Сколько кругов осталось позади с тех пор, а я продолжаю помнить всё. Это не мешает. Наоборот, в сравнении видно, какими сильными оказались изменения, приведшие меня к абсолютной воле сознания. Я свободно оперирую своим разумом, не нуждаясь в отдельных творческих процессах, достигнув уровня, где всё бытие является самим творчеством, а не продуктом творения. Я больше не испытываю проблем ни в чём, потому что сам произвожу энергию, которую использую. Необходимо – и произвожу, создавая фон к изменению в самом себе. Такую ситуацию можно было бы назвать самодостаточностью, если б я не помнил того, что было не со мной. Значит, кроме меня есть ещё кто-то. Это я? Не универсум, как ошибочно можно было бы предположить. Место расположения разума, где я везде и нигде – именно ситуация. Потому что кроме меня здесь есть тот, которого я хочу называть не собой. Разве я отрицаюсь? Нет. Тогда что это? Желание слова, обращённого к себе как бы со стороны, словно я ребёнок и играю. Мы можем меняться местами, это нормально. Нам необходимо понимать друг друга, чтобы любить. А для этого нужно почувствовать себя в его шкуре. В его реальности. В его сердце. Тогда обе реальности станут одним целым. Но он до сих пор непостижим для меня, как горизонт, как ветер, приходящий из ниоткуда и уходящий в никуда.

Я – Созерцатель. Я существую в своём собственном единополярном мире, творю всё новое в самом себе. Но моя слабость в том, что до сих пор не могу обходиться без тени. Хотя я один. Я снова и снова повторяю эту игру, пытаясь найти переход на следующий уровень. В ходе игры я больше не использую акт сотворения своего подобия в образе человека, чтобы не оказаться привязанным к последующему эону сотворения богов или даймонов. Человек не животное, даймон не человек, но суть одна, цепь, сковывающая одно с другим, как звенья, при помощи логики, которой быть не должно. Нет логики – не будет зависимости. Зависимости от своего повторного образа в качестве не то помощника, не то собеседника, не то отражения. Это зеркало, зачем оно мне? Старик, ты что, не можешь быть один? Стыдись! Тебе страшно? Страх является реакцией на проявление неизвестного. Так что же во мне есть такого, чего я не знаю и потому боюсь? Желание повторить себя, создать копию про запас возникает от естественной необходимости самосохраниться, защитить себя от неожиданной материализации того, что находится глубоко во мне, подобно подсознанию, свободно, вольно и поэтому бесконтрольно. Я всё ещё остаюсь магнитом с раздвоенным умом шизофреника, параноика, испытывающего нужду во втором кладбищенском воре или в своей паре, «пассии». Но ведь отлично знаю: придумывая себе друга, создаю своего врага. А где существуют двое, там суждено появиться третьему лишнему. Логический закон «исключённого третьего» неизбежен там, где действуют два полюса одного магнита как две взаимодействующие реальности, без чего не обходится магнетизм. Не обходится в самом принципе. Из двух существующих реальностей всегда есть выбор, а выбор есть зло. Потому что не бывает так: один прав, а другой – нет. Бывает две реальности, три реальности… и так далее. Все они начинают спор между собою. Кто из них более прав, у того, по идее, должно быть больше прав, и закон в его руках! А у кого закон, тот и господин для новоявленных рабов. Вот и повторилась история. Злая история.

Но, старик, как может статься, чтобы твой личный единополярный мир не уничтожил в тебе тех двухполюсных и многополюсных миров, откуда ты вышел? Нивелировав эти миры, ты уничтожишь себя бывшего – логика связывает тебя с твоим началом и переходом, это один путь. Тогда повторится не только история, повторится твоя судьба, в которой ты пытался стереть своё прошлое, а на самом деле терял память. Ослаблял разум, обновляя его до чистого листа, младенческого идиотизма. И всё же информация о событиях оставалась где-то «в вышних», вынуждая вернуться и повторить уничтоженный опыт. Что нужно сделать, чтобы я настоящий не был связан с собой прежним, полярным, имеющим определённый пол и половое самосознание? Войти в его реальность, как старик-египтянин вошёл в мой дом и мою душу? Что толку! Я наделал ошибок с ним или без него и повторил свой собственный путь, замкнув круг эволюции подобно реке Меже, зацикливающей своё течение на самой себе. Какая печальная ирония! Межа – это я? Неужели у меня нет выхода из ситуации самоневоли? Я не могу уйти от самого себя, не могу стать иным, потому что не бывает много Абсолютов, иначе это назовётся Троицей, а Троица не абсолютна, раз каждая из трёх ипостасей является отдельной сущностью, то есть самостоятельной реальностью. Во всём этом есть какая-то ещё не понимаемая мною проблема – преграда, в общем, гора. Туда, на её вершину ведёт меня мой путь, чтобы стать ближе к моим небесам. И уже не перейти, а вознестись по воздуху, в духе, исключая вспомогающие вещи мира. Исключая природу Бога Троицы, где три божественных Лица неизбежно спорят между собою в неизбывном единстве личностной разницы.

Итак, чтобы перейти на следующий уровень, мне необходимо обратиться к памяти, что является временной информацией для связки логических построений там, где без логики не будет понятен смысл последовательных явлений.

Компьютерная игра выстраивается на базе человеческих чувств, простейший вариант представляет собой совокупность видео с наложенным на него аудиосопровождением. Цифровое видео игры либо фильма существует в сжатом файловом формате. В процессе декодирования видеопотока участвует центральный процессор. Так по умолчанию производителя. На заре компьютерного производства использовались процессоры, собираемые вручную индивидуально, что напоминает настоящее творчество. Поэтому каждый компьютер имел имя, как бывает с любой личностью. Личность индивидуальна, принципиально неповторима, то есть эксклюзивна. С введением производственного потока смысл компьютера как инструмента пользования сжался до понятия модели – некого модуля с общими характеристиками для более удобного копирования. Так освободилось временное пространство для возможности обеспечения компьютерами всего человечества с целью модернизации социального устройства жизни, включая торговлю, которая обычно побуждает к действию соблазном наживы и потому вскоре занимает главенствующее положение в этом процессе, как, впрочем, и во всех других процессах тоже. Торговое соревнование, рынок, базар вынуждают создателей цифровых технологий к аппаратной обработке, и она обеспечивается видеочипами (видеокартами) или декодерами. Это тот же процессор, только специализирован на модернизации видеосигнала. В свою очередь включение в процесс декодинга очень сильно разгружает центральный процессор, если он слаб для новых видео форматов. Чем больше размер картинки, тем чётче видео и больше нагрузка на процессор. Видео зависает, двигается рывками или вообще останавливается. Появление новых технологий подарило людям картинку высокой чёткости с большим разрешением и обеспечило плавную смену кадров. Поэтому новые модели кодеков и декодеров вытесняют устаревшие технологии на пути эволюции или развития.

Так говорят. А что происходит в действительности? В реальности, а не по идее? Не только в производстве компьютеров, в любом производственном процессе для масс – что происходит? Возникает парадокс массового сознания, когда на поток ставится человеческий разум. Эта неожиданная в личностном социуме философия оправдывается понятием общественной пользы. Но она идёт вразрез с природой человека как личности. Поток характерен для насекомого мира, особенно там, где пол не имеет значения. Например, в пчелином улье и муравейнике есть бесполые рабочие и одна матка – кошмарное существо, с человеческой точки зрения, подобное фабрике, где на конвейер вместе с неживыми вещами народного потребления возлагаются живые представители роя. Все вместе взятые лишены индивидуального разума ради высокой производительности. Творческий процесс обычно подразумевает неповторимое произведение, это долгий и сложный период. Но в человеческом рое вместе с поставленной на рынок политикой, экономикой, наукой, культурой человек превращается в инструмент в руках мастера из более высокого уровня той же самой игры, основанной на производственном потоке и торговле. Этот Мастер использует нижерасположенных существ как бог, но злой бог, бог наживы, иначе говоря – сатана. Некогда думать и философствовать там, где надо делать, делать быстро, без размышления. Следует понимать, что в таком случае товаром становится всё, что можно продать и купить, в том числе человек, в том числе разум, в том числе неповторимая вечная энергетическая составляющая или, говоря иными словами, душа человека, сотворённая по образу Бога-творца. А по принципу подобия и самоподобия, в продажу идёт чистое творчество и, значит, сам Бог. Бог же является высшей целью на пути эволюции человека. Таким образом, человек торгует своей душой, принося в священную жертву цель своей жизни – путь к Богу, и это уже не парадокс, а нонсенс, то есть безумие, добровольно выбираемое на выборах свободы совести. По этой парадоксальной причине мир людей, казалось бы, поклоняющийся доброму Богу, выбирает зло, оправдываясь необходимостью выживания. Согласно с такой установкой мышления, образ Божий заменяется сначала образом Творца, а в конечном счёте – образом вообще любого творца, находящегося на вершине власти человеческого базара. Адам обзаводится полом и семьёй, на поток ставится производство детей, которых ему рожает жертвующая частью своего тела и души Ева. А время в качестве шкалы для измерения количества продуктов производства ускоряется ради того, чтобы смерть быстрее сменяла поколения. Так обычно бывает с любыми товарами. Чем быстрее испортится вещь, тем скорее человек явится на базар за новой вещью – такой же быстро портящейся и оправданной неким временным гарантийным сроком или прожиточным минимумом. Законы торговли требуют производить некачественные товары, жалуясь на неблагополучные условия жизни. Политики обещают счастье на земле по окончании всех необходимых для этого войн, голода, болезней. Религия идёт ещё дальше, утверждая смысл жизни в смирении и терпении мучений ради иллюзорного рая.

Нет. Никому они такие не нужны на небесах. Ведь такими они не нужны даже друг другу. Зачем же они Богу?

Не нужно надеяться, будто вместе со смертью тела гибнет личность человека, и на этом всё кончается. Всё только начинается для несчастной души – вечной и потому не имеющей возможности уйти в блаженное небытие. Не бывает энергии или силы, которая бы исчезла без следа, всё переходит из одной формы в другую с сохранением своего потенциала. И даже беспамятство не избавляет от возможных мучений личность, добровольно пожертвовавшую волей своей души и разума ради торгового потока. Как человек жил, как привык жить, так и продолжит. Я не знаю, что должно случиться, чтобы закоренелый разбойник вошёл в рай, но креста для этого явно не хватает. Однажды предавший предаст опять. В этом смысл его жизни. Почему он должен менять свои привычки, если всё хорошо? В раю разбойники неизбежно примутся убивать друг друга, торгаши – спекулировать, безумцы – безумствовать.

Кто Бог человеческий? Рождающий и умирающий. Умирающий ради воскресения. Воскресающий ради суда. Судящий ради вечной погибели, как сказано: «Широки врата и пространен путь, ведущие в погибель, и многие идут ими; но тесны врата и узок путь, ведущие в жизнь, и немногие находят их». Эти слова приписываются Иисусу Христу. Но разве так надо? Разве кучка сохранившихся избранных может оставаться в счастливой беспечности, зная, что бoльшая часть человечества получила от Бога вечный ад? Если да, то они ничем не лучше такого «бога», который поступает подобно отцу, посчитавшему, что его дети не достойны жить с ним в одном доме, а должны сидеть привязанными в яме с червями. Лицемеры оправдывают такого «Отца», в надежде оказаться в числе избранных за своё лицемерие. Человеческий «Бог» сотворён людьми по образу и подобию человеческому, не иначе.

Но есть настоящий, реальный Бог. Это любой из людей, задавшийся целью найти Бога и достигший уровня сознания, где Богом является он сам на его личном пути бесконечного, вечного совершенствования. Никто не враг самому себе, если нет другой цели – стать господином для его личных рабов. Каждый господин есть сатана, потому что стремится построить своё личное счастье на несчастье других, ограничивая их личную свободу и волю разума к бесконечному развитию в самом себе, в их собственной судьбе, ведь каждый человек является неповторимой личностью и не должен быть предметом продажи для какого-то пользователя. Выбрав для себя дорогу материального обогащения, человек обзаводится сначала вольнонаёмными работниками, потом молчаливыми рабами, потом его свергают с пьедестала другие господа, желающие занять его место, натравив на него своих бессловесных холопов. Является ли Иисус Христос Господом, если Господь это господин высшего порядка, последней ступени материальной и духовной пирамиды власти? Возможно, все верующие заблуждаются, соединяя в образе Христа образ истинного Бога и корыстное представление о личном счастье, которого можно достигнуть исключительно путём достижения власти, то есть господства в торговом мире. Или кто-то обманывает людей, чтобы получить в своё пользование как можно больше «счастливых рабов»? Вот почему я сказал, что человек ступает на путь сатаны и становится врагом самому себе, если ему кажется, будто дорога к Богу лежит через свободу производства и торговли. Если человек не враг самому себе, он не станет приручать людей, чтобы обзавестись рабами для личного счастья. Человеческий путь к истине ведёт только через отрицание коллективного сознания. На самом деле коллективного сознания не бывает у людей, ведь люди не насекомые, каждый человек имеет свой индивидуальный, отличный от других, разум. Свою собственную, не понятную для других реальность.

И получается странная вещь. Человек, созданный по образу и подобию Бога неповторимой личностью, прав только в том случае, если прекратит общение с другими людьми, удалится от человеческого общества для личного совершенствования. А по принципу подобия и самоподобия выходит, что Бог тоже таков. Значит, Бог творит не для людей, как можно было бы думать, и как мы думаем, исповедуя веру в Бога любой религии современного мира, иначе выйдет, что наш человеческий «Бог» это ни кто иной, как Сатана, вот и называются все люди «рабами божьими» или «овцами», где есть некий божественный Пастух. Бог не Господь. Он не производитель, не торговец. Он творит исключительно в самом себе, а если нет, то его Творение следовало бы назвать Базаром. Бог не враг себе. Значит, и человек, по своей природе, тоже. Нельзя творить для людей – этим мы привязываем себя к коллективному сознанию и становимся зависимыми от продажи совести на рынке искусства. Человеческий «Бог» неправ. Настоящего Бога мы не знаем, или его, по слову Ивана Ильина, «замалчивают до смерти», чтобы мы продолжали оставаться в неведении в корзине дьявола. Настоящий Бог это каждый из людей, ступивший на путь перехода к своему одинокому совершенствованию в самом себе. И нет иного выбора, кроме него самого, его одного, где в самом конце пути его зовёт к себе Абсолют. Абсолют личности, стремящейся – отдельно от других, но вместе с другими личностями – к единой для всех цели и представляющие собою эту цель – единого Бога в своём внутреннем, а не внешнем творчестве.

Получается, Богу нельзя творить вне себя самого, чтобы не оказаться «вне себя». Грустный каламбур. Богу нельзя творить. Это самый главный парадокс Реальности. Можно представить что-либо, существующее «вне» разума творца, но это иллюзия. Реально лишь то, что внутри. Нет ничего кроме Бога, нет ничего вне Бога. Его иллюзии или «сон Брахмы» – не реальны, потому что представляют собою то, что ему только представляется. Мы все видим сны. Однако реальностью станет лишь то, что нравится. Сатана не реален, он соткан из страха перед неизвестностью, неопределённостью момента грезящего подсознания, что в принципе не может нравиться. Дети, увлекающиеся играми в пауков, в динозавров делают это от страха перед неизвестными вещами, которые не могут объяснить им взрослые. Приняв для себя одну из версий, объясняющую миры насекомых и рептилий, они успокаиваются. Но на самом деле это одна из представленных версий, а не истина. Одна из бесконечного множества иллюзий. Поэтому из всех людей реальны лишь те, кто выпал из корзины дьявола, чтобы вернуться к Богу в его голову, в его душу. Остальные останутся в сне Бога спящего. А там, как видно, нет ничего определённого или разумного, личного, одно чистое подсознание, чистое творчество, опасное для тех, кто, по своей неразумности или неосторожности, оказался в этой корзине. Не успеешь выпасть до того, как окончится сон Бога, исчезнешь вместе с его иллюзиями.

Рискну сделать вывод. Личность есть духовный разум, исключая мозг, это то, что находится внутри души, а не тела, не подчиняется подсознанию и контролируется высшей Целью, то есть вектором движения, развития от простого к сложному, опытному, что, в сущности, не будет ошибкой назвать «возвращением домой». Индивидуальный разум не бывает врагом себе, хранит себя для будущего воссоединения со своим началом. Он всегда одинок, чтобы не увязнуть в отношениях с героями собственных иллюзий и не запутаться в области бессознательного. Иначе придётся принести себя в жертву за них по любви, по примеру Христа, а мы видим, что его пример не послужил избавлению человечества от сатанинского пленения, наоборот, люди совершенно запутались, где правда, а где ложь. Опыт Христа послужил массовому мазохизму, бессмысленному терпению того, чего не должно быть в человеке, настолько оно ужасно и неестественно. Не может нормальный отец послать сына на крест за своё неудачное творчество, в котором раскаялся – уже раскаялся, и, значит, не нуждается в поправках. Это противоестественно, то есть иллюзорно, совершенно необъяснимо, непонятно, поэтому вызывает безотчётный страх, а не избавление от плена иллюзий. Нет, это не спасение.

Иллюзия является продуктом сна. Иллюзия есть ответвившееся от сознания бессознательное, малая часть которого обретает реальный опыт в ходе возвращения к своему началу – индивидуальному разуму. Бессознательное временно, сознание вечно. Обычный бессознательный сон представляет собою варианты творческого процесса и не относится к реальности. Тогда как осознанный сон является уже настоящим творчеством, поскольку контролируется индивидуальным разумом. Он возвращает личность к истинной реальности. В осознанном сне личность покидает область иллюзий, выпадает из корзины дьявола, прекращает игру в неизвестное и больше не подвержена страху. Отсюда можно вывести заключение, что жизнь обычного человека есть сон, иллюзия из области божественного бессознательного. А жизнь человека, ступившего на путь уединённого возвращения к истокам божественного творения, что, по сути, означает путь к самому себе, является осознанным сном или, образно выражаясь, путеводной звездой к рождению в Боге и это уже настоящая реальность. Как это будет происходить, человек решает сам, рассуждает сам, в таком случае Суд, естественно, переходит в его руки, дарит волю совести и желание творить новое в самом себе, независимо от иллюзорных господ. Разум человека и разум абсолютного Бога становятся единым целым, не разделённым на рождение и исхождение. Только в этом случае Иисус Христос как Сын, рождающийся от Бога Отца и нисходящий от Духа Святого через Богородицу, обретает смысл в человеческой жизни. Это новое прочтение христианства. Но не ересь, потому что не призывает к массовому сопротивлению в новой секте, порождающей ещё один раскол, а зовёт к монашеству духа и настоящей, вечной любви в Боге, образом которого служит человек – мужчина и женщина в совокупности как сознательное целое, без разделения на ипостасные реальности. Мужчина и женщина, помогающие друг другу осознать сон жизни в качестве возвращения к одиночеству индивидуального разума, чтобы после смерти уже никогда не вернуться в эту дьявольскую игру в справедливость на "свободных" выборах совести и секса.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.