Алексей Фирсов
Драконы навеки

«Дракона убить нельзя, пока он живет в душе каждого…»

Попытавшись утром включить комп, Виталик убедился в том, что железо сдохло.

– Вот же блин, дела!!

Через пару минут огорченный хозяин железа, забравшись в пыльное нутро компа, понял, что помер блок питания.

– Уже лучше.

Вытащил из кармана куртки мобильник. Мертвый… Вчера забыл на подзарядку поставить!

Виталик заметался по захламленной комнате в поисках подзарядки.

Ага! Если чего надо – хрен найдешь!

Жил Виталик в однушке на пятом этаже совсем один и потому в квартире не убирался принципиально. На фига?

Друзьям по барабану, с ними он встречался в скайпе и в фейсбуке виртуально, а девушкой Виталик не обзавелся. Девушки – вещь дорогая – ради пятиминутного секса веди ее в ресторан или бар или клуб, угощай, терпи тупой треп, а потом такси вызывай – разорение! Так говорили друзья, и Виталик с ними был полностью согласен. Тратить время и деньги на капризных девчонок – глупость! Проще врубить ролик с порнушкой и так сказать в ручную все поделать. Дешево и сердито и не надо тратить деньги и гробить впустую весь вечер.

Виталик покопался еще в бардаке своем и нашел смятую пятихатку в журнале «Мир фантастики» в мартовском прошлогоднем. Уже хорошо! Гока, бывший одноклассник, мог оживить умершее железо, но за бесплатно и пальцем не шевельнет! Пятихатка как аванс умилостивит непреклонного Гоку! У Гоки всякого железа завались! Деньги на карте Виза кончились на прошлой неделе. Еще пять дней ждать следующего перевода от предков. Родители с младшей сестрой жили в свое удовольствие в Праге на деньги от сдачи в аренду трех квартир в Москве, махнув рукой на сына бездельника. Виталик числился на заочном отделении какого-то вуза уже второй год. Правда, без подготовки вспомнить его название сразу не смог бы…

Виталик заглянул в пустой холодильник, ощущая резь в желудке. Со вчерашнего дня кроме пачки чипсов ничего…

– Ладно, у Гоки чего заточу!

Мысль о том чтобы потратить пятихатку на еду в голову юзера даже не заглянула.

Комп заменял Виталику все и всех: семью, девушку, окружающий мир.

– Первым делом самолеты, ну а девушки потом! – мурлыкал Виталик, сбегая по лестнице вниз. Лифт не работал уже полгода… Ткнул кнопку электронного замка, распахнул тяжеленную стальную дверь и зажмурился от яркого света. Чихнул яростно, и еще раз!

– Че? Зима уже?!

Свежий, еще чистый снег покрыл весь двор, включая тесно припаркованные машины.

Виталик поежился и сунул руки в карманы джинсов.

– Вроде лето было?

Возвращаться за курткой было влом. Скользя по влажному снегу, он пробежал через двор. До метро добежал быстро, благо недалеко. Проездной в кармане. Ага. Запрыгнув в теплый вагон, Виталик только теперь обратил внимание на малолюдство.

«Воскресенье или праздник? Только бы Гока был на месте!»

Гока жил в старой хрущевке на втором этаже. Дверь в подъезде распахнута настежь. Перепрыгнув через кучу мусора у порога, Виталик в несколько прыжков поднялся по раскрошившимся ступеням на второй этаж. Вдавил кнопку звонка до упора. За дверью гнусно задребезжал древний звонок. Гока не спешил открывать. Потоптавшись кругами, Виталик опять нажал кнопку. Никакой реакции.

«Уехал? Куда? К предкам? Вот облом!»

Виталик в отчаянии забарабанил в дверь. Вернее, только попытался. Под первым же ударом стальная, лакированная дверь, единственное светлое пятно на обшарпанной площадке, распахнулась внутрь.

– Не фига себе?!

Виталик осторожно перешагнул через порог.

– Гока! Ты дома?!

Тишина.

Прикрыв осторожно дверь, Виталик медленно, вытянув шею, выглянул из-за угла. Дверь на кухню открыта и там никого. Здоровенный холодильник поманил к себе, но Виталик отогнал искушение. С эти успеется.

– Гока!

Следующая комната была логовом Гоки. Виталик толкнул дверь и вошел. Шторы пыльные на окне задернуты. Бултыхается с тихим журчанием на экране компа заставка-аквариум. Монитор у Гоки зачетный – медийный на 24 дюйма. Виталик не удержался. Сел в удобное кожаное кресло. «Из кожи молодого дерматина, ага». Подвигал мышкой. Аквариум исчез. Только вместо рабочего стола с сотней разноцветных ярлычков возникла четкая фотография зеленой равнины. Трава темно-изумрудная под серым небом. Вдалеке то ли кустики у берега реки то ли посадки.

– На фига такая скукота?

Картинка немедленно ожила. Ветер раскачивал метелки травы, низкие тучи двигались неторопливо и солидно. Из динамиков послышался стон ветра.

«Веб-камера? На фига кому нужна веб-камера в степи?!» Какой-то чудик уселся с нетбуком в чистом поле? Виталик взял со стола гарнитуру и постучал пальцем по микрофону.

– Эй, кто на связи?!

– Ох, б…!

Виталик соскочил с кресла. Мгновенно появившаяся на экране девушка со светлыми, распущенными по плечам волосами, весело рассмеялась.

– Ты кто?!

– Я – Айне, а ты кто?

Девушка наклонило голову к плечу и сощурилась. В экране было видно только ее голову и еще чуть шею, и обнаженные плечи, белоснежные, без тени загара. На носу и щеках веснушки не замазаны тональным крепом. Ни помады, ни теней… Из деревни что ли?

– Виталик. Это… ты подружка Гоки?

Девушка улыбнулась.

– Вот еще!.

За спиной девушки все также тянулась зеленая травяная степь, и клубились дождевые тучи.

– Дождь пойдет, не боишься? Комп зальет.

– Комп? – удивилась девушка. – Что такое «комп»?

Ее широко распахнувшиеся глаза оказались пронзительно голубыми.

– Ладно, прикалываться!

Виталик хихикнул.

– Ты смешной.

– Почему? – обиделся Виталик.

– Бородка лохматая, неровная, волосы торчат!

– Это не бородка! – Виталик потрогал себя за подбородок и сам поразился обильной мягкой растительности.

«Вот, фигня, когда я на себя в зеркало глядел последний раз?!»

– А похожа! – улыбнулась Айне.

Виталик нервно оглянулся на дверь. Куда же Гока пропал?

– Ты ждешь кого-то?

– Я к Гоке пришел. Его нет дома. Он ничего не говорил? Может в скайпе?

Айне сдвинула темные, не выщипанные брови.

– Гока – это такой рыхлый толстяк, что бегать не умеет?

– Бегать? – поразился Виталик. Представить бегущим стопятидесятикилограммового Гоку он не смог. – А куда он побежал?

– Дракона увидел. – Ответила Айне.

– Дракона? Они же все вымерли миллион лет назад!

Айне усмехнулась.

– Хочешь увидеть живого дракона?

– Прямо сейчас?

– Ага.

– Хочу.

Добавить: «Поверни веб-камеру и покажи». Виталик не успел. Сердце сдавило, Дыхание замерло. Мир ухнул в крутящуюся бешено воронку. Крик замер в горле, словно сжатом огромной ручищей!

Виталик лежал на спине раскинув руки и ноги. Над ним клубились серые дождевые тучи. Пахло очень сильно смятой сочной травой. Травяная равнина. Ветер дует непрерывно, так что в ушах гремит.

– Эй, что за шутки?!

Никто не ответил. Виталик цапнул травинку и осторожно пожевал. Сладковатая…

«Я был у Гоки, сидел перед компом и бац, я в степи?!»

Он поднялся на ноги. Слегка закружилась голова, но быстро прошло.

– Айне?!

Загадочной блондинки рядом не оказалось.

«Я заснул или брежу?»

Виталик закрыл глаза, потом ущипнул себя за руку. Ага… Степь под пасмурным небом никуда не девалась. Она была до ужаса материальна и обыденна. От внезапно раздавшегося с небес низкого и оглушительного рева, Виталик присел. Подняв голову, вместо идущего на посадку реактивного лайнера, он увидел… дракона!

Огромная зверюга, блестя черно-зеленой чешуей, пикировала с распахнутыми крыльями прямо на него! В разинутой пасти между зубов, огромных и белоснежных, кипело пламя…

«Этого не может быть!!!»

Виталик мгновенно стартовал с места и это его спасло. На втором прыжке в спину толкнуло горячим воздухом, и он с ужасом увидел на ярко осветившейся траве свою черную тень. Виталик споткнулся об обугленную черную корягу и покатился кубарем.

Поднявшись на ноги, он увидел в нескольких метрах от себя, в траве, чадно пылающий огонь. Словно там вспыхнула канистра с бензином. Дракон удалялся, мерно размахивая крыльями и набирая высоту. Он явно разворачивался на новый заход. Кусты… Река…

Виталик побежал что есть духу к дальним кустам, рассчитывая спрятаться там или нырнуть в какой водоем. На бегу, он обернулся и инстинктивно рванулся вправо.

Огненный плевок ударился о землю левее.

– Ах, ты сволочь такая!!

Каркнул Виталик охриплым голосом вслед промахнувшемуся чудищу. Дракон опять взревел, набирая высоту. Виталик несся по степи зигзагом, как сбесившийся заяц.

Промахнувшись еще пару раз, дракон попытался схватить человека здоровенными когтистыми лапами. Но парень уже добежал до кустов и юркнул под них, упав на живот, а дальше на четвереньках очень быстро, как опытный зайчишка.

Дракон разочарованно заревел, унеся в лапах выдернутый с корнем куст… Ветром от крыльев ударило по кустам как от вертолета.

Виталик быстро убедился в том, что кусты хреновая защита. Высотой по грудь и растут узкой полосой по берегу реки. Река не широка. Метров двадцать. На том берегу, под обрывом заросли камыша. Без раздумий он рухнул в обжигающе холодную воду и нырнул как можно глубже. Плыл в сторону противоположного берега пока хватало сил и воздуха. Судорожным рывком всплыл, жадно глотая воздух. Середина…

Завертел головой. Летающей твари не видно. Быстро доплыл до камышей и, лязгая зубами от холода затаился в них. Вода по пояс. Холодная…

«Куда меня угораздило попасть?! Что за хрень?!»

То и дело, поглядывая на низкое, серое небо, Виталик выбрался из камышей. Глинистый откос, скользкий и крутой выпил из него остатки сил. Забравшись наверх, упал на спину в такую же сочную траву, тяжело дыша. Пока лез, хоть согрелся… Немедленно из тучи посыпались крупные жесткие капли. Дождь накрыл степь как из душа.

Виталик закрыл глаза, подставляя лицо под хлесткие струи.

«Нелетная погода… хорошо то как…»

Напряжение уходило. Дрожали ноги. Хотелось, есть и мочится… С чего начать? Еды все равно нет… Виталик сел, подставляя дождю спину. Такой опустился, в пяти шагах ничего не видно!

«Надо уходить, пока дождь и как можно дальше!»

Идти по ровной степи Виталик опасался и двинулся вдоль берега реки, сунув зябнущие руки подмышки. Метров через сто он увидел прямо перед собой проблеск огня. Остановился, вглядываясь. Дракон опять плюнул? Нет, вроде костер. Костер, тепло, еда…

Дощатая покосившая хибара метрах в пяти от берега в окружении сетей, повисших на жердях. Костер горел под навесом. Дым дождем и ветром прибивало к земле. Два человека сидели на лавке спиной к стене дома, смотрели на огонь и курили трубки.

Виталик шагнул под навес, с облегчением уйдя от ударов дождевых струй. Принюхался. Едой пока не пахло…

– Доброго дня вам люди.

Мужики средних лет равнодушно на него взглянули из под своих патл. Бородатые, заросшие до самых глаз… Сектанты что ли…

– Можно погреться?

– Садись, Коли пришел… – ответил один из хозяев.

Виталик встал поближе к огню, боком к мужчинам. Ветер дул в спину, как из кондера. Пламя очаге из грубых камней плясало как сумасшедшее под порывами ветра. Залетавшие капли дождя с шипением испарялись на раскаленных камнях.

– Я тут дракона видел… – начал парень, осторожно протягивая руки к пламени.

– Ну…

– Огнем плевался…

– Не попал?

– Нет…

– Бегать умеешь…

– Как вы тут живет?

– С драконом? Нормально… Нам нравится…

«Охренеть! Им нравится?!»

– Как это нравится? Он же сжечь может?!

– За водой чужой дракон. Наш степенный, не забижает зазря…

– Чужой? Есть еще и свой?

– А как же, мы люди дракона Бэрхарди, а за рекой земли госпожи Мэйхарди. Она чужих не жалует, особливо, когда у ней детеныши… А ты откуда пришел, раз не знаешь?

– Издалека…

«Драконы… люди драконов… детеныши… Бредятина!»

– А как страна называется ваша?

Мужики как по команде вынули трубки изо ртов и выколотили искры и пепел на землю.

Дружно поднялись на ноги. Крепкие, плечистые. Чавкнули в грязи грубые короткие сапоги. Виталик попятился.

– Он сумасшедший, слышь, Далей?

– А может – шпион?

Виталик прыгнул в дождь, подальше от странных рыбаков, но запутался в сети.

…Дождь закончился. Тучи угнал ветер. Появилось солнце, большое и жаркое.

Виталик лежал на дне лодки, заботливо упакованный в рыбацкую сеть. Одежда его парила под солнцем. После крепких пинков по ребрам говорить и кричать совсем не хотелось. Рыбаки, надвинув широкополые шляпы на глаза споро гребли. Весело журчала вода за бортом. На правой руке одного из рыбаков выше запястья синела наколка «dragons forever – ДРАКОНЫ НАВЕКИ». Виталик лежал смирно, а мысли неслись вскачь.

Сотни игра на компе приучили его ничему не удивляться и ничего не пугаться. Все вокруг него не игра, это ясно, ощущал побитыми боками. Мгновенное перенесение его тела в иное место, где летают плевачие огнем драконы на сон не походило совсем. Что же это?

«Я что – этот „попаданец“? Вот, блин, тоска! Эта беспредельщица Айне меня подловила! Найти ее и ремнем по заднице, чтобы рыдала в голос и потом вернула домой!»

Виталик тут же здраво рассудил, что если Айне под силу его закинуть в иное время и пространство, то голыми руками ее не возьмешь. Волшебница, магичка, ведьма. Не простая девчонка из соседнего подъезда… Найти, втереться в доверие, а потом убедить вернуть туда, где взяла!

«Как? Что такого могу знать чего не знают местные, живущие под властью драконов в явном средневековье?

Умею водить машину и юзать на компе? Нафига кому такие умения? Знаю я, как убить дракона?» Виталик напряг мозги, припоминая особенности убиения зловредных крылатых монстров в играх:

Ярость дракона «Dragon Rage»

День спящего дракона

Обитель драконов (Dragonfarm)

Наездники на драконах (Dragon Riders: Chronicles of Pern)

Остров драконов. Башня знаний 2

Принцесса и Дракон (Olivers aventyr – Drakens forban)

Глаз дракона (The I of the Dragon)

На мониторе драконов встречал много раз, а вот наяву… Нужны магические приблуды всякие, неплохо бы мага с волшебным посохом и еще сотню рыцарей, чтоб отвлекали монстра… За размышлениями и путешествие показалось коротким. Тень внезапно закрыла солнце. Виталик вздрогнул. «Дракон летит?!» Нет, просто лодка проплыла под каменными устоями моста. Серые каменные стены возникли над головой. Под стенами к мосткам рыбаки и причалили. Вытащили Виталика и так и понесли дальше. По каменной лестнице наверх. Лестница тянулась круто от воды под крепостной или замковой стеной прямо до ворот. Высоченная арка створок ворот не имела. Три стражника в грубых кожаных куртках, усеянных тусклыми железными бляшками прохаживались в тени под каменной аркой. Бородатые. Каски с о стальным гребнем тщательно вычищены, на поясах короткие мечи, в руках пики.

– Стой! Куда прешь?!

Рыбаки остановились и сдернули с голов шапки как по команде.

– Поймали лазутчика. Не местный. Ничего не знает и не понимает, видать притворяется!

Затароторили, перебивая друг друга.

– Нам к господину Каштеляну требуется! Значит, чтоб лазутчика сдать!

– Чего ж закрутили, как сома в сеть?

– Чтоб не убег, значит.

Один из стражников приблизился, осторожно нагнулся над Виталиком.

– Ты кто?

– Путник прохожий…

– Прохожий? Ну, тогда, проходи! – ощерился стражник, дыхнув на пленника ароматом чеснока и гнилых зубов. – Митро, проводи рыбаков с уловом к господину каштеляну!

Виталика затащили во двор и уронили на каменную мостовую. Он ойкнул и попытался сесть. Не тут то было! Парня повалили на камни, а тяжелая нога стражника, прямо сапожищем прижала голову Виталика к камням.

– Лежать, вражина!

Лежать так лежать, ага…

Разглядывать булыжники, гладкие, словно обсосанные карамельки не весело. Напротив грубой кладки каменная стена. Появились щегольские кожаные сапожки на высоких каблуках в зоне видимости нескоро. Виталик уныло прикидывал, какой синяк вскочит под правым глазом, скрипел зубами и терпел. Владелец сапожек сказал негромко:

– Кто такой? Откуда? А ну подняли его, бездельники!

Виталик мгновенно поставили на ноги, подперев с боков. Подбоченясь напротив нарисовался мужичок небольшого роста, лысый, с аккуратно подстриженной бородкой.

Куртка синего бархата ниже колен явно не по росту, зато на поясе шитом золотом – кинжал, а на шее золотая цепь. Мужичок явно торопился куда-то. Неторопливо притопнул каблуком.

– Чего молчишь? Язык откусил?

В отбитый правый бок ткнули больно.

– Говори господину Каштеляну откель взялся!

– Виталия я, Виталик, из Москвы…

– Откуда?

– Из Москвы!

– Дай ему по роже, чтобы не орал при мне! – немедленно скомандовал маленький каштелян.

Виталику тут же врезали в левый глаз от души.

– Блин, охренели совсем! Чего я вам сделал!?

– Наглый… – ласково сказал каштелян. – Люблю наглых… Они орут громче, когда шкуру сдирают.

Виталик, позабыв про боль в глазу, покрылся мурашками.

«Заткнись, осел! Они чего хочешь с тобой могут сделать!»

– Сказал что – «прохожий». – Доложил стражник.

Рыбаки наперебой рассказали господину каштеляну про поимку злодея.

Каштелян подскочил к Виталику, вперился бледно-голубыми глазками в его глаза.

– Откуда и куда проходил, прохожий?

От пронзительного и холодного взгляда, как у акулы, Виталику очень захотелось помочиться и вообще, оказаться за стопитсот километров!

– Никуда я не шел… Сидел у компа… потом девчонка спросила: хочу ли увидеть дракона… Я сказал, хочу… Бац и тут, вот и вся история…

– Девчонка? – тихо переспросил каштелян. – Как ее имя?

– Айне, сказала…

Каштелян вздрогнул и сдулся. Перестал крутого изображать и глазки забегали… Немедленно наступила пугающая тишина. Каштелян обвел взглядом колючим всех присутствующих.

– Ланс, пригласи-ка сюда госпожу Айне. – Распорядился каштелян, нервно теребя свою бородку. У Виталика отлегло от сердца. Может Айне здесь авторитет и не даст его в обиду? Покрутил головой. То, что он принял за стену оказалось фрагментом огромной башни, уходящей ввысь этажей на сто!

Застучали по камням каблучки и во двор через узкую дверь выбежала старая знакомая в скромном платье серого цвета, почти до земли, только носки сапожек видны. Волосы светлые все также распущены по плечам, вот только на тонкой шее то чего не видно было раньше – блестящий ошейник с камушками зеленоватыми, блеклыми… Увидев Виталика, девушка встала как вкопанная, вытаращив глазища.

– Знаешь его?

– Нет, дядя, не знаю.

– Он, маг?

– Не знаю, я его!

– Ты опять занималась магией? – прошипел каштелян.

– Как я могла с этим?! – девушка коснулась своего ошейника. – С ума сошли? Слушаете какого-то дурака?!

– Это она! – Завопил Виталик, врубившись на конец что попал в наглое кидалово. – Она меня сюда заманила!

– Убей его, дядя! Он врет! – Завопила в ответ юная колдунья. Даже румянец на щеках пробило и шея покраснела.

– Ступай к себе! Дура! – рявкнул каштелян.

Айне как ветром сдуло.

«Вот же сучка, так меня подставить!»

– Может того, камень на шею и в реку? – спросил стражник.

«Кого с камнем на шее в реку? Меня?!»

Каштелян подскочил к стражнику и пнул его ниже колена со всей силы.

– Идиот! Какой смысл? Его видели многие! Чего скажу господину? Спросит господин: Где человек? А? А я чего скажу?!

Стражник кряхтел от боли и не отвечал.

Каштелян порылся в кожаном кошельке на поясе, швырнул рыбакам пару монет.

– Убирайтесь!

– А, сеть, как же сеть, господин?

Мелкий господин даже подпрыгнул от злости и заорал, багровея:

– Убирайтесь, Солы, иначе всем камень на шею!

Позабыв про сеть, рыбаки рванули на выход.

– Как тебя? Витал?

– Виталий…

– Вит – хватит! Виталий – слишком длинно и звучно для худого говнюка из неведомых краев!

Ткнул кулаком в живот стражника.

– Тащи Вита в подвал, на цепь. Господин прилетит – решит с ним чего делать!

В подвале, в комнате каменной метров десять на десять, Виталика приковали за ногу цепью и толкнули на ворох вонючей темной соломы. Стражники и кузнец, заклепавший кольцо на ноге сразу же вышли вон. Громыхнул глухо засов с той стороны. Фонарь унесли с собой, и потому настала кромешная тьма. Виталик обнял колени и поежился. Воняло в камере как в дворовом сортире…

Звякая цепью, попытался подгрести соломы побольше, убедился, что от стены может только на три шага отойти.

«Может все это сон и надо только проснуться?»

Виталик лег на бок и попытался уснуть. В камере было так тихо, что звенело в ушах.

«Усну и проснусь дома…» – мечтал узник. Вот только сон не желал приходить никак. Есть хотелось нестерпимо. В животе колики проявились…

– Не спиться, сосед? – спросил из темноты мужчина.

Виталик подскочил на месте и усердно взялся таращиться в темноту. Вроде в подвале никого не было?

– Кто здесь?

– Меня звали Жигмундом.

– Меня Виталий. Давно здесь сидишь?

– Давно…

– Год?!

– Дольше…

– Дольше!? – ужаснулся Виталик. – За что?

– Не знаю… Господину дракону виднее. Раз посадил, значит, виновен. Мог бы шкуру спустить или на железный кол посадить. А так, по доброте своей господин позволил мне жить… некоторое время… Сказал, что не видит моего будущего…

– Он еще и говорит?

– Дракон то? Говорит, когда человеком обращается. Ты сюда как попал?

– Айне меня сюда заманила… В этот мир то есть…

– Айне опять за свое взялась. Ну не может она без баловства!

– Это, по-вашему, баловство?!

– А чего же? Айне она полукровка. Господин ее зачал с прачкой. Красивая девка была, говорят ее мать. Дракон и снизошел…

– Айне – дочь дракона?

– Ну да. Драконы – они же не просто наши господа. Они волшебники и магия передается их детям от человеческих баб. Такая вот штука… Айне – колдунья, крепкая колдунья… Господин дракон ей на шею ошейник, заговоренный надел, чтобы не колдовала, а она научилась его снимать – хитрая бестия!

– Как страна ваша зовется?

– Нет, здесь страны. Каждый дракон в своем владении и король, и царь и падишах. Волен над людишками все что угодно творить.

– А много у вас драконов?

– В наше мире? Ого, не сосчитать! Как звезд на небе! У каждого свой удел и замок высокий. Вассалы и стража и свита у каждого.

– И свита тоже драконы?

– Нет, что ты! Дракон всегда один. Они друг друга не любят. Каждый в своем наделе господин. Две кошки в одном доме не уживаются – слыхал, небось? Так и драконы тоже… Встречаются по праздникам только на святой горе. Ну и в небе то же. Небо оно ничье… Спариваются они в небе, ага… Дракониха деток выращивает, а их папаше они все равно как чужие. Не помнят они родства, драконы то…

– За речкой за мной дракон гонялся…

– Это госпожа Мэйхарди. У нее когда детеныши появляются то она никого к себе не подпускает – ни конного, ни пешего, ни летучего!. Такая мания у драконих.

– Даже слуг?

– Сказано, никого! В ее башне только она и детеныши! Как она родила, все ее люди убежали сюда в замок – иначе смерть верная.

– Стервозничает, значит?.. Плевалась по мне огнем.

– Ну не попала же. Ты везучий, как видно!

– Этот коротышка сказал, что дракон обо мне все решит. Чего ждать то?

– Не знаю, парень. Может в работы определит, а может на пергамент и на мыло.

– Чего?

– Наш дракон, господин Бэрхарди, наш защитник, он еще и очень талантливый. Пишет стихи. А пергамент только из человечьей кожи признает. К тому же любит чистоту. Во дворе камни с мылом моют. Мыла много надо. Ты жирный?

– Чего?

– Если жира много, пойдешь на мыло…

– Худой я! Худой!

– Не психуй, сосед. Худой, так худой. Тогда на пергамент.

Виталик в вгорячах отправил соседа в пешее эротическое путешествие и тот обидчиво замолчал. В конце концов, темнота и тишина одолели голод и голодный, усталый пленник задремал…

…Колеблющийся красноватый свет факелов за спиной. Тяжелое дыхание и топот множества ног. За ним идут товарищи. Его спина прикрыта… В руке тяжелый меч… Вперед! Быстрее!

Высокая арка и тяжелая штора.

Отшвыривая край шторы… Светлая угловая комнатка с мягкими коврами на стенах на полу… детские игрушки хрустят, ломаясь под каблуками… Никого… За кроватью за шторой у окна легкое движение… Штору долой.

В угол прижалась спиной девочка худенькая, лет шести. Золотые кудри до плеч… Мягкие и шелковистые… Так и хочется их взять в руку и пропустить меж пальцами… Ночная тонкая рубашка до пят. Тонкие ручки молитвенно складываются на груди. Дрожат алые губки бантиком. Огромные золотистые глаза, не мигая, смотрят прямо в душу.

– Дяденька, не убивайте меня, пожалуйста… – шепчет малышка и крупные слезинки скользят по розовым щекам…

…Виталик подскочил, просыпаясь… Запах гнилой соломы и дерьма уже не режет нюх. Темнота и тишина…

«Присниться же такое? Меч… девочка с золотыми волосами… Ну, блин! Я все еще здесь?!»

– Сосед! А сосед?!

В ответ только тишина. Виталик извинился за ругань, но сосед все также отмалчивался.

Глазеть в темноту занятие скучное и не продуктивное. Виталик опять заснул и снился ему ком и мышка под правой рукой на шершавом, фирменном коврике…

Разбудили его на этот раз громыхание двери и свет фонаря, показавшийся после тьмы ослепительным, как ксенон.

– Пожрать принесли? – с надеждой спросил Виталик и скрючился от пинка в бок.

Стражники захохотали.

Цепь сняли с ноги и под руки поволокли наверх. На дворе драконьего замка уже утро. Солнышко еще не выглянуло из-за стены, по верхняя часть башни ярко освещена.

По скрипучей деревянной лестнице Виталик вместе с двумя стражниками поднялся к двери окованной железом. На стук открыл изящный молодой человек лет семнадцати на вид – румяный, светловолосый. Зеленые штаны в обтяжку, и странный кургузый пиджак с широченными плечами, из синего бархата. Белоснежный отложной воротничок. На изящном пояске кинжал в серебряных ножнах. Стражники впихнули Виталика внутрь башни и сами быстренько захлопнули дверь. Морды напряженные и даже напуганные…

– Новенький, свеженький!

Блондинчик с интересом разглядывал Виталика.

– А ты кто?

Блондинчик фыркнул.

– Еще раз рот раскроешь без разрешения – ухо отрежу. У тебя, их все равно два.

Виталик набычился. На голову ниже, но наглый, сукин сын! Дать по морде? Кто он здесь?

– Понятливый? Иди туда.

Пацан указал пальчиком в глубь коридора освещенного коптящими факелами.

Виталик пошел, чего еще делать? В конце коридора клетка с дверкой из темного, кованого металла. Наверху у клетки кольцо и к нему привязан толстый канат.

– Заходи – покатаемся!

Рука пацана легла на рукоятку кинжала.

«Ну, накостыляю ему, и ножик отберу, а дальше?»

Выходило так, что с ножичком против всей стражи?

Виталик послушно вошел в клетку. Блондинчик последовал за ним, предварительно позвонив в колокольчик, висящий на стене. Прикрыл дверку и клетка, дрогнув, поползла вверх.

«Так это же лифт?!»

Лифт поднимался рывками утомительно долго. Пару раз мелькали арки выходов на этажи.

Блондинчик теребил свой кинжал и поглядывал на Виталика как на говно.

Наконец клетка остановилась. Сквозь решетчатый потолок Виталик увидел множество разнокалиберных колес, через которые был, перекинут канат.

«Самый верх… К дракону приехал?»

– Выходи!

Коридор здесь на верхнем ярусе не был таким аскетичным как внизу. Стены заштукатурены. Полы мозаичные и вместо факелов на стенах фонари со свечками.

Лесенка ступеней на десять привела их в круглый зал размером с цирковую арену.

Узкие окна с витражными разноцветными стеклами. Потолок теряется в высоте. Смутно высоко виднеются балки перекрытий. В центре зала, в чаще из мрамора плескался фонтанчик. Ковры вокруг, так что пола не разглядеть. Какие-то перегородки, шторы, подушки цветастые на полу… Пахло почему-то халвой.

Виталик проглотил слюну. Есть захотелось со страшной силой!

– Отец! Я привел пришельца!

Штора шагах в десяти раздвинулась и из алькова вышел высокий мужчина лет тридцати, в стеганом парчовом халате. Небрежно повязана на талии золотистая витая веревочка.

Волосы золотые, но не рыжие, а именно золотые, словно только что расчесаны, струятся по плечам. На полуобнаженной груди также блестят золотые волоски. А в глазах плещется расплавленное золото.

– На колени! – прошипел громко блондинчик за спиной и пнул Виталика под колени.

Ковер мягко подался под коленями. Дракон подошел не спеша, сунув руки в карманы.

– Прохожий, ты сказал?

Голос у оборотня оказался приятный, звучный, поставленный как у диктора телевидения.

Виталик кивнул. Его пробрало внезапно таким страхом, что заледенела вся спина.

– Попаданец, одним словом?! – усмехнулся дракон. – Вонючий попаданец!

Виталик тупо молчал. В голове звенящая пустота настала.

– Вот как? Ага!

Дракон хлопнул в ладоши.

Из алькова выскочил еще один блондинчик только голый.

– Надень штаны и приведи Айне. – распорядился дракон и, подойдя к фонтану, набрал в горсть воды. Выпил. Умылся. Стряхнул капельки на ковер.

– Я не был дома всего пару дней и что нахожу? Неповиновение дочери и вонючего попаданца! Айне тебе понравилась? – дракон подмигнул Виталику.

Виталик тупо кивнул, облизнув губы. Пить тоже хотелось…

– Она красивая, только непослушная. Горан, что я обещал твоей сестре прошлый раз?

Блондинчик немедленно отчеканил:

– Вы сказали, что следующий раз за колдовство без разрешения – накажете! Позвольте мне, отец?

Дракон засмеялся и погрозил блондинчику пальцем.

– Своих детей я сам наказываю. Вы все – моя кровь и плоть и я со своей плотью сделаю что пожелаю. Горан, как ты смотришь, если зажарить Айне на вертеле?

– Как прикажете, отец.

«Куда я попал?!» – ужаснулся Виталик, не в силах даже глаза закрыть.

– Горан, к станку его!

Послушного, одеревеневшего Виталика блондинчик подтащил к ближайшему алькову. Сдернул штору, открыв. П-образную, сколоченную из деревянных брусьев фиговину. Пораженный страхом Виталик позволил привязать себя за руки к верхним углам. Дернули так, что он привстал на цыпочках.

– Одежду долой!

Блондинчик вытащил кинжал и порезал всю одежду Виталика на лоскуты. Только тут странное оцепенение отпустило пленника. Он задергался как пойманная рыбка на крючке.

Дракон с интересом осмотрел пленника со всех сторон.

– Кожа, порченная… Не годится…

«Это он про родинки?»

Родинок на теле Виталик имел в изобилии и потому с самого детства не загорал. Мать пугала раком кожи.

«Повезло…»

Дракон ухмыльнулся.

– Молчаливый он. Горан, а ну-ка разочек!

Хлесткий удар жгучей болью рванул спину наискосок. Виталик заорал во всю силу, даже слезы выступили… Жгло так, словно огнем полосу прочертили!

Проморгавшись он увидел, что дракон держит в руке кнут, свитый из черной кожи.

– Горан легонько тебя погладил, попаданец и только раз. Провинишься – получишь таких ударов десятка два… Расскажи мне, прохожий, как моя дочь вытащила тебя сюда.

Виталик не заставлял себя просить дважды. Взахлеб все выложил и даже дважды.

Когда начал по третьему разу, дракон прервал его.

– Достаточно.

– Отец вы звали меня?

Дрожащий голос Айне вызвал в начале даже радость у Виталика.

«Пусть помучается, сучка!»

Девушка явилась к дракону в зеленом изящном платье. Платье обтягивало талию, подчеркивая пышность груди, а широкий подол доходил до пола. На обнаженной шее блестел ошейник. Волосы золотистые забраны на затылке.

– Проходи, дочь моя! Ты не обнимешь отца своего?

Дракон распахнул объятия.

Девушка, косясь на голого Виталика, сделала осторожный шаг вперед. Лицо напряжено. Губы поджала.

– Не успела заскучать, моя милая?

Дракон говорил ласково. Но от этого стало страшновато даже Виталику.

Айне рухнула на колени.

– Я виновата, отец! Я нарушила твой запрет!

Дракон немедленно подошел к дочери. Она обхватив его за ногу залилась слезами.

Позади ухмылялся второй блондинчик.

Дракон погладил Айне по голове.

– Плакать надо было раньше… Я же предупреждал?

– Да! Да! Я виновата!

– Это хорошо, что ты признаешь свою вину. Искренность украшает женщину. Горан, сними вонючего попаданца. Это место необходимо твоей сестре.

Айне зарыдала в голос.

Виталик через пару мгновений оказался на полу под присмотром Горана. Ноги дрожали, и руки не желали подчиняться… Спину жгло невыносимо…

– Хороший вкус – платье замечательное, одобряю. Придется его снять, правда, моя дорогая? Нехорошо его рвать же? Сними платье…

– Простите, отец! Простите!

Дракон поднял правую руку, показал всем присутствующим растопыренные пальцы.

– Я уже прощал тебя, пять раз. Для дракона это уже слишком. Ты должна, наконец, получить урок послушания.

– Нет! Нет! Простите меня!

Айне все также цеплялась за ногу дракона, не поднимаясь с колен.

Левая рука дракона, гладившая дочь по голове, спустилась к затылку и сжала ее волосы.

В одно мгновение, завизжавшая от боли девушка оказалась висящей на собственных волосах в вытянутой руке отца. За несколько мгновений свободной рукой дракон сорвал всю одежду с Айне, превращая платье и белье в рваные лоскутья. Она оказалась очень белокожей, с маленькой грудью и тугой попкой. Девушка перестала вопить и вцепилась обеими руками в руку дракона. Он донес дочь, словно за шкирку нашкодившего котенка до деревянных ворот, и веселые блондинчики быстро привязали сестру за руки, точно также как до этого Виталика. Она стояла на цыпочках, закусив губу, уже не плача и смотрела прямо в глаза дракона. Виталик увидел, как по ее нежным, белым бокам набежали мурашки. Напряженное девичье тело сияло в соблазнительной наготе.

Дракон протянул руку, и второй блондинчик вложил в нее кнут.

– Я прощаю тебя, Айне. Эй ты, прохожий!

Виталик проглотил слюну вязкую. Встал на дрожащих ногах.

– Она тебя обидела – иди отомсти – хлестни ее по белой попке!

– Отец! – гневно крикнула девушка. – Накажи сам! Не позволяй меня бить этому чужеземцу!

– Ты кричишь на меня, Айне… Ты не раскаялась… – дракон улыбнулся и погладил дочь по щеке. – Узнаю свою кровь. Прохожий, бери кнут и начинай.

Виталик осторожно взял кнут.

Бить девушку ему совершенно не хотелось. Да, из-за нее он попал в это дерьмо, но он не палач… Бить… связанную… голую…

– Я не палач…

– Что? Громче!

Виталик повторил в мертвой тишине, обмирая от ужаса:

– Я не палач. Я не буду ее бить…

Дракон засмеялся.

Он обнял Виталика, помертвевшего от страха, за шею.

– Чудный день сегодня. Айне, где ты откопала этого упрямца и смельчака?

В колесо его, Горан, в колесо. А я подумаю, как тебя убить, упрямый ты мой, попаданец! Спешить не буду. Хорошенько обдумаю! Жаро, пять горячих Айне.

Злобный, из-за того, что не ему дали покнутобойничать, Горан поволок Виталика вниз, а за спиной щелкал кнут и визжала пронзительно Айне.

Виталик поселился в деревянном колесе вместе с еще двумя голыми, но бородатыми горемыками. Колесо большое, со ступенями внутри. Идешь по ступеням в одну сторону – колесо движется навстречу. Развернешься – в другую сторону. Колесо натягивало канат лифта. Лестниц в башне не было совсем и в железной клетке только можно было подняться снизу на верх и также обратно спуститься. Это все Виталику разъяснили в первый же день. В колесе нельзя лечь. Можно только сидеть, пока оно стоит. Но стоит только прозвенеть колокольчику, как надсмотрщики, сидевшие по обеим сторонам колеса, вытягивали из жаровен раскаленные прутья и начинали тыкать в рабов – чтобы поспешали. Но часто просто орали и грозились. Оставаться в колесе неподвижным было невозможно. Один шаг и оно приходило в движение. Колесо располагалось в подвале, в основании башни и здесь всегда было прохладно. В движении не мерзли, наоборот покрывались потом. Поскольку рабы из колеса не выпускались, мочились они прямо под себя и прочее тоже. Дважды в день приходили две служанки – убирали дерьмо и мыли пол под колесом с пахучим мылом. «Белочек в колесе», зато кормили до отвала – горячая каша с мясными шматками три раза в день. Иногда ели на ходу, прижимая миски к груди и черпая руками. Надсмотрщики в о время остановки колеса совали кувшины с водой между прутьями. Из чего Виталик сделал вывод, что рабов в замке дракона не густо. Иначе бы заморили голодом, да других к колесу приставили. Спать из-за недосыпа хотелось постоянно. Это было самым мучительным – вместо нормального сна дремать урывками. В лифте, похоже, любили кататься взад и вперед.

В подвале всегда сумрачно. Два фонаря у надсмотрщиков, вот и вся иллюминация. Периоды жизни отмечались по еде. Три раза – один день. Девять раз – три дня. Виталик сбился, в конце концов. Топая по деревянным, гладким от многолетних топтаний ступеням, он проклинал свою глупость и доверчивость. Лучше бы он дал кнута Айне! Лучше б он не ездил к Гоке и не садился к компу! Окружающая паскудная реальность уже не казалась сном.

Однажды, после очередной миски с кашей в подвал пришел каштелян с двумя стражниками. Ткнул пальцем в Виталика.

– Этого, что с детской бородкой – отмыть, одеть и в ожидалку на арену.

Виталик оказался совсем скоро в пропитанном паром помещении, где две тетки с крепкими ручищами в деревянной бадье вымыли его до хруста с горячей водой и мылом. Рубашка, штаны и сапоги оказались малость велики, но это была одежда! Его привели по переходам в узкую комнату с длинной лавкой и оставили одного. В конце коридора дощатая щелястая дверь. Виталик поглазел в щель и увидел только песок, ровный как в песочнице. Нехорошие догадки зашевелились в голове. Арена… песок… Дракон придумал, как убить строптивца?

«Гладиатора из меня сделать хотят?»

Виталик лег на скамью и впервые за много дней вытянул ноги. Уснул мгновенно, как умер…

– Чего разлегся, урод!

Виталика швырнули на пол, небрежно, как ветошь.

Плечистый мужик, одетый в одни кожаные штаны нависал над парнем.

На плечах, на руках багровые шрамы.

– Ты кто?

– Вит…

– Ага, ты дохлое мясо!

– Чего прицепился? Места много!

– Заткни пасть, сучонок!

Здоровяк сунул под нос Виталику кулак внушительных размеров.

«Вот же, гопник, примотался!»

В комнатку хлынул желтый свет, потому что щелястую дверь отворили.

– Выходи!

Оттолкнув Виталика в сторону, здоровяк вышел на арену первым.

Обработанный любовно граблями песок, перемешанный с опилками, проваливался при каждом шаге. Вокруг каменные стены, лишь на высоте метров пяти по кругу арки с колоннами. Под одной аркой разместился господин дракон с семейством. Сам дракон в синем костюме восседал на чем-то основательном, вроде трона. Блондинчики по бокам, Айне чуть в стороне, но не сидит, а стоит напряженная, сесть не может. Крепко ей досталось тогда… Арену освещают по кругу большие желтые фонари. Следом за Виталиком и здоровяком вышел на арену Каштелян. Поклонился господину. Объявил громко:

– Попаданец Вит против непобедимого Джека!

Акустика у зала что надо. Разнеслось гулко и четко без эха.

Дракон кивнул.

Каштелян снял с пояса два меча. Один швырнул направо, другой налево и быстренько слинял в каменный коридор. Здоровяк вразвалочку отправился за своим мечом, Виталик бросился к своему. Меч короткий, стальной, длиной в локоть. Остро наточен с обеих сторон. Лезвие клинка узкое у рукояти, к острию расширялось и закруглялось. Таким рубить, а не колоть…

– Ставлю золотой на Джека! – сообщил дракон.

Никто не ответил.

– Так не интересно и не спортивно! – добавил дракон. – Каштелян!

– Да ваша милость! – мелкий господин выглянул из коридора на свет.

– Поставь золотой на Вита!

– Слушаюсь, мой господин!

Непобедимый Джек ухмылялся и крутил в руке меч. Мышцы красиво играли под кожей.

«Он меня зарежет как курицу!» – обреченно подумал Виталик.

– Умри весело, попаданец! – подбодрил его сверху дракон взял в руку золотую чашу. Пригубил.

– Я ставлю золотой на Вита! – звонко крикнула в напряженной тишине Айне.

Дракон поперхнулся вином или чего он там пил. Откашлялся.

– Узнаю мою кровь! Молодец – девочка! Ты, задохлик! Айне на тебя поставила. Дерись как мужчина!

Джек двинулся на Виталика. Тот отступил. На круглой арене невозможно загнать в угол по причине его отсутствия. Здоровяк наступал, а Виталик отступал. Так они некоторое время кружились, пятная арену лунками следов, пока не надоело дракону.

– Довольно, танцев! Джек, догони мозгляка!

Джек затрусил по арене, а Виталик от него. Один круг, второй… Джек зарычал и прибавил ходу. Виталик тоже. Он понимал, что это его единственный шанс – измотать крепыша, а там видно будет.

– Хватит догонялок, Джек убей его и два золотых твои!

Джек бросился наперерез, Виталик едва увернулся. Тяжело дыша, они стояли на расстоянии тех же пяти-шести шагов, что и в начале.

– Это не бой – это пляски задохликов! – объявил сверху раздраженный дракон. Айне весело, напоказ, расхохоталась.

Растопырив руки, Джек бросился на Виталика с грацией бешеного быка.

Виталик увернулся, на ходу, наобум махнув мечом.

Злобный рык в ответ.

Отбежав на безопасное расстояние Виталик обернулся.

Джек стоял на коленях и все пытался встать. Левая нога ему не повиновалась. Из нее велело брызгала струя крови на песок.

«Я попал!» – изумился Виталик, посмотрел на меч свой и увидел всего несколько капель крови.

– Добей этого козла, слышишь!? – крикнула сверху Айне, перевешиваясь через перила. – Убей его, Вит! Скорее!

«Да пошли вы все!»

Вит швырнул меч на песок.

– Не буду никого убивать! Врубились?!

Изумленные лица драконьей семейки его на некоторое время развлекли. После недолгой тишины дракон сверху прокомментировал:

– Пацифист! Ну что ж, бывает. Будем лечить! Каштелян!

– Да ваша милость?

– Двадцать плетей пацифисту Виту и в подвал! Выживет – доложишь!

Вит подхватил меч, но поднять не успел.

Из узкого прохода следом за Каштеляном высыпали шестеро стражников с длинными дубинками.

Выбили меч, выкрутили руки и поволокли, пиная по ребрам для куражу. Мимо угрюмого Джека, зажавшего кровоточащую рану…

Кнутом лупили во дворе, привязав к двум столбам. В зубы сунули палку, привязав для надежности на затылке шнурком. Вит прочувствовал только первые три удара, а потом вырубился вчистую…

…Паруса белые как свежий снег, хлопнули над головой и надулись, поймав ветер. Палуба едва дрогнула под ногами. Виталик держался за фальшборт и смотрел в сторону удаляющегося берега. Его обняла за талию подошедшая тихо Айне.

– Я счастлива сегодня как никогда в жизни. А ты?

– С тобой я счастлив каждый день…

Девушка улыбнулась и потянулась к нему. Их губы встретились в страстной ласке…

…Айне, почему Айне?

Вокруг тьма… Во рту пересохло. Вит попытался пошевелиться, но убедился, что лежит на правом боку и так слаб, как младенец.

– Опять подвал?

– Опять, сосед, опять! – отозвался из темноты невидимый сокамерник.

– Пить…

– Рядом кувшин, руку протяни.

Вит нащупал с трудом кувшин, пока напился половину пролил на грудь. На ноге при движении звякала цепь.

«Меня же кнутом секли?!»

Спину свою он не чувствовал, а вот тугую повязку от груди и до бедер ощущал очень хорошо. Лежал он на чем-то мягком, пахнущем зверем. На шкуре? Кто же принес ее и положил поверх соломы?

– Кто меня спеленал? Сколько я тут уже?

– Шестой день. Айне тебя лечит и не брезгует. Валяешься в моче и дерьме, а ей хоть бы что. Моет, ворочает, мазью спину мажет. Она на тебя запала, сосед. Точно.

– Иди ты…

Вит попытался лечь на спину, но прокололо такой резкой болью, что тут же передумал. Кряхтя, вернулся в исходное положение.

– Если женщина так возиться с мужиком, поверь мне – она имеет на него виды.

– На меня?

– Ну, да!

– Может… ей приказали?

– Дракон? Ну, уж нет! Ты его видел в образе человека, но это ничего не значит. Одна видимость. Ничего человеческого в нем нет. Нет в нем жалости ни к кому.

– У меня тоже нет… придет Айне, я ей шею сверну или придушу за все хорошее…

– Не свернешь. Она тебя в этот мир привела, она и вывести сможет. Кто же еще?

«А еще сон, такой реальный, про корабль и про поцелуй… я помню вкус ее губ…»

– Зачем меня лечить? Чтобы опять в колесо?

– В колесо вряд ли… Тебя в замке зовут теперь «верткий Вит». Охромевший Джек всем про тебя натрещал. Дракон наш любит упрямых. Ты ему понравился.

– Он сам тебе нашептал? Сам дракон?

– Все об этом знают. Вокруг господина одни подлизы и жополизы, а ты пробуешь трепыхаться. Упрямого интересно согнуть.

– Будет меня гнуть?

– Будет.

«Я дурак… мне надо выжить, а я что?»

– Если жить хочешь – согнешься или сломает тебя как сухую хворостинку. Кто ты против дракона? Он здесь хозяин пятьсот лет, а ты кто?

– А я – человек… – вырвалось у Вита.

– Человек слаб, сосед. Человек всегда выбирает как проще и мягче.

Разговор утомил Вита и он уснул под бубнение Жигмонда.

Проснулся он от яркого света, покачивающегося в такт легких шагов.

Прикинулся спящим.

Звякнуло о каменный пол. Легкое дыхание рядом.

Рука легла на плечо. Он ее легко перехватил.

Айне вскрикнула и вырвала руку.

Открыв глаза Вит, увидел ее стоящей на коленях, на краю соломенной подстилки. Фонарь, стоящий на полу подсвечивал ее лицо снизу. Лицо упрямое и красивое…

– Я не хотел тебя пугать.

– Я знаю…

– Ты красивая…

– Ты зол на меня?

– Нет. Не зол. Ты такая же рабыня в этом замке, как и я. Игрушка маньяка-оборотня…

– Я не игрушка…

– Прости…

– Брось, не за что.

– Зачем ты меня лечишь?

– Такой уж у меня каприз. Ложись на живот, я сменю повязку.

Вит повиновался.

Ее пальчики аккуратно что-то делали, Совсем не больно. Мазь оказалась прохладной и немного жгучей.

– Это новая мазь, я ее сделала, чтобы лечиться после той порки… Она убирает боль и быстро заживляет. У меня дар к лечебным травам. Я всех в замке лечу.

– Ты талантливая… У тебя все зажило?

– Конечно, это все кровь драконов…

– А твоя мама?

Руки Айне замерли.

– Мама умерла меня рожая. Меня воспитывал дядя, пока мне не исполнилось двенадцать. Тогда меня забрали в башню… Отец увидел мой дар. Он очень проницательный, ты же понимаешь? Когда мне исполнилось четырнадцать он… надел на шею ошейник. Он не позволяет мне колдовать… Я в книгах прочитала про смелых рыцарей, которые убивают драконов и спасают пленниц томящихся под их властью… Я искала таких рыцарей и не находила… до настоящего дня… Когда ты смел перечить отцу и не стал меня хлестать – я все поняла. Ты не гигант и не верзила, но твоя сила в твоей душе.

Ты – мой рыцарь – Вит, я знаю, ты меня спасешь и увезешь отсюда прочь на корабле под белыми парусами…

Вит вздрогнул, вспомнив сон.

– Больно?

– Ни капли. Продолжай…

– Уже все.

– Спасибо. У тебя золотые руки.

– На здоровье. Дядя не будет торопиться извещать господина о твоем исцелении. Я принесла тебе копченого окорока и еще яблок. Тут в корзине. Фонарь не могу оставить, заметят.

– Здорово. Завтра придешь? Здесь тихо и скучно, только сосед иногда развлекает разговорами.

– Сосед? – удивилась девушка и поднялась на ноги, подняв фонарь в вытянутой руке. – Ты здесь один.

– Мой сосед – Жигмонд, его наверно увели, пока я спал.

– Ты в подземелье замка один, Вит. Дракон не любит держать долго пленников.

– Я с ним говорил. Он мне рассказал про замок, про драконов и даже про тебя.

– Про меня?

Айне пересекла камеру наискосок. Долго смотрела себе под ноги.

– Что там?

– Скелет на цепи… Очень старый… Одни кости…

Вит вздрогнул.

– С кем же я говорил?

– С призраком, скорее всего.

Айне вернулась к Виту. Лицо спокойное и задумчивое.

– Может, оставишь мне фонарь?

Перспектива остаться в темноте наедине со скелетом и его призраком испугала Вита до дрожи в коленях.

«Я говорил с покойником! С ума сойти!»

– Не бойся его. Надо бояться не мертвых, а живых. Я приду завтра.

«Легко ей рассуждать – она колдунья!»

Айне поднялась по ступеням. Оглянулась.

– До завтра, мой рыцарь.

Исчезла за дверью и опять пришла тьма.

Вит прислушивался к каждому шороху. Зря. Было так тихо, что и мышей не слышно. А есть ли тут мыши? Кто был этот Жигмонд? За что его сюда посадил дракон и уморил до смерти? Может и меня так… просто забыть здесь на месяц и все… Мысли вернулись к Айне. Она была на самом деле откровенной или все игра для чего-то? Рыцарь… Какой к черту, рыцарь? Вик нашел наощупь корзинку с едой и подкрепился. Окорок был завернут в холстину и предварительно порезан ломтиками. Он смаковал каждый кусочек. С трудом удержался от того чтобы все съесть. Попил воды и уснул. Призрачный сосед более голоса не подавал. Виту с каждым днем становилось все легче. Айне приходила каждый день, и задерживалось надолго, расспрашивая, Вита про его мир. О себе она больше ничего не говорила. Может быть, жалела о том, что рассказала?

Однажды вместо Айне пришел Каштелян со стражником и кузнецом. С Вита сняли цепь и отконвоировали на конюшню. Причем вежливо, без пинков и ругани.

«Зауважали, мрази?»

С лошадьми в прошлой жизни Вит дел не имел, а тут пришлось задавать сена и овса, менять подстилку и чистить скребком атласную шкуру.

Поначалу побаивался, но потом освоился. В конюшне работали два конюха, а Вит был при них вроде помощника – подай, принеси. Лошадей имелось две дюжины – серые и рыжие. Через неделю Вит уже начал их различать. Лошади они как люди – разные.

Спал на сеновале, на чердаке. В душистом сене спалось легко и сладко без снов, а может просто нечего вспомнить было? Обед и ужин приносил конюхам с кухни поваренок – любопытный пацаненок лет восьми по имени Марон. Чаще всего приносили кашу, вроде гречневой с кусками мяса. Супов и щей тут видимо не готовили совсем. Хлеба свежего Вит ни разу в замке не ел. Завтракали обычно грубыми ржаными сухарями и водой из колодца. Айне Вит видел за неделю всего пару раз, издалека.

Зато отъелся, окреп. Вот только струпья на спине чесались очень. Заживало, значит…

Ходить по двору вокруг башни дракона никто не запрещал, только путь через открытые ворота ему был заказан. Днем проход был перекрыт рогатками и не меньше чем пятью стражниками. От заката до рассвета ворота перекрывал поднятый на цепях мост.

Стена стояла вокруг башни квадратом и к ней с внутренней стороны пристроились конюшни, кухня, кузня и домики слуг, стражников и их семей. По прикидкам Вита получалось, что в замке постоянно находиться не меньше двух сотен людей. За стеной замка у реки были устроены огороды, и каждый день туда уходило работать человек двадцать – в основном женщины и дети.

Люди сторонились Вита как зачумленного, даже конюхи – Сонк и Драва поглядывали иной раз со страхом.

«Бояться лишний раз говорить с обреченным?»

Подошел однажды, во время уборки навоза, хромающий бывший непобедимый Джек. Вит удобнее взялся за вилы, но противник оказался совсем не злопамятным. Спросил про здоровье и предложил выпить сидра. Кувшин с собой принес. Сели, выпили. Похоже на квас и отрыжка такая же. Помолчали.

– Спасибо пришел сказать. Думал ты размазня, а ты – мужик. – Сказал Джек, пожал крепко руку и ушел.

Вит уже начал мечтать, как прорвется через стражей в воротах на лихом коне, как внезапно его выходные закончились. Ближе к вечеру вдруг засуетились в воротах стражники, разбирая заграждение. В замок въехал обоз. Впереди на сером коне крепкий парень в рыжей коже. Даже берет на голове кожаный. Большие деревянные повозки на скрипучих колесах одна за другой появлялись из ворот. В каждую повозку впряжено по два быка с длиннющими рогами. На повозках бородатые молодцы с арбалетами и луками. Население замка высыпало во двор от мала до велика.

– Кто это? – спросил Вит у конюхов.

– Это же господин Харви с охоты вернулся. Старший сын нашего господина…

– Ага…

Десять повозок были закрыты шкурами.

Шкуры сняли, открыв горы копченого и вяленого мяса. Гул восхищения как стон пробежал по толпе.

Каштелян лично придержал стремя сыну дракона. Харви прошел через расступившуюся почтительно толпу к башне и скрылся в ней.

Каштелян скомандовал разгрузку, бдительно следя, чтобы чего не украли. Вита тоже включили в грузчики как всех мужчин. Долго таскать в продуктовый подвал окорока, остро пахнущие дымом и жирные на ощупь не пришлось.

Вит второй раз возвращался из подвала, когда его дернули за руку в сторону от общего потока.

– Ты?!

– Тише!

Айне потащила его за собой к домику каштеляна.

По внутренней лестнице они поднялись на третий этаж. Айне затворила за собой дверь деревянным засовом. Окно закрыто ставнями снаружи, но в щель пробивается свет достаточный, что разглядеть маленькую комнатку. Села на пол, на блеклый ковер рядом с кроватью без матраса, поманила к себе. Вит сел рядом.

– Привет. Я скучала, а ты?

– Я тоже…

– Это моя комната, я в ней раньше жила и теперь иногда прихожу. Пока мясо не разгрузят нас не хватятся.

Глаза Айне блестели загадочно.

Протянула руку, погладила Вита по щеке.

– Волосы мягкие…

Вит взял ее руку в свою и неожиданно для себя поцеловал в нежную ладошку.

Айне хихикнула.

– Щекотно…

Их словно бросила в объятия друг друга сторонняя сила. От поцелуя сердце замерло и провалилось куда-то…

Все случилось прямо на ковре и быстро, слишком быстро. Возбуждение схлынуло, остался стыд и чувство вины.

«Я ее… я ее испачкал…»

Вит спрятал горячее лицо в волосах Айне, а она ласково гладила его по голове, прижимая к себе.

– Ты никогда не был раньше с женщиной.

– Откуда ты… знаешь…

– В первый раз всегда очень быстро. Это нормально.

«Она уже трахалась с кем-то, ты – дурак!» От этой мысли чувство вины стремительно улетучилось. Презрение и брезгливость завладели Витом. Айне потянувшаяся с поцелуем сразу поняла изменение в настроении любовника.

Поцелуя не вышло.

Она быстро высвободилась из рук Вита, поднялась, поправляя юбки.

– Мальчишка!

– Айне… постой…

– Ты что же думал – в этой башне папаша и братья берегут мою девственность столько лет?! Наивный дурак! Они меня изнасиловали еще в четырнадцать! Я с кинжалом не расстаюсь не днем, не ночью, а эти твари так и норовят меня подловить! Ты не рыцарь, та слюнтяй!

Хлопнула дверью и убежала.

Чувство вины вернулось вместе с толикой гордости.

«Вот я и стал мужиком…»

Вит поспешил покинуть дом каштеляна, и вернулся в конюшню. Конюхи трепались с вернувшимися с охоты егерями за кувшинчиком сидра. Вит сунулся, было на сеновал, как тут словно из под земли появился стражник Норн, не самый вредный из них, степенный дядька с рыжей бородой.

– Вит, иди за мной.

– Куда?

– Господин Харви зовет.

– Зачем?

– У него и спроси, трепло…

Старший сын дракона оказался в небольшом домике без окон рядом с кузней.

Вит неловко поклонился, войдя и на пару мгновений опешил.

Горящие факелы освещали гирлянды оружия, развешенного по стенам. Мечи, пики, топоры, арбалеты и прочие железяки самого зловещего вида тускло светились. На широком столе посреди комнаты лежали одни мечи. Харви вертевший в руках длинный меч, обернулся на шум шагов. Он казался по возрасту ровесником дракону. Стройный, плечистый, светловолосый.

– Ты новенький, говорят, подрезал Джека? – хрипловатым голосом осведомился главный охотник замка.

– Да, ваша милость.

– Я его хотел с собой взять, теперь придется заменить на тебя. Джок, подбери ему, что надо по росту и руке.

Чумазый помощник кузнеца в кожаном потрепанном фартуке, стоявший рядом, поклонился.

– Сделаю, ваша милость.

– Что молчишь, верткий Вит? Лечение пошло на пользу?

– Еще как…

Харви засмеялся и, проходя мимо посторонившегося Вита больно ударил кулаком в плечо.

– Я сделаю из тебя бойца, Вит!

«Уж свезло так свезло – сестра сделала из меня мужика, а братец – сделает бойца!» – с ехидством подумал Вит, потирая плечо.

«Все-таки, в какую экспедицию меня хотят взять? Этот Харви вроде адекватный парень…»

– Кольчугу или куртку?

– Чего?

– Кольчугу или куртку со стальными вставками возьмешь? – повторил невозмутимо помощник кузнеца.

Через полчаса Вит вышел из оружейной с увесистым свертком, где были куртка из буйволиной кожи, стальной шлем без забрала, короткий меч и топорик на длинной удобной ручке.

«И куда мне с этим добром податься?»

– Я – Верал, а ты – Вит?

Коренастый дядька лет сорока оказывается уже ждал на улице. Куртка и штаны из потертой коричневой кожи. Черная борода и курчавые черные волосы уже с проседью. На носу шрам, так что кончик носа смотрит малость в сторону.

– Ага.

– Пошли со мной. Я старший десятник егерей. Господин Харви зачислил тебя в мой десяток. Железки выбрал? Хорошо.

Верал привел парня в длинный, двухэтажный дом, в дальнем от ворот углу замка.

Кивнул на длинный стол у стены дома.

– Показывай.

– Вит выложил с грохотом на стол свое снаряжение.

Верал все осмотрел со знанием дела…

– Что предпочитаешь – лук или арбалет?

«Мышку на коврике!» – хотел, пошутит Вит, но прикусил вовремя язык.

Пожал плечами.

– Не пробовал.

Верал удивленно шевельнул густыми бровями.

– Тогда обойдешься.

– Куда мы поедем? – выпалил Вит.

Верал ухмыльнулся.

– Караваны грабить.

Десяток Верала принял новичка настороженно. Имена егерей Вит сразу и не запомнил, больно заковыристые.

Верал выдал всем по колчану со стрелами и отпустил по домам. У всех в замке имелись семьи.

Топчан, покрытый потертой коровьей шкурой у двери достался Виту в большой комнате на втором этаже. Весь десяток, похоже, здесь мог разместиться, а остались только они вдвоем.

Смеркалось. Бурча что-то под нос, у фонаря сидел Верал и ремонтировал свой сапог.

Вит наблюдал за «Кривоносым» со своего топчана. Мысли его были в этот момент совсем не про сапог. Он думал про Айне, про то, что она выпалила сгоряча. Воспоминания о первом настоящем сексе тормошили воображение. Все случилось совсем не так как в порно… Волнительно и быстро очень.

«Она классная девчонка, к тому же колдунья. Зря я ее обидел. Ох, зря…»

Разбудили Вита на рассвете.

Вместе с десятком Верала, побрел, ежась от утренней прохлады к кухне. Та же каша с мясом и по кружке сидра. Вит посчитал егерей. С ним и Вералом выходило одиннадцать.

Еще Харви добавиться… Дюжина грабителей караванов? Про себя Вит решил еще вчера, что сбежит при первом удобном случае. От дракона и его деток хорошего ждать не приходится. Местные запуганные и запуганные обитатели видно себе иной жизни и не представляют – так и пусть дальше горбатятся на садиста-оборотня. Идти к другому дракону Вит не собирался, считая, что все они друг друга стоят. Должны же быть на планете этой места свободные от звероящеров? На кухне Вералу выдали два мешка с провизией. Судя по запаху опять копченое мясо. Егеря подошли к конюшне и уселись на корточки в ожидании дальнейшей команды.

– Чего ждем? – тихо спросил Вит у лучника лет тридцати, что подремывал, прислонившись спиной к стене конюшни. У егеря этого имелся на лбу приметный шрам, как от пары когтей какой-то зверушки. Лук без тетивы он держал на коленях. Интересный лук – не из дерева, а составной из рогов.

– Господина Харви с его парнями… – не открывая глаз, буркнул егерь.

«Вот так новость? А я думал – егеря его люди!»

– Пешком пойдем?

Егерь открыл ясные голубые глаза.

– Полетим…

Егеря загыгыкали весело.

– На драконе?

Смех мгновенно стих, как отрезало.

– Зря тебя назвали «верткий Вит». Ты не верткий – ты безумный. – Прошипел лучник, оглядываясь на башню дракона.

«Я то нормальный, а вы…» – крутилось на языке, но Вит сдержался.

Надо налаживать контакты, а не собачится.

– Хотите анекдот про охоту: Разговор двух охотников.

– Вчера встретил в лесу волка. Тощий такой, исхудал за зиму, просто кожа да кости. Успел убежать.

– Волк?

– Нет, я.

Егеря не засмеялись, даже не улыбнулись. Смотрели вопросительно и с недоумением.

«С чувством юмора у них хреново…» – опечалился Вит.

– А вот еще…

Егерь со шрамом на лбу его прервал.

– Ты, постой, в каком, говоришь лесу волка видели?

– Не знаю.

Вит развел руками, и егерь сплюнул ему под ноги.

– Не знаешь, а болтаешь! «Болтливый Вит»!

«Вот и поговори с народом!» – расстроился Вит под презрительными взглядами егерей. Так что появлению Харви с остальной командой Вит только порадовался.

Среди людей в кольчугах он узнал пару стражников моложе, но тут же про все забыл. Айне шла следом за Харви с тючком разноцветных тряпок в руках. Девушка смотрела себе под ноги, сосредоточившись на каких-то своих мыслях. Платье на ней было повседневное, серое под горло. Из под воротничка выглядывал ошейник золотой.

Но даже в сером, невзрачном платье она шла, покачивая бедрами зазывно, как опытная модель. При этом не выглядела потаскушкой. Красивая, знающая себе цену и знающая что на нее глядят десятки мужских глаз. Егеря немедленно выстроились вдоль стены. Вит оказался с краю. Люди Харви направились в конюшню, а он прошел вдоль строя егерей, осматривая всех дотошно. Айне следом за нм раздавала каждому по куску расшитой материи. Оказалось, что это вроде двухсторонней синей накидки, на спине и на груди в красном круге вышит нитками знак схожий с иероглифом. Осмотрев егерей, Харви отправился в конюшню. На нем тоже была надета синяя накидка, только иероглиф оказался вышит не простой нитью, а золотой.

Айне вручила Виту его накидку.

– Привет.

– Привет, воин. Надевай.

– Что это?

– Это знак того, что ты служишь дому Бэрхарди.

Она улыбнулась так светло, что у Вита, отлегло от сердца.

«Она не злится на меня!»

Она тут же сунула ему в руку какой-то шнурок.

– Это ладанка, заговоренная. Надень на шею и не снимай. Слышишь? Никогда не снимай.

– Зачем?

– Какой ты глупый! Я хочу, чтобы ты вернулся живым.

Ее сладкие губы были так близко и так далеко.

– Прости, я дурак и…

– Тише. Ступай и возвращайся. Я буду ждать тебя.

Она ушла не оборачиваясь.

Вит перевел дыхание. С трудом закрыл рот, расползающийся в улыбке.

«Она меня будет ждать!»

Мысль о побеге уже не казалась ему такой замечательной.

Харви, как командир отряда, ехал на коне один. Его люди взял каждый за спину по егерю. Вит оказался за спиной у стражника Норна.

Отряд выехал из замка гуськом. Родственники провожали своих мужчин, стоя возле домов. Никто не приблизился, не обнял на прощание своего отца, мужа, брата. Молча провожали глазами.

«Как деревянные, блин!»

Выезжая из-под сводов воротной башни, Вит учуял вонь и поднял голову. На цепи, в клетке, поднятой на высоту метров пяти висел полусгнивший труп. Сквозь прутья торчали белые, ощипанные воронами кисти рук…

– Кто это, Норн?

– Если не хочешь сесть туда на замену, держи язык за зубами. – Буркнул через плечо стражник.

Копыта прогрохотали по подъемному мосту над мутной речкой. Накатанная дорога не была пыльной. Луга вокруг зеленели сочной травой. Невдалеке несколько мужчин косили траву, мерно махая косами.

Вит жадно вертел головой по сторонам… Но только равнина травяная вокруг, а позади серая громада замка дракона Бэрхарди под скучным пасмурным небом…

До низких и лесистых гор добирались три дня. Никаких поселений не встретили. Останавливались на ночь обычно возле родников в лощинах. Только на третий день Вит увидел огромные стада быков, кочующих по равнине. Животные уже имели дело с людьми и потому при виде всадников торопливо уступали дорогу.

– Мой дед рассказывал, что во времена его юности на быков можно было охотиться прямо у замка. – Сообщил Норн. – Теперь егеря ездят сюда в предгорья.

– Сами мясо коптят и вялят?

– Нет, им лесные духи помогают! Конечно сами. Видишь на опушке леса строения? Там и есть коптильни.

Холмы пологих гор уходили вдаль насколько хватало глаз. Мощные деревья стояли на холмах стеной. На берегу речушки, возле потемневших деревянных домиков всадники спешились. Им навстречу вышли трое заросших волосами мужчин. Приветствовали поклонами господина Харви. Костры не жгли. В одном из домиков имелся здоровенный очаг. Разминая ноги, Вит вышел к речушке. Вопреки ожиданиям вода оказалась мутно рыжего цвета, словно перемешанная с глиной.

– В верховья дождь прошел, а так тут рыба водится. Пара дней и опять станет вода прозрачной. – заметил один из волосатых мужиков, невозмутимо зачерпывая ведром из речушки грязную воду.

– А для чего вода?

– Кашу вам варить буду.

Горячей пищи не было три дня. Питались копченым и вяленым мясом. Сухари, как редкость давали раз в день. Представив себе кашу с глиной пополам, Вит приуныл.

С товарищами по путешествию он так и не сошелся. Егеря его отторгали как чуждый элемент, а стражники общались только между собой. Зато прояснилась цель спешного похода. Часть горной гряды относилась к владениям дома Бэрхарди и торговый караван из Города Святых врат на юг через эти земли сопровождали люди дракона. Дракон от торговцев за охрану имел хороший профит. Так что никакого грабежа, а только честная охрана. Про Город Святых врат Вит услышал здесь первый раз. Навострил уши, но подробностей не услышал. Егеря, недовольные, что их так быстро оторвали от семей предпочитали помалкивать. Стражники же, смотрели на Вита как на говно и посылали с его вопросами куда подальше.

«Итак, есть город, и есть торговцы с караваном. У них я должен узнать больше обо всем этом мире. Кто путешествует, тот молчать не будет».

После ужина господин Харви впервые назначил часовых. Вит, вопреки ожиданиям в их число не попал и отправился спать, куда указали – на сеновал. Тут уже штабелем храпели егеря. Нашел место у стены, но сразу заснуть не смог. Спали всю дорогу в одежде, не снимая курток и кольчуг. Только шлемы снимали. Подшлемники – смешные чепчики с завязками носили все. Только командир Харви разъезжал в берете. Спина чесалось всю дорогу неимоверно. Куртка, обшитая стальными полосами давила на плечи. Вит вышел на улицу, оторвал от куста палочку и, сунув за шиворот с наслаждение почесал спину.

Рано утром выехали в прежнем порядке по лощине между гор. Дорога имелась здесь узкая – только всаднику проехать. Сосны уносились колоннами на головокружительную высоту, цепляясь узловатыми корнями за камни, едва прикрытые почвой. Ветер шумел там наверху в кронах. Здесь, внизу только стук копыт и звяканье оружия нарушали тишину. Через час, примерно, отряд Харви выехал на большую поляну рядом с накатанной грунтовой дорогой. Судя по широкой колее в песчаной почве здесь и проходил торговой путь на юг. Отряд спешился, но двух стражников Харви отправил в обоих направлениях для разведки. Они вернулись к полдню, когда люди подкреплялись все тем же вяленым мясом. Вита уже мутило от жесткой говядины. Под утро приснилась селедка, так проснулся со слюной на щеке. Разведчики ничего не обнаружили вроде. Это только были догадки Вита, ему то ничего они не рассказали. Кони неторопливо хрупали траву на поляне. Солнце, вылезло из-за туч и потянуло в его ласковых лучах на дрему. Не тут то было, тепло на груди усилилось. Стало жечь. Вит сунул руку за пазуху и убедился что гладкий камешек на кожаной тесьме, подарок Айне, нагрелся. Как только камешек оказался в руке, немедленно остыл и Вит услышал тихий шепот в ушах.

«Лес опасен… Берегись…» Он поднялся быстро на ноги, надел шлем, снял с пояса топорик.

– Ты чего, Вит? – Норн поднял голову.

– В лесу кто-то есть.

– В лесу всегда кто-то есть! Эй, ребята, безумный Вит увидел в лесу белку! – рыкнул кривоносый Верал.

Егеря тут же загыгыкали. Стоящий в шлеме с топориком Вит их почему-то позабавил.

Стражники, дремавшие в стороне, немедленно заинтересовались шумом.

Но тут рявкнул громко господин Харви, да так что все оказались на ногах:

– К оружию, уроды! Надеть шлемы! Стрелки к дороге!

Вылетевшая из лесу дубина шандарахнула Вита по голове, так что он на некоторое время отключился. Очнулся на земле, лежа на спине. Вокруг, над ним кипела драка. Махач завертелся не по-детски… Рев, лязг железа, вопли боли…

– Руби их! – орал Харви. Топорик куда-то подевался и Вит вытащил из ножен меч. Он не успел подняться на ноги, как его сбил с ног вопящий бородатый бич, лохматый как медведь и вонючий как мусоропровод. Грязные ручищи цапнули ошеломленного Вита за горло. Но тут брызнуло в лицо горячим и лохматый мужик обмяк, хрипя…

Вит выбрался из-под вонючего трупа, размазывая чужую кровь по лицу и понял что бой окончен. Стащил немедленно с головы тяжелый шлем. Увидел справа на нем небольшую вмятину. Крякнул.

«А если бы не амулет Айне?»

Егеря с луками и арбалетами наготове озирали лес. Стражники добивали раненных бичей. Харви с несколькими самыми рьяными корешами бросился в погоню за бежавшими лесными людьми.

Вита схватили за плечо. Верал заглянул в лицо.

– Живой?

– Вроде…

– Иди, собери лошадей.

Перешагивая через трупы, Вит отправился ловить лошадей, в перепуге отбежавших дальше по дороге. Учуяв кровь, лошадки косились на Вита и храпели, но в руки дались. Он отводил по одной и привязывал к поваленной сосне, на другой стороне поляны.

Потом подоспели стражники. Вит нашел лошадь Норна, снял с седла флягу, напился и умылся. Сел на траву. Ноги не держали. Под мышками пот хлюпает… Влажные волосы липли ко лбу. Посмотрел на свои исцарапанные руки. Они мелко дрожали…

«В душ бы сейчас, горячий…»

Егеря стаскивали трупы людей в мехах в ямку, подальше от дороги. На истоптанной поляне остались два тела в коже. Егеря? Харви вернулся со стражниками, притащив подраненного воющего бородача в меховой безрукавке. К допросу пленника не успели приступить. На дороге показались всадники. Один… три… пять…

Они придержали лошадей, но, увидев накидки на вооруженных людях, продолжили движение. Харви подошел к ним. О чем говорили – Вит не расслышал.

В кольчугах и стальных шлемах дозорные торгового каравана ничем не отличались от стражников дракона, разве что отсутствием герба на груди и спине… Потом появились высокие повозки, на больших колесах. В каждую запряжено по четыре лошади. Ими правили сумрачные бородатые дядьки в меховых плащах с капюшонами. Взведенные арбалеты у всех наготове на возах. На повозках горой тюки с товаром, крепко замотанные веревками сверху. В торговом обозе Вит насчитал двадцать повозок. Пропустив их мимо, отряд дракона пристроился сзади. Сам Харви с тремя стражниками поскакал в голову колонны. Двух погибших егерей привязали на лошадь. Дальнейший путь прошел без происшествий. На ночь караван остановился на поляне у ручья. Место было давнее, приспособленное. Навес на крепких, дубовых столбах от дождя, многочисленные пни и проплешины кострищ подсказали, что здесь останавливаются постоянно. Повозки торговцы составили в круг. Внутрь загнали лошадей. Люди Харви оказались снаружи. Внутрь круга пустили только Харви с пленником. В набегающих стремительно сумерках убитых егерей не похоронили, а уложили на краю леса забросав ветками.

«Вечером, что, нельзя хоронить?»

Разложили костры. Поужинали все тем же вяленым мясом. Вит не удержался и пожарил свой кусок над огнем, нанизав на прутик. Покончив с едой, он понял, что у костра оказался в одиночестве. Никто не желал ему составлять компанию.

«Публичное одиночество, блин!»

Обдумывая события дня, Вит лег на спину, разглядывая звездное небо.

В лесах живут дикари, не имеющие серьезного оружия и готовые нападать даже на вооруженных воинов. Отчаяние или безумие толкнуло этих бичей сегодня броситься с дубинками и примитивными копьями на людей дракона со сталью в руках?

«Впрочем, попади я им один в руки – сделали бы из меня отбивную своими дубинами!»

Бежать в лесу Виту резко расхотелось. Лесным человеком он не был и легко представил, как заблудится в лесу, едва сойдя с дороги. Компасов и GPS этот мир не знает и еще долго не узнает. Потом мысли Вита повернулись к Айне и ее замечательному подарку. Скорее всего, если бы не талисман ему бы раскроили голову сразу же. Лежал бы сейчас синий и холодный под ветками рядом с теми…

Айне… она замечательная. Взять ее и бежать в город, подальше от «любимого» папочки-дракона. Жить в замке – это все равно, что жить в одной клетке с тигром. Сегодня он сытый и в добром настроении, а завтра? Вит рассчитывал за время пути сойтись с кем то из караванщиков, чтобы узнать больше про город, про этот стремный и странный мир. Никак не ожидал, что караванщики не пожелают и словом перемолвится с охраной. Может быть завтра…

Вит проснулся ночью от жгучей боли. Талисман накалился и подпалил кожу на груди до волдыря.

«Что за напасть?!»

Сжав камешек в кулаке, он услышал тихое:

«Уходи в лес… Уходи…»

Костер давно потух и осыпался золой, так как Вит не озаботился принести про запас сухих сучьев.

На фоне неба, усыпанного звездами, край леса был хорошо виден. Мешкать не следовало. Сосало под ложечкой в ожидании неприятностей. Вит ползком рванул по траве к лесу. Едва голову не разбил о пенек. Вспомнил про шлем, оставшийся у костра, но возвращаться не стал. Спрятавшись за стволом ближайшего дерева, обернулся к покинутому лагерю. Показалось, что кто-то крикнул? Нет, опять!

Вит прижался к дереву и навострил уши. В кругу повозок метались тени, заржали лошади. Опять крик пронзительней и страшнее первых!

«Лесные люди напали на торговцев? А где же доблестный Харви?»

Суматоха не длилась более нескольких минут. Вскоре все затихло.

«Ничего не понятно! И что мне делать?»

Вит решил дождаться рассвета, а потом прибыть в лагерь. Спросят – скажу ходил по-большому и заблудился. Несмотря на все переживания Вит тут же и уснул. Перед рассветом к нему подкрались два молодых волка. Обнюхали, пометили его сапоги и побежали дальше. Они приняли человека за странный корень дерева, торчащий над землей. Волчьи глаза видели человека, но их нюх сказал: дерево, только дерево, бесполезная коряга!

Утром, едва продрав глаза, Вит не увидел на поляне не повозок, ни людей.

Вышел на поляну озираясь. Одни только проплешины от костров бросаются в глаза.

– Получается, что я свободен?

Что случилось ночью? Почему про него забыли? Харви взял его в поход, чтобы так просто бросить среди леса? Вит вынул меч из ножен и прошел поляну по кругу. Даже трупы исчезли вчерашние. Знать бы – когда следующий караван. Ага! Сиди без еды на поляне и жди… Столбика у дороги с расписанием движения караванов не имелось.

Ждать неизвестно чего, Вит не собирался. Дорога ведет из города. Пойти по ней в обратную сторону и можно дойти города? По теории…

«Придурок! Может до города сто километров, а может пятьсот! Сколько идти придется? Сто дней? Без еды и воды?»

Вит приуныл.

«Остается одно – топать до той вчерашней поляны, а потом по тропе через лес к коптильням. Вот же маразм – хотел сбежать из замка дракона, а сам туда возвращаюсь!»

Решил спуститься к ручью и напиться на дорожку.

Спускаясь по тропинке между деревьев, Вит насторожился. Собака рычит? И не одна?

Потихоньку Вит спустился к ручью… Голые трупы валялись кучей, запрудив ручей. Вода в образовавшемся озерце была розовой от крови. Волки, жравшие мертвечину на шум шагов дружно подняли окровавленные морды. Потрясенный Вит превратился в статую.

Волки понюхали воздух и, переругиваясь за сытные куски, опять начали рвать добычу. Пить Виту резко расхотелось. Он осторожно отступил за куст и, обмирая от страха, двинулся задом по руслу ручья. Опомнился парень только наверху, на дороге, взмокший от пота с колотящимся в груди сердцем. Сколько было там, у ручья волков он не считал, но не два и не три… Стая!

«А если они захотят свежатинки? Но талисман не нагрелся! Значит, опасности не было? Или талисман испортился? Влип я, ох, влип!»

Вит пошел по дороге обратно, то и дело оглядываясь. Лес по обеим сторонам дороги казался ему чудовищем, только и ждущим удобного момента, для того чтобы наброситься и порвать на клочки… К полудню он дошел до знакомой поляны и сел на обочине, вытянув усталые ноги. Вымотался так, что про еду думать не хотелось. А вот пить…

«Полцарства за полторашку клинского…»

Мысли о пиве распалили жажду. Вит теперь не оказался бы и от ведра с глинистой водой. Мысли вернулись к пропавшему каравану.

«Караванщиков человек пятьдесят и у Харви два десятка… Убитых бросили в ручей. Только там не семь десятков трупов… Меньше… Кто убил? Почему? Куда делись повозки и лошади? Приду в замок, а меня на дыбу? Под кнутом все расскажешь… Даже чего не было…»

Идти в замок не хотелось до колик к животе, а другой дороги Вит не знал. Как бы вызволить из замка Айне, а самому туда не заходить?

О чем бы он не думал, все равно возвращался к Айне.

«У нее такая улыбка! Когда идет, бедра двигаются так… Эх! Она меня заколдовала, все ясно!»

Вит легко нашел тропу, по которой отряд Харви ехал к дороге.

Уже в сумерках Вит прокрался к коптильням, завернул к речке и напился вдоволь, так что живот расперло. Тихо вокруг. Ни огонька, ни шороха…

Потом, плюнув на осторожность, забрался на знакомый сеновал и, зарывшись в пахучее сено с головой мгновенно уснул.

…От багровых штор все комнате приобрело красные тона. Солнце уходящее к горизонту светило еще мощно, как прожектор.

Сбросившая одежду, обнаженная Айне танцевала на цыпочках перед огромным зеркалом, красная и соблазнительная как дьяволица.

Хвост и рожки только добавить – не хватало до полноты облика!

Она что то напевала под нос.

Вит навострил уши, но расслышал немногие слова:

– Река, река, далеко до моря, река, река звала за собою…

– Айне?

– Заждался?

Она со смехом побежала по ковру и бросилась в объятия Вита. Горячий ее язык прошелся по уху, по щеке…

Вит открыл глаза и отшатнулся, едва сдержав крик. На сене, рядом сидела большая кудлатая черная собака из породы что под шерстью глаз не видно.

Собака вывалила розовый язык и дружелюбно крутила хвостиком.

Утро уже пришло и сквозь щели в стенах сеновала псинку было видно во всех подробностях.

– Ты чей? Как зовут? – негромко спросил Вит, отирая рукавом обслюнявленную щеку.

С улицы ему немедленно ответил мужчина.

– Его зовут Варви, это мой пес. Выходи наружу, Вит. Пора идти.

Дружелюбный пес Варви рванул на голос черной молнией.

Держась за рукоятку меча, Вит выбрался наружу. Чего отсиживаться, если зовут по имени и знаю что ты здесь?

Старикан, лет под восемьдесят, сутулясь, опирался на узловатую клюку. Борода и волосы на плечах белы как снег. Лохматый плащ из шкуры неведомого зверя. Глаза у старикана голубые и ясные. Очень знакомые глаза… Добрые как у родного дедушки…

«Ага, не иначе местный Гендальф явился!»

Черный пес сидел у ног старикана все, также вибрируя розовым языком.

– Меня зовут – Грэди, Айне попросила за тобой присмотреть. Идем.

Старик развернулся и бодрой походкой двинулся к лесу. Пес рванул вперед и быстро скрылся за деревьями.

«Идем и все? Вот же старый хрен!»

Выбора не оставалось. Вит догнал старика и пошел рядом. От росы сапоги начали намокать.

– Как она с вами связалась? Опять колдовала? Ее ведь, накажут!

– Выкрутиться. Не впервой! У тебя за пазухой пропуск в Тальварский лес. Умеет она такие штучки делать, моя сестрица.

– Айне – ваша сестра?!

Старик приподнял седую, косматую бровь.

– Что в том удивительного? Наш отец за пятьсот лет породил многих. От разных женщин, конечно. Убил он тоже многих из своего потомства. Дракон Бэрхарди непостоянен как погода.

– Куда мы идем?

– В мою берлогу! – засмеялся старик.

– Пропуском вы талисман назвали?

«Что-то я слишком доверчив! Может он тоже колдун, или маньяк или людоед?!»

– Верно. Есть у Айне особый дар. Этот талисман защищает тебя от опасностей. Дикие звери не тронут. Не заметят просто. Талисман им нюх отводит и глаза.

Вит вздрогнул, вспомнив окровавленные морды волков, там, у ручья…

– Вы тоже… маг?

Вит хотел сказать «колдун» но в последний миг передумал. Обидишь чем старикана, а он в гусеницу превратит или в кудлатого пса…

– Все дети драконов обладают даром магическим. У каждого свой. Дар передается только детям драконов. Внуки и последующие потомки дар не получают.

– И какой же у вас дар?

Старик усмехнулся, зыркнул на Вита весело.

– Все узнаешь, землянин, все в свое время…

«Он знает, что я с Земли. Мысли мои читает?»

– Мысли я не читаю. Твои мысли написаны на твоем лице. Про то, что ты не из этого мира я сразу увидел.

– А то, что я с Земли, как узнали?

– Тише… Не оборачивайся. Иди, как идешь и ничего не говори, ни слова!

Вот теперь Вит услышал топот копыт за спиной. Топот явно приближался. От напряжения кожа на шее заледенела и покрылась мурашками.

Всадник обогнал их и загородил дорогу. Подскочили еще трое.

«Попал…»

Господин Харви разглядывал старика Грэди, не обращая внимания на окаменевшего Вита. Взгляд у господина Харви был нехороший, острый как шило… Смотрит, щурясь, сволочь… Наконец открывает рот.

– Братец, как давно мы не встречались?

Старик улыбается спокойно и доброжелательно как неразумному внуку.

– И тебе доброго дня, Харви. Пропусти нас.

– Зачем ты выполз из леса, старый червяк?

– Погреться на солнышке и вот, помощницу мне добрые люди привели…

– Ты видел вчера или сегодня в лесу одного из моих людей?

– Молодой, в коже желтой, с пушком на щеках?

Вит вздрогнул и опустил глаза.

«Харви меня не узнал… Почему? Старикан навел на него наваждение?»

– Видел, значит!?

– Видел. Как не увидеть. Чужак всегда в лесу заметен. Шел он по берегу реки на закат.

Харви пришпорил коня и убрался с дороги. Следом поскакали стражники. Удаляющийся топот пролился бальзамом на душу Вита.

– Он меня не увидел?

– Увидел он девчонку – замарашку с корзинкой снеди.

– Вот каков ваш дар? Морок наводить?

– Тебе это не повредило. Идем быстрее. Не люблю я открытого пространства.

Они вошли в лес и под кронами деревьев старик сделал глубокий вдох. Лицо порозовело и плечи распрямились. Широкая тропинка позволяла идти рядом. Варви появился внезапно из-за деревьев, обнюхал шумно сапоги Вита и умчался дальше по тропе.

Вит, поколебавшись, задал свой главный вопрос:

– Айне вытащила меня в ваш мир, и только она может вернуть обратно?

– Это знает только она. У каждого отпрыска дракона есть свой дар. Людей из других миров я раньше не встречал. Ты – первый. Дар Айне велик и не зря наш отец Бэрхарди надел на нее заговоренный ошейник.

«Живет в лесу, а все знает!»

Старик увидел рядом с тропой гриб на длинной ножке, явную поганку. С кряхтением нагнулся, понюхал и сунул под свой мохнатый плащ.

– Почему ты хочешь вернуться, Вит?

– Здесь нет Интернета и компа! – быстро выпалил парень.

– Эти две вещи были для тебя важнее всего? Важнее любви, семьи и любимого дела?

Вит замялся.

Любви у него не имелось на Земле, семьи тоже… Любимое дело? Хм… добиться звания маршала в Кросс Файр? Ха… Тупизм какой-то?!

– Это для развлечения такие штуки…

– Ты жил, развлекаясь и все?

– У нас так многие живут…

– Гиблое место ваш мир! Неправильное. Жить только в развлечениях глупо… Люди должны созидать, а не развлекаться. Каким ремеслом ты зарабатывал на жизнь?

– Э…

– Ты жил как сыночек дракона в высокой башне, на всем готовым и умирал от скуки?

– Вот комп и Интернет мне и не давали умирать от скуки.

– Бездельник и лентяй! – подвел итог старик.

Вит хмыкнул, заглянул в его лицо и сбился с шага. Со стариком произошла разительная перемена. Грэди – сын дракона помолодел лет на двадцать, волосы потемнели, морщины разгладились. Он уже не сутулился и не опирался на клюку. Нес ее подмышкой, уверенно шагая, даже не глядя под ноги.

– Вы помолодели!

– Лес дарит силы и здоровье. Вот это и есть мой дар.

«Нехило устроился, сын дракона!»

Желудок заурчал, напоминая о себе. Вит теперь бы не отказался и от каши, что приносили рабам, топчущим колесо…

– Еще немного и мы придем! – подбодрил его Грэди.

Немного это растянулось еще на час не меньше. Когда впереди замаячил покрытый мхом черный частокол, старик исчез. Рядом с Витом шагал мужчина не старше сорока. Крепкий, широкоплечий. Борода потемнела и уменьшилась. Стукнув в частоколом концом клюки, обновившийся Грэди подмигнул Виту и скомандовал громко.

– Трес, отворяй!

Тяжелые шаги из-за частокола завершились скрипом. Дрогнув, часть забора отодвинулась в сторону, открывая проход на двор, покрытый ровной, словно газонной, травой. Грэди пропустил Вита вперед. Он вошел и встал как вкопанный. Мимо прошмыгнул бродяга Варви. У ограды, на задних лапах стоял медведь. Бурый, с блестящим черным носом. Метров трех не меньше ростом. Медведь шумно понюхал воздух, уставившись на Вита. Варви потерся о ногу медведя лохматым боком и сел рядом, свесив язык. Талисман на груди на медведя не реагировал. Грэди положил руку на плечо гостя. – Это – Трес – мой страж ворот. Ты со мной и с талисманом, не бойся. Проходи. Трес, закрывай!

Внутри, за оградой стояли три дома из темных бревен, На крышах их лежал дерн, зеленела трава. На крыше среднего дома, в траве стояла тощая, пятнистая коза и наблюдала за Витом холодными, злобными глазками.

– Баню протопили, хозяин.

Вит обернулся на глубокий, сильный голос. Медведь исчез. Рослый, бородатый дядька с кожаных штанах и в меховой бурой безрукавке на голое тело, босой, смотрел на гостя серьезно, изучал, можно сказать, тщательно.

– Хорошо, Трес. – отозвался Грэди. – Но сначала надо гостя покормить. Прошу в дом!

Когда входили в средний дом, пришлось пригнуться. Дверь узкая и низкая.

За высоким порогом оказалась большая комната. Вернее сказать в доме, и была одна комната без потолка. Тесаные бревна над головой смыкались высоко. Стол, две лавки сделаны из толстых досок. Шкуры на полу. В углу дальнем огромный очаг. Над ленивым пламенем булькает чем-то вкусным закопченный котел. Вит проглотил слюну.

От очага приблизилась с поклонам худощавая женщина в длинном сером платье. Волосы забраны под цветастый платок. В жилистых руках она держала медный тазик, через плечо у женщины висело расписное полотенце. Грэди помыл в тазике руки и вытер о полотенце.

Вит повторил за ним процедуру омовением под холодным, пристальным взглядом женщины.

«Кухарка или прислуга?»

Грэди сел на лавку за длинный стол и усадил рядом Вита.

– Килли сейчас принесет еду. Она отменная стряпуха. Ты какой-то напряженный?

– Она, как и Трес оборотень?

– Да. Когда я в отсутствии, они живут своей звериной жизнью, а когда я возвращаюсь, превращаются в людей.

– Килли – она кто?

– Медведица, конечно.

– А коза, там, на крыше?

Грэди засмеялся.

– Коза – это просто коза! Люблю выпить молоко на ночь.

Кухарка между тем выкладывала на стол одно за другим блюда с холодными мелкими цыплятами, обложенными вареными яйцами, нарубленный нажористыми ломтями копченый окорок, вареные овощи, похожие на картошку в мундире, кипу зелени в капельках воды, ломти ноздреватого белого хлеба.

– Начинай, Вит. Закусим перед супом.

Дважды не пришлось упрашивать. После полутора суток голодания Вит сейчас бы и корке хлеба обрадовался.

Потом кухарка подала в глиняных мисках душистый суп из раков.

Грэди ел не торопливо, дружески кивая Виту.

«Давай, мол, набивай брюхо!»

От обильной еды Вит осоловел. Он бы и съел еще чего, но уже некуда стало!

Кухарка убрала мясо и принесла пироги с мясной начинкой и без начинки, какие-то печеные хрустящие хлебцы и жбанчик с самым настоящим вареньем.

Вит тяжело вздохнул, озирая горы еды.

– Спасибо, больше не могу…

– Жаль. Ну, неволить не будем.

После еды, Грэди отвел Вита в самую настоящую русскую баню, с паром и вениками. Тут стало не до разговоров. Веником лесной колдун орудовать умел. Мышцы у Грэди имелись литые, а на поджарой фигуре ни капли, как говорится, лишнего жира. Вит ему искренне позавидовал. «Фитнес-центр что ли колдун себе завел?»

Выйдя в предбанник, разомлевший, распаренный Вит вместо своей одежды получил чистую грубую рубаху до колен и кожаные сапожки с короткими голенищами. Оборотень Трес проводил гостя во второй бревенчатый дом и там он на настоящей деревянной кровати уснул под мягкой шкурой, укрывшись по уши.

Проснувшись, Вит не сразу вспомнил про то где он оказался. Таращился на светлый квадрат окошка под потолком и собирал свои мозговые извилины. Вспомнил, наконец. Решил еще вздремнуть. Дверь отворилась без стука и оборотень Трес возник на пороге. В человечьем обличии он закрыл весь проем.

– Вит не желает размяться? Бой на палках?

– Не желает! – буркнул Вит, отворачиваясь к стене.

«Ну, да. Сейчас пойду спину под палку подставлять?!»

– Слабак? – прорычал оборотень.

«Да пошел ты, лузер!»

Вслух Вит ничего ни стал говорить. Медведь же…

Повалявшись в постели и поняв, что сон уже не вернется, Вит встал. Его одежда, постиранная и почищенная лежала на грубом деревянном стуле. Надевать куртку, обшитую сталью Вит не стал. Рубашка, штаны, сапоги. Достаточно… Открыв дверь, зажмурился от яркого солнца.

«Полдень уже? Может у кухарки чего осталось после вчерашнего?»

– Вит, как провел ночь?

Грэди в просторной рубахе стоял у верстака с длинным поленом в руке. Вокруг стружки и опилки.

«Он еще и плотник?! Обалдеть!»

– Э-эээ… Доброе утро. Нормально спал. Хорошо тут у вас. Тихо.

Грэди наклонил голову к плечу. Смотрел внимательно без улыбки.

– Чем бы ты хотел заняться в этом мире, Вит?

«На хрена мне ваш мир? Домой хочу!»

Он пожал плечами.

– Не думал, пока… Айне надо помочь слинять из замка. Жалко ее.

– Ты ее любишь?

«Вот же прилип, кудесник, любимец богов! Любишь, не любишь – бабский треп!»

– Она классная чувиха… ну… была добра ко мне… лечила…

– И как Айне должна «слинять»?

– Ну… я не думал пока… Наверное, сама знает.

– Тогда для чего ты ей?

«Она назвала меня своим рыцарем!»

Вит замялся. Неудобно послать гостеприимного хозяина куда подальше. Чего прилип?

– Да ладно вам! Разберемся как нибудь!

Грэди одним движением уселся на верстак, смахнув ладонью стружки и опилки.

– У тебя нет оружия против дракона, ты не умеешь владеть оружием или магией, у тебя нет верных людей и у тебя нет плана. Так?

– Оружие против дракона? Вы даете!

Вит улыбнулся.

– Может, перетрем все за завтраком?

Грэди махнул рукой.

– Ступай, Килли тебя накормит, а мне некогда. Высокое кресло из дуба планирую устроить.

– Успехов вам. – Вежливо пожелал Вит уже на ходу.

Аппетит разыгрался не на шутку.

После позднего завтрака Вит подремал в теньке под шелест рубанка. Грэди продолжал мастерить кресло.

За обедом пришлось все же рассказать дотошному колдуну о своих приключениях в замке дракона. Только у Вита сложилось мнение, что Грэди и так обо всем был прекрасно осведомлен. Колдун вернулся к рубанку, а Трес предложил заняться дровами.

Вит сначала согласился, но потом, увидев огромные пеньки и неподъемную секиру, дал задний ход.

– Как нибудь без меня!

– Что так?

– Не мой размер, ага!

– Слабак! – пророкотал Трес.

Следующие дней пять Вит провел как в санатории. Сон в мягкой постели, вкусный завтрак., загар на лужайке, обед, легкая дрема, гуляния по двору, ужин и опять сон.

Сытно, но скучно… А главное – безопасно!

Компанейский Варви составлял ему эскорт на весь день, отгоняя любопытную козу.

Грэди смастерил таки кресло из дуба, чем очень гордился.

«Корявое изделие!» – подумал Вит, но вслух высказал восхищение талантами хозяина лесного хутора.

Вечно немая Килли, строгающий деревяшки Грэди и здоровяк Трес… Одни и те же лица каждый день. Хорошо хоть оборотни пребывали в человеческом обличии… Вит готов был лезть на стенку от скуки.

«Зря я в город не пошел. Там, небось, клево. Развлечения всякие и посмотреть есть на что…»

Вечером, поковырявшись деревянной ложкой в каше, Вит тоскливо вздохнул.

– Когда Айне пойдем выручать?

– Пойдем? – удивился Грэди. – С кем?

– Ну, вы с Тресом, может еще кто. В лесу вас, наверно знают?

– Ты хочешь вызволить Айне?

– Ну да.

– У тебя уже есть план как это сделать?

– Ну… я думал вы поможете…

– Когда я тебе такое обещал? Здесь в лесу я живу уже много лет. В покое и тиши. У меня все есть. Я никогда не вмешивался в дела дома Бэрхарди. Почему я должен изменить свой образ жизни? Бросить налаженное житье и пуститься в драку? Ради твоих красивых глаз?

«Вот те на!?»

– Айне просила позаботиться о тебе. Я забочусь. Пою, кормлю, спать кладу. Драться за тебя в людьми дракона? С самим Бэрхарди? Странные фантазии поселились в твоей голове! К тому же за пределами леса я потеряю силы и опять стану стариком. Как старик и юнец смогут взять штурмом замок?

– Зачем нам штурм? Только Айне вызволить.

– «Нам»? Никакого «нам» и «мы» не существует, мальчик. Айне прекрасно сможет за себя постоять. Жила до тебя и будет жить после.

– Лучше бы я в город пошел… – буркнул Вит себе под нос, потрясенный трусостью Грэди.

– А что ты знаешь про город, великий путешественник?

– Почти ничего. – Признался Вит. – Расскажете?

– Как я могу рассказывать о том, где не был никогда?

– Жаль.

«Что-то он хитрит…»

– А я не жалею, мне и в лесу хорошо.

Ты я вижу, заскучал у меня. Возьми лук со стрелами ступай на охоту. На поляну у реки, там, где поваленная сосна, прилетают кормиться перепелки. Будет что в суп положить.

– А компас дадите?

– Что такое компас?

Вит объяснил. Грэди фыркнул презрительно.

– Примитивный прибор, как я понимаю!

– Но у вас его нет.

– Лес – мой дом и я здесь найду что угодно с закрытыми глазами. Так пойдешь на перепелок?

В результате Вит оказался выставлен за частокол с луком и колчаном, набитом стрелами.

Дорогу до реки указал Трес. Ткнул пальцем и скрылся за частоколом.

Пройдя с сотню шагов, Вит тропинку потерял. Вернее ее здесь и не было!

Реки не видно. Сосны кругом, да кустарник по краям полян. Птички чирикают наверху. Тихо и скучно…

«На фига мне эти перепелки?»

Вит развернулся и пошел обратно. Пройдя шагов двести понял что заблудился. Ни частокола, ни дерновых крыш над ним… Сунув руку за пазуху потрогал талисман. Не греется, почему-то! В тихом и светлом лесу Виту внезапно стало очень неуютно. Расслабился, размяк за последние дни! Тут только он вспомнил про лук. Снял с плеча. Ничего особенного – деревяшка гнутая и шнурок тугой.

«Ну и что дальше? Стану Робин Гудом?»

Зачесались руки – попробовать пострелять.

Вышел на ближайшую полянку. Наметил на противоположной стороне дерево.

Наложил стрелу, как видел в кино. Взялся за ее торец большим и указательным пальцами…

«Жаль меня никто не видит из своих!»

Тетива оказалось тугой и неудобной. Стрела так и норовила выскользнуть из пальцев как намыленная!

Щелк!

Стрела порхнула и ткнулась в траве, не долетев метров пять до цели.

«Слабо натянул».

Вит достал из колчана следующую.

Щелк!

Опять недолет…

«Что-то я делаю не так!»

Вит мучительно вспоминал стрелков из луков из фильмов и игр.

Еще одна стрела ткнулась в траву.

«Перепелки умерли бы от смеха!»

Теперь Вит был рад тому, что его никто не видит.

«А если указательным пальцем и средним натянуть?»

Вит рванул, как следует.

Щелк!

От режущей боли в левой руке забыл про стрелу.

Бросил лук и схватился за руку. Тетива рассекла кожу у основания большого пальца. Густо закапала кровь.

Вит вспомнил родную матерную речь, во всех красках описывая лук, Робин Гуда, и ехидного старика Грэди!

– Приложи листок долса, криворукий!

Вит подскочил как ужаленный, оборачиваясь.

Взлохмаченный парнишка в меховой безрукавке на голое тело стоял всего в трех шагах. Как подкрался незаметно?! Конопатый, без бороды и усов, совсем зеленый!

– Ты кто?

– Айомар из рода медведя! – гордо заявил парнишка, задирая нос. На кожаном грубом ремне его висел нож без ножен. За спиной лук. Штаны бурые, из кожи, а ноги босые.

«Дикарь? Хорошо, что один!»

– Вит.

– А дальше?

– Просто – Вит!

– С равнины убежал?

– Да.

Новый знакомец нагнулся и сорвал листок широкий, в пол-ладони.

– Давай руку.

Плюнул на лист и шмякнул прямо на рану.

– Эй!

Вит и руку не успел отдернуть.

– До заката проносишь – рана затянется. Проверено!

– Ты в лесу живешь?

Айомар расхохотался. Загорелый, воняющий потом, кожей и какими-то травами кислыми. Вон и зубы зеленые от жвачки!

– Где же еще?!

– Проводишь меня до дома Грэди?

Парнишка перестал смеяться.

– На равнину мы не ходим, там драконы. Сам знаешь.

– Грэди живет в лесу, здесь, недалеко. У него еще в услужении медведи-оборотни.

Айомар вытаращил глаза.

– Ты чего ел сегодня? С кустов, какие ягоды ел?

– Ничего я не ел. Проводи меня к Грэди, будь другом!

– Другом? Я тебя пока не знаю совсем. Может тебя Харви подослал?

– Ты знаешь Харви?

– А ты?

Взгляд Айомара стал колючим.

– Я сбежал из его отряда, на дороге. Должны были охранять караван. Сначала напали дикари, извини, ну, эти, мужики в шкурах, а потом караван исчез. Только трупы валяются в ручье!

– А где твое оружие и доспехи?

– У Грэди остались.

Лесной паренек насупился.

– Нет в лесу никакого Грэди и медведей-оборотней не существуют. Только наш род тут живет. Наши нападали на Харви – ублюдка драконьего, а он отбился. Ты там был и наших рубил?

– Никого я не рубил! Дали по голове дубинкой, и я упал. Когда встал все закончилось.

– Вижу, какой ты воин! Тетиву натянуть не можешь! Пойдешь со мной!

Вит попятился. Талисман на груди стремительно нагревался.

– Отвали, слышишь! Грэди – колдун и из тебя чучело сделает!

Айомар выхватил свой нож.

– Подбирай стрелы и пошли, драконий помет!

– Да пошел ты!

Вит рванулся через поляну как перепуганный олень.

До кустов не добежал.

Наперерез выскочил еще один пацан в мехах. Мелькнуло темное и Вит улетел во тьму.

…Грэди на точильном камне выводил лезвие рубанка, когда подошел Трес.

– Хозяин, медведи забрали мальчишку.

– Хорошо. Ступай за ними. Проследи.

– Он не воин, хозяин. Он мясо для клинков.

Грэди прищурился.

– В том то и беда! Сейчас он будет гирей на ногах, а не избавителем.

Вечером, готовясь ко сну, Грэди услышал легкий хрустальный звон. Снял холстину с зеркала, висящего на стене.

Возмущенная, покрасневшая от гнева Айне не дала колдуну и слова сказать.

– Я просила за ним присмотреть! А ты? Он в опасности! Грэди, ты не держишь своего слова!

Колдун выслушал поток слов, который обрушила на него Айне, совершенно спокойно.

– Мальчишка – лентяй, бездельник и белоручка.

Род медведей научит его, как рубить дрова и натягивать тетиву.

– Грэди! Ты обещал!

– Трес за ним присмотрит.

– У тебя он был бы в безопасности!

– Сталь закаляют в огне, а не в соплях, сестрица! Что Биатрак?

– Он хочет золота…

– Все его хотят… Жадный ублюдок!

– Что ты решил?

– Мы в начале пути, Айне. Не торопи события.

Девушка тяжело вздохнула. Тронула пальцем себя за подбородок.

– Ты на воле, а я здесь! Тебе легко говорить!

– Ты должна быть там, иначе ничего не выйдет.

Сколько времени прошло Вит точно не знал. Дни шли за днями. Календарей и часов род медведей не знал. Три-четыре месяца? Листья на деревьях начали буреть, облетать и ночами захолодало. Осень пришла? В мире драконов тоже есть времена года?

Старая подозвала Вита на рассвете, когда он уже собирался выходить, и вручила новенькие брогас, из шкуры быка, с крепкими завязками. Сбросив быстро старые, Вит обулся. Впору оказались. Мягко как в тапочках!

– В пору? – прошамкала Старая.

– Благодарю тебя, мать!

– Две перепелки с тебя, «Болтун».

– Я принесу четыре!

Старая засмеялась довольно.

Вит вышел из пещеры и тут же наткнулся на Айомара и Кении.

– Мы тебя ждать устали! Ты где застрял?

– Вот, у меня новые брогас!

Братья с завистью уставились на ноги Вита.

– Старая тебя любит, Вит! Поменяемся? Дам за них свой старый нож! – Выпалил Кенни.

– Ищи дураков в другом месте!

Кенни был братом близнецом Айомара. Чтобы их не путали пацан носил в ухе правом колечко медное с медвежьим клыком. На каменистом склоне, под пещерой у ручья только две девчонки возятся с кувшинами, да выше по склону, напротив, в кустах, сидит Мюргис.

Мюргис отличный стрелок, потерявший стопу правой ноги много лет назад и теперь он не охотник, а страж. Калек в роду медведя было всего двое – Мюргис и Фечин. Фечина подрали волки прошлой зимой, и он едва передвигался по пещере. Зато он делал отличные стрелы для всего рода. Ровные, гладкие и точные. Перья их не свистели и не гудели в полете. Дичь их не слышала. Коснувшись на счастье вырубленного из дуба изваяния медведя, молодые охотники двинулись вдоль русла ручья. Склоны лощины и вход в пещеры густо поросли лесом. Редкие лучи солнца даже в полдень проникали через кроны деревьев вниз. Поэтому здесь всегда пасмурно и влажно. На ходу Вит намотал полоску кожи на запястье левой руки и выше, вокруг большого пальца виток. Потер старый, едва заметный шрам. Стрелял из лука он теперь не хуже Кенни.

Пленником в пещерах Вит пробыл всего пару дней. Айомар и Кенни приволокли его без памяти. Очнулся голым, привязанным за ногу кожаной веревкой в темноте.

Раз в день пацаны приносили мясо жареное и воду в кувшине. Потом пришла седая тетка лет шестидесяти, внимательно его оглядела и вынесла приговор:

– Ступай, милок в лес на охоту, нечего здесь зад просиживать!

Тетку звали Лайлой, но все за глаза называли ее Старая. Она и впрямь из всего рода медведя была самой старой. Ее сын – Кадан и устроил то нападение на отряд Харви у дороги. Сам погиб и с ним полегли самые крепкие мужики – основные охотники. Как понял Вит из рассказов Айомара, Кадан мечтал заполучить настоящее оружие из стали. Вот и получил сталь в брюхо… Раньше Лайла правила родом за спиной сына, а теперь делала это открыто. Никто не противился. Род медведя жил в пещерах в лесу так долго, что и никто не помнил. Многие люди были беглецами с равнин., – когда-то рабами драконов и до сих пор хранили в своих сердцах ужас перед крылатыми чудовищами. Те, кто родился и вырос в лесу, с детства слышали жуткие рассказы о безжалостных и вероломных драконах. В глубине души у каждого сидел лютый страх. «Прилетит дракон и всех сожжет!»

В подземных лабиринтах проживало человек сто. В основном женщины и дети разных возрастов. Подростки, не попавшие в отряд Кадана, стали основными кормильцами рода. Питались пещерные жители в основном мясом, добытым на охоте, рыбой из речушек. Женщины искали в лесу съедобные корешки и всякие дикие фрукты. Они просто выживали, убежав от господ-драконов в чащу леса. Зона обитания рода пересекалась караванной дорогой, на караваны и завидовал покойный Кадан. Сколько всякого добра мимо проходит! На закат за лесом простиралась равнина до самого замка дракона Бэрхарди. На восход, за скалистыми холмами уже территория рода волка. Охотиться там было опасно для жизни. Охотники родов каждый день проходили по границе между родами, как пограничный наряд. Граница проходила по скалистой гряде. Род волка ненавидели и побаивались.

– Или убьют или к себе уволокут – сообщил Айомар. – Мрази – эти волки – дохлятину жрут и своих покойников тоже. А мы для них – свежатина!

Жили лесные люди в пещерах также и потому что ночью появлялись хищники, которых днем не увидишь. Камнеед каждую ночь приходил к входу в пещеру. Светились две пары красных глазок. Топал, пыхтел, хрустел камнями. Костер у входа, разжигаемый с заката и поддерживаемый всю ночь отпугивал хищника. Как он выглядит никто не знал.

– Почему – камнеедом назвали? – Спросил Вит, прислушиваясь к жутким звукам снаружи в первую же ночь в общей пещере.

– Слышь, как хрустит, камнями то? Жует их с голоду. Нашего мяса хочет… – отозвался тихо Кенни.

Тот, кто рискнул выйти из пещеры ночью, пропадал бесследно. На ночь, снаружи оставляли тела умерших с тем же результатом.

«Подкормили зверюгу, а теперь сами бояться!»

В десяти шагах от входа, располагалась большая пещера. В ней и спали на полу взрослые мужчины-охотники. В глубине, в боковых ходах, жили женщины с детьми.

Дым от костров уходил вверх в невидимые трещины. В пещере все провоняло дымом и пережаренным мясом. Люди тоже пахли соответственно. Про горячий душ и шампуни здесь никто никогда не слыхал. Прежнюю одежду у Вита забрали, а выдали драные кожаные штаны и меховую безрукавку. Ходить босиком было очень неудобно. Мелкий камни, острые сучки, колючки на траве…

– Ножки у тебя как у младенца нежные! – посмеялась Лайла и выдала новому охотнику брогас – башмаки из кожи, вроде мокасин. Старые, изношенные. Кто-то в них ходил… Но лучше так чем босиком.

Вит вначале ходил с братьями как помощник. Он был выше и крупнее пацанов и таскал за ними добычу на спине в кожаном вонючем мешке.

За день километров по тридцать проходили. Вит возвращался в пещеру еле живой. Потом втянулся. Братья научили его стрелять из лука, потрошить дичь и сдирать шкурки с еще теплых трупиков. Основной добычей были перепелки – птички, чуть меньше курицы, кролики с маленькими ушками и здоровенные жирные бобры, что жили у реки. Виту вначале вся эта живность казалась ненормальной. Разве бывает голубая кровь у перепелок? А у бобров по два длинных крысиных хвоста?

«Это ж другой мир, вот и живность не такая как у нас!»

Вит преодолел брезгливость, похудел и окреп. Ел что дают, вонь немытых тел не ощущал. От самого несло как от мусорного контейнера, скорее всего… Истоптав все окрестные леса, он так и не нашел усадьбу Грэди.

«Колдун отводит всем глаза, и никто его не видит!»

Другого объяснения не находилось. Люди рода медведя никогда про лесного колдуна не говорили, похоже и не знали о нем. На осторожные расспросы Вита только удивленное молчание. Тем не менее Вит не оставил свой первоначальный план – дойти до города. Жить в лесу весело, но не всю же жизнь! Тем более что Старая активно взялась подсовывать ему девчонок. Парень здоровый, видный, должен и девку уже обрюхатить!

Род жил единой семьей. Все были родственниками и все партнерами. Женитьба Виту не грозила, только на пахучих девчонок его не тянуло совершенно. Айни сидела в голове так крепко, как саморез в доске…

После гибели взрослых мужиков, пацаны были нарасхват и среди взрослых теток. Вита то и дело пытались прижать к стене или утащить в свои логова вонючие тетки с отвислыми сиськами. Вит сопротивлялся как девственница на первом осмотре у гинеколога. Тетки удивлялись и выпускали добычу. Айомар и Кенни то и дело хвастались своими ночными подвигами. Они то не сопротивлялись домогательствам женской части рода. В ожидании зимы в пещере коптили и вялили мясо, подвешивая про запас к потолку пещеры в сетках, плетенных из рол-травы. Зимой снег заваливал лес, и дичь что не уходила к югу, впадала в спячку. Попробуй, кого найди! В пещере и так было прохладно от стылого камня. Что ж будет зимой? Маленькие дети запасали сухое дерево, таская палки как муравьи весь день. Каменными топорами дров не нарубишь. Кроме того, пещерные обитатели никогда не рубили деревья, почитая их своими защитниками от драконов. Рубили только упавший сушняк.

Вит шел за братьями, размышляя, поможет ли ему талисман на шее ночью от камнееда и других местных зверушек. Будучи в отряде Харви он и не подозревал о ночных хищниках.

Имя Харви, сына дракона, было известно людям медведя. Он и его егеря не позволяли лесным охотникам выходить на равнину, где бегали стадами быки. Давнишняя вражда имело в прошлом не один десяток трупов. Егеря убивали лесных жителей при встрече. Лесные обитатели охотились на егерей из-за их стального оружия. Про Харви вечерами рассказывали страшные истории. Его не брали стрелы. Руки у Харви отрастали на десять шагов. Именно Харви отрубил ногу Мюргису, поймав у коптилен с ворованным мясом.

– Мюргис его потом много раз выцеливал. Только стрелы не долетают, а падают на землю. – Рассказал Айомар, тараща глаза.

Вита не убили здесь только по настоянию Старой. Шрамы от кнута на спине Вита внушили доверие ей.

Шестеро старших охотников до сих пор относились к нему с неприязнью, и общаться отказывались. Впрочем, Вит от этого не страдал. Айомар и Кенни, их друзья и подруги. В этом кругу Вит был принят за своего. Потому что он вечерами перед сном рассказывал такие истории! Виту взрослые немедленно приклеили кличку «Болтун». Он на нее не откликался, но постоянно слышал. Сегодня их троица отправилась в дозор, а не на охоту, за дорогу, в сторону скалистых холмов. Там Вит еще не бывал. Идти пришлось по лощине заросшей лесом, по берегу ручья. Там где ручей пересекала дорога Вит замедлил шаг.

Где-то здесь лежали мертвецы…

– Вит не отставай!

Он прибавил шаг.

Захрустело под ногами…

От горы трупов ничего не осталось. Мелкие косточки устилали берега.

– Здесь мертвецы валялись? – спросил Айомар.

– Здесь…

– Ничего не осталось даже червям! Ты чего бледный?

– Ладно! Идем!

Вит и сам торопился покинуть неприятное место.

В сумерках дошли к скалам. Братья знали пещеру, где обычно размещались охотники.

Ободрали кролика, подбитого по пути. Развели костер и зажарили тушку. Слопали полусырым. Терпенья не было ждать. Соли у людей медведя не водилось и потому мясо натирали травкой-лузу, по вкусу похожей на чеснок.

Пещера была здесь очень узкая. Скорее щель между рыжими скалами. Троим у костра еле уместиться. Здесь имелся запас сухих дров в глубине. На несколько ночей хватит.

Братья вытащили из пещеры пару шкур, вернее две меховых подстилки, сшитых из кроличьих шкурок. Улеглись.

– Вит, ты следишь за огнем до первой луны. Потом разбудишь Кенни.

– Ладно.

Виту, впрочем, и спать не хотелось. Место новое и что-то напряжно здесь дрыхнуть. На закатной стороне сквозь кроны деревьев должна появиться луна. На небе этого мира имелось три луны. Ночью они друг за другом прокатывались по небосклону.

Желтая, тусклая – Лу, красная, огромная – Вишу, синяя, бесформенная – Гошу.

Эти луны, окончательно убедили Вита в том, что мир этот чужой и далекий от Земли.

«Эх, Айне, как ты меня подставила!»

Далекая земная жизнь теперь казалась волшебным сном.

Все свои надежды на возвращение Вит связывал с Айне. И конечно она уйдет с ним вместе.

«Вот она удивиться, когда увидит нашу жизнь!»

Вит строил планы один круче другого. Все равно выходило, что надо возвращаться в замок.

Высокомерное лицо дракона Бэрхарди снилось ночами.

«Пацифист?! – спрашивал дракон издевательским тоном. – На цепь в подвал!»

Попадать на цепь в подвал или под кнут не хотелось абсолютно.

Вит сунул руку за пазуху, погладил талисман.

«Давно о себе знать не дает».

Он сходил за дровами, перешагнув через храпящих братьев.

Вернувшись с охапкой сучьев, замер. У входа поблескивали два глаза.

«Камнеед!?»

Темная масса двинулась ближе.

Вит прижался к скале, нашаривая на поясе грубый каменный нож…

«Он же боится огня!»

К костру, косолапя, вышел… медведь.

Поднялся на задние ноги и обернулся человеком.

Оборотень Трес через затухающее пламя костра уставился на Вита тяжелым взглядом.

– Идем, тебя ждет Грэди.

Мысли пронеслись в голове табуном вспуганным.

– Зачем? – выдавил Вит.

– Скоро зима. Умрешь от холода.

– Пожалели, значит, меня?

Трес хмыкнул.

– Не тупи, парень. Идем со мной.

– А вдруг ты не настоящий?

Трес опешил.

Вит подбросил деревяшек в костер.

Сел на каменный пол.

– Никуда не пойду! Я тут с ребятами на охоте. Я их не брошу.

– Кто они тебе? Эти – дикари.

– Они – мои друзья.

– Друзья едва тебя не пришибли.

– Ну не пришибли же! Они ребята простые, но надежные. Уходи отсюда.

– Грэди это не понравится!

– Да пошел он…

Трес отступил во тьму, опустился на четвереньки и уже медведем ушел в тень.

«Ну, я и мудак! Чего я уперся? Надо было идти к Грэди. Может новости от Айне какие пришли?»

Вит шустро поднялся, вглядываясь в темноту. Открыл рот, чтобы окликнуть Треса, но тут же передумал.

Обернулся.

Братья не спали. Смотрели из – под мехового покрывала пристально, блестящими глазами.

– Мы все слышали, Вит.

Про ночного визитера Вита братья не расспрашивали.

Утром выбрались из пещеры и двинулись гуськом по тропе, петляющей между деревьями.

Обычно сюда, к границе между родами приходили взрослые охотники. В эти дни они пошли на край равнины, рассчитывая завалить нескольких быков. Разведчики доложили о том, что Харви со своими людьми отправился в замок.

– Там стрелы не потребуются. Нужны копья. – Пояснил Айомар.

Когда вышли к скалам, торчащим над лесом, то открылась огромная долина, заросшая густым лесом. До следующей горной гряды на восходе идти не меньше пяти дней. Долина была домом рода волков.

Лежа на камнях, нагревшихся под солнцем, молодые охотники смотрели на недоступную и опасную долину.

– Там, говорят, есть соленое озеро, и соли у них, сколько хочешь, имеется! – произнес с завистью Айомар.

– Кто говорил?

– Кадан рассказывал охотникам, а я подслушал.

– Волки на обмен за что-нибудь соль не дадут?

– Раньше менялись, а потом пошла драчка. Они наших встретят – бьют, мы бьем ихних.

– С чего началось? – поинтересовался Вит.

– Не знаю, давно было.

– Кадан говорил, что вода в озере том все раны залечивает. Везет же волкам!

К полудню дошли до непроходимых отвесных скал и повернули обратно. Вспугнули перепелок. Сбили пару.

У речушки горной зажарили птичек и слопали. Вода в речушке была ледяная. Зубы ныли от такой воды.

– Сверху с гор течет, там, где снег всегда лежит. – Авторитетно заявил сытый Айомар.

Далекие заснеженные горы со скал были хорошо видны. Белые, холодные, в дымке, упирались в небо. Солнце каждое утро поднималось из-за них как из-за частокола.

«Наверно и там кто-то живет?»

К сумеркам вернулись к пещере. Вит тащил солидную охапку сухих дров.

Он уже раскаялся в своем ночном упрямстве. Надо, ох, надо было уйти с Тресом.

На подходе к пещере, Кенни насторожился.

– Дымом пахнет.

Айомар принюхался.

– Верно.

Держа наготове луки со стрелами, прокрались к пещере.

Горел бездымно костер. Пахло мясом. Услышав тихие женские голоса, охотники решились. Подскочив к костру с воинственными воплями обнаружили трех незнакомых девчонок. Девчонки завизжали, выставив навстречу парням заостренные жерди.

– Это наша земля и наша пещера! Кто такие?! – рявкнул Вит.

Братья опустили луки.

– Волки? Заблудились?

Девчонки из рода волка одетые в кожаные юбки и рубашки. На шее ожерелья из волчьих клыков.

Старшей примерно пятнадцать. Двум другим не больше десяти. Худые, длинноволосые… Сложили свои копья и наперебой заговорили.

Девчонки ушли за солью к озеру, а, вернувшись, обнаружили у пещеры рода чужаков.

Люди в железе вели связанных в цепочку людей волка, подгоняя ударами кнутов.

Маленьких детей запихнули в плетеные корзины с крышками. Погрузили на две повозки. Захватчики вытащили из пещеры все запасы еды и тоже погрузили в повозки.

Крик, плач, щелчки кнутов.

– Люди драконов?

– Нет! У них не было накидок со значками! Они чужие, совсем чужие!

Испуганные девчонки дождались, когда враги с пленниками удаляться и проникли в пещеру.

Они нашли только гулкую пустоту и тела мертвых.

– Они убили всех стариков!

Мелкие девчонки плакали, старшая рассказывала.

Они решили идти к роду медведей. Оставаться в опустевшей пещере было страшно.

Парни переглянулись. Уже темнело. Идти ночью по лесу невозможно. Верная смерть.

Кроме камнееда, еще и стаи волков-трупоедов любили охотиться по ночам.

Решили остаться на ночь, а утром возвращаться к себе. Новость о гибели рода волков следовало принести своим как можно скорее. Девчонки пожарили кролика, пойманного ими, поделили горячее мясо поровну. Парни сели к костру.

– Вит, поведешь девчонок к нам. А мы пойдем в долину. Может, найдем след чужаков. Посмотрим, чего они задумали.

– Почему я?

– Ты самый большой.

«И самый шумный в лесу!» – добавил за них Вит. Разве он мог сравниться с парнями, что с детства занимались охотой.

– Ты медведя не боишься! – подсластил отказ Кенни.

– Я вам говорил про медведей-оборотней и про Грэди-колдуна. А вы мне не верили!

Братья смущенно переглянулись.

Ночь прошла спокойно.

Утром, едва рассвело, разделились, как говорили. Вит с девчонками пошел к пещере рода, а братья двинулись на разведку в долину. Без помех, миновав дорогу, поднялись к пещере вдоль русла ручья. Девчонки не отставали, шли быстро.

Дозорного в обычном месте не оказалось. Вит поднял руку, потом присел за кустом.

– Что-то больно тихо. Наших не видно. Сидите здесь, я осмотрюсь.

Девчонки притихли и закивали. От дерева к дереву Вит переходил, мягко шагая и прислушиваясь. Талисман на груди не грелся. Возле устья пещеры он понял, что случилась беда. Ни звука не слышно, ни движения не видно.

Мертвецы лежали в ряд на каменном полу, рядом с погасшим костром. В запекшейся крови, полураздетые.

Старая… Фечин… Мюргиса Вит узнал только по культе… Еще две женщины… Вит попятился и побежал уже не таясь обратно.

Девчонки сидели на прежнем месте.

– Пошли в пещеру. На наших тоже напали… Всех увели…

Тела убитых вытащили на склон. Закапывать в землю не имеет смысла. Нечем, да и все равно выкопают… Едва зажгли костер, как пали сумерки. Стремительно темнело.

Вит нашел для девчонок несколько старых, облезлых шкур, разместил в отсеке, где раньше жила Старая. Сам сел у костра, вглядываясь в смутно светлеющие стволы деревьев. Запас дров в пещере остался. Все остальное, включая запасы пиши – исчезло.

Кто объявил охоту на лесных жителей? Харви? Драконы? Куда увели пленников и что теперь делать в преддверии зимы?

Вопросы множились. Где бы найти ответы?

Обернулся на шорох.

Девчонки явились.

– Можно мы с тобой рядом посидим? – спросила старшая.

– Сидите.

Явно обрадованные, девчонки разместились, кутаясь в шкуры у стены рядом. Им было страшно и хотелось поболтать.

Старшая из них начала первой:

– Меня зовут – Идан. Ее – Мирна, а ее Слейн. А как тебя зовут?

– Вит.

– А почему у тебя нет ожерелья на шее, как у охотников?

– Я здесь недолго живу. С лета.

– Ты пришел с равнин?

– Да. Из замка дракона.

– Правда, что дракон жрет людей?

– Не видел. Но говорят что люди волка едят мертвечину…

– Это неправда! – возмутилась Идан.

– Но волки то едят трупы. Я сам видел.

– Видел и остался жив?

«Меня сберег амулет Айне…»

– Живой, как видите!

Девчонки зашушукались.

– Спите лучше. Завтра придется, может быть идти далеко.

– Может лучше подождать твоих друзей здесь. – Рассудительно произнесла Идан. – Ой!

По склону тяжелые шаги быстро протопали.

– Кто это?

– Камнеед наверно…

Вит понял, что хищник отправился пожирать тела убитых и ему стало муторно.

Он подложил еще дров в огонь.

Всю ночь тошнотворное чавканье, утробное рычание и звуки драки доносились до пещеры.

Камнеед с кем-то дрался за добычу.

«Выйди ночью из пещеры и костей не останется!»

Вит уснул под утро, когда все утихло. На миг закрыл глаза, а открыл когда уже лучи солнца пробились сквозь листву, освещая узкую площадку перед пещерой. Оглянувшись на спящих девчонок, Вит осторожно выглянул из пещеры. Тела погибших исчезли. Тонкий слой почвы между деревьями сорван до камня, там, где их оставили. Трупоеды-могильщики потрудились на славу! Вит размышлял не долго. Оставаться в пещере или уходить – больше вариантов не было. Уходить – куда? В город? Бросить девчонок здесь?

«Ты, наконец-то свободен! Иди куда хочешь! Ты никому ничем не обязан!» – шептал внутренний голос.

«Братья вернуться, и позаботятся о девчонках. Тебе то, что до них? Чужие, из рода волка-волчицы – значит! У тебя своя жизнь!»

Вит колебался. С одной стороны, покидать надежную пещеру никак не хотелось, а с другой…

«Пещера ненадежна, болван! Чужаки напали и всех забрали с собой. Могут и еще раз прийти! Дорога теперь известна!»

В желудке забурчало, и сомнения отодвинулись на второй план.

Вит отправился на охоту. Он зашел далеко, почти до края леса. Уже ветром тянуло с коптилен запахами копченого мяса, да так что чуть-чуть и язык проглотишь. На поясе болтался подстреленный кролик. На четверых маловато… Если бы пробраться туда и стащить окорок? Вит добрался крадучись до края леса, затаился в кустарнике. До коптилен шагов сто не больше. Не видно ни души. «Оставлю лук с колчаном здесь и бегом – туда-обратно! Авось не заметят!» С каждой минутой идея казалась все более заманчивой.

– Вит… – тихо позвали из кустов справа.

Вит замер. Вгляделся.

«Знакомый голос!»

– Не ходи туда, не будь дураком…

– Трес?!

С легким шорохом из зарослей орешника выдвинулась массивная фигура оборотня. И как ему такому здоровенному удается так тихо ходить?!

– Ты за мной шел? Зачем?

– Сам знаешь. Не дури. Идем к Грэди.

– Зачем?

Трес выкатил грозно глаза, коротко рыкнул.

– Сам пойдешь или возьму в охапку и понесу…

«Он может… и не убежишь от него!»

Подчиняться оборотню Вит не желал. Возвращаться к ехидному колдуну тоже. В лесу среди пещерных людей он ощутил себя частью, какой-никакой семьи. Нужной часть и вполне самостоятельной. Мог добыть дичь и зажарить на огне, добытом самолично. Он научился посылать стелы точно в цель. Научился спать на голой земле и различать съедобные грибы от ядовитых. Научился потрошить добычу, не проливая желчи и спуская кровь как надо. Лес уже не казался опасным местом. Нужно держать нос по ветру и не лезть в опасные места, а в сумерках засесть в пещере и развести огонь. Он кое-чему научился за эти месяцы.

Колдун опять спросит: «Какой у тебя план?»

Плана Вит не выдумал. Он выжил в этом мире чудом. Дракон мог его уничтожить в любой момент, но по капризу, видно, выпустил. Опять лезть в его логово? Обломитесь!

– Упрямый пацан…

Трес обернулся в сторону коптилен и попятился в кусты.

За пазухой стало жарко и грудь зажгло.

«Талисман!»

«Беги… беги…» – зашептал в ушах тихий голос Айне.

Вит рванулся в лес, не раздумывая. Но на втором шаге ноги стали ватными, и он грохнулся на землю.

Ноги не желали двигаться. Он даже сесть не мог!

Вит похолодел от ужаса и едва сдержался от крика…

«Меня парализовало?!»

Он еще дергался как червяк, когда услышал шаги. Не скрываясь, несколько человек шли через кусты… к нему шли…

Подтягиваясь на руках, Вит заполз за дерево. Тут его и нашли.

Человек в черном и двое его подручных с веревкой…

…У сеновала, что возле коптилен, Вит угрюмо разглядывал носки своих брогас.

Ноги двигались, ага, только некуда теперь двигать!

Под стеной рядом сидели на земле слегка побитые охотники рода медведя, все шестеро взрослых мужиков. Охота на равнине у них явно не заладилась…

Их, как и Вита захомутали деревянной колодкой. Хитрая деревяшка из двух половинок, зажимала шею и обе руки в запястьях. Тяжелая, зараза!

Вит разглядывал, свои грязные пальцы и ругал себя последними словами.

«Попался, как кролик в силок! Придурок! Поволокут теперь в замок… на расправу…»

Заныла поротая кнутом спина.

Он ждал появления Харви, но не дождался. Люди в черной одежде поверх кольчуг, в шапках отороченных мехом, бородатые и горластые, пинками подняли пленников и, связав хомуты между собой, погнали гуськом в лес, по знакомой тропе. Всеми командовал дядька лет пятидесяти, чернявый с проседью. Он восседал на рыжем жеребце в черной одежде и в черном плаще. На груди его, на золотой цепи висел алый граненый камень. Рубин? «К дракону нас не ведут, тогда куда же?!» У торгового тракта, на поляне, где Вит, пережил свой первый бой, их ждали еще пятеро черных парней. Они караулили пленников. Угрюмый Трес сидел с колодкой на шее, а рядом все три девчонки из рода волка, без колодок, но со связанными руками.

– Туасал! Мы поймали еще рабов!

Мужик с рубином на шее пригляделся к новым пленникам.

– Кто они?

– Девчонки из того рода, из долины, а здоровяк ничего не говорит.

– Если немой – плевать! Дракон Эденхэрд хорошо заплатит нам и так. – Буркнул с седла предводитель. – Гоните их быстрее! До темна надо выйти к скалам!

У мужиков черном оказались короткие, но очень больно жалящие кнуты. Надсмотрщики шли по бокам колонны и били пленников в основном по бедрам. Вит заработал пару горячих ударов и темпа не сбавлял. Разговаривать не разрешали. Только тяжелое дыхание, топот и щелканье кнутов, да крики боли. Пленники, связанные между собой веревками длиной цепочкой шли быстро, почти бежали. Попить удалось только когда шли через знакомый ручей. Шея ныла, руки затекли… В довершение всего Вит обмочился. Охранники никого не развязывали и не снимали колодок. Делай в штаны, раз приспичило! Когда стемнело, шатающийся от усталости Вит, наконец-то увидел впереди скалистую гряду.

«Ночью здесь не ходят… Ночью должна быть остановка. Иначе придут волки, камнеед или кто другой… Они же должны знать местных хищников?»

Надежды на ночной отдых не оправдались. Короткая остановка. Пленники попадали на траву.

Предводитель отряд раздал своим людям факелы из мешка.

Пламя факелов было ядовито-зеленым.

– Магия… – зашептали пленники. При свете ядовитых жутковатых факелов колонна шла всю ночь… Люди шатались и падали. Их подбадривали кнутами.

Ядовитые ли факелы помогли или им повезло, но из ночного леса не вышел ни волк, не камнеед. Тихо было вокруг. Лес испугался чуждой магии и затаился… На рассвете, у ручья сделали остановку. Вонючий и мокрый от пота Вит пытался увлажнить слюной пересохший рот, но язык высок и слюна пропала. Рук он своих не чувствовал, а шея, натертая колодкой, горела огнем. Одну из младших девчонок отвязали, и она в кожаном бурдюке принесла из ручья воду всем пленникам. Вода воняла плохо выделанной кожей, но вкуснее ее Вит еще никогда в жизни не пил…

Надсмотрщики жарили мясо, и пили из фляг, но совсем не воду.

– Трес, куда нас гонят? Кто эти люди? – тихо спросил Вит.

– Тише. Не говори не слова. Я тебе помогу…

«Трес нарочно попался охотникам за рабами, чтобы быть рядом со мной!» – мелькнула молнией догадка.

Соленого озера пленники достигли только к вечеру. Голодные, вонючие… еле живые от усталости. Полдня младшие девочки ехали в седле впереди Туасала. Сжалился, сволочь!

Охранники в кольчугах тоже изрядно притомились. Они уже забыли про кнуты и брели, тупо глядя себе под ноги. Соленое озеро открылось сразу за высокими деревьями. Ровная синяя гладь едва подернута волнами. На скале над озером горели факелы и даже в сумерках кипела работа. Люди как муравьи копошились на скале. Они строили башню замка для нового хозяина этой земли, для дракона Эденхэрда. За частоколом под скалой размещался лагерь. Увидев выходящих из леса людей, на высокой бревенчатой башне затрубил рог.

Туасал приказал построить пленников в одну шеренгу. Из ворот лагеря вышли человек десять с пиками, в тусклых кольчугах. Выехал всадник. Туасал подъехал к ним, и некоторое время спорил, судя по повышенным тонам. Люди с пиками подошли ближе и встали напротив пленников. Идан, старшая из девчонок, стоявшая слева с краю притягивала их взгляды. Туасал вернулся с всадником на сером коне. Тот спешился и прошелся вдоль строя пленников. Рослый, бородатый мужик не старше тридцати. Судя по поясу шитому золотом – не простой воин. Длинный меч в ножнах оттягивает пояс влево.

На куртке его вышит в круге красными нитками знак, похожий на иероглиф.

– Мало, Туасал. Очень мало. – Сказал незнакомец.

– Я спешил, как мог, зная вашу нужду. В окрестных землях на краю владений господина Бэрхарди людей немного.

– А у Мэйхарди?

– Там пустыня. Госпожа всех распугала.

– Хорошо. Беру всех. За девчонок половинная цена.

Они опять заспорили. Но Вита это уже не касалось. Его, охотников рода и Треса повели к частоколу.

Ворота со скрипом отворились…

Рядом с воротами на П-образной перекладине висели два голых мертвеца. Их руки были прибиты в центре ладоней к верхней перекладине, а ноги не доставали земли. Ребра торчат из под кожи… Потеки свернувшейся крови на руках и плечах… Новым рабам дали полюбоваться зрелищем. Подошел бритый до синевы здоровяк с увесистым брюхом, обтянутым грязным красным кушаком. Широкие штаны непонятного цвета. Меховая безрукавка распахнута на волосатой, жирной груди. В руке черный кнут.

– Опять лесные уроды! Смотреть на меня! Я – Джоки, с сегодняшнего дня ваш опекун! Вы все рабы господина Эденхэрда! Работаете – живете! Не работаете – сдыхаете!

Вот те ублюдки пытались бежать, а теперь висят! Кто хочет бежать – говори сразу! Чтобы не мучился – прибью рядом!

Джоки захохотал.

Вита первым освободили от хомута и приказали снять хомуты с других. Надсмотрщики приказали всем снять одежду, все обыскали. Амулет на шее мерзнущего на ветру Вита не привлек внимания. Меховые безрукавки отобрали. Взамен раздали вонючие серые рубахи до колен. Потом погнали к ручью, что бежал под гору к озеру. Мимо грубых навесов, крытых камышом. Под навесами лежат рядами люди, как мертвые, неподвижно… Прижавшись к друг другу…

– Это дневная смена отдыхает! Нечего глазеть! Вы, ублюдки – смена ночная! Вперед!

Джоки шел следом и хлестал новых рабов по ногам и по спинам своим кнутом.

– Я вас пока ласково глажу, ублюдки! Воду пить и мыться! Шевелись!

Мальчишка в драной одежде и босой принес корзинку с вяленым мясом. Каждому досталось по куску.

– А теперь за работу, ублюдки!

Твердое мясо, похоже, было по вкусу на старый башмак. Вит пытался его жевать на бегу к скале. Там их ждали еще двое надсмотрщиков. На спины рабам надели носилки с лямками вроде открытого ранца, пошитые из грубой кожи. Наверху на скале ровная площадка уже обрамлялась растущими стенами замка. Неумолкаемый стук камня и крики надсмотрщиков. Деревянные леса в центре круглой башни кишат людьми. Камень за камнем… Здесь же рядом мешают в деревянных чанах раствор. В ведрах разносят к стенам и на башню. От костров и факелов светло как днем. Через растущие ворота на скалу тянулась вереница серых от пыли и одинаковых лицом рабов, тянущих на спине каменные, грубо отесанные блоки. Они сбрасывали их у подножия башни и рысью бежали обратно. Треса и Вита втолкнули в эту цепочку, и они затрусили вниз, под гору. Частокол окружал всю стройку и прилегающую к ней каменоломню. По частоколу на площадках стражники с пиками. И везде наготове надсмотрщики, с кнутами… Вит добравшись до ямы каменоломни, заполучил три хлестких удара. Над ямой стоял неумолкаемый грохот молотов и пыльная пелена. Надсмотрщики здесь ходили, обмотав морды тряпками от пыли. Свет десятков факелов с трудом проникал на дно ямы. По спиральной тропе, по краю ямы, рабы – носильщики спускались вниз. Там им грузили на спину каменный блок, а то и два и в обратный путь. Заполучив на спину каменюку, Вит пошатнулся.

– Не падай, парень! Иначе забьют насмерть! – рявкнул белый от пыли раб-погрузчик.

Вит, обливаясь потом, донес каменюку до подножия строящейся башни, сбросил и побежал обратно. Возле ворот три надсмотрщика с хаканьем пинали упавшего раба. Тот, скрючившись только дергался под ударами. Камень за камнем, камень за камнем. Каменная пыль забила глотку и нос, запорошила глаза… Счет ударам кнутов уже потерян.

«Вот попал, так попал! Попаданец, ага! Тут сдохнуть легко и просто! Бежать надо, пока силы есть!»

К рассвету Вит превратился в сломанного киборга. Спину разрывало болью. Ноги дрожали и голова кружилась. Он думал не про побег, а про глоток воды и про возможность упасть на землю и ничего не делать, хотя бы минут десять.

Каркнула трижды труба. Вит в это время брел к башне.

– Конец смене, сопляк!

Джоки толкнул Вита в плечо и он, не удержавшись на ногах, рухнул рядом с кучей камней. Замер, ожидая удара, но не дождался. Надсмотрщик отвернулся. Сложив руки накрест на груди, что-то бормотал под нос, часто кланяясь поднимающемуся над горами солнцу…

«Молитвы знает, подлюка…»

Измученные рабы толпой спускались вниз, в лагерь, а им навстречу спешили другие из дневной смены, подгоняемые ударами кнутов. Русло ручья в момент оказалось забито желающими напиться и умыться. То и дело вспыхивали перебранки. До драки дело не доходило – силы кончились. Вит опустился на землю, на вытоптанную до голой глины, землю. Вытянул с наслаждением ноги. Рядом сел Трес. От пыли оборотень стал русым.

– Мы здесь умрем…

– Ты крепкий парень, не вешай нос. Мы найдем тропинку отсюда. Нужно только оглядеться.

– Когда?

– Пару дней может быть.

Вит застонал. Еще две смены?

– Я не выдержу…

– Выдержишь. Грэди сказал, что в тебе есть стальной стержень.

Наконец рабы потянулись к навесам. Оттуда тянуло запахом какой-то стряпни.

Вит дождался, когда взмутненная вода очиститься и опустившись на колени, принялся умываться.

Трес оказался рядом. Сунул голову в холодную воду, а потом замотал ее как мокрая собака. Брызги полетели в разные стороны. Глиняные миски валялись у навеса на земле. Многие с обколотыми и погрызенными краями. Трес и Вит подобрали те, что целее и встали в очередь к котлу. За очередью присматривал Джоки и еще пара надсмотрщиков. Кто лез вперед – секли беспощадно. У огромного парящего котла орудовал поварешкой парнишка лет двенадцати. Затравлено косился на надсмотрщиков.

Виту плеснули в миску густой похлебки с нитями разваренного мяса. Стоящий рядом с котлом молодой надсмотрщик мазнул Вита по лбу пальцем. Сил уклониться не было…

Ложек здесь не имелось. Вит отхлебнул через край. Еще, еще и все кончилось. Вполне съедобно… Мало только. Пристроиться в очередь по-новой?

– Не вздумай! – Трес взял его за локоть и потянул в сторону навесов. – Лоб сажей не зря тебе мазали, чтобы второй раз не подходил. Идем, займем место, пока есть…

Под навесами на голой земле уже лежали рабы, многие мгновенно погрузились в сон.

«Как я усну на голой земле? При свете…»

– На спину не ложись. Застудишься. – Предупредил Трес, укладываясь рядом.

Вит лег на правый бок лицом к оборотню. Сзади к нему тут же кто-то прижался. Вит сунул руку под голову. Кто-то положил голову на его ноги. Храп, стоны, кряхтение, тихий разговор…

«Тут настоящий ад…»

Закрыл глаза…

…Стрелы стучали по высоким бортам повозки, сбитым из толстых дубовых досок. Они отскакивали от драконьей чешуи и падали в траву. Кенни, присев напротив, держал стрелу на тетиве, чтобы подняться и разом натянув, выпустить смертоносный привет людям драконов.

– Еще рано! – крикнул Вит. Взведенный арбалет лежал под рукой.

Возница повозки бездыханным валялся рядом, со стрелой в глазу.

«Кто – то у них там очень меткий ублюдок!»

Заревела гнусаво труба. Стих дождь из стрел.

– Сейчас пойдут!

Вит поправил на голове тяжелый стальной шлем с забралом. Было жутко и весело.

В глазах Кенни плескался бесшабашный пофигизм.

– А если сам дракон?

Вит обернулся. Губастый, рыжий парень в кольчуге не по росту, нервно тискал в руках ложе арбалета.

«Из нового пополнения… Как его зовут?»

– Драконы бояться за свою шкуру! У нас для них есть ответ, и они про него знают! Готовьсь!

Рев атакующей пехоты приближался. Звонко загудел рожок.

«Как автомобильный клаксон…» – внезапно подумал Вит.

– Пора!

Он поднялся над бортом повозки навстречу черной толпе, ощетинившейся пиками и мечами и плавно нажал скобу, посылая болт в разинутые вопящие рты…

– Вставайте ублюдки! А ну все встали! – орал Джоки. Щелкнул кнут.

Крепкие руки подхватили Вита и поставили на ноги.

Сонно моргая, он увидел Треса. Возмутился., с трудом выпрямляя одеревеневшую поясницу.

– Мы только легли!

– Молчи, уже закат. – прошептал Трес, заслоняя Вита собой от жгучего полета черного кнута.

Вокруг копошились под навесом рабы ночной смены. Проревела трижды клятая труба. Солнце наполовину уже спряталось за край далекой земли, там, где стоит замок дракона и где томиться в башне девушка с золотыми волосами…

Два раба так и не поднялись с земли под навесом. Умерли во сне…

Надсмотрщики погнали ночную смену наверх. Рабы оглядывались на мертвецов. Они избавились от мучений – боги к ним были милостивы… Вит обернулся и увидел, как уже голые трупы тащат за ноги за ворота.

– А если притвориться мертвыми?

Трес мотнул головой.

– Глупая мысль. Мертвецам вспарывают животы и оставляют в лесу, для волков.

– Откуда узнал?

– Рассказали уже…

В этот раз Джоки отрядил Вита и Треса подавать раствор в башню. Два ведра из дерева с веревочными ручками и сами по себе весили изрядно, а с раствором уж… Вит, стиснув зубы, топал по дощатым трапам, по лесам, все выше и выше. Надсмотрщиков на проходах не было, но не отфилонишь. Снизу за тобой бредут другие рабы с ведрами и с камнем на спине. Поднявшись наверх, Вит оказался под открытым небом. Помощник каменщика забрал у него полные ведра с известковым раствором, в обмен вручил пустые.

– Давай, назад, бегом!

Кнут ожог спину. Надсмотрщик наверху все же был. Вит, не успев оглядеться, нырнул вниз, по трапу. С пустыми ведрами бежать куда легче! Опять у подножья, опять тяжелые, неподъемные ведра!

«Чего они кран не могут выдумать что ли?»

Оказавшись опять наверху, Вит замешкался. Все заняты на кладке. Козла с кнутом тоже не видно. Поставил ведра на настил. Башня уже поднялась метров на пять. Идеально круглая стена выросла со вчерашнего дня на два метра. Здесь трудилось человек двадцать: мастера и помощники. Весь лагерь и весь замок как на ладони. Стены по кругу.

«У кого-то есть план и верный глаз…»

Вит воспользовался моментом, подхватил чьи-то пустые ведра, юркнул под трап в темноту и затаился. Все рабы серые и грязные, все на одно лицо. Может, не заметят? На голову сверху от шагов падали куски раствора и известковая пыль. Вит сидел как мышка, наслаждаясь безделием. Но не долго. Вниз, на промежуточный настил, спустился рослый парень, бородатый, пыльный. Помочился на стену. Обернулся.

– Зря ты тут спрятался. Найдут – шкуру спустят.

«Знакомый голос!»

Вит шагнул к незнакомцу, вглядываясь в лицо.

– Я тебя знаю?

Пыльный парень вздрогнул, присмотрелся сам.

– Виталик?

– Гока!? Гока!?

Они обнялись, крепко тиская друг друга. Вит проглотил слезы, спросил дрогнувшим голосом:

– Ты как сюда попал!? Слушай, от тебя половина осталась!

– Чего там! – прогудел похудевший и заросший бородой до глаз Гока. – Зато бегать могу!

– Давно здесь?

– На стройке дней десять, с самого начала. Меня этот сукин сын Туасал притащил от самого города.

– До города добрался, молодец! А я застрял в этих местах. Сначала в замке драконьем, потом в лесу. Вчера привели только. Слушай, где мы, по-твоему?

– Хрен знает где! Может в параллельном мире, а может в другой галактике. Я все мозги выкрутил, но ничего не понял.

– Тебя Айне завлекла, как и меня?

– Та белобрысая сучка? Она! Дракона предложила посмотреть… Попадется она мне – я ей покажу дракона!

Гока много дней блуждал по равнинам. Отощал с голодухи и пристрял к торговому каравану. С ним добрался до города Святых Врат, а там караванщики его просто продали как приблудившуюся собачонку.

– Ты – каменщик?

– Ну да! С батяней и дедом в деревне пару гаражей сложил еще, когда в школе учился. Пригодилось, как видишь. На стройке каменщики главные самые. Мы спим и едим отдельно, в бараке под скалой. Каштелян местный – господин Брайс обещал девок привести, если наша работа понравиться дракону.

– Ты видел этого дракона?

– Видел. Красивый паскуда – изумрудный в золотистую крапинку… В человека превратился – так пацанчик худой, одной рукой придавить можно.

Гока вздохнул.

– Попали мы с тобой, дружбан как мухи на липучку. Долго тут рабы не живут. До зимы построим замок и всех выгонять в лес, на поживу местным зверям. Кто жив будет…

– Зимы ждать не будем. – Твердо сказал Вит и рассказал другу про Айне, колдуна Грэди и оборотня Треса.

– С нами уйдешь?

– Надо все обдумать как следует! Беглецов за руки вешают, до смерти, видел?

– Эй, Гок! Гок! Ты там, что в дерьме прилип!? Давай наверх! Работа стоит! – зарычал сверху надсмотрщик.

Гок шлепнул Вита по плечу и полез наверх.

Вит, подхватив ведра, окрыленный встречей со старым другом, побежал вниз. Неожиданная встреча почему-то зародила надежду на изменение к лучшему.

К концу ночи Вит понял, что лучше камни таскать из каменоломни, чем раствор на башню. Руку поднять не мог, чтобы нос почесать. Руки как плети и бесчувственные…

По звуку трубы работы закончились. Жмурясь от солнечного рассветного луча, Вит побрел в лагерь. По лесам вниз спускались каменщики. Бородатые, пыльные, на одно лицо… Навстречу им спешила дневная смена с пилами, досками и молотами – наращивать леса. К рабам, плещущим в ручье подошел надсмотрщик Джоки. За ним два пикенера. Врезал кнутом по ближним рабам, просто так, из озорства.

– Так что, дети мои!? Кто желает сменить работу?

От удивления рабы затихли. Чего ж хорошего ждать от кнутобойца?

– Один хитрый дурак подставил руку под пилу и сдох! Истек кровью! Думал его лечить будут!

Джоки расхохотался в тишине.

– На распиловку нужен один. Кто желает? Никто? Тогда ты – бугай! Много досок напилишь господину.

Палец Джоки ткнулся в Треса.

– Иди сюда, ты ублюдок медведицы!

Трес почернел лицом, двинулся через податливую толпу.

– Трес! – крикнул Вит, поняв, что Трес сейчас начнет убивать надсмотрщика, а потом ничего хорошего для него не выйдет.

Трес обернулся, мотнул головой. Его плечи опустились. Он дал себя увести к кузне.

Там на его ногу наклепали цепь с куском камня, чтобы не мог бегать.

Доски пилили за частоколом, в лесу. Там был свой небольшой лагерь. Доски пилили только днем. Треса повели работать вместо отдыха и обратно не приведут…

«Как же я убегу без него?»

Лишившись поддержки оборотня, Вит сразу почувствовал изменения не к лучшему. Похлебки ему налили вполовину меньше чем вчера. Лечь под навесом не дали, а вытолкали к краю. Вит все вытерпел. Он уже разобрался, что в группе рабов под навесом большинство мужчин из рода волка. Бывшие охотники держались вместе, чужаков презирая и выталкивая подальше от себя. Проснувшись на закате, Вит не увидел на ногах брогас. Кто-то украл обувку, да так ловко, что он и не почувствовал.

Бегать всю ночь с грузом босым, да по острым камням…

Кнут Джоки ткнулся в грудь Вита.

– Где твоя обува, худой?!

– Украли…

– Нежный мальчик потерял тапочки! – захохотал Джоки. Схватил Вита за шиворот и, приблизившись, нос к носу негромко спросил:

– Хочешь получить тапочки, малявка?

– Хочу…

– Подставишь задницу – получишь.

Вит замотал головой.

– Нет… не согласен…

– Нежный мальчик лишился нянечки и не понял где он есть? Утром запоешь по-другому!

Поранив несколько раз до крови подошвы, Вит, улучив момент, подобрал в каменоломне острый камень. Отпилил куски кожи от штанов и замотал ступни, подвязав клочками от рукахи. Помогало мало. Обмотки норовили развязаться и отлететь. Вит опять заматывал на ноги куски кожи, получая все новые и новые удары кнутов. К утру, он хромал. Спина горела. Пить хотелось неимоверно, до иссупления. Пересох рот, горело лицо. Обильный пот тек между лопатками. Подмышками хлюпало.

«У меня жар… Дело плохо…»

Вит с трудом поел все ту же похлебку и подойдя к навесу не нашел свободного места. Надсмотрщики зорко следили, затем чтобы рабы лежали только под навесами и секли в оттяжку нарушителей. Почему-то лежать и спать можно было только в этом месте? Чтобы легче было следить за ними?

– Нежному мальчику нет места? – Подкравшийся Джоки шлепнув, Вита по спине ладонью.

Вит скорчился от боли. Некоторые удары кнутов рассекли кожу и раны присохли к рубахе.

– Ты нерадивый раб. Или ты любишь боль? По заду тебя не секли, твой зад берегут для меня!

Джоки захохотал.

– Парни, хватай его!

Надсмотрщики повалили извивающегося Вита и, схватив за руки и за ноги швырнули под навес, в человеческую плотную массу. Удары посыпались на Вита со всех сторон, теперь уже от рабов, разозленных его вторжением. Сверху посыпались удары кнутов. Надсмотрщики забавлялись. Несмотря на страшную усталость Вит заснуть не мог. Его лихорадило. Да тут еще ветер с озера подул холодный. Дрожа от холода, зажатый между двумя парнями из рода волка, он некоторое время пребывал на грани сна и бодрствования, в мучительной дреме.

«Надо найти Гоку… Тут мне совсем худо будет…»

Вит выбрался из тесноты лежащих тел, вышел из под навеса.

– Куда? Пошел назад! – рявкнул молодой надсмотрщик, занося кнут.

– Мне надо туда! – Вит схватился рукой за живот.

– Беги быстрее!

Вит побежал туда, где под стеной воняла узкая яма для нужды. Когда яма наполнялась дерьмом – мальчишки рабы вычерпывали его и таскали зловонное содержимое в лес.

Вит присел на краю ямы, делая вид, что пришел по нужде, озирая лагерь и прилегающую стройку… Солнце проглядывало изредка сквозь низкие темные тучи, бегущие с закатной стороны. Погода портилась.

«А если дождь пойдет?» – с отчаянием подумал Вит.

Башня дракона росла быстрее чем окружавшие ее стены. Будет красиво смотреться на фоне рассветных заснеженных гор. Поселится здесь дракон чтобы измываться над людьми. Не потерпит он рядом вольных племен. Нет будущего для рода волка и рода медведя.

– Чего расселся, урод!

Незнакомый надсмотрщик, мускулистый, сытый, с курчавой бородкой, поигрывал кнутом.

– Пошел работать!

Вит поднялся, подтягивая штаны.

– Я из ночной смены…

Стремительный удар в лицо ошеломил его.

– У нас Джоки…

От следующего удара онемела губа и рот наполнился кровью.

Надсмотрщик сгреб Вита за шиворот и потащил за собой как щенка… С ног слетели обмотки. В отчаянии Вит пытался упираться. Удар поддых выбил воздух из легких… Спустя много много мгновений переполненных мучительной болью, Вит очнулся на четвереньках.

– Вставай дохлая мразь! Вставай! – орал надсмотрщик.

«Не встану, забьет до смерти…»

Вит поднялся, держась обеими руками ноющий, напряженный живот. Его тут же опять сгребли за шиворот и поволокли к скале… Вит брел от каменоломни с камнем на спине, тупо считая свои шаги, чтобы не упасть. Холодный ветер усилился. Грубая рубаха не спасала от холода. Только в каменоломне было тихо и казалось что тепло. Ног он не чувствовал. Шел на деревяшках будто… Уже и отчаяния не осталось. От ударов кнутов он только вздрагивал и продолжал идти.

– Ты чего шепчешь?! Колдуешь?!

Кнут ожог левое плечо. Вита схватил и за волосы, и вывернули шею до хруста.

Все тот же сытый сукин сын с курчавой бородкой…

«Он от меня не отстанет…»

– Я считаю… шаги считаю… свои…

– Считатель! Ленивая мразь!

От толчка Вит упал набок и скрючился, закрывая живот от пинков.

– Считает он! Я из тебя дурь выбью!

Спина хорошо что укрыта носилками с камнем…

От пинка в голову в шее мерзко хрустнуло и зазвенело в ушах.

«Меня убивают… скорее бы…» Следующего удара не последовало.

– Как имя? – прозвучало над полумертвым Витом.

«Мое…»

Какое блаженство – просто лежать на земле… просто лежать…

– Дави, господин! – рыкнул надсмотрщик.

– Скольких рабов ты убил, Дави?

– Троих, господин!

– Каждый раб обошелся мне в три серебряных марки. Сколько марок ты отправил в лес на корм волкам?

– Не могу знать, господин! Счету не обучен!

– Ты назвал этого раба считателем? Почему?

– Он сказал, что считает шаги! Нагло врал, мой господин!

Приблизился рыжий сапог и ткнулся в щеку Вита. Он скосил на него слабеющий взгляд.

– Раб, сколько марок потратил надсмотрщик Дави?

– Девять…

– Как зовут?

– Дави, господин! – рявкнул надсмотрщик.

– Не тебя, дубина! Как зовут раба?

– Не могу знать, господин!

– Вит… я… Вит…

– Кадди, а ну поднимите раба Вита!

Вита освободили от носилок на спине и одним рывком подняли на ноги.

Он увидел растерянного. Дави с красной мордой и каштеляна замка – господина Брайса, того, что покупал рабов у Туасала.

– Сколько пальцев на руке у меня?

Вит покосился на растопыренную пятерню Каштеляна.

– Пять…

– У десяти человек сколько пальцев?

– Сто… пятьдесят на руках и столько же… на ногах…

– Ага… Почти правильно. Ха! В два раза больше должно быть! Кадди, считателя ко мне в дом, пусть девки приведут в порядок, а этого – Дави – в каменоломню – пусть отработает мои девять марок – каменотесом.

– Господин!

Дави упал на колени.

– Пощади! Меня там убьют!

– Ты крепкий, сытый, небось, выживешь!

Два стражника поволокли Вита, едва передвигавшего ногами мимо башни, в глубь двора, туда, где стояли бараки охраны и домик Каштеляна. Он закрыл глаза и покатился… в темноту…

… Комната пуста. В дальнем конце белое окно из трех секций. Вит идет к окну. Ноги сами несут его. Плавно, очень плавно.

От окна веет жутью, от которой сердце замирает.

«Не хочу… не хочу…»

Он идет вопреки своей воле к окну. Все ближе… Нет стекол в рамах и там снаружи его ждет нечто настолько жуткое, что не хватает разума представить это.

Вит останавливается, упираясь руками в подоконник, пытается пятиться, но его тянет туда в белое ничто…

«Ни за что!»

Он приседает, холодея от ожидания…

Снаружи из окна в комнату к нему тянется голая бледная женщина с распущенными грязными волосами. Под черными прядями прямыми не разглядеть лица!

Ее руки, невообразимо длинны.

Руки хватают Вита за плечи. Тянут, тянут… Жуткое белое лицо за занавесом волос стремительно приближается. У нее черные, распухшие губы…

Сердце остановилось и холод потек по жилам.

«Это – смерть… Я умер…»

Защипала боль на груди, горячим зажгло… Последним движением Вит поднимает правую руку и показывает женщине средний палец.

Его отшвыривают прочь, на пол. Он падает навзничь и…

…Вит открыл глаза. Сердце колотиться в груди как собачий хвостик. Во рту мерзость, которую не проглотить. «Присниться же гадость такая…»

Потолок из грубых некрашеных досок. На балках видны отметины топоров. В узкое окошко, забранное чем-то белым, полупрозрачным льется тусклый желтый свет.

«Я на даче у кого-то? Мне все приснилось. Мир драконов, строительство. Рабы. Как хорошо!» Он попытался приподнять голову, но ничего не вышло. Заныла шея, спина отозвалась уколами боли.

– Пить хочу! Кто есть тут?!

Слабый собственный голос Виту не понравился.

Легкие шаги. Над ним склонилась… Идан… девушка из рода волка.

Поднесла к губам Вита ковшик деревянный с водой.

Он жадно выхлебал все, щедро проливая драгоценную влагу на подбородок и на грудь.

– Спасибо… Где я?

– В доме господина Каштеляна, да хранят его духи!

– Принеси мне одежду…

Вечером, когда Вит, покончил с кашей и сидел на лавке у стены, приводя мысли в порядок, в дверь без стука вошел Каштелян. Вит немедленно поднялся на ноги, неловко поклонился. В новой чистой рубахе на голое тело и без штанов, он себя чувствовал очень неловко. Господин Брайс сунул руку за пояс, усмехнулся.

– Отживел, считатель Вит?

– Отживел, господин. Пусть хранит вас бог за вашу доброту!

– Бог? Который?

– В которого вы верите!

– Находчивый! – усмехнулся Каштелян.

Сел на лавку, положил на стол свернутые в трубку грубые листы.

– Ты не сын дракона, Вит. Думаю, ты его внук. Из какого замка не спрашиваю. Беглый ты, сразу видно. Знаешь, Вит, я тоже внук дракона. Магии мне не досталось, только меч!

Он погладил ласково по ножнам своего длинного меча.

– Как вы догадались?

– Только отпрысков дракона учат счету и письму.

Тут на стройке сейчас около тысячи рабов и три сотни надсмотрщиков и охраны. Считать умеют свыше десяти только двое – ты и я!

Мне нужен помощник, Вит. Нужно смотреть за всеми и еще считать. Людей, рабов, запасы, материалы – все считать и постоянно. У меня не хватает на это времени. Возьмешься, Вит?

– У меня есть выбор?

Каштелян усмехнулся.

– Выбор есть всегда. Можешь вернуться под навес и сдохнуть через пару дней, а можешь стать моим помощником. Будешь жить в этой комнате. Еда и одежда как у стражников. Девку дам. Стройка еще долго будет продолжаться. После нее – захочешь уйти – уйдешь. Захочешь остаться – я скажу про тебя хозяину добрые слова. Будешь в замке не последним слугой. Может даже станешь когда-нибудь каштеляном. Что думаешь Вит?

«Так вот как вербовали власовцев фрицы во время войны!»

Вит облизнул сохнущие губы.

– Буду рад вам услужить, господин.

– Слова умного человека. Я не ошибся. Садись рядом. Вот это счет…

На строительстве замка Каштелян Брайс был полным хозяином, управлял всеми по воле дракона и по своему разумению.

Вита одели в черное сукно как стражника, только кольчугу и оружие не дали. Его оружием стал свиток пергамента за поясом и свинцовая палочка для письма. Цифры в мире драконов оказались не сложными. От одного до пяти – палочки, как в римском счете. Пять изображал неровный контур растопыренной руки. Две руки – одна стопа – десятка изображалась контуром человеческой стопы, при скорописи удлиненный овал.

Контур человека – это двадцать пять – двадцать пальцев, четыре конечности плюс голова.

Вит вначале писал человеческие цифры, а потом переводил на местные для каштеляна.

Охрана косилась на Вита. Он был чужой и опасный. Когда он провел ревизию на складе провианта и обнаружил недостачу, Каштелян отправил кладовщика в каменоломни и его там, в первую же ночь прибили камнем. Новый кладовщик стелился перед Витом пуще, чем перед Брайсом. Идан, служанка Каштеляна была приставлена к Виту, носила еду с кухни, убиралась и грела постель. Только грела. Вит с ужасом в первую же ночь понял, что стал импотентом. Как девчонка не крутилась, а ничего не вышло. Они теперь только ели и спали вместе. Впрочем, таким оборотом Идан оказалась вполне довольна.

Ее сестер младших, отдали для потехи стражникам в первую же ночь. Девчонки умерли на второй день. В доме Каштеляна жило шесть девушек, молчаливых и пугливых. Каждая знала, что в любой момент отправиться может в барак к охранникам или еще хуже к надсмотрщикам. Новенький дом с еще не просохшей внутри штукатуркой, содержался в идеальной чистоте. Все терли и мыли целыми днями. Ночью кто-то из девушек отправлялся греть постель Брайсу, по его выбору. Идан выпала из этой круговерти и со страхом ждала будущего. Вит со скуки занялся учить ее счету и письму. Писал он, конечно по-русски. Местное письмо было создано в виде иероглифов-картинок. Каждый знак обозначал слово, и запомнить их было непросто. Впрочем, от Вита требовался только счет. Брайс вначале был удивлен непривычными цифрами и буквами. Вит отговорился, что он с далекого юга и там, в ходу такие вот буквы. Брайс сделал вид что поверил. В сопровождении стражников Вит прошелся по всем лагерям, пересчитал рабов.

Оказалось девятьсот шестьдесят семь мужчин в возрасте от десяти до пятидесяти лет.

Взрослых женщин и маленьких детей в лагере не оказалось. Охотники за рабами их продали в другое место? Просмотрев расчеты Брайс приказал увеличить пайку рабам.

– Они как дохлые мухи стали. Пусть едят. Время уходит, Вит! Самое главное – результат. До зимы замок должен быть готов!

Стражники редко охотились в окрестностях, боялись стай волков, прикормленных мертвечиной. Раз в десять дней приходил караван из десяти повозок. Привозили в основном еду и инструменты. Караванщики, как, оказалось, были наемниками и за деньги возили по дорогам кому угодно – что угодно. Нападения на дорогах случались не редко и потому все ездили вооруженными до зубов.

«Однако Харви с тем караваном чего-то устроил!»

Провиант был вполне обычным для средневекового мира: копченое мясо и сало, сыры твердые и еще… хлеб. Впервые в этом мире Вит поел лепешек пшеничных. Что-то вроде лаваша – круглые и удивительно вкусные. По роду своей работы Вит теперь ходил свободно куда угодно. Все двери для него открывались охраной. За ним как привязанный топал стражник Мюрич – сумрачный длинный парень с клочковатой, дурацкой бородой.

«Вроде вольный, а под конвоем!»

– Это для твоего блага, Вит. – Сказал Каштелян. – Люди завистливы и злы. Из раба ты превратился в моего помощника. Трудно такое стерпеть тем, кто таскает камень или пилит деревья.

Взгляды, которыми провожали, Вита рабы, и надсмотрщики не сулили ему ничего хорошего.

Вит отлично представлял свою короткую судьбу, если по капризу каштеляна его опять отправят в лагерь рабов.

На строительстве замка господин Брайс мог любого поднять или опустить по ступеням «пирамиды». В самом низу пирамиды размещались рабы-носильщики, лесопилы, чуть выше – каменщики и плотники, еще выше – надсмотрщики, потом – стража и венчал пирамиду каштелян замка – господин Брайс – Главный надзирающий за строительством. Он командовал стражей, он же надзирал за проектом. То, что у Брайса имелся проект замка Вит был уверен на все сто. Держать в голове план строительства каштелян вряд ли мог.

Вит по своему статусу болтался между охраной и надсмотрщиками, нигде не став своим. Рабы на его смотрели со злобой, а стража с презрением, ведь он не носил оружия. Очередной караван привез в замок два десятка плотников. Они были членами городской гильдии, а не рабами. Плотников поселили в отдельном бараке и кормили наравне с охраной. Старшим в бригаде был к удивлению Вита мелкий, жилистый мужичок средних лет с козлиной седоватой бородкой и высокомерной миной на узком лице. Звали его – Рамси. Плотники – на как на подбор рослый и рукастые дядьки, боялись Рамси как огня. Брайс послал Вита в лагерь на лесопилку. Конечно, никаких механизмов здесь не имелось. Бревно распиливали на доски и на бруски на высоких козлах. Один раб стоял на бревне, другой внизу. Пила метра два длинной порхала туда-сюда. Доски пилили только днем, при свете, чтобы выдержать толщину и размер. Напиленные доски и брус заботливо переложенные, сохли под навесами. Бревна из лесу приносили на плечах рабы, обычно по пять-шесть человек, сцепившись в дерево. Среди носильщиков Вит увидел Треса. Тот совсем не изменился. Борода только отросла… Подойти к оборотню Вит не решился. Кивнул издалека.

Все рабы на лесопилке подволакивали правую ногу, на цепи к которой был прикован кусок камня. Скорость передвижения носильщиков при этом падала до минимума, так как цепи то и дело застревали, и специальный мальчишка только и делал, что распутывал зацепы. Зато сбежать рабам было практически невозможно. Цепь коротка и камень в руки не возьмешь, а бежать по лесу, согнувшись в три погибели никто не сможет.

Вит тщательно пересчитал доски, бревна и брус и вечером представил расчет Брайсу. Тот позвал Рамси. Оказалось, что плотник умеет считать тоже. Он углубился в расчеты, а Вит похолодел от такой новости. Брайс отправит опять его к рабам?

– Недостаточно, господин Брайс. К тому же дерево сырое. Крыши потом рассохнуться и в дыры будет лить вода.

– К первому снегу крыша на башне должна быть. Условия контракта вам известны, Рамси.

– Да, но никто не предупредил о том, что сухого дерева и в помине нет! – ехидно заявил Рамси. – Гильдия снимает с себя ответственность за качество работ!

– Чепуха, Рамси. Вы подрядились, и вы все сделаете как надо.

– Тогда мне нужна сушилка для леса. Когда вы ее построите?

– Вы плотники, вы и стройте.

– Контракт такого не предусматривает!

– Рамси, или вы завтра построите сушилку и займетесь лесом, или я отошлю вас обратно в город с первым караваном и потребую от гильдии оплаты всех издержек.

– Вы не посмеете, господин Брайс! Дракон с вас голову сорвет – если не поспеете к сроку!

Вит стоял у двери, слушал перебранку и мотал на ус. Рамси не последний человек, раз может так орать на Брайса. Брайс, наконец, то отпустил Вита взмахом руки.

На следующий день рабы дневной и ночной смен были отравлены на строительство сушилки. Построили ее достаточно быстро. Рамси с бригадой плотников с деревом работать действительно умел. Только щепки летели! Длинный навес на столбах покрыли шкурами, а стены сплели из ивняка и замазали глиной с берега озера. Каменщики в это время возвели внутри печь из камня. Со всем управились к полудню и тогда Брайс приказал установить стены из плетеных щитов вокруг навесов, под которыми спали рабы. Стены снаружи и изнутри обмазали глиной.

– Пойдут дожди и размоют все к чертям! – заметил Гока, подходя к Виту.

Они посмотрели озабоченно на низкие серые тучи, в просвете которых солнечные лучи едва достигали земли.

– Поздравляю, братан, ты стал большой шишкой!

– Чего там…

– Нет, правда! Ходишь в теплой чистой одежде, в сапогах. Тяжелее стило ничего не поднимаешь. Как тебе подфартило? Брайс взял в любовники?

– Да пошел ты, Гока!

Гока засмеялся.

– Да, ладно, не злись. Я пошутил.

Вит пояснил другу причины своего внезапного вознесения к вершине пирамиды.

– Вот как? Про меня ничего этому дуболому не говорил?

– Дуболому?

– Ну, Каштеляну, я имел в виду!

– Зачем?

– И вправду – зачем! Держи ушки на макушке, Виталик! Любовь властей она штука капризная…

Наступил вечер и рабов разогнали по местам…

Вит вернулся в свою комнату, сел к столу и при свете фонаря еще раз просмотрел счета и расчеты, перекладывая листы пергамента. Оглянулся украдкой на спящую Идан, достал из-за пазухи листок пергамента, добавил новые данные. Это были его личные записи: план замка, расположение часовых, места хранения оружия, инструментов и еды. Как это может помочь ему сбежать он не знал, но счел, что информация никогда лишней не будет.

Теплые руки сзади внезапно обняли за шею.

– Вит не хочет спать? Ой, что это? Ты нарисовал замок?

– Тише!

Вит торопливо убрал пергамент за пазуху.

У Идан была светлая голова. Письмо и счет ей давались легко и теперь так запросто распознать в корявой схеме план замка! Вит обернулся и обнял девушку за гибкую талию. На ней только короткая рубашка из холста, едва до середины бедра.

– Не говори никому.

– Для чего ты это написал?

– Хочу убежать отсюда.

Глаза Идан вспыхнули.

– Ты возьмешь меня?

– Конечно…

Вит спрятал лицо на ее груди, чтобы не глядеть в глаза. Идан в план побега не была включена.

– Ты врешь… – тихо ответила Идан, и ее пальцы прошлись по волосам Вита., скользнули по шее, коснулись шнурка.

– У тебя странный амулет.

– Почему странный?

– Камешек никто не носит из лесных людей. Кто тебе его дал?

– Одна девушка…

Легкое движение.

Идан отскочила к лежанке. В руке покачивается амулет Айне.

– Верни, он мне дорог. Не надо с этим шутить.

– Отбери… шепнула она, вползая на лежанку.

Одним движением через голову стянула рубашку.

Крепкие как яблоки груди, молочно белые по контрасту с загорелой шеей. Узкая, талия, загадочная ямка пупка, темный уголок лобка, гладкие, круглые колени. Вит скользнул взглядом по телу девушки и потрясенный ощутил мощную эрекцию.

– Вит боится голой девушки? – шепнула улыбающаяся соблазнительница.

– Я не трус.

– Так иди ко мне…

И он пошел…

Все произошло не так как с Айне, сильнее, круче!

Он был в Идан, а она вокруг него, переплетенье рук и ног, стремительные движения замирают, стон потрясает до глубин души, еще… Оргазм нахлынул, как цунами и разорвал Вита на части… Он просто исчез, перестал быть… Он кричал, кажется даже!

«У меня получилось! Так классно! Я не импотент! Обалдеть!»

Руки горячей Идан обвивали его, нога закинута на бедро.

– Твой амулет заговоренный.

– Мне его дала Айне…

– Кто такая Айне?

Девушки после секса, оказывается, любят поболтать.

Размякший Вит неожиданно для себя все рассказал, про свое появление в этом мире, про замок дракона, про Айне, про Харви и пропавший караван, про Грэди и Треса…

Свеча в фонаре погасла, а он все говорил…

– Идан? Ты молчишь?

Она уже спала.

«Вот и хорошо, может половину не услышала!»

Вит заснул, как в яму провалился.

Теперь вечером он снимал амулет и с Идан у них все прекрасно получалось. Девушка рассказала о себе. Оказалось что она не лесная жительница. В лес в род волка попала в десять лет, после нападения на караван. До этого она с матерью и братом жила в Городе Святых врат.

– Тебе обязательно надо там побывать, Вит! Замок Дракона хранителя не такая груда камня как этот – он прекрасен! Башни ажурные со шпилями, вонзающимися в небо! Улицы мощеные светлым камнем ведут от замка к берегу моря, к заливу Светлой Радости!

Корабли под белыми парусами на воде залива как волшебные птицы!

О родном городе Идан могла болтать часами. Тем более со свежим человеком.

– Ну, если так там прекрасно – чего ж ты уехала?

Идан запнулась.

– Меня продали…

– Кто?

– Мама продала. Был плохой год, и она много болела. Нужны были деньги…

«Не так все и радужно в вашем городе, если голодные матери продают дочерей!»

Мечтой Идан было вернуться в город, к матери, найти работу в замке и выйти замуж.

– Работу в замке? У дракона?!

– Наш дракон, господин Айгонсхэрд – мудрый и справедливый правитель. Он хранитель Святых врат и он любит людей.

«Знаем мы этих человеколюбцев!»

Башня дракона выросла метров на тридцать, и теперь материалы для стен поднимали на канатах… Плотники мастерили уже в подвале знакомую вещицу – колесо для «белочек» – подъемный механизм будущего лифта.

Стена замка и воротная башня были завершены. Бригада каменщиков спешно возводила из камня под стенами дома для слуг, конюшни и другие хозяйственные постройки. На взгляд Вита новый замок мало, чем отличался от замка дракона Бэрхади.

Ночи становились все холоднее.

К удивлению Вита осенние дожди так и не пролились на замок и окрестные земли.

Осень в мире драконов оказалась сухой и холодной.

Каштелян приказал раздать рабам меховые безрукавки.

Караваны не привозили новых рабов, а количество имеющихся неуклонно уменьшалось.

Вит представил Каштеляну в один из вечеров последние расчеты.

Рабов оставалось семьсот пятьдесят шесть.

Выслушав, Вита, господин Брайс вопреки обыкновение предложил остаться на ужин.

На дубовом столе горели в кованном черном подсвечнике восемь свечей – неслыханная роскошь.

Две девушки бесшумно и быстро подали на стол блюда с мясом тушеным и вареными корнеплодами, по вкусу похожими на морковь, но по цвету светло-зеленые и круглые.

Брайс налил Виту в медный кубок красного вина.

– Я доволен тобой, Вит. Ты исполнительный и не ленивый.

Стройка подходит к концу. Еды для всех рабов на зиму нет. До снега придет караван с нанятыми слугами и с мебелью. Может быть, привезут еще немного еды.

Я полагаю, что из семи сотен рабов можно оставить в замке пять десятков, не больше. Тех, что покрепче. Завтра с помощью надсмотрщиков составь список нужных.

– А что же ненужные? Их убьют?

– Отпустить их я не могу, ты же понимаешь? Выгнать за стены – самое простое. Конечно, многих сожрут хищники, но кто-то обязательно уцелеет. Эти твари очень живучие. В окрестных горах есть множество пещер. По весне выжившие начнут пакостить. Ловить потом разбойников по лесам и пещерам – неважное удовольствие.

У меня есть снадобье, которое решит проблему. В котлы с едой добавят немного и все умрут без мучительств. После этого две сотни надсмотрщиков мне не нужны станут. Стража потренируется на них. Стрелы, пики, мечи… они и так уже заржавели.

У Вита вино не лезло в горло.

Каштелян делился планами массового убийства спокойным тоном, словно рассказывал о будущей рыбалке.

«Зачем он мне все говорит? Испытывает или так доверяет? Неспроста этот разговор затеян!»

Мелькнувшая в голове мысль заставила Вит тут же выпалить:

– А почему бы не продать ненужных рабов? Ведь они стоили денег. Часть потраченных средств можно вернуть.

– Мысль хорошая, но не здесь и не сейчас.

Ближайший рынок рабов в городе Святых врат, а гнать туда толпу рабов по лесам и в начале зимы удовольствие никакое. Я не могу задействовать для этого стражу.

– А если вооружить надсмотрщиков? Пусть станут стражей при рабах! Рабы ненавидят надсмотрщиков, а те бояться рабов.

– Надсмотрщикам обещана награда за работу на стройке…

– В городе можно приказать местной страже заковать их в цепи и продать вместе с рабами!

– Ха! И кто же возглавит эту опасную затею? Уж не ты ли, Вит?

– Я с радостью бы вам услужил, господин и в таком опасном и выгодном деле.

Если за раба по три серебряных марки, то выйдет с семи сотен – две тысячи сто марок.

– В городе рабы дороже. Не менее шести марок.

– Тогда – четыре тысячи двести! И за надсмотрщиков еще тысяча двести!

Брайс задумчиво выпятил губу.

Улыбнулся.

Налил в бокалы еще вина из кувшина.

– Светлая голова! Я в тебе не ошибся, Вит. Пей! За пять тысяч марок можно в городе купить крепкий корабль или еще лучше дом со шлюхами и остаток жизни прожить в богатстве и покое… Хочешь стать управляющим дома со шлюхами, Вит?

– Мечтаю, мой господин!

– Ах ты, хитрец! За твою светлую голову и за моих шлюх!

Они подняли бокалы и выпили.

Брайс строил планы на счет пяти тысяч марок, пока не закончилось вино в кувшине. Таким веселым и разговорчивым Вит еще его ни разу не видел.

«Я случайно спас кучу народа, а они про это и не узнают никогда! Хрен ты увидишь денег! Мне бы с Гокой и Тресом добраться до города, а потом…»

Что потом, Вит пока не придумал. В голове шумело от вина и мысли разбегались перепуганными кроликами…

На следующий день Вит забрался на башню, нашел Гоку и все ему рассказал.

– Вот же Брайс – мразь конченая! Братан, ты мастер интриги!

– Да, ладно!

– Серьезно, ты в этом мире сделаешь карьеру. Вот увидишь!

– Не хочу карьеру, хочу домой…

– Как будто я не хочу.

Спустившись с башни, Вит столкнулся лицом к лицу с каштеляном.

– Вит, ты то мне и нужен. Завтра прилетит господин, посмотреть на завершающий этап стройки. Я тебя ему представлю. Будь готов.

Потом добавил тихо, наклонившись.

– А твой план я еще раз обдумал. Пусть будет так. Через пять дней поведешь рабов и надсмотрщиков в Город Святых Врат. Для твоей же безопасности с тобой пойдут пять моих парней. Присмотрят за всем.

В холодных глазах Брайса Вит увидел обещание скорой смерти.

Первой мысль Вита было внести Гоку в список тех, кто нужен в замке.

«Но тогда я его не смогу забрать с собой!»

А если не внести в список, то вдруг, чертов Каштелян передумает и пустит в ход ядовитое зелье? Обратного ведь не будет хода.

Весь день Вит составлял списки, опрашивая надсмотрщиков. Оставил несколько строчек свободных и так и не решился.

Нашел под вечер Гоку и рассказал о своих сомнениях.

Гока потеребил бороду, хмыкнул.

– Не верю я этим сволочам. Для такого как Брайс – деньги не главное.

– А что главное?

– Власть! Можно придушить, а можно помиловать. Тебя вот, скажем, помиловал, а ты стелешься перед ним, помнишь, что можно сдохнуть в каменоломне… Власть над людишками – этот почище наркоты! Он видишь ли – внук дракона, а обычные люди – говно!

Таких гондонов как Брайс и в нашем мире полно. Думаешь, у него нет этих пяти тысяч марок? Ошибаешься! На строительстве самое раздолье для воровства, особенно в этом мире. Взял у дракона денег на рабов – по шесть марок на голову, а заплатил по три, разницу себе в карман. Ни счетов, ни накладных! Люди везде одинаковы, братан!

– Так вносить тебя в список?

– Думаешь, я мечтаю в этом замке горбатиться дальше? Нет, хочу в город, в цивилизацию, какая здесь не есть! Пиво, чувихи!

– Да?

– У тебя девка есть, а у меня нет. Я может ночами не сплю от зависти!

– Правда?

Гока рассмеялся.

– Виталик, ты совсем шарами не двигаешь? Ночью моя смена. Так напашешься, что днем дрыхнешь овощем! Какие девки?! Днем пицца сниться, а еще колбаса салями… Зато когда идут отлить – вижу свой стручок! Драконья диета, мать их!

Гока пошлепал радостно себя по животу.

– Не парься, прорвемся!

Успокоенный Вит, закончил список и представил Брайсу.

– Опять своими буковками писал.

– Да, ваша милость, прошу простить.

– Ничего, сам будешь разбираться кого оставить, а кого вести в город. Да, к утру, чтобы был помыт и в свежей одежде. Господин не любит потных вонючих мужланов!

«Кто же любит, интересно?!»

Вит пошел к прачкам, и помылся горячей водой, впервые за последние месяцы. Ощущение чистой кожи и чистых волос было странным и даже непривычным.

«Быстро я в этом мире оскотинился…»

Настал вечер. Вит вернулся в свою комнатенку, зажег фонарь, покрутил план замка в руках.

«Напрасные труды!»

Визит дракона занимал все мысли Вита. Покуда он встречал только двух драконов. Один плевался огнем, а другой обожал кнутом людей драть, даже собственную дочку.

«Главное пониже кланяться и говорить почтительно!»

Вспомнился дракон Бэрхарди и его златокудрая дочка…

Вспомнив Айне, вспомнил об Идан.

Она не пришла…

Вит забеспокоился. Брайс забрал девушку к себе на ночь? В груди что-то перевернулось. Он сжал кулаки. Кровь бросилась в лицо. Взыграла неожиданная и тяжелая ревность.

«Что ему – других девок мало? Сволочь! Хозяин – мать его! Сам дал, сам забрал… Она – рабыня, я – раб и с нами сделают что пожелают!»

Спал Вит очень плохо, то и дело просыпался, щупал лежанку рядом.

Идан ночью не вернулась.

Когда за Витом пришел на заре Кадди, один из приближенных стражников каштеляна, он уже был одет и собран.

– Пошли. Господин Брайс ждет на площадке.

– На площадке?

Крутая тропа, пробитая в камне порой переходила в ступени. Ограждений конечно не имелось. Вит держался ближе к скале, ощущая себя на высоте совсем не уютно. Скальный выступ, с которого открывался отличный вид на замок, располагался почти на уровне верхнего яруса башни.

Здесь еще бывать не приходилось.

«Посадочная площадка для дракона?»

На выступ можно было бы легко посадить вертолет. Шагов сорок на сорок, не меньше.

На площадке ни души. Ровная, как подметали… Рассветное солнце скользя под тучами окрасило скалы в золотистые тона.

Вит выдохнул облачко пара и поежился.

«Скоро морозы начнутся?»

Отсюда открывался вид на всю долину, было видно даже скалистые холмы, в которых Вит с молодыми охотниками патрулировал границы владений рода медведя. Сколько же времени прошло? Кажется, что годы.

Он искал среди рабов братьев – охотников и не нашел. Значит им удалось ускользнуть от охотников за рабами? Или их убили?

Хотелось верить в первое…

– Вон, шкура висит бычья на скале. Подойди и жди там! – скомандовал Кадди.

Вит послушно отправился туда, куда указали.

Огромная шкура, по цвету была схожа с рыжеватыми камнями и не выделялась на их фоне.

Она закрывала вход в пещеру.

«Времянка для дракона или запасное логово каштеляна?»

Он не долго топтался возле пещеры.

Край шкуры отодвинулся.

– Заходи, Вит.

Каменный зал освещали колеблющие огни не менее чем сотни свечей. Многие оплыли и мерцали на грани угасания. Пахло воском как в церкви. Вит вздрогнул.

В глубине зала, на шкурах, рядом со шторой из тяжелой ткани, сидел щуплый парень, пил гретое вино из кубка. Вино парило.

На парне длинная зеленая рубаха ниже колен и меховая безрукавка. Длинные золотистые волосы рассыпались по плечам. Таким волосам позавидовали бы и топ-модели!

– Мой господин, позвольте представить вам Вита – моего считателя.

«Так это дракон?!»

Вит неловко поклонился и замер. Сквозь запах воска и гретого вина пробился тяжкий дух крови…

– Подойди ближе.

Голос у дракона оказался мелодичным и приятным.

Вит приблизился с неприятным ощущением на шее.

Амулет на груди куснул горячо.

Вблизи дракон выглядел жеманным и утонченным юнцом. Перстни с камнями на пальцах., ожерелье с рубинами на шее… Лицо гладкое, без волос.

– Что у тебя на шее?

– Амулет, ваша милость…

– Сними и отдай мне.

Вит дрожащими руками выудил из-за пазухи горячий камешек на шнурке и протянул дракону.

Тот принял амулет, усмехнулся и сжал в кулаке. Перевернул ладонь и высыпал на пол песок.

– Он лазутчик, Брайс. Этот амулет заговорен магией Бэрхарди.

– Ваша милость!

– Я все знаю, считатель.

Дракон указал пальцем направо.

Вит посмотрел в ту сторону и охнул.

За шторой, на черной решетке висела распятая, голая Идан… вернее то, что от нее осталось…

Вит зажмурился, проглотив комок тошноты…

Лицо девушки искажено гримасой ужаса. Только лицо осталось в целости… Глубокие, сеченые раны зияли на коже по всему телу… как жадные кровавые рты… Лужа крови на полу уже застыла…

– Девочка мне все рассказала, не надо отпираться. Брайс, у него за пазухой пергамент с планом моего замка. Я недоволен, Брайс.

Вит поднял глаза и ослепленный ненавистью рванулся к утонченному юнцу, чтобы…

Каштелян тут же сцапал его за шею удушающим захватом и поволок вон из пещеры. Вит захлебывался в удушье и отбивался…

– Посади его на кол, Брайс, пусть все видят. Рядом с башней. – Распорядился дракон не повышая голоса.

На площадке Вита повалили на землю подоспевшие стражники, вывернули руки и связали вместе с ногами. Вит рычал и матерился. Бешенство клокотало в нем.

Брайс нагнулся над ним и покачал головой, просматривая пергамент, вытащенный из-под рубашки.

– Ты меня подвел, считатель. Очень подвел.

Кол будет тупым, чтобы тебя хватило на пару дней.

Вит заскрипел зубами.

…Он лежал на земле возле башни, без штанов. Грубо обтесанный кол лежал между его ног… Рамси, сволочь потрудился… Тупые удары в землю. Рабы рыли яму для кола.

Вит смотрел на бегущие по синему небу тучи, на драконью башню и дрожал… Он ничего не мог поделать с собой. Клацали зубы друг об друга, дрожали руки и плечи…

Работы прекратили, и рабы обеих смен стояли под скалой. Вит их, конечно, не видел, пока… Слышал только глухой ропот.

«Когда кол поднимут – всех увижу…»

Вита затошнило… Нереальность, и близость дикой казни не укладывалась в голове. Это не с ним происходило. Не могло быть такого с ним!

«Лучше бы меня тогда забил до смерти надсмотрщик… Паскудная жизнь…»

Удары в землю закончились.

Подошел Брайс.

– Хочешь чего сказать? Потом захочешь, да не сможешь – будешь только орать до кровавой пены. Я уж повидал такое.

– Это ошибка… я не лазутчик… амулет дала Айне… но я не шпион…

– Неубедительно, Вит. Мог бы соврать красивее и убедительнее. Ты мне нравился, не буду скрывать. Но я не люблю тех, кто меня обманывает. Очень не люблю… Кроме того, господин наблюдает сверху и я должен выполнить приказ. Потому не держи на меня зла.

Брайс поднял голову.

– Привязывайте веревки к ногам!

Свист и удар о землю рядом.

Брайс задрал голову кверху.

– Брайс, отпусти его!

Голос Гоки Вит сразу узнал и встрепенулся.

Друг кричал не с самого верха башни, а примерно с третьего уровня лесов.

– Ты мне приказываешь, раб?

– Отпусти Вита, иначе мои ребята начнут ломать камень наверху!

Невидимая Виту толпа рабов зароптала громче. Послышались щелчки кнутов.

– Тогда я посажу вас на колы рядом с Витом! – рявкнул каштелян. – Взять мятежников!

В ответ сверху посыпались каменные блоки. Хрустнуло рядом влажно. Теплые брызги шлепнулись на лицо Вита, приподняв голову он увидел дергающиеся в агонии ноги Брайса. Меткий камень размозжил его голову.

Толпа рабов взревела.

Вит сел поспешно и пополз к телу Брайса. Кинжал на расшитом поясе стал в этот момент его самой желанной целью!

Многоголосый рев ударил по ушам. Бегающие туда-сюда ошеломленные стражники, потеряв командира, растерялись и позабыли про приговоренного к смерти. А потом наверх, на скалу хлынула толпа рабов…

Вит не дополз до каштеляна. Его сбили на землю, а потом сверху рухнул обливающийся кровью Кадди.

Вит барахтался со связанными руками под умирающим пару минут.

Труп отшвырнули в сторону. Крепкие руки Треса подхватили его с земли.

– Ты жив?! Слава богам!

В замке шла бойня… Три раба совсем рядом втаптывали в землю уже мертвого надсмотрщика с переломанными руками. Подбежавший мальчишка бил мертвеца по голове острым камнем…

Насаженный на копье стражника, умирал крепкий раб с ожерельем из клыков волка на шее…

Яростный рев заглушал крики умирающих. Бой шел на стенах и среди домов. Колья и камни против мечей и пик.

Трес забрал с трупа пояс с оружием, протянул Виту.

– Трес, мне бы штаны и сапоги…

– Замерз?

– А сам как думаешь?

Вит по-прежнему дрожал.

Трес двумя движениями сдернул с трупа Брайса штаны и сапоги.

Громовой рев над долиной оглушил всех и заглушил на миг все звуки. Изумрудный дракон, расправляя крылья по ветру, пронесся над замком стремительно и мощно.

Трес схватил Вита под мышку и бросился бежать… К башне?!

Вит на миг ощутил себя младенцем, которого с голым задом тащит мать в ванную комнату, отмываться…

– Трес, нам конец! Дракон здесь!

– Сам вижу!

Трес сунул Вита под арку входа в башню. Дрожащими руками Вит надел штаны, обулся. Затянул на талии пояс с мечом.

От удара дрогнула башня под ногами. Трес выглянул наружу.

– Что там?

– Дракон во дворе!

Дракон приземлился во дворе, прямо на людей, давя и убивая всех без разбору – и рабов и стражников. Шипастый хвост метался по земле дробя и расплющивая человеческую плоть.

Пасть чудовища рвала тела на части и расшвыривала веером.

Люди как тараканы побежали в разные стороны. Бой прекратился. Чудовище убивало всех и все бежали в животном ужасе прочь, куда глаза глядят.

– Что делать, Трес?!

– Он погонится за беглецами, а мы в другую сторону! Частокол разломан, путь открыт!

– Где Гока, без него не побегу! Он жизнь мне спас!

Они одновременно выглянули в дверной проем.

Дракон, уничтожив легкую добычу, поднял голову на длинной шее и торжествующе заревел.

– Он самец, а только самки огнем плюют! – прокричал Трес.

«Нам повезло…» – хотел ответить Вит.

Хвост дракона врезался в деревянные леса у подножия башни. Пронесся вихрь щепок и обломков. Трес едва успел втянуть Вита вовнутрь.

– Здоров, сволочь!

– Плохо дело! Прыгать высоко! Поднимайся наверх!

По каменной лестнице они побежали наверх.

Поднявшись в поту, тяжело дыша на самый верх, еще не завершенной кладки, нашли здесь Гоку и еще десять каменщиков. Парни азартно метали вниз каменюки, уже выламывая их из свежей кладки.

– Гока!

– Жив, братан!?

Гока швырнул вниз еще камень.

– Не понравилось, б…!

– Ты что делаешь?!

– Чего делаю? Дракошу дрессирую!

Гока запустил еще один камень. Снизу донесся возмущенный рев.

– Его чешую не пробить! – крикнул Трес.

– Зато синяков наставлю! Получи фашист гранату!

Гока швырнул еще каменюку.

Башня задрожала как живая.

– Что там?!

Каменщики завопили и бросились вниз по лестнице. Гока остался. Запустил еще каменюку.

– Сука, лезет наверх, к нам! Обалдеть! Теперь рванули! Шевелитесь собаки!

– Куда?!

– Вниз!

И они побежали. Башня шаталась, и ступени вылетали из под ног.

Разозленный дракон лез на верх по башне, как кошка по дереву.

До низа не успели добежать.

Все наклонилось и по лестнице дальше Вит кувыркался вместе с друзьями. Пылью забило нос и рот, глаза…

Чихая и кашляя, Вит поднялся на ноги. Над головой через дыры в каменном куполе просвечивалось голубое небо.

– Гока, что случилось?

– Башня упала, б…! Идем, посмотрим!

Спустившись парой этажей, ниже выбрались через дверь прямо на груду камня. Пыль медленно оседала. Ветер ей помогал. Часть двора замка оказалась завалена грудой камня. Из-под камней торчала огромная когтистая лапа в изумрудной чешуе… Она двигалась, взрывая утрамбованную землю, но с каждым разом все медленнее.

В тишине во двор к завалу робко приближались люди.

– Мы убили дракона! Эх-ху! – завопил Гока. – Мы свободны! Мы свободны! Стронгхольд наш!

Солнце улыбнулось ему из-за тяжелой черной тучи и спряталось совсем.

В сером небе кружились первые снежинки, огромные и ажурные.

Вит протянул пыльную ладонь и первая, доверчивая снежинка в мгновение превратилась в грязное пятно.

Во дворе у завала горели костры, освобожденные рабы жрали жареное мясо и пили сидр. Песни, объятия, пьяные слезы… Кто-то раздухарившись пытался отрубить от ноги дохлого дракона хоть кусочек. Но тщетно. Топоры отскакивали с лязгом от чешуи как от гранитной плиты.

А снег все падал и падал, накрывая разгромленный замок и трупы белым саваном.

Вит, Трес и Гока сидели за столом у открытого окна, пили гретое вино. За окном тихо и только шорох падающих снежинок, скользящих с неба как по ниточкам.

Дом каштеляна, в котором они расположились взяли под охрану пильщики Треса и каменщики Гоки. Они получили оружие со склада, включая кольчуги. Каждому досталось по теплому, подбитому мехом плащу.

Под охрану взяли не только склад оружия, но и склад продуктов, кузню и дом в котором заперлись плотники Рамси. Их не трогали, руки не дошли… Стражников и надсмотрщиков еще по свету всех выловили и поубивали.

Жирняка Джоки утопили в соленом озере, на мелководье.

Служанок каштеляна Вит отправил в мансардный этаж и приказал нос не высовывать. Если вспомнят про них, плохо выйдет. Многие рабы по году женщин не видели. Девчонкам тогда не жить.

– Что за похоронное настроение! – Гока поднял свой кубок. – Мы победили и мы свободны! Вы словно и не рады?

Трес криво ухмыльнулся и отгрыз порядочный кусок от окорока, что держал в одной ручище.

– А ты решил, что ты Спартак – вождь восставших рабов? – хмыкнул Вит.

– Спартак – чемпион! – крикнул Гока и расхохотался. Вино уже на него подействовало.

– Надо решать и быстрее – что делать будем.

– Обоснуемся здесь. Пусть башня упала, так стены на месте. Еды хватит. Зиму отсидимся, а потом пойдем гонять драконов!

– Погонщик драконов, говоришь? Здесь нам повезло, а что будет дальше? Драконы не простят нам. Устроют охоту и зажарят всех на огне.

Трес прожевал кусок мяса и вставил:

– Ночью, как эти уснут, уйдем с нашими парнями, пока снег не лег, как следует. Доберемся до тракта. Парни двинуться на юг, а мы к Грэди.

Гока сплюнул в окно.

– Вся надежда на эту твою полукровку-Айне? Грэди тоже сынок дракоши?

– Да.

– И ты им веришь? Нас продадут, как нечего делать и посадят на кол обоих!

Вит содрогнулся. Пережитое днем ожидание казни не прошло даром. Страх поселился холодным комком под сердцем. Панический страх…

– Айне вытянула нас сюда, она нас и обратно отправит.

– Сама так сказала?

– Грэди сказал.

– Вит, тебе мозги парют, а ты уши развесил. Надо обосноваться в этом мире и поставить его на уши! Ты что – романы про попаданцев не читал? «Наши там» или «Спецназ из будущего»? Мы с тобой люди будущего! Мы все можем!

Гока допил вино и потянулся за кувшином.

– Может, хватит пить, спецназ?

– А что? Имею права, как комендант крепости! Капитан Гока – мать вашу! Где моя капитанская дочка?

Вит заглянул в кубок в мерцающее, почти черное вино. Вспомнил утро, пещеру дракона и мертвую Идан.

«Надо ее похоронить по-человечески…»

– Никуда я ночью не пойду, Трес. Утром похороним мертвых и двинемся.

– Мертвецов пусть волки хоронят. – Буркнул Трес. – Коли так, пошел я спать. Устал…

Когда оборотень вышел за дверь, Гока закрыл окно и придвинулся к Виту.

– Этот терминатор тебя слушается как любимую нянечку. Как тебе удалось?

Гока уже не казался пьяным. Речь стала связной и энергичной.

– Ты что, притворялся?

– Немного. Хотел с тобой поговорить наедине без чужих ушей.

– Спасибо, Гока, ты спас сегодня мою жизнь…

– И твою задницу! – захохотал Гока.

Вит смешался. Слова благодарности казались ему казенными и невыразительными. Распирающие душу чувства благодарности требовали особенных слов. И он их не находил.

Гока рисковал жизнью ради него, поставил все на кон и выиграл…

«Не хочу такого казино!»

– Не парься, братан. Я спас твою задницу – ты спасешь мою, всего и делов-то! – пришел на выручку друг. – Где ты этого медведя откопал?

– Треса?

– Угу. Непонятный он для меня чел, что-то в нем не так…

– Я же рассказывал.

– Ну да…

– Ты ему не доверяешь?

– Я никому кроме тебя здесь не доверяю. Люди – сволочи, поверь мне, я уж знаю!

– Откуда?

– Забыл, братан, я все же год парился в рядах вооруженных сил, а ты с белым билетом пиво дул и клаву топтал.

– Сам говорил, что армия – это тюрьма. – Удивился Вит.

– Говорил и чо? Армия – школа жизни, братан! Вся шелуха с людей слетает и видно – кто мразь, кто тряпка, а кто мужик стоящий!

Вит хмыкнул и новыми глазами посмотрел на Гоку. Они вместе ходили в детский сад и потом за одной партой всю школу просидели. Казалось, что знал его как облупленного. Гока был циником и трепачом, а теперь вот – за армию агитирует. Портянки в голову ударили?

– Не гони, Гока! Пафос зашкаливает.

– Сам ты, не гони! У нас в руках сейчас армия рабов! По местным меркам целая армия! Пятьсот харь – самых крепких и отчаянных. Они голыми руками всех порвут. Начнем замки брать один за другим. Там и золото и девки и оружие. К нам сбегутся тысячи. Возьмем город у моря и станем правителями. Как перспектива? Замутим настоящий «Стронгхольд»!

– А драконов сбивать будем из рогаток?

– Не тормози, Вит, катапульт настроим! В Стронгхольд играли, помнишь, как я тебя катапультами всегда делал?

– Блин, это тебе не Стронгхольд! Ты про магию забыл.

– Не забыл. Привлечем этих полукровок, вроде твоей Айне, пообещаем им свободу и всякие льготы. Колдунам тоже драконы обрыдли!

– Ага, а потом нас магией в бараний рог согнут!

– Не согнут, подавятся! Найдем и против них чего. Разделяй и властвуй – слыхал такое?

– Слыхал… Только я не Юлий Цезарь.

– А я не Брут. Давай, братан, вместе мы такого шороха наведем, драконы вымрут как динозавры!

Гока развивал такие сказочные перспективы, что у Вита глаза на лоб лезли.

Спать легли в этой же комнате, на шкурах на полу.

Поднявшись утром, Вит отворил окно и увидел вокруг ослепительную белизну.

Гока уже бегал по двору, размахивал руками и матерился. Похмельные освобожденные рабы тупо смотрели на него и дружно мочились на лапу дохлого дракона.

Вит спустился на первый этаж. Навстречу уже шел Трес.

– Чего там случилось?

– Ночью ушли лесные люди из родов волка и медведя.

– Ну и скатертью дорога!

– Они взломали склад с едой и почти все мясо забрали.

– Надо их догнать!

– Снег завалил следы.

– Обыскать пещеры.

– Они не дураки – ушли в другие места.

– Что, еды мало?

– На всю зиму не хватит, вот твой друг и вопит. Надо уходить, Вит. Плохое тут место. Драконы прилетят обязательно.

– А раненые?

– Придется оставить. Оставим им еды и оружие.

Вит знал, что после восстания более двух десятков бывших рабов мучилось от ран.

– Нехорошо бросать людей на верную смерть!

– Выбирай – или ты умрешь с ними или останешься жить.

Мертвецов со двора снесли в башню, чтобы не мешались под ногами.

Идан похоронили на опушке леса, завернув в волчью шкуру. Земля не промерзла еще и копалась легко.

Двое парней Треса, бывшие пильщики, что помогали копать могилу, были немало удивлены ритуалом похорон.

Они оказались горожанами и рассказали Виту, что в городе мертвецов жгут на кострах до мелкого пепла, а пепел рассеивают в священной роще.

Когда над могилой вырос холмик, Вит обернулся к Гоке.

– Скажи чего-нибудь.

– Хорошо… Из праха пришла, в прах вернулась. Спи спокойно, Идан. Мы отомстим.

– И все?

Гока пожал плечами.

– Достаточно. Идем, Вит.

Снежинки таяли на комьях земли.

«Идан так хотела вернуться домой, к маме, а я? Я чего хочу?»

Вит неловко перекрестился и пошел следом за Гокой. Снега намело уже по колено.

…Плотники Рамси быстро поставили на полозья четыре повозки. Лошадь в замке имелась только одна, да и то во время драконьего побоища куда-то исчезла. А может, покоилась рядом с драконами под тоннами камня.

Узнав, что отряд уходит из замка, набежали все остальные, кто отошел от пьянки.

Гока забрался на каменную груду и толкнул речь.

Вит стоял возле повозок в окружении людей Треса, оглядывая бородатые суровые морды бывших рабов.

Многие щеголяли в одежде стражников и надсмотрщиков, кое-кто разжился оружием.

Гока гнал пургу со страшной силой.

– Мы уходим?! Да! Чего здесь сидеть? Ждать карателей?

Или драконы нам премию выпишут за этого дохлеца? Кто верит в добрых драконов – оставайся тут!

Идем до торгового тракта, а потом на юг! Там тепло! Там толстые бабы и доброе вино!

И там драконы – скажут! И хрен с ними! Я знаю, как их мочить! Одного прибили и других уложим! Сами их найдем и по одному замочим! Они сидят в замках как курица на яйцах! В каждом замке золото, бабы и жратва! Все будет наше!

Возбужденная толпа ревела, потрясая кулаками и оружием при каждом тезисе. Глаза разгорелись. «Блин, прямо как Ленин на броневике!» – с легкой завистью подумал Вит, наблюдая за жестикулирующим Гокой.

На самом деле его звали Гоша Капустин. Сократилось до Гоки, для простоты общения.

«Может у него, и получиться чего… Только это все не Стронгхольд… Колы и драконы настоящие…»

Раненых и провиант погрузили на повозки. Сами впряглись в них.

Вит с ненавистью оглянулся на остатки частокола, на серые каменные стены.

«Плохое место…»

Колонна растянулась на километр не меньше. По свежему снегу по колено трудно было идти передним, поэтому, то и дело менялись.

Гока послал вперед трех дозорных.

Сам шел во главе колонны. Вит догнал его.

– Речь толкал здорово. Сам веришь в о что говоришь?

– Без веры говорить нельзя, братан, люди фальшь сразу почуют!

– Я не пойду с тобой на юг. До тракта, а потом к Грэди.

– Очкуешь?

– Не моя эта война, домой хочу… Помнишь, чем восстание Спартака кончилось?

– Спартак – чемпион! – оскалился Гока.

– Да, ну тебя на фиг! Я серьезно!

– И я серьезно! У меня есть шанс. У драконов нет правителя, нет центральной власти, каждый сам по себе. По одному с ними разберемся!

– Один дракон нас всех убьет. Спикирует сверху и порвет на части. У него непробиваемая броня. Или будешь каждого под падающую башню подманивать? Так башня уже упала, а другой нет.

– Ох, братан, почему ты все время мыслишь негативно? Мысли позитивно! Погода нелетная – это раз. Про наше восстание никто не знает еще – это два.

– Кто-то не наигрался в Строгхольд, как я вижу!

– А кто-то хочет к мамочке под юбку!

Вит махнул рукой и отстал.

Если Гока чего в голову забил – туши свет! Будет переть дуром!

На ночь встали рядом со скальной грядой.

Равнодушный пушистый снег кружился, опускаясь с серого неба на белую землю.

Вит сидел у костра рядом с девчонками. Бывшие служанки Брайса сидели тихо как мышки, кутаясь в меховые плащи.

– Что с нами будет, господин Вит? – тих, спросила одна из них, курносая, чернявая с круглыми карими глазами.

– Я вам не господин. – Буркнул Вит, глядя на огонь. – Тебя как зовут?

– Исла…

– От куда?

– Я из города Святых Врат. Нас вместе с Идан продали сюда…

– Хочешь вернуться в город?

– Меня там никто не ждет…

– Плохо, когда человека никто не ждет…

Весь следующий день брели по лесу. К ночи вышли к знакомому месту, к поляне у торгового тракта. Тракта не видно, только просека в лесу, занесенная снегом.

Быстро темнело.

Разложили костры. Под снегом искать сухие деревяшки было трудно. Свалили несколько сосен. С треском вспыхнула хвоя. Стук топоров разносился по лесу далеко.

Подошел Гока.

– Ты не видел Треса? Исчез, как под землю провалился. К Грэди отправился?

– Наверно. Надо огородить лагерь кострами. Тут всякие твари шастают – камнееды, да волки.

– Для этого и лес рубят.

– Шуму наделали.

Помолчали, глядя на огонь.

– Не передумал?

– Не пойду я с тобой, Гока, не уговаривай.

– Жаль. Мы бы с тобой вместе…

– Я только считать умею… – перебил грустно Вит. – А еще кроликов стрелять…

– Жареный кролик… ммм… слюни потекли!

– Присмотри за девчонками, Гока.

– Гарем заведу, а что?

Вит укладывал возле костра еловый лапник на снег, чтобы спать на этом ложе.

«Опять выспаться не получиться…»

– Вит.

Рядом стоял Трес.

– Какие новости?

– Он тебя ждет. Тебя и Гоку.

– Не пойду. – Гока замотал головой. – Без меня тут хрен знает что начнется! Вино допьют и девок оттрахают, а потом пойдет поножовщина! Народ дикий, блин!

– У Грэди есть баня с парилкой. – Вставил Вит.

– Да… Нет, не могу…

– Я останусь в лагере. – Спокойно ответил Трес.

– Ну, тогда другое дело. – Обрадовался Гока. – Тогда можно и в баню!

Треса рабы уважали побаивались. Дядька большой и кулаки соответствующие.

– А девок отведите к Грэди, там за ними приглядят.

– Твой Грэди не дурак, я смотрю! Раз и гарем!

– Он умный. – Подтвердил спокойно Трес.

– Но как мы найдем усадьбу?

– Килли проводит.

В меховой куртке с капюшоном Килли-кухарка с нескольких шагов смахивала на медведя, вставшего на задние лапы. Лицо спокойно-равнодушное, как обычно.

– Будь здоров, Вит. – Сказала Килли глухим голосом.

Вит обрадовался знакомому лицу. А скорее обрадовался его желудок, вспомнив обильные трапезы за столом у колдуна.

Только благодаря снегопаду в лесу было что-то видно ночью.

Вит шел следом за Килли, потом девчонки. Замыкал колонну Гока, что-то бубнящий себе под нос.

Вит дошел до частокола, взмокший от пота. Снега навалило почти до пояса.

Килли отворила ворота и впустила всех внутрь.

– А где Грэди.

– Ждет. Идите. Девки со мной будут.

В среднем домике в узком окне желтел свет.

– Нам туда?

– Ага.

Вит подошел к двери и остановился. Внезапная слабость влилась в ноги и руки.

«Постучать?»

Дверь сама распахнулась внутрь.

Айне, живая Айне стояла на пороге с распущенными волосами, в длинной шубке и улыбалась так светло…

Вит охнул и покачнулся.

Девушка молниеносно втянула Вита внутрь и повисла на шее, обхватив обеими руками.

– Я с ума сойду! Я так рада! Ты не знаешь как я рада! – шептала она, целуя, Вита в щеки, в нос, в губы без разбора.

Он осторожно обнял ее за талию. Это и в самом деле была Айне. Теплая, желанная…

– Это и вправду ты?!

– Какой смешной! Какой худой! Я же это! Я!

Прикрыв дверь, вошел Гока. Стукнул сапог об сапог, стряхивая налипший снег.

Айне обернулась.

– Мой друг – Гока. – пробормотал все еще обалдевший Вит.

– А мы знакомы. – Ехидно прищурился друг. – Я тот толстяк, который бегать не умеет!

После бани с парилкой и вениками разморенного Вита тянуло в сон. Даже есть не хотелось. Айне сидела рядом за столом, подкладывала самые лакомые кусочки мяса и рыбы на тарелку, а сама слушала Гоку, растопырив уши. Блин, как маленькая!

Грэди сидел во главе стола. Пил какой-то отвар, улыбался как добрый дедушка.

Гока сидел по правую руку от колдуна, а Вит с Айне по левую.

Гока бодрый, словно даже отдохнувший, рассказывал про восстание рабов.

– …И тут дракон бросился за Витом, почуяв в нем самого главного вредителя! Если бы Трес не спрятал Вита в башню, дракону пришлось бы худо. Вы же знаете Вита, он если разойдется, то туши свет!..

«Вот трепло…» сонно подумал Вит расслабленно улыбаясь.

Рассказывал Гока с юмором и очень увлекательно. Да и слова вставить никому не давал.

Вит выходил из рассказа главным победителем дракона.

– Все это понятно, но почему упала башня? – спросил Грэди, улучив момент, когда Гока присосался к кубку с вином.

Гока отставил кубок и опять затараторил:

– Это элементарно, дорогой Грэди! Мои ребята в ночную смену делали кладку не на извести, а в основном на песке! Башня держала сама себя, а когда дракон нарушил равновесие – бдыщь! Все камни оказались на его слабой башне. Внезапная мигрень перешла моментально в клиническую смерть! Мы могли только констатировать преждевременную гибель молодого организма! Надеюсь, он не был занесен в красную книгу?

Грэди крякнул, вытер усы.

– А если бы кладка оказалась крепкой?

– Тогда бы мы здесь и сейчас не сидели!

Грэди обернулся к Виту.

– Твой друг и умен и хитер. Он мне нравиться.

Гока тут же запел соловьем.

– Натурально, уважаемый Грэди, вы мне тоже весьма и весьма пришлись по душе! Ваша баня посреди зимнего леса – это нечто!

Грэди засмеялся.

– И какие планы на будущее вы имеете?

– Планов у нас громадье! – взвился Гока. Сегодня он явно был в ударе. – Завоюем всю страну. Драконов спишем в утиль! Все будут жить долго и счастливо! Круто?

– Круто в горах, а на равнине полого! – фыркнул Грэди. – Что скажешь, Вит?

– Айне здесь, у нее и спрашивайте… – пробормотал Вит, пытаясь держать глаза шире.

– Эгей, у тебя глаза закрываются! Пора, пора спать. Утречком поговорим.

Айне встрепенулась.

– Скажи им про Биатрака!

– Это еще кто такой? – удивился Гока.

– Прошу тебя, Грэди…

– Сейчас? Ну, хорошо.

Грэди откинулся на спинку стула.

– Биатрак – пятый сын дракона Айгонсхэрда, правителя города Святых Врат, от обычной женщины. Как только отросла на его щеках борода, купил корабль и вышел в море. Он не стал возить товары вдоль побережью, он поплыл через океан, на поиски новых земель.

Как у каждого сына дракона у Биатрака оказался дар. Редкий дар. Неслыханный дар. Он смог уходить в другие миры. Его корабль перемешался по морям других миров. Возвращаясь Биатрак привозил невиданных животных, странных существ и предметы, невиданные в нашем мире.

Его корабль – «Призрачный путник» появлялся и исчезал по его велению. Истинный сын Айгонсхэрда и его наследник – дракон Грэймхэрд пытался отобрать корабль у Биатрака, считая его нарушителем традиций драконьего племени.

Многолетняя охота за Биатраком ничего не дала. Он появлялся и исчезал внезапно. Как призрак в лунную ночь. Он уходил даже от драконов. Корабль таял в дымке и все…

Айне смогла установить магическую связь с Биатраком. Он пообещал увезти ее из нашего мира. Цена за человека сто лунов золота.

– Сколько это? – удивился Гока.

– Примерно вес Айне.

– Ага, его услуга на вес золота?!

– Принесите ему золото и Биатрак доставит вас в любой из миров на выбор.

– Разве Айне не сможет вернуть Вита домой сама?

Девушка покачала головой.

– Я могу только привлекать предметы и людей в наш мир. Обратное движение мне не доступно…

Она взяла руку Вита в свою, сведя пальцы в замок.

– Я хочу отправиться из мира драконов куда угодно, даже в ваш мир! Биатрак нам поможет!

Вит встрепенулся. Сон как рукой сняло.

– Где же нам раздобыть столько золота?

– Заняться торговлей. – Улыбнулся Грэди, а потом добавил серьезно: – Ограбить дракона.

– Ну и где найти такого, с золотом и слепоглухонемого? – спросил Гока. – Может лучше в казино?

– В замке госпожи Мэйхарди кроме ее и ее детенышей никого нет сейчас. Кто-то должен отвлечь дракониху, а вы проникните в ее замок. Возьмете золото и готово.

– Вот так просто – проникнуть и взять?

– У меня есть набросок плана замка. Правда, двадцатилетней давности…

– Ого, так вы, уважаемый, запланировали это дело давно?

– Ничего я не планировал. Пришлось побывать, так и воспользовался. – Усмехнулся в усы Грэди.

Гока скосила глаз на Вита и Айне.

– Два раза по семьдесят – сто сорок кг примерно. Человек семь-восемь носильщиков чтобы быстро унести ноги. А как попадем внутрь? Через ворота?

Пока будем ломать – дракониха прилетит. Плюется она как огнемет, я то помню! А у нас против нее пики и мечи? Недолго мы провоюем!

– Грэди, покажи ему! – вмешалась Айне.

– Они разберутся, ты думаешь?

– Эти вещи из их мира и это оружие, я уверена.

Грэди поднялся со стула и прошел в угол к большому сундуку, окованному полосами темного железа.

Поднял крышку и прислонил к стене. Вытащил из сундука увесистый сверток и осторожно положил на стол, сдвинув миски и кубки.

Развернул холстину…

Гока подскочил со стула.

– Не фига себе!

Эту штуку Вит видел только на фото, да в кадрах новостей. Но узнал сразу.

– Гранатомет!

Гока сгреб гранатомет. Улыбка до ушей.

– РПГ-7, братан, лучшее лекарство против драконов!

Кроме гранатомета в свертке оказалась брезентовая сумка с тремя выстрелами к нему.

– Вам Биатрак его привез? – спросил Вит.

Айне слегка покраснела.

Грэди усмехнулся.

– Айне долго искала рыцарей в иных мирах. Да все в ваш заглядывала. Вот и попал сюда один молодец с этой штукой. Айне, чего молчишь?

– Почему-то все, кого я звала, выходили там, у реки, на землях госпожи Мэйхарди…

– Гранатометчика спалила дракониха? – докончил за нее Гока.

– Да… Он еще кричал странное; «Аллах Акбар»!

– Девушка поставляла драконихе живые мишени, а та оттачивала мастерство? Стрельба по тарелочкам наоборот?

– Я не нарочно… – пролепетала Айне. Бросила умоляющий взгляд на Вита.

– Гока, не цепляйся к ней.

– Ну да? И многим повезло удрать от госпожи Мэйхарди? Спроси у нее мистер защитник!

– Вы убежали оба, потому что я научилась отводить драконихе глаз! Она промахивалась же!

– Слышишь, братан, только нам двоим повезло!

– Чего теперь об этом говорить…

– Действительно, чего говорить? – передразнил Гока. Положил гранатомет на стол. – Скажи спасибо девочка, что Вит на тебя запал!

– Гока, хватит!

Гока зевнул, глядя в потолок с презрительной миной на лице.

– Ладно, побазарили и будет. Спать пойду. Где у вас, уважаемый свободные номера?

– Килли тебя проводит. Килли! – позвал Грэди.

«Я тоже с ним пойду…» вертелось на языке Вита. Не решился, замешкался.

Айне, горячая, соблазнительная, рядом… И не разомкнуть замок пальцев…

«Она меня заколдовала!»

…Паруса белые как свежий снег, хлопнули над головой и надулись, поймав ветер. Палуба едва дрогнула под ногами. Виталик держался за фальшборт и смотрел в сторону удаляющегося берега. Его обняла за талию подошедшая тихо Айне.

– Я счастлива сегодня как никогда в жизни. А ты?

– С тобой я счастлив каждый день…

Девушка улыбнулась и потянулась к нему. Их губы встретились в страстной ласке…

– Вы время даром не теряете!

Блондин с длинным, «лошадиным» лицом оказался рядом, облокотившись о фальшборт. Кружевной ворот рубашки огромен и чуть ли не достает до плеч. Светлые волосы вьются слишком уж без завивки не обошлось. Элегантный черный костюм, без украшений и излишеств.

– Стол накрыт, прошу в мою каюту, отпразднуем отплытие как следует!

Айне взяла Вита под руку, и они по сверкающей чистотой палубе прошли к кормой настройке.

Блондин предупредительно распахнул перед ними резную дверь.

После палубы в кормовой капитанской каюте сумрачно.

У открытого окна сидит на сундуке болтая ногами белокурая девочка. В руках ее великолепная кукла в богатом парчовом платье, с золотыми вьющимися волосами.

Овальный стол сервирован на троих. Хрустальные высокие бокалы, фарфор…

– Прошу вас, госпожа Айне, господин Вит!

Девочка у окна поднимает голову, оставив свою куклу. Находит взглядом Вита.

В золотистых глазах равнодушие. Малютка изрекает негромко:

– Биатрак вас обманывает. Он не может плавать по иным мирам. Он вас бросит за борт, а меня продаст колдуну и магу Гриру…

…Вит проснулся и не сразу понял, где он.

Потрескивает свеча на столе, не разгоняя мрак, а только пугая. Бревенчатая стена рядом. Над головой темные балки потолка.

Тонкая девичья рука на груди лежит.

«Идан!? Она же умерла!»

Мороз пробежал по коже. Вит дышать перестал, силясь разглядеть в тени лицо девушки.

Скосил глаза, присмотрелся… Айне спит крепко. Губы надула, словно обиженная…

«Я добрался до Грэди. Я с Айне… все хорошо… хорошо, но к чему этот сон?!»

Хотелось пить, но беспокоить девушку Вит не стал. Закрыл глаза, попытался уснуть. Поневоле вернулся к вечернему разговору.

«Гока скажет, что я тряпка… Он будет прав… Не могу я ее бросить… Не могу…»

Какая-то мысль, трудно уловимая скреблась за дверями подсознания…

«Тату! Тату на руке рыбака в первый день! „Dragons forever – ДРАКОНЫ НАВЕКИ“.

В этом мире нет шрифта подобного земному!

Значит здесь есть еще один попаданец-человек с Земли!

Ну, так что с того? Этот же земляк меня и сдал в лапы дракона…

Да, но как он сюда попал? Если не Айне его вытянула, то как?

Есть маг и колдун, строящий порталы между мирами? Или этот рыбак с наколкой сам нашел путь с Земли в мир драконов?

Гоке расскажу… А сон? К чему он? Опять корабль… Корабль Биатрака? Девочка с предупреждением… Кто бы все растолковал?»

Вит проснулся утром один. Выглянул из-под мягкой шкуры, что служила вместо одеяла. В комнате прохладно и вылезать не охота.

Айне ушла незаметно. На шее обнаружил шнурок и новый гладкий камешек.

«Когда только успела.? Что-то мне приснилось ночью… что-то важное…»

Распахнулась дверь без стука ввалился уже одетый Гока. Веселый и вполне довольный жизнью.

– Эй, братан, вставай!

Горсть мокрого снега шлепнулась Виту на лицо.

Он подскочил на лежанке.

– Охренел совсем?!

– Вставай! Сокровища дракона нас ждут!

За столом в большой комнате Грэди и Айне что-то жарко обсуждали.

Увидев, Вита, смолкли на полуслове.

– Доброго утра всем!

На Айне было надето зеленое облегающее платье с длинным подолом и меховая безрукавка.

Она поспешила навстречу Виту. Подхватила под руку, заглянула в глаза.

– Хорошо ли спал, милый?

«Ого! Милым при всех меня еще не звала!»

– Хорошо, спасибо.

Горячая каша, вроде овсянки, толстый ломоть хлеба с маслом, парящий кубок со смородиновым чаем.

Айне усадила Вита за стол и немедленно выставила ему завтрак.

Грэди крякнул и улыбнулся.

Айне села напротив, поставила локти на стол, подперла ладонью подбородок. Смотрела влюбленными глазами, так что куски в горле застревали… Не стеснялась совсем.

Гока уселся рядом с Витом и придвинул недопитый кубок.

– Так вот, самое лучшее время – день.

– Мы знаем драконов лучше тебя, зря ты упорствуешь! – парировал Грэди. – Ночью драконы летают очень редко. Днем дракониха обнаружит вас уже на границе своих земель.

Они продолжали ранее начатый спор, не обращая внимания на Вита.

– Отсюда летом пешим до замка Мэйхарди три дня пути, а по снегу теперь выйдет все семь! Идти днем, прятаться ночью. Подойти к замку ночью, перебраться через стену…

– И влезть в пасть драконихе! – прервал колдуна Гока. – Днем, мы подойдем к замку, днем, когда дракониха полетит на охоту. Не сидит же она в своем замке на консервах? Что думаешь, Вит?

– Дракониха может нас спалить в любой момент и днем и ночью, а за семь дней мы ей тысячу раз подставимся!

– У нас есть РПГ! Ты забыл? – хмыкнул Гока и продекламировал:

– На каждый ваш вопрос у нас есть свой ответ.

У нас есть пулемет, а у вас, его нет!

– Пушкин? – спросил Вит.

– Киплинг, братан! От пулемета я бы тоже не отказался. Грэди, в вашем сундуке пулемет не завалялся?

Вит проводил Гоку до частокола, силясь вспомнить что-то важное, чем было необходимо поделиться. Так и не вспомнил.

Было пасмурно и все также шел снег. Дорожки между домами и до ворот оказалась расчищенной.

– Ты там, поосторожнее… – пробормотал Вит.

Гока возвращался в лагерь рабов, чтобы отобрать десяток парней для экспедиции за золотом.

– От желающих не будет отбоя, уверен!

Гока хлопнул Вита по плечу.

– Ты, главное, не поддавайся драконьей дочке. Она не такая простая, как желает казаться.

– Да?

– Не тупи, Вит! Она колдунья и клевая чувиха, все в одном флаконе. Повезло тебе или нет, пока не знаю. Но не завидую!

Вит повернул от частокола обратно и увидел Грэди. Колдун опирался на деревянную лопату и поглядывал на небо, на медленно кружащийся снег.

– Зачем вам лопата, вы же – колдун. Пара заклинаний и снег за оградой.

Грэди поморщился.

– Я первым делом мужик и сидеть на заду весь день не привык. Чистить двор от снега не работа, а удовольствие!

Вит ухмыльнулся.

Грэди напомнил ему деда. Тот тоже все сам делал до самого конца. Все своими руками.

– Тогда дайте и мне лопату…

Вит махал лопатой до обеда.

Пришла Айне.

– Милый, идем обедать.

– Идем.

Она обняла его, привстала на цыпочки. Ее горячие губы обожгли губы Вита. Обожгли, так что из головы вылетели все мысли и желания, кроме одного – загрести девушку в объятия и повалить на лопатки, хоть даже в этот сугроб!

Исчезла усталость и желание накатило горячей волной…

«Я наверно ее люблю!» – в легкой панике подумал Вит.

Когда уже отобедали, вернулся Гока.

– Я не опоздал?

Подсел к столу.

Кили принесла ему миску с горячей похлебкой, кус мяса на деревянной тарелке, а также кубок с сидром.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.