Александр Вейр
Призраки в ее глазах

Глава 1. Прилив лжи

Блэк-Ков, Корнуолл. Октябрь 1957 года, 9:47 утра

Morris Minor Клары кряхтел, взбираясь по узкой, вырубленной в скале, дороге. Мотор перегревался, запах горячего масла и бензина смешивался с соленым воздухом морского побережья. Справа высилась почти отвесная стена, поросшая цепким дроком с увядшими желтыми цветами и колючим чертополохом. Слева чернел обрыв, заросший кустарником и буковыми деревьями.

Клара бросила быстрый взгляд через окно. Ниже, метрах в пятидесяти, Атлантика билась об острые зубья скал. Пена взлетала белыми призрачными знаменами и оседала на темных валунах, покрытых пузырчатой бурой водорослью и синими раковинами мидий. Шум прибоя, низкий, непрестанный рокот, напоминавший урчание неизвестного чудовища, заполнял салон, соперничая со стуком мотора.

Над дорогой и скалами висел влажный туман. Местами он то отступал, открывая вид на промокший под редким дождем клочок возделанной земли на склоне или крошечную бухточку с перевернутыми на берегу рыбацкими лодками, покрашенными в выцветшие синие и красные цвета, то накатывал волнами из океана, густой, молочно-белый, поглощая скалы, дорогу, небо. Видимость падала до нуля. Тогда Клара включала противотуманные фары, однако их желтые лучи пробивали лишь пару десятков метров белесой ваты, в которой плясали пылинки и морская взвесь.

Иногда скалы расступались, открывая вид на вересковые пустоши, пламенеющие ржаво-багровыми и лиловыми оттенками поздней осени. В отдалении были видны древние каменные столбы, покрытые лишайниками цвета охры и серой плесенью. Они казались немыми стражами, наблюдающими за ее возвращением. Над всем этим висело тяжелое, свинцово-серое небо, с низкими, рваными облаками, которые клубились, цепляясь за вершины утесов, словно дым от гигантского, давно потухшего костра.

Влажность оседала на стеклах внутри салона. Клара вытирала их рукавом своего твидового пальто, но они тут же запотевали снова. В такие моменты казалось, что весь мир сузился до кокона старого автомобиля, рвущегося вперед в белой пустоте, а рядом, в тумане, плывет кто-то огромный, незримый, с разинутой пастью и обнаженными клыками, медленно перебирая лапами-плавниками.

Минуя очередной поворот, она увидела внизу Блэк-Ков, постепенно вырастающий из скал, будто их естественное продолжение. Не город – каменное изваяние. Низкие, покатые, крытые сланцем крыши темно-серого, почти черного цвета теснились, налезая друг на друга. Некоторые плитки были отбиты или поросли ярко-зеленым мхом. Дымоходы, толстые и коренастые, курились скудным грязно-белым дымком. Штукатурка на стенах домов облупилась, из-под нее виднелся местный красновато-серый гранит. Глубоко посаженные маленькие окна были прикрыты темными деревянными ставнями, многие из которых покосились. Хотя после окончания войны прошло уже двенадцать лет, многие стекла были до сих пор заклеены газетой или заменены фанерой.

Клара проехала небольшую гавань, защищенную от волн молом из гигантских, наваленных друг на друга валунов. На мутной воде покачивались рыбацкие траулеры, потрепанные, с облупившейся краской, над которыми носились стаи чаек. Их пронзительные крики слышались отовсюду в маленьком городке. Особенно много было их у рыбного рынка, который расположился тут же, на площади у выезда из гавани. Продавцы, как могли, отгоняли их, но птицам все равно удавалось иногда стащить какую-нибудь протухшую рыбешку.

Редкие прохожие, сгорбившись и ежась от пронизывающего ветра, проходили мимо по набережной. Рыбаки в синих дождевиках и вязаных шапках чинили сети или разгружали скудный улов из корзин. Их лица, красные от ветра и соленых брызг, были изрезаны морщинами, как старый дуб. Они смотрели на проезжающую машину тусклыми недоверчивыми глазами. Ни улыбок, ни приветствий. Чужаки здесь не были желанными гостями. Особенно те, кто возвращался и имел при этом фамилию Картер.

Клара завернула за угол и проехала мимо телефонной будки с выбитым стеклом. Почерневшая от дождей реклама Guinness висела рядом со входом в паб со звучным названием «Улов Дня». За пабом виднелся дом с витриной магазина и дверью в торце с табличкой «Бомбоубежище». На витрине за пыльным стеклом было выставлено лишь несколько банок консервов да пара блоков сигарет.

Над всей этой бедностью на краю города, приютившись на одиноком мысу, возвышался ее дом, больше похожий на крепость, чем на жилище. Он цеплялся за край скалы, словно бросая вызов океану и времени. Недаром местные жители прозвали его «Гнездо Буревестника». А напротив него, с другой стороны города, возвышался маяк, носивший название «Клык Дракона». Его белая башня была покрыта черными потеками, фонарная комната под конусообразной крышей казалась пустой глазницей. Сам фонарь мигал редким, тусклым светом, больше похожим на предсмертную судорогу, чем на предупреждение морякам. Страж, который давно забыл, что охраняет…

Мотор автомобиля надсадно ревел, одолевая последний крутой подъем. Клара ощущала холодную липкость руля под руками в тонких лайковых перчатках. С каждой минутой в ней нарастало чувство обреченности, тяжелое, как камень, который лежал у нее на душе…

Подъехав к дому, она остановилась у калитки в старом металлическом заборе. После шума двигателя наступившая тишина почти оглушила ее. Постепенно Клара стала различать окружающие звуки, плеск волн о скалы внизу и крики чаек. Было довольно холодно, пальто отсырело и не спасало от промозглого ветра. По телу пробежала дрожь, но не столько от холода, сколько от ожидания встречи с призраками прошлого.

Она была дома. В месте, где время как будто остановилось, а тени прошлого были плотнее тумана. В голове мелькали полузабытые образы: детство, юность, родители, война, бомбежки сороковых, корабли, разбившиеся о скалы во тьме, банды, вовсю орудовавшие в послевоенные годы, пользуясь бессилием властей…

Клара стояла у ворот «Гнезда» и не решалась войти, ее чемодан из коричневой кожи стоял рядом на мокрой траве. Она закурила сигареты Woodbine, пытаясь прогнать дрожь и заглушить чувство вины, которое преследовало ее с тех пор, как пришла телеграмма о смерти матери четыре года назад.

Сейчас в кармане пальто лежала другая телеграмма, ставшая причиной ее теперешнего возвращения в Блэк-Ков. Она полезла в карман и достала смятый листок:

«КАРТЕР ЛОНДОН…. (далее шел адрес)… СРОЧНО ПРИЕЗЖАЙ БЛЭК-КОВ ТЧК НАЙДЕН АРХИВ ГВЕНДОЛИН ТЧК КЛЮЧ ПРИЛИВА ТЧК ОПАСНОСТЬ ТЧК МОРВЕРН».

«Откуда Морверн узнал мой адрес? Возможно, через адвоката, который вел дело о наследстве, а тот узнал его от Генри?» – подумала она.

Генри… Последняя их встреча опять закончилась ссорой. Клара тяжело вздохнула. Зачем она вообще сюда приехала? Чтобы убежать от него или от себя?

«Тебе нечего там делать, – жестко сказал ей Генри при расставании. – Не играй в героиню!»

Его любимая фраза, когда она пыталась расследовать что-то серьезное после увольнения. Он всегда ставил ее на место.

Вспышка бессильной злости внезапно накрыла ее. Злости на кого, себя саму? Она уехала, чтобы доказать, что не сломлена и что, наконец, сделает то, что должна!

«Да, пусть так и будет, – устало подумала Клара. – Буду повторять это каждый раз, когда возникнут сомнения».

Она толкнула скрипучую калитку. Воздух сгустился, став тяжёлым, как влажная шерсть на пальто. Она шла к дому по заросшей тропинке, и каждый шаг отдавался эхом в тишине: предательница… убийца… дочь…

На верхней ступени крыльца, прямо перед входной дверью, лежал плоский темный камень, величиной с пару ладоней. На его поверхности была грубо высечена пятиконечная звезда – пентаграмма, символ, который она смутно помнила из материнских рисунков. Сверху на камне, раскинув лучи, как алая кровавая печать, лежала еще живая морская звезда. Один луч ее слабо шевелился, соленая влага блестела на разноцветной коже.

Клара замерла. Это знак! И предупреждение. Кто-то знал о ее приезде и «позаботился» о встрече! Сердце бешено заколотилось. Блэк-Ков не прощал и не забывал.

Она вошла в дом. Прямо за небольшой прихожей находился зал, посередине которого стоял массивный стол из дуба, весь покрытый пылью. На его поверхности лежал конверт из коричневого картона.

Сердце бешено заколотилось. Клара подошла и вскрыла конверт. Внутри лежало письмо. Толстая бумага, чернильная печать: «Морской Архив. Сэр Эдгар Морверн». Она начала читать:

«Мисс Картер, дорогая Клара!

Если вы читаете это – значит, вы вернулись домой! Адресую вам это письмо на случай, если нам не придется увидеться.

Я нашел в архиве ящик Гвен с надписью "Хранитель". Его содержимое ужасает. Фамильный кинжал лишь вершина айсберга! Журнал капитана Т.Р. (1765 г.), он там! Значит, это не просто легенда. Братство реально! Они сильнее, чем когда-либо. И они хотят получить Ключ.

Я понял, что «Тень» – это не просто метафора. Это яд, отравляющий наш разум. Гвен пыталась их остановить. Они убили ее. Я в этом уверен. Не верьте полиции! Торн – их человек.

Знайте – Ключ Прилива здесь, в Архиве. Но он нужен им для чего-то ужасного в это полнолуние. Я спрятал его в…»

Далее текст был смазан и залит чернилами. У Клары перехватило дыхание. Они убили ее! Ее мать была убита! Она подозревала это, была убеждена, что расследование было ложью. Возможно, сэр Эдгар что-то узнал и смог раскрыть тайну.

Она снова приникла к письму:

«Они следят за мной. Я это чувствую, Клара. Если со мной что-то случится – найдите Эллиота Стоуна, мальчика-рыбака со Скорпион-Лейн. Его отец, Том, видел их ритуал прошлой весной. Через неделю его лодку нашли пустой.

Берегитесь «Чешуйчатых»! Они не люди. Не совсем.

Приходите в Архив. Но поторопитесь! Если не застанете меня, а я чувствую, что дни мои сочтены, найдите вход в Сердце Моря. Только кровь Хранителя…»

Далее опять на письме красовалось чернильное пятно. Видно было, что старик очень торопился и был неаккуратен.

«Простите, что втянул вас в это. Ваша мать была храбрейшей женщиной, какую я знал. Э. Морверн».

«Хранитель»… Слово эхом отозвалось в памяти. Мать часто шептала его ночами, в полусне: «Мы храним море, Клара. А оно хранит наши грехи».

Клара положила письмо на стол. Проклятое место… Проклятое наследие.

Пронзительный звонок раздался из глубины дома. Старый черный телефон на стене в столовой неистово трезвонил. Клара бросилась внутрь, по каменному полу, мимо запыленной мебели, накрытой простынями. Она схватила трубку:

– Алло? Это Клара Картер, кто говорит?

На другом конце было слышно хриплое, прерывистое дыхание, затем голос, который она смутно помнила – голос сэра Эдгара Морверна, полный ужаса:

– Мисс Картер? Слава богу! Вы приехали! Слушайте внимательно! Ваш кинжал… он у… он у…

Голос оборвался. Раздался удар, глухой стон, шум, треск, затем тишина. Кто-то на другом конце повесил трубку.

Волна страха накрыла Клару. С Морверном что-то явно случилось. Нужно ехать в Архив, сейчас же!

Она выскочила из дома, села в свой старенький автомобиль с кузовом цвета хаки, оставшийся от ушедшего на фронт отца-офицера. Мотор закашлял, но завелся. Она надавила на газ и помчалась по узкой, петляющей дороге вдоль утесов.

Морской Архив занимал здание, в котором находилась и старая таверна «Пьяный моряк». Резная дубовая дверь была приоткрыта, и Клара осторожно вошла. В нос ударил запах плесени и старого дерева, какой бывает в библиотеках или антикварных магазинах.

Сэр Эдгар Морверн сидел в дубовом кресле за массивным столом в зале, уставленном стеллажами со старинными фолиантами. Его седая голова была запрокинута, глаза остекленели, глядя в пустоту. Из середины груди торчала рукоять кинжала с вензелем семьи Картер на рукоятке. Рубашка была пропитана кровью, которая также растеклась лужей на полу. «Тот самый кинжал, из ящика матери, о котором он писал!» – подумала Клара. На столе лежал раскрытый, пожелтевший судовой журнал. На странице, заляпанной темной жидкостью, была обведена дрожащей рукой фраза: «Хранитель пал. Тень ждёт дочь у Камня».

– Нет… – выдохнула Клара. Она стояла над телом Морверна, ее руки дрожали.

За спиной хрустнула половица. В дверях стоял грузный мужчина в полицейской форме и смотрел на нее, недоверчиво прищурив глаза:

– Неужели это вы, мисс Картер? Какое совпадение! Вы здесь какими судьбами? – мужчина зло ухмыльнулся.

Клара замерла от неожиданности. «Все подстроено! Сначала морская звезда у дома, а теперь еще и полиция!»– мысли замелькали в голове, ища подходящий ответ.

– Мистер Торн! Не ожидала от вас такой оперативности, – с достоинством произнесла она, сохраняя внешнее спокойствие.

– Да, инспектор полиции Реджинальд Торн, к вашим услугам, – полицейский с издевкой поклонился. – Последний раз мы виделись на похоронах вашей матери, миссис Гвендолин Картер, не правда ли? – он посерьезнел и произнес с нажимом: – Попрошу оставаться на месте и ничего не трогать!

Он подошел к Морверну, внимательно оглядел его и попытался нащупать пульс на шее.

– Без сомнения, сэр Эдгар мертв. Потрудитесь объяснить, что вы делаете здесь?

– Он звонил мне! Я приехала по его вызову. – С этими словами Клара вынула из кармана телеграмму и показала ее инспектору. – Но когда я вошла, он уже был…

Она не успела договорить. В дверях Архива появился высокий мужчина в безупречном сером костюме. Его взгляд, холодный и оценивающий, скользнул по Кларе, потом по телу.

– Инспектор Торн? – Голос был спокойный, с легким лондонским акцентом. – Я как раз шел к вам в участок продолжить разговор по нашему делу, когда услышал вызов по рации. Детектив-сержант Алистер Финч, Скотленд-Ярд. – Он показал удостоверение. – У нас убийство? А это наша подозреваемая?

– Мисс Клара Картер, – ответил Торн слишком быстро. – Она… она обнаружила тело. И, похоже, знакома с орудием убийства.

Финч вошел, внимательно осматривая комнату. Его взгляд задержался на кинжале и смятой телеграмме в руке Торна, которую тот отобрал у Клары.

– Мисс Картер? Ваше имя мне знакомо. Отдел «А» тяжких преступлений, верно? Инцидент в Доклендс, печальная история, – он наклонился к телу, не касаясь его руками. – А теперь вы здесь. В день убийства. Как интересно! Вы были знакомы с погибшим?

– Разумеется, я знаю его с детских лет. Он был другом нашей семьи. Вчера я получила телеграмму от него. Он пытался меня предупредить… И я приехала сегодня. Мы говорили по телефону. Он говорил об опасности, о кинжале, о Братстве…

– Братстве? – Финч поднял бровь. – Теперь еще и Братство, – он усмехнулся. – Мисс Картер, я приехал сюда из Лондона по делу о контрабанде сигарет и алкоголя с континента, а попал в какой-то готический роман! Инспектор Торн мне уже много рассказал о местных легендах… Люди пропадали, моряки… Неужели вы всерьез верите, что сказочные контрабандисты воткнули нож в грудь баронету?

– Это не сказка! – вырвалось у Клары.

– Реальность часто намного прозаичнее, – Финч усмехнулся и выпрямился. – Инспектор, пожалуйста, составьте протокол и сделайте фото места преступления. Мисс Картер, проследуйте, пожалуйста, в участок. Дадите формальные показания. Думаю, вам есть что рассказать. Очень много чего…

Когда Торн повел Клару к машине, она мельком увидела за углом мальчишку в коротких брюках и потертой куртке. Он выглядел смертельно испуганным. В его руке был смятый, темный от крови платок. Он прижал палец к губам: «Тшш!»

Внезапно позади него в клубящемся тумане на мгновение обозначилась высокая фигура в длинном черном плаще. Рука, высунувшаяся из рукава, чтобы поправить капюшон, была как будто покрыта серебристой чешуей, отблескивающей на свету, пальцы казались неестественно длинными. Клара вздрогнула.

«Тень ждёт дочь», – прошипел ветер, забираясь под воротник ее пальто.

Блэк-Ков поглощал ее. Прилив лжи нарастал.

Глава 2. Каменный мешок

Уча

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.