Шпион
Роман Соловьев

© Роман Соловьев, 2025

ISBN 978-5-0068-0913-0

Создано в интеллектуальной издательской системе Ridero

Глава 1

28 апреля 1854г. Англия. Вуд-Холл

Утро было солнечным и теплым. Элизабет еще сладко спала, завернувшись в мягкий плед. Южный ветер слегка тревожил высокие кроны деревьев, а внизу шумело беспокойное море.

Я потянулся, набросил махровый халат, и осторожно, чтобы не разбудить супругу, вышел в коридор и поднялся в кабинет. Нараспашку открыл окна и впустил в комнату свежий морской бриз.

После свадьбы мы переехали жить в Вуд-Холл. Райский уголок у моря. С нами переехала и девочка Эмили, которую я опекал, и служанка миссис Портман. Я был рад, что Элизабет и Эмили все же нашли общий язык и подружились. Впрочем, у них не такая уж большая разница в возрасте.

Я выглянул в окно. Погода сегодня стояла замечательная. В глубине сада звонко пели птицы. Садовник Хэм чистил дорожки от молодой поросли. Вдали за дымкой виднелся старый каменный маяк. Говорят, если взобраться на самую верхушку маяка, можно запросто увидеть Портсмут. Почти у горизонта шел небольшой фрегат, пропадая среди безбрежных волн, пока совсем не исчез из виду.

Все же Вуд-Холл замечательное и волшебное место. Эти земли Гамильтоны выкупили еще в конце семнадцатого века, а особняк построили в середине восемнадцатого. Как утверждает Элизабет, в имении за это время побывало немало именитых гостей. Поместье посещали король Вильгельм IV, британский адмирал Нельсон, несколько лет назад имение даже посетила королева Виктория с супругом Альбертом.

Я никогда не считал Англию империей Зла. Страна, которая подарила миру Шекспира, Байрона и Диккенса, а также много ученых и политических деятелей, не может быть страной-тираном, даже несмотря на свои колониальные замашки. За несколько месяцев я изучил британцев и понял, что мы, в сущности, одинаковы. Хотим жить, любить, растить детей и верить в светлое будущее. Вот только двум сильным империям порой трудно ужиться даже в большой Евразии. Проще говоря, войны развязывают индивидуумы, находящиеся во власти, сотни и тысячи их поддерживают, но в конечном итоге страдает весь народ, вся нация.

Британские министры хитры, изворотливы, но весьма осторожны. На протяжении почти всей истории они выстраивали хитроумные комбинации, стараясь всегда воевать чужими руками. Но в марте 1854 года Англия открыто объявила войну России, понадеявшись на европейскую коалицию и Королевский флот. За это время я понял еще одно. Ушло то время, когда войны выигрывались за счет мужества, тактики и военной смекалки. Уже с начала девятнадцатого века войны выигрываются более подготовленной страной, которая сумела модернизировать корабли, стрелковое оружие и снаряжение. То есть победа напрямую зависит от технологий. А технологии от людей, которые их изобретают и разрабатывают. Очень многое зависит и от ученых.

Сейчас в Британии ученых и изобретателей хоть отбавляй. Куратор четко дал понять, что в первую очередь нужно заняться вербовкой талантливых ученых и изобретателей. Но наши подходы по вербовке пока не увенчались особым успехом. Я надеялся в ближайшее время все же попытаться завербовать Грегори Добсона с его разработками подводных лодок, пока ученым-самородком всерьез не заинтересовались британские спецслужбы. Но действовать нужно осторожно…

Разумовский сейчас работал в Лондоне, с профессором Зинбергом, который проектировал военные корабли. К сожалению, профессор наотрез отказался с нами сотрудничать даже за хорошие деньги. Сейчас Разумовский отыскивал компромат, чтобы заставить профессора отказаться работать с англичанами и уехать из страны. Разумовскому за пару месяцев действительно удалось найти на Зинберга убойный компромат, хоть для этого и пришлось устроить длительную поездку в Восточную Пруссию.

В двери осторожно постучали и заглянула миссис Портман:

– Сэр, вы просили свежий «Таймс». Только доставили.

– Миссис Портман, сделайте на завтрак свежих гренок.

– Хорошо, сэр!

Когда служанка вышла, я с нетерпением развернул газету и прочитал на первой странице название статьи: «Стремительная атака на русскую Одессу»

«24 апреля три эскадры англо-французского флота подошли к берегам Одессы, подвергнув город и побережье стремительной и мощной бомбардировке. Наш флот решил напомнить русским о варварском нападении на османские корабли в Синопе. К сожалению, попытка высадить десант в Одессе вовсе не увенчалась успехом. Русские оказали отчаянное сопротивление, не подпустив не один корабль к береговой линии и сумев подтянуть резервы. Однако часть укреплений и бастионов на берегу были разрушены.

Русский адмирал Корнилов назвал бомбардировку Одессы «безуспешной, бесполезной и бесчеловечной, ибо этот город считается не военным, а коммерческим и портовым». Британский адмирал Остин заявил, что внезапное нападение на Одессу – напоминание о Синопе и проверка русских на прочность. При атаке оказалось незначительно повреждено три британских и два французских судна, вскоре эскадры ушли обратно в море».

Этого и следовало ожидать. Но почему британцы и французы все же подошли к российским берегам? Где российские морские патрули и боевые линкоры?

Я прочитал еще одну статью о Восточной войне.

«Османская армия, окрыленная поддержкой союзников, снова возобновила атаки на русские крепости и гарнизоны. Но в боях у селений Радован и Черноводы, турки понесли значительные потери от казачьих частей. Неуспешной оказалась и переправа большого турецкого отряда через Дунай у селения Турно, где русские казаки безжалостно потопили большую часть отряда. Русские сражаются со звериной ожесточенностью, не желая оставлять крепости и форпосты.»

Я отложил газету. В Крыму и на Дунае в настоящее время разворачиваются ожесточенные бои, а я сижу здесь бесполезным пнем, разыгрывая комбинации по вербовке ученых. Мистер Редклиф приказал не предпринимать активных действий и пока обустраивать личную жизнь.

Дверь осторожно приоткрыла заспанная Элизабет.

– Джеймс, доброе утро!

– Доброе утро, дорогая! – я привстал и поцеловал супругу.

– Я забыла сказать… сегодня на ужин приедет дядюшка Джордж.

– В самом деле? Скажу Хэму, чтобы наловил больших палтусов. А еще нужно обязательно спрятать Эмили с ее колючим языком…

Элизабет усмехнулась:

– Знаешь, дядя Джордж и Эмили даже чем-то похожи. Оба говорят то, что думают…

Я хотел добавить русскую пословицу «Что старый, что малый…», но благоразумно промолчал.

Элизабет сегодня была загадочная.

– Джеймс, за три года я объездила много стран. Но никогда не была в Индии и Китае. Почему бы нам не устроить небольшое путешествие этим летом? Тем более, ты знаешь Индию как свои пять пальцев.

Я сделал непроницаемое лицо. Элизабет даже не догадывается, что моя нога никогда не ступала на земли Индии.

– А Эмили?

– Эмили можно взять с собой. Тем более скоро лето, пусть отдохнет от учебы.

Три раза в неделю к Эмили приезжала гувернантка из пансиона, обучая девочку грамматике, словесности и прикладным наукам.

– Элизабет, я подумаю о твоем предложении. Путешествия это и вправду великолепно. Только сейчас в Кампании у меня возникли проблемы, связанные с Восточной войной.

– Ты же сам говорил, что у тебя опытный управляющий. Вот и оставь на него дела, уедем на все лето…

Какое еще путешествие! Британские и французские корабли атакуют Крым, османы возобновили нападения на русские крепости. А я буду по морям плавать и изучать новые земли… нет, детка, только не сейчас…

– Мне кажется, твой дядюшка Джордж всегда приезжает не просто так. Наверняка у него важные новости…

Я услышал за окном цоканье копыт и выглянул.

– Кого принесло в такую рань? – удивилась Элизабет.

Карета остановилась у ворот и я узнал знакомый экипаж с парой вороных.

– Это мой друг, писатель Пьер Лемар.

– Кстати, почему он не был на нашей свадьбе?

– Вот об этом мы сейчас и спросим!

Я встретил гостя во дворе и мы обменялись крепким рукопожатием.

– Джеймс, отличное место! – улыбнулся Пьер, осматривая двор и небольшой сад. Он подошел к клумбам.– Это голландские розы?

– Я не разбираюсь. Нужно спросить садовника…

Хэм отложил тяпку.

– Сэр, это действительно голландские розы.

– А как вы их укрываете зимой? Мои постоянно вымерзают…

– Опилки и плотное полотно. Мешковина или брезент.

На крыльце показалась Элизабет и Пьер сразу забыл о розах. Всего за несколько минут Элизабет успела прихорошиться, поправила прическу и надела новое бирюзовое платье.

– Миссис Мельбурн, – Пьер слегка поклонился и поцеловал супруге руку.

– Месье Лемар, прошу в дом…

В Англии вовсе не принято приезжать в гости без приглашения или предварительного уведомления. Я догадался, что неожиданный визит Пьера наверняка не просто так. У приятеля довольно встревоженный вид, что он неумело скрывал.

В столовой миссис Портман уже накрыла на стол и разлила чай по бокалам.

– Мистер Мельбурн, вы просили к завтраку свежие гренки. Я еще испекла пончики.

– Хорошо. Несите все.

Как только служанка принесла угощения к чаю и удалилась, Пьер виновато посмотрел на Элизабет:

– Миссис Мельбурн, прошу прощения, что не смог приехать на вашу свадьбу. Семейные обстоятельства…

– Что поделаешь, – улыбнулась Элизабет.– Приезжайте почаще в Вуд-Холл. Здесь отличный климат. Море рядом. Здесь можно охотиться и порыбачить. В лесу небольшое озеро с чистой водой. В детстве мы любили там рыбачить вместе с дедушкой…

– Охоту я не люблю. А вот с удочкой на берегу посидеть – милое дело. Даже немного нервы успокаивает.

– О чем вы сейчас пишете, месье Лемар?

– Недавно начал роман о знаменитом капитане Куке… к сожалению, пока нашел немного достоверных сведений о капитане. Но думаю, к концу года роман точно выйдет в свет…

– Ваша книга о Кромвиле «Серебряная стрела», мне очень даже понравилась.

– Благодарю, миссис Мельбурн… – Лемар сделал большой глоток.– Сейчас читателя трудно чем-то удивить. Всем прискучили авантюрные приключения, любовные треугольники и поиски сокровищ… я же пишу о реальных исторических героях, возможно малость что-то добавляя от себя для полноты картины. Все же время стирает человеческую память и слава Богу, что есть книги… С книгами мы можем пережить великие приключения. Далекие времена Цезаря и Александра из Македонии, очутится в бескрайних степях Орды, среди топота копыт лошадей азиатских варваров…

– Месье Лемар, прошу прощение… не примете маленькое замечание от вашей давней поклонницы?

– С превеликим удовольствием!

– Знаете… вы немного суховато описываете любовные сцены. Хотелось чуть больше подробностей.

Щеки Пьера покрылись пунцовыми пятнами.

– Что же… хорошо, миссис Мельбурн. Буду знать наперед!

– Зато сцены битв у вас просто великолепны! Будто оказываешься в самом центре схватки! Иногда даже не оторваться!

– Благодарю.

– Пьер, признаюсь честно, – вздохнул я.– Мне еще не довелось прочитать ни одной твоей книги. Но в ближайшее время я обязательно восполню этот пробел.

– Месье Лемар, а почему вы до сих пор холостяк? Неужели ни одна дама в Англии так и не покорила вашего сердца? – улыбнулась Элизабет.

– Потому что месье Лемар, возможно, предпочитает общество мужчин!

Мы втроем обернулись.

На входе в столовую стояла еще заспанная Эмили.

– Девочка моя, обычно люди сначала здороваются… – Элизабет привстала и подхватив Эмили, увела ее наверх, немного привести в порядок.

Когда мы с Пьером остались вдвоем, я поинтересовался:

– Пьер, что-то случилось? Ты приехал так неожиданно…

– Джеймс, в последнее время происходит что-то очень странное. Уже месяц мне кажется, будто за мной следят. А когда я вернулся из Франции, то выяснил, что пропал Грегори Добсон. Он просто исчез. А вместе с Добсоном исчезла моя надежда отыскать затонувший галеон с сокровищами…

– Насчет слежки ты наверняка преувеличиваешь. Возможно у тебя легкая паранойя. А вот куда исчез Добсон, и вправду настоящая загадка… когда он пропал?

– Ты же знаешь, ученый жил на заброшенном судне. Я расспросил сторожа в порту. Добсоном интересовались какие-то странные люди, а несколько дней назад он пропал вместе с ассистентом. На следующий день подъехали две большие повозки и погрузили оборудование с корабля Добсона. Думаю здесь замешена Секретная служба.

Я печально вздохнул:

– С ними лучше не ссорится…

– Джеймс, в ближайшее время я пока не смогу отдать тебе долг. Я ведь так надеялся на затонувший галеон…

– Ничего страшного. Мы же друзья. Отдашь, как появится возможность.

– Джеймс… помоги найти Добсона. У тебя сейчас такие серьезные связи!

– Связи? Ты имеешь в виду премьер-министра?

– Конечно. Пойми, я почти два года грезил о погружении на затонувший галеон. А без Добсона и его изобретений это просто невозможно. Все же зря я послушал тебя и мы не предприняли путешествие в Ирландию еще в феврале!

Пьер допил чай и вздохнул. Новость о пропаже ученого меня тоже расстроила. Пожалуй, нужно слегка взбодриться.

– Может по глоточку рома? – Я достал из шкафчика пузатую бутыль.

– Отлично!

Гость выпил и как будто сразу повеселел.

– Джеймс, эта Восточная война скоро точно обескровит пол Европы. Зачем только англичане и французы поперлись к берегам России?

– Пьер, это большая политика. Мы не можем всего знать, потому что обычные обыватели. Думаю Англия и Франция вступили в войну, чтобы попросту укротить русского медведя.

– Джеймс, ты скромничаешь. Ты далеко не простой обыватель. Дядя твоей супруги один из влиятельнейших людей Англии. Да и ты сам возглавляешь филиал Южно-Британской Торговой Компании.

– Однако я не считаю себя элитой Британского общества. Просто выполняю свою работу.

– Кстати, благодарю, что ты все же посадил этого ублюдка Майкла Броуди и его банду. Им действительно самое место за решеткой.

– Я слышал, у Броуди оказались хорошие адвокаты. Вместо пожизненного срока ему дали всего двенадцать лет.

– Не думаю, что он вернется… – улыбнулся Пьер.– Послушай, Джеймс, очень прошу, постарайся разузнать, где сейчас находится Грегори Добсон. Я и вправду возлагал на затонувший галеон большие надежды.

– Не волнуйся. Я постараюсь узнать, никуда эти сокровища от нас точно не денутся…

Вскоре месье Лемар уехал. Он и вправду был сильно расстроен из-за исчезновения ученого. Но все же мы преследовали разные цели. Пьер грезил поиском сокровищ, а мне как воздух необходима технология сборки подводной лодки. Даже пять-шесть таких подводных аппаратов могли обеспечить преимущество в войне на море. Таинственное исчезновение Добсона для меня было тоже настоящим ударом. И я не сомневался, что за пропажей талантливого ученого стоят британские спецслужбы. Теперь именно к ним попадут разработки Добсона. Хорошо что еще в декабре прошлого года я тщательно расспросил ученого о подводном аппарате, составил подробные эскизы и все передал куратору.

Я прошелся по саду, любуясь как аккуратно Хэм постригает кустарники.

Садовник заметил меня и улыбнулся:

– Сэр, летом здесь будет настоящий райский уголок. Вот увидите!

– Хэм, ты уже проверял сегодня сети у пирса?

– Собирался отправится к полудню…

– Я пойду с тобой!

Вприпрыжку подбежала Эмили:

– Джей, куда это ты собрался?

– Мы прогуляемся к морю. Заодно проверим сети…

– И я с вами!

Я вытащил карманные часы и откинул серебряную крышку.

– Это исключено, маленькая мисс! Ваша гувернантка подъедет с минуты на минуту.

– Как же я ненавижу эту учебу! – вспыхнула Эмили.

– Обещаю, вечером мы вместе сходим на море!

Сегодня я никак не мог взять Эмили, на берегу меня ждала важная встреча…

Глава 2

Просторная аудитория Кембриджского университета сегодня оказалась переполнена. Студенты стояли даже в проходах, внимательно слушая знаменитого гостя. Профессор Зинберг немного полноват, однако перемещался возле доски будто молодая лань, рисуя мелом сложные схемы и формулы. Большой покатый лоб профессора покрылся испариной, однако глаза блестели как у азартного картежника.

– Итак, друзья, мы только что выяснили, что энергию нельзя полностью уничтожить. Более того, энергия может легко переходить из одного вида в другой. Вот простой пример. Римские войны, защищая крепости, бросали со стен на атакующих камни размером с кулак. Пролетая всего двадцать пять футов, камни обретали достаточную кинетическую энергию, чтобы запросто убить человека. Даже небольшая масса тела, помноженная на ускорение – дает потрясающий эффект. Атомы в молекулах взаимодействуют между собой и содержат запас потенциальной энергии. Поэтому взрывчатые вещества обладают разрушительной силой, при этом с огромной скоростью высвобождается энергия взаимодействия.

– Профессор Зинберг! – руку поднял блондин на первом ряду.– Разрешите вопрос!

– Прошу! – дружелюбно кивнул профессор.

– Адам Келли. Студент третьего курса. Скажите, возможно ли, что в будущем ученые изобретут такую мощную бомбу, которая будет способна уничтожить даже небольшой город? И не идет ли это вразрез с этическими принципами ученых?

– Хороший вопрос, Адам. Ученые относительно недавно начали изучать преобразование энергии. Уже выяснилось, например, что кинетическая энергия легко переходит в тепловую. Это экспериментально подтвердил Джеймс Джоуль. Уверяю вас, друзья, мы на пороге удивительных открытий. Во второй половине девятнадцатого века ученые наверняка заполнят множество пробелов в науке. Что же касается мощной бомбы… думаю, да. В будущем возможно создание такой мощной бомбы, которая разрушит даже целый город. Я только недавно говорил вам об энергии взаимодействия. Этические принципы? Как вы знаете, многие ученые, в том числе и ваш покорный слуга, действительно работают над новейшими видами вооружений. Но мы создаем оружие для защиты государства, а вовсе не для нападения.

Разумовский, который сидел в пятом ряду, незаметно усмехнулся.

– Профессор Зинберг! – с места привстал невысокий курчавый юноша.– Мы знаем, что вы помогаете проектировать корабли для Королевского флота. Не расскажете, каких успехов удалось добиться за последнее время?

– Вы и вправду хотите, чтобы я вот так запросто выдал вам военную тайну? – усмехнулся профессор.– Впрочем, кое-что я действительно могу рассказать. За последние пять лет нам удалось разработать линейные корабли, оснащенные паротурбинными двигателями мощностью до восьми тысяч лошадиных сил. Только представьте себе эту колоссальную энергию! Но это еще далеко не предел, мои помощники продолжают трудиться в этом направлении. И все же главные отличия современных военных кораблей – мощная артиллерия и броневая защита на максимально возможной площади. Пройдет совсем немного времени и мы создадим настоящие плавучие крепости, которые легко перемещаются со скоростью до двадцати узлов. Кстати, что касается вооружения – мы пошли по пути увеличения огневой мощи за счет увеличения калибров орудий, а не их числа. Уверяю вас, аналогов современных линейных кораблей, таких как в Англии – нет больше нигде в мире.

С места привстала темноволосая худощавая студентка.

– Профессор Зинберг, расскажите над чем вы сейчас работаете?

Профессор улыбнулся и подошел к доске.

– Я человек скромный, но признаюсь, чрезвычайно жадный до работы. Мой круг интересов в научной сфере достаточно велик. В настоящее время, кроме разработки мощных паровых двигателей и корабельной артиллерии, мы с другом Уильямом Томсоном начали разрабатывать устройство под названием «тепловой насос».

Профессор быстро изобразил схему со стрелками на доске.

– Как вы знаете, третий закон термодинамики касается температуры. Когда тело остывает, его атомы и молекулы колеблются менее энергично. Существует температура, при которой прекращается всякое движение. Это минус четыреста пятьдесят девять и шестьдесят семь сотых по Фаренгейту.

Тепловой насос перемещает тепло от холодного к горячему, в противоположность природных циклов. В будущем это послужит для производства охлаждающего оборудования, понижения температуры в производственных цехах да и обычной сохранности быстро портящихся продуктов… – профессор улыбнулся.– Один из моих ассистентов уже прозвал

это устройство – «холодильник».

Студенты в передних рядах рассмеялись.

Профессор Зинберг кивнул на большие часы.

– А теперь, друзья мои, разрешите откланяться. К сожалению, мое время расписано на несколько дней вперед. Уже к шестнадцати часам я должен быть в Лондоне, на Научном совете.

С кресла в первом ряду поднялся седовласый ректор Кембрижского университета, мистер Чаттертон.

– Профессор Зинберг, ваша лекция об энергии была просто великолепна. Спасибо что выбрали время посетить университет. Всегда будем рады увидеть вас снова в стенах нашего Святилища наук.

– Обязательно приеду, как только выпадет свободное время! – улыбнулся профессор.

Студенты приподнялись и восторженно зааплодировали.

Профессор Зинберг слегка поклонился и быстро вышел за двери, где его ждал неприметный охранник, который в последнее время постоянно сопровождал профессора.

Зинберг ходил вразвалочку, но все же довольно быстро. Разумовский нагнал профессора уже возле кареты. Дорогу сразу преградил хмурый охранник.

– Профессор Зинберг, позвольте на пару слов. Журналист Ральф Гейцер. Газета «Таймс».

– Вы немец? – удивился профессор.

– Родом из Восточной Пруссии. Но живу в Лондоне уже почти пятнадцать лет. Может по чашечке кофе? В двух кварталах отличная пирожковая…

Профессор слегка задумался.

– Прошу. Я займу не больше пятнадцати минут вашего драгоценного времени.

– Ваша карточка журналиста?

Разумовский вытащил из кармана документы. Профессор внимательно осмотрел и кивнул:

– Хорошо. Чашечка кофе сейчас совсем не повредит. Прошу в карету…

Разумовский быстро запрыгнул в карету. Охранник следом, недовольно осматривая странного журналиста.

Когда подъехали к пирожковой, Разумовский тихо произнес:

– Профессор Зинберг, я бы хотел поговорить с вами наедине. Поверьте, это очень важно.

– Но… – нахмурился охранник.

Зинберг кивнул:

– Том, погуляй пока пятнадцать минут. Подыши свежим воздухом.

В пирожковой оказалось безлюдно. Они сели за дальним столиком у окна. Разумовский заказал две чашечки кофе. Для профессора три сладких пирожных с кремом, для себя кекс с изюмом. Зинберг слегка удивился. Он и вправду любил пирожные с кремом. Кофе и десерт принесли уже через пять минут.

Зинберг вальяжно откинулся на мягкую спинку кресла и отхлебнул кофе:

– И все же ваш акцент выдает, что вы вовсе не из Пруссии. Кто же вы такой?

– Я уже почти пятнадцать лет живу в Англии… – повторил Разумовский.– Практически разучился разговаривать на родном языке. Лучше скажите, почему вы, талантливый немецкий ученый, переехали в Англию?

Зинберг усмехнулся и потер массивный подбородок.

– Я люблю Англию. Мне нравится этот славный остров с замечательной историей. Люблю свободолюбивый демократичный британский народ. Здесь меня уважают и я уже получил достаточно славы и денег за свои научные труды.

– Я прочитал несколько ваших статей. И не только научных. Вы действительно ненавидите славян?

– Да. Я считаю славяне – это низшая раса. Недочеловеки. Варвары. Например, русские. Они захватили огромные территории, которые даже не умеют обрабатывать. Россия отброшена он нас в развитии лет на сто. Да если бы не царь Петр, русские до сих пор ходили в лаптях и жили в избах с земляными полами. Впрочем, в России так и сейчас живет треть населения.

– Ну а как же остальные славяне. Поляки, сербы, болгары, македонцы?

– Все эти народы – низшая раса. Скажите, кто крутит колесо прогресса и творит историю? Англичане, немцы, народы романской группы. Пожалуй, еще и скандинавы. Славяне должны прислуживать нам. Думаю так и будет в будущем. Восточная война скоро расставит все по местам. Если бы британцы вступили в войну одновременно с турками, царская армия уже давно бы оставила Крым. Но эти безумцы русские отчаянно бьются за каждый клочок земли. Впрочем, им не привыкать к самопожертвованию.

– Я знаю, что два года назад вас приняли в Научный Совет Британии. Через неделю королева Виктория одарит вас высоким титулом графа.

Профессор встрепенулся:

– А вы прекрасно осведомлены, молодой человек.

Разумовский покачал головой:

– Но этого не будет, профессор.

– Чего не будет? – чуть слышно переспросил Зинберг.

Разумовский откусил сразу пол кекса и сделал пару больших глотков кофе. Он заметил, что профессор слегка побагровел.

– Вы взволнованы. Но я вынужден вас разочаровать. Не будет у вас титула графа. Мало того, вас с позором выгонят из Научного Совета. А вскоре от вас отвернутся коллеги, ассистенты и ученики, даже боясь произносить ваше имя всуе, – Разумовский злобно усмехнулся. – Надо же, ваши приятели – Уильям Томсон, Джеймс Джоуль… вы могли бы тоже войти в историю науки, если бы не маленькая интрижка четыре года назад…

Зинберг еще сильнее побагровел и судорожно вцепился пальцами в подлокотники.

– Дышите глубже, профессор, вы взволнованы. Я не хочу чтобы с вами здесь случился апоплексический удар. Вы ведь уже наверняка поняли о чем речь? Ваша племянница Бронхильда. Сколько ей тогда было? Двенадцать? Из-за нее вы покинули Пруссию?

Профессор заиграл желваками и нахмурился:

– Вы вздумали пугать меня? Я под защитой Британской Секретной Службы!

– Вряд ли королева Виктория одобрит надругательство над девочкой. У меня на руках имеется признание Бронхильды. Вы насиловали ее на протяжении месяца, пока не покинули Пруссию. Также имеется признание ее сестры Марты…

– Хватит! – вскрикнул профессор.– Что вы хотите? Денег?

– С завтрашнего дня вы перестаете работать на правительство Британии в сфере вооружения. И в течении десяти дней уезжаете из страны.

– Куда?

– Все равно. Средств у вас достаточно, чтобы безбедно прожить несколько лет. Можете заниматься наукой, но никаких военных кораблей и вооружения. Если вы не выполите эти условия, бумаги окажутся у королевы Виктории. А также в Парламенте у лорда Пальмерстона и королевского судьи Самюэла Китта. Кстати, в бумагах есть сведения о ваших амурных приключениях и в Лондоне… Боюсь королева и вышеназванные лица не одобрят этих похождений. Вас будет ждать не только изгнание из Научного Совета… но скорее всего заключение в Тауэр, где есть особый подвал для насильников и педофилов…

– Да кто вы такой, черт бы вас побрал! – Зинбергу стало тяжело дышать, он быстро расстегнул верхние пуговицы на камзоле.

Разумовский холодно посмотрел в глаза профессору.

– Была бы моя воля, я бы расстреливал таких как вы – без суда и следствия… Прощайте, профессор! – Разумовский допил кофе и быстро вышел на улицу.

Встревоженный охранник вошел в пирожковую и приблизился к профессору, который будто сразу осунулся и постарел на десять лет.

– Мистер Зинберг, с вами все в порядке?

– Да пошел ты к черту… – устало выдохнул профессор.

***

В полдень мы с Хэмом вышли из усадьбы и направились по лесной тропинке.

– Хэм, воздух здесь просто необыкновенный! Не сравнить с лондонским смогом.

– Сэр, обратите внимание, какая здесь удивительная растительность. Ближе к морю растут сосны и можжевельник, а за холмом дубовая роща, которая тянется до самого Роквиля. В лесном озере вода удивительно прозрачная, видно даже карпов на глубине семи футов.

– Ты говорил, в лесу можно даже поохотиться?

– Да, сэр. В лесу водятся дикие кабаны и олени, не говоря уже о мелкой дичи…

– Никогда на стал бы охотится на оленей…

– При всем уважении, но беднякам в голодный год приходится добывать в лесу любую дичь. Но в ваших владениях охотится точно никто не будет!

– В прошлом был какой-то прецедент?

– Очень давно. Тридцать восемь лет назад. Тогда я был совсем еще юношей. Два браконьера из Роквиля убили оленя в вашем лесу. Огромного резвого самца. Саймон, дедушка Элизабет, приказал немедленно отыскать браконьеров. После того как бедолаг нашли и привезли в поместье, на них самих устроили настоящую охоту. Парням дали час форы. Если бы они успели пересечь лес – то спаслись бы. Одного из браконьеров нагнали и изрешетили выстрелами из ружей и мушкетов, второй убегал от погони и упав с обрыва, свернув шею.

– Похоже, старик Саймон был жестким малым.

– Он был законником, как и все Гамильтоны. За браконьерство парней ждала бесславная участь пожизненного заключения. Старый граф дал парням небольшой шанс.

Мы уже спускались по тропе к морю, когда встретили высокого красивого мужчину с девочкой-метиской. Мужчина нес в садке несколько серебристых палтусов.

– Доброе день, сэр! – поздоровались одновременно мужчина и девочка.

Я чуть заметно кивнул, как и подобает важной особе.

Когда мы отдалились, Хэм недовольно проворчал:

– Это Ричард Шелтон. Живет в селении. Отличный мужик, вот только женился на цветной…

– Я еще не был в селении. Много там человек проживает?

– Что вы, сэр… Едва наберется сотня. Кстати, это селение, как и окрестные земли, тоже раньше принадлежало Гамильтонам.– Хэм задумался.– Мистер Мельбурн, вы говорили, что вам нужен новый грум. Возьмите на работу моего племянника, он отлично управляется с лошадьми.

– Хорошо. Пусть приходит завтра утром.

Мы спустились к морю. Старик ловко запрыгнул в небольшую лодку и поплыл к пирсу проверить сети.

Вскоре из зарослей вышел высокий человек. Он быстро приблизился. Мистер Редклиф оказался, как всегда, пунктуален. Часы показывали ровно тринадцать ноль- ноль.

Куратор за последние месяцы похудел и осунулся. На щеках темнела трехдневная щетина.

– Мистер Мельбурн, вы выбрали отличное место для жилья, – улыбнулся Редклиф.– К тому же в Лондоне сейчас вспышка холеры.

Куратор присел на перевернутую лодку.

– Разумовский превзошел все мои ожидания. За считанные месяцы он собрал убойный компромат на профессора Зинберга. Думаю в ближайшее время профессор навсегда покинет Англию.

– Теряем такой талант… – вздохнул я.

– Зинберг ни за что не согласился бы работать на русских. К тому же он оказался подонком и растлителем малолетних…

– Может все же нужно было сдать его властям?

– Я верю в карму, мистер Мельбурн. Рано или поздно Зинберг наверняка получит свое…

– У вас есть для меня новости? Я имею в виду из Новореченска?

– С вашей семьей все хорошо. Сын растет. В усадьбе порядок. Вашей супруге сообщили, что вы работаете за границей с дипломатической миссией и по понятным причинам, у вас нет возможности приехать в отпуск или отправить письмо.

Я кивнул и поинтересовался:

– Если судить по газетам, дела на войне сейчас не очень.

– Англичане и французы готовят что-то серьезное. Нападение на Одессу было организовано не просто так. Мало того, большая эскадра сейчас в Балтийском море. Думаю они наверняка хотят блокировать Кронштадт. Ну а Крым – первоочередная задача британцев.

– Я уже говорил, что предположительно англичане и французы собираются высадить большой десант в районе Евпатории и окружив Севастополь, прибрать весь Крым к рукам.

– Но откуда у вас такая уверенность? Меньшиков убедил императора, что ни одна нога интервента не ступит на берег Крыма. Сейчас укрепляют бастионы во всех ключевых точках на побережье. Севастополь превратился в настоящую крепость. Подвозят новые резервы и пушки… – куратор задумался.– Скажите, вам удалось устроить своего человека на военный завод в Портсмуте?

– Да. Две недели назад. Кстати, он попутно ведет наблюдение за военным портом. По слухам, через несколько дней на воду спустят «Диктатор».

– Сколько линкоров ушло из Портсмута за последний месяц?

– Сорок два. Двадцать четыре линкора и восемнадцать фрегатов. Численность экипажа и десанта точно сказать не могу. Но не менее десяти тысяч.

– А что с ученым Добсоном, который собрал подводную лодку? Вы пытались с ним поработать?

– Утром приезжал Пьер Лемар. Новости печальные. Грегори Добсон бесследно исчез вместе с ассистентом.

– Это плохо. Я передал ваши записи о подводных лодках, но видимо, российские инженеры не могут в них толком разобраться. Нам позарез нужен Грегори Добсон.

– Постараюсь в ближайшее время найти Добсона.

Редклиф кивнул, всматриваясь в безбрежную даль. Хэм уже возвращался.

– Ваш слуга довольно энергичен для своего возраста. Кстати, когда к вам в гости пожалует дядюшка вашей супруги?

– Обещал приехать сегодня.

– Очень хорошо. В беседе ненавязчиво намекните о своем патриотическом настрое. О желании на время Восточной войны – стать военным офицером. Сейчас в Британии многие идут на военную службу, невзирая на титулы. Прямо какой-то удивительный патриотический порыв… Эти британские виконты и графы, в одночасье превратившиеся в майоров и полковников, еще не знают, что их ждет на войне. Это не индийские и африканские колонии, которые они привыкли быстро захватывать. На Восточной войне они точно почувствуют запах крови и горечь потерь…

– В Британии до сих пор можно купить воинский чин?

– Конечно. Разве вы этого не знали? Поговорите с премьер-министром. Надеюсь он устроит вас в одном из штабов. Только делайте это ненавязчиво. Не давите на графа Гамильтона. Он старая и хитрая лисица. Наверняка вас уже неоднократно проверила его Секретная служба.

– Ну а если меня отправят в действующую армию… я ведь должен буду стрелять в своих!

– Граф вряд ли отправит зятя на войну. Он любит племянницу Элизабет и видит, что она счастлива вместе с вами. Хорошо, если бы вы действительно пристроились в одном из Лондонских штабов. Нам сейчас очень не хватает сведений о военных операциях, что планируется и на каких участках фронта…

Куратор вздохнул и быстро привстал.

– Еженедельный отчет о работе военного завода присылайте по указанному адресу. Пусть ваш человек внимательно изучает технологию сборки судов, также меня интересует корабельная артиллерия. Пусть он подумает, как можно выкрасть техническую документацию. Если вам срочно понадобится встреча, как обычно напишите объявление в газете… – Редкиф, не прощаясь, быстро направился к зарослям.

Хэм уже причалил к берегу, перебирая в садке улов.

– Мистер Мельбурн, сегодня нам повезло! – старик показал садок с крупными палтусами и кивнул в сторону уходящего куратора.– Сэр, кто этот мужчина?

– Обычный путешественник. Спрашивал, нельзя ли купить рыбу. Я отправил его в селение. Хэм, отнеси весь улов на кухню. Пусть миссис Портман пожарит, сегодня на ужин мы ждем дядюшку Элизабет.

Когда старик ушел, я еще долго смотрел на беспокойные волны. Вот она, жизнь нелегала. Разведчик должен играть свою роль даже лучше актера. Да что там актер… если он сфальшивит или переиграет – поклонники просто отвернутся и больше не придут на театральную постановку. Провал резидента стоит жизни, причем не только собственной. А как умеют пытать местные заплечных дел мастера я знал не понаслышке…

Однако Редклиф в последнее время странный. Будто думает о чем-то своем. Насколько я знаю, он уже двенадцать лет живет в Англии. Интересно, как его настоящее имя?

Глава 3

Граф Гамильтон-Абердин приехал вечером, но совсем ненадолго. Он наотрез отказался заночевать в поместье и даже не захотел попробовать жаренных палтусов. Зато похвалил яблочный пудинг, заботливо приготовленный миссис Портман. Эмили ужинала вместе с нами. Сегодня она была сама леди Скромность.

Два вооруженных офицера дежурили возле кареты. Они даже не входили во двор. Граф пил чай и слегка подшучивал над Элизабет, вспоминая какой непоседой она была в детстве. А я на миг задумался. Ведь если бы мы сидели за столом вдвоем с графом, у меня была возможность изменить ход истории одним взмахом тяжелого графина, который запросто пробьет голову старому графу. Премьер Абердин-Гамильтон, лорд Пальмерстон и лорд Кроули – настоящие британские ястребы. Именно они стоят за военным вторжением в Россию, вместе разрабатывали коварные планы и убедили королеву Викторию в необходимости Восточной войны. Да и не только они, насколько я знал, за «Восточную экспедицию» проголосовало три четверти Палаты Лордов, так что если даже убрать ключевые фигуры – война на этом точно не закончится…

– Кстати, Джеймс, у меня очень интересное предложение, – произнес граф.– Старик Томсон скоро уходит на покой. Предлагаю вам возглавить всю Южно-Британскую торговую компанию. Я помогу все обустроить. Считайте это вторым подарком к вашей свадьбе.

– Благодарю, лорд. Это большая честь для меня и я бы с удовольствием принял ваше предложение.

Граф отставил бокал и удивленно взглянул на меня.

– Сэр, и вправду не могу принять ваше предложение.

– Обоснуйте, Джеймс… кажется я чего-то не знаю…

– Сейчас идет война. В Портсмуте я видел, как отходят фрегаты, линкоры и транспортники, жены с матерями со слезами провожают наших парней в Восточную экспедицию. Я действительно не могу принять ваше предложение, пока английские солдаты и матросы каждый день гибнут на Восточной войне. Знаете, сэр… я очень долго думал в последнее время. И считаю, что сейчас происходит величайшее мировое событие. Вскоре настанет конец русскому варварству, которое в грязных сапожищах шагает по Европе, протягивает мерзкие щупальца к Балканам и устанавливает свои интересы в Азии. Мы обязательно прогоним русских из Валахии и Молдовы, очистим Крым и Кавказ. И думаю, мое место сейчас тоже там, среди отважных британских соколов…

Элизабет изумленно взглянула на меня.

– Джеймс…

Граф усмехнулся:

– Так вы действительно хотите стать военным?

– На время Восточной войны. Думаю эта война будет совсем недолгой. Я оставлю Портсмутский филиал на управляющего. Он смышленый джентльмен и неплохо справляется.

– Джеймс, по-моему, это не очень хорошая идея… – недовольно пробурчала Элизабет.

– Элизабет, я не собираюсь отсиживаться в Вуд-Холле, пока идет великое противостояние и передел империй…

– Если бы я была парнем, тоже непременно отправилась бы на войну! – кивнула Эмили.

– Джеймс, ты истинный англичанин, – кивнул граф.– Смелый, решительный и твердый. В тебе живет дух рыцарства. Это действительно будет великая война, какой еще наверняка не было в истории человечества. Мы не зря объединились с французами. Они жаждут мщения за свой позор в прошлом… И мы готовились к этой войне не один год, подталкивая турецкого султана первым начать схватку. Русский царь неглуп, но живет в призрачной иллюзии, которой его окружили министры-лизоблюды. Николай до сих пор грезит воспоминаниями завоеваний прошлого. Он еще помнит победный марш и топот русских конниц в Париже. Но все это в далеком прошлом. Мы точно знаем, русские намного отстали от нас в вооружении и технических характеристиках кораблей. На поле брани русские полководцы кладут солдат штабелями, совершенно не считаясь с потерями… думаю к зиме все уже закончится. Николай подпишет капитуляцию, оставив Крым, Кавказ и Малороссию… Мы разобьем русский флот, перекроем Босфор и Дарданеллы, а возможно блокируем выход в Балтийское море, отбросив Россию в Средние века…

– На этот раз русские точно получат по заслугам… – кивнул я.– Мне тоже хотелось внести свой вклад в победу. Я готов служить хоть на фронте, хоть в штабе, только быть полезным Британии.

Граф задумался и кивнул:

– Послушай, Джеймс, недавно в Лондоне открыли Управление топографии и статистики, которое занимается аналитикой и сбором данных, связанных с Восточной войной. Думаю в этом Управлении тебе будет самое место. Послезавтра я обязательно переговорю с полковником Гленвардом. Так что если решился, не затягивай. На этой неделе ты уже должен поступить на службу. Полагаю для начала в звании капитана…

В груди быстро застучало сердце. Управление топографии и статистики, связанное с аналитикой и сбором данных. Да я даже не мог об этом мечтать… теперь все складывалось точно в масть!

– Ну а как ваши дела, леди? – граф неожиданно обратился к Эмили.– Как успехи в учебе?

– Думаю, лорд, девочкам не стоит сильно забивать голову арифметикой, географией и историей…

– Эмили! – нахмурилась супруга.

– Так-так… – рассмеялся граф.– И почему же вы так решили?

– Потому что миром правят мужчины. Они изобретают, строят, воюют. Разве есть хоть одна женщина в Палате Лордов? Так зачем забивать голову лишними знаниями? Вот пусть мальчики и учатся…

– В Палате Лордов действительно нет ни одной женщиной. Но женщина управляет Англией. Это наша великая королева Виктория. Кстати, королева в свободное время любит читать книги по истории и обществознанию. Так что напрасно вы, юная леди, утверждаете, что знания девочкам ни к чему…

Эмили вздохнула, но больше спорить не решилась. Элизабет незаметно показала девочке тайный знак, приложив два пальца к губам. Она точно знала, что спорить с дядей Джорджем бесполезно.

– С удовольствием поохотился бы в местных лесах, жаль что сейчас совершенно нет времени… – вздохнул граф и вытер салфеткой губы.– Что же, Элизабет, пойдем, проводишь старого дядюшку…

– Лорд, может все же переночуете в поместье? – предложил я.

– Спасибо, Джеймс, но у меня еще сегодня дела в Портсмуте…

Граф откланялся и уехал в семь часов вечера. Я подозревал, что в Портсмуте он лично хотел осмотреть военный завод и корабли в доках. Я уже слышал о привычке премьер-министра делать неожиданные визиты. К тому же Санни писал, что работа на военном заводе сейчас кипит круглосуточно…

После отъезда дядюшки, Элизабет выглядела расстроенной. Я даже догадывался из-за чего. Когда мы поднялись в спальню, супруга задернула тяжелые шторы и тихо произнесла:

– Джеймс, я не хочу, чтобы ты поступил на военную службу!

– Милая, все уже решено… – я попытался обнять супругу, но она сразу отстранилась.

– Почему ты не посоветовался со мной?

– Потому что все решения в семье должен принимать мужчина.

– Мне страшно… эта война – просто настоящее безумие… Кровь, грязь и слезы.

– Призвание мужчины – иметь дело с кровью.

– Ты уже говорил, это выражение самураев. Но ты не самурай, ты англичанин и возглавляешь филиал Южно-Британской торговой компании.

– Маленькая моя… мы должны прекратить это безумие. К тому же эта война совсем ненадолго, ты же сама слышала, что говорил твой дядюшка…

Я все же приобнял Элизабет и увлек на кровать, вскоре слившись с супругой в горячем страстном поцелуе…

Когда мы, разгоряченные после любовных утех, расслабленно лежали на кровати, Элизабет осторожно погладила мои вихры.

– Восемнадцатого мая королева Виктория, в честь тридцати пятилетия, дает большой бал в Летнем дворце. Мы же не пропустим это событие?

– Это еще почти целых три недели!

– Джеймс, пообещай, что мы обязательно сходим на бал!

– Конечно. Хотелось бы посмотреть на королеву Викторию…

– Только не забудь что ее супруг Альберт известный ревнивец… – рассмеялась Элизабет.

***

Через пару дней мы с Элизабет отправились в Портсмут. Экипаж вел новый грум Джерри, тридцатилетний племянник Хэма.

– Джеймс, все же дядюшка Джордж наверняка не ожидал, что ты оставишь торговую компанию и подашься в военные. Скажи, в этом Управлении не опасно? Не отправят на Восточную войну?

– Не думаю, что опасно сидеть в Лондонском управлении, заниматься аналитикой и рисовать карты. Но там от меня будет хоть какая-то польза в Военной кампании.

– Ты не против, если я предложу маме переселится в Вуд-Холл?

– Конечно. Я и сам давно хотел тебе это предложить.

Я посмотрел в окно. Мы уже проехали лес и спускались с пологого холма. Вдали шумело море, на горизонте уже показались серые очертания Портсмута. Впереди на обочине я заметил накренившийся шарабан. Долговязый человек вышел на середину дороги и поднял руку, призывая остановится. Возле шарабана крутились еще двое. Я пригляделся и сразу узнал долговязого, это оказался знакомый журналист Риддик из «Таймс».

– Сэр, объехать этого джентльмена или остановится? – окликнул грум.

– Джерри, останови! Это мой старый знакомый.

Когда карета остановилась, я открыл дверцу и сразу выпрыгнул наружу.

– Мистер Мельбурн! Само провидение послало вас сегодня на эту дорогу! – удивленно воскликнул журналист.

– Мистер Риддик, что случилось?

– Лопнуло колесо у этого чертова шарабана. Я боюсь опоздать, через два часа в военном порту состоится важное мероприятие. Вы же направляетесь в Портсмут?

– Садитесь. Можете взять еще кого-нибудь.

– Пусть мои помощники пока чинят шарабан. Подождите минуточку…

Журналист сбегал и вскоре вернулся с походной сумкой-футляром. Когда он влез в карету, я представил журналиста супруге.

– Элизабет, познакомься. Это мистер Риддик, журналист из «Таймс». А это моя супруга Элизабет…

Риддик улыбнулся и поцеловал супруге руку.

– Миссис Мельбурн, очень рад нашему знакомству. Вы красивы, как Волшебный цветок…

– Что еще за цветок?

– О! Это старинная индийская сказка. Один индийский махараджа, чтобы поразить сердце юной красавицы Даяны, преподнес ей в подарок слона из чистого золота. Но ветреная красавица обманула махараджу и вскоре убежала с обычным бедняком. Тогда махараджа нанял колдуна и приказал превратить Даяну в Волшебный цветок невиданной красоты. Говорят, этот цветок до сих пор стоит на одной из площадей Калькутты. И от него невозможно оторвать взгляд…

Когда экипаж тронулся, я поинтересовался:

– Что же за важное событие сегодня в военном порту Портсмута, если вы так рветесь туда?

– В полдень состоится торжественное отплытие линкора «Диктатор». Мероприятие приказали держать в секрете до самого отплытия. Знаете, у начальства свои предрассудки…

Странно, почему Санни заранее не предупредил меня об этом? Неужели все и вправду настолько засекречено?

Я мгновенно вспомнил разговор с Артуром несколько месяцев назад.

… – Джеймс, броненосцы – это настоящие плавучие крепости, скорость для них не так важна. Тринадцать узлов вполне достаточно. Но главным сюрпризом для русских станет «Диктатор».

– «Диктатор»? Интересное название. И что из себя представляет этот корабль?

– Только представь линкор длиной сто десять ярдов с двумя паровыми машинами по 4,5 тысячи, средняя броня 280 мм и две башни, по два орудия 380 мм. Четыре мощных орудия.

– Это фантастика. Такие калибры еще никогда не использовались.

– Первые испытания уже прошли. Пушки «Диктатора» способны пробить с расстояния в 12—14 кабельтовых любой корабль в мире… да и не только корабль. «Диктатор» запросто разнесет слабо укрепленный форт… это настоящая гроза морей!

Конечно я не мог пропустить такого важного события, как отправление грозного «Диктатора».

– Мистер Риддик, как я понял, вечеринка будет закрытая? Гражданских не пропустят в военный порт?

– Конечно не пропустят. Гражданских будет не более пятнадцати человек и все важные персоны из Лондона.

– Мы приедем в Портсмут примерно в половине одиннадцатого. Пока я буду улаживать дела на судоверфи, прошу, найдите адмирала Остина. Попросите оформить пропуск на меня и мою супругу, племянницу премьер министра Англии.

Журналист удивленно взглянул на Элизабет и кивнул:

– Хорошо, мистер Мельбурн. Я выполню ваше поручение.

Мы высадили журналиста неподалеку от Военно-Морской базы и отправились на судоверфь. По моему приказу на судоверфи отладили строгую контрольно-пропускную систему. Поставили шлагбаум и построили пропускные пункты. У складов и перед площадкой доков вытянулись караульные вышки, где дежурили часовые. В порту сейчас разгружали два торговых фрегата, рабочие грузили ящики на повозки. Из доков доносились стуки молотков.

– Джеймс, если честно, никогда не любила Портсмут, – призналась Элизабет.– Суетливый портовый городок, к тому же здесь много ирландцев…

– Элизабет, ты раньше не говорила, что не любишь ирландцев.

– Шумны, говорливы, такое ощущение, что им все чем-то обязаны.

– Сейчас мы ненадолго заглянем в контору. Я отдам распоряжение управляющему.

Элизабет не захотела идти в кабинет управляющего, она решила осмотреть небольшую цветочную оранжерею, которую устроила Молли в просторной приемной.

Уильям удивился, узнав, что я скоро отправляюсь в Лондон, служить в Управление топографии и статистики.

– Мистер Мельбурн, так вы решили связать себя с карьерой военного? – вежливо спросил управляющий.

– Думаю Восточная кампания ненадолго. К зиме я уже наверняка вернусь. Так что полностью полагаюсь на вас.

– Все будет в полном порядке, сэр. Можете не волноваться.

– А где наша красавица Молли?

Уильям улыбнулся:

– Отпросилась к доктору. Утром Молли призналась, что она в положении… ждет бэби.

– Уж не ты ли постарался, Уильям?

Управляющий густо покраснел.

– Сэр, как вы могли подумать!

– Ладно. Я пошутил. Ну все, Уильям, мне пора.

– Удачи, мистер Мельбурн!

Мы подъехали на Военно-Морскую базу без четверти двенадцать. У сетчатого ограждения стояло не меньше десяти карет. Вперед вышли два вооруженных моряка.

– Сэр, гражданским лицам вход запрещен.

Из контрольно-пропускной будки выскочил долговязый лейтенант.

– Мистер и миссис Мельбурн? Адмирал Остин позволил вам пройти на причал. Пойдемте, я вас провожу.

Мы обогнули здание штаба, минули плац, но на этот раз направились не к докам, а свернули налево. Через пять минут оказались на причале.

Гражданских на причале и вправду мало. Я заметил несколько важных, хорошо одетых мужчин, которые наверняка прибыли из Лондона. Одного я сразу узнал, это Уоррен Виндзей из Палаты Лордов. Виндзей частенько мелькал на страницах «Таймс» и был довольно влиятельной политической фигурой. На причале присутствовал также военный статс-секретарь, герцог Ньюкасл со своей свитой. Суетился журналист Риддик, который ни на шаг не отходил от адмирала Остина.

«Диктатор» оказался великолепен. Огромный и остроносый корабль с большими башнями и грозными пушками, серебристыми надстройками и палубой с высокими бортами. Таких линкоров мне еще не приходилось видеть. Длина корабля примерно сто десять ярдов. «Диктатор» напоминал большую плавучую крепость.

Адмирал Остин, наконец, отвязался от назойливого журналиста и подошел к нам. Он вежливо поздоровался и поцеловал руку Элизабет. Моя супруга оказалась единственной женщиной на причале, однако наверняка многие присутствующие знали, что Элизабет – племянница премьер-министра. За адмиралом Остином как тень ходил незнакомый коммандер с бульдожьей челюстью.

– Как вам «Диктатор», мистер Мельбурн? – улыбнулся адмирал.– Неплохой сюрприз для русских?

– Скажу честно, адмирал. Я не видел ничего более прекрасного и завораживающего. Какая невероятная мощь!

С Военно-Морской базы громыхнул выстрел из пушки. «Диктатор» оглушил порт приветственным ревом и начал медленно отходить от причала. Из-за высоких бортов мы не могли видеть команду на палубе. Капитан «Диктатора» приветственно махнул с высокого капитанского мостика.

Элизабет пугливо прижалась ко мне.

– Джеймс… это просто потрясающий корабль…

Когда «Диктатор» отплыл на двенадцать кабельтовых, с корабля раздался ответный приветственный залп. Вслед за «Диктатором» медленно шли четыре неуклюжих транспортника. Но тут случилось невероятное. Сначала послышался приглушенный взрыв. «Диктатор» тряхнуло и корабль сразу замедлился. Следом раздались еще два мощных взрыва и почти весь «Диктатор» мгновенно объяло черным дымом.

– Что случилось, Джеймс… – пробормотала Элизабет.

Корабль слегка накренился. Даже отсюда мы слышали крики матросов, которые бегали по палубе и пытались потушить пожар. Надстройки горели, объятые ярко-красным пламенем, то и дело слышались приглушенные хлопки взрывов.

На причале все стояли в полном оцепенении. Адмирал Остин громко орал на коммандера:

– Кинглейк, как вы проверяли корабль перед отплытием?

Транспортники тоже сразу замедлили ход. К тонувшему «Диктатору» уже плыли два спасательных береговых корвета.

Герцог Нюкасл, с побагровевшим лицом, быстро подошел к адмиралу:

– Адмирал Остин, можете объяснить что произошло? Почему лучший британский корабль взорвался прямо на наших глазах?

– Это наверняка диверсия… – чуть слышно пробормотал адмирал.– Будет проведено тщательное расследование…

Грозный «Диктатор» накренился еще сильнее, заваливаясь на левый борт. Наверняка пробоины в корме оказались серьезные. По прежнему валил густой черный дым с палубы. Экипажи прибывших корветов сразу поспешили на помощь морякам.

Но кто мог устроить эту диверсию? Что за мощную взрывчатку заложили, чтобы остановить и нанести серьезный урон огромному военному кораблю, водоизмещением в пять тысяч тонн… неужели у нас появился тайный и могущественный союзник?

Глава 4

В Портсмуте мы остановились у кузена Виктора. Семья моих «родственников» жила в большом доме на Эдвинг-стрит. Три месяца назад у Виктора родился сын Роберт и его супруга, тридцатилетняя шотландка Элис, почти все время проводила с малышом. Старший сын Виктора, двенадцатилетний Александр, оказался копией отца. Такой же круглолицый и слегка рыхлый, однако с легким беззлобным характером. Мальчик безмерно обрадовался нашему приезду и сразу предложил показать любимый набор почтовых марок. Вскоре Виктор отправил сына

за кузеной Мэри.

Грум отвел лошадей на конюшню, покормил и отпросился посетить родственника в Портсмуте. Я решил что карета до утра нам точно не понадобится.

Пока служанка накрывала на стол во дворе, Виктор показал комнату на втором этаже. Когда мы переоделись с дороги и вышли в холл, появилась слегка уставшая Элис, она только успела поздороваться, как в комнате навзрыд закричал ребенок. Элис всплеснула руками и опять убежала к малышу.

Виктор с гордостью показал ухоженный сад. Я давно заметил, что фруктовые деревья: яблони, груши и сливы в Англии растут невысокие. В моем поместье в России яблони достигали высоты шести или семи метров. А здесь если фруктовое дерево вымахает до четырех метров – это большая редкость. Вскоре пожаловала Мэри и мы вместе сели обедать.

– Признаться, Джеймс, мы ждали вас пораньше, к одиннадцати, – произнес Виктор.

– По пути мы решили взглянуть на отплытие кораблей на Военно-Морской базе, – вздохнул я.

– Так вы были на пристани? Видели взрыв? – удивился Виктор.

– Это ужасно… – пробормотала Элизабет.

– Я как раз находилась на торговом рынке, даже туда докатилось эхо взрыва… – произнесла Мэри.– Это было и вправду страшно.

– Что думаешь, Джеймс? Чьих это рук дело? – спросил Виктор.

– Не знаю. Пусть этим занимается Секретная служба. Когда нас попросили покинуть причал, пожар на корабле почти потушили. После взрыва казалось, что этот огромный корабль потонет. Хорошо что всех матросов удалось спасти, особо никто не пострадал…

– А по городу ходят слухи, что сильно обгорели шестеро матросов.

– Лично я не видел, врать не буду.

– Артур говорил, что «Диктатор» стоит шестьсот пятьдесят тысяч фунтов. Это лучший линкор в мире по техническим характеристикам. Может все же русские устроили диверсию?

– Маловероятно. Слишком дерзко. Если учесть, что Военно-Морскую базу охраняют очень серьезно, даже не знаю что и думать…

– Давайте не будем о грустном, – предложила Мэри, – думаю наши доблестные службы рано или поздно точно найдут виновных…

– Мисс Коумен! – позвал Виктор.

Служанка приблизилась, разложила жаркое и пареные овощи. Разлила по рюмкам домашнюю сливовую настойку.

– Сэр, когда прикажете подавать индейку? – поинтересовалась служанка.

– Через полчаса.

Элизабет отказалась от настойки и попросила шампанское. Через пару минут служанка принесла охлажденное французское шампанское «Бордо» и с легким хлопком приоткрыла пробку.

– Пап, можно я погуляю? Пока совсем не хочу кушать… – заканючил мальчик.

– Погуляй. Только чтобы к шести был дома!

Александр кивнул и быстро убежал, пока отец не передумал

– Виктор, а где Элис? – поинтересовалась Мэри.

– Роберт очень чутко спит. Так что Элис приходится тоже спать с ним, иначе он сразу же просыпается и кричит во все горло.

– Думаю, как только ему исполнится годик, станет полегче… – улыбнулась Мэри и подняла рюмку с настойкой.

Когда мы выпили, Элизабет спросила:

– Виктор, как вы познакомились с супругой?

– О… в нашем знакомстве мало романтичного. Отец как раз купил мне небольшую фабрику. Я отправился на биржу и подал заявку на поиск бухгалтеров, швей и разнорабочих. А Элис как раз искала работу в бухгалтерии. Я сразу приметил худенькую большеглазую шатенку и взял ее на работу. Через две недели у Элис было День рождения и я решился пригласить ее в ресторан. Она успела поработать на моей фабрике три месяца, после мы поженились и уже на следующий день я ее уволил.

– Вернее, она просто сменила место работы! – рассмеялась Мэри и все тоже рассмеялись, поддержав шутку.

– На самом деле Элис нравится жизнь домохозяйки, – серьезно произнес Виктор.– К тому же пока дети маленькие, они занимают почти все твое время, вы и сами это прекрасно видите. А у вас, Элизабет, все еще впереди…

Супруга засмущалась и неожиданно произнесла:

– Знаете… Джеймс собрался на военную службу.

– В самом деле? – удивленно вскинул брови Виктор.– Джеймс, разве тебе не хватило экспедиции в Западную Африку? Артур нам все рассказал. Это же был настоящий кошмар!

Я быстро посмотрел на Элизабет. Совсем не хотелось бередить ее сердце прошедшими событиями и гибелью жениха герцога Краусса. Но взгляд Элизабет был безмятежен и тверд.

– Джеймс, неужели тебе опять хочется опасных приключений? – поинтересовалась Мэри.

Я заметил что за последнее время кузена постройнела, слегка впалые щеки делали ее загадочной и привлекательной.

– Мои дорогие кузены! Это вовсе не приключение. Это война. Наши солдаты сейчас в Восточной Европе и у берегов Крыма. Они проливают кровь, защищая Османскую Империю, на которую обрушилась мощь русской армии. И дело не только в защите Турции. Если позволить царю Николаю победить, русские войска окажутся не только на Балканах и оккупируют весь Кавказ. Этот азиатский жандарм оттяпает пол Европы. Они как варвары Чингиз-хана, которые за несколько лет поработили десятки стран и сотни народностей. Великий Улус тянулся от Киева до Иртыша, а на юге почти до северных берегов Монголии. Невероятно огромная территория. Вот о чем мечтает царь Николай и его придворные в Санкт-Петербурге. О мощной России с бескрайними границами. И о поглощении малых народов… Так что я не могу сидеть в Портсмуте и ждать, пока на горизонте появятся русские фрегаты… Сегодня мы воюем на чужой земле, чтобы завтра война не пришла в наш дом.

– Наверное ты действительно прав, Джеймс… – вздохнул Виктор.– Возможно и я когда-нибудь плюну на свою фабрику и уеду воевать в Валахию…

Мы засиделись за столом довольно долго. Поиграли в карты, вист и криббедж. Оказалось Элизабет неплохо играет в карты. Чуть позже мы с Виктором вынесли из холла небольшой рояль и Мэри сыграла несколько веселых композиций. Как только с прогулки вернулся Александр, Виктор отправил его покараулить за младшим братом, а супруга кузена все же присоединилась к нам. Однако совсем ненадолго. Вскоре Александр выглянул в окно:

– Мам, у Роби опять мокро в постели…

Элис отложила тарелку и снова убежала к малышу.

После вечернего чая мы решили прогуляться и развеяться на набережной. Мэри и Элизабет шли впереди, болтая о моде, женских платьях и салонах.

– Мэри до сих пор одна? – тихо спросил я кузена.

– Месяц назад она призналась, что у нее был роман с Майклом Броуди.

– С этим ублюдком-работорговцем?

– Может это и к лучшему, что его упекли в тюрьму пожизненно… – вздохнул Виктор.

– Броуди дали только двенадцать лет. Иногда я начинаю сомневаться в британском правосудии…

– Двенадцать лет тоже довольно приличный срок. Знаешь, Джеймс, без Броуди в городе стало спокойнее.

Мне и самому нравился Портсмут. Небольшой портовый городок с колоритными жителями, где практически каждый знал всю подноготную соседа. К слову сказать, Броуди возможно и не был таким уж здодеем. Но все же он сделал серьезную ошибку, похитив Эмили, этого я простить точно не мог…

Мы обошли набережную и присели за столиком в летнем кафе. Несмотря на прекрасную погоду, в кафе оказалось совсем немноголюдно. Виктор заказал всем клубничный пунш. Через два столика сидели два молодых подвыпивших лейтенанта в блеклых киртах из темной шотландки. Оба жадно поглощали взглядами Элизабет и Мэри.

Один офицер неожиданно окликнул:

– Мэри!

– Я на минуточку, – тихо произнесла Мэри. Она привстала и подошла к офицерам.

– Черт возьми! – побледнел Виктор.

Я обернулся и увидел, что лейтенант-блондин схватил Мэри за руку и пытается посадить на свободный стул.

– Не надо, Оливер… – попыталась вырваться Мэри.

Я привстал и подошел к офицерам.

– Оставьте девушку в покое!

– Мы просто хотим поговорить! – нахмурился блондин, он до сих пор еще удерживал кузену.

– Отпусти, иначе я тебе сейчас руку сломаю! – нахмурился я.

Второй лейтенант, с вытянутым лошадиным лицом, быстро приподнялся:

– Послушайте, мистер, как вы разговариваете с офицерами Королевского Хайлендского полка?

Я резко ударил блондина ребром ладони чуть выше локтя. Он сразу ослабил хватку и Мэри все же удалось вырваться. Она потерла покрасневшее запястье. На глазах накатили слезы.

Лейтенант с лошадиным лицом приблизился, толкнул меня в плечо и прошептал на ухо:

– Я бы из тебя отбивную сделал. Но здесь дамы…

Блондин неожиданно подскочил и влепил мне сильную оплеуху. Такого я стерпеть точно не мог. Развернулся на пол корпуса и пробил хук в челюсть блондину. Он упал прямо на стол. Послышался треск и звон битой посуды. Второй лейтенант попытался захватить меня сзади, и это ему почти удалось. У парня с лошадиным лицом оказались невероятно сильные руки. Пришлось вспомнить старые уроки. Я прижался подбородком к груди и тут же резко ударил затылком в подбородок лейтенанта. Он охнул и сразу ослабил хватку. Я добавил с локтя в носовую перегородку противника.

– Джеймс! – заорал Виктор.

На меня уже несся блондин, размахивая внушительными кулаками. Я ушел в сторону, поставил подсечку, и когда блондин растянулся на полу в нелепой позе, сзади кто-то громко захлопал. В полутемном углу сидел грузный усатый майор.

– Браво, мистер!

Он привстал со столика и приблизился, протянув руку:

– Майор Томас Джервис. Послушайте, где вы научились так драться?

– Жизнь научила… – вздохнул я.

Майор протянул серую визитку:

– Я здесь проездом. Будете в Лондоне, обязательно найдите меня…

Я оглянулся и заметил что Элизабет бледна как мел. Мэри напротив, даже слегка развеселилась.

Оба лейтенанта сидели на полу. Парню с лошадиным лицом, похоже, я сломал нос. Он прижал к носу платок, который мгновенно пропитался кровью.

Майор Джервис подхватил обоих офицеров, будто щенят, и выволок из кафе. Похоже, он сильный малый, каждый из парней весил не менее двухсот фунтов…

– Джеймс, спасибо… – промолвила Мэри.

– Не за что. Парни явно хотели найти сегодня приключений. Кстати, почему этот Оливер к тебе прицепился?

– Пару лет назад я встречалась с его старшим братом. Он узнал меня и попытался сегодня склеить… сукин сын!

– Кажется, Джеймс, ты умеешь за себя постоять. А то я уже хотел вмешаться… – пробормотал Виктор.

Я с трудом сдержался, чтобы не улыбнуться. Тоже мне, Аника-воин…

В эту ночь Элизабет отдавалась мне с невероятной страстью, также как тогда, когда мы плыли со злополучного острова Биоко. Возможно ее и вправду заводила стрельба и драки. А я в последнее время чувствовал, что кажется и вправду теряю с молодой красавицей-англичанкой голову, и уже по-настоящему влюбился в трепетную нежную Элизабет…

Утром я встал пораньше. Еще с вечера я сообщил Элизабет, что рано утром мне нужно заехать в свой особняк, забрать кое-какие вещи. Несмотря на ранний час, Виктор уже возился в саду, подрезая сухие ветки крыжовника.

– Доброе утро, Джеймс! Куда это ты в такую рань?

– Съежу в особняк, кое-что заберу.

– Разбудить вашего грума? Мисс Коумен сказала, он вернулся около полуночи…

– Не стоит. Поймаю кэб.

Санни жил всего в трех кварталах. Уже через двадцать минут я был в квартире своего агента. Две недели назад мне удалось устроить Санни на Военный завод, благодаря отцу Артура, инженеру Ричарду Лонгману. Ричард всерьез считал, что он мне обязан. Он настоящий англичанин и не любил оставаться в долгу. К тому же Артур рассказал отцу, что именно я и дядюшка Бак спасли его жизнь на острове Биоко. Хотя на самом деле Артура спас дядюшка Бак, убив главаря повстанцев копьем.

Думаю, Ричард Лонгман мог бы пристроить на завод еще парочку людей, если бы я настойчиво попросил. Но наглеть тоже не следовало. К тому же надежных людей у меня больше не было. Месяц назад пришлось расстаться с Сэмом. Как и предупреждал Разумовский, здоровяк оказался недалеким парнем, однажды ночью он ограбил двоих туристов в Портсмутской гостинице. Его арестовали уже на следующий день. Я вытащил Сэма из полицейского участка, заплатив круглую сумму, а после приказал проваливать на все четыре стороны. Хорошо, Сэм так и не догадался, чем я на самом деле занимаюсь и участвовал только в краже на квартире инженера, когда искали технические документы. Если даже через некоторое время Сэма прижмут и попросят рассказать обо мне – он вряд ли расскажет что-то вразумительное. Но на всякий случай я пока не терял Сэма из виду и прекрасно знал, где он сейчас ошивается.

Все карты я сейчас поставил на Санни. Он уже отлично знал, что я и Разумовский занимаемся шпионажем. Завербовав Санни, пришлось идти на определенный риск. Но он неплохо получал за свою работу.

Когда я приехал к агенту, первым делом спросил:

– Санни, почему ты не известил меня о точной дате отправления «Диктатора»?

– Мистер Мельбурн, все держалось в строжайшей секретности. Планировали отправить «Диктатор» через неделю, но неожиданно корабль отправили вчера… После этого инцидента со взрывом на заводе сейчас полно агентов Секретной службы и Скотленд-ярда…

– «Диктатор» сильно поврежден?

– Да. Говорят, заложили восемь мощных взрывчаток, четыре прямо в паровые двигатели… на ремонт уйдет не меньше месяца или двух…

– Что еще говорят на заводе?

– Все думают, что это устроили русские.

– Куратор просит, чтобы на заводе ты тщательно изучал технологию сборки кораблей. Особенно его интересует корабельная артиллерия.

– В цех, где собирают корабельные пушки, сложно попасть.

– Пока веди себя тихо. После взрыва корабля наверняка начнут всех тщательно проверять. Особенно новичков.

– Мистер Мельбурн, – вздохнул Санни.– Я давно хотел с вами серьезно поговорить. На самом деле, в скором времени я хочу соскочить с вашего поезда. Вы ведете серьезную и опасную игру. А у меня больная мама. О ней больше некому позаботиться. Сестра недавно вышла замуж и собирается переезжать с супругом в Ирландию.

– Что же, Санни. Не стану тебя неволить. Думаю ты умеешь держать язык за зубами.

– Мистер Мельбурн, я выполню еще одно ваше поручение. Совсем недавно я узнал как проникнуть в технический отдел. Это совсем несложно. Вы говорили, что нужна техническая документация на корабли. Я сделаю это для вас, а после мы разбежимся… я уволюсь с завода и уеду в свой тихий городок

– Пока неделю ничего не предпринимай. Пусть все немного утихнет. Действуй осторожно. Если действительно получится выкрасть документацию – получишь восемьсот фунтов.

Глаза у Санни сразу заблестели.

– Санни, думай не о деньгах, а об осторожности. Если тебя схватят – мы вряд ли тебя вытащим. Прикинь все очень тщательно. И еще. Наверняка взрывчатку заложили на заводе перед самым отплытием корабля. Присмотрись, кто бы это мог быть.

– Хорошо, мистер Мельбурн!

После завтрака мы попрощались с семейством Виктора и выехали домой. По дороге Элизабет решила посетить модный салон одежды на Дробич-стрит. Пока она выбирала модные шляпки и перчатки, я вспомнил, что обещал купить Эмили подзорную трубу. Лавка «Тысяча мелочей» находилась как раз напротив салона одежды.

Возле входа в лавку я неожиданно столкнулся с Александром Дунканом. Ирландец выходил с большим пакетом, его придерживала под локоть полненькая брюнетка лет сорока.

– Мистер Мельбурн, рад нашей встрече!

Мы поздоровались как старые друзья, хотя еще несколько месяцев назад между нами вспыхнул серьезный конфликт, когда я хотел уволить всех ирландцев на судоверфи.

– Эльза, иди, я догоню… – пробормотал Александр и поманил меня в сторонку.– Мистер Мельбурн, вы сейчас редко бываете на судоверфи, однако позавчера я узнал одну нехорошую новость, которая касается вас.

– Что еще за новость?

– Это связано с Майклом Броуди. Возможно вы знаете, он отбывает заключение в Хоунси, в Шотландии. Это место еще называют Медвежий угол. В тюрьме работает инспектором мой кузен Эрик. Он знает, как великодушно вы поступили зимой, оставив ирландцев после забастовки работать на судоверфи. У вас доброе сердце, мистер Мельбурн. Так вот позавчера я получил письмо от кузена. Эрик просил передать, что Броуди ищет наемного убийцу, чтобы расправиться с вами.

– Это точно?

– Сожалею. Но эта информация точная… Мне очень жаль, сэр, что ублюдок Броуди не погиб при задержании…

– И мне жаль. Благодарю за предупреждение! Теперь до зимы мы наверняка не увидимся. Я отбываю на военную службу…

Александр Дункан растрогался и крепко пожал мне руку:

– Да хранит вас Господь, мистер Мельбурн!

Глава 5

Сэр Джеймс Генри вставал очень рано. В шесть утра он обычно приступал к работе. Мистер Генри считал, что главные качества человека – сила воли, терпение и трудолюбие. С детства он рос хилым и болезненным ребенком, пока не овладел навыками самовнушения. Если случалось подхватить простуду – Джеймс вылечивался всего за один день. За пару дней он избавлялся от ангины, и всегда обращал внимание на рацион питания. Сэр Генри с детства много читал, учился и совершенно не тратил время на девушек, уже в двадцать два года поняв, что семья – это не его стезя. Он выбрал военную карьеру, но дослужившись до майора, сменил род деятельности. Джеймс Генри поступил в Британскую Секретную службу и за пятнадцать лет сделал головокружительную карьеру. В сорок пять он уже возглавил самую закрытую и таинственную службу Англии.

О Британской Секретной службе англичане не любили судачить, в особенности жители Лондона. Зловещий Тауэр будто являлся страшным напоминанием о кровавых казнях прошлого и призрачным предостережением на будущее. Слово королевы в Британии – Закон. Секретная Британская служба – рыцари на защите Закона и интересов Англии. Рыцари и палачи одновременно. Потому зловещий Тауэр почти никогда не пустовал.

Сэр Генри давно понял, что союзникам не стоит доверять. Он всегда внимательно работал с архивной документацией. Еще до Восточной компании сэр Генри ознакомился с копией тайного послания Наполеона III к русскому царю Николаю, в котором тот недвусмысленно намекал, что нужно объединить усилия против растущей мощи Британии. Сэр Генри также ознакомился с высказываниями короля Франца-Иосифа о возможности нейтралитета Австрии в случае вооруженного конфликта в Европе.

Джеймса Генри немного пугала популярность Николая на Балканах, особенно в Сербии. Но все же русский царь поступил чрезмерно самоуверенно, когда решился ввести войска в Валахию.

Уже в декабре прошлого года, как только русский флот разбил турецкую эскадру в Синопской бухте, было известно, что Британия выступит на защиту увядшей Османской Империи. Тайные переговоры с французами пришлось проводить ускоренными темпами. А уже вскоре к коалиции Англия-Франция-Турция присоединилось и Сардинское Королевство, у которого был хоть и небольшой, но все же военно-морской флот. Молодой австрийский король Франц-Иосиф тоже пришел в негодование, когда Николай отказался обсуждать с ним вопрос о разделе Балкан, и вскоре разорвал договор о нейтралитете. Все складывалось довольно удачно в пользу Англии. Однако сэр Генри осторожно предлагал премьер-министру, графу Абердину-Гамильтону пока не спешить с вторжением. Война – дорогостоящее предприятие. Гораздо проще внутреннее воздействие на режим враждебной страны: вербовка высокопоставленных агентов, смена режима, в крайнем случае ликвидация главы государства и методикой тайных перемещений, внедрение марионеточного ручного царя. Но все это требовало долгосрочных разработок и планирования на несколько лет. В данной ситуации, при внезапном обострении конфликта, пришлось действовать оперативно, и в феврале 1854 года России все же была объявлена война.

Ровно в половине седьмого утра сэр Генри приехал на Уэстон-сити, на одну из служебных квартир. В подъезде дежурил капитан Паккинсон. Он сразу вытянулся в струнку. Сэр Генри чуть заметно кивнул, поднялся на второй этаж и вошел в полутемную квартиру. Полковник Ричард Маклоу привстал с кресла.

– Доброе утро, мистер Генри!

– Доброе утро, полковник. Рассказывайте.

Сэр Генри подошел к окну. Он внимательно наблюдал, как бородатый старьевщик тащит по булыжной мостовой гремящую двухколесную тачку с барахлом, нарушая утренний сон жителей столицы.

Полковник Маклоу вздохнул:

– Агент в России после спячки снова вышел на контакт. Он рассказал много интересного.

– Для начала мне нужно знать, каковы мотивы его предательства?

– Отец агента участвовал в восстании декабристов. После подавления мятежа и расследования, был сослан в Иркутск вместе с семьей… лишен дворянского сословия, у него забрали земли и усадьбу. Через четыре года отец агента умер, чуть позже и мать скончалась от алкоголизма. Агент выучился в Санкт-Петербурге, сделал блестящую картеру военного, но он всю жизнь ненавидит царя Николая. Считает действующий политический строй в России – варварским. Восемь месяцев назад агента перевели на службу из Санкт-Петербурга в Севастополь. Где в данный момент он нам даже более полезен…

– Что он рассказал?

– Русские пытались засекретить новые разработки кораблей, которые собирали на судоверфи в Кронштадте и Николаеве. Агент тайно передал данные об этих разработках еще в сентябре прошлого года. Также русские перешли на изготовление новых нарезных винтовок… пока им удалось изготовить небольшую партию, порядка шестидесяти тысяч. Министр Меншиков заказал четыреста тысяч винтовок в Пруссии, но они получили только десять тысяч. Пруссия все же решила принять нейтралитет в Восточном военном конфликте.

– Это старая информация. Вы узнали о «Пауке»? Кстати, почему вы прозвали его «Паук»?

– Агент сообщил, что Паук работает в Англии уже не меньше двенадцати лет.

– А внешность? Чем он занимается?

– К сожалению, об этом нет никакой информации. Паук осел где-то в Лондоне и тайно плетет паутину, внедряя в Англию новых агентов.

– Нужно было хорошенько допросить тех двоих, которых вы застрелили осенью прошлого года…

– Сэр, вы же знаете, они оказали вооруженное сопротивление. Кстати, агент сообщил, что в декабре в Англию перебросили еще одного резидента. На этом информация пока исчерпана.

– Дайте своим людям команду. Пусть проверят всех, кто прибыл в Англию в декабре. Это не так много, как кажется. Вы отправили группу расследовать инцидент в Портсмуте?

– Да. Уже есть первые подозреваемые. Но делать выводы пока еще рановато.

– Работайте. Взрыв «Диктатора» – совершенно неслыханная дерзость. В любом случае виновные будут найдены и повешены. Никакого обмена или выкупа. Это я гарантирую. Что у вас по профессору Зинбергу? Есть предположение, почему он так спешно покинул Англию?

– У профессора были старые грешки еще на родине, в Пруссии.

– Что за грешки?

– Соблазнил двух малолетних племянниц. Из-за этого он переехал в Англию четыре года назад.

Сэр Генри задумался:

– Наверняка кто-то узнал о прошлом профессора. Думаю его шантажировали и заставил покинуть Англию, хотя Зинберг человек уникальный. Он проектировал военные линкоры для Королевского флота. Особенно интересны его разработки в корабельной артиллерии. Кстати, «Диктатор» – детище Зинберга. Настоящий рывок в кораблестроении. Безусловно, этот профессор – настоящий гений! Нам нельзя терять его из виду…

– Но если бы до королевы дошли сведения о его амурных похождениях…

– Не будьте чистоплюем, Ричард. Все мы не без греха. Даже в большой политике нет понятия чести и достоинства. Все делается только в интересах государства. Мы должны быть холодными циниками. Если Зинберг и соблазнил двух малолетних дурочек, он уже сделал для Королевского флота гораздо больше, чем полсотни инженеров-конструкторов, которые только протирают штаны в пыльных конторках.

Сэр Генри усмехнулся:

– Этому шантажисту нужны были не деньги, иначе бы Зинберг остался в Англии. Значит нужно обязательно выйти на след шантажиста, он наверняка работает на русских, возможно это даже сам Паук…

– Думаю в любом случае Паук связан с этим делом… – кивнул полковник Маклоу.

Сэр Генри вздохнул:

– Так куда уехал Зинберг?

– Во Францию. В Пруссию он решил не возвращаться.

Сэр Генри потер гладковыбритый подбородок. Полковник Маклоу – прирожденная ищейка и настоящий головорез. К тому же безупречный служака. Он один из тех людей, которым можно полностью доверять.

– Полковник, вы лично поедете во Францию. Найдете Зинберга и уговорите вернуться. Скажете, что мы давно закрыли глаза на его прошлые грехи. Обещайте любые деньги. Двойной, тройной гонорар. Такие люди должны работать на Британию… Еще не хватало, чтобы профессора завербовали французы. И главное – подробно расспросите о человеке, который вынудил его уехать из Англии. Мне нужна внешность этого человека, вплоть до каждой морщинки. Я слышал что у Зинберга потрясающая зрительная память.

– А если профессор наотрез откажется возвращаться в Англию?

– Убедите его, полковник, – сухо ответил сэр Генри.– Иначе поедете на Восточную войну простым пехотинцем… впрочем, вы знаете что делать, если Зинберг заартачится. Профессор ни в коем случае не должен никому достаться…

После встречи с полковником Маклоу, сэр Генри направился на встречу с премьер-министром, на Даунинг-стрит десять. Они встретились как старые друзья, обменявшись любезностями. Граф Абердин-Гамильтон был консерватором до мозга костей и человеком старой закалки. Весь его рабочий день всегда расписан по минутам, но ради сэра Генри граф всегда готов был сместить рабочий график.

– Какие новости, Джеймс? – улыбнулся премьер-министр.

– Думаю, скоро точно будут хорошие новости. Агент из России снова вышел на связь. Он подтвердил, что хотя у русских и появились новые корабли, этого не достаточно, чтобы противостоять нашему Королевскому Флоту.

– Берегите этого человека, он очень полезен… – премьер-министр вздохнул и сжав кисти в замок, болезненно потер затылок.

– Опять голова?

– Ничего, скоро пройдет…

– Делайте почаще методику дыхания йогов, как я в прошлый раз показывал…

Премьер-министр усмехнулся:

– Что поделаешь, годы. Сколько вам?

– Недавно исполнилось сорок шесть.

– Вы еще совсем мальчик, Джеймс. Это золотой возраст. Впрочем, мы немного отвлеклись… Дела на Восточной войне идут слегка не так, как мы рассчитывали. Русские ожесточенно сопротивляются в Крыму, и на Кавказе. Почти подошли к крепости Силистрия на Дунае. Наш гамбит слегка затянулся…

– Гамбит?

– Вы ведь играете в шахматы?

– Конечно.

– Полтора года назад мы решили пожертвовать большой, жирной, но слабой Турцией. Отдать ее на растерзание русскому медведю. А когда зверь захватит наживку – ударить всей мощью, раздробив Россию. С нами Франция, Сардиния, даже Франц-Иосиф отказался от нейтралитета. Сейчас ведутся переговоры. Скорее всего, Австрия согласится ввести войска в Валахию и оказать протекторат Дунайским княжествам. Однако русские дерутся с таким остервенением, будто бы это их земля…

Сэр Генри кивнул. Хотя информацию, который обладал премьер-министр, он знал еще несколько дней назад.

– Царь Николай вступился за притеснения православных в Османской империи. Эта история с Софийским собором в Константинополе была для русского самодержца настоящим вызовом.

– Николай позволил окружить себя казнокрадами и льстецами, – усмехнулся премьер-министр.– И у него уже далеко не та армия, которая была раньше…

– Однако эта армия пока сдерживает всю нашу европейскую коалицию!

Граф Гамильтон-Абердин тяжело вздохнул.

– Это война, Джеймс. Но мы подготовили еще много сюрпризов для русской армии…

Сэр Генри чувствовал, что граф хочет еще что-то спросить. В старом кабинете стояла тяжелая гнетущая аура. Хотелось быстрее выйти на свежий воздух.

– Послезавтра я еду с визитом к королеве… – вздохнул премьер-министр.– Мне нужны хорошие новости. Что у вас по взрыву в Портсмуте?

– В Портсмуте сейчас работает большая группа. Уже есть подозреваемые.

– Только особо не горячитесь. Найдите действительно виновных, а не тех, кто возьмет вину на себя. Ваши костоломы это умеют…

– Лорд, я лично возьму дело о взрыве под свой контроль.

– Хорошо. Как обстоят дела с агентурой русских в Англии?

– Есть информация, что некий русский агент работает в Лондоне достаточно давно. Больше силы сейчас мы бросаем на поиски этого агента. Также поступили сведения, что в декабре в Англию прибыл еще один опытный агент из России.

– Работайте, мистер Генри. Не мне вас учить. Помните, один глубоко законспирированный агент иногда стоит целой армии противника. И способен нанести не меньший ущерб…

***

Когда мы с Элизабет вернулись в Вуд-холл, я попросил Хэма найти пару расторопных парней, которые умеют хорошо обращаться с оружием.

– Мистер Мельбурн, в нашем поселение все охотники. К оружию приучены с детства… – улыбнулся Хэм.

– Хорошо. Я хочу нанять лучших стрелков.

К вечеру Хэм привел двоих бывалых охотников. Я вкратце рассказал им, что нужно тщательно охранять усадьбу и на милю не подпускать чужаков. Охранников я решил поселить в дальнем флигеле за садом. Мне вовсе не хотелось, чтобы Элизабет или Эмили случайно пострадали, если Броуди уже успел нанять душегуба.

После ужина Эмили предложила нам прогулялись к утесу.

– Джеймс, зачем нам охрана в поместье? – удивленно спросила Элизабет.

– Я не смогу часто приезжать из Лондона. Так мне будет спокойней.

– Джей, если тебя отправят на войну, прошу – не лезь на рожон! – попросила Эмили.

– Хорошо… – улыбнулся я.

Мы встали на площадке утеса, в шести ярдах от обрыва. Внизу шумело море, разбивая волны об острые камни. Вечно голодные чайки кружились над пенящейся водой, изредка выхватывая добычу. Мне вспомнились старые поэтические строки и я торжественно изрек:

И дано ль погибнуть краше,

Чем средь множества врагов

На защите древних башен

И святынь своих богов…

Я крепко обнял Элизабет сзади, прижался щекой к ее роскошным волосам, вдыхая нежный аромат и мы стояли молча, любуясь на шумное море и розовый закат. Вскоре начало смеркаться. Эмили недовольно пробурчала:

– Прямо Ромео и Джульетта… пойдемте уже в поместье…

Утром я попрощался с домочадцами и отправился в Лондон. Но по пути заехал в небольшой городок Броудж, где ошивался изгой Сэм. Я нашел бывшего подопечного во второсортной грязной гостинице, где Сэм подрядился чистить конюшни и мыть брички. Сэм за последнее время осунулся и похудел, но все равно выглядел довольно внушительно.

Я заказал в харчевне обед на двоих. От Сэма несло кислым потом и я отсел чуть подальше. Бедно одетые горожане в харчевне подозрительно косились на меня. Старый бывший солдат в облезшей килте, за соседним столиком, заказал кружку шотландского пива и хрипло просипел:

– За великую королеву Викторию! – он тут же выронил кружку из дрожащих рук и расплескал пиво на полу.

– Вильям, старая ты заноза! – прикрикнул толстый хозяин харчевни.

Старик пригорюнился. Похоже, у него больше не было денег.

Я заказал бедолаге еще одну кружку, а заодно попросил, чтобы нам выделили для беседы отдельное помещение. В этой забегаловке и вправду оказался еще один небольшой зал, где нам с Сэмом никто не мог помешать или подслушать. Как только оказались наедине, Сэм поинтересовался:

– Мистер Мельбурн, вы снова хотите меня нанять?

– Помнишь, когда я вытащил тебя из полицейского участка, то сказал, что больше не хочу иметь с тобой никаких дел?

– Да. Я это очень хорошо помню.

– Ты и вправду подвел меня, Сэм. Я действительно не хотел иметь с тобой никаких дел. Но теперь прошу выполнить еще одно задание. Сколько ты получаешь в этой дыре?

– Пятнадцать шиллингов в неделю, еще меня кормят два раза в день и предоставляют угол для ночлега.

– Я предложу тебе семьсот фунтов.

У Сэма сразу забегали глазки. Для него это была фантастическая сумма.

– Мне нужно серьезно покалечить кого-то?

– Этот ублюдок Майкл Броуди все никак не утихомирится. Даже в тюрьме. Я думал его посадят на пожизненное, но Броуди дали всего двенадцать лет. Мало того, теперь он ищет способ со мной расправиться. Я не хочу постоянно ходить и оглядываться.

– Вы хотите отправить Майкла Броуди в лучший мир? Что же… – Сэм потер огромные, как лопата, ручища.

– Не спеши. Дослушай до конца. Завтра ты поедешь в Хоунси. Совершишь мелкое преступление, чтобы тебя посадили хотя бы на год. В тюрьме сблизишься с Броуди и узнаешь о его планах. Можешь даже сказать ему, что раньше ты работал на меня и выполнял грязные поручения, но недавно я выгнал тебя взашей…

Сэм нахмурил лоб, будто переварил полученную информацию.

– Я заплачу тебе сотню авансом. Можешь немного погулять перед тюрягой. Как выйдешь, получишь остальное. Но не вздумай со мной играть…

– Мистер Мельбурн, я сделаю, как вы просите. Можете не сомневаться… Таких денег мне не заработать даже за восемь лет. Скажите, куда писать, если узнаю что-то серьезное?

Я быстро настрочил на листке адрес в Лондоне и Вуд-холле.

Закончив с обедом, отчитал сотню фунтов и положил на стол. Попрощался с Сэмом, расплатился с хозяином харчевни и вышел на улицу. Больше мне ни минуты не хотелось оставаться в этом гадюшнике и в этом грязном городишке.

Конечно я мог заказать наемного убийцу и достать Броуди в тюрьме. На это мог пойти даже Сэм, у которого не было абсолютно никаких принципов. Он мог свернуть шею и утке, и ребенку, с одинаковым непроницаемым выражением лица. Но я решил сыграть с Майком Броуди свою игру. Несомненно, у гангстера был талант выходить сухим из воды, а также большие связи в Англии и за ее пределами. Он еще мог пригодиться. Ради дела можно слегка поступиться своими принципами.

Я подошел к экипажу.

– Куда теперь, мистер Мельбурн? – весело спросил грум и энергично потер ладони.

– В Лондон!

Глава 6

В Лондон я прибыл уже ближе к вечеру. Грум помог выгрузить вещи из кареты, он вошел в особняк и удивленно осмотрелся:

– Мистер Мельбурн, такое ощущение, что здесь не жили уже несколько лет…

В доме и вправду требовалось навести порядок. Мебель и пол покрылись толстым слоем пыли, в углах белели сетки паутины. Я отпустил грума в Вуд-Холл и сразу направился в Службу Найма. В холе меня встретила любезная пожилая женщина:

– Добрый день, сэр! Я миссис Кодрингтон, чем могу помочь?

– Миссис Кодрингтон, мне нужна хорошая служанка.

Женщина кивнула и открыла толстую конторскую книгу.

– Необходимы ваши данные и адрес.

– Джеймс Мельбурн. Хайлин-стрит, двадцать два.

Женщина улыбнулась:

– Я прекрасно знаю этот особняк. Так какие у вас предпочтения, мистер Мельбурн? Некоторые предпочитают нанимать индусок или африканок. Другие только англичанок.

– Пусть будет англичанка. Важное условие – умение хорошо готовить. Я живу в Вуд-Холле, но по служебным делам частенько придется бывать в Лондоне.

– Хорошо. Шестнадцать шиллингов в неделю вас устроит?

– Вполне.

– Вот и славно. Скоро я подберу вам достойную кандидатуру.

Вечером я неспешно ужинал в ресторане «Золотой Берег», недалеко от особняка. Когда закончил трапезничать, вытащил из кармана небольшой календарь с изображением морского фрегата и сверил даты. Послезавтра намечалась встреча с Разумовским. Как все же удивительна человеческая жизнь! Так сложилось, что бывший заклятый враг неожиданно превратился в друга и теперь мы работаем в одной связке. Причем Разумовский, пожалуй, даже более способнее меня как резидент. Возможно из-за того, что он всегда твердо идет к цели, будто аллигатор почуявший добычу, и при этом избегает таких душевных химер, как совесть и сострадание. В нашей работе такие люди на вес золота. А еще Разумовский гениальный мастер перевоплощения. Любит использовать парики, накладные усы и прочую бутафорию. Даже способен менять походку и голос. Словом, он прирожденный шпион…

– Добрый вечер, мистер!

Я обернулся. В двух шагах от столика стояла молодая симпатичная женщина в черном обтягивающем платье с открытыми плечиками. Ее короткие темные волосы едва доставали до плеч. Женщина наверняка хотела выглядеть юной, но я сразу догадался, что ей не меньше двадцати шести.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.