Михаил Терехин
Зона благодати

Глава 1

Пролог

«Ибо Господь, кого любит, того наказывает;

бьет же всякого сына, которого принимает».

-Послание апостола Павла к Евреям 12:6

Территория Радара была затянута мрачными серыми тучами. Впрочем, это было обыденное явление. Даже самые бывалые сталкеры не смогут положительно ответить на вопрос «Светит ли над Радаром солнце?» Отсюда и пейзаж вокруг не самый веселый и жизнерадостный. Трус не играет в хоккей, а впечатлительные люди не становятся сталкерами. Иначе перед тем, как встретиться с адептами Монолита, сталкеры бы умирали на Радаре от тоски и уныния – настолько вокруг все было серо и безжизненно. Дополняли картину слоняющиеся вокруг да около зомбированные сталкеры, бормотавшие что-то себе под нос и влачившие свое жалкое остаточное существование.

Однако в данный момент отца Александра мало волновала унылая картина окружающего мира. Особенно учитывая тот факт, что он сидел связанным на стуле в полуразрушенном монастыре. Крестовый Монастырь, а точнее то, что от него осталось, совсем не вызывал благоговения. Скорее, он вызывал тихий ужас. В слабом свете немногочисленных свеч почти ничего не видно – ни икон, ни росписи на стенах и потолке. А вот что можно было хорошо разглядеть – так это окруживших связанного священника людей в черных одеяниях с красными полосами. На груди они носили большие серебряные кресты с изображением меча, а их лица были закрыты белыми масками с нарисованными кровавыми слезами. Они и так выглядели недружелюбно, но для полноты образа они еще были вооружены. Разумеется, это же Зона. И вот в этой не вызывающей ничего положительного обстановке, к тому же еще и привязанный к стулу, сидит отец Александр. Он наконец достиг своей цели, но путь к ней был нелегкий. Все вокруг как будто намеренно вставляло палки в колеса. А как иначе – Зона никому и никогда легко не дается. Каждый следующий шаг может стать последним из-за аномалий на пути. За каждым поворотом может скрываться кровожадный мутант. В любой момент Зона сама лично может дать прикурить, когда небо буквально заливается кровью и начинается Выброс. Но самая главная опасность в Зоне – это, конечно, человек. Человек, опускающийся здесь на самое дно. Для него уже не важны вопросы веры, совести и даже здравого смысла. Здесь в Зоне большинство думают только о двух вещах – как заработать побольше денег и как не сдохнуть в процессе. И вот, насмотревшись на все эти «прелести» Зоны с избытком во время своего странствия, отец Александр, уставший, почти сломленный, еще и в окружении вооруженных Апостолов, нашел в себе силы только лишь для того, чтобы произнести:

–Господи… Господи… Почему Ты оставил меня…

Внезапно в толпе Апостолов из гробовой тишины донесся ответ:

–Он не оставил тебя… Он привел тебя сюда…

Глава 1

Разным людям по-разному «везет». Кто-то рождается дураком, а кто-то гением. Кто-то бедным, а кто-то богатым. Кто-то двигает человечество вперед, а кто-то просто хорошо делает свою монотонную работу. Но все эти люди являются маленькими винтиками одного огромного механизма под названием «человеческое общество». Будущему отцу Александру тоже повезло. По-своему, конечно. Хотя, на первый взгляд, ничего особенного не произошло. Просто родился ребенок рано утром 25 апреля 1986 года в роддоме МСЧ-126 города Припяти. Семья ничем не отличалась от простой советской. Мама – врач, работала в той же медсанчасти хирургом, а папа – пожарный в ВПЧ-2. Уважаемые люди с уважаемыми профессиями. Но, как это обычно бывает, все переворачивается с ног на голову в одночасье. И это самое «одночасье» наступило буквально на следующий день, который стал роковым для многих людей. Причем папа Александра узнал об этом не в момент взрыва, а пятью минутами позже, когда ему домой позвонили из ВПЧ-2 и приказали срочно выдвигаться на место аварии.

День 26 апреля выдался тревожным. Город наполнялся слухами один страшнее другого, но официальной информации об аварии на ЧАЭС не было никакой. Слухи дошли и до роддома, где лежала мама с новорожденным Сашей. Тихая паника витала в воздухе весь день, а утром 27 апреля официально по Припятскому радио сообщили об аварии и последующей эвакуации. Мама с Сашей уехали на автобусе, а папа остался в Припяти в качестве ликвидатора. О нем несколько дней не было известий, пока семья добиралась до Москвы. Пришлось расположиться у бабушки с дедушкой. После Первомайских демонстраций, которые происходили по всей стране как ни в чем не бывало, удалось встретиться с папой в Москве. Правда, место и обстоятельства были нерадостными – папа встретил свою жену и маленького ребенка, лежа на больничной койке в шестой клинической больнице с раком щитовидной железы, вызванным острой лучевой болезнью. На следующий день его не стало. Саша все знал с детства, мама не стала от него ничего скрывать, когда тот в первый раз спросил ее: «Где мой папа?».

Мама Саши не отличалась религиозностью, но все изменилось, когда в СССР на государственном уровне отметили тысячелетие Крещения Руси. Православие снова входило в жизни людей, и так оно вошло в их жизнь. Мама привела Сашу в церковь, где они приняли крещение, а читать он учился, когда они вместе читали Библию. С 7 лет вместе с обычной школой Саша учился еще и в воскресной школе. Учился он хорошо, отличался мягкостью и кроткостью в характере, из-за чего его нередко шпыняли более «смелые» сверстники. Но Саша предпочитал ответному насилию стерпеть, отойти в сторону и думать об учебе. В 18 лет он отправился в армию и попал в войска разведки ГРУ, где служил медиком (спасибо матери), а по возвращении в 2006 году узнал очень интересную новость.

В семье Александра не особо часто вспоминали о событиях на ЧАЭС. Разумеется, они с матерью пользовались всеми льготами и привилегиями, которые им полагались по закону, как семье погибшего ликвидатора. Но то, что там произошло, не обсуждали, а только вспоминали о погибшем отце. 10 июня случилось то, что не могло пройти мимо них. В новостях только и говорили, что на территории Чернобыльской Зоны Отчуждения случилось происшествие. Яркий свет озарил пространство, начали испаряться облака, страшный грохот, землетрясение, много погибших. Но никто не знал как и почему это все произошло. Ни слова про проект «О-Сознание» и про попытку проникнуть в ноосферу. И уж тем более никто, даже в самых страшных прогнозах, не мог предположить о последствиях данного события.

По возвращению из армии Александр поступил в духовную семинарию и готовился стать пастырем. Несмотря на то, что события 10 июня не влияли напрямую на него, они оставили большой отпечаток в его душе, поэтому он старался узнать как можно больше новостей оттуда. Одним из его источников был командир взвода, в котором он служил – лейтенант Игорь Волков. Они не были друзьями, все-таки один был у другого в подчинении. Но Александр еще на службе приметил активность и целеустремленность своего взводного, и за эти качества его уважал. Еще и судьба так удачно свела их в Москве – Волков приехал в столицу на учебу, на повышение готовили, а встретились они в храме на воскресной службе. Ну и слово за слово, сели в кафе, пригубили по полтинничку, не без этого, поговорили за старые добрые времена, службу вспомнили и Александр сам решил вывести разговор на тему Зоны. Не сказать, что молодой лейтенант был рад такому повороту, скорее наоборот. Сразу нахмурился и вроде даже хотел эту тему закрыть без разговоров, но Александр настоял. Впрочем, ничего нового узнать ему не удалось. Ожидаемо, Волков, как и все, вынужден довольствоваться слухами, один безумнее другого. И естественно, что он, простой взводный, будет не самым первым человеком, с которым будут такими сведениями делиться. Тем более, как он сказал, это больше юрисдикция Службы Внешней разведки, а не внутренней, коей является ГРУ. И вот разговор подошел к логическому завершению, как вдруг Волков решил поинтересоваться у Александра:

–А ты зачем вообще всем этим интересуешься? Что-то не очень церковь с Зоной вяжется.

Абсолютно логичный вопрос от офицера ГРУ и вроде бы несложный, но Александр не знал, что ответить. Ну вот надо ему знать, и все тут. Так и не получив ответа, Волков закончил разговор сам:

–Мой тебе совет, Саша – не лезь ты во все это. У тебя есть свое призвание, свой путь – вот и иди по нему.

«Мда… Нехорошо как-то получилось…» – подумал Саша, оставшись в гордом одиночестве.

Мать Александра тоже была не в восторге от его любопытства, но с ней он не заводил разговор на эту тему. Он думал, что все дело в погибшем отце, как всегда. Но время шло, наступил 2007 год, второй курс семинарии, и уже даже забываться начала эта Зона, как она снова о себе напомнила. Громко, как она умеет. Вернувшись однажды домой, Александр увидел свою маму грустной и опечаленной. Она рассказала ему о своем коллеге, который, к сожалению, не вернулся из командировки. До его смерти никто толком не знал, куда его направили, да и после не говорят, но ходят слухи, что он был как раз таки в Зоне, и что после 10 июня 2006 там все стало очень плохо. Еще бы, раз там люди умирают.

–Чернобыль забрал моего мужа…, и я не позволю ему забрать и моего сына… – внезапно сказала мама. Александр даже не знал, как реагировать. Он вроде в Зону и не горел желанием идти, а уж после таких новостей – тем более. Но ему показалось, что мать не лучшим образом сказала про отца. Для Саши отец был героем-ликвидатором, такой образ ему прививали с детства.

–Папа был героем, – тихим голосом сказал Александр, – Он делал то, что считал правильным.

–Ага… И лежит он сейчас в земле… Вместе со своим героизмом…

Тяжелая тишина повисла в воздухе после этой фразы.

–Прости, Саша, я просто… Просто устала…

Александр молча встал, обнял маму на прощание и ушел. Он не смог подобрать слова, чтобы поддержать ее в трудной ситуации.

2008 год. Телефон в кармане Александра коротко завибрировал во время лекции – пришла СМСка. Он подумал, что снова от мамы, но номер оказался неизвестным. Впрочем, абонент в тексте послания сразу развеял свою анонимность: «Это Игорь. Перезвони, это важно!» Александр отсидел лекцию до конца, после чего набрал Волкову.

–Ты откуда узнал мой номер? – растерянно спросил Александр.

–Что за глупые вопросы, Саш? ГРУ, забыл? – с иронией ответил Волков.

–Ну да, точно. Да я тут с головой в учебе. Ладно, что случилось, Игорь?

–Давай не по телефону. Ты когда с учебы освободишься?

–Ну, через пару часов точно.

–Принял. В том же кафе встретимся, где и 2 года назад виделись.

Прошла пара часов. Игорь пришел первым и сдержанно поприветствовал пришедшего чуть позже Александра. Волков, который уже был старшим лейтенантом, выглядел напряженно. Александр уже догадывался, какая тема в очередной раз будет затронута.

–Ни за что не догадаешься, кто на меня вышел, – начал разговор Игорь, показывая Александру фотографию. На ней был изображен солдат в униформе с оружием на фоне колючей проволоки, леса и дороги, ведущей за горизонт.

–Да ладно! – удивился Саша, взглянув на фотографию, – Это ж Серега Гранит!

И да, Гранит – это фамилия, а не прозвище. И Сергей ей соответствовал в полной мере – высокий, мускулистый, широкоплечий, блеск и уверенность в глазах с легкой ухмылкой на лице.

–Он что на сверхсрочную пошел что ли? – спросил Александр.

– Это да, но, не поверишь, куда, – ответил Игорь и молча уставился на Сашу, ожидая что тот сам поймет все. Так и получилось.

–Он в Зоне? – шепотом спросил Александр, переведя удивленный взгляд от фотографии на Волкова. Тот молча кивнул, – А как он там оказался? Это же территория другой страны.

– Вот тут самое интересное, – Игорь начал нагонять интригу, – Оказывается, в Зоне наши ученые работают, изучают что-то там. А он и остальные контрактники их охраняют. Говорит, что наши с ними чуть ли не на уровне министров обороны договорились о таком.

–Ничего себе. Погоди, ты сказал, он ученых «охраняет». От кого?

–Этого он мне не сказал. Сам понимаешь, почту там чуть ли не под диктовку пишут. Но все же кое-что удалось нарыть по своим каналам, – Волков с опаской огляделся по сторонам, – Я сильно рискую, показывая это тебе…

–Ничего не говори, – Александр выключил духовника и включил бывшего ГРУшника, – Либо показываешь, либо допиваем кофе и расходимся.

Волков достал еще один снимок и молча показал Александру. То, что на нем было изображено, описать в двух словах было невозможно. Какое-то обезображенное чучело под 2 метра ростом с большими щупальцами на лице вместо рта. Саша молча вернул снимок Игорю.

–У мамы год назад коллега оттуда не вернулся. Господи, что же там творится?

–Я не знаю. Но что бы это ни было – ничего хорошего от этого ждать не стоит, – Волков посмотрел Александру в глаза, – Я надеюсь, ты за 2 года не надумал туда идти?

–Нет, конечно, я же не идиот. Просто… Не отпускает меня эта тема. Как будто преследует меня, в воздухе висит, постоянно что-то с ней связанное происходит. Словно, мне это на роду написано.

Волков ухмыльнулся.

–Ну да, ты же за день до взрыва родился. Думаешь, оттуда до тебя что-то долетело в ту ночь?

Александр взглядом показал Игорю, что шутка не удалась.

–Извини, думал обстановку разрядить, – Волков виновато опустил голову, – Что теперь делать будешь?

–То же, что и всегда – молиться и уповать на Бога, – ответил Александр, встал из-за стола и направился к выходу из кафе.

–А ты думаешь, не Бог все это сделал? – спросил вдогонку Игорь.

И снова у Александра ступор. Что-то часто это происходит в последнее время. Вопросы, на которые нет ответа. Неизвестность, сомнения, страх, интерес, влечение – целая «солянка» эмоций. От этого и нервы ни к черту. Александр посмотрел на своего взводного суровым, далеко не священническим, взглядом.

–Бог создал нас по образу и подобию Своему. А вот это, – он показал пальцем на фотографию с мутантом, – Точно не Божий промысел.

И снова нехорошо разошлись. Александр возвращался домой в расстроенных чувствах, сожалея, что сорвался на Игоря. Он же вроде помочь хочет, переживает, а реакция была будто гулять не выпускают на улицу. Детский сад, подготовительная группа, елки-палки. Придя домой, Александр уединился и сел на колени перед иконами, которые были у него в комнате.

«Господи Иисусе Христе, Сыне Божий, помилуй меня грешного.

Сердце моё полно противоречий и волнений. Давно испытываю тягу к изучению загадки Зоны, но страх перед неизвестностью удерживает меня. Всё чаще слышу голоса изнутри, зовущие меня туда, но разум сопротивляется, ибо вижу тьму и ужасы, царящие в той земле.

Покажи мне, Господи, Твой промысел. Являешься ли Ты причиной возникновения этой запретной земли, или это дело человеческих рук и гордыни? Прими мои сомнения и сомкни руки Твои над сердцем моим, даруй мне понимание, достойное Твоего ученика.

Ниспошли мне мудрость принять правильное решение. Да пребудет воля Твоя, будь то остаться здесь, посвятив себя служению прихожанам, или последовать призыву и вступить в пределы запретной земли.

Спаси и сохрани, Господи, сердце моё от смущения и нерешительности. Даруй мне свет веры, который осветит мой дальнейший путь. Аминь».

После молитвы Александр лег спать. И видимо, Бог решил не медлить с ответом. Во сне Александр оказался в полной темноте. Ничего особенного, просто вокруг кромешная тьма и гробовая тишина, ни единого звука и образа. Он в панике осматривается вокруг, но ничего не меняется. На момент он запаниковал, что у него вообще нет глаз. Проверил – все на месте. Но от этого не легче. И тут внезапно где-то далеко и едва слышимо прозвучал звук, как будто кто-то зажег огонь. Повернув голову в сторону звука, Александр разглядел едва видимый огонек. Он двинулся в этом направлении, сначала медленно, потом ускорил шаг. Тьма как будто начала давить на него, чем ближе, тем сильнее, и вот Александр уже бежит к огню со всех ног. Добежал, успел, но надо отдышаться. И вот он поднимает голову и видит огненный круг, а в центре круга стоит человек в бежевом одеянии с синей лентой через плечо. Он стоит к Александру спиной и видно только его темные волосы до плеч.

–Господь? – Александр произнес это слово так, как будто вложил туда весь с трудом накопленный воздух.

Человек в бежевом начал медленно поворачиваться к нему. Александр смотрел на него, не отрывая взгляд. Никаких звуков не было, ничего из темноты не показалось, но Саша почему-то резко повернул голову в сторону. И в мгновение огонь разгорелся с огромной силой, ударив пламенем прямо в него. Александр проснулся, а на улице уже рассвело.

2009 год. Храм всегда является местом притяжения многих людей. Разного пола, внешности, убеждений, работы, а главное судьбы. Но всех их объединяет одно – любовь к Богу и желание ему служить. Александру всегда нравилось смотреть на скопления людей во время воскресного богослужения. Но в будние дни в храмах народу не так много. И вот в один из таких дней Александр зашел в храм и увидел интересную картину. На улице в этот день было облачно, но облака были неплотные и яркое солнце пробивалось своими лучами в эти прорехи. Один из таких лучей светил в одну точку через окно внутри храма. Александр заглянул за угол, чтобы посмотреть куда светит солнце. А оно, оказывается, светило четко на одного человека, просто сидящего на скамейке в храме с опущенной вниз головой. Александр хотел было мимо пройти, дабы не отвлекать от молитвы, но этот человек видимо почувствовал его присутствие, поднял голову и посмотрел на него. И увидел Александр знакомое лицо:

–Артем? Приходько?

–Ух ты! Привет, Саня!

С Артемом Приходько Александр учился в одной школе, но в разных классах. Они ровесники и, так уж вышло, оба с Припяти. Это их в свое время сблизило. Одноклассники обнялись и сели вместе на скамейку.

–Знаешь, я даже не удивлен, что вижу тебя здесь, – начал разговор Артем.

–А я, наоборот, удивлен, – ответил Александр, – Ты только не подумай, для всех людей хватит места в доме Божием, просто… Ты выглядишь задумчивым. Что у тебя на душе?

–Да, есть кое-что. Собираюсь отправиться в одно место, вот решил зайти и… попросить Бога о помощи.

–Нелегкий путь предстоит?

Артем промолчал и повернулся к Александру затылком.

–Хорошо, можешь ничего не говорить. Давай я просто за тебя помолюсь перед…

–Я домой возвращаюсь, Саша.

И снова ступор. Со всеми вытекающими. И вроде можно было бы начать разговор издалека, но Александр решил сделать по-другому. Он владел достаточной информацией, чтобы понимать, каким адом может быть Зона, но его удивил факт того, что кто-то хочет туда попасть добровольно. Александр до конца еще не понимал, чем Зона манит его самого, но он туда и не стремился, однако, чем она заманила Артема, что он намерен туда отправиться? Это и нужно было выяснить.

–И зачем? – спросил Александр у Артема.

–А тебе можно доверять?

–А ты посмотри мне в глаза и сам реши.

Они переглянулись и минуту молча смотрели друг другу в глаза. Решительный взгляд Александра и напряженный взгляд Артема.

–Ну хорошо, – решился Артем, – Максима Зотова помнишь?

–Конечно. Безумный Макс мы его называли.

–Он там был. И вернулся. Причем с деньгами и не маленькими.

–А где он их там заработал?

–В этом и суть. Оказывается то, что в 2006-ом случилось дало свои плоды. Он мне рассказал, хоть я и не все уловил. Если простым языком, то по территории Зоны разбросаны какие-то странные штуки, которые Макс назвал «аномалиями». Из этих «аномалий» образуются другие штуки – «артефакты». И вот эти артефакты можно продать. За них платят очень много.

–Но и риска, видимо, тоже немало, так ведь?

–Да, ты прав. Он в двух словах рассказал о тех, кто в этой Зоне обитает. Там от одних рассказов страшно до мурашек.

–Но тебя это все равно не останавливает…

–Мне нужны деньги!

–Артем, деньги нужны всем, для этого совсем не надо идти туда, откуда можешь и не вернуться.

–Тебе меня не понять, Саш. Я в долгах, как в шелках. Может ты и наедаешься духовной пищей, но я – не ты.

–Тогда зачем ты сюда пришел, если не за духовной пищей? Хочешь, чтобы Бог одобрил твое решение?

–Я хочу, чтобы он меня защищал, – сказал Артем, понуро опустив голову. Александр тоже решил сбавить обороты, чтобы с Приходько не получилось также, как с Волковым.

–Сядь напротив меня и положи свою правую руку на мое правое плечо.

Артем сделал все именно так, Александр сделал то же самое.

–А теперь закрой глаза и думай о Нем. А я помолюсь за тебя перед Ним.

«Господи, будь проводником и защитником раба Твоего Артема в путешествии, которое он собирается предпринять. Присматривай за ним. Защити его от несчастных случаев. Не причиняй вреда телу и душе. Господи, поддержи его Своей благодатью, когда он устанет. Помоги ему быть терпеливым в любой беде, которая может встретиться на его пути. Во имя Отца и Сына и Святого Духа. Аминь».

Подняв голову, Александр посмотрел в заплаканные глаза Артема и осенил его крестным знамением. Артем встал и медленно направился к выходу.

–Последний вопрос, Тема. Откуда ты начнешь свой путь?

–Мы с Максом отправимся вместе. Сначала в Чернобыль-6, а оттуда уже в Зону.

Артем покинул храм, оставив Александра наедине со своими мыслями. Их было много и большую часть хотелось гнать прочь от себя. Ему не хотелось думать о том, что его путь похоже тоже лежит в Зону. Но уж больно много событий в его жизни за последние 3 года связаны с ней. Хорошо, даже если гипотетически предположить такой вариант развития событий, тогда второй вопрос – зачем туда идти? Что там нужно сделать? Явно не денег побольше заработать. Тогда зачем? Кому-то помочь? Допустим, но кому, а главное, чем помочь? А может смысл куда глубже? Или, наоборот, более приземленный? Вопросов много, ответов нет. А значит, делать пока нечего и двигаться пока некуда. Надо снова возвращаться в реальность и хотя бы семинарию закончить, а там посмотрим. На все ведь воля Божья.

2010 год. Учеба Александра в духовной семинарии выходит на финишную прямую. Все студенты начинают прилагать усилия и готовиться к защите диплома. Выбор темы, поиск источников, составление и оформление диплома, нормоконтроль, подготовка доклада, выступление перед комиссией. Диплом – дело не только энергозатратное, но и сопряжено с нервами.

И только у Александра мысли были далеко не о дипломе. Да, дело снова было в Зоне, но немного не напрямую. Александр вместе с другими студентами сидел на очередной лекции по дисциплине «Практическое руководство для пастырей». Ее вел профессор Михаил Петрович Добролюбов. Говорили на лекции о важности духовной стойкости, о необходимости претерпевания трудностей, о терпении и покорности воле Божией. Добролюбов цитировал труды Иоанна Златоуста, Василия Великого и Исаака Сирина.

Александр сидел и впитывал эти слова, как губка. К его собственному удивлению, они сеяли в его душе надежду и утешение. Начало казаться, что никакие опасности Зоны нипочем, когда есть вера. И все же, разум не забывал вставлять свои пять копеек. В голове никак не укладывалась мысль о том, что Бог, даже при всей Его строгости по отношению к людям и их грехам, мог по Своему замыслу создать такое место, как Зона. Место, полное смертельных опасностей, и куда люди идут далеко не за просвещением, а больше из корысти. Да и к тому же до сих пор нет ответа на главный вопрос – должна быть причина. Не ехать же туда с бухты-барахты и слепо нести слово Божье. Зона, скорее всего, место весьма порочное, так может его таковым и оставить, не трогать, и пусть все грешники собираются там на свой страх и риск. Но все люди на Земле подвержены греху, и что теперь надо всех отправить в Зону в качестве наказания? И самого Александра тоже? И вообще, не суди, да не судим будешь.

Александр так погрузился в свои мысли, что немного напугался, когда прозвучал сигнал об окончании лекции. Студенты встали и начали выходить из аудитории.

–Александр, можно вас попросить немного задержаться? – спросил Добролюбов.

–Эм… Да, Михаил Петрович, конечно.

Александр растерялся, но сел рядом с профессором.

–Александр, я обратил внимание, что ты сидел на лекции очень задумчивый. Все нормально?

–А, да, Михаил Петрович, все хорошо. Просто тема действительно очень интересная и… У меня даже есть пара вопросов по ней.

–Можешь задать, если хочешь.

Александр призадумался, как лучше сформулировать.

–Да, пожалуй… Вот, вы говорили о стойкости веры, о трудностях и испытаниях. Вот мне интересно стало. Одно дело нести слово Божье здесь, в храмах и приходах простым людям, когда все спокойно. А если придется делать это там, где смерть может быть на каждом шагу? Или делать это среди людей, которым это не нужно совсем. Которые осознанно без раскаивания выбирают греховный образ жизни.

–Интересный вопрос, однако, – Добролюбов выглядел заинтересованным, – А почему ты решил, что тебе придется нести службу именно в таких экстремальных условиях? Есть какие-то предпосылки к этому?

–Я предполагаю, что да, но не могу сказать точно.

–Понятно. Тут есть о чем поговорить и подискутировать, но это в другой раз, тебе нужно идти на следующее занятие. Но я могу подкинуть тебе пищу для размышлений. Есть одна притча, хочешь послушать?

–Да, конечно.

–Жил однажды молодой путник, мечтавший исследовать дальние края. В его родном селении говорили, что за пределами деревни лежат огромные богатства и чудеса, но путь туда преграждали два высоких моста, пересекавших бурную реку.

Первый мост был красивым и прочным, украшенным резьбой и орнаментами. Жители деревни гордились им и считали символом процветания. Путник подошел к мосту, восхищенно разглядывая красоту сооружения, но заметил надпись на табличке: «Этот мост ведет к благополучию и богатству, но тот, кто пойдет по нему, забудет свое истинное предназначение».

Второй мост был простым и неприметным, построенным из грубых досок и веревки. Он выглядел шатким и опасным, но на нем тоже висела табличка: «Этот мост ведет к великим испытаниям, но тот, кто пройдет по нему, найдет свое истинное призвание».

Молодой путник долго стоял в раздумьях, глядя на оба моста. Наконец, выбрав второй мост, он ступил на него и отправился навстречу своим испытаниям. Когда он достиг противоположного берега, он понял, что выбрал правильный путь, потому что нашел не только богатство, но и смысл своей жизни.

–Хм, интересная притча, действительно.

–Я тебя понимаю, Саша, в любой момент можно оказаться на таком перепутье. И сделать правильный выбор бывает нелегко. Даже в этой притче понятно, что второй мост – лучший вариант, но сможешь ли ты себя пересилить и ступить на него, зная, что путь не будет легким и приятным. Но об этом и говорит тот же Исаак Сирин: «Всякому начинающему путь познания истины должно пройти через многие трудности и испытания, ибо без них невозможно приобрести зрелость духа и постижение высшей истины.» Или тот же Василий Великий: «Победителем бывает не тот, кто избежал страданий, а тот, кто прошёл через них с достоинством и верой.» И Иоанн Златоуст: «Кто переносит скорби и болезни, тот уподобляется воину, выдержавшему бой, потому что победа над недугом укрепляет дух и закаляет душу.» Да, это очень трудный путь, и далеко не каждому священнику дано пройти через него. Однако, ты не хуже меня знаешь, что Бог не дает человеку испытаний, которые он не в состоянии выдержать. И даже если тебе все-таки выпадет такая участь, ты должен будешь пройти эти испытания со стойкостью и верой. А насчет того, нужно ли это людям или нет – тут все проще. Конечно, нужно, всегда нужно. Особенно, если, как ты говоришь, они осознанно выбрали жить во грехе. Им это нужнее всего. Конечно, очень просто нести слово Божье уже верующим и воцерковленным людям, когда тебя все слушают и принимают. Куда сложнее было самому Иисусу Христу или тем же пророкам из Ветхого Завета. Их мало того, что не принимали, так еще и поносили, гнали их отовсюду и даже пытались убить.

–«Если мир вас ненавидит, знайте, что Меня прежде вас возненавидел». Евангелие от Иоанна, глава 15, стих 18.

–Ты умный парень, Саша, – Добролюбов улыбнулся, – И даже если так и будет, это не значит, что нужно просто встать и уйти, оставить этих людей без Божьей истины. Наоборот, надо во стократ больше приложить усилий. Там, где царствует тьма, свет нужен больше всего. Кстати, что сказано в Евангелие от Луки на этот счет?

–«Сказываю вам, что так на небесах более радости будет об одном грешнике кающемся, нежели о 99 праведниках, не имеющих нужды в покаянии».

–Даже если ты рискнешь своей жизнью, чтобы спасти одного человека, это дело богоугодное. Господь таких людей не забывает и не оставляет, поверь.

И снова внезапно звучит сигнал об окончании перемены.

–Ух ты, вот это мы заболтались, тебе пора на следующее занятие. Беги, Саша. И не забывай о дипломе, время летит быстро.

Уже дома после учебы Александр прокручивал в голове разговор с Добролюбовым. Как ни странно, но после него баланс вопросов и ответов выровнялся. Да, мысль о походе в Зону все еще казалась безумной, но теперь она начала обретать смысл. Это испытание, которое Саша должен пройти сам, по своему выбору, через множество испытаний, чтобы найти свое призвание. Разум, к слову, все равно никуда не делся, только вот теперь они с душою, похоже, спелись. Да, надо идти по второму мосту, но сначала надо подготовиться. В первую очередь, морально подготовиться. Чтобы ни под каким предлогом не развернуться и убежать прочь.

Так, стоп, диплом… Ну е-мое… Надо успокоиться, диплом в первую очередь. Ладно, а… На какую тему диплом делать? А может… Ну да, точно! Служение в экстремальных условиях! Почему бы и нет? И диплом готов, и к Зоне морально подготовиться.

На следующий день Александр снова встретился с Добролюбовым уже вне занятий. Он предложил профессору тему для дипломной работы. Тот, в свою очередь, пообещал помочь с источниками. Александр начал с тех, о ком разговаривали с Михаилом Петровичем – Иоанн Златоуст, Василий Великий и Исаак Сирин. Их труды найти было не сложно. Добролюбов подогнал несколько книг по психологии, такие как «Основы психологии религии» В.И. Слободчикова, «Психология религиозного опыта» С.Н. Головина и «Социальная психология религии» В.В. Семенюка. Александр с головой погрузился в изучение материала, и потихоньку текст диплома начинал складываться:

«Религиозная вера в кризисных ситуациях выполняет компенсаторную функцию, смягчая тяжесть жизненных потрясений и формируя чувство принадлежности к общности, объединённой общей системой смыслов и ценностей.»

«Важнейшим фактором успешности преодоления личностных кризисов является наличие сильного религиозного убеждения, позволяющего формировать стратегию жизнедеятельности, направленную на достижение высших целей и смыслов.»

«Современная культура характеризуется высоким уровнем неопределенности и глобальных перемен, что увеличивает значение религии как ресурса коллективной солидарности и индивидуальной идентификации.»

Также Добролюбов посоветовал обратить внимание на документы, публикуемые Церковью. Например, постановления Архиерейского собора. Александр почерпнул для своего диплома некоторые пункты из этих постановлений:

«В условиях нарастания глобальных угроз и увеличения числа кризисных ситуаций возрастает ответственность Церкви за сохранение духовно-нравственных устоев общества и обеспечение психологической поддержки населения.»

«Необходимо активизировать работу по развитию центров социальной помощи и психологической поддержки, включив в неё взаимодействие с медицинскими учреждениями и социальными службами государства.»

А также, пока Александр писал диплом, он вспомнил, что на эту тему можно кое-что найти в Уставе Русской Православной Церкви. И так оно и есть, он нашел нужный пункт. Глава 5, параграф 12:

«Каждое лицо священнослужащего сословия обязано исполнять обязанности по пропаганде христианского учения, исповедуя веру словом и делом, участвуя в общественной жизни и выполняя миссии в местах, где проявляется особая нуждаемость в духовной поддержке.»

Добролюбов был прав – время летит быстро. Завтра уже защита. Диплом готов, доклад готов, а Александр все равно волнуется. Надо успокоиться. А ничто так не успокаивает, как молитва. За время учебы Александр побывал, наверное, во всех храмах и церквях Москвы. В одной из них находилась икона Пресвятой Богородицы «Прибавление ума», у которой обычно молятся перед сдачей экзаменов. Туда и направился Александр за помощью. Встав у иконы, он начал молитву:

«Прему́дросте Наста́внице и смы́сла Пода́тельнице, нему́дрых Вразуми́тельнице и ни́щих Заступи́тельнице, Ма́ти Христа́ Бо́га на́шего, утверди́, вразуми́ се́рдце мое́, Влады́чице, и ра́зума приба́ви, ко Христу́ моля́ще усе́рдно. Ты да́ждь ми сло́во, ро́ждшая О́тчее Сло́во, и́маши бо дерзнове́ние проси́ти Сы́на Твоего́ о нас. Ами́нь.»

Вернувшись домой из церкви, Саша решил отвлечься и включил телевизор. На одном из телеканалов брали интервью у архиепископа Саратовского и Вольского Леонида. Его было интересно слушать, так как этот человек делился своим опытом служения в зонах военных конфликтов и природных катастроф. Например, он говорил о необходимости готовить священников к особым условиям служения:

«Сегодня мы видим, что обстановка меняется стремительно, и наша Церковь обязана быть готова откликнуться на нужды народа, где бы он ни находился, даже в самых неблагоприятных условиях, таких как военные конфликты или природные катастрофы.»

Затем о значении личного контакта и близости к народу: «Главное, что требуется от священника в экстремальных условиях, – это личный контакт с людьми, которые оказались в тяжелой жизненной ситуации. Настоящая пастырская забота заключается в том, чтобы услышать каждого человека, понять его потребности и помочь найти смысл в самых трудных обстоятельствах.»

И еще о духовной ответственности священника: «Служение в условиях риска требует от нас особого внимания к своей духовной жизни. Ведь священник должен подавать пример смирения, терпения и бескорыстия, являясь образцом настоящего христианина, готового служить ближнему, несмотря на трудности и опасности.»

После просмотра интервью Александр будто уже был готов ступить на этот самый второй мост и отправиться в Зону в поисках своего призвания. Пример отца Леонида оказался вдохновляющим. Но Саша начал себя успокаивать, что сначала надо защититься.

И вот наступил день защиты. Волнуются все, без исключения. Большинство стояли отдельно друг от друга и про себя молились. Пришла очередь Александра. Зайдя в аудиторию, он встал у подиума и начал свой доклад:

–Уважаемые члены комиссии, представляю вашему вниманию дипломную работу на тему «Символика преодоления кризиса веры в условиях экстремальных сред: богословско-практическое изучение возможного миссионерского служения в зоне отчуждения».

Данная тема предполагает комплексное рассмотрение проблем духовной ориентации и психологической устойчивости в кризисных ситуациях, а также изучение потенциала православного учения в качестве инструмента преодоления страха и неопределённости. Основное внимание уделяется особенностям служения священника в условиях нестабильной и потенциально опасной среды, такой как зона отчуждения.

Защита прошла на отлично, и Александр выпустился из духовной семинарии с красным дипломом бакалавра по специальности «Духовное образование и пастырское служение». Дипломная работа произвела сильное впечатление на Добролюбова, который ее курировал. По его личной просьбе, они с Александром встретились после защиты кое-что обсудить.

–Защита прошла замечательно. Поздравляю, Ваше Преподобие! – начал разговор профессор. Александр сразу засмущался.

–Ну что вы говорите, я еще не прошел хиротонию.

–За этим дело не станет, я в этом уверен. Я вот чего хотел с тобой поговорить. Как давно ты… собираешься в Зону?

Александр поднял взгляд на Добролюбова. Он был скорее обеспокоенным, чем осуждающим. Да и понятное дело, что он все понял еще на подготовке к диплому.

–Если честно, Михаил Петрович, то меня мысли об этом 4 года не отпускают. Поначалу я очень сильно сопротивлялся, да и сейчас, не буду лукавить, не очень-то горю желанием туда идти.

–Я тебя понимаю прекрасно. У меня один из моих коллег там побывать успел. Столько рассказал – до сих пор мурашки по коже.

–А мне можете рассказать?

–Потому я тебя и пригласил. Для него, как для ученого, там много всего интересного, но и опасностей там очень много. Говорит, так такие особи обитают, что словами не передать какие страшные. Аномальные поля на каждом шагу, и не приведи Господь тебе хоть в одну из них угодить. Но самое страшное – это люди. Сталкеры, как они там себя называют. Там, конечно, не все поголовно моральные уроды, но, как он мне сказал, благородство там не в чести. Скорее, шкурный интерес.

–Вы пытаетесь меня остановить, Михаил Петрович?

–Ну, было бы странно, если бы я пытался тебя туда агитировать, правда? – Добролюбов немного рассмеялся, – А если серьезно, то ты уже взрослый мужчина. Бог может нам только указать направление, в котором он хочет, чтобы мы двигались. А вот двигаться туда или нет – это только твой выбор. Не думаю, что Он расстроится, если ты предпочтешь тихую и спокойную службу прихожанам здесь. Но что, если там, в Зоне, ты сможешь сделать что-то уникальное?

–Ваша притча про два моста очень мне помогла в этом. Да и подготовка к диплому не прошла даром. А вы знаете Леонида, архиепископа Саратовского и Вольского?

–Ну, лично не знаком, но слышал о нем. Смотрел недавно с ним интервью. Редкой отваги человек, должен сказать, и прекрасный слуга Божий.

–Я тоже смотрел. Он прямо… вдохновил меня, что ли. И вроде умом то понимаю, что ничего хорошего меня в Зоне не ждет, но меня это уже не пугает. Даже наоборот. Вот это пугает.

–Да, понимаю. Но, как я и сказал, тебе решать. Ты только пообещай мне, что если ты там и окажешься, то будешь максимально осторожен. Ты хороший человек, Саша. И мне не хочется, чтобы Зона оказалась твоей могилой.

–Хорошо, обещаю, Михаил Петрович.

–В таком случае, храни тебя Господь, отец Александр, – Добролюбов протянул руку Александру.

–Спаси вас Бог, Михаил Петрович.

Александр обнял профессора на прощание. Улыбка не сходила с Сашиного лица весь путь до дома. Какая-то блаженная радость будто поселилась в его сердце. Еще ведь скоро ему предстоит церемония хиротонии – посвящения в дьяконы, первый священнический сан.

И снова пролетело время, и вот Александр на воскресной литургии в храме, где ему предстоит служить. В зале собралось много верующих, все были в предвкушении данного события. Литургия идет сначала как обычно, как вдруг епископ произносит фразу:

–Возлюбленные о Господе братья и сестры! Положите усердную молитву о рабе Божьем Александре, да сподобится обрести благодать Божию и войти в число дьяконов Святой Соборной и Апостольской Церкви нашей.

Все начинают собираться вокруг Александра, волнительный момент. Все прихожане вместе с епископом начинают молиться:

–Господи Иисусе Христе, Сыне Божий, Благодетелю и Спасителю наш, Которого единого Ты возлюбил и просветил неизреченною мудростию и истиною Твоею, снизведи Святый Дух на раба Твоего Александра, поставленного нами на дело дьяконское, укрепи его, очисти его, просвети его просвещением истины, освяти его целым освящением, дабы он мог верно и честно служить дому Твоему святому и пребывать достойным Твоим слугой во веки веков. Аминь.

Александра облачают в его священнические одежды, после чего епископ подходит к нему и произносит молитву:

–Боже вечный и неизменяемый, сотворивый вся благорассудне, яже создавый человеческаго рода спасение и воскресивый мертвых, отверзи слух и сердце раба Твоего Александра, рекшаго Тебе в сердце своем: се стою пред дверьми и стучу, да отверзеши Мне дверь сердечную твою и приемлеши мя, яко сына непорочного Твояго дома. Удари о Нем персты святыя Твоя руки, утверди его в страхе Твоея заповеди, якоже злато в горниле огненнем очищено бывает, яко сын истинный и верный раб праведный.

После молитвы епископ делает саму хиротонию – он возлагает свои руки на голову Александра.

–Всегда, ныне и присно, и во веки веков. Аминь. Божественною милостью рукоположился еси во дьякона и принял благодать Святаго Духа. Богомольно поздравляю тебя, раб Божий Александр!

Александр начинает принимать поздравления от других священников и прихожан. В толпе он увидел свою маму. Он крепко ее обнял, она поцеловала его и сказала ему:

–Пусть Господь хранит тебя и помогает тебе в твоем деле! Я люблю тебя, сынок!

По окончанию литургии уже отец Александр остался в храме, чтобы в уединении помолиться в первый раз будучи священнослужителем.

«Господи Иисусе Христе, Сыне Божий, помилуй мя грешнаго!

Завершается долгий путь моего обучения, и сегодня я принял сан дьякона. Сердце наполняется радостью и трепетом перед грядущим служением Тебе, Господи. За годы учебы Ты привел меня от смятения и сомнения к твердой уверенности, что мое призвание – служить Тебе, даже если это повлечет за собой принятие Твоей воли и путешествие в Зону.

Молюсь Тебе, прошу Твой покров и помощь. Будь со мной, Господи, во всех моих делах и начинаниях. Направляй мои стопы, храни сердце мое чистым и открытым для Твоей Воли. Дай мне силы достойно нести возложенные на меня обязательства, быть достойным членом Твоей Церкви и настоящим пастырем, готовым отдать жизнь за ближнего.

Пусть каждое мгновение моего служения будет наполнено Тобой, Господи, и пусть мое сердце останется всегда восприимчивым к гласу Твоему, ведомым рукой Твоею.

Спаси и сохрани, Господи, да сопутствует мне Твоя Милость и Благословение во все дни моей жизни. Аминь.»