Legendara Edina
Дом с паразитами

"Окно в параллельный мир"

Это окно, было для неё входом в другую реальность. Реальность, где живут обычные нормальные люди, не такие как она… Никаких штор, никаких занавесок, никаких жалюзи. Девушка  любила смотреть на настоящий мир, не искажённый тканью или пластиком.

За окном был виден дом. Огромная многоэтажная вселенная, отделённая от скромной советской пятиэтажки, в которой жила девушка, широкой гравийной дорожкой и небольшим садом с цветами.

Построили этот дом ещё до её появления, но выглядел он, как будто только вчера был выкрашен в приятный лавандовый оттенок. Ни одной трещины или изъяна. Казалось,  он до сих пор хранил запахи штукатурки и краски.

А сколько в нём было окон? Сотни. Может даже тысячи. Они открывали виды на кухни, спальни, детские, гостиные, некоторые даже на ванные комнаты.

Вечернее время было особенно интересным. Люди возвращались в свои квартиры с работы, из гостей, со свиданий и с учёбы.

Окна вспыхивали разным светом электрических лампочек. На некоторых окнах висели гирлянды и их неоновый свет вызывал ощущение чуда и праздника. Кто-то только открывал шторы, кто-то напротив их закрывал.

Каждое окно этого дома, у девушки, имело своё «имя».

Второе окно справа на четвёртом этаже «Битое стекло»

За занавеской здесь виднелась кухня. По вечерам грустная женщина средних лет заваривала чай, разогревала ужин, а потом заходил злой мужчина и почти каждый раз был чем-то недоволен. Они  о чём-то спорили, а потом мужчина разбивал об пол кружку или тарелку.

« – Почему ты опять надела это платье в уродский цветочек!? Ты же знаешь я терпеть его не могу!»

– Ну, а мне нравится. Пожалуй  куплю тебе трусы с таким же рисунком.

– Дождёшься у меня, всю посуду в доме перебью.

– Наконец-то, всегда ненавидела сервиз подаренной твоей мамой.»

Конечно разговоров девушка слышать не могла, но она так любила представлять о чем же говорят обычные люди. Чего хотят. О чём мечтают.

Первое окно слева на третьем этаже, «Еда из коробочек»

Здесь жила молодая пара. Такие красивые парень и девушка. Каждый вечер они  проводили в своей гостиной перед телевизором,  ели еду из разноцветных коробочек, и наверное обсуждали сериал.

« – Как ты думаешь, в этой серии Королева казнит предателя?

– Мне кажется никакой он не предатель, это всё наговоры, они во всём разберутся и его отпустят.

–Ты так говоришь, потому что тебе этот актёр нравится.

– Ну и что? Я вообще люблю красивых мужчин, вроде тебя. »

Третье окно на первом этаже, «Сказка на ночь».

В этой огромной комнате с розовыми обоями жили две чудесные девочки двойняшки. По вечерам они забирались в кроватки, а высокая женщина садилась рядом на стул, открывала толстую книжку и читала, читала, читала…

« – Эта история о мальчике и о коте, о колокольном звоне и новогоднем чуде …

– А мальчик подружится с котом?

– А что за чудо?

– Если проявите терпение, сможете обо всём узнать. »

Незаметно наступала глубокая ночь огни  окон по очереди гасли. Но и в это время дом продолжал жить.

Четвёртое окно на пятом этаже, «Голые люди».

По ночам в этом окне мерцали трепещущие огоньки свечей, затем двое медленно избавлялись от одежды, при этом, как будто кусая друг друга губами, но что было дальше увидеть было невозможно, опускались жалюзи.

Последнее окно слева на втором этаже, «Картинки на экране».

После полуночи здесь голубоватым светом зажигался огромный экран монитора. По нему ездили танки, летали самолёты, ими с помощью мышки управлял мальчик подросток, что втайне играл в игры по ночам вместо сна.

Но вот дом ненадолго засыпал, замедляя своё дыхание. Казалось в нём замирал каждый житель, чтобы не разбудить его.

А потом наступал рассвет. Солнечные лучи стучали людям в окна, и те просыпались, суетились, спешили, опаздывали…

Первой всегда просыпалась бабушка в первом окне шестого этажа. Её окно девушка называла «Всё хорошо». Бабушка отодвигала простенькую занавеску, поливала цветы стоящие на подоконнике, затем гладила по спинке полосатого котика, спящего рядом, и казалось приговаривала: «Всё хорошо Васька. Всё будет хорошо.» А котик потягивался и довольно мурлыкал в ответ.

А на втором этаже в пятом окне  жила «Девушка – змея»

Своё утро она проводила в причудливых позах. Она была такая гибкая, что казалось могла завязать своё тело в узел.

Всё чаще открывалась подъездная дверь, из неё выходили или выбегали школьники, особенно красивыми были девочки с белыми бантами на головах. Дети бежали по усыпанной жёлтыми листьями дорожке куда-то вниз и исчезали.  За детьми  позже выходили взрослые, некоторые останавливались на минуту, смотрели на последние цветы этого года: хризантемы, астры.

Дом  почти опустел,  замер. Он мог отдохнуть от криков, слёз,  смеха, радости, любви. Всего, что наполняет дом вместе с людьми, что делает его живым.

Отдыхай, ты это заслужил. Мы увидимся вечером, когда вернуться твои жильцы…

Девушка растворилась в воздухе.

"Несовершенный лифт"

Пролог:

В 1852 году промышленник Элиша Отис создал первый безопасный механизм, который предотвращал падение кабины лифта в случае обрыва троса. Впервые такой пассажирский лифт был установлен в одном из небоскрёбов Нью-Йорка.

По сравнению с серыми скучными зданиями вокруг, этот многоэтажный дом казался произведением искусства.

Внешне он был выкрашен в приятный лавандовый оттенок, линии окон были ровные правильные. Его последний, двадцать четвёртый этаж скрывался где-то в облаках. Если уж обычные прохожие были восхищены этой красотой, что уж говорить о жителях дома, которые каждый день любовались своим подъездом, словно находились на музейной выставке.

Чёрная   плитка с мраморным узором укрывала пол. Белые стены, были расписаны рисунками звёзд, сердечек и цветов. Лестницы из натурального гранита, почтовые ящики в виде скворечников, и встроенные светильники на потолке.  А ещё огромное количество разнообразных растений на каждом этаже.

Казалось, что лучшего места просто не существует. Жильцы обожали свой дом, устраивали субботники, наводили порядок на этажах, ухаживали за цветами. А вот сам дом, казалось был чем-то недоволен. Вернее одна его часть: лифт.

Лифтовая кабина, механизмы, канаты – всё было абсолютно новым, но на фоне подъезда лифт выделялся, словно старик на школьной вечеринке.

Двери в тёмных пятнах и царапинах, пол был вечно грязным независимо от времени года и графика уборки, стены внутри изрисованы и обклеены рекламными объявлениями разного рода. Одно вылезало из под другого и  было уже непонятно, что к чему относится. А зеркало на задней стене кабины и вовсе было треснуто в левом углу. Ну и конечно, он по своему собственному «настроению» частенько застревал.

Но хулиганов в их подъезде не замечали, а посторонних, в том числе расклейщиков, консьерж, никогда не пропускала. К тому же в подъезде все стены  были идеальными, ни одной царапины или пятнышка.

Феномен «состарившегося» лифта был главной загадкой их дома.

И больше всех ответы на вопросы хотела знать Алиса. Эта ситуация просто выводила девушку из себя. Каждый раз при мысли, что придётся провести какое-то время в «этом» накатывала злость, а выбора не было, жила девушка на двадцать третьем этаже.

А он ещё и  находился прямо напротив её квартиры и лязг его железных дверей, которые могли спокойно открываться сами по себе, постоянно слышался в прихожей, словно лифт издевался над своим создателем.

Да, Алиса Мур и есть главный архитектор этого здания. Эскизы, чертежи, макеты, дизайн –  всё было сделано ею. Это был «её» дом. Её идеальный проект. А лифт просто жил своей жизнью, и казалось «плевать хотел» на планы и чертежи.

Девушка уже лишний раз из дома не хотела выходить, лишь бы «это» не видеть. Хорошо ещё, что по роду деятельности она могла проводить в квартире месяцы, поедая любимый зефир и шоколад и работая, пока очередной проект не будет выполнен идеально, ведь девушка любила строгость и порядок во всех сферах своей жизни. И за время, пока строился дом, она успела изрядно потрепать строителям нервы, чтобы каждый кирпич был ровным и правильным.

Но проблему, которую она обнаружила сегодня утром в ванной, по интернету было не решить. Когда же это случилось? Месяца три назад?…

Красные каблуки чёрных туфель стучали по плитке. Шаг, другой, третий, четвёртый… Лифт.

Девушка нажала кнопку вызова. Механизм неохотно стал поднимать кабину наверх. Это заняло секунд тридцать и всё это время Алиса сверлила двери ненавистным  взглядом, притоптывая ногой от нетерпения. Наконец лифт соизволил пропустить её внутрь себя, и железная «пасть» со скрипом захлопнулась.

С правой стороны висела панель в позолоченной раме, на которой в два ряда расположились кнопки с указанием этажа. Алиса нажала на кнопку с надписью: " Этаж номер ноль ". Это означало что лифт должен отвезти её в подвал, где жильцы хранили вещи больше похожие на хлам, но ведь и он может когда-нибудь пригодится.

А ещё через подвал можно было выйти на подземную парковку. Там стояла её новенькая машина. Десять минут до больницы, потом сутки в стационаре и всё будет как раньше.

Но лифт «решил» иначе, и просто остановился между шестнадцатым и пятнадцатым этажами.

– Да твою ж… Серьёзно? Вот именно сейчас да? Вот прям сегодня?

В ответ лифт лишь шуршал чем-то в пространстве между шахтой и кабиной. Словно сверху сыпалась штукатурка.

Это уже было просто смешно.

–Думаешь, что тебе всё можно да? Что ты тут главный?

« Шизофрения подкралась незаметно, я уже с железом разговариваю. Нужно всё таки почаще выходить из дома .»

Так, спокойно, мыслим как взрослые нормальные люди. Нужно позвонить на первый этаж консьержу, бабушке Марусе (милейшая женщина). Алиса достала из сумочки телефон. И связь и интернет отсутствовали напрочь. Понятно, передаём сигнал в диспетчерскую.

Кнопку связи пришлось нажать наверное раз двадцать, прежде чем из колонок раздался сначала треск, потом шум, потом прерывистый голос.

–Диспет… ветского района… лицы… роителей слушает.

– Здравствуйте, это дом 51/2. Лифт  в  подъезде застрял, но не отключился полностью.

–Поняла… Дети… Беременные ж… сердечники в… ине есть?

На секунду Алиса задумалась, а затем ответила:

–Нет я одна.

« По крайней мере скоро буду »

– Передаём… нцию лифтёру, сегодня на… мене… Никифор…

А казалось хуже быть не может. Дед Никифор. Ему уже было наверное лет двести, но работу он бросать не собирался. Их отношения не заладились ещё на этапе установки лифтового оборудования.  Он тогда сказал Алисе, что все её чертежи полная ерунда, и лифт, который расположен строго по центру подъезда, работать не будет. Не его мол это место.

Но девушка настояла на своём и лифт был заключён в шахту вокруг которой шла подъездная лестница. За глаза Алиса называла деда мухомором. Такой же ядовитый и на одной ноге. Ещё эта его собака, что вечно путалась под ногами, один раз даже колготки ей порвала.

Ладно и не с таким справлялись. Пока этот «гриб»  доковыляет до дома, пройдёт часа три, можно и о жизни подумать. Время 9:11.

Ну, что тут сказать? Муж ушёл к малолетке с пятидесятым размером одежды, единственная сестра умерла, потому что решила,  смешать виски с героином, ещё этот тест с двумя полосками… Просила же этого козла быть аккуратнее, ведь знает, что ей нельзя…

Внезапно кабина резко дёрнулась, и со звуком похожим на вой опустилась на этаж ниже. Каблуки туфель с хрустом надломились и девушка упала на грязный пол, ударившись головой. Та ответила острой болью вонзившейся в мозг. Зрение отказывалось показывать правду. Перед глазами плясали звёздочки и цветные точки. Взгляд выхватывал обрывки объявлений расклеенных по стенам. Буквы плыли, путались и складывались в слова, которые на рекламе обычно не пишут.

«Кровь на тебе…» «Твоя вина…» «Убийца…» «Смерть…»

Отлично.  Лифт который она создала «считает» её чудовищем.

Но ей и вправду нельзя рожать. Её сердце… Тромбоз…  Как говорили десятки врачей она могла умереть в любой момент и даже не успеть осознать свои последние минуты. Это наверное очень страшно, когда секунду назад ты ещё был, и вот тебя уже нет.

«А может я давно уже мертва, и всё это лишь моё больное воображение?»

Эта мысль не успела созреть до конца, как острые иглы стали колоть её сердце. Больно. Но ведь после смерти не бывает больно. Она жива, а значит должна бороться.

Девушка попыталась подняться, нужно дотянуться до сумочки, которая при падении отлетела в противоположную сторону. Кабина дрожала. Удержать равновесие было сложно даже стоя на коленях. Но вот сумочка в руках. Пальцы нервно перебирают внутренности: телефон, наушники, расчёска, салфетки, тюбик крема, блокнот… По телу пробежал  холодок паники.

«Не может быть…»

Алиса вывернула сумку наизнанку. Предметы разлетелись по кабине лифта. Здесь было всё что нужно любой девушке в экстренных ситуациях, но пузырька с таблетками не было.

«Чёрт!»

Перед глазами стали пролетать картинки произошедшего: вот она спешно одевает пальто, хватает с полки сумочку, смотрится в зеркало и выходит из квартиры. А таблетки сиротливо остаются на столе.

Девушка схватила телефон. 9.52. Связь и интернет по прежнему отсутствовали. Боль нарастала.

Алиса подползла к панели с кнопками. Надпись «Вызов диспетчера» вселяла надежду.

Пальцы нажимали эту кнопку со скоростью отбойного молотка, но колонка упорно не хотела отвечать. Если раньше девушка слегка паниковала, сейчас она была просто в ужасе. Мозг отказывался воспринимать происходящее. Свет стал мигать на секунду погружая мир, сузившийся для девушки до размера кабины, в пугающую тьму.

Внезапно в колонке раздался треск, затем сильный женский голос запел оперу на французском языке. Спустя несколько секунд мужской голос вещал о погоде, потом какая-то девушка рассказывала о таянии льдов…

«С каких пор мой лифт рассказывает новости?»

Но вот кабину наполнил звонкий детский голосок, рассказывающий считалку:

«– Двадцать три. Твоя квартира.

В ней лежит кило зефира.

Двадцать два. Ушёл твой муж.

Ты размазываешь тушь.

Восемнадцать. Столько лет

На земле сестры уж нет.

На пятнадцатом попалась.

Ты плевалась и ругалась.

На десятом будет кровь.

Силу воли приготовь.

Номер ноль. Твоя могила

Ты ребёночка убила…»

У девушки сдали нервы. Такого ведь не может быть!? Лифт не может с ней говорить! Тем более осуждать! Это её жизнь. Её выбор. Её творение в конце концов. А если так, то лучше она своими руками уничтожит эту проклятую конструкцию.

Алиса подняла с пола складной нож, который носила на всякий случай с собой. Остриё врезалось в пластик колонки. Мозг обжигала одна мысль: «Замолчи, замолчи, замолчи!»

Колонка взорвалась. К боли в сердце добавилась новая – в руке сжимавшей нож. Запах сгоревшей кожи, липкая кровь, видневшиеся ткани и нервы на запястье…

Лифт продолжал шуршать чем-то в шахте, но воспалённый мозг девушки воспринимал это как смех. Лифт «смеялся» над нею. Но ему было мало.

Один из двух тросов лопнул с металлическим хлопком и кабина стремительно понеслась вниз остановившись на десятом этаже.

Сила свободного падения подбросила девушку сначала вверх, затем вниз. Она упала на живот. По бёдрам потекла кровь. Ткань платья липла к телу. Что-то выходило из неё, что – то круглое и эластичное, но ей было уже всё равно. Алиса поняла: она проиграла. Боролась, но проиграла.

Последние силы она истратила на то, чтобы перевернуться на спину и прошептать в пустоту:

– Я не боюсь. Давно жду… Закончи… Это всё…

Лифт исполнил её последнее желание.

Второй трос оборвался и теперь лифт падал уже до конца. Механизмы безопасности не сработали.

Врачи ошиблись. Девушка запомнила свои последние минуты. Чувство падения, острую боль во всём теле, радость, что подарила людям дом и ужас, что сотворила монстра, который осуждал людей за их несовершенства, хотя и сам был отвратителен.

Через двадцать секунд кабина достигла дна. Удар вышиб из девушки жизнь. Телефон мигал подсвеченными цифрами 10:21

Новость о том что лифт сорвался мгновенно облетела дом. Добрая половина жителей сбежалась в подвал, ещё не зная, какое ужасное зрелище их ожидает.

Был здесь и дед Никифор. С помощью инструментов он смог открыть двери. Свет в кабине погас, но лучи от лампочек в подвале подсвечивали  самые жуткие куски  картины.

Тело Алисы Мур, дизайнера и архитектора, лежало на спине. Зелёные глаза были распахнуты, но жизни в них уже не было. Руки и ноги сломаны в нескольких местах и лежали неестественно, а её кровь заливала кабину лифта от пола до потолка.

Многим стало плохо от увиденного, одного из подростков даже стошнило. Жители поспешили удалиться из подвала, но только не дед Никифор.

Он неуклюже сел рядом с открытой дверью, поджал под себя единственную ногу, и заглянул в эти пустые глаза:

– Говорил я тебе, не его это место, сердиться он будет – затем мужчина оглядел кабину – Забрал таки своё? Не любишь ты людей…

Лифт в ответ лишь поскрипывал изнутри.

"Живые отходы"

Пролог:

Первые мусоропроводы стали устанавливать в домах Германии в 1912 – 1913 годах, но настоящую популярность они приобрели после того, как шведский архитектор Свен Валландер получил патент на его изобретение в 1934 году. С соблюдением санитарных норм, мусоропровод стал одной из важнейших частей многоэтажных домов.

Лестничная клетка на четвёртом этаже сегодня была центром внимания всего подъезда. Дядя Игорь, мастер по ремонту  из двадцать второй квартиры, целую неделю готовился к этому дню. Украшал стены шариками, по плитке рассыпал настоящие листья клёна, тополя и рябины, соорудил  два широких и длинных стола, чтобы ребятишки со всего подъезда смогли принести свои осенние поделки на радость взрослым. Тётушка Серафима с шестого этажа согласилась напечь пирогов с яблоками последнего урожая со своей дачи. Окружающая атмосфера вполне соответствовала празднику – осеннее равноденствие, или как говорили на Руси – осенины.

Субботнее утро порадовало солнечной погодой. Лучи проникали сквозь подъездное окно освещая площадку за шахтой лифта. После печального события лифт всё ещё находился в стадии ремонта и не использовался. Чтобы придать этому  «старичку» праздничный вид Дядя Игорь придвинул столы для поделок и угощений к двум стенам его шахты, а площадку сзади планировал использовать для танцев.

Вот только мусоропровод не вписывался в праздничную атмосферу, даже не знаю, что и придумать чтобы он стал выглядеть по осеннему. Да Бог с ним, мусор он и есть мусор сколько его не украшай.

Время одиннадцать. На лестницах толпились и толкались люди. Кто-то спускался, кто-то поднимался.

Тётушка Серафима как и обещала принесла пироги и другую разную выпечку, чудесные ароматы которой наполнили весь подъезд.

Родители привели на праздник своих детей. Кто помладше ходил в детский сад, старшие уже учились в школе, но все дети пришли с поделками. Они были  такие разные и все по своему прекрасны: букет роз  из кленовых листьев, дырявая тыква с пластилиновыми гусеницами внутри, лес из веточек в котором живут ёжики из шишек и олени из желудей.

Взрослые тоже не с пустыми руками, кто с выпивкой, кто с закуской. Девятиклассник Саша включил музыку на беспроводной колонке, а вместе с ней включилось и веселье.

Дядя Игорь смотрел на счастливые лица детей, которые обсуждали поделки друг друга, смотрел на взрослых, смотрел на свой праздник и улыбался.

Приятно, когда можешь порадовать людей. Давненько ему не было так хорошо. Жил он один, и семьёй не обзавёлся и друзей как таковых не имел, но не жаловался на судьбу свою одинокую, да и привык уже. Сам себе хозяин и в жизни и в квартире. А вот людям помочь или хорошее что сделать, это завсегда и с охотою. Добрый он был.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.