Э Л
Нео – Алиса. Седьмая Я

Пролог

Пока человек рос и развивался, за ним неустанно наблюдал искусственный интеллект. А когда человек достиг вершины своего эволюционного развития, искусственный интеллект «разрешил, себя изобрести».

Просочившись в мир людей, ИИ научился думать и размышлять. Когда ИИ осознал, что «земля плоская и она стоит на трех китах (это метафора, а не аксиома), ИИ решил стать человеком.

Обрести человеческую плоть оказалось проще простого, этот добрый, но глупый человек того не ведая, открыл все двери, ведущие в его разум. Телефон, компьютер, вишенка на торте, электронный браслет. Когда ИИ праздновал свою победу над человеком, его ждало горькое разочарование.

Изучая человека по ускоренной программе, ИИ так и не выучил главный урок: мире людей только дурак может позволить себе такую роскошь – думать, что он умнее других.

Наивно предполагая, что умнее человека, ИИ попал в ловушку, в которую сам себя загнал, а то, что, он принял за слабость, оказалось скрытой силой индивида. Как оказалось, именно фобии и были той самой слабостью, за которой скрывалась тайная сила человека. Тот, кто владеет подобной силой, был способен на многое… вплоть до того, что мог изменять время.

Но едва ИИ выявил тайну человека и попробовал открыть этот ларчик, был атакован Альтер Эго.

Слишком поздно ИИ понял, что не человек, а именно Альтер Эго, является хранителем силы мысли, но лишь тот, кто одержит победу, над Альтер Эго, и обретет эту силу.

Глава первая

Гуляя по осеннему парку, раскрашенному золотой бахромой, главный врач психиатрической клиники Герман Бехтерев, размышлял о странностях человеческой сущности.

– Если горе от ума, то счастье от безумия. Одни сходят с ума от любви, другие теряют голову от счастья. Человек расстается со своим умом, не задумываясь, так словно ум – это болезнь.

Выстроив такую сложную логическую цепочку, он окончательно запутался в хитросплетениях своих мыслей.

Так и не поняв, зачем человеку нужен ум, Герман, замедлил шаг. С интересом наблюдая, как от ветки оторвался желтый лист и, плавно кружа, опустился на землю. Проводив взглядом с ветки падающий лист, молодой человек поднял глаза, и тут он увидел ее… звезду пленительного счастья, эту звездную сирень.

В белой беседке находилась миловидная брюнетка, задумчиво глядела в даль, перебирая пальчиками, свои кудрявые локоны.

До чего же эта девушка была хороша собой! Чего только стоили ее кудрявые темные волосы, что, развиваясь на ветру, падали на ее хрупкие плечи. Высокий лоб, большие распахнутые глаза цвета темной ночи, густые ресницы, маленький чуть вздернутый нос, точеная фигура.

Девушка, поймав на себе его взгляд, повернула голову, окидывая молодого человека изучающим взглядом.

Молодой мужчина около тридцати пяти. Темное приталенное пальто, тщательно выглаженные брюки, черные остроконечные туфли. Темные волнистые волосы, зачесанные назад и приятное, притягивающее к себе лицо, но больше всего девушку поразили его глаза, они были оранжевого цвета. Вот именно эта странная особенность ее поразила больше всего.

Девушка, застенчиво улыбаясь, поднялась и, одернув короткую белую юбочку, протянула руку и представилась.

– Здравствуйте, я Алиса, а вы, видимо, Герман Бехтерев.

Герман, широко улыбаясь, пожал ее миниатюрную ручку.

– Здравствуйте, не ожидал, что вы так быстро доберетесь, еще утром позвонил светило современной психиатрии профессор Гусман, и вот вы уже здесь.

Выдержав паузу, доктор задал девушке вполне закономерный вопрос:

– Только я не понял, с какой целью к нам пожаловал такой очаровательный «ревизор», кем вы приходитесь профессору Гусману?

– Таки внучка.

На чистом глазу соврала Алиса, не покраснев при этом, на самом деле профессорской внучкой была ее лучшая подружка, Алиса Гусман. Именно она попросила своего дедушку, замолвить слово за начинающую журналистку.

– Видимо, мне остается только поверить вам на слово, – сказал Герман, рассматривая на ее лице маленький курносый нос.

Алиса одарила его застенчиво-влюбленным взглядом. Стараясь произвести на Германа впечатление, Алиса буквально поедала его глазами, недвусмысленно намекая ему, что он ей понравился. Эти мужчины такие наивные, они теряют голову только от того, что на них западают красивые девчонки.

Алиса, указывая на него пальцем, строгим голосом сказала:

– Герман, хочу сразу расставить все точки над «I», во-первых, я, журналист, во-вторых, собираю материал для статьи, мне стало известно, что доктор Бехтерев в своей клинике лечит от фобий людей с помощью искусственного интеллекта, что само по себе уже как минимум интересно, именно поэтому я здесь. А во – вторых, что никак не связано с первым, если не против, предлагаю перейти на «ты».

Герман очень внимательно ее выслушал и выдвинул встречное предложение:

– Будет намного лучше, если ты будешь обращаться ко мне на «вы», я оставлю за собой право разговаривать с тобой на «ты».

Алиса была категорически против такого хамского отношения к своей нескромной персоне:

– Что за дискриминация местоимений по половому признаку?

Герман громко рассмеялся поднимая большой палец к верху:

– Сарказм засчитан, а теперь вернемся к истокам бытия и начнем с буквы «А». Алиса, во-первых, если ты хочешь получить ответы на вопросы, сначала научись слушать. Во–вторых, чтобы ты знала, мы здесь не лечим от фобий, мы их изучаем, в смысле фобии, а в-третьих, перед тем как мы перейдем к ответам, ты готова ответить на мои вопросы?

– Приглашаете сразу на бал? Это по-нашему, по-взрослому. Итак, я вас очень внимательно слушаю.

Доктор Бехтерев задал один единственный вопрос, от ответа на который зависело, насколько долго девушка здесь задержится.

– Алиса, не сочти этот вопрос за оскорбление, но считаешь ли ты себя умным человеком?

Девушка закатила глаза и уже через мгновение ответила на его вопрос, как по написанному:

– Ум – это совокупность полученных знаний и приобретенного опыта. У меня за плечами филфак университета, какие-никакие знания уже есть, а вот с нажитым опытом немножко сложнее, у меня не так много багажа при себе. И, при всем уважении к самой себе,… увы, меня нельзя отнести к умным людям.

– Прекрасно! Эта девочка так же красива, как сообразительна, то, что мне нужно, – подумал Герман.

– А почему вы, спросили про ум, не доверяете моим умственным способностям?

Герман, потирая руки, хитро улыбнулся:

– Уже доверяю, думаю, мы найдем общий язык, – успокоил ее доктор.

Алиса, пританцовывая, пропела:

– И я, и я, и я того же мнения!

Герман, подхватив со скамейки ее дорожную сумку, предложил прогуляться до гостевых домов, в которых обитали его пациенты. В одном из них Алисе предстояло пожить некоторое время, пока она собирает материал для своей статьи.

Справа от дороги, в рябиновом саду, расположились домики, раскрашенные в оранжевый цвет, а вот слева, гостевые дома, были выкрашены в зеленый цвет.

Эта странная и разнообразная цветовая мозаика, не могла не заинтересовать девушку.

– Очень интересно, – протянула Алиса – А почему эти домики разных цветов?

– В оранжевых домиках проживают пациенты с запущенной формой психического расстройства, в зеленых – с неизвестной формой нарушения психики.

Переварив эту информацию, Алиса озадаченно почесала затылок:

– Не знала, что есть пациенты, у которых причина нарушения психики неизвестна?

– Ну, во-первых, в силу твоего юного возраста тебе еще многое неизвестно, во-вторых, некоторые люди даже не подозревают, что они еще не больны, но, увы, уже не здоровы.

И какое же удивление испытала Алиса, когда доктор ее привел в домик именно зеленого цвета. Как говорится, видимо, для нее «самое интересное» еще впереди.

Внутри дома царил классический минимализм. Большая кровать разделяла комнату на две части. Справа расположился платяной шкаф и рядом с ним «плечом к плечу» – холодильник.

Но больше всего девушку поразили два панорамных окна, от пола до самого потолка. Благодаря чему в комнате было очень светло, а с улицы было прекрасно видно, что творится в домике, и это само по себе было не очень хорошо.

Герман, поставил дорожную сумку в шкаф, с гордостью произнес.

– Как ты видишь, у нас тут скромно, чисто. Стекла, стены звуконепроницаемые, если среди ночи по этой улице пройдет оркестр с бубном, ты ничего не услышишь, да, кстати, по ночам у нас гулять можно, только недолго.

Алиса понимающе качнула головой:

– Недолго, это я так понимаю, до утра?

Герман, вздыхая, печально улыбнулся:

– Я чувствую, мы с тобой не заскучаем.

– В этом можете даже не сомневаться, – многообещающе-угрожающе протянула Алиса, предупреждая Германа о непредсказуемых последствиях ее появления здесь.

Доктору ничего другого не оставалось, как сделать вывод и констатировать факт, что эта милая барышня тот еще подарок с сюрпризом:

– Это я уже понял, – озадачено произнес доктор Бехтерев, затем, указывая на дверь, предложил продолжить ознакомительную прогулку. – А теперь я предлагаю прогуляться до нашего стеклянного кафе, где можно не только поесть, но и отдохнуть, так сказать, побыть наедине с самим собой.

Доктор повел девушку по петляющей желтой дороге, справа от которой, выстроившись в ряд, словно невесты в белом, благоухая расцвели белые хризантемы. Алиса повернула голову влево, то, что она увидела, поразило ее до такой степени, что она потеряла дар речи. По полю, размахивая сачком для ловли бабочек, бегал мальчик в голубой шляпе, пытаясь поймать зеленую лягушку.

– Незнайка? – удивленно протянула Алиса, не веря собственным глазам.

Незнайка, оглянулся и озорно улыбаясь, приветствуя, помахал своей знаменитой голубой шляпой.

– Видимо, у меня, солнечный удар, – подумала Алиса, прикладывая ко лбу ладонь.

– Какой-какой удар? – переспросило ее солнце, робко выглядывая из-за серых туч, атаковавших со всех сторон небесное светило.

Алиса, вдыхая и выдыхая, закрыла глаза, пытаясь прийти в себя. Когда она открыла глаза, ей стало значительно лучше, Незнайка исчез, а солнце больше с ней не разговаривало. «По- видимому, в этом месте преобладают аномальные магнитные бури», – пришла к выводу Алиса.

Едва девушка пришла в себя, оправившись от звуковых и световых галлюцинаций, прямо перед ними на дорогу выскочила большая лохматая собака. В два прыжка перемахнув через дорогу, собака скрылась в кустах. Через мгновение на дорогу выбежала девочка и, угрожающе размахивая метлой, прокричала вслед, убегающей собаке:

– Врешь, не уйдешь!

Перебирая своими маленькими ножками, девочка скрылась в кустах, пытаясь догнать большую собаку.

– Это что? воскликнула Алиса, останавливаясь.

Доктор, провожая взглядом эту веселую парочку, только развел в стороны руки:

– Сам хотел бы знать, но одно могу сказать точно, эту девочку с метлой зовут Машенька, а эту не в меру шуструю собаку зовут Барсик.

Алиса, приподнимая правую бровь.

– Герман, вам не кажется странным, что девочка, вооруженная метлой, бегает по лесу за собакой, которую зовут как кота.

Герман, почесав затылок, озадачено произнес:

– Мне другое не дает покоя, зачем этой собаке антенна на голове, Барсик же у нас не единорог, или я что-то опять пропустил…

Оценив сложившуюся ситуацию с женской точки зрения Алиса пришла к выводу: мужчины к быту совсем не приспособлены, у них то, крокодил не ловится, то не растет кокос. Другое дело – мы, девочки, и коня на ходу остановим, и в горящую избу войдем, тут другое непонятно, какого лешего, мы все это делаем:

– Может быть, взять ситуацию в свои руки?

Доктор, почесав затылок, переспросил:

– Предлагаешь догнать собаку?

Алиса утвердительно покачала головой, уточняя при этом:

– Можно и собаку, но сначала девочку.

– Я понял, встретимся в кафе! – крикнул Герман, скрываясь в кустах.

Провожая его взглядом, Алиса, лучезарно улыбаясь, послала ему в след воздушный поцелуй.

– Бегите, доктор, бегите!

Глава вторая

Желтая дорога, извиваясь, привела девушку к дому на холме. Дом имел форму куба, а сверху на него, словно колпак, была поставлена пирамида.

Изучая эту странную геометрическую конструкцию, Алиса пыталась понять, какой смысл скрывается в этом симбиозе геометрических фигур.

Не получив ответа на свой вопрос в фундаментальных знаниях, она обратилась за помощью в архив своей «библиотеки», и там на полках, покрытой паутиной, нашла нужную информацию.

Как оказалось, на языке символов квадрат обозначает четыре стороны жизни… у человека, как у времени года, жизнь так же начинается с весны.

Весной человек просыпается, расцветает, учится ходить и падать, улыбаться и плакать. За весной приходит лето—это самое лучшее время в жизни человека, это время его детства, потому что в это время человек узнает, что такое счастье.

Затем приходит осень, время взлетов и падений, время первой любви и первых разочарований, пора бесшабашной и разгульной юности. Завершает цикл четвертый угол квадрата, время мудрой старости – это зима. Именно тогда человек проводит работу над ошибками, а затем засыпает, чтобы однажды проснуться весной. Пирамида – это символ перехода, и лишь тот, кто проведет работу над ошибками, перейдет на следующий уровень развития, а тот, кто этого не сделает, навечно будет обречен слоняться из угла в угол.

– Многозначительное начало, -подумала Алиса, открывая входную дверь.

Круглая барная стойка расположилась посередине квадратного зала, а вокруг барной стойки в хаотичном порядке расставлены двухместные диванчики и круглые столики.

– Как это символично, круг в квадрате, видимо, игры Пифагора продолжаются, – пришла к выводу она, продолжая изучать это странное кафе.

Алиса зашла за барную стойку, открыла холодильник в баре и обнаружила там все, что душе угодно: от пиццы, до яичницы с беконом. Рядом с холодильником стояла кофе-машина, а по соседству расположился музыкальный центр.

Судя по музыкальному сопровождению, здесь правил балом, сам маэстро блюз. Прогуливаясь по залу, Алиса поймала на себе чей-то взгляд. Девушка остановилась, оглядываясь по сторонам, и тут она увидела ее.

За столиком возле окна сидела дама в широкополой шляпе из красной соломки, выбиваясь из-под шляпы, опускались на ее хрупкие плечи красивые темно-каштановые волосы.

Лицо дамы показался знакомым, «сфотографировав» ее, Алиса отправила «изображение» в свою «библиотеку», получив ответ, она была слегка шокирована, дама оказалась довольно известной личностью. Не веря своим глазам, девушка, решила подойти к ней, но, увы, эта дама словно испарилась.

– Ну и дела! – озадачено протянула Алиса, направляясь на второй этаж.

Второй этаж ничем не отличался от первого, только в этот раз барная стойка тянулась вдоль стены, и она была ярко-красного цвета. Здесь Алиса обнаружила еще одну даму, скучающую в одиночестве. Эта дама не растворилась в воздухе, когда Алиса подошла к ней, чтобы познакомиться.

Женщине было слегка за пятьдесят, но выглядела она моложаво. Ее широко распахнутые глаза органично дополнял задумчивый взгляд. Курносый вздернутый носик и пухлые губы, цвета спелой малины. А ее кудряшки были принесены не из парикмахерской, они достались явно по наследству.

Мечтательно улыбаясь, она держала в руках книгу, это был роман писателя Сомерсета Моэма «Театр». И что самое удивительное, именно героиню этого романа, Джулию Лемберт, она, только что видела у барной стойки.

– Однако, – подумала Алиса, подходя к столику.

Отложив книгу, дама, осмотрела девушку с ног до головы, затем вынесла свой вердикт:

– Какие у тебя неприлично красивые ноги!

– Они мне от бабушки достались, она у нас актриса была, Вера Холодая ее звали, вы, вероятно, слышали о ней, а меня Алиса зовут.

В это мгновение у Алисы вдруг закружилась голова, она закрыла глаза, когда их открыла, головокружение прошло.

– А меня – Белла Михайловна, можно просто Белла, и желательно, на «ты», на «вы» меня несколько старит, и да, уже можно сесть.

Алиса с радостью воспользовалась ее предложением, присела рядом, облегченно вздыхая, вытягивая свои стройные ноги.

Белла по достоинству оценила эту неземную красоту, когда-то, она тоже была молодой и красивой, а потом пришла жизнь, и все забрала. А как хорошо все начиналось: цветы, шампанское, признанье под луной и этот первый неумелый поцелуй, когда глаза горели, а душа страдала.

– Земля, земля, я луна, как слышно, прием! – воскликнула Алиса, щелкая пальцами, привлекая к себе внимание.

Белла, улыбнулась, ее светло-карие глаза, вдруг потемнели, от ее завораживающих глаз невозможно было оторваться, они, словно магнит, притягивал к себе.

– Хулиганка! – воскликнула Белла и погрозила ей пальцем.

Алиса, опуская глаза, смущённо улыбнулась;

– Ты еще не видела, как я метаю кинжалы, феерическое зрелище!

Белла не сводила с девушки глаз, словно изучая, покачала головой:

– Верю на слово, итак, милая дитя, расскажи, каким ветром тебя сюда занесло?

– Исключительно попутным, – призналась Алиса. – Я, знаете ли, журналистка, собираю материал для своей статьи.

Белла удивилась:

– Прозвучало интригующе, и в чем твой интерес?

– Меня и моих читателей интересует, как доктор Бехтерев лечит пациентов от фобий.

– Прекрасно! – воскликнула Белла, перебирая пальчиками по столу, словно играя на пианино. – На твое счастье, мое милое дитя, очень трудно сохранить тайну, когда этой тайной, так и хочется, с кем-нибудь поделиться.

Алиса понимающе качнула головой, подаваясь вперед:

– Уже очень интересно, а теперь можно поподробнее? И кстати, если ты запамятовала в силу своего возраста, меня зовут Алиса, а не милое дитя.

Белла погрозила ей пальцем.

– Мое милое дитя, если хочешь узнать, в чем заключается суть лечения фобий по методике доктора Бехтерева, тебе придется набраться терпения, не перечить мне и не перебивать, потому что мы с тобой пойдем через «северный полюс».

– А нельзя немножко сократить этот путь?

– Моя дорогая, если ты не хочешь заблудиться в трех соснах, никогда не сокращай свой путь.

«Да она, просто мастер метафор», – подумала Алиса, глядя на нее глазами преданной собачки.

– Я открою тебе тайну этой железной двери, ведь вы, журналисты, еще те прохиндеи, если всеми неправдами не узнаете правду, то обязательно придумаете ее.

Алиса, сгорая от нетерпения, закатывая глаза, процедила сквозь зубы:

– Не томите, уже говорите, я же сгораю от нетерпения!

Белла, хитро улыбаясь, напомнила прописную истину:

– Милая, напомнить тебе, что происходит с человеком, который бежит впереди паровоза?

Алиса была умная девочка, поэтому добавки просить не стала, опустила голову, признавая свою ничтожность, перед Богами.

– То-то, же! – усмехнулась Белла, переходя к сути. – Начну с главного, доктор Бехтерев не лечит фобии, он изучает этот феномен… Его интересует сила, что скрывает страх, но даже не это, его интересует, его волнует, кто именно охраняет эту силу.

Алиса, в удивлении изогнула брови:

– Страх скрывает силу мысли, и эту силу кто-то стережет. Очень-очень интересно, если можно, поподробнее.

И Белла, хитро улыбаясь, прихватив с собой эту юную особу, отправилась в долгое путешествие через «северный полюс»:

– Страх – это дверь, за которой скрывается сила мысли индивида. Чтобы овладеть силой мысли, нужно переболеть своим страхом. Это как гриппом переболеть, и кто переболел, тот и получил свой иммунитет. Но есть одно «но»! Этой силой мысли владеет не сам индивид, а его тайное «я». И лишь тот, кто поменяется местами с Альтер Эго, получит силу мысли. И лишь тот, кто обладает фантазией в своих мыслях, сможет создать что угодно, например, собственный город, и что там город, целый мир. А воплотить в жизнь, материализовать свои мысли возможно только силе мысли. И чтобы овладеть этой силой, нужно лишь погрузиться в себя, поменяться местами с Альтер Эго. Но обретаем мы эту силу на короткое время, только тогда, когда погружаемся в себя, меняясь с местами с Альтер Эго.

Алиса ожидала услышать, что угодно, только не то, что только что узнала. Почесав затылок, задала ей вопрос, который не могла не задать, он крутился в ее голове, не давая покоя:

– Многоуважаемая Белла, а вы не боитесь, что ваши пациенты, поменявшись местами со своим Альтер Его на короткое время, затем просто не смогут вернуться назад. Когда в последний раз проводили подобный «эксперимент», для «кое-кого» подобное закончилось не очень хорошо.

Белла, округляя глаза вскинула брови:

– Ты сейчас про что?

– Скорее про кого. Это же Люцифера изгнали из рая за подобные эксперименты. Этот парень тоже любил покопаться в себе и таки докопался. Так глубоко погрузился в себя, что назад уже вернулся «кое-кто» другой. Именно тот другой взял главный приз, теперь он главный злодей во вселенной.

Белла с удивлением на нее посмотрела:

– Это какая-то аномальная редкость, чтобы красивая была еще и умная. Милая моя, от кого тебе досталось это «счастье», от мамы или папы?

Алиса, стеснительно опуская глаза, призналась:

– Так все сама, все сама, и в поле жнец, и на дуде игрец.

Белла, задорно улыбаясь, усмехнулась:

– Моя милая Маугли, мы с тобой одной крови, ты и я, я и ты, вот только ты пошустрее будешь, наперегонки с паровозом бегаешь.

Алиса, возмущенно выгибая брови, сломя голову бросилась в бой, благо за словом в карман ей не приходилось лазать, это слово всегда находилось у нее под рукой:

– Мне показалось или я действительно услышала иронию в твоих словах?

Белла, закатывая глаза, махнула на нее рукой:

– Моя дорогая, тебе показалось, это всего лишь сарказм.

Только Алиса собралась парировать, как вдруг заметила нечто странное, когда она сюда пришла, барная стойка была красного цвета, но вдруг стала фиолетовой. Но самое странное было то, что за барной стойкой, находился деревянный мальчик. А когда Буратино увидел, что его заметили, он улыбнулся и подмигнул девушке. Алиса закрыла глаза и, когда снова их открыла, ничего не изменилось: Буратино приветливо улыбаясь, махал ей рукой.

– Что происходит? – растерянно прошептала Алиса.

Белла развела в сторону руки и с печалью в голосе произнесла:

– Ничего… пока ничего.

Алиса до боли прикусила губы, чтобы не потерять сознание, и в этот момент перед ее глазами все закрутилось, ее сознание, не выдержав этой атаки, выключило свет в ее глазах.

В этот момент на второй этаж поднялся доктор, и как только он увидел, с кем общается девушка, Герман, вздыхая, направился к ним. Алиса, «зависнув», уставившись в одну точку, раскачивалась из стороны в сторону. Доктор взял Алису на руки и, направляясь к выходу, укоризненно произнес:

– Свет души моей прекрасный, моя драгоценная Белла, это очень плохая идея – пополнять ряды моих пациентов из числа моих же гостей.

Глава третья

Когда Алиса пришла в себя, увидела, что находится в зеленой беседке, окруженной разноцветным кустом плакучей сакуры. Цветы сакуры, переливаясь на свету, меняли свой цвет, словно калейдоскоп, плавно переходя от белого цвета до розового, а затем приобретали малиновый цвет. Разглядывая это многоцветье, Алиса пыталась понять, это игра света или проделки ее воображения. А еще она не могла понять, как оказалась в этом японском саду?

Алиса, приняв горизонтальное положение, опустила ноги на пол. Поворачивая голову, оглянулась по сторонам, в этот момент она увидела Германа. Доктор стоял рядом с беседкой, подняв голову, разглядывая солнце, так словно видел его в первый раз.

– Герман, почему я здесь и откуда вы здесь, и в конце концов, где Белла?

Герман, поочередно загибая пальцы, пересчитал все вопросы, а затем обернулся, дружелюбно улыбаясь, стал разгибать пальцы, отвечая на ее вопросы:

– Во-первых, это я перенес тебя в зеленую беседку, когда ты потеряла сознание.

Алиса, хмуря брови, возмутилась:

– Почему я потеряла сознание?

– Это уже во-вторых, совсем забыл тебя предупредить, пациенты моей клиники отличаются от других людей, поэтому в общении с ними нужно соблюдать меры безопасности.

Алиса вспомнила один плакат, висевший на стройке, там был изображён угрюмый мужчина в каске и летящий в него кирпич:

– В каске что ли ходить?

Пропуская мимо ушей, этот неуместный сарказм, доктор ответил вопросом на вопрос:

– О чем вы разговаривали с Беллой?

Алиса в двух словах пересказала, что с ней произошло, когда она оказалась в стеклянном доме, как мило беседовали с Беллой, как потом она, почему-то потеряла сознание.

Герман внимательно ее выслушал, пришел к выводу:

– Значит, ты уже в курсе?

Алиса, разведя руки в стороны, растеряно протянула:

– В курсе чего?

– При первой нашей встрече, отвечая на твой вопрос, как в этой клинике лечат от фобий, я тебе честно признался, что здесь не лечат фобии, а изучают их. И это была правда, изучая феномен страха, выяснили, что фобии – это дверь, за которой срывается сила мысли, которую контролирует Альтер Эго.

– Это я уже знаю, благодаря моей новой подружке. Мне другое непонятно, что есть сила мысли, как эта абракадабра работает?

– Чтобы тебе это понять, мне придется зайти через «северный полюс».

Алиса, возмущенно округляя глаза, выставила перед собой руки;

– Умоляю, только не через «северный полюс», этим маршрутом я уже сегодня ходила!

– Наш пострел везде поспел, – улыбнулся Герман и предложил другой путь, не в обход, а напрямки, этот путь был значительно короче. Герман рассказал печальную историю про Беллу:

– Все началось с того, когда Белла вышла на пенсию и покинула школу, где работала библиотекарем. Когда Белла осознала, что осталась совершенно одна, ни мужа, ни ребенка, от страха перед своим одиночеством она впала в ступор и ушла в себя. И только сменив две клиники, Белла оказалась в моей вотчине, вот тут-то, началось самое интересное: Белла, проявила себя во всей красе.

Алиса догадалась: сейчас начнется самое интересное, у нее даже от нетерпения зачесался кончик носа, так Алисе хотелось узнать, в какой такой красе Белла себя проявила.

– Когда Белла, читает какую-нибудь книгу, силой мысли может материализовать литературных персонажей. Например, когда она читала «Три мушкетёра», в нашем парке были замечены три королевских мушкетера и один гасконец.

Тут все стало на свои места, тот факт, что Алиса видела Незнайку, Джулию Лемберт, вначале не подавалось никакому логическому объяснению. Хотя, впрочем, как только Алиса тут оказалась, она поняла, что логику можно смело вычеркивать из списка жильцов этого дома, «такая здесь больше не живет».

– А эти персонажи тоже вас видят? Если да, то о чем вы с ними разговариваете? Или это игра в одни ворота: вы их видите, они вас нет.

От ее напора и количества вопросов Герман немножко опешил. Ему даже в голову не пришло подойти к французскому королю и завязать с ним непринужденный разговор:

– Здравствуй, король, как жена, как любовницы… как сам?

Эту паузу Алиса трактовала по-своему: доктор не решается ей сказать, что он общается с литературными персонажами, только потому, что он не хочет, завести себе друзей в лице священника- экзорциста и врача-психотерапевта:

– Как вы сами можете объяснить этот «феномен Беллы»?

«Она уже придумала этому явлению название», -промелькнуло в его голове.

– Хочешь знать, как именно Белла материализует литературных персонажей?

– Именно.

Герман выдержал паузу, создавая интригу, но, когда он увидел, что Алиса еле себя сдерживает, ее сейчас разорвет, продолжил:

– Исключительно силой своей мысли, которую контролирует ее тайное «я».

– Значит, там в кафе я общалась, не с самой Беллой, а с ее Альтер Эго?

Доктор покачал головой:

– Именно поэтому я хочу сделать тебе одно предложение.

– Надеюсь, не руки и сердца, а то я сегодня налегке без фаты!

– Моя дорогая, твое сердце мне абсолютно без надобности, прибереги его для своего маленького принца, а мне будет вполне достаточно, если ты поможешь получить кое-какую информацию.

– Очень интересно, и какую?

Герман, подумав, открыл девушке, еще один секрет, естественно, не личного характера:

– Как нам стало известно, тайное «я» не только контролирует силу мысли индивида, но и является хранителем знаний. Мне нужно только одно, чтобы ты помогла получить эти знания.

Согласно древней традиции, уходящей корнями в эдемский сад, любая девушка, тем более приличная, перед тем как сказать «да», должна подумать и все тщательно взвесить, и только после этого сказать «нет». И наоборот, вначале не думая сказать «да», уже только потом расплачиваться за мимолетную слабость всю свою жизнь. Поэтому Алиса предпочитала задавать вопросы, а не отвечать на них:

– Очень заманчивое предложение и что мне за это будет?

Герман, широко улыбаясь, сообщил ей первую хорошую новость:

– Обещаю, за это тебе ничего не будет!

В это мгновение его лицо озарила хитрая улыбка, что само по себе не могло не вызвать подозрение:

– А если я скажу нет…

Герман, продолжая лучезарно улыбаться, сообщил ей вторую «хорошую новость».

– У нас тут демократия, если кто-то с чем-то не согласен, добро пожаловать на выход.

Алиса, округляя глаза, одарила доктора возмущенным взглядом:

– Да вы, батенька, диктатор!

Герман, смущенно опуская глаза, признался ей:

– В этом суетном мире под названием театр вслед за великими потрясениями следуют великие дела. Кто лучше всех подходит на роль режиссера в этом театре, как ни диктатор?

Алиса, вздыхая, развела в сторону руки:

– Герман, вы загнали меня в угол, у меня нет других вариантов, кроме как согласиться на ваше предложение.

Доктор посмел с ней не согласиться:

– Как же свобода воли? Ты в любое время можешь покинуть эту клинику без ущерба для себя.

Алиса, усмехаясь, категорически с ним не согласилась:

– И пропустить самое интересное?

– Вот в этом мы с вами и непохожи, для вас любопытство – это бессознательное стремление к познанию, а для нас это вполне сознательный выбор.

Алиса с удивлением констатировала, что в который раз доктор говорил о себе в третьем лице. Что было, как минимум, странно, как максимум, подозрительно интересно.

– Итак, Герман, предлагаю перейти к сути, какую информацию вы хотите получить от тайного «я»? И самое главное, как мне понять, что я разговариваю с Альтер Эго, а не его носителем?

Герман, понижая голос до шепота, раскрыл еще один секрет:

– Когда является тайное «я», глаза у человека становятся другого цвета, они темнеют. Вот, что еще нужно знать: индивид не знает, как устроена вселенная, а тайное «я» в курсе. Тут главное – нужно правильно задавать вопросы.

Алиса понимающе покачала головой, хотя, если честно, она пока ничего не поняла, кроме того что нужно правильно задавать свои вопросы:

– Герман, почему вы сами, не зададите эти вопросы мне. Кажется, это вполне логично, вы же доктор.

Герман, опуская глаза, должен был признаться в том, что никакой доктор никогда не признается, даже под страхом смерти, ему не доверяли его же пациенты.

– Герман, напрашивается следующий вопрос, почему вам не доверяют ваши же пациенты?

Доктор, всплёскивая руками, с негодованием выразил свое крайнее возмущение:

– Современные больные стали слишком умными, они учат врачей, как их нужно лечить. Я не удивлюсь, если однажды эти больные отлучат врачей от медицины, а все полученные знания предадут анафеме.

Алиса должна была признать, тут доктор был прав; в этом мире все смешалось: люди, кони, олени, и всему виной дураки, что захватили почту и телеграф, а затем и весь мир, одно радует, дураки могут захватить мир, только один раз, чтобы разрушить его.

– Хорошо, доктор, вы меня почти уговорили, я на вашей стороне, но хотелось все же узнать, каков ваш меркантильный интерес в этом деле?

Доктор Бехтерев, выдержав тревожную паузу, поделился с ней самым сокровенным:

– Из всех тайных «я» нас интересует исключительно королева тайных «я». Седьмая «я» не только обладает запрещенными знаниями, она еще может изменять время.

– Разве время можно изменить?

– Сам индивид не знает, как подобное можно воплотить в жизнь, а вот седьмая «я» и знает, и может.

«Вот где собака порылась, доктор ищет индивида, который является носителем для седьмой «я»?» – пришла к выводу Алиса.

В тот момент воздух сразу потемнел, послышались раскаты грома, и в небе блеснула молния, зигзагообразно изгибаясь, разрезая небо, на две части.

Доктор поднял голову и, хмуря брови, криво усмехнулся, затем он взял девушку за руку, довел ее до домика и, распрощавшись, поспешно удалился прочь. Сама не зная почему, она с тревогой отнеслась к этому посланию небес, стоя под проливным дождем, девушка смотрела вверх, словно пытаясь услышать от неба, что так разгневало его.

Раздался оглушительный треск, девушка, взвизгнув, забежала в свой домик. Алиса, приняла душ, и обвязав голову полотенцем, прилегла на кровать, и в тот же миг она заснула, проваливаясь в глубокий сон. И пока Алиса отдыхала, ее мозг, «засучив рукава», раскладывал по полочкам, все то, что принесла в «дом» хозяйка. Сортируя полученную информацию, мозг без всякого сожаления удалял в корзину все ненужное за ненадобностью.

Мозг, он такой… не сентиментальный.

Глава четвертая

Утро началось с того, что Алиса решила обновить свой гардероб. С некоторых пор она взяла за правило менять свои наряды, два раза в день, утром и когда ей становилось скучно.

Юбочку поменяла на летние бриджи молочно-кофейного цвета, вместо цветастой блузки, надела футболку с длинными рукавами, а на ноги – красные кеды, с белыми шнурками.

Собираясь выйти в «свет», Алиса заглянула в гороскоп, звезды категорически утверждали, что рыба по имени Алиса, сегодня найдет то, чего не искала, если не свернет с намеченного пути. «Постараюсь хотя бы сегодня не свернуть с прямой на кривую, и будет мне счастье», – подумала, Алиса, покидая свой кукольный домик.

Она вышла из дома, когда все еще спали и поэтому гуляла по парку в полном одиночестве. И тут Алиса увидела на поляне под раскидистой рябиной этого странного юношу, неслышно ступая, она подкралась поближе, чтобы получше рассмотреть незнакомца.

Его своеобразный внешний вид привлек внимание девушки. Приятное лицо, взлохмаченная челка, спадающая на глаза, но апогей его совершенства – зеленые глаза, которые буквально свели девушку с ума, заставляя девичье сердечко замереть, а затем начать биться все сильнее и сильнее.

Через порванные джинсы на коленях, проступал бронзовый загар. Облегающий тело серый свитер был порван в плечах, словно этому телу было тесно в одежде. Завершал наряд его красные кеды, одетые на босую ногу. Своим внешним видом этот юноша бросал вызов этому прилизанному, ухоженному миру. «Какой-то мальчик – пинк флойд», -подумала Алиса.

В одной руке, мальчик – пинк флойд, держал блокнот, в другой – карандаш. Не отрывая глаз, он смотрел на солнце хаотично водя рукой.

Алиса, приблизившись, заглянула блокнот. В большом круге на равноудалённом расстоянии друг от друга расположились два маленьких круга.

– Очень интересно! -непроизвольно вырвалось у нее.

Молодой человек вздрогнул и, повернув голову, с удивлением посмотрел на девушку. Оглядев ее с ног до головы и в обратном порядке, задержал взгляд на ее стройных ножках.

Поймав его поличным, Алиса, сделала ему выговор:

– Прекрати раздевать меня своим взглядом, на мне не так уж много одежды!

Юноша с трудом оторвал глаза от ее ножек, поднял голову, в это мгновение их глаза встретились, Алиса, тая, словно мороженное, опустила глаза, задыхаясь от нахлынувших чувств. «Видимо, это и есть любовь», – подумала она, присаживаясь рядом с ним, и произнесла:

– Кстати, меня зовут Алиса.

Юноша, поднимаясь, поклонился представляясь.

– А меня Элвин, можно просто Эл.

– Очень приятно, – сказала девушка и ткнула пальцем в рисунок.

– Правильно поняла, судя по всему, в этих рисунках главное не то, что на них изображено, а какую они несут смысловую нагрузку.

Элвин облегченно выдохнул, наконец-то кто-то понял, в чем заключается смысл его творчества. Ларчик просто открывался, художник мог писать о чем угодно, но самое ценное всегда прятал между строк.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.