Эделия Ристер
Белый голубь и театр абсурда. Визитка 6

Белый голубь

Почтовый голубь

Белый лебедь

Черный лебедь

Матрешка в радуге

Радуга в матрешке

6 визитка

Блондинка пишет о многом,

Хотя знает совсем мало.

И глупа как блондинка она,

Но как женщина мудра.

Не надо много знать о животных ей,

Чтобы писать энциклопедию для друзей.

Это просто книга для души,

В ней много ерунды.

И вот какой контраст,

Эта книга нам даст.

Умный папа, драматург, писатель, поэт,

И девочка, которой чтобы поумнеть,

Надо сыграть этот сильный дуэт.

И капля в море, но дуэт начнется,

Любопытство проснется,

Энциклопедию может в руки возьмет,

Ну, или другую книгу, что подберет.

Книга в книге рождает книгу

От автора

Ну вот мы и идем обратно, мы дошли до пиковой точки, собрали нужных нам персонажей. И нечего мне сказать, поэтому я поворачиваю обратно. Как та фраза «Один раз живем» и «Живем один раз», то хочется рискнуть и жить на полную катушку, то хочется беречь себя, ведь еще впереди целая жизнь. Я могла бы пойти дальше первой книги, но мое состояние улучшилось, а значит идеи падают в рейтинге собственной головы, и мы остаемся с вами в шестой визитке, в этой же книге, но это зеркало, и будет оно пока мы не решим пойти с вами дальше. Я начинаю критиковать все, что приходит в голову, такое самокопание. Но если вы уже зацепились за этих славных и не славных, за угрюмых и скучных, за веселых и умиляющих, за вот этих вот, что может хотят быть разными, но и иногда так похожи, то давайте побежим обратно. Зеркало, словно вы прижались кистью к нему, и ваши пять пальцев отразились. Вы заметили, что у вас две кисти, и стало десять пальцев. Но их пять, не пугайтесь, что я привожу такую аналогию. Я лишь хочу поиграть с вашим воображением. Вот представьте зайти в зеркало, как в ту картину, что бы вы увидели посмотрев на себя из него? Скорее всего, вы вынуждены все повторять, это ужасно, нельзя и шагу в сторону ступить, все, ваша игра это клеймо словно на вас, вы только представьте как бы вы себя пожалели. Нет, цените вашу жизнь, неповторимую, да у вас грабли свои, но вы хотя бы не живете чужую жизнь. Сколько нам дают советов, сколько учат нас «Так не делай», и это хорошо. Потому что также если бы не зеркало, мы бы не знали как мы выглядим, мы бы не могли бы никогда себя узнать со стороны. Так может полезен опыт, в зеркалах что-то увидеть, и сделать акцент «Так я толстая, ну-ка меньше есть, чтобы влезать во все красивое, а я думаю почему все так не налезает на мою пятую точку», ну я утрирую, надеюсь вас это улыбнуло, конечно вы и без него это все заметите, но приглядитесь, оно вам врет, в одном вы красавица, другое искажает, не знаешь какое лучше, то что делает вас хуже, или то что лучше… В балетном классе столько всегда критики, ой, я не могу втянуть все как надо, а руки то какие, ой, что ж так некрасиво. И мы немного сильнее можем себя критиковать в возрасте, когда только учимся. Нам нужен идеал в зеркале, идеал нашего представления, мы же вечно растем с зеркалом, и сравниваем, и сравниваем. А иногда полезно забыть о нем, и ты прям чувствуешь как танцуешь, как живешь музыкой, и тут вот оно зеркало, и вот она критика. Но не тут то было, вы решили что всегда? Ох, нет. Балетные могут и зазнаться, мы же потом на вас всех смотрим, и думаем, вот надо всех сюда, в балетный зал, и подрехтовать. Это с возрастом ты ценишь уже разную фигуру, тебе мужчина скажет вот подкачайся, орех хочу. А ты всю жизнь этот орех втягивала, да еще и критиковала всех, что как орех, все что трясется. А сейчас «Эммм, это так сексуально»… Так что с зеркалом в обнимку можно и зазнаться, ты работаешь над собой, ноги тонкие, фигура стройная, все подтянуто, все ровно, как иголкой вышито красивое полотно, без узелков, без того, что все размохрилось. И ты уже возвышаешься. Для тебя балет становится миром, где люди все как один похожи. А потом также думаю и в фитнесе, там где все накачено. Везде свои подравнивания под свой размер профессии. И поэтому мы заглянем в зеркало, что же на самом деле происходит в моей книге. Еще больше вас удивлю, это импровизация, я и сама не знаю что от себя ждать. Но как и в танце, часто она бывает самой интересной, а если что я прикроюсь красиво «театром абсурда». Вы думаете, мы уходим в прошлое, обратно? Нет, мы можем, конечно, погулять, но нам надо догнать нашу лошадку. И да мы идем вперед, в наше светлое будущее. Светлое потому что там дети, там счастье у каждого, и пусть свое, но это то, о чем они мечтали. Вся книга это просто мечта. И может каждый так хочет, а может никто бы ни одну из этих мечт не выбрал бы. Но мечтать не вредно. Сколько героев, столько и будет их исполнений желаний. И знаете у каждого ведь счастье свое, мечты свои. И мы иногда думая что хотим одно, неожиданно поворачиваем и хотим совсем другого под наши реалии. В 20 лет мы хотим найти может и олигарха, или красивого мальчика из достойной семьи, или звезду выцепить с экрана телевизора, привести домой, и сказать «Мам, знакомься, я цветы вручила, а мне теперь предложение замуж». А теперь в 30 лет она сидит и думает, ох, да чтобы без вредных привычек, и без глупых, и вообще чтобы адекватный. Хотя он и абсолютно нормальный, приспособленный к жизни, опытный мужчина, научившийся уже разбираться и понимать женщин, и не чуть не плох, а мы уже все эти недовольные женщины, лишь бы поворчать. А сами тут же и счастливы, о, он такой заботливый, он просто есть у меня и заботится обо мне, ведь он со мной. А забота у каждого по своему проявляется, некоторые и завтрак в постель, а некоторые руку подал когда обувалась, ну некоторые и просто в трудной ситуации оказался рядом. Сплошь и рядом любовь, везде люди находят друг друга, влюбляются, женятся, везде отношения и работа над ними. И если капаться в себе можно много что выкопать, но вам оно надо. Может просто мы все такие, и все мы на свой возраст чуточку друг на друга похожи. Мы все в одном улетаем, в другом уже с детьми и реалисты, кашка, убраться, кашка, помыть, кашка, и вот он мой ребенок уже какой большой. И что вообще нужно кроме своей мечты. Моя мечта это ребенок. Я мечтала о пятерых. Это заметно по книге. Я мечтала о том, что в раз стану мамой, и вот они резко будут у меня большими, и карьера даже будет. А сейчас это есть у моей героини, и нет пока еще у меня. И может теперь, когда я хочу одного, случится что потом я и одного перестану хотеть. Но моя героиня значит будет иметь с десяток. Мы где-то должны всегда выплеснуть свои неиспользванные желания, как с детьми, иногда мы засовываем в них свои несбывшиеся мечты, и они великие музыканты, не по своей воле, но по воле тех, кто положил может даже на обучение своего чада жизнь. И чем я рожу ребенка, и скажу ему «Иди и наплоди мне десять потомков», я лучше сразу тут и помечтаю, хотите вместе со мной? Туда где дети растут сами по себе, и они резко станут большими, и нет пеленок, нет тех приятностей, которые на самом деле большая мечта. Только одно прикосновение к щеке ребенка, и уже ты растворяешься в милоте. Но мы обойдем это большое счастье, зато и некоторые приятности всегда влекующие за собой трудности от их взрослением на твоих глазах.

Только после зеркало придется разбить, вы поймаете за хвост лошадь, и она понесется дальше.

Белый голубь

Ветка сирени

Медведь

Зима

Дата неизвестна

В конверте

(Читает Директор в своем кабинете в театре)

Я знаю зять, что у тебя есть две дочки. Ты их отец, но кто мать? До меня дошли слухи, и если они правдивы, то тебе лучше сразу раскрыться. И не мне этот секрет раскрывай, а ей.

Карнавальное представление для Пурим:

«В ПУРИМ-ШАЛИМ»

В программе:

Редакция газеты «Дайджест и Нострадамус,

Астролог Рут Эли и главный редактор журнала «Алеф»

Гильберт Певзнер, Я. Мар и Аркадий Финкель,

Йосеф Маймон, 51 года, отец девяти детей и Ариэль Гури,

Белла Литман, 11 лет, Хайфа и поэт песенник Эгуд Манор.

Центурии Нострадамуса даны в переводе В. Завалишина.

Действующие лица:

Червонный Король – Персидский царь Ахашверош.

Эстер – еврейская, вторая жена Ахашвероша.

Мордехай – дядя Эстер.

Аман – главный советник Ахашвероша.

Пиковая Дама – наложницы Червонного Короля

Дама Бубен

1 воин – революционеры.

2 воин

«ПУРИМ-ШПИЛЬ»

Картина 1

ЧЕРВОННЫЙ КОРОЛЬ:

С праздником Пурим, господа!

С праздником Пурим и вас, дорогие российские товарищи!

Ибо в этом году Пурим, наш праздник избавления

совпал с окончанием тревожной российской зимы.

Вспомним некоторые осенние прогнозы и согласимся,

что предрекавшееся российским народам

было вполне созвучно ожидавшему евреев

в древней Персии. Худшего не произошло:

был голод, но не было умерших от голода,

был холод, но никто не замерз в своей квартире,

евреев громили не на улицах,

а всего лишь на страницах «патриотических» изданий,

сторублевками обклеивают сортиры,

но на пачку червонцев еще можно что-то купить.

С новой весной вас, дорогие товарищи.

А то, что она не принесла избавления от всех зимних страхов,

так ничего, у нас тоже и после Пурима

было в истории столько пакостей,

что за ближайшую пятилетку, какой бы ударной,

в буквальном смысле слова она ни оказалась,

вам нас не переплюнуть.

Так что просим рассматривать

это заявление Червонного Короля,

как минуту молчания, которой мы, оглядываясь,

провожаем чужую зиму.

/Начинается карнавальное шествие./

Эстер:

Философ! Ищи золотой самородок

В мистических соках души и небес!

Дух – воздух материи всякого рода,

И Б-г в частых звездах для знаний воскрес.

Мордехай:

Меня поучать не ханжам и профанам.

Клянут меня варвар, глупец, астролог,

У судеб земли исцеляю я раны,

Меня вдохновляет всезнающий Бог.

Аман:

Поруганы будут старинные храмы,

И дети ограбят своих матерей,

История ставит еще одну драму:

Арабов и Польшу покинет еврей.

Пиковая Дама

Будь проклят, жестокий и злобный еретик,

Хотевший народ и закон изменить.

Сгорит его власть. Кто за злобу в ответе?

Людей им убитых, нельзя воскресить.

Дама Бубен

Мне страшен неведомый третий правитель

Загадочной, варварской, снежной страны,

Его же соратники им же убиты,

И старость его только ад охранит.

Мордехай

Стал запах лимона отравой и дымом,

А ветер гнал дым отряды солдат,

Удушье от яда врагу нестерпимо,

И с города будет осада снята.

Пиковая Дама

Я знаю, что явится новый Спаситель,

Нет силы, способной разрушить любовь,

Так слово погибших пророков цените,

Чтоб вырвалось солнце из древних гробов.

Дама Бубен

Врачами потомки царя Моисея

Могли королей от болезней спасать,

Не вечно ж в грядущих столетьях евреям

Земную Голгофу Христа повторять!

Мордехай

Империя варваров встретит крушенье

Скорее, чем Феб совершит оборот,

И Сирия встретится с преображеньем

Раз новый расцвет в Палестину придет.

Аман

Держите меня,

Ибо я намерен разрубить весь мир на кусочки

и стереть с лица земли государство Израиль…

/Все участники карнавального шествия смеются

над Аманом. Червонный Король облачается в царские одежды

Ахашвейроша и садится на трон.

Девушки с масками в руках танцуют вокруг Амана. /

Пиковая Дама

Господин Аман, господин Саддам,

Ты тиран, там-там, там-там.

Ты окружен со всех сторон,

Ты – глупец, и твой век сочтен.

Мордехай

Это тебе, Саддам, не Иран,

Это – Америка, господин Аман.

Дама Бубен

Бум-бум, бум-бум, там-там, там-там…

Уходит от нас, Аман-Саддам!

Эстер

Есть в Талмуде антидрама –

будем уши печь Амана.

Озней-Аман, иль Омен-Тас

пекут на Пуриме у нас.

На Пуриме шутки, на Пуриме пляски

Эстер, Мордехай и все прочие маски.

Аман

Я готов умереть за родину!

Дама Бубен

Всегда он обещает,

но никогда не выполняет обещания.

Аман

А когда наступит день моей смерти?

Пиковая Дама

Ты умрешь в день еврейского праздника.

Аман

Откуда ты знаешь?

Пиковая Дама

Очень просто, когда бы ты ни умер,

этот день будет еврейским праздником.

Аман

Плохо я себя чувствую…

Мордехай

Где плохо?

Аман

В Ираке.

Мордехай

При таких обстоятельствах, господин президент,

я бы на вашем месте записал Кувейт и Багдад на имя жены.

Аман

Кто – за, пусть скажет «да»,

кто – против, пусть уходит в отставку…

/За то время пока длится диалог

между Аманом и Мордехаем, все остальные

действующие лица плавно перемещаются

к трону Ахашвейроша./

Мордехай

Репатриантов, вовремя не получивших пособие

Министерства абсорбции, просим обратиться

к Мордехаю.

Аман

Сниму квартиру, браслеты, серьги, кольца, скальп,

головную боль, мехес. Быстрая профессиональная работа.

Выезжаю на дом.

/Входят двое солдат./

Мордехай

Царского советника и его заместителей просим

быстро и без паники спуститься в бомбоубежище,

задраить двери, включить сирену и сделать себе укол атропина.

/Солдаты выводят Амана из тронного зала./

Ахашвейрош

Вы меня извините, я вас перебью…

Мордехай

Скажите, царь, а хорошо ли это для евреев?

Ахашверош

Евреи…

А евреи тогда были?

Мордехай

Евреи были всегда!

Ахашверош

Ах, конечно. Так что же?.. Извините,

я вас перебил.

Мордехай

Девушки для сопровождения любят новых олим!

Особые цены! Большие скидки! После третьего посещения -

подарок: электрокипятильник! Десятое посещение –

бесплатно! Гаранты не требуются! Клиент может не работать!

/Звучит музыка. Девушки и Эстер выходят

на середину тронного зала. Мордехай

садится в угол и начинает щелкать семечки./

Мордехай

Жарко, Хамсин…

Эстер

Академаит + привлекательная – 55 лет + 170 рост

+ квартира – две собаки + интеллигентность

– капризы + темперамент ищет достойного партнера

для создания семьи, нежного и преданного.

Первым 50-ти мужчинам, явившимся с этим объявлением,

отдается предпочтение.

Мордехай

Жарко. Настоящий Хамсин…

/Продолжает щелкать семечки./

Ахашверош

За неполученный багаж, за уменьшение «корзины абсорбции», за ваше здоровье, за взятую вами машканту, за уровень воды в озере Кинерет, за хамство чиновников, за измену жены или мужа, за будущее Горбачева, за качество водки, за индекс цен, за успешную абсорбцию алии, за содержание и стиль реклам и объявлений и за все то, что будет в конце Пурима, царица ответственности не несет.

Эстер

Б-гу мы верим безоговорочно,

остальные представляют гарантов.

Мордехай

/Из угла, продолжая щелкать семечки./

А царь Давид тоже носил картуз?

Эстер

У него была ермолка, расшитая золотом

и драгоценными камнями.

Дама Бубен

Утверждают, что шапка Мономаха не более…

Пиковая Дама

Да, конечно. Она – наш «штраймл» только с драгоценностями, Монах у нас заимствовал «штраймл» или мы у него шапку Монамаха?

Мордехай

Поскольку мы были раньше, значит, он у нас заимствовал.

Ахашверош

Если б русский царь знал,

какую шапку он носит!

Эстер

Еще с тех времен началось…

Бедная Россия!

Мордехай

Жарко.

Озней-Аман, иль Омен-Тас

пекут на Пуриме у нас.

/Полное ЗТМ. Конец 1 картины./

Картина 2

/Мордехай сидит в углу и щелкает семечки.

На царском троне теперь сидит Червонный Король.

Справа от него – Пиковая Дама, слева – Дама Бубен.

В сторонке два воина сговариваются насчет революции./

1 воин

Царь давно не воюет и вот теперь, видишь,

взял себе новую бабу, и опять, выходит,

сидит без денег.

2 воин

Ничего, вот устроим новую революцию,

повоюем немного, и поставим нового царя.

1 воин

Амана?

2 воин

Хусейна…

/Входит Аман. Воины кланяются ему.

Мордехай продолжает сидеть неподвижно

и щелкает семечки./

Мордехай

Не кланялся Алберт Энштейн,

Он чтил Небесного Царя.

В Пурим, ты, гой, Аман-Хусейн,-

отрежут уши у тебя.

Аман

Ну, погоди, жидовская морда!..

1 воин

/Обращаясь к Аману./

Скажите нам, вождь,

почему у вас старик-еврей

изображается стукачем?

2 воин

Разве это для них типично?

Аман

Видите ли, дело не в типичности.

А в том, что старик может долго сидеть в углу,

семечек, слава Богу, хватает,

но он будет так сидеть и сидеть,

а действие не двинется.

То есть оно, конечно, двинется немножко,

/почесывает свои уши,/

На один еще акт, революционно-террористический,

и замрет, и цикл сократится.

/Опять, теперь уже более настойчевее,

трет свои уши./

1 воин

А, еврею не нужно вмешиваться в гойские дела –

вы это хотите сказать?

Аман

Именно.

2 воин

/Дергая Амана за ухо./

Вот здесь вы правы. Незачем нам это.

У них своя компания, а у нас своя.

1 воин

Но, если хоть один жид пошел стучать,

значит, все жиды – стукачи?

/Дергает Амана за другое ухо./

Аман

/Вырываясь из рук солдат./

Что мне жиды! Они думают, что они – народ особенный?

Если их баба спит с царем, так им все можно?

Всюду они суются!

Хотят искоренить коренное население?

Не выйдет!

1 воин

Кроме дяди-еврея.

/Мордехай встает, демонстративно подходит

к Червонному Королю и что-то шепчет ему на ухо./

2 воин

Верно. Он пошел стучать.

Может быть побежим за ним

и объяснимся с ним по-хорошему,

попросим его не ябедничать.

Хором

1 и 2 воин

Ай да мы!

Аман

Следуя своей гойской, позерской сути,

я, вождь, должен изобразить перед воинами провидца.

Я должен раскинуть карты, чтобы определить

план сражения!

/Раскидывает карты./

Пиковая дама грустно усмехнулась…

/Пиковая Дама грустно усмехается./

Дама Бубен подмигнула…

/Дама Бубен подмигивает Аману./

А Червонный Король покивал головой.

/Червонный Король кивает головой./

Прекрасно!

Король ничего не подозревает,

блондинка радуется,

а пиковой брюнетке – конец!

Мы совершим уничтожение ихней нации

в порядке первого революционного акта.

Возбудим ярость масс и жажду крови,

а потом ярость и жажду обернем против…

не скажу кого.

Я так думаю, что по закону полагается

предупредить их за две недели.

1 воин

А мы, что?..

2 воин

За две недели можно будет присмотреть,

где и что у этой нации спрятано.

/Аман и воины начинают что-то искать,

но, постепенно их движения становятся

все медленнее, медленнее, и они, вскоре,

лежа на полу, засыпают перед царским троном./

Картина 3

Мордехай

О! Начинается! Погром начинается!

А вы говорите – стучать! И правильно!

Какое нам дело до их революции!

Ахашверош

Вы видите этот зеленый картуз?

Наденьте-ка! О, да вы красавец!..

Сядьте к столу! Ну…

Лампа на парчовой скатерти

освещает ваш красный нос,

зеленый ваш картуз и ваши честные,

прямые глаза.

Царь задумчиво водит пальцем по завиткам парчового узора,

в глаза не глядит. Царь спрашивает:

«Ты имеешь ко мне разговор, Мордехай?»…

Что вы ему ответите?

Мордехай

Имею до вас разговор, ваше величество, имею.

Эти паршивцы, ваши солдаты,

/показывает пальцем на спящих воинов,/

хотят вас убить.

И тут я расскажу, все, что вы уже знаете.

Ахашверош

Ладно, мы обдумаем этот вопрос.

Ты молодец, Мордехай! Возьми же из царского буфета

сладкий пирожок с полки пятой степени –

в награду за верную службу.

Мордехай

Почему вы не прикажете сразу отрубить им головы.

Почему сначала нужно потрепаться по этому поводу?

Время не ждет! – так думаю я, Мордехай,

А все уверены, что я наслаждаюсь царской наградой.

/Ест пирожок./

Ахашверош

Это называется реплика в сторону.

Мордехай

И еще одна реплика в сторону: -

царь – трепач, народ – бездельник.

Эдакую махину разве сдвинуть?

Еврею ли старому, картавому, шепелявому?

/Доедает пирожок./

1 воин

/Просыпаясь./

Что еврею сладко,

то коренному населению кисло.

2 воин

/Просыпаясь./

А мы скоро их, жидов, резать будем!

Аман

/Просыпаясь./

Смерть предателю!

Мордехай

/Уходя опять в свой угол./

Ишь, ты, бандит.

Не знаете вы еврея!

Он нутром чует, что есть у него

какое-то важное дело в истории,

его собственный исторический гешефт.

/Садится в углу и опять начинает щелкать семечки./

Ахашверош

Какая жалость, что у меня так мало

преданных людей. Скажи, Аман,

как следует поступить,

если царь желает особо чествовать

своего подданного?

Аман

Нужно облачить такого человека в царские одежды,

возложить на него царскую корону

и в таком виде торжественно везти по улицам города.

А впереди должен бежать один из важных

царских министров и непрерывно кричать:

«Так возвышает и чествует этого человека наш царь!»

Ахашверош

Скорее Аман, иди и сделай все, что перечислил,

для Мордехая. И сам будь министром,

который бежит впереди коня.

Аман

За что?.. За что такие почести еврею?..

Ахашверош

Он спас мне жизнь!.. Иди и выполняй,

если дорожишь головою.

/Возобновляется карнавальное шествие,

впереди которого Мордехай, сидящий,

либо, на скрещенных руках двух солдат,

либо, на плечах самого Амана. Все кричат:

«Так возвышает и чествует этого человека наш царь!»/

Мордехай

Я так думаю, Аман, нужно обратиться

к последнему средству.

Аман

Согласен с вами полностью.

Причешите бороду, почистите картуз и обращайтесь.

Войдите к ней, прикажите евнухам заткнуть фонтан,

чтоб не шумел, и скажите.

Мордехай

Я скажу ей: «Фира! Ты что себе думаешь, Фира?

Ты думаешь себе, что ты теперь большая барыня?

Ты ошибаешься, Фира! Женская красота не вечна,

а мужчины полигамны. Возьми себя в руки, Фира,

и отведи беду от своего народа. Это я тебе говорю!

Аман

А что она?

Она молчит?..

Мордехай

Я объясню ей, Фира, нельзя быть такой эгоисткой,

нельзя думать только о себе, любовь любовью,

если тебе угодно, а о главном забывать не следует.

И что такое любовь в конце концов, я не понимаю!

Как это может быть, чтобы любовь помешала

обеспечить старость близким и мир своему народу?

Аман

А что она?

Она молчит?..

Мордехай

Она слушает внимательно, не отводя взгляда,

не опуская головы, а из глаз ее льются слезы,

жемчужные слезы раскаяния. Так глубоко

проникли ей в душу мои слова! Так убедительно

и сильно я говорил! Она молчит. И я спрошу ее:

Про что ты себе думаешь, Фира?

/Карнавальное шествие останавливается

и замирает./

Эстер

/Подойдя к Ахашверошу./

В реальном времени гроза ночной тревоги,

Над нами нависает ужас ночи.

В реальном времени разверзлось небо,

Мечом огня прорезанное насквозь.

И только мое сердце, как всегда,

Во времени мечты стучит и дышит.

Я говорю себе: еще день-два –

И возвратится все опять на круги.

И будем мы любить и наслаждаться

В реальном времени покоя,

И время станет вновь нормальным…

Лишь ты со мной оставайся.

Ахашверош

Всегда с тобою я, Эстер!

Мордехай

Был президент в СССР…

Аман

Царь, как же, без погрома,

отдать все книги Шнеерсона?..

Эстер твоя, но мой картуз,

Аману выпасть должен туз!

/Аман роется в карманах картуза,

Вытаскивая и бросая на пол шашки, шахматы, домино и т.д./

Пиковая Дама

Эх ты, шлимазл!

Аман

Старуха!..

/Теряет сознание./

Дама Бубен

Не умеешь – не берись!

/Смеется/.

1 воин

Он оторвался от масс! /Примеряет веревку к шее Амана./

2 воин

Был сторонником умеренных действий и соглашателем!

/Намыливает веревку./

Мордехай

И бюрократом!

Пиковая Дама

С ушей Амана сняли мерку, чтоб потом делать пирожки.

/Конец./

Вот бегает малютка, очень похожа на Марианну.

«Горе налегает сильнее,

Если заметит,

Что ему поддаются.»

/В. Шекспир/

Беда и Виктория

1

То не реченька разливается,

Ни хлеба шумят ярым колосом.

То Виктория убивается,

Молит матушку тихим голосом:

– Ты проснись-очнись, моя матушка,

Опустеет без вас наша хатушка.

Не покиньте нас в поле былинками,

На краю-края сиротинками.

Закручинился братец Добрынюшка,

Словно туча дождем поналитая.

Как оврагами поле изрытое

Ослабела его сила-силушка.

Ты проснись-очнись, моя матушка,

Ты привстань с земли милый братушка.

2

Крепко впилась корнями колючими,

Хворь проклятая, сердцем обманная.

За дверями укрывшись скрипучими,

Тянет силы из вас, окаянная.

Где ты злобная, в небе за тучей?

Или в венике веткой колючей?

У колодца отравой разлитая?

Или где-то под домом зарытая?

Схоронилась? Молчишь, неприметная?

Словно капля по морю разлилась?

Тонким листиком в чащу забилась

И лютуешь на зов безответная?

Братца с матушкой палкой рогатою

Загоняешь в могилу проклятую?

3

Не бывать тому! Солнышко красное,

Заглуши хрипоту петушинную!

Освети мне огнем небо ясное.

И свободную песнь журавлиную,

Из окна, в приоткрытое дверце,

Как водицы живой, вылей в сердце.

Пусть наполнится зорька восточная,

Словно девичья грудь непорочная,

Твоим дивным огнем обжигающим.

Возврати ослабевшему силы!

Уведи от бездонной могилы

Всех, кто заполночь был умирающим. –

И открыла глаза свои матушка.

И поднялся ослабленный братушка.

4

У Виктории сердце оттаяло,

Словно речка от сна пробудилась.

Оробела Беда, что так маяла,

И в глубокую яму свалилась.

Как сова на заре ослепленная,

Присмирела она, потаенная.

И закрыв черной лапищей очи,

Растворилась в дыхании ночи.

А Виктория, чисто умылась,

Напоила отравами матушку,

Накормила лепешками братушку,

И, устало, к окну опустилась.

Потянулась, вздохнула, зевнула,

И, счастливая, крепко заснула.

1

Смотри, волшебный свет струится.

И звонких гуслей беглый звук,

Застыв как лань, уж птицей мчится,

Видений чудных полня круг.

Волна находит за волною.

И старче, с рыбкой золотою,

Стоит у моря, глядя в даль.

Там, князь Гвидон, покрыв печаль,

О чем-то просит Лебедь-птицу.

Мудрец, в награду у царя,

За золотого петушка,

Забрать желает Царь-девицу.

А за работу, жадный Поп

Балде, в расплату, тычет лоб.

2

Вот, мимо острова Буяна,

Надувая паруса,

Ветер гонит флот Салтана

В неизвестные края.

Ждет его давно Царица,

И Гвидон, и Лебедь-птица.

Там, за суженной своей,

Королевич Елисей

Скачет ветер нагоняя,

Вот, Руслан спешит к Людмиле.

Бросив вызов грозной силе,

В рог трубит он, подъезжая

К темной пасти диких гор,

Где укрылся Черномор.

3

Ступени, круто извиваясь,

Зовут в перед. Волшебный свет,

В зеркальных стенах отражаясь,

Сливаясь в радужный букет,

Горит на сводах. Бьют фонтаны.

Лазурный пруд, цветы, лианы.

Два лебедя, по лону вод,

Весенний кружат хоровод.

Беседка с соловьем поющим,

У входа пальмы, розы в ряд.

За ней, чудесный дивный сад.

Присядь, мой друг, в краю цветущем.

А я, под призрачным навесом,

Спущуся в АД, для встречи с Бесом.

И вторая похожа, меня не обманешь.

Я передала твоим девочкам бантики, два красных и два синих, пусть обязательно носят.

Беда и Аленушка

1

То не реченька разливается,

Ни хлеба шумят ярым колосом.

То Аленушка убивается,

Молит матушку тихим голосом:

«Ты проснись-очнись мила матушка,

Опустеет без вас наша хатушка.

Не покиньте нас в поле былинками,

На краю-края сиротинками.

Закручинился братец Данилушка,

Будто туча дождем поналитая.

Словно поле оврагом изрытое

Послабела его сила-силушка.

Ты проснись-очнись милы матушка.

Ты привстань-постань родный братушка.

2

Крепко корнями впилась колючими,

Хворь проклятая, сердцем обманная.

За дверями укрывшись скрипучими,

Тянет душу из вас, окаянная.

Только где она, в небе за тучею?

Или в венике веткой колючею?

У колодца отравой разлитая?

Или где-то под домом зарытая?

Схоронилась Беда неприметная,

Будто капля по морю разлилася.

Малым листиком в чащу забилася

И лютует на зов безответная.

Братца с матушкой палкой рогатою

Загоняет в могилу проклятую.

3

Но в заутренню, солнышко красное,

Заглушив хрипоту петушиную,

Заливая огнем небо ясное

Для Аленушки песнь журавлиную,

Как водицы живой в сердце вылило,

Чтобы горе не так уж постылило.

И наполнило, зорьку восточную,

И Аленушки грудь непорочную,

Чудо-силой, – огнем обжигающим.

Что ослабевшему дарует силушки,

Уведя от бездонной могилушки

Тех, кто заполночь был умирающим.

И открыла глаза свои матушка.

И привстал поослабленный братушка.

4

У Аленушки сердце оттаяло,

Будто речка от сна пробудилася.

Ослабела Беда, что так маяла,

Но совсем еще с плеч не свалилася.

Как сова, на заре ослепленная,

Присмирела она потаенная.

И закрыв черной лапищей очи

Захрапела до будущей ночи.

А Аленушка, чисто умылася,

Напоила отварами матушку,

Накормила лепешками братушку,

И устало к окну опустилася:

«Нет Беда, ты со мной не разленишься.

Никуда от меня ты не денешься.»

Демон

1

Пустынный Демон, дух гонимый

Из кельи праздной суеты.

Отвержен всеми, нелюдимый,

Парил во мраке пустоты.

От солнца в пропасти скрываясь

И лишь при звездах просыпаясь

Туманной тенью ветерка

Он поднимался в облака.

Под ним шумело жизни море.

Волна, сливаяся с волной,

Рождала песню. В песне той

Кипела радость, выло горе,

Но он гонимый пустотой

Хранил молчанье и покой.

2

Влача века существованья,

Храня бессмертие души, -

Забыл он горе и страданье,

Забыл желанья и мечты.

И никого с начала мира,

В бездонной пропасти эфира

Он не любил. Ему в любви

Пророки гибель предрекли.

И лишь одна была отрада,

В душе изгнанника судьбы,

Срывать жемчужные плоды

Во мрак упрятанного сада,

Как только выцветет заря.

И слушать звон монастыря.

ЭПИЛОГ

Чудесной силой песнопенья

Для вас я маски оживил.

В миг волшебства и вдохновенья

В них душу и любовь вложил.

Они любили, умирали,

Грустили, плакали, стенали

Со мною вместе много лет,

/Порой и мне подав совет/.

Пускай теперь послужат вам.

В минуты черствых рассуждений,

Порывов страсти, увлечений

Прислушайтесь вы к их словам.

И сняв с лица кривую маску

Свою про то сложите сказку.

КОНЕЦ

И ты думаешь, почему я дублирую? Потому что хочу, чтобы ты сам выбрал какой вариант все-таки лучше? Хотя кажется, очевидно?

А вот еще тебе.

Есфирь

Картина 1

Рассказчик

В престольном городе Сузах,

на садовом дворе дома царского,

устроил царь Артаксеркс, владыка Персии,

богатый пир семидневный для служащих.

Ткани белые, бумажные и яхонтовые,

на виссонных шнурах и пурпуровых,

прикреплены за кольца серебряные

к высокой колонне мраморной.

На помосте золотом и серебряном

устланном янтарем и рубинами,

возвышалось ложе перламутровое,

там сидели царь и свите его.

Напитки дорогие разнообразные

и вина царские виноградные

разносили рабыни восточные,

угощали гостей и правителя.

Пир шел чинно, без принуждения,

каждый делал по воле каждого,

лишь царица Астинь, жена царская,

пир устроила для подруг своих.

Да еще, на этом празднике,

за одним столом с приглашенными,

сидели евреи праведные

в нарядных одеждах Израильских.

Пригласил их на этот жертвенник,

Аман, как один из советников.

Он замыслил навлечь им на головы

Божий гнев за непослушание.

Целый день Мардохей, у светильника,

уговаривал соплеменников

не ходить на это сожжение.

Не послушал его народ избранный.

Устремился прямо на пиршество,

где на праздных столах, обеденных,

сосуды из храма Божьего

стояли, кем-то расставленные.

От стола евреи отпрянули,

Но Аман дал распоряжение:

Аман

Для евреев столы особые

поставить у колонн мраморных!

Рассказчик:

И, польстясь, Иудеи отбросили

Гордость нации, славу Израиля.

Проглотили боль осквернения

и остались на этом празднике.

Им подали вино запретное.

Они ели пишу трефную

и восславили персидских идолов.

И разгневали Бога Израиля.

/Пир. Пляски, веселье. /

Картина 2

Рассказчик:

На седьмой день пира царского,

от напитков и вин разбавленных,

развеселилось пылкое сердце царя,

и сказал он семи евнухам:

Артаксеркс

Привести ко мне на веселый пир

царицу Астинь – красавицу.

Пусть все гости царицей любуются,

и утешится сердце царское.

Рассказчик:

Но царица Астинь приказание,

как всегда, отвергла с усмешкою.

И всех евнухов посадила в тюрьму,

не явившись к царю для веселия.

И разгневался царь Артаксеркс в тот час,

и поведал он мудрецам своим:

Артаксеркс

Провинилась Астинь перед царским двором,

пусть казнят ее на рассвете дня.

Рассказчик

Через много дней царь забыл Астинь.

И велел он так всем советникам:

Артаксеркс

Приведите ко мне молодых девиц,

во дворец, под стражу к евнухам.

Рассказчик:

Собралось тогда много девушек,

во дворце, под стражей у евнухов.

И Есфирь была там, Марходеева дочь,

как любовь, как Ангел прекрасна.

Не сказал Есфирь о народе своем.

Мардохей дал приказание:

Мардохей

Ты еврейка Есфирь! Будь еврейкой всегда!

Но с царем о том ты умалчивай.

Рассказчик:

Вот прошли, как день, как небесный сон,

пролетели двенадцать месяцев.

И вошла к царю, по приказу его,

Ангел неба – Есфирь прекрасная.

Полюбилась она больше всех царю.

Возложили венец ей на голову.

И устроили пир для князей и господ,

как положено в свадьбу царскую.

/Пир. Музыка. Танцы./

Картина 3

Рассказчик:

После этих дней возвеличил царь

в министерстве Амана – советника.

И вознес его выше сех князей,

рядом с троном поставив седалище.

Повелел Артаксеркс:

Артаксеркс

Чтобы кланялись.

Чтобы падали ниц пред Аманом все –

Иудеи, Персы, крестьяне, рабы,

слуги царские и князья.

Рассказчик:

Но не кланялся и не падал ниц

Мардохей, что к порогу царскому

о здоровье царицы ходил узнавать.

Мардохей

Только Богу молюсь я Всевышнему!

Рассказчик:

Бросил пир Аман, что на месяц адар

обещал ему месть кровавую.

И сказал царю:

Аман

Царь, один еврей

отказался тогда быть на пиршестве.

Все законы твои попирают они,

и на идолов смотрят с презрением.

Я отвешу в руки приставников

десять тысяч талантов серебряных.

И в казну твою я внесу их царь, -

это плата за кровь Иудейскую.

Рассказчик:

Тогда перстень-печать снял Артаксерокс,

и Аману отдал в знак согласия,

чтобы слово его – было словом царя.

Мардохей:

Серебра не взял и народ отдал.

Я одежду порву, я к народу пойду.

Наложу на себя боль и вретище.

Не виновны мы пред тобою царь,

лишь пред Богом за пищу трефную.

Пусть постится народ, будет вопль и плач,

в городах, в столице, в провинциях.

День и ночь будет Бога молить еврей:

«Да простит Бог народ за падение.»

Не спасет и тебя, моя дочь Есфирь,

ни высокий сан дома царского,

ни любовь твоя, ни достоинство.

Ты еврейка, молись Всевышнему.

Картина 4

Рассказчик:

И молилась Есфирь, вспоминая все

дела Господа, слова Господа.

Говоря Ему:

Есфирь

Безгранична власть

Твоя Господи над народом Твоим.

Рассказчик:

И сняла Есфирь одежды свои, -

славу дома царицы Персии.

И одежды скорби на плечи ее

легли за народ Иудейский.

Артаксеркс:

Я не звал тебя, но явилась ты,

как созвездие Девы горящее.

Что случилось Есфирь?

Есфирь:

Я склонюсь, господин,

перед славой твоей и величием.

Завтра праздничный день,

ты, с Аманом приди

на пир, что я приготовила.

Там скажу я царю все думы свои.

И Аману скажу слово царское.

Рассказчик:

Но Аман позабыл, что царица Есфирь

дочь Израиля. Стал он хвастаться:

Аман

Никогда не звала нас царица на пир

вдвоем с правителем Персии!

Рассказчик:

Приготовил Аман в пятьдесят локтей

виселицу для непослушного.

Но в ту ночь Господь взял сон у царя

и велел прочесть книгу памяти.

Как-то был Мардохей у ворот дворца,

где два евнуха договаривались,

подперев двери комнат, убить царя,

и ограбить царицу юную.

Он Есфири сказал, а Есфирь царю.

Дело было проверено верными.

Подтвердилась ночь и царем Мардохей

был вписан в книгу «истории.»

Картина 5

Рассказчик:

И призвал Артаксеркс Мардохея к себе.

И пришел Аман к дворцу царскому.

И сказал Аман:

Аман

Разреши мне царь

Мардохея повешать немедленно.

Рассказчик:

Но ответил царь:

Артаксеркс

Что бы ты Аман

сделал человеку праведному?..

Если б ты был царем, а он тебя спас?

Рассказчик:

И сказал Аман то желание:

Аман

Человеку тому будет почестью

одеться в одежды царские.

И, коня оседлав, под венцом царя

проехать по улицам города.

За узцы коня пусть ведет министр,

Или князь царя, из советников…

Артаксеркс:

Так иди же и сделай все, как сказал

Мардохею Иудеянину!

Рассказчик:

И случилось все. Ликовал народ:

«Мардохею царские почести!»

Шел к царице Аман опустив лицо.

Не терпел Аман унижения.

Артаксеркс:

О, любовь! О, Есфирь! О, царица моя!

До полцарства просьбы исполнятся!

Есфирь:

Вижу свет и любовь я в глазах царя,

и надежду, и благословение.

Артаксеркс:

Говори!

Есфирь:

Огради, от Амана, от убиения.

Ибо проданы мы. И народ мой и я.

И дела его к нам – унижение…

Рассказчик:

Встал от гнева царь и вышел в сад

думу думать, думу царскую.

Испугался Аман, стал Есфирь умолять

не губить его, а помиловать.

Возвратился царь, и, на ложе своем,

он увидел Амана с царицею…

Артаксеркс:

Ты с царицею спать?..

«золотой истукан».

Повесить Амана на дереве.

Рассказчик:

И отдал Артаксеркс дом Амана Есфирь.

Мардохею свой перстень с печатью.

Так спасен был народ. И с тех пор на Пурим

пекут «уши Амана», на счастье!

Конец

– Эя, долго ты будешь у подруг прятаться?

– Я не прячусь, с чего ты взял.

А сама Эя привезла подруге ручку, которая казалась очень странной, она ее берегла и не даром, это ручка трансформер, и в ней иногда могло что-то тикать.

– Смотри, я думала это часы, но это не секунды тикают.

– Ты что мне привезла? Вдруг взорвется? Новогодняя хлопушка твоя. Ну и подарочек.

– Да за столько лет не взорвалась.

– А как она работает? Тут батарейки меняешь?

– В том то и дело, что не меняю. Нет батареек, нет зарядки, просто как вечные часы.

– Может это все же секунды, и эта ручка же еще и время показывает.

– Хорошо, где ты видишь время?

– Но ты же сама сказала что часы. Просто тут похоже.

– Это рисунок, он не двигается. И куда тут батарейки вставлять скажи мне пожалуйста?

– Странно, она имеет три вида, ее можно сложить в трех вариантах, но может есть еще вариант.

– Ручку он эту больше всего любил, я ее поэтому сохранила как память. Странная вещь.

– Смотри тут еще глаз.

– Да она от сглаза.

– Но он мигает.

– Не мигает он.

– Смотри.

И выключив свет, обе убедились в том, что глаз стал светиться.

– Может отнести ее в ремонт, пусть мне разберут на части.

– Отцу не хочешь дать? Если его ручка, то должен вспомнить.

– Нет, я итак слабо ему верю, а так еще и волноваться буду.

Ручка писала спустя столько лет, стержень тоже не менялся. Но в этом они не видели ничего странного. Потому что ею уже столько лет ничего не писали.

– Что там за измеритель? Честное слово, что за ювелирная работа тут столько всего, в лупу смотреть надо.

– Да вот не знаю, не градусник точно.

– Слушай, ее надо куда-то отнести.

– Я подумаю.

– Эя, ее надо отнести, и обязательно. Не надо прятать такие вещи, вдруг они опасны для жизни.

– Я услышала тебя. Я отнесу.

– А еще какие-то странные вещи есть?

Эя решила смолчать. У нее был тайник и она туда когда-то положила некоторые вещи, и сейчас пыталась вспомнить были ли они настолько странными в то время, когда она их туда клала. Но что-то тогда ее заставило это сделать.

Еще удивительно, что ручка плохо писала на некоторых словах, и эти слова были похожи. В них присутствовал порядок букв один и тот же и сами буквы одинаковы. И казалось, что может просто меняются цвета, от черного, до бледно черного, серого.

И когда она написала слово АД, ручка перестала писать, и заработала только после тысячи попыток ее расписать словами, где таких букв нет.

– Что за слово ад, ведь буквы ад в любых словах пишутся бледно. Если непрерывно держать ручку на бумаге. Но если оторвать и написать ад снова оторвать, то все, нет этих букв.

– Эя, алло. Я еду?

– Да, я сама приеду.

– Так ты не знаешь где я.

– Знаю.

Она вспомнила откуда это ручка была, он пришел к ней и у него же была квартира. И они ее продали, но вся сделка была очень быстрой, искусственной. И теперь она начала думать, что все было не натурально. Он в двух словах сказал что продал, и сразу через день после своего решения, так быстро сделки не совершаются. И в тот день он сказал, что ручку взял из квартиры и смеялся, что это единственное ценное, что ему было нужно, все что нажил с бывшей женой.

Она приехала, в двухкомнатную квартиру в южный район.

– Здравствуйте, мне нужен Владимир АД.

– Здравствуй, Эя.

– А вы кто?

– Я ваш второй муж.

– А где же мой Владимир, тот, с кем я жила. Настоящий и единственный.

– Я не могу ответить на этот вопрос, но я сразу сказал вам что я не он, ведь второй муж, это подделка. И значит тот с кем вы общаетесь тоже. Он вас обманывает. Я не хочу этого делать. Я хочу помочь.

Эя спрятала ручку в сумку, она хотела дать ее ему. Но потом поняла, что сделает большую ошибку.

Он был добр, мягок, и в таком возрасте, что больше напоминал дедушку-мудреца. Он располагал, и казалось может дать все ответы на любые вопросы.

– Вас будут обманывать все отцы, но не я. И я вам скажу, что тот, кто настоящий по ДНК, он тоже вас обманет. Он ни за что не сознается вам. У него не хватит духу. И он не захочет вас подставить так.

– Значит он есть.

– Да, и вы ни за что не узнаете этого никогда.

– Звучит как угроза.

– Да, согласен, ну что есть то есть. Вы может зайдете, чай, кофе?

– Потанцуем.

–Что?

– Не, это я, знаете я пойду, не хочу вас отрывать от дел.

Эе вдруг стало плохо на улице, она стала терять сознание. Хотя и она не пила ничего в той квартире, грешила она на этого дедушку. Что с ней? Она взяла ручку, чтобы еще раз рассмотреть ее, стала думать. Заказала себе кофе в кофейне, и вдруг посмотрев на этот глаз ей стало резко лучше. Все как рукой сняло. И она не поняла, что же значит этот глаз. И кофе ли ее спасло, или эта вещица, сущая безделица.

Вечером дома Эя принимала ванну, и бокал вина упал, упала и ручка, и она поменяла цвет. В воде она стала цветом вина. Эя ошпарилась, словно лежала в кипятке, выбежала так, без полотенца, и уже была готова звонить сыну, ей казалось, что снова может быть плохо.

На ручке было слово АД, то, что она не может писать, запрограммированное слово написано на ней. Что значат эти две буквы. Она наконец за столько лет проявила интерес к его блокнотам, к его тетрадям. Что же он писал. Искала она по диагонали слово АД, и все было разложено в хаотичном порядке, когда явился он. Он заставил Эю собраться с силами, и Эя то и положила кассету, о которой будет дальше речь, туда куда не следовало. И она обо всем этом абсолютно забыла. Кроме того, над чем он не успел ее застать.

– Был он.

– С чего ты взяла?

– Я проснулась в постели и половины не помню, но я помню его глаза, когда он зашел. Больше ничего. Он зашел ко мне домой, я его боюсь.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.