Мара Гааг
Потеряшка

Глава 1.

Обветшалый дом спрятался у подножия новостроек. Среди высоких многоэтажек он был как брошенная игрушка, старая и никому не нужная. Крыша заросла травой и мхом, в маленьких окнах недоставало стекол после пожара, а там, где огонь успел облизать бревна, остались черные шрамы.

Подростки столпились у забора. Сквозь щели между досками был хорошо виден не только старый дом, но и его сосед по участку – маленький, еще больше похожий на игрушечный, коттедж с остроконечной крышей. Окно у него было всего одно, зато во всю стену, закрытое от любопытных глаз плотной шторой. С другой стороны к коттеджу примыкала стеклянная оранжерея, а от нее к калитке шла мощеная дорожка, вдоль которой тянулись одинаковые теплицы.

– Хозяйки нет дома! – уверенно сказал Вова. В компании он был самым высоким, поэтому запросто мог смотреть поверх забора. В отличие от остальных, толкающих друг друга у самой большой прорехи между досками. – Давай, мелкая, твой ход.

Ника, к которой он обращался, нерешительно поправила на носу очки. Лезть через забор ей не хотелось, забираться в старый дом тем более. Но что поделать, если такое задание для нее придумала гадкая Ирка? Можно, конечно, развернуться и пойти домой под издевательское улюлюканье всей компании, но тогда обратной дороги не будет. А гулять здесь и так не с кем. За каникулы Ника едва с ума не сошла от скуки, ведь во всем микрорайоне, казалось, нет ни одного ровесника. В последнюю неделю августа они появились – вернулись из летних лагерей, от бабушек и отпусков с родителями – но лучше не стало. С одноклассниками в новой школе у Ники не заладилось, с соседями по двору тоже. Единственной подходящей компанией оказалась ватага из частного сектора, территорию которого медленно, но верно захватывали бетонные новостройки. И поначалу новые друзья Нике пришлись по душе, с ними было интересно. Например, вчера они играли в «казаки-разбойники» на стройке, пока их не прогнал заспавшийся сторож. А сегодня, когда Ника после школы вышла погулять, засели на пустыре, и стали играть в «правду или желание». Было очень весело, пока крутящаяся бутылка из-под «пепси» не указала на нее и Иру. Ника испугалась неловких вопросов, выбрала желание, потому что пять минут назад краснеющая Оля, заикаясь, рассказывала про первую любовь, а остальные над ней потешались. Тогда Ирка взяла и загадала: залезть в старый дом и вынести оттуда трофей.

Ника не считала себя трусихой. Наоборот, любила в соцсетях читать блоги со страшными историями, особенно про призраков и заброшенные дома. Но одно дело смотреть, как кто-то проводит ночь в замке с полтергейстом, гадать, по-настоящему все это или нет, и совсем другое – лезть в чей-то дом, пусть наполовину сгоревший. Ника куда охотнее выполнила бы задание, если бы точно знала, что дом необитаем.

Но хозяйка у участка была. Она спокойно возделывала свой крохотный садик у подножия двадцатипятиэтажных зданий, как будто вокруг не стучала строительная техника, не вбивались в рыхлую землю сваи под новые дома и не заливались асфальтом болота под парковки и детские площадки. Было бы понятнее, будь хозяйка упрямой пенсионеркой, не желающей менять дом с огородом на квартиру. Но на вид этой женщине было лет двадцать, не больше. Иногда она уезжала в город на автобусе, оставляя за главного толстого кота – Ника видела пару раз, как он лениво обходит коттедж кругом, копошится в грядках или спит на крыше.

– Ну что, струсила? – спросила Ирка. – Лезь давай!

Ника решилась. Сняла очки, сложила в карман куртки, и взялась руками за шершавые доски забора. Показалось, что они сразу ощетинились, заноза больно кольнула палец.

Ника надеялась, что хозяйки действительно нет дома. А толстому коту не будет дела до того, что она проберется в старый дом и что-нибудь оттуда вынесет.

– Вов, подсади ее! – скомандовала Ира. Мальчик послушно сцепил руки и подставил Нике.

– Тебе не тяжело будет? – осторожно спросила его Ника.

– Такую мелкую как ты я вообще могу одной рукой поднять! – ухмыльнулся в ответ Вова. – Хочешь, просто переброшу тебя через забор?

– Не надо. – Ника осторожно подняла ногу на импровизированную ступеньку, крепче вцепилась в забор, и, приподнявшись, перекинула через него вторую ногу.

– Грациозная как маленький бегемот! – хихикнула Ирка. Вова хмыкнул, вытер испачканные ладони о штаны и показал Нике большой палец вверх. Приободренная, Ника улыбнулась в ответ, и тут же неуклюже свалилась на землю по другую сторону. За забором раздался сдавленный хохот ребят.

– Ты живая там, мелкая? – булькающим от смеха голосом спросил Виталик.

Ника не ответила. Потирая ушибленные коленки, она поднялась, дрожащими руками достала из кармана очки, надела и быстро осмотрелась.

На участке никого не было, но Нике упорно казалось, что все здесь живое и наблюдает. Ветер запутался в кудрявых ветках карликовых яблонь, сбрасывал с них оставшиеся листья в попытке выбраться. Окно коттеджа, по-прежнему плотно зашторенное, походило на глаз спящего кита, а растущие вдоль аккуратных грядок поздние георгины осуждающе качали головами. Ника шикнула на ребят, хихикающих за забором, и на цыпочках двинулась к старому дому.

Он торчал посреди огорода как гнилой зуб. Входная дверь с тихим скрипом покачивалась на обвисших петлях. Ника почувствовала, как бегут по спине мурашки. В животе заныло, от былой решимости не осталось и следа. Зачем она вообще на это согласилась? Надо было отказаться, и дело с концом. Или выбрать «правду» – лучше отвечать на неприятный вопрос, чем чувствовать себя вот так, дрожащим от страха вором.

Но поворачивать назад было поздно. Ника сжала руки в кулаки и нервно сглотнула. В конце концов она ничего не украдет, ведь в старом доме никого нет, а если там и были ценные вещи, хозяйка давно перенесла их в коттедж. Все, что нужно – зайти, подобрать первое, что попадется на глаза, и быстро перелезть через забор обратно. С внутренней стороны это будет куда проще: по поперечным перекладинам, как по лестнице.

Ника поднялась по перекошенному от времени деревянному крыльцу и взялась за дверную ручку. Несколько секунд постояла так, справляясь с паникой – любопытные взгляды товарищей через щели в заборе жгли спину – и вошла внутрь.

Под ногами заскрипели старые половицы. Пахло землей и впитавшимся в стены дымом. Комната оказалась совершенно пустой. Ни сломанной мебели, ни разбросанных вещей, как это часто бывает в заброшенных местах. Совсем не похоже на те дома, куда забирались блогеры-исследователи паранормального. Ника растерянно осмотрелась. Заприметила на одном из уцелевших окошек обрывки короткой занавески, в углу – тарелку с отбитым краем. Брать ее в руки не захотелось, и девочка прошла дальше. К громоздкой печи, служащей стеной между комнатой и кухней, был прислонен старый, истершийся почти до основания веник. Тоже не пойдет. Взгляд скользнул по покрытой слоем черной пыли лежанке, наткнулся на корзинку с дырявым дном. Может, взять ее? Ника потянулась к корзинке и вдруг увидела прямо за ней глиняный цветочный горшок.

Кто оставил растение в таком месте? Тем более сейчас, когда октябрь выдался холодным и ветреным. А еще сюда совсем не попадает свет. Ника не разбиралась в садоводстве, но о том, что цветы погибают без солнца, знала точно. Девочка осторожно отодвинула в сторону дырявую корзинку и взяла в руки горшок. Растение в нем было маленьким и бледным, листья свернулись в трубочки. Ника покачала головой. Если отсюда и нужно что-то забрать, то его.

Не теряя времени, Ника двинулась к выходу, неся горшок с цветком перед собой, и едва не поскользнулась на крыльце. Удержала равновесие, гордо подняла трофей вверх, чтобы продемонстрировать друзьям. Но за забором было тихо, а приглядевшись Ника поняла, что ребят там нет.

– Ты что здесь забыла? – раздался голос за спиной.

Испуг окатил холодом. Ника обернулась так резко, что закружилась голова, и увидела хозяйку дома в дверном проеме. Та недобро прищурилась, уперев руки в бока, а кот у ее ног сердито зашипел. Ника попятилась. Ведь только что ходила по дому, и в нем совершенно точно никого не было! Откуда они взялись, да еще прямо у нее за спиной?

– А ну стой! – крикнула хозяйка, но Ника уже сломя голову неслась к забору. Одной рукой прижимая к себе цветок, второй она неуклюже схватилась за доски. Кроссовки соскальзывали с перекладин, и, казалось, прошла целая вечность прежде, чем Ника оказалась по другую сторону. Не оглядываясь, девочка понеслась прочь от участка. Очки съехали на нос, заноза в пальце саднила.

Друзья догнали ее у подъезда, где Ника дрожащими руками поставила на скамейку цветочный горшок, и безуспешно пыталась протереть рукавом куртки запотевшие очки.

– Ну ты даешь, мелкая! – восхищенно присвистнул Вова.

– Мы думали все, капец тебе, – прыснула Ирка.

Виталик и Оля почтительно молчали, глядя на трофей. Цветок оказался невредим, хотя Ника решила, что поломала его во время бегства. Более того, листья развернулись, словно обрадовались освобождению из старого дома.

– Вы чего меня не предупредили, что она вернулась? – отдышавшись, Ника повернула к друзьям раскрасневшееся лицо. – Не могли крикнуть, что ли?

– Да мы сами не знали! – Виталик пожал плечами. – Ты вышла из дома, а она сразу за тобой. Мы как увидели, сразу спрятались. Думали, она тебя внутри поймала.

– Не было ее там, – пробурчала Ника. – Там вообще ничего не было, я еле нашла, что можно с собой взять. Что теперь с этим цветком делать? А если хозяйка пойдет родителям жаловаться?

Ребята переглянулись.

– Ну, с боевым крещением! – сказала Ира. – Теперь ты часть команды. А цветок можешь выбросить, дело-то не в нем, а в том, что ты выполнила задание. И никто ничего не докажет.

– Да ну вас, – Ника зябко поежилась. После пережитого страха ей стало холодно. – Я домой пойду. Завтра увидимся после школы.

– Ты все равно молодец, мелкая! – сказал Вова. – Думал, струсишь и не полезешь.

Ника рассердилась. Подняла со скамейки цветок и обвела взглядом компанию:

– Вот что, ничего я не мелкая. Мне уже четырнадцать. Я вас всех на год старше, понятно? Я специально в школе узнавала.

Дети снова переглянулись, Ира хихикнула, и Нике стало неловко.

– Но ростом то мелкая, – сказал Вова после паузы. – Так что смирись, юный шпион. Мы тоже все про тебя знаем вообще-то. И то, что ты на год старше, и что вы с предками сюда летом приехали чтобы за бабушкой ухаживать.

– Все, пока, до завтра. – Ника заторопилась, нащупала в кармане ключи и подошла к двери подъезда. Удивительно, как не потеряла их со всей этой беготней и прыжками по забору!

Ей очень хотелось посмотреть на выражение лиц ребят – не обиделись ли? – но она гордо не оборачивалась, пока дверь не захлопнулась за спиной. Тогда Ника позволила себе расстроенно шмыгнуть носом, а пока ждала лифт, чуть не расплакалась. Это же надо, так все испортить! Ну называют мелкой, и ладно. Не так уж обидно, если учесть, что она и правда ростом не вышла. Ведь всегда самая маленькая в классе, еще и очкарик. В прошлом году из-за этого в баскетбольную команду не взяли, в новой школе дразнят без конца. А этим ребятам все равно: согласились с ней дружить, приняли в компанию. В конце концов, с ними не соскучишься. Нужно обязательно извиниться. Придумала тоже, тыкать возрастом, еще и ляпнула «я специально узнавала»!

Но они ведь хорошие. Наверняка завтра и не вспомнят. А вот про то, как она удирала с цветком от хозяйки старого дома – забудут не скоро.

Ника посмотрела на цветок и немного приободрилась.

Глава 2.

К вечеру цветок на подоконнике полностью расправился и зазеленел. Листья у него оказались плотные, бархатистые, по форме похожие на отпечатки звериных лапок. Ника попробовала поискать его название в интернете, но нашла только отдаленно похожие. Может, ей достался какой-то гибрид? Как бабушкины фиалки: растение одно, а разновидностей несколько сотен. Ника даже сунулась было с горшком в бабушкину комнату, но мама зашикала и прогнала ее, потому что после уколов бабушке полагалось спать.

Папа на кухне смотрел футбол без звука и доедал вчерашний суп. Ника не стала у него спрашивать про цветок – все равно он не разбирается. Молча налила себе молока, разогрела в микроволновке, и понесла к себе в комнату.

– Уроки сделала? – спросил вдогонку папа.

– Сделала, сделала. – Проворчала Ника, не оборачиваясь, и закрыла за собой дверь. А потом выключила свет и забралась в кровать.

С тех пор, как у нее появилась собственная комната, Ника каждый вечер проделывала одно и то же. Выпить теплого молока, надеть наушники, включить новое видео популярного блогера. И, затаившись под одеялом, смотреть, как кто-то отважно пытается поговорить с очередным полтергейстом. Вздрагивать от щекотных мурашек, радоваться тому, что она дома, в тепле и безопасности. А потом протереть очки и положить на тумбочку: так, чтобы быстро найти, если ночью придется вставать. Без них очертания предметов перед глазами расплывались, и Ника как-то раз заработала пару синяков, налетев спросонок на дверной косяк. Лазерную коррекцию зрения врач назначил на следующий год, но Ника не знала, чего боится сильнее – насмешек одноклассников из-за очков, или предстоящей операции на глаза.

Отставив пустой стакан, Ника посмотрела на силуэт цветка за шторой. Фонарь с улицы подсвечивал контуры листьев-лапок, жизнерадостно торчащих по сторонам от стебля. «Как будто бы листьев у него стало больше!» – подумала Ника, прищурившись.

Так или иначе, но цветку на новом месте явно понравилось. Довольная мыслью, что спасла растение от гибели в старом доме, Ника устроилась на подушке, включила видео – автор утверждал, что ему удалось заснять нечто по-настоящему жуткое – и замерла в предвкушении. Но нечеткий силуэт чудовища в заброшенном доме больше походил на человека в костюме, поэтому ролик ей быстро наскучил. Ника отложила телефон с наушниками и провалилась в сон.

Посреди ночи она проснулась от странных звуков и запахов. Сначала кто-то тихонько постучал в стену, словно просил впустить. Потом душно запахло медом и сушеными травами. Ника села в кровати, чихнула, протерла глаза. Неужели бабушка опять разбила один из своих пузырьков? В прошлый раз запах тоже был странный, а от штор, рядом с которыми разбилась бутылочка, так и не отстирался. Мама потом заменила их на новые.

Темнота вокруг оказалась странной, как будто заполненной туманом из мельчайших частиц, похожих на пыль или снег. Ника помахала рукой перед лицом, но туман не рассеялся. И, похоже, запах шел именно от него.

Девочка встала, привычным движением нащупала на тумбочке очки и надела их. Босиком вышла в прихожую. Туман стал похож на дым, клубился по углам и поднимался к потолку. Ника зашла в комнату родителей, потрясла за плечо маму, но она не проснулась. Как и папа – Ника очень испугалась бы, не издавай он во сне такой громкий храп. Бабушка тоже спала, и не открывала глаза, как бы громко Ника ее не звала.

Да что здесь происходит? В голове закрутились тревожные мысли. Может, она пересмотрела страшных видео и теперь у нее галлюцинации? Все дело в этом странном тумане и запахе от него, из-за него родители не просыпаются! Тогда почему это не действует на нее? И откуда он вообще взялся? Ника вернулась в свою комнату. Там туман был гуще и пахло сильнее, чем в остальной квартире.

Нужно проветрить! Девочка отодвинула занавеску и потянулась к шпингалету, чтобы открыть окно, когда увидела в отражении силуэт за своей спиной.

Ника взвизгнула. На всякий случай присела, закрыв голову руками. Потом медленно обернулась. В комнате никого не было. А за окном и не могло быть, ведь квартира на седьмом этаже.

Тогда она снова взглянула в окно. В стекле отражалась другая девочка. Ровесница или даже чуть младше, с длинными распущенными волосами и в белой кружевной ночнушке. Ника быстро посмотрела назад – никого. Показалось? Или это странная игра света и тени?

Ника ущипнула себя за руку. Больно! Медленно встала и задернула занавеску, стараясь не смотреть на страшное отражение. Зацепила стоящий на подоконнике цветок и едва успела подхватить, чтобы горшок не упал на пол. От испуга пальцы дрожали, а в горле стоял ком.

Что делать, если вся квартира в странном дыму, родители не просыпаются, а за окном творится что-то непонятное? Может, позвать соседей? Позвонить пожарным? Но огня нет, и горелым не пахнет. Или сразу в полицию? Вдруг это чьи-то дурацкие шутки? Да кто вообще на такое способен?

Ника на цыпочках вышла из комнаты, все еще держа в руках цветок. Включила в прихожей свет. Туман почти пропал. Освещенная квартира выглядела привычно, совсем не пугающе. Значит, все-таки показалось, не было никакого страшного силуэта в окне. Только странный медово-травяной запах все еще стоял в воздухе. Нужно успокоиться, решила Ника. Проверить на всякий случай, как там родители, и лечь спать. Иначе еще и от мамы влетит за то, что перебудила всех посреди ночи. Подумаешь, кошмар приснился!

Ника прошла мимо зеркала, и, краем глаза поймав свое отражение, остановилась. Как, наверное, она глупо сейчас выглядит – взъерошенная, в этих дурацких очках и в детской пижаме с котиками! Да еще с цветочным горшком в обнимку. Если бы ребята из компании сейчас ее увидели – животы бы со смеху надорвали.

Ника не удержалась, повернулась к зеркалу.

Сердце пропустило удар, дыхание замерло. Ника хотела закричать, но не смогла. Потому что в отражении крепко обнимала бледную девочку в длинной ночной рубашке.

– Только не урони. – Печально сказала девочка из отражения. – Не знаю, что со мной станется, если разобьешь горшок и просыплешь землю.

Ника проглотила ком в горле и шмыгнула носом. Медленно перевела взгляд с отражения на свои руки – в них по-прежнему был глиняный горшок с цветком.

– Да, это я. – Девочка горько вздохнула. – И мне надоело жить в горшке. Ты не могла бы помочь мне найти дорогу? А то я потерялась.

– Ку…ку…куда? – выдавила из себя Ника.

– Нужно найти мою могилу.

– Что?

– Ну знаешь, такую, с памятником. Я, как понимаешь, ходить сама не могу. Цветку ноги не отрастишь.

– Ты вообще кто? – У Ники пересохло во рту. – Почему ты тут? Ты настоящая, или мне… опять сон снится?

– Невежливо, конечно, сначала не представиться, – бледная девочка снова печально вздохнула и опустила глаза, – и я бы рада. Но есть проблема. Я совершенно не помню, кто я, и как меня зовут. Надеюсь, когда я увижу свою могилу, сразу вспомню. Ну так как, проводишь меня?

– Погоди, – Ника трясущимися руками поставила горшок с цветком на пол. В отражении девочка тоже переместилась, села у Никиных ног, и задумчиво склонила голову к плечу, обняв обтянутые белой ночнушкой колени. – Ты что, прямо в цветке? Который я взяла у…

– У ведьмы, – услужливо подсказала девочка. – По крайней мере мне думается, что это ведьма. Она меня зачем-то заперла в цветке, а ты спасла. Большое спасибо!

– Что значит ведьмы? – не поверила Ника. – Ведьм не бывает, как и…

Она хотела сказать «призраков», но осеклась. То, что бледная девочка настоящее привидение, казалось очевидным. Совсем не таким, как на видео популярных блогеров. Нике все еще было не по себе, но леденящего страха она не чувствовала. Ведь призрак не делал ничего жуткого, просто сидел на полу и грустно вздыхал.

– Очень даже бывают! – девочка в отражении вздернула подбородок. – Вообще-то я тоже ведьма. Была, по крайней мере, до того, как умерла. А больше ничего не помню.

– Зачем одной ведьме держать у себя призрак другой ведьмы?

– Не знаю. – Девочка снова опустила голову, спрятала лицо в колени. – Не помню! Говорю же, я потерялась!

Ника растерянно посмотрела в сторону двери в спальню родителей. Папа по-прежнему громко храпел, значит, оба крепко спали. Их не разбудил ни странный запах, ни Никины, крики, ни появление в квартире призрака.

– А этот пахучий туман? Это ты его сделала?

– Да. Очень удобно, если хочешь с кем-то поговорить, а остальные мешают. Думаю, это колдовство. Поэтому я и решила, что была ведьмой. Правда, кроме тумана ничего не получается.

– Что же мне теперь делать? – пробормотала сбитая с толку Ника. Ей даже пришла в голову мысль сходить за телефоном и снять призрачную гостью на видео, но она не решилась.

– Как что? – бледная девочка поднялась на ноги, но тут же зашаталась, как от слабости, и плюхнулась обратно на пол. – Проводить меня на кладбище, я же сказала! Я внимательно наблюдала за вами весь день. Из всех, кто здесь живет, помочь мне должна именно ты. Остальные не смогут.

– Но я даже не знаю, где оно!

– Как это где? – девочка-призрак неожиданно рассмеялась. – Ты шутишь? Прямо здесь же!

Она демонстративно обвела вокруг себя руками, подметая кружевными манжетами ночной рубашки пол. Ника вздрогнула, когда перевела взгляд на цветок: он неподвижно стоял посреди ярко освещенной прихожей.

– Неправда, – возразила Ника. – Никакое это не кладбище, это бабушкина квартира. А квартира в новом доме, его только полгода назад построили.

– А построили где, по-твоему?

Ника потрясенно замолчала.

– Я понимаю, что ты напугана. Ты-то не ведьма судя по всему! – бледная девочка покачала головой. – Но какие-то способности у тебя определенно есть, ведь ты меня видишь, и цветок у тебя в руках сразу ожил. Иначе я бы не смогла сейчас разговаривать. Чем хуже растению, тем слабее я. Не хочу больше в нем сидеть. Как только ты найдешь мою могилу, я смогу наконец покинуть этот мир.

– Но если дом уже стоит на нужном месте, как же… – начала Ника, но не договорила. Девочка в отражении охнула, прикоснулась тонкими пальцами к вискам, и, кажется, стала еще бледнее.

– Больше не могу удерживать проекцию, даже в зеркале. – Слабым голосом пожаловалась она. – Силы еще не восстановились. Позаботься о моем цветке, пожалуйста!

Отражение в зеркале замерцало и исчезло. У Ники зазвенело в ушах. Она постояла на месте, потом опять на всякий случай больно ущипнула себя за руку и ойкнула. Как будто очнувшись, подняла с пола горшок и отнесла на прежнее место, на подоконник в своей комнате. Растение грустно покачало листьями-лапками.

«Вот это да!» – подумала Ника. – «Как это, дом построили на кладбище? Разве так бывает? А что, если нужной могилы давно не существует, ее залили бетоном под фундамент или асфальтом под новую парковку? А вдруг эта девочка в цветочном горшке не единственная? И другие заблудившиеся призраки тоже начнут бродить в поисках своих могил и пугать жильцов?»

Ника погасила в прихожей свет – сквозь шторы уже пробивались скудные утренние лучи – и шмыгнула в родительскую спальню.

Мама проснулась сразу, как только Ника осторожно коснулась ее руки.

– Что такое? – сонно спросила она. – Что случилось? Мы проспали будильник? Вот ведь! Сереж, вставай! Сережа! – мама привстала на локте и принялась тормошить папу.

– Погоди, мам. – Ника ухватила ее за руку. – Скажи мне, только честно. Ты знала, что этот дом построили на кладбище? Вот прямо на могилах, мам! Это правда? Ты знала? А бабушка?

Мама испуганно замерла. Потом охнула, отняла у Ники свою руку, села и потерла лицо.

– Вы чего шумите спозаранку? – в спальню заглянула разбуженная голосами бабушка. – Полседьмого только!

– Думаю, нашей Веронике приснился кошмар. – Мама покачала головой. – Разбудила меня, лепечет что-то про какие-то могилы. Боже мой… Что дом стоит на кладбище.

Бабушка внимательно посмотрела на дочь, потом на внучку:

– А с чего ты взяла, Никиша?

Ника нервно сглотнула. Идея рассказать им про призрака в цветочном горшке вдруг показалась очень глупой. Засмеют, к психологу отправят, вот не хватало еще. Ей к очкам и маленькому росту только репутации сумасшедшей в школе недостает!

– Приснилось, – тихо сказала она. – Мама права, приснился страшный сон. Как будто вокруг бродят привидения. Прямо в квартире. Потому что дом стоит на кладбище.

Бабушка нахмурилась, покачала головой:

– Привидений, милая, не бывает. А вот что стройку на месте захоронений начали, это правда.

– Мама! – Никина мать укоризненно посмотрела на бабушку. – Ты зачем такое говоришь? Наоборот, успокоить ребенка надо!

Папа недовольно заворочался в кровати, просыпаясь.

– А как есть, так и говорю! – возразила ей бабушка и обратилась к Нике. – Только ты не переживай, гробы-то все сначала перенесли. И кладбище там теперь, за частным сектором, – она махнула в сторону окна. – Ничего под домами не осталось, земля одна. Нечего бояться. Поняла, Никиша?

Ника неуверенно кивнула.

– Все, хватит. – Мама зевнула, нашарила босыми ногами тапочки у кровати. – Чтобы больше никаких разговоров про гробы, ясно? Ника, марш умываться! А я пока завтраком займусь.

На папиной тумбочке зазвенел будильник.

Глава 3.

С последнего урока Ника сбежала, потому что на перемене кто-то из одноклассников поставил ей подножку. Она споткнулась, неуклюже врезалась в парту, больно ушибла локоть и коленки. Очки съехали на подбородок, чудом удержались. Класс взорвался хохотом, а Ника от неожиданности разревелась, подхватила рюкзак и выбежала из кабинета.

Обида жгла изнутри так сильно, что быстро успокоиться не получилось. Ника спряталась в раздевалке, уткнулась лицом в свою куртку на вешалке, и стояла так, пока не прозвенел звонок. Когда вокруг стало тихо, вытерла слезы, оделась и вышла из школы. После произошедшего ей хотелось побыть одной. Воспоминание о девочке-призраке только добавило тяжести мыслям. И идея сходить на кладбище, чтобы поискать ее могилу, вовсе не показалась странной.

Больше всего Нику удивляло, что она ни капли не сомневалась в реальности происходящего. Как будто привидение в цветочном горшке – самое обычное явление, случается сплошь и рядом. А ведь еще вчера она не верила ни в призраков, ни в ведьм, ни в прочие паранормальные штуки. По крайней мере всерьез не верила. Ей, конечно, нравились такие истории, но относилась Ника к ним, как к деду Морозу: всем известно, что подарки под елку кладут родители, а бородач в красной шубе так, для атмосферы. Или все сверхъестественное ее старательно избегало. Нике ни разу не удавалось стать свидетельницей чего-то удивительного до вчерашней ночи. Может, поэтому призрак ее и выбрал? Или все дело в том пахучем тумане, из-за него Ника теперь так спокойно об этом думает?

Пока она шагала по изборожденной строительной техникой земле к частному сектору, в голове крутилось разное. Хорошо бы, когда бабушка поправится, родители решили переехать обратно, в город, где жили раньше. И тогда Ника вернется в старый класс, где никто не обзывал ее очкариком и не ставил подножки. В большом городе люди наоборот, для серьезности очки носят. Это даже модно. Только глупые деревенщины об этом не знают, вот и дразнятся. Или – мысли потекли в другом направлении – можно попросить девочку-призрака отомстить задирам. Уж пугать она умеет, Ника ночью в этом убедилась. Разве призрак откажет ей в такой малости, раз уж Ника согласилась помочь найти могилу? Пусть явится к ним домой, напустит ядовитого тумана и устроит настоящий полтергейст! Ника с удовольствием посмотрела бы, как они будут визжать от страха!

Она даже раскраснелась, представляя перекошенные лица обидчиков. Так увлеклась, воображая месть, что не заметила, как ее догнал Вова, и теперь шел рядом.

– Мелкая, ау! Ты что, в наушниках? – он тронул ее за плечо.

– А? – Ника вздрогнула и остановилась. – А, это ты! Привет.

– Привет. Куда намылилась? Твой дом вроде в другой стороне.

– Ищу одно место. – Призналась Ника.

– Помочь?

Ника замялась. Как объяснить, зачем ей на кладбище, и при этом не рассказывать про привидение в цветке?

– Не, ну если не хочешь, я домой пойду. – Сказал Вова, заметив ее смятение.

Ника посмотрела вперед. Частный сектор виднелся впереди, но путь к нему преграждали строительные ограждения и котлованы. Пробираться через них, не зная дороги – то еще удовольствие. К тому же она не знала точно, куда перенесли кладбище.

– А вы прямо по этой грязюке домой каждый день добираетесь? – спросила она Вову.

– Когда как, – ответил мальчик. – На самом деле есть нормальная дорога в обход стройки. Но тут интереснее, и быстрее по прямой.

– Что же тут интересного? – удивилась Ника.

– Я представляю себе, что я в компьютерной игре. Типа аркады. А это уровни с препятствиями. Даже карту нарисовал. Вот там надо пройти по доске через яму с водой, за это пять очков. Там перелезть через плиту и между перекладинами крана, за это тоже пять. А потом пробежать через первый этаж недостроя и не попасться сторожу на глаза. За это целых десять. – Он заулыбался. – Еще я дал всем котлованам названия. Вот это Море Спокойствия, рядом Море Дождей и Океан Бурь. А те два – Озеро Сновидений и Болото Туманов…

– Погоди, погоди, – перебила Ника. – Ты их назвал как кратеры на Луне, что ли?

– Точно! Я как-то был у одноклассника в гостях, с высоты двадцатого этажа глянул на нашу стройку. Вся земля в бороздах и кратерах. Чем не Луна?

– Круто, – согласилась Ника. – Так и правда куда веселее идти домой после школы.

– Давай так. Бегом до Моря Спокойствия, потом через Долину Песка и Болото Туманов, кто быстрее! И не попадись гигантским жукам!

– Погоди, что еще за гигантские жуки? – возмутилась Ника, но Вова уже бросился вперед, ловко перепрыгивая через глубокие борозды от тракторных гусениц. Девочке ничего не оставалось, как побежать за ним.

От быстрого бега, частых вдохов и выдохов, в груди стало щекотно. Ника громко засмеялась. Вову она, конечно, не догнала, зато прыжки через ямы быстро вытрясли из головы злость и обиду. Задыхаясь от смеха, Ника преодолела последнее препятствие и оказалась на ровной асфальтовой дороге, за которой начинался район частных домов.

– На этот раз ты выбрался невредимым, салага! – сказал Вова, смешно пришепетывая, как старый пират из мультика. – Но в следующий раз будь осторожнее, Луна не щадит новичков!

– А там что? – спросила Ника, отдышавшись. Дорога раздваивалась: справа ровным строем стояли друг напротив друга дома, слева высились рыжебокие сосны за двухметровой оградой-решеткой.

– А там запретная зона! – ответил Вова голосом пирата. – Туда тебе, салага, точно путь закрыт!

– Я серьезно, что там? – переспросила Ника, отсмеявшись.

– Кладбище там, – ответил Вова. – Раньше парк был. А когда стройку затеяли, перевезли сюда могилы и памятники. Мы с Виталиком даже специально выходили смотреть, как старые гробы закапывают. Мне кажется, они там все кресты и могильные плиты перепутали, так торопились место под ваши дома расчистить.

– Какая жесть! – не удержалась Ника, на миг похолодев. – Разве так можно?

– У нас весь район жалобу писал, чтобы парк в покое оставили, но всем пофиг… – Вова махнул рукой. – Раньше из окошка был вид на сосновый бор, теперь на кладбищенские ограды. Ты как, зайдешь в гости? Или домой проводить? Могу обходной путь показать, чтобы ты опять через котлованы не прыгала.

– Я… – Ника судорожно вздохнула, придумывая, что бы такое соврать, но, как назло, ничего не приходило в голову. – Я, в общем, как раз это место и искала. Кладбище.

– Зачем? – удивился Вова.

– Надо одну могилу найти.

Вова прищурился, а Ника совсем смутилась. Некоторое время они стояли молча, а потом Вова спросил:

– Родственника, что ли?

Ника, недолго думая, кивнула, и почувствовала облегчение. Хорошо, что он сам нашел причину, не придется врать.

– Понятно. А не боишься? Хочешь, с тобой схожу?

– Хочу! – с благодарностью отозвалась Ника. Не то, чтобы она боялась, просто не хотелось оставаться в одиночестве.

– Только там заперто. – Вова подошел к воротам и подергал цепь с массивным замком. Придется лезть через забор. Хотя, тебе не впервой! – Он рассмеялся.

Ника заулыбалась.

Немного пройдя вдоль ограды, они нашли подходящее место, где наверх можно было легко вскарабкаться по кованным переплетениям. Вова демонстративно пропустил Нику вперед, давал советы, куда ставить ногу и за что лучше уцепиться, и вскоре девочка перебралась на другую сторону. Вова легко залез на ограду и спрыгнул рядом с ней.

– Как зовут-то? – спросил он.

– Кого? – не поняла Ника.

– Родственника, которого ищем.

Ника снова поникла:

– Знаю только, что это девочка. Лет тринадцать, наверное. Или четырнадцать. Я по фотографии сразу пойму.

Вова хмыкнул:

– Это если там будет фотография. Говорю ж, перевозили как попало.

Ника зябко передернула плечами:

– Тогда поищем по возрасту.

Они вошли под сень лохматых сосновых верхушек. Стволы поскрипывали, пахло сыростью: еловыми иголками, смолой и грибами. Одинаковые земляные холмы тянулись друг за другом рядами, без оград. Все они выглядели свежими, как будто ямы закопали совсем недавно. А вот надгробия и памятники над ними показались старыми. Где-то имена и даты легко читались, какие-то было почти не разобрать, а другие полностью заросли вьюнком. Листья у него были ярко-зеленые, с темными крапинками, и такие свежие и упругие, как будто не стоял промозглый октябрь. Ника наклонилась, попыталась раздвинуть стебли, но растение не поддалось. Ника оставила попытки и перешла к следующей могиле.

– Мы так до темноты бродить тут будем! – сказал Вова, наблюдая, как долго Ника читает даты на памятнике. – Давай разделимся, я с той стороны начну, ты с этой. Так и пойдем, у каждого будет своя половина. Увижу кого-то нужного возраста, дам знать.

– Спасибо! – Ника тепло улыбнулась.

Не теряя времени, они разошлись по сторонам. Ника старалась не упускать Вову из виду – его желтая куртка ярким пятном выделялась на фоне сосновых стволов, между которыми теснились могилы. Поначалу Ника подробно осматривала каждую, но чем дальше, тем сложнее становилось. Большая часть надписей была стерта, от фотографий, как и предсказывал Вова, на многих надгробиях остались только следы: темные овалы и прямоугольники, маленькие отверстия от креплений.

Ника разочарованно выдохнула и выпрямилась. Поискала глазами Вову, не нашла, и забеспокоилась. На кладбище стояла жуткая тишина. Только поскрипывали сосновые стволы, как мачты брошенных на суше кораблей.

Нике стало не по себе. Она развернулась, двинулась туда, где видела желтую Вовину куртку последний раз, но на полпути оступилась и едва удержала равновесие. Ноги соскользнули с тропинки прямо в рыхлую и влажную земляную насыпь.

Один ботинок увяз по самую лодыжку. Ника попыталась вытащить ногу, но она застряла. Не зная, что еще предпринять, девочка присела на корточки, и сразу поняла, что совершила ошибку. Грунт противно чавкнул и начал осыпаться.

Мгновение – и она провалилась под землю. Как будто под насыпью пряталась пустота. Ника взвизгнула. Земля тут же попала в глаза и рот. Ника чувствовала, как она сыплется ей за шиворот, забивается в карманы и застревает в волосах. Страх сдавил грудь и мешал дышать. Ника наглоталась грязи, хватая ртом воздух, отчаянно молотила руками, но только увязала еще глубже. Ноги словно засасывало ледяной жижей из глубины.

Ухватиться было совершенно не за что. Едва Ника цеплялась за ком земли, он тут же рассыпался в пальцах. В панике, что вот-вот не сможет вздохнуть, девочка из последних сил рванулась вверх. И вдруг пальцы нащупали что-то, похожее на веревку – тонкое, крепкое. Ника потянула веревку на себя, ухватилась второй рукой. Веревка сама поползла наверх. Несколько мучительных секунд – и Ника выбралась на поверхность, кашляя и отплевываясь. Руки крепко сжимали спасительную…

Нет, вовсе не веревку. Ника выпустила из пальцев длинный стебель вьюнка, который тут же проворно отполз в сторону, прячась за ближайшее надгробие.

– Мелкая, вот ты где! – с другой стороны к ней бежал растерянный Вова. – Куда ты делась? Я уже успел все кладбище раза три оббежать!

– Это ты куда-то пропал! Был и нету! – слабо возразила Ника, не в силах отвести глаз от места, где замерла вытащившая ее ветка. Разве растения могут двигаться сами по себе? От испуга знобило, земля противно скрипела на зубах, губы дрожали.

– Да ничего подобного! Я на минутку отвернулся, а ты возьми, и… Ты что, правда туда провалилась? – Он быстро поднял Нику на ноги и принялся стряхивать прилипшие к куртке комья глины. – Серьезно? Как ты умудрилась вообще? – он посмотрел на могилу, откуда только что выбралась девочка. – Вот уроды, даже не закопали нормально!

– Не знаю! – Ника задрожала еще сильнее. Зеленая ветка вьюнка покачивалась над каменным надгробием. Тонкий змеиный след остался на рыхлой земле в том месте, где она ползла.

– Надо тебя срочно домой отвести! – серьезно сказал Вова. – Идти можешь?

Ника кивнула. На негнущихся ногах перелезла через ограду – Вова все время поддерживал ее, чтобы не упала. И почти не запомнила, как добралась домой, где друг сдал ее на руки бабушке.

– Упала в лужу. Только маме с папой не говори. – Попросила Ника, стуча зубами, пока бабушка снимала с нее грязную одежду.

– Тогда стирать сама будешь! – строго сказала бабушка. – И объясняться тоже. Давай под горячий душ, пока не заболела. Гляди-ка, колотит всю! А я чаю заварю пока.

Глава 4.

Ника заснула сразу, как только голова коснулась подушки. Но сон был беспокойный – то и дело казалось, что к лицу снова прикасается мокрая земля, а ноги теряют опору. Тогда она судорожно хватала ртом воздух и просыпалась.

На какой-то раз (Ника сбилась со счета) рядом оказалась призрачная девочка. Она осторожно присела на краешек кровати, точнее зависла над ним, потому что одеяло даже не примялось. Ника рывком села, сердито посмотрела на привидение, и потянулась к тумбочке за очками.

– Не вышло, да? – грустно спросила девочка-призрак. – Ты не нашла мою могилу?

– Я туда не вернусь! – решительно сказала Ника. – Хватит с меня могил и кладбищ.

Девочка-призрак еще больше побледнела:

– А что же мне делать?

– Попроси кого-нибудь еще. Кого-то, кто сможет и не испугается.

– А ты знаешь такого? – с надеждой спросила девочка. – Чтобы и призраков видел, и цветам нравился?

– Я подумаю. – Ответила Ника, укладываясь обратно на подушку. Мелькнула мысль написать кому-нибудь из любимых блогеров, охотников за призраками, но она отмела ее. – Завтра. Сейчас мне надо поспать, поэтому не мешай, ладно? Завтра в школу. Не хочу быть сонной мухой на случай, если мне опять будут ставить подножки.

– Мне грустно. – Девочка-призрак картинно вскинула тонкие руки. Манжеты ночной рубашки колыхались в воздухе, как от ветра, хотя в комнате не было даже маленького сквозняка. – И одиноко. А тебе обязательно спать?

– А ты как думаешь? Люди должны спать по ночам, чтобы что-то делать днем. Когда ты была человеком, ты тоже хотела спать.

– Когда я была живой ведьмой, я наверняка не спала по ночам! Я гуляла по лесу и танцевала в лунном свете вместе с мотыльками.

– Ты же сказала, что ничего не помнишь! Даже свое собственное имя.

– А я и не помню. Но ведь я по-прежнему я. И так бы и сделала, будь все еще живой. Это так чудесно, танцевать ночью в лесу!

– Ничего нет в этом чудесного, – проворчала Ника. – Там комары. И дикие звери. И грязища! Или что, по-твоему, живых ведьм комары не кусают?

Девочка-призрак ссутулилась, и, казалось, была готова расплакаться:

– Не помню никаких комаров! Когда умеешь колдовать, все иначе. И мир вокруг прекрасный и удивительный. Но ты самая обычная, хоть и можешь меня видеть, тебе не понять!

– Тогда почему бы тебе не наколдовать своему цветочному горшку ноги? Или сразу крылья? И не отправиться искать могилу самой? – разозлилась Ника.

– Потому что сейчас я не могу колдовать! Потому что я умерла! – девочка всхлипнула, прижала ладони к лицу. Призрачные плечи затряслись от рыданий, а в комнате сразу похолодало. Ника поежилась.

– Я что-нибудь придумаю, ладно? – сказала она. – Только перестань плакать. Разбудишь родителей, бабушку. Они ведь в привидения не верят. Представляешь, что будет, если они тебя увидят? Бабушке вообще нельзя волноваться, она болеет!

– Не увидят! Они еще обычнее, чем ты! Вот возьму и больше не появлюсь! – девочка перестала рыдать, вздернула нос и встала. – Раз от меня одни неприятности, и разговаривать со мной ты не желаешь…

– Да ну и пожалуйста! – сердито стукнула рукой по кровати Ника. – Я вчера полдня бродила по кладбищу, провалилась под землю, очень замерзла и устала! И песок у меня до сих пор на зубах скрипит! Я спать хочу!

Девочка-призрак молча растворилась. Нике показалось, что воздух в комнате буквально пропитался ее обидой. Она посмотрела на подоконник – за шторой листья-лапки поникли, как будто цветок тоже расстроился.

Ника вздохнула и накрыла голову подушкой. Вот влипла! Как теперь избавиться от этого призрака? А если начнет буянить, вправду напугает бабушку? А ведь у нее больное сердце! И она ни за что не поверит, что привидение живет в горшке с цветком. Даже друзьям о таком не расскажешь. Было бы круто, конечно, привлечь кого-нибудь из тех, кто снимает ролики о призраках, но… Разве они поедут в какую-то провинцию, даже если Ника пришлет им видео-доказательство? Наверняка решат, что подделка, сами ведь такие клепают.

Внезапное озарение заставило Нику ахнуть. На самом деле избавиться от цветка, а значит и от нежеланной соседки по комнате, проще простого. Нужно вернуть как было, только и всего.

Она даже встала с кровати и выглянула в окно. Маленький коттедж виднелся за углом, желтое пятно от фонаря освещало ровный ряд клумб перед ним. Второй дом, старый, прятался в темноте.

Днем, сразу после школы, Ника забежала домой. Бросила портфель, схватила горшок с цветком, и направилась прямиком к участку у подножия многоэтажек.

Хозяйка была на месте. Ника внимательно ее рассмотрела и подумала, что в других обстоятельствах приняла бы за студентку-первокурсницу. Совсем молоденькая, с копной небрежно свернутых в пучок рыжих волос, в модном свитере и джинсах, она нелепо смотрелась среди грядок и с садовой лопатой в руках. Склонившись над клумбой, садовница выкапывала из земли луковицы цветов, и раскладывала в стоящие рядом одинаковые глиняные горшки. Толстый кот копошился рядом: ворошил лапой землю, задумчиво обнюхивал выкопанные луковицы, потом двигал их лапой в разные стороны.

– Профессор, ну сколько раз вам повторять! – прикрикнула на него хозяйка. – Красные это гиацинты, желтые это тюльпаны! А вы опять все перепутали! Что у вас с памятью?

Кот обиженно мяукнул и распушил трубой полосатый хвост.

– Нет, я от вас не отстану! – сердито продолжала хозяйка. – Давайте, напрягитесь, а то совсем деградируете…

– Извините! – робко подала голос стоящая за забором Ника. – Извините, пожалуйста, можно с вами поговорить?

– Чего тебе? – отозвалась хозяйка, даже не посмотрев в сторону девочки. Как будто с самого начала знала, что та стоит и наблюдает. Кот бросил на Нику презрительный взгляд и зашипел.

– Я хотела попросить прощения за то, что без спроса забралась к вам на участок. – От волнения Ника переминалась с ноги на ногу. – И вернуть то, что взяла.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.