакал:

– Я не хотел ее убивать! Нина Петровна была хорошим человеком. Но она хотела разрушить все, что мы строили годами!

– Вы строили преступную схему!

– Мы просто хотели выжить! В нашем бизнесе конкуренция жесткая, налоги огромные. Без этих схем мы бы давно обанкротились.

– И поэтому можно убивать честных людей?

Директор не ответил. Персик подошел ко мне и лег на колени, словно благодаря за то, что я раскрыла убийство его хозяйки.

– Виктор Семенович, – сказала я, доставая телефон, – я вызываю полицию. Надеюсь, вы не будете сопротивляться.

– Не буду, – тихо ответил он. – Мне и так жить не хочется. Нина Петровна была правой, а я… я стал убийцей.

Через полчаса в офис приехал следователь Комаров с группой оперативников. Директор повторил свои показания и был арестован по обвинению в убийстве.

– Таисия Петровна, – сказал лейтенант, – как вы догадались, что истинный убийца – директор?

– Не я догадалась, а Персик, – ответила я, поглаживая кота. – Он с самого начала показывал мне, что нужно искать связь между отравленным кормом и директором. А когда я нашла записку с ультиматумом, все встало на свои места.

– Умный кот, – согласился следователь. – Жаль, что он не может дать показания в суде.

– А он уже дал, – улыбнулась я. – Своим поведением. Персик помог восстановить истинную картину преступления.

Кот довольно мурлыкнул, словно понимая, что его хозяйка отомщена.

Через месяц судебное дело было закрыто. Виктор Семенович получил десять лет лишения свободы за убийство, а Игорь Валентинович – пять лет условно за соучастие в махинациях. Галина Степановна отделалась штрафом и исправительными работами.

Фирма "Золотое яблочко" была ликвидирована, а ее сотрудники нашли новую работу. Меня пригласили главным бухгалтером в крупную торговую компанию, где я теперь слежу за тем, чтобы все финансовые операции были чистыми и прозрачными.

Персик живет у меня дома и прекрасно ладит с моим Барсиком. Иногда мне кажется, что он скучает по Нине Петровне, но в целом кот доволен своей новой жизнью. Особенно его радует, что я покупаю ему только самые свежие и качественные консервы.

А еще Персик стал настоящей знаменитостью в нашем районе. Соседи называют его котом-детективом и приносят к нам всякие загадочные истории. Правда, пока больше никаких убийств мы не расследовали – и слава богу.

Но я знаю: если снова случится что-то странное, Персик обязательно поможет докопаться до истины. Ведь справедливость для него – не пустые слова. Это дело всей жизни.

Иногда вечерами, когда мы с Персиком сидим на кухне за чашкой чая (он пьет молоко, конечно), я думаю о том, как важно быть внимательным к мелочам. Нина Петровна погибла, потому что была честной и принципиальной. Но благодаря ее работе и помощи умного кота удалось восстановить справедливость.

– Спасибо тебе, Персик, – говорю я коту. – Без тебя я бы никогда не разобралась в этой истории.

Персик мурлыкает в ответ и трется о мою руку. Кажется, он понимает каждое слово.

А Барсик ревниво косится на нас из своего угла. Видимо, и ему хочется стать детективом. Но пока что он предпочитает ловить мышей, а не преступников.

Что ж, каждому свое. Главное, что в нашем доме царят мир и справедливость. И никто больше не посмеет обижать ни кота, ни его хозяев.

Свадебный торт с трупом вместо сюрприза

Глава 1: Белое платье в красных пятнах

Если бы мне кто-то сказал месяц назад, что я буду искать труп в свадебном салоне, я бы рассмеялась и посоветовала этому человеку обратиться к психиатру. Но жизнь, как известно, штука непредсказуемая, особенно когда у тебя есть подруга по имени Маша Петрова и рыжий кот Персик, который обладает сверхъестественным чутьем на неприятности.

Все началось в субботу утром, когда я мирно пила кофе на кухне и планировала провести выходные за просмотром сериалов. Персик лежал на подоконнике, греясь на солнышке и время от времени поглядывая на воробьев за окном. Идиллия была нарушена звонком телефона.

– Тасечка! – закричала в трубку Маша таким голосом, словно ее преследовал маньяк с топором. – Ты должна мне помочь! Я умираю!

– Что случилось? – испугалась я, представив самое худшее.

– Света заболела ветрянкой! Прямо за неделю до свадьбы! Ты понимаешь, что это значит?

Света была Машиной сестрой, которая должна была быть свидетельницей на предстоящей свадьбе моей подруги. Честно говоря, я не понимала, при чем тут я, но голос Маши звучал настолько трагично, что я решила выяснить подробности.

– И что мне делать? – осторожно спросила я.

– Ты будешь моей свидетельницей! А еще поможешь мне с последними приготовлениями. Сегодня нужно забрать платье из салона, проверить букеты, съездить к фотографу…

– Маша, но я же ничего не понимаю в свадьбах!

– А кто понимает? Главное – поддержать морально. Плииииз, Тасечка!

Персик, услышав мои стоны, поднял голову и посмотрел на меня с явным осуждением. Мол, опять ввязываешься во что-то непонятное.

– Хорошо, – сдалась я. – Во сколько встречаемся?

– В час дня у салона "Белый лебедь" на Арбате. Ты золотая!

Через три часа я стояла перед витриной свадебного салона и удивлялась, как много может стоить кусок белой ткани с рюшечками. Персик сидел в своей переноске и недовольно ворчал – он не любил выходы в свет, предпочитая домашний уют.

– Зачем ты притащила кота? – удивилась появившаяся Маша.

– А куда его девать? Дома оставлять не хочется, вдруг что-то натворит от скуки.

– Ну ладно, главное, чтобы он не мешал.

Мы вошли в салон, и я сразу же поняла, что попала в другой мир. Везде висели белоснежные платья, словно парящие привидения, блестели стразы и жемчуга, а воздух был пропитан запахом дорогих духов и новой ткани.

За стойкой нас встретила женщина лет сорока пяти с ярко-рыжими волосами и улыбкой, которая явно была частью профессионального имиджа.

– Мария Петрова? – уточнила она. – Я Инга Сергеевна, владелица салона. Ваше платье готово, сейчас принесем на примерку.

Пока Маша переодевалась в примерочной, я осматривала салон. Персик в своей переноске странно себя вел – то шипел на букеты искусственных цветов, то пытался вырваться наружу. Я решила, что его просто раздражает обилие незнакомых запахов.

– Как я выгляжу? – спросила Маша, выходя из примерочной.

Честно говоря, она выглядела как принцесса из диснеевского мультика. Белое платье с длинным шлейфом, украшенное мелкими жемчужинами, идеально сидело по фигуре.

– Потрясающе! – искренне восхитилась я.

– Только вот пуговки на спине немного тугие, – заметила Маша. – Можно их ослабить?

– Конечно, – кивнула Инга Сергеевна. – Валентина Петровна это быстро исправит. Она наш лучший мастер. Валя! – крикнула она в сторону задней части салона.

Ответа не последовало.

– Странно, – пробормотала владелица. – Она только что здесь была. Валентина Петровна!

Тишина.

– Наверное, в кладовке, – предположила Инга Сергеевна. – Там иногда плохо слышно. Сейчас схожу за ней.

Она исчезла за дверью с табличкой "Персонал". Персик в это время принялся царапать коробки с лентами, которые стояли рядом с его переноской.

– Что с тобой, котик? – удивилась я, выпуская его наружу.

Персик мгновенно метнулся к той самой двери, за которой скрылась Инга Сергеевна, и принялся скрестись в нее когтями.

– Может, он хочет в туалет? – предположила Маша.

Но я знала своего кота. Так он вел себя только тогда, когда чувствовал что-то неладное. Например, в прошлом году он точно так же царапал дверь соседки, а через два дня выяснилось, что у той случился инсульт.

Внезапно из-за двери донесся пронзительный крик. Мы с Машей переглянулись и бросились на звук.

В небольшой кладовке, между рулонами ткани и коробками с фурнитурой, на полу лежала женщина лет пятидесяти в белом халате. Рядом с ней стояла на коленях и рыдала Инга Сергеевна.

– Она мертва! – всхлипывала владелица салона. – Валя мертва!

Я осторожно подошла ближе. Женщина действительно была мертва – это было видно даже мне, далекому от медицины человеку. Лицо синеватое, глаза закрыты, на шее виднелись странные красные полосы.

– Нужно вызвать скорую и полицию, – сказала я, доставая телефон.

– Нет! – вскричала Инга Сергеевна. – Что будет с моим бизнесом? Если узнают, что здесь было убийство…

– Убийство? – переспросила я. – Откуда вы знаете, что это убийство?

Инга Сергеевна осеклась и стала заикаться:

– Ну… я подумала… то есть, может, это и не убийство… может, сердце…

Но я уже заметила то, что сразу бросалось в глаза. Рядом с телом валялся кусок белой атласной ленты, а на шее покойной виднелись следы удушения.

Персик тем временем обнюхивал углы кладовки и вдруг замяукал, указывая лапой на одну из коробок. Я заглянула туда и увидела разбросанные катушки ниток и… капли крови на белой ткани.

– Маша, выходи отсюда, – тихо сказала я подруге. – И вызывай полицию.

– Но свадьба… платье… – растерянно пробормотала она.

– Свадьба подождет. А платье… – я посмотрела на белоснежное творение, в которое была облачена моя подруга, и заметила несколько красных пятнышек на подоле. – Платье, боюсь, тоже стало уликой.

Пока мы ждали приезда полиции, я попыталась восстановить картину произошедшего. Валентина Петровна работала в кладовке, кто-то вошел к ней, завязал вокруг шеи атласную ленту и удушил. Но зачем? И главное – кто?

Персик продолжал исследовать помещение и вдруг принялся царапать одну из коробок особенно усердно. Я открыла ее и обнаружила там свадебные перчатки, но одна из них была измазана в крови.

– Инга Сергеевна, – обратилась я к владелице салона, которая все еще рыдала в углу. – А кто еще мог знать, что Валентина Петровна находится в кладовке?

– Никто! То есть… не знаю… – она всхлипнула. – У нас же закрытый день, работали только мы с Валей.

– А клиенты могли заходить?

– Только вы… и еще Алевтина Борисовна приезжала за своим платьем. Но она ушла еще час назад.

– Алевтина Борисовна?

– Жена депутата Краснова. Очень важная клиентка. Валя шила ей платье для юбилея мужа.

Персик вдруг мяукнул и указал лапой на мятую бумажку под одним из рулонов ткани. Я подняла ее и увидела записку, написанную неровным почерком: "Если не хочешь, чтобы все узнали о твоем прошлом, принеси пятьдесят тысяч рублей завтра в парк."

– Что это? – спросила я у Инги Сергеевны.

Та взглянула на записку и побледнела еще больше:

– Понятия не имею! Может, это какая-то ошибка…

Но ее глаза бегали, а руки дрожали. Явно что-то скрывала.

Через двадцать минут в салон ворвались полицейские во главе с молодым лейтенантом Комаровым, которого я уже знала по прошлым приключениям.

– Таисия Петровна! – удивился он. – Опять вы! Что на этот раз?

– Убийство в свадебном салоне, – коротко ответила я.

Лейтенант осмотрел место происшествия, опросил всех присутствующих и постановил, что салон временно закрывается как место преступления.

– А что с моим платьем? – жалобно спросила Маша.

– Боюсь, оно пока останется здесь как вещественное доказательство, – ответил Комаров.

Маша разрыдалась еще громче. Я попыталась ее успокоить, но сама понимала – свадьба через неделю, а невеста осталась без платья.

Когда мы, наконец, вышли из салона, Персик облегченно вздохнул. Но я знала, что это только начало. Мой кот не успокоится, пока мы не выясним, кто и зачем убил бедную швею.

– Маша, – сказала я подруге, – не расстраивайся. Найдем тебе другое платье. А заодно и убийцу этой Валентины Петровны.

– Ты думаешь, нам это под силу? – всхлипнула Маша.

Я посмотрела на Персика, который уверенно шагал рядом, словно уже знал, куда идти дальше, и кивнула:

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.