Георгий Комиссаров
WW II Война, крах Маннергейма

Вступление

30 июня 1941 год, Берлин

Я, спецпосланник НКИД СССР Козырев Сергей Владленович, вместе с другими советскими дипработниками и членами их семей, оставался по-прежнему в Берлине – в самом логове врага.

Мои редкие вылазки за стены осаждённого советского полпредства, ставшие возможными благодаря подкупленному мною эсэсовскому обер-лейтенанту Хейнеману, позволили нам вести переговоры с германским министерством иностранных дел с ещё большей твёрдостью.

Теперь мы могли решительнее настаивать на нашем неизменном требовании – об обмене «всех на всех».

Давление со стороны представителей Вильгельмштрассе не ослабевало, но оставалось тщетным.

Мы по-прежнему требовали полной эвакуации всей советской колонии, зная, что немецких дипломатов в Москве не выпустят, пока наши условия не будут приняты.

Так тянулись дни – долгие, напряжённые, и каждый раз переговоры заходили в тупик.

Вопрос об эвакуации оставался нерешённым.

Очередной вызов в здание германского МИДа на Вильгельмштрассе предвещал ничего хорошего.

Едва я вошёл в кабинет, как заметил: чиновник из протокольного отдела явно раздражён.

– Ну что, вы уже составили список тех, кому собираетесь разрешить выезд? – резко бросил он.

– Нет, – спокойно ответил я.

Он тяжело вздохнул, будто сдерживая раздражение:

– Напрасно вы медлите! Господин рейхсминистр фон Риббентроп крайне недоволен вашим упрямством. Мы не можем больше терпеть проволочек. К тому же Германия заинтересована в скорейшем возвращении сотрудников своего посольства из Москвы.

Его тон лишь подтвердил мои догадки: Шуленбург и остальные дипломаты всё ещё находились в советской столице.

Раздражение немца выдало и другое – Москва не спешила начинать эвакуацию германской колонии.

Вывод напрашивался сам собой: нужно стоять твёрдо и не уступать.

Я посмотрел ему прямо в глаза и твёрдо произнёс:

– Отбирать никого не собираемся. Наша позиция неизменна: все советские граждане должны получить право вернуться на Родину. Ни на какие сделки мы не пойдём. Если вы намерены продолжать уговоры, то лишь напрасно потратите время. Пока наше требование не будет выполнено, мы не сдвинемся с места.

Собеседник, стараясь сохранить видимость спокойствия, снова принялся убеждать, что германская сторона не согласится на подобные условия.

Он заявил, что в Москву могут вернуться лишь столько советских граждан, сколько сейчас находится в немецкой столице германцев – сто двадцать человек.

– Следовательно, – сказал он, – и из Берлина сможет выехать не более ста двадцати ваших. Составьте список, передайте его в министерство – и мы обсудим детали обмена.

Я только повторил:

– Мы не изменим своей позиции. Наш долг – защитить каждого советского человека. Мы не можем бросить полторы тысячи наших граждан, находящихся здесь по официальным командировкам. Все они прибыли в Германию на законных основаниях, согласно нашим соглашениям. Мы требуем их возвращения на Родину!

Переговоры вновь зашли в тупик.

Мы обменялись привычными аргументами, но не сдвинулись ни на шаг.

Тогда чиновник, видимо, потеряв терпение, пригрозил: если мы не согласимся, германские власти сами составят список и принудят нас к подчинению.

Я ответил спокойно, но с нажимом:

– Не советую забывать, что в Москве находятся ваши дипломаты. Уверяю вас, соответствующие меры могут быть приняты и в отношении них.

На этом мы и расстались – без результата.

Дорога обратно в посольство казалась особенно длинной.

Но вернувшись, я узнал новость, способную изменить весь ход дела. Товарищи, слушавшие английское радио, сообщили: достигнута договорённость, согласно которой Швеция будет представлять советские интересы в Германии, а Болгария – германские в Москве.Я размышлял о том, что ситуация может обостриться, а нам, отрезанным от постоянной связи с Москвой, будет непросто отстоять свою позицию.

Любопытно, что чиновник МИДа, с которым я только что спорил, несомненно, уже знал об этом соглашении, но умолчал.

Пожалуй, именно поэтому он так настойчиво пытался вынудить нас к уступкам: понимал, что с появлением посредников отступать станет ещё труднее.

Вскоре после известия о договорённости к нам в посольство прибыл представитель Швеции – новый посредник, которому отныне предстояло быть связующим звеном между Москвой и Берлином.

Мы сразу передали ему текст телеграммы, адресованной в Советский Союз.

В ней подробно сообщалось о наших шагах и о том, как настойчиво мы добиваемся эвакуации всех советских граждан, оказавшихся на территории Германии.

Ответ пришёл удивительно быстро – всего через час.

Из Москвы нам сообщили: посольство действует верно, позиция о возвращении всех без исключения советских людей правильна и должна быть отстаиваема до конца.

Обмен необходимо осуществить в полном составе, на условиях взаимности с немецкой колонией, находящейся в Советском Союзе.

Эти строки стали для нас не просто одобрением, а прочной опорой. Теперь мы знали: за нашей спиной – воля советского правительства – Сталтина, и отступать нам нельзя.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.