Наталья Бурачкова
Сузвод. Знакомство с магией

Глава 1

Не смотря на то, что была середина июля, погода стояла прохладная, дул ветер и небо затянутое облаками, не пропускало солнечные лучи. Я шла по местному парку и старалась рассуждать здраво, чтоб не впасть в истерику.

– Ну, вот как я могла завалить экзамены? Ну как?! – ругала я себя мысленно. – Я ж к ним целый год готовилась. Что я скажу об этом маме? Она так надеялась, что я поступлю на бюджет.

Вариант попасть на заочное платное мне предложили сами преподаватели, видя, что мне не хватило всего двух баллов, и то, которые я потеряла по глупой ошибке. Я знала ответ, на этот чертов вопрос, но именно на экзамене я его забыла.

Платное обучение я не потяну, даже если устроюсь работать, а маму просить оплачивать обучение нельзя. Ведь помимо меня, есть еще две маленькие сестренки. Их тоже надо, на что-то содержать. Я конечно понимаю, что мама может набрать подработку, чтоб мне помочь, но она и так уже достаточно для меня сделала.

С такими печальными мыслями я дошла до кофейни. Решила зайти согреться. Прошла к столику у окна, вид оттуда открывался красивый. Кафе находилось в центре парка, у озера, где плавали три пары лебедей. Были еще утки и селезни, но лебеди – это первое что бросалось в глаза.

Заказав зеленый чай и чизкейк, я отпустила официантку. В ожидании заказа я стала наблюдать за жизнью на озере. Одна пара лебедей, чистили друг другу перья на шейках. Две других плавали бок обок на разном расстоянии. Селезень нырял и ловил рыбу клювом, потом относил свой улов утке, которая была возле берега в зарослях камыша.

Глядя на эту идиллию у птиц, стало совсем плохо. Слезы покатились по щекам. Чувствуя, что истерики не избежать, достаю телефон и набираю знакомый номер.

– Алло – ответил мне мужской голос.

– Привет, это Лекса, нам нужно поговорить. Сможешь подъехать сейчас в кафе, которое у озера в парке? – стараясь унять слезы, спрашиваю я.

– Конечно, минут через десять буду, я как раз недалеко, целую.

Как всегда, коротко и ясно, я усмехнулась. В этот момент принесли мой заказ. Я вспомнила, как начинались наши отношения. Познакомились мы банально. Я выставила новую фотографию в Вк. Посыпались лайки друзей и знакомых. Когда проглядывала оповещения, обнаружила лайки от незнакомого молодого человека. Зашла к нему на страничку, парень был очень красив, высокий, темненький, спортивного телосложения. Но зацепили меня, его глаза – ярко серые, с голубыми крапинками. Понравился очень. Лайкнула пару его фотографий. Через пару дней он написал. Так и начали общаться, примерно через неделю решили встретиться. Он забрал меня после работы (на тот момент я работала администратором в боулинг клубе.). Катались по ночному городу, разговаривали. Под утро он подвез к дому. Решили, что через день он снова заберет меня после работы. Звали его Дима, работает в какой-то крупной строительной фирме (названия я не запомнила), зам. начальника по поставкам. Ему было 30 лет. Разница в возрасте немного смутила, мне всего-то 20. Но на веселой ноте, что любви все возрасты покорны, я это отодвинула в дальний ящик. Встречались мы так месяц. И все шло хорошо, общение, покатушки по ночам, прощальные поцелуи у подъезда.

Примерно недели две назад, когда я уволилась с работы, чтоб хорошо подготовиться к вступительным экзаменам (до этого я год занималась с репетиторами), мы с ним как обычно встретились, покатались, поболтали. И в конце встречи, провожая меня к подъезду, сообщил, что он женат и у него 2 детей.

Это был трындец! Какая тут может быть подготовка к экзаменам? У меня сердце разрывалось на части. Я попросила время подумать, ведь исход наших отношений он оставляет за мной. Одна мысль радовала, интима не было. Он конечно намекал, но я торопиться не хотела и слава богу! Разрушать, чью-то семью я не хотела, хоть он и говорил, что жену не любит и терпит ради детей. Но мне было ясно одно – врет. Ведь никакие дети не удержат отношения. И вот осталась я перед выбором: либо разбитое сердце, либо положение любовницы. Я ж не глупая девчонка, понимаю, что ради меня он семью не бросит. Сказав, что ответ дам после экзаменов, попросила не тревожить меня. Да и сама не звонила и не писала, хоть и очень хотелось.

Сидя сейчас в кафе и наблюдая за птицами, приняла решение. Звякнул колокольчик на входной двери кафе. Я обернулась, и сердце защемило с новой болью. От входа шел Дима и улыбался. Увидев, что я плакала, спросил:

– Я очень надеюсь, что это слезы счастья. Ты поступила? Сдала экзамены?

– Экзамены то я сдала, вот только…

– Ну, слава богу, я так за тебя переживал, ругал себя, что правду тебе сказал не вовремя. Ты ведь в последнее время ходишь очень расстроенная. – перебил меня Дима.

– Сколько раз я просила меня не перебивать? – зло спросила я, видя что он собирается что-то ответить, подняла ладонь кверху, попросив помолчать. – Да я сдала экзамены, но на бюджет не хватило двух баллов. По этому, я могу поступить только на платное отделение. Что меня не устраивает.

– Лекса, мы ведь это уже обсуждали. Я оплачу твое обучение.

– Нет.

– Но почему?

– По тому, что я приняла решение.

– И какое? Неужели мы расстаемся?

– Да.

– Но мы ведь любим друг друга. Я же говорил, подожди пару лет, дети подрастут, и я уйду от нее.

– Нет. Ждать я ничего не собираюсь. Да, я очень тебя люблю, но…

– Ты не сможешь без меня.

Вот тут меня взяла злоба от его самоуверенности.

– Знаешь что?! Я лучше предпочту пострадать по тебе пару недель, может быть пару месяцев, чем существовать в роли любовницы, и в дальнейшем будущем стать причиной твоего развода!

– Но…

– Нет. Дослушай. Сегодня я уезжаю к матери, домой. Ты останешься в этом городе со своей семьей. И больше мы не увидимся и не будем общаться. Номер телефона я сменю, в Вк аккаунт уже удален. Больше связующих нас нитей – нет. А теперь встань и выйди отсюда. Решение мое окончательное. Не говори больше ничего, не делай себе и мне еще больнее, чем уже есть.

Дима побледнел, мы еще минут десять просидел в полной тишине. Рассматривая друг друга. Пытаясь запечатлеть последние наши минуты. Потом Дима встал и пошел, не оборачиваясь, к дверям. У двери резко обернулся, встретились глазами. Поняла, что опять идут слёзы. Но слезы были не только у меня. Я впервые видела как взрослые, успешные мужчины плачут. Дима отвернулся и вышел. Навсегда.

Ближе к ночи я добралась до родительского дома. Меня встречала мама. Видя, в каком я состоянии она прошла на кухню и включила чайник. Мама знала о наших отношениях с Димой. И слыша мой грустный голос по телефону (она жила в другом городе), последние две недели постоянно спрашивала что у нас случилось, но я уходила от ответа, ссылаясь на подготовку к экзаменам.

Я разделась, прошла на кухню и села за стол.

– Мам, я до бюджета двух баллов не добрала. Преподаватели предложили место на платном отделении с возможностью в следующем году перевестись на бюджет. – решила я сразу перейти к разговору, чувствуя, что меня сейчас накроет истерика. – А на счет Димы, все кончено. Он недели две назад огорошил меня новостью, что он женат и у него двое детей. Все, вот теперь можешь меня жалеть.

Закончив свой монолог, взглянула на мать. Она смотрела на меня и молчала. Потом подошла и обняла меня, стала гладить по голове и плотину прорвало. Я зарыдала в голос, до хрипа. Проснулись сестры. Испугались шума и прибежали на кухню.

– Мам, а почему Лекса плачет? – спросила Софи.

– Это она от радости – сказала мама, а я поперхнулась. – От радости, что она новую жизнь начинает. – улыбнулась мама Софи.

– Это какую? – спросила я от удивления.

– Взрослую. Самостоятельную. – ответила мне мама и повернувшись к Лере и Софи продолжила. – А теперь, быстро пошли спать, а то завтра в парк не пойдем гулять. – девчонки с визгом убежали обратно к себе.

– Давай чайку попьем, ты и успокоишься. Чай я заварила с травами, поможет с мыслями собраться. – предложила мама и пошла готовить чай.

– Мам, аренду квартиры я проплатила на два месяца вперед. Я хочу пожить с вами месяц. Потом решу, буду ли я и дальше жить в том городе или окончательно к вам переберусь.

– Как скажешь, ты же знаешь, что я всегда тебя жду. И не плачь. Ты поступила так, как тебе говорила твоя совесть, а это значит, что ты сделала правильный выбор. Учись прятать свои истинные чувства. Взрослая жизнь жестока.

Поставив перед нами по кружке чая, мы замолчали. Каждая думала о своем. Мама с расспросами не лезла, за что я ей была благодарна. Посидев так примерно еще с полчаса, пожелала маме спокойной ночи и пошла в свою комнату. Поднимаясь к себе, думала, долго не смогу уснуть. Но то ли события сказались, то ли дорога дальняя, но уснула я еще в полете до подушки.

Встала я поздно, около обеда и если бы кот постоянно не орал под ухом, может до вечера проспала.

– Ну, вот что ты орешь? Тебя наверняка кормили, а я тебя перекармливать не буду, я не жалостливая. – сказала коту, который запрыгнув на кровать, нагло уставился на меня.

Согнав кота с кровати, решила, что пора вставать. Все равно это рыжие чудовище поспать не даст. Прошла в ванную, в зеркало не смотрелась специально. Понимая, что после вчерашних слез, лицо опухшее и глаза воспаленные, красные. Короче, на китайца в своем исполнении, наблюдать не хотелось. Приняв душ, прошла в комнату. Вещи вчера я не разложила, чем и собиралась заняться. Вдруг зазвонил мобильник, где именно он лежит я не знала, поэтому стала рыться на звук. Подумала, что это Дима, но вспомнила, что я вчера поменяла сим-карты. Найдя мобильник в одной из сумок, взяла трубку, звонил незнакомый номер.

Алло.

– Здравствуйте, можно мне услышать Светлую Лексу Сергеевну?

– Это Лекса, я вас слушаю.

– Это секретарь экзаменационной комиссии. Вы вчера сдавали вступительные экзамены?

– Да.

– Мы вам вчера предложили место на заочном отделении. Вы поступать будете? Документы нужно уже сейчас подавать.

– Нет, в этом году я поступать к вам не буду, спасибо за предложение.

Попробую в следующем году, также на бюджет.

– Это ваше окончательное решение?

– Да.

– Тогда всего хорошего.

Я положила трубку. Погрустила о провале в институт и пошла на кухню за порцией маминого чая с травками. На холодильнике, смешным магнитом, в виде фиолетового осьминога с большими глазами и двигающимися щупальцами, была прикреплена записка от мамы. Она с сестренками ушли гулять в парк. Вернутся часам к пяти вечера, и просила приготовить ужин.

Мама у меня работала учителем английского языка в школе. После гибели отца стала еще подрабатывать репетитором. Нас надо было на что-то содержать, а мне тогда всего пятнадцать лет было, Лере шесть, а Софи пять. Хоть мы и получали пенсию по потере кормильца, все равно денег не хватало. От воспоминаний меня оторвал вновь заоравший рыжий кот.

– Макс! – так звали нашего кота. – Я же сказала, что кормить не буду. Тебя перекормишь, сделаешь доброе дело, а потом ходи по дому и убирай за тобой. Нет уж, ешь по рациону! – ругалась я на кота.

Поставив чайник, решила осмотреть продуктив. Надо же было понять, что и из чего готовить. После недолгой проверки, решила приготовить борщ и плов. Выпив чаю и окончательно проснувшись, решила сначала взяться за готовку, а уж потом вернуться обратно в комнату и продолжать разбирать вещи.

Когда ужин был готов, а вещи разобраны (не так уж и много я взяла с собой), вспомнила про время. Удивилась, что родных до сих пор нет, время то уже седьмой час. Взяв мобильник, набрала маме.

– Мам ну вы где? Сказала же что к пяти придете.

– Ой, прости, ты собралась куда-то?

– Нет, просто вас жду.

– Да я подружку встретила, она тоже с детьми гуляет, мы не далеко.

На детской площадке возле магазина.

– А, ну ладно тогда.

– Лекса ты выйти прогуляться не хочешь? Погода сегодня отличная, нечего дома сидеть.

– Мам, как-то нет особого желания.

– Ты себя как чувствуешь? Нормально?

– Да, хорошо. Ладно, как нагуляетесь, ужин на плите. Я наверно почитаю, и спать лягу.

– Как хочешь, придем, будить не будем.

– Спасибо, пока.

– Пока.

Я прошла в свою комнату, включила телевизор, не обращая внимания, о чем там говорят, я призадумалась. Как то странно, думала и на второй и на третий день ревом реветь буду, и через неделю тоже. Но нет, наплакавшись вчера вдоволь, сегодня как-то уже спокойнее воспринимались вчерашние события. Обиднее всего было за экзамены, к расставанию с Димой я привыкала последние две недели, может, поэтому так легче, чем ожидалось.

Решив, что надо перестать думать обо всем этом, включила мультики. И не заметила, как уснула. Где то сквозь сон услышала, как кто-то зашел в комнату, выключил телевизор и укрыл меня пледом.

Проснулась я рано, мама уже готовила завтрак, а сестры еще спали. Как все-таки приятно оказаться дома. Не зря говорят, что дома и стены помогают.

Прожила я месяц спокойно, без каких либо нервных потрясений. Помогала матери по дому, изредка гуляли со знакомыми. Читала книжки и смотрела мультики.

Не заметила, как начался август, поэтому я была удивлена звонком своего арендодателя. Позвонил он числа десятого, ближе к обеду.

– Лекса, здравствуйте. Как вы себя чувствуете?

– Здравствуйте Владимир. Спасибо, хорошо. Что-то случилось? У меня ведь до сентября проплачено.

– Нет, нет, что вы. Все в порядке. Я вам звоню по вашей же просьбе. Вы сами просили вас набрать ближе к середине августа. Сказали что к этому числу уже решите, будете ли вы дальше жить в нашем городе или окончательно переедете к матери. – смущенно закончил Владимир.

– Ааа…вы по этому поводу. – я облегченно вздохнула.

– Ну да, мне же надо знать, выставлять квартиру в объявлениях или нет. Квартирантов тоже искать приходится.

– Я вернусь в город через неделю. Так что пока я от вас съезжать не собираюсь. – успокоила я Владимира.

– Ох, ну и славно. Уж больно мне вас терять не хочется. В наше время найти чистоплотных, вовремя платящих и не нарушающих соседского покоя квартирантов, довольно трудно.

Я как приеду в город, вам сообщу. Надеюсь, мои цветы не засохли?

– Нет, вчера ездил, поливал.

– Спасибо большое, вы извините, но мне пора бежать.

– Ну что ж, тогда до скорой встречи.

– Пока. – попрощалась я и положила трубку.

– Все-таки уезжаешь? – спросила мама, она слышала весь разговор, так как мы обе были на кухне.

– Да мам, я уеду. Устроюсь опять на работу. Я пока не смогу тебе денег отправлять. Но и просить не буду. У меня есть на первое время. Через два дня я уехала.

После очередного собеседования на должность администратора, решила прогуляться по парку. Дождь, начавшийся с утра, уже закончился. Выглянуло солнце, и небо потихоньку освобождалось от темных туч.

Вставив в уши наушники, включила на мобильном музыку. Прошла в беседку, напротив того кафе, в котором сидела месяц назад. Немного погрустила о провальных экзаменах и стала рассматривать посетителей парка. По дорожкам прогуливались парочки, на одной лавочке сидели двое пожилых мужчин и играли в шахматы. На другой лавочке, чуть подальше от шахматистов сидела девушка и читала книгу. Недалеко от берега, решив устроить пикник, расположилась семья, родители, две девочки и мальчик. Своим приближением они спугнули стаю уточек, которые смешно поплыли на середину озера. Мальчик лет восьми-десяти, подбежав к берегу, стал отвязывать лодку. Там, где устраивалась семья, был маленький причал с прогулочными лодками, для любителей поплавать. Меня отвлек звонок неизвестного номера, беру трубку.

– Алло.

– Здравствуйте, это Светлая Лекса Сергеевна?

– Да, а кто говорит?

– Вас беспокоят из отдела кадров гостиницы «Золотой глобус». Вы час назад приходили к нам на собеседование, на должность администратора. Вы еще не передумали к нам устраиваться?

– Нет, не передумала. – с волнением ответила я, сделав пальцы крестиком.

– Хорошо. Тогда ждем вас в понедельник в девять утра на стажировку. Принесите все документы и медицинскую книжку. На ресепшене спросите Татьяну Георгиевну Соболь. Она и займется вами. Все записали?

– Да, спасибо большое.

– Всего доброго.

Записав все данные в блокнот, стала убирать его в сумку, как вдруг услышала детский крик и шлепок о воду. Я оглянулась. Лодка, которую отвязывал тот мальчишка, плавала на середине озера кверху дном. Я убирая наушники в сумку, и по пути сбрасывая балетки, забежала в воду и нырнув, поплыла к лодке. Плавала я хорошо, но никого раньше спасать не приходилось. Подумав, что разберусь на ходу, я доплыла до лодки, и в надежде, что мальчик под лодкой, я нырнула под нее. Ожидания мои оправдались, мальчик был там, держался за лавочку и плакал, испуганно посмотрев, на меня сказал:

– Вы водяной? Не забирайте меня, пожалуйста. Мой папа все равно меня найдет, он директор закрытой школы! – под конец осмелел мальчик.

– Я такая страшная что ли? – опешила я, но тут же, взяла себя в руки. – Так, разговаривать мы с тобой на берегу будем. Я никакой не водяной. Я Лекса. – и протянула мальчику руку, чтоб поздороваться.

– Меня Ерон зовут.

– Так, Ерон, лодку перевернуть мы не сможем, сил не хватит. Сейчас хватаешь меня за руку, мы нырнем и выплывем уже вне лодки. Пойдет? А дальше потихоньку поплывем до берега.

– Хорошо. – стуча зубами, сказал мальчик.

Мы нырнули, а когда вынырнули, я сказала, чтобы он одной рукой крепко держал меня за плечо, а другой рукой и ногами помогал плыть. Так мы с ним доплыли до берега, где уже собралась кучка любопытных. Вылезли на берег и та семья, которая решила устроить пикник, протянули нам покрывала. Я уже хотела отругать непутевую мамашу, как она сама стала меня ругать.

– Вот девушка скажите, как вы могли проглядеть своего брата? Вам ведь родители доверяют, а вы? Уставитесь в свои телефоны и вокруг ничего не видите. А если бы вы вовремя не увидели и ваш брат утонул?

Мы с мальчиком переглянулись. Поняв, что это не его родители, стала соображать, ведь если я сейчас скажу что я не его сестра, то ребенка уведут в участок.

– Эээ…спасибо за покрывала, мы сейчас немного с братиком согреемся и принесем вам обратно. – Ерон удивленно на меня посмотрел и что-то хотел сказать, но я на него шикнула. – А сейчас мы с братом пройдем в кафе попить горячего шоколада. – и взяв за руку мальчика, а другой рукой подобрав сумку и влезая в балетки, пошли в кафе.

Зайдя в кафе, дальше двери проходить не стали, так как с нас до сих пор стекала вода. К нам подошла официантка, и удивленно посмотрев, сказала:

– Девушка простите, но боюсь, мы не можем вас принять. – и смущенно указала взглядом на одежду мальчика. Из под покрывала, в которое он был завернут, пучками свисали водоросли.

– Да, я понимаю, я за братом не уследила, вот и пришлось спасать из пруда. Можно мы сделаем заказ на вынос?

Да конечно. – облегченно улыбнулась официантка. – Сейчас я вам меню принесу.

Минут через десять мы с Ероном выбрали, чай с лимоном мне и горячий шоколад ему, а так же круассаны со сгущенкой и крем-брюле. Еще минут через пять нам принесли наш заказ. Ерону я вручила пакет с круассанами, а сама взяла напитки. Рассчитавшись с официанткой, мы пошли в беседку, в которой я изначально сидела.

Проходя вдоль пруда, люди оглядывались и смотрели в упор, но уже никаких упреков в свой адрес я не слышала. Дойдя до беседки, уселись на лавочки. Выпив свой чай, стала рассматривать мальчика украдкой, когда он отвлекся на горячий шоколад и плавающих уток в пруду.

– Ты понимаешь, что если бы я не сказала что ты мой брат, тебя бы отдали патрульным, пока не нашлись бы твои родители? Это сулит большими неприятностями для них.

– А кто это такие?

– Всмысле? Ты не знаешь кто это? Это те же самые полицейские, они патрулируют территорию парка. Арестовывают пьяных или дерущихся людей, ищут родителей потерявшихся детей. Короче следят за порядком в парке.

– А как выглядят эти полицейские? Это страшные люди? Почему мы еще ни одного не видели?

– Ты ни разу не видел полицейских? – мне отрицательно покачали головой. – Странно…а ну-ка скажи, на каких они машинах ездят?

– Не знаю, а что такое машина?

Вот тут я окончательно залипла. В его возрасте про полицейских дети должны знать, тем более мальчики. Я задумалась, как ответить мальчику и как узнать, почему он не знает таких элементарных вещей.

– Кстати, а где твои родители?

– Мама – не знаю, папа говорит она ушла на небо, там лучше смотреть на меня и папу, а вот папа скоро будет. Он всегда появляется, когда мне страшно. Он по делам ушел.

– Он тебя, одного оставил, без взрослых? – возмутилась я.

– Нет, со мной должна была быть няня, но она злая и я от нее сбежал.

– Весело, и как теперь мне искать твоего папу или няню?

– А никак, я же говорю, папа скоро будет.

– Но как он узнает, где ты?

– А вот по этой штучке. – он показал браслет на запястье. – Поэтому браслету он меня и находит, он как маяк.

– А у папы есть монитор?

– А что такое монитор?

– Да, у папы есть монитор. – вдруг раздался грубый мужской голос сзади. – Расскажите-ка, милая леди, что это вы делаете рядом с моим сыном, где его няня и почему вы оба завернуты в пледы? – гневно спросил мужчина.

– Оу…я…

– Очень содержательно. – усмехнулся он.

– Знаете что? Спросите у своего сына! Кстати он еще и мой младший братик, вооон для тех, бегущих к вам людей. – добавила я, видя, как знакомая уже супружеская парочка мчатся к нам.

– Вот вы взрослый мужчина, отец, как вы можете доверять своей непутевой дочери, смотреть за маленьким? Она сидит в своем телефоне, в наушниках, и не слышит и не видит, что ее брат чуть не утонул? – у мужчины округлились глаза на слова визжащей женщины. – Если б она вовремя не оторвалась от своего гаджета, и не поплыла спасать мальчика, то вы, сейчас так мило бы с ними не беседовали!

– А вы собственно кто, чтобы повышать на меня голос? – спросил мужчина. – Можете забирать свои пледы и улепетывать обратно, смотреть за своими детьми. А со своими я сам разберусь.

– Вы…вы грубиян и хам! Я сейчас патрульных вызову…

– Это на каком основании? – перебил ее мужчина.

– А вот на таком! Что вы детей без присмотра оставили!

– И что же вы им будете доказывать? Как чуть не утонул ребенок? Ха, навряд ли они вам поверят. Но им точно будет интересно знать, почему ваши дети решили развести костер, а главное, куда смотрели вы, их родители!

Женщина оглянулась на своих детей. Сказав мужу, который до сих пор хранил молчание, чтобы он бежал к детям, сама быстро забрав свои пледы, убежала за ним.

– Это правда, что сейчас рассказала эта баба базарная? – спросил меня мужчина, я в ответ кивнула. И обернувшись к мальчику, мужчина спросил. – И где была Эльма?

– Я от нее сбежал. Давай я тебе покажу? – и схватив отца за руку, тот тут же закрыл глаза.

Так они просидели минут пять. Потом мужчина, открыв глаза, уставился на меня.

– Простите девушка, что накричал на вас. Меня зовут Аргидфон, отец этого шалопая.

– Меня зовут Лекса.

– Хм…Лекса… – мужчина нахмурился. – Что-то знакомое, а как ваша фамилия?

– Светлая Лекса Сергеевна, приятно познакомиться. – и протянула руку Аргидфону.

– Дочь Сереги Светлого значит, интересно… у тебя же есть телефон?

Набери Марии.

– Кому? – в ступоре спросила я.

Матери своей.

– А зачем? – и опомнившись, стала вставать, чтобы выйти из беседки. – Знаете, я наверно пойду, сын ваш в полной безопасности, так что мне пора.

– Никуда ты не пойдешь. – и схватив меня за запястье, усадил рядом с Ероном. – Звони, говорю, матери. – и как-то он это грозно сказал, что мне страшно стало и набрав номер матери, я протянула трубку Аргидфону.

– Ну, здравствуй Мария, сколько лет прошло? Не клади трубку, сначала посмотри, с какого я номера звоню……да она сейчас рядом. Да я вижу потенциал…нет, не заберу, просто хочу показать, решать сама будет…конечно я хочу, чтобы она согласилась. Потенциал слишком велик, чтобы я пренебрег ею. Доставлю домой в целости и сохранности завтра. Все хорошо, до встречи. – и передал мне телефон.

– Алло, мам? Что происходит и кто это?

– Привет доченька, это наш с папой хороший друг. Приглядись к нему, он почти все твое детство с тобой играл. Он тебя сейчас сводит в одно место, покажет кое-что. Ты не пугайся, ничего плохого он не сделает, а как вернешься, я все тебе расскажу и объясню. И запомни. Все, что он расскажет, и все что ты увидишь, это правда.

– Мама что происходит-то?

– Лекса, ты же любишь приключения, вот считай что это одно из них. Просто послушай меня, иди за ним. Вопросов не задавай, слушай и смотри по сторонам. Потом я тебе все объясню…… это связано со смертью папы. – сказав это, мама отключилась.

А мне то что делать?? Вот блин интриганы, хреновы!

Глава 2

Я в смятении уставилась на Аргидфона, думая что за чертовщина началась. Я засунула телефон обратно в сумку. Вспомнив про Ерона, я спросила.

– А почему ваш сын не знает, как выглядят машины?

– Ну, может потому что мы из другого мира?

– Это как?

– Это когда магия понимаешь?

– Как не удивительно для вас, но нет, не понимаю.

– Не удивительно, твоему отцу, а мы с ним жили в соседних комнатах, тоже долго объяснял, ему так же как тебе, лет 20 тогда было. Он долго не верил.

Ммм…магия значит, подумала я, здорово влипла. Я много книг прочитала, про всякие там академии, школы, факультеты. Приключений там было много, а приключения я обожала. И вроде все весело, вот только там никто домой не возвращался.

– Знаете, как бы заманчиво не прозвучало ваше предложение, я откажусь. Я еще не готова проститься навсегда со своими родными, друзьями, да и вообще с дарами цивилизации. Вот.

– С чего ты взяла, что родных больше не увидишь? И причем здесь цивилизация? У нас есть магия, поэтому ваши технические прогрессы нам не интересны.

– Я достаточно прочитала книг, и почти везде писали, что иномирянки или попаданки, никогда больше домой не возвращались.

– Это всего лишь книги, чьи-то фантазии, выдумки. Не стоит верить, всему что написано.

– Тогда получается, не стоит верить и всему, что сказано. И почему чья-то фантазия не имеет право на существование?

– Верно мыслишь. Но по поводу того что все попаданцы никогда не видят своих родных, своего отца ты видела почти каждый день, а он работал у нас. Давай я тебе все по дороге расскажу. Я обещал твоей матери доставить тебя к ней в целости и сохранности уже завтра, по этому времени у нас мало. И еще одно, у нас, конечно, есть ограничения по поводу встреч с родными, но это только на период обучения, курсантам разрешено видеться с родными только тогда, когда они приезжают на каникулы.

– Это как?

– Вот это я расскажу тебе по дороге. Ну как? Хочешь прогуляться в другой мир, мир магии… – загадочно так улыбнулся мужчина.

– Это точно не опасно?

– Нет. Со мной, нет.

– Ладно, тогда пошли. – я встала с лавки.

Мы никуда сейчас не пойдем. Сиди ровно я сейчас накину иллюзию на беседку, и пока все будут думать, что мы сидим, разговариваем, я открою портал в другое место. Как только мы исчезнем, иллюзия спадет.

– Я все равно вас не поняла, так что шаманьте что хотите. – сказала я и плюхнулась обратно на лавочку.

Аргидфон достал из кармана маленький мешочек. Высыпав из него немного порошка себе на ладонь, дунул на него.

– А теперь возьми меня за руку, Ерон возьми меня за другую руку.

Сделав, как он велел, мы сразу закружились. Кружились мы не долго, примерно пару минут, меня уже мутить начало, как почувствовала, что ноги стоят на чем-то твердом. Открыв глаза, я огляделась.

Мы стояли у кромки леса, на берегу небольшой реки. Деревья вроде наши, подумала я, те же березы и ивы, сосны и елки, где-то вдалеке лягушки квакали. Смотрю на речку, где-то рыба плескается, чуть подальше от берега, утки плавают.

– Мы еще на земле?

– С чего такие выводы?

– Ну, здесь ничего необычного нет, водяные не встречают, лешие не провожают…

– Это ж, каких ты сказок начиталась, где нечисть, себя так дружелюбно ведет? – усмехнувшись, спросил Аргидфон.

– А вот. Вы когда на землю придете, в следующий раз, обязательно в книжный магазин зайдите, не пожалеете.

– Ладно, обмен колкостями потом произведем, а сейчас нужно поторопиться. Скоро портал межмирный откроется.

– А сами вы такие порталы открывать не можете?

– Почему? Могу, но только тогда, когда со мной нет несовершеннолетнего молодого человека и девушки, в которой магия еще не проснулась. Если я сейчас открою портал самостоятельно, то при перемещении вы оба можете погибнуть.

Мы пошли вдоль берега, где-то перепрыгивая через лужи, через выбросившие на берег, корни деревьев. Пахло свежестью, значит недавно в этом месте прошел дождь. Примерно через полчаса нашего пути с препятствиями Аргидфон остановился.

– Все, пришли. Успели. Сейчас будет радуга.

– А зачем радуга? – удивленно спросила я.

– Это проход. Именно там где начинается радуга, открывается портал.

– Но радуга это ведь, грубо говоря, всего лишь преломление солнечного света во влажном воздухе.

Для вас, людей земли, да. Для нас это преломление измерения, что делает грань очень хрупкой между вашим миром и нашим, и именно там где появляется радуга, возможно построить безопасный портал.

– Как то все запутано. Разве у радуги нет конца? Это же дуга. Раз где-то началась, значит где-то, должна закончиться. И как-то ваша система перемещений слабовата.

– Это еще почему?

– Ну, радуга не каждый день появляется.

– В вашем мире в час по всей земле появляются сотни радуг. Где конец, а где начало радуги, разбирается наш аналитический отдел. Они просто составляют точные координаты.

– То есть, вы выходите из радуги и дальше снова можете телепортироваться? Хоть в другой город?

– Хоть в другую страну. Но этот способ только тогда используется, когда грань межмирья пересекают несовершеннолетние, или те, кто еще не пробудил в себе магию. И еще тогда, когда нужно перенести достаточно много вещей из вашего мира в наш или наоборот.

– А это зачем? Вы же маги, все, что есть у нас вы можете себе наколдовать.

– Об этом мы потом поговорим. Пошли уже. Началось.

Перед нами засверкал воздух. Я никогда не видела радугу так близко. Это было очень красиво. Как будто с неба сыпали разноцветную пыльцу. Но насладиться красотой мне не дали, резко дернув меня за руку, Аргидфон затянул меня в середину радуги и, взяв второй рукой Ерона, мы опять закружились. На этот раз, помимо того, что меня начало мутить, еще появилось неприятное жжение по всему телу. Кружились мы довольно долго, мне показалось целую вечность, хоть и медленнее чем в первый раз. Как только мои ноги почувствовали твердую почву под ногами, я открыла глаза и стала оглядываться. Мы приземлились, в каком-то темном помещении. В стенах имелись сквозные щели, через которые был виден закат.

– Лекса накинь это. – Аргидфон кинул мне какой-то сверток. Я развернула его и уставилась на кусок черной и скользящей ткани.

– Это что еще за палатка? – удивилась я, когда развернув кусок ткани, поняла что это какая-то накидка. – Я же не мусульманка чтобы носить паранджу. – попыталась я пошутить, а у самой, где-то внутри сидел страх перед чем-то новым.

– Это мантия или плащ, называй как больше нравиться. Раз сказал, одевай, значит одевай. Не один курсант не видел предварительно СУЗВОД. Это запрещено. К нам можно попасть только во время поступления первокурсников. Сдашь экзамен – получишь пропуск. А те, кто не поступил, проходят процедуру частичной зачистки памяти и отправляются домой.

Это какое-то учебное заведение?

– Не просто учебное заведение, а военное. Одевайся, давай, и пошли уже.

Я постаралась разобраться в этой палатке, честно пыталась, но не получалось, уж слишком большой она была. Чертыхнувшись, Аргидфон помог надеть этот балахон. Это оказывается что-то наподобие пончо, только вот велико оно мне, раз в десять. Тут я заметила, что Ерона с нами нет.

– А где ваш сын?

– Я его дома высадил.

– Когда?

– Если б кто-то от страха глаза все время не закрывал, то увидел бы. А сейчас иди со мной рядом и не звука. В наших мирах не понимают вашу речь, как и вы их. Только откроешь рот, нас облепит кучка любопытных. И про то, что я привел землянку до дня официального поступления, очень быстро дойдет до совета старейшин, и на этом основании они могут быть против твоего зачисления.

– Все поняла. Заткнулась.

– Пошли уже. – как-то тяжело вздохнул Аргидфон.

Открыв дверь на улицу, мы вышли из помещения. На улице никого не было. Да и сама улица выглядела заброшенной. В покосившихся домах света не было, заборы из старых досок местами были сломаны. Дома были из бревен так что, что-то общее у нас есть. Я чуть-чуть расслабилась. Начала болеть голова. Появилось жжение в затылке. Хотелось почесать затылок, но только я подняла руку, как Аргидфон схватил за нее. Я уставилась на него, чуть не ругнулась, но вовремя вспомнила, что мне велено заткнуться.

– А к тебе не пробраться так просто.

Я с удивлением заметила, что голос Аргидфона я слышала, но вот что бы он свой рот открывал, не видела. Хотела было закричать, но мне второй рукой закрыли рот.

– Ты вот сама посуди, если ты не можешь говорить, то, как будешь задавать свои вопросы, которые тебя интересуют?

– Никак. – подумала я.

– Вот и правильно. А как я тогда узнаю что тебе интересно?

– Тоже никак. – до меня начало доходить смысл фразы «громко думать».

– Верно. Залезть к тебе в голову мысленно оказалось не возможно. Только через физическое прикосновение, для этого я буду держать тебя за руку.

– Хорошо, а почему мысленно не получилось?

– Откуда у тебя эти сережки и как давно?

– Вы что татарин? Отвечать вопросом на вопрос неприлично.

Так откуда?

– Отец подарил, когда я еще маленькая была. Велел, чтоб я их никогда не снимала. Кстати об отце, откуда, вы его знаете?

– Вот именно из-за этих сережек к тебе в голову никто залезть не сможет, мысленно. Эти сережки очень сильный артефакт, сделанный твоим отцом. Он был самым сильным артефактором, за что его и убили.

– Не правда, он в аварии погиб.

– Не буду спорить. Тебе все Мария расскажет. – А это кто?

– Мама твоя. Или ее как-то по-другому зовут?

– Тьфу… совсем вы меня из тарелки выбили.

За разговором я и не заметила, как мы прошли плохой район. И стали подходить к оживленной улице. Выйдя на улицу, я стала оглядываться. И как-то открывшейся вид меня разочаровал.

– Что? Другого ожидала?

– Угу. Такое впечатление, что мы просто в каком-то поселке, у нас на Земле. Я ожидала чего-то удивительного и необычного.

– Например?

– Не знаю, жителей странных и необычных. – подумала я, проходя мимо пожилой пары людей и оглядывая их. – Одежды на них странной. Уши острые, носы длинные, лысых, горбатых, вечно размахивающих своей волшебной палочкой и рассекающих на метлах, или крыльях. Любых, необычных, а не этих, они же как обычные люди.

– Это Блэстрэд, небольшой город. У нас есть только города, большие и маленькие. Никаких деревень, поселков, штатов, областей, стран. Только миры и города. Но это ты будешь проходить на истории миров, если конечно захочешь поступить. А что касается странностей, так они есть, ты приглядись лучше. Первое впечатление всегда обманчиво.

Решив последовать его совету, я стала более тщательно разглядывать местность и жителей. Обратив внимание на группу детишек играющих во дворе одного из домов. На первый взгляд вроде бы все как обычно, но вот только игрушки у них были странные, делали все, что им говорили дети. Например, девочка лет пяти что-то говорила своей кукле, а та танцевала. А что-то наподобие кошки, (тоже игрушечной) стало за ней увиваться. Дома пошли уже только двухэтажные, я поняла, что мы в более богатом районе, чем тот, что проходили ранее. Вывески каких-то заведений стали ярче и краше, вот только я не понимаю что это за язык. Зажглись уличные фонари. Сначала я подумала что это электричество, пригляделась, нет, не оно, проводов от столба к столбу не было. На конце каждого столба висела небольшая стеклянная коробочка, в которой было что-то светящееся.

– А что это у вас в место лампочек?

Это цветы дерева Овалин. Распускаются только в темное время. Без дерева могут так распускаться около 1–2 месяцев. Потом надо менять.

– И кто этим занимается?

– В каждом городе есть старейшина, вот его помощники и следят за благополучием города.

– Это как у нас коммунальщики ЖКХ? – усмехнулась мысленно я.

– Да.

– А что насчет полиции?

– Так же в каждом городе есть отряд охранников или стражей. Вот они и следят за порядком.

Проходя мимо какого-то заведения, распахнулась дверь, открывая вид на присутствующих. Вот я бы должна закричать, но где-то я затормозила. Я увидела странных существ и людей. Ушастых, глазастых, зубастых, носатых. Страшных короче, как я и хотела. Как эти существа называются я не знаю, но вот говорили они так, что их понимали люди по соседству.

– Это что за сборник чудовищ?

– Сегодня должно было состояться собрание нечисти, которая проживает в городе и возле него. По-видимому, мы его и увидели.

– А вы разве не воюете с нечистью?

– Только с той, которая сама воевать хочет. Скоро начнутся холода.

Вот и идет разговор, что еще запасти надо.

– А здесь очень холодно зимой?

– А какая у тебя в городе бывает зима?

– Холодная, временами и до минус сорока доходит. Ветра холодные и сильные. Снега выпадает много. А в среднем всю зиму держится от минус двадцати до минус тридцати.

– Значит, для тебя это будет не холодно. Зимой здесь снега мало, но вот ветра сильные. Температура минус двадцать, это максимум, которая была зафиксирована. А так в среднем от минус пяти до пятнадцати.

– То есть как у нас поздней осенью? – Да.

Мы подошли к одному из домов. В нем горел свет только в окнах первого этажа, в которых проглядывались силуэты людей. Подходя к воротам, я заметила, что они очень красивые, кованные как из металла, узорным орнаментом. Аргидфон открыл их.

– Вот мы и пришли.

– А где мы? Я думала мы в какое-то учебное заведение придем.

– Так и есть. Вот только не сегодня, незачем посвящать всех о твоем присутствие, поэтому мы пойдем в СУЗВОД завтра. А теперь молчи и не думай.

Аргидфон отпустил мою руку и постучался во входную дверь. За ней послышался топот ног, дверь открыли. На пороге стоял обычный пожилой человек. На вид лет шестидесяти, лысый, спина прямая и руки не дрожат, но вот морщин на лице много. Был одет в красный пиджак и черные брюки с черной рубашкой.

– Добрый вечер, мистер Аргидфон.

– Здравствуй Дарель. Будь добр, приготовь одну гостевую спальню наверху, у нас гостья. И подай, пожалуйста, ужин через полчаса.

– Будет сделано. Вас ждет посетитель, еще с полудня, в вашем кабинете. – странно, но о чем говорил этот дедуля я понимала.

– Хорошо. Тогда я в кабинет, а ты проводи гостью в библиотеку, думаю, она найдет способ скоротать время до ужина. – Хорошо.

Аргидфон не оглядываясь на меня, прошел вглубь дома и ушел вверх по лестнице.

– Здравствуйте. Меня зовут Дарель, я дворецкий и управляющий в этом доме. Позвольте мне ваш плащ? – протянув руку в мою сторону и тем самым решив мне помочь, спросил дедуля.

– Здравствуйте, меня Лекса зовут. – поздоровалась я, протягивая дворецкому плащ-палатку.

Дарель как-то странно на меня посмотрел, пристально, мне уж страшно стало.

– Не пугайтесь, просто мне показалось что я вас где-то видел. – увидев мой взгляд поспешил оправдаться дворецкий. – Но вспомнить не могу, хотя я ни разу за все свои 300 лет на память не жаловался.

– Нет, мы не знакомы, по крайней мере, я с вами точно.

Мы стали подниматься на второй этаж. Глядя себе под ноги, мне стало совестно. Ну не привыкла я в грязной обуви по ковру ходить! Поднявшись, я с удивлением заметила, что лестница не кончилась и ведет еще выше, хотя с улицы было хорошо видно, что дом в два этажа. Но у дворецкого я ничего спрашивать не стала. Мы проходили по длинному коридору. Было много дверей, гостевые спальни наверно, подумала я. Висели портреты неизвестных мне людей в форме. Вместо ламп под потолком, у них, так же как и на уличных столбах, висели коробочки, со светящимися цветами внутри. Мы подошли уже к концу коридора как Дарель открыл дверь справа.

– Проходите, присаживайтесь. Чай или вино?

– Чай, если можно зеленый, без сахара.

– Простите, но зеленого нет. – с удивлением ответил Дарель. – А если б даже и был, я вам его предлагать бы не стал. Просто не знаю, как его заваривать и вообще как он выглядит.

– Без проблем, тогда можно ваш чай, какой есть.

В библиотеке было светлее, чем в коридоре или в прихожей. Заметив, что Дарель опять меня разглядывает, я уже зло уставилась на него.

Вы бы не могли сейчас чай принести, пожалуйста? – решила я поторопить его, как вдруг на столе появился разнос с чайником и двумя чашками, с сахаром и еще с чем-то непонятным, похоже на печенье. Решив, что разговор окончен, я села за стол, и только я хотела налить себе чаю, как в дверь вошел Аргидфон.

– Дарель проводите посетителя и позаботьтесь об ужине. – Дарель вышел, а Аргидфон сел на кушетку.

– Лекса ты не могла бы мне тоже чаю налить?

Я разлила чай по чашкам, отнесся одну к Аргидфону, я села обратно за стол пить чай. Прошло примерно полчаса, в дверь постучали, вошел Дарель.

– Ужин куда подавать?

– В столовую, комната для гостьи уже готова?

– Конечно, все готово.

– Замечательно.

– Знаете, я пожалуй откажусь от ужина. Устала очень, можно я сразу в комнату пойду?

– Уверена? – я кивнула Аргидфону. – Ну хорошо, тогда Дарель тебя проводит. – и встав Аргидфон вышел из библиотеки.

– Прошу вас, следуйте за мной. – попросил Дарель.

Мы вышли из библиотеки, и пошли обратно по коридору, почти у самой лестнице Дарель открыл левую дверь, я прошла за ним в комнату и остановилась чтоб оглядеться. Комната была уютной, в светло-голубых тонах. Кровать большая, а рядом с ней тумбочка. Так же стоял большой старинный шкаф, на полу лежал красивый темно-синий ковер с причудливым орнаментом, окно было завешено плотными светло-голубыми шторами. Справа чуть подальше от кровати была дверь.

– Вот за той дверью ванная и туалет. Мыло и свежие полотенца я уже принес. Постельное белье поменяно. Располагайтесь.

Так же в комнате слева от кровати стоял столик с зеркалом.

– Спасибо. – я присела у столика на пуфик. В отражении зеркала я видела, как Дарель следит за моими движениями.

– Что-то еще?

– А вы откуда?

– В смысле? – блин может он чаевых ждет.

– Из какого мира?

– Земля.

– Странно. Знаю, что мы не знакомы, но я уверен, что вас где-то видел.

У меня вдруг промелькнула догадка.

– Я всю жизнь прожила на земле, но вот мой отец один из вас. Сергей Светлый его звали.

Дарель присел на небольшую софу, которая стояла почти у двери.

– Вы действительно дочь Сергея? – как-то с надеждой он спросил, я кивнула.

– Я помню его, очень хороший человек был. Жаль, очень жаль, что его больше нет с нами. Но вы очень на него похожи. Наверно поэтому и подумал, что я вас где-то видел. Извините, если доставил неудобство своим любопытством.

– Все в порядке, правда. Приятных снов.

– Приятных снов. – Дарель вышел и закрыл за собой дверь. Несмотря на то что я за сегодняшний день устала очень сильно, все-таки решила ополоснуться и сняв одежду пошла в ванную. Купание в пруду для моей блузки и юбки все-таки не прошло бесследно. Зайдя в ванную, я удивилась, здесь действительно стояла ванная, такая же, как наша. Быстро постирав юбку и блузку, я повесила вещи на стул. Приняв душ и постирав нижнее белье, повесила его на бортик ванной. Выйдя из ванной и завернувшись в полотенце, я забралась в кровать и уснула.

С утра меня разбудил громкий стук в дверь.

– Лекса собирайся, скоро выходим, на сборы полчаса, вместе с завтраком. Не успеешь, отправлю сразу домой.

– Уже встала, сейчас буду.

Быстро соскочив с кровати и схватив одежду со стула, полетела в ванную. Умывшись, огорченно вздохнула, вещи были сырыми, но ничего не поделаешь, пришлось их натягивать. Выйдя из ванной, прошла к зеркалу. О боги! И какого черта я вчера после душа не расчесала свою гриву?!

Волосы у меня были темно-рыжего оттенка, кудрявые и длинные до талии. Найдя в сумке расческу, принялась штурмовать эти заросли. Справилась я минут через десять. Расчесав и заплетя их в косу, я влезла в балетки и вышла из комнаты. Пройдя до лестницы, спустились вниз, услышав голоса мужчин из-за закрытых дверей, которые находились чуть подальше от лестницы, направилась туда. Это оказалась столовая. Пройдя в комнату, села за стол.

– Лекса встань обратно. – сказал Аргидфон, я встала. – Почему на тебе сырые вещи? – удивился он.

– Может потому что я не привыкла ходить в грязных? А вчерашнее спасение вашего сына из пруда, не прошло бесследно для моих вещей, пришлось постирать.

Аргидфон встал и подошел ко мне со спины, положил руки мне на плечи и начал что-то шептать. Я почувствовала, что вещи начали высыхать прямо на мне. Через пару минут он убрал свои руки и сел обратно.

– Завтракать будешь?

– Нет, только чай и что-нибудь вкусненькое. – улыбнулась я.

Дарель разлил чай и пододвинул мне блюдо с круассанами. Завтрак прошел в молчании, ну а после него мы вышли в коридор. Аргидфон опять надел на меня вчерашнюю палатку. Но и сам тоже надел плащ-накидку, черного цвета, точно такую же, как и у меня, только вот ему она была в пору.

Выйдя из дома, мы его обошли и вышли на задний двор. Пройдя к живой изгороди, мы вышли через спрятанную калитку. Ноги промокли сразу же, подол плаща тоже намок и отяжелел. Трава была еще мокрой, но солнце только начало появляться. Из двора мы сразу вышли в густой лес, на тропинку, которую я еле различала из-за темноты леса. Шли мы так около получаса. Успевать за быстрыми шагами Аргидфона удавалось только трусцой. Так что когда мы вышли из леса, я была запыхавшаяся и злая.

Схватив Аргидфона за руку, я очень громко подумала, так как не знала можно ли говорить вслух.

– Какого лешего нельзя было пройти через телепорт?!

– Чтобы остаться незамеченными. – спокойным голосом ответили мне. – Я хочу посмотреть со стороны, как мои коллеги справляются с отбором первокурсников. А тебе вообще запрещено здесь быть, тем более видеть этих первокурсников. Сейчас я накину на нас иллюзию, мы будем невидимы на расстоянии. Так что передвигайся как можно тише.

– Но здесь нет никого. Нам долго еще идти?

– Нет, только вон тот мост перейти и мы на месте. – он указал вдаль, но проследив за его рукой, я увидела только густой лес.

– Вы издеваетесь?! Там же лес густой!

– Это тоже нечто вроде иллюзии. Будем подходить ближе, увидишь.

Подойдя вплотную ко мне, сделал какой-то жест рукой, и сказал непонятную фразу, после которой нас заволокло серебристой дымкой, похожей на туман.

– Вот теперь готово, пошли. Не говори вслух. За руку меня бери только в крайней ситуации. Мы просто посмотрим. Слушай, смотри, запоминай. На все вопросы отвечу потом, когда окажемся в моем кабинете, ясно? – голос его стал очень строгим, сам он как-то подобрался, чувствовалось, что он напряжен.

– Да, молча наблюдаю, ответы потом. – констатировала я. – Пошли.

Мы пошли через поле к другому лесу. Подходя ближе, иллюзия развеялась, и в конечном итоге предо мной предстал навесной мост, через страшную, темную пропасть, дна которой не было видно. Мост был очень длинным, и заканчивался он на одной из вершины горы по ту сторону пропасти. Из-за тумана видимость была очень плохой.

Я все стояла боясь ступить на мост, я до ужаса боюсь высоты, а здесь мало того что высота несусветная, но еще и мост навесной, он же блин раскачивается! Стояла и размышляла, а надо ли мне вообще все это? Аргидфон, пройдя метров десять остановился, и наблюдал за мной. Насмешливо так, стоял и улыбался.

Закрыв глаза, сделала шаг, другой. На ощупь, найдя троса-перила я схватилась за них и прошла так еще пару шагов. Удивилась, что мост даже не шелохнулся. Вопросительно посмотрела на Аргидфона. И увидела забавную картину. Аргидфон в беззвуке, со странным выражением лица согнулся пополам и держался за живот. Блин, если бы не конспирация, он бы ржал надо мной в голос. Покорчившись так минут пять, он успокоился, дотронулся до моей руки, а я сразу громко так и со смехом подумала.

– У вас что-то с животом? Пучит? Может мне лучше первой идти?

– Один – один, ничья. Мост каменный, он не раскачивается, это иллюзия.

Развернулся и пошагал опять своим спартанским шагом вперед. Мост оказался длиннее, чем я думала, по мосту мы шагали около двух часов. Ноги уже болеть начали от такой длительной ходьбы. Вышли мы действительно в горах, я вся тряслась и от страха и от холода. Все-таки юбка с блузкой не походная одежда. В горах было не холодно. Но ветер был сильный и продувало насквозь. Я думала мы выйдем к вершине, но и здесь ошиблась. Мост привел где-то к середине горы. Основания и вершины, отсюда видно не было. Перед нами показалась тропа, Аргидфон пошел по ней, я за ним. Через какое то время я задумавшись, врезалась в него, не заметив, что он остановился.

– Ты где витаешь? Я же сказал тише ходить. Все, мы пришли. – взяв меня за руку подумал он.

Я огляделась, мы стояли на отвесе скалы, внизу было поле. Картина представшего передо мной пейзажа напоминала кратер вулкана, вокруг были только одни высокие горы.

– Но я ничего не вижу, никаких зданий, опять иллюзия?

– Нет, вход запечатан, дальше этого выступа не пройти без допуска или разрешения, он же выдается только в случае поступления к нам в СУЗВОД.

– Но как я тогда все увижу?

– Я дам тебе свой, ты на нем должна поставить подпись. – и протянул мне фиолетовую карточку и ручку, я расписалась в указанном месте. Отдала карточку обратно, и стала ждать чуда, но оно не спешило показываться.

– Теперь проколи палец и приложи каплю крови к этому знаку. – у края отвеса он мне показал еле заметную букву, больше похожую на символ руны. Сделав, как он сказал, поцарапав палец об выступ, приложила к положенному месту, руна начала набирать красный цвет.

– Сейчас откроется вход, это не главный, один из запасных. – помогая мне подняться, подумал Аргидфон – И вот теперь, пожалуйста, будь внимательнее и аккуратнее. – и указал вперед, на то поле, которое я увидела в начале.

Я обернулась, и тихо съехала обратно на колени. Предо мной стоял огромный замок. Слышались крики, рычание, вопли радости. Иллюзия видимо и шум скрывала. Так как мы были выше этого замка, я пригляделась и заметила что это не огромный замок, как показалось вначале, а несколько замков, примерно шесть или семь, небольших размеров которые соединялись галереями. Образовывая круг. Рядом с комплексом (мне это больничный городок напомнило), стояли постройки, разных размеров, от больших амбаров до сараев. Удивило, что нет высокого забора. Но не найдя взглядом ни какой бреши в окружающих горах, и отсутствие каких либо дорог, поняла что забор все таки есть. Это сами горы. И выход был только один, через верх.

– Ну что ж, пора почтить всех своим тайным присутствием. Вон видишь в центре СУЗВОДА людей? – он указал в центр круга, я кивнула. – Это первый курс, все желающие попасть к нам. Никаких вступительных экзаменов нет, кроме одного задания для каждого факультета.

– Какие задания и что за факультеты?

– Все ответы и вопросы потом. – и нажал на появившейся из ниоткуда рычаг, выступ вместе с нами начал спускаться вниз на землю, я схватила Аргидфона за руку, боясь свалиться. Выступ находился примерно в пятнадцати метрах от земли, а у меня страх еще после моста не прошел. Спустившись, я с облегчением слезла с выступа и приземлилась задницей на землю. За что меня наградили нехорошим взглядом. Идя следом за Аргидфоном, старалась не шуметь, но все равно ветки всякие под ногами хрустели.

Дошли мы до какого-то амбара, свернули в небольшой пролесок, чуть погодя вышли на дорожку выложенную камнем. Проходя по ней, осматривала открывшиеся мне два замка. Они были похожи. Каждый в четыре этажа, без всяких шпилей и башен. Напоминая чем-то наши многоэтажки, но сам внешний вид и треугольные крыши все-таки говорили, что предо мной замки. Галереи их соединяли на первом этаже. Мы дошли до главного здания, оно было выше на этаж и шире. Зайдя в него, мы прошли через холл, и вышли во внутренний двор. Народу было много, человек сто. Все ребята не старше двадцати пяти лет примерно. Напротив того здания из которого вышли мы, стояло такое же широкое и пяти этажное, на нем большими буквами было написано СУЗВОД, а ниже подпись «преподавательский корпус». Перед этим зданием была небольшая трибуна, на ней стоял длинный стол, люди за ним сидели взрослые, наверно сами преподаватели. Обернувшись на замок, из которого мы вышли, на нем было написано «учебная часть». Между этими большими замками по каждой стороне стояло еще по три замка поменьше, на них были изображены большие буквы А;С;Д;З;Н;Б.С. также на территории внутреннего двора находились беседки и лавочки.

– И так, мы начинаем отбор. – объявила женщина с трибуны очень громко, хотя микрофона в руках я не увидела, сразу стихли все голоса и наступила мертвая тишина. – Каждый, кто определился с факультетом, подходит к столу преподавателей, называет тот факультет, на который хочет поступить, и мы даем ему задание. Напоминаю что у нас четыре факультета: Артефакторы, Зельевары, Некроманты и Стражи. На выполнение задания дается один час времени. Какого цвета будет ваша карточка с заданием к такому замку вы и проходите (в этот момент четыре замка окрасились черным, красным, синим, зеленым), оттуда после того как все получат задание, ваша группа отправиться в лабораторию на его выполнение. Далее вас будет вести ваш куратор. Напоминаю что мест всего пятьдесят, вас в два раза больше. Советую постараться выполнить задание быстро и качественно. Всем удачи. Начинаем. – женщина села на свободное место за столом.

Воцарилась тишина, никто не спешил за зданием. Оно и понятно, всегда страшно быть первым. Минут через пять из толпы вышел парень, подошел к столу назвал некромантию, ему вручили черную карточку, и он пошел к замку черного цвета. Мы с Аргидфоном к этому времени уже стояли на крыльце преподавательского корпуса, откуда было все хорошо видно и слышно, что делается на трибуне. Далее была девушка, выбрав артефактов, получила синюю карточку. Далее был парень, озвучив стражей, получил красную карточку. Следом еще двое парней ушли к артефакторам, потом две девушки попросили задание зельеваров, получив зеленые карточки. Примерно через полчаса все поступающие стояли по разным замкам. Зельевары – цвет зеленый, на замке буква З. У артефакторов – синий, буква А. У некромантов – черный, буква Н. У стражей – красный, буква С.

Четверо преподавателей встали и прошли по разным замкам выбранных факультетов. Сказав что-то ребятам, стали группа за группой заходить в здание учебного корпуса. Пять оставшихся преподавателей поднялись и пошли в нашу сторону. Мне стало страшно, ведь Аргидфон говорил, что иллюзия действует только на расстоянии. В этот момент, Аргидфон схватился одной рукой за мою руку, а другой рукой закрыл мне рот и медленными шагами мы стали уходить в сторону.

– Странно, что Аргидфона нет. Он никогда не пропускал отбор первого курса. – сказала худощавая женщина.

– Может под объявление результатов явиться? – ответил ей мужчина.

– Может, а пока проходит задание предлагаю попить чаю в общем зале. – предложил другой мужчина, гораздо старше всех присутствующих.

Все преподаватели его поддержали. Когда за ними закрылась дверь, мне наконец-то освободили рот. Через пару минут мы зашли следом и прямо в холле Аргидфон создал портал, войдя в него, мы тут же вышли в кабинете. Сняв с нас иллюзию, помог снять плащ-палатку, и уселся за большой письменный стол.

– Чай будешь? – спросил он, чем поставил меня в тупик. Нам разве можно голос подавать?

– Да можно, это мой кабинет, на его стенах, дверях и окнах стоит особое заклинание от прослушивания и подслушивания, так что нас никто не услышит.

– Вы все-таки смогли читать мои мысли?

– Нет, у тебя лицо как открытая книга.

– Да чай буду. – обиделась я.

Пока он колдовал над чаем. Я принялась разглядывать кабинет. Рядом со столом стояли два стула с другой стороны, вот на один из них я и приземлилась за его столом. На стенах висели какие-то плакаты, газеты на непонятном мне языке. Вдоль одной стены были два окна, на подоконниках стояли в горшках с землей какие-то растения. У стены напротив, был большой стеллаж с книгами. В конце кабинета было две двери. Одна это вход в кабинет наверно. А вот куда ведет вторая? Подумала я.

– Если хочешь в туалет или руки помыть, уборная рядом с входной дверью. – опять отвечая на мой незаданный вопрос, сказал Аргидфон.

Я решила воспользоваться его предложением. Выйдя из туалета, увидела, что на столе стоит чайник с чашками, бутерброды разные и булочки.

– Это привет от Дареля, специально для тебя где-то нашел зеленый чай. Ладно, давай садись, перекусим и заодно отвечу на твои вопросы.

– Спасибо. – я взяла из его рук кружку с непонятным напитком. С начала вкус показался необычным, но распробовав, я осталась довольна и булочки с какими-то ягодами, тоже не оправдали моих опасений и оказались ну очень вкусными, такими, что я их одна все слопала. Аргидфону же достались только одни бутерброды. Он удивленно посмотрел на меня.

– Ну и чего удивляемся? Я нормально ела только вчера утром. – буркнула я.

– Я не удивляюсь, да и чему тут удивляться? Яблоко, говорят не далеко, от яблони падает.

– В смысле?

– Это любимые булочки твоего отца. – я поперхнулась, Аргидфон же продолжил. – Ну и где твои вопросы? Предупреждаю сразу, на счет отца спросишь все у матери, а вот на счет учебы отвечу на все.

Потешая себя мыслью, что сейчас устрою законный допрос, я быстро допила чай.

– А можно мне листочек и ручку? Я запишу все что вы скажете, мне потом легче думать будет. – попросила я вытирая руки и губы салфеткой, а Аргидфон протянул мне то, что я просила.

– А как же перья, чернила и пергамент? – усмехнулась я.

– В целях улучшения обучающего процесса, мы очень многое позаимствовали у вас. Но в других мирах до сих пор пишут пером по пергаменту.

Усевшись поудобнее, начала записывать.

– А сколько факультетов?

– Всего пять, но отбор ведется только на четыре.

– Почему?

– На пятый, это диверсионный факультет, курсанты отбираются потом, на него могут поступить только группы курсантов не менее четырех человек. Эти группы формируются только после первого полугодия.

– Ясно. Как расшифровывается аббревиатура СУЗВОД?

– Секретное Учебное Заведение Военно Обязанных Диверсантов.

– О как. Хорошо, а как я буду понимать местных жителей, если не знаю вашего языка?

– Как только подпишешь договор, о том, что ты согласна у нас обучаться, ты автоматом будешь знать местный язык. Обучение языкам пойдет уже на втором и третьем курсах.

– А как вообще происходит обучение на первом курсе и далее?

– Первый курс, самый важный. Ты поступаешь на определенный факультет из предложенных четырех. Занятия с первым курсом ведутся индивидуально с каждым курсантом. Никаких уроков магии, только теория и физ. подготовка.

– То есть? Я буду одна в классе?

– На теории, да. На физ. занятиях со вторым или третьим курсом.

– Но почему?

– В нашем мире Бернаг находиться очень много источников магии, поэтому у прирожденных магов может открыться два, а то и три таланта, и чтобы их принять, а они часто проявляются болезненно, мы должны подготовить твой организм. Поэтому физ. подготовка будет очень усиленной. После первого полугодия будет контрольное задание. Туда отправят весь первый курс. Ваша задача сгруппироваться в команды и выполнить задание.

– Но как? Если мы ни разу друг друга не увидим до этого момента?

– Вот это и есть самое интересное. Вы почувствуете, что вас тянет к определенным курсантам, это и есть талант. Он пробудится только в присутствии определенных курсантов, у которых также есть таланты, которые не пробудятся, без твоего таланта. И вот если вас в группе четверо и более. Вы переходите на курс диверсантов.

– А если группа менее четыре, то есть трое или двое курсантов?

– То вы останетесь партнерами, и мы дадим вам право перейти на факультет вашего напарника, но таких случаев почти не случалось, обычно группы как минимум в пять человек создаются.

– То есть, окончательная постановка только после контрольного задания?

– Верно.

– Так, значит пять факультетов. Сколько длится обучение и какой возраст поступающих?

– Пять лет обучения. Поступить можно с двадцати до двадцати трех лет.

– А есть у вас стипендия?

– Конечно. Их две, одна отчисляется лично курсанту, другая его родителям или опекунам.

– А им зачем?

– Это опасное заведение, так как мы можем в любой момент отправить вас на реальное задание.

– Но ведь, первый курс не обучен магии!

– Ну и что? Физ. подготовка – это основа. Тем более что, после контрольного задания, вам будут преподавать больше теории и азы магии. – То есть родителям, это как бы моральная компенсация, в том случае если нас не станет?

– Все верно.

– А можно узнать размеры стипендий?

– Ну, переведя в русские рубли, вашей маме будем переводить каждый месяц по тридцать тысяч.

– Ого. А мне тогда сколько?

– Вам десять, итого сорок тысяч ваша семья будет получать ежемесячно, кроме летних каникул. На каникулы вы уезжаете домой. Выплачивать стипендию будем все пять лет. Если что-то с вами случиться, деньги выплачивать перестаем, но и выплаченные требовать обратно мы не будем. Просто так, вылететь у нас невозможно. Если все хорошо и вы закончили обучение, то еще десять лет работаете на нас. Зарплата тоже платиться.

– А кем работать? Преподавателем что ли?

– Нет. Будете выполнять задания, разного вида поручения, в разных мирах или городах. У нас не все могут владеть магией. Примерно на сотню-две жителей приходиться всего один-два мага.

– Что-то маловато как-то. А как быть с теми, кто родился в вашем мире? Получается из-за источников которых в ваших мирах много, у них таланты или магия давно пробудились и сейчас они сильнее других?

– Нет, таланты или силы магии, как ты говоришь, просыпаются только после двадцати лет. Очень редко у кого раньше, такие случаи нам сразу становятся известны, так как контролировать они их сами не могут и творят всякие вещи, когда ужасные, когда наоборот приятные. Поступающие все на равных условиях. – Аргидфон внимательно на меня посмотрел и продолжил.

– Ты пойми еще одну вещь. У нас продолжительность жизни гораздо больше. У вас на земле это примерно шестьдесят лет, у нас же лет четыреста-пятьсот, очень сильные маги могут прожить еще дольше. Поэтому в двадцать лет человек считается еще ребенком, и серьезно, к человеку начинают относиться, только после примерно пятидесяти лет. К примеру, твоему отцу на момент смерти шел двести тридцать восьмой год.

– Ясно. Знаете что, мне не нравиться, что вы о моем отце говорите отрывками. Либо вы рассказываете всю его историю, либо не говорите вообще ничего. Серединка меня не устраивает. – начинала я злится. – И вообще браков у вас в заведении не бывает? А то у нас это сплошь и рядом, в университетах и институтах, да и в училищах тоже случается. Я к тому говорю что, в этом возрасте гормоны играют, как вы с этим справляетесь?

– Нет, таких случаев у нас еще не было, да и при поступлении мы предлагаем сделать одну процедуру…

– Это же какую? – что-то мне как-то страшно стало.

– На каждого курсанта, который пожелает сделать это, накладывается заклинание особого рода, защитного, и под этим заклинанием влюбиться не возможно. Заклинание можно поставить только в начале года, и снять только после получения диплома, то есть в конце обучения.

– Есть еще какие-то процедуры, которые делаются курсантам?

– Да. Клятва о неразглашении. Вы подписываете договор кровью. Вам запрещено будет говорить о СУЗВОДЕ, где он находится и вообще все связанное с ним. Если расскажете, тогда печать договора сломается, и вы умрете. Срок этого договора не иссякает, то есть до конца ваших дней.

– Замечательно. То есть, если я решу обсудить с кем-то учебную программу вне этих стен, то помру?

– Только если это не курсант, профессор или работник СУЗВОДА, то да, умрешь.

– Ясно.

– Еще вопросы?

– Почему это вы со мной откровенны? Ведь многое что вы мне рассказываете, да и сам этот предварительный показ СУЗВОДА, ведь не каждому это показывают и рассказывают.

– Ты права. Это из-за твоего отца. Просто он был моим другом, а также мы были в одной из лучших групп диверсантов. Да и после выпуска всегда работали вместе. – Аргидфон замолчал, а я торопить не стала. – После выпуска отсюда, если ты попадаешь в группу и будешь диверсантом, то тебе с этой группой всю жизнь работать. В группу нельзя принять нового человека, если только кто-то из коллег умирает, иначе таланты или маг. силы начинают закрываться обратно. Так что группа это твоя вторая семья.

– Как же вы допустили его гибель? – спросила я, не поддавшись на его уловку, чтобы сменить тему.

– Однажды, я обязательно тебе расскажу о нем все, что касается нашей учебы и совместных заданий. Но не сейчас. Прости. – Аргидфон сказал это с такой болью в голосе, что я решила закрыть тему.

– Обещаете?

– Обещаю.

Мы еще немного помолчали, каждый думал о своем.

– А теперь, думаю пора отправить тебя домой. У тебя всего десять дней, чтобы принять решение, будешь ли ты здесь учится или нет. Если будешь поступать, будь готова утром. Собери вещи заранее. Что нужно и можно, а что нельзя прочитаешь здесь. – и протянул мне несколько листков сложенных пополам.

– Но я сумку забыла в том доме. – приняла я листы с инструкциями.

– Дарель принес ее в месте с булочками. – и указал на одну из полок книжного стеллажа. А я ее как-то и не заметила. Аргидфон встал из-за стола, подошел ко мне и взяв меня за руку, открыл портал.

Глава 3

В телепорте я почти не кружилась, я открыла глаза уже в своей комнате, в родительском доме. На столе лежала моя сумка, из которой торчали листки с моими записями и с «инструкцией». Я решила прилечь, хоть на часах и было всего 3 часа дня. Но в сон меня тянуло нещадно. Решив поспать часик, я разделась и забралась в свою кровать.

В часик я не уложилась. Мама меня разбудила уже в седьмом часу вечера.

– Лекса давай вставай.

– Еще чуть-чуть мам.

– Нет Лекса, давай вставай. Нам с тобой разговор предстоит. Я специально девочек в гости отправила, а с завтрашнего дня я начну программу школьную готовить. Потом некогда будет. Давай вставай, а я пошла, чайник ставить.

– Хорошо сейчас встану.

Услышав как мама вышла из комнаты, я откинув одеяло и потянувшись встала, накинула халат и потопала в ванную.

Решив, что времени сейчас на полноценное купание в ванной у меня нет, решила ограничиться простым умыванием. Пройдя обратно в комнату, причесалась и одев джинсы и футболку, направилась на кухню. Мама уже сидела за столом с чашкой приятно пахнущего чая. Я налив себе чаю присела напротив ее.

– Я сейчас рассказывать буду, ты только не перебивай, ладно? – я кивнула, мама продолжила. – Мне тяжело еще вспоминать это с улыбкой. Мы познакомились на ярмарке, в городе Блэстрэд. Я стояла за прилавком с печеньем, когда ко мне подошел Сергей, попросил продать ему печенье с лифатокой. Это такие редкие ягоды, очень вкусные, кстати твой отец их ел в чем угодно в печенье, булочках, кексах. Я, взвесив с килограмм, стала ему подавать пакет. Пакет рвется, и все печенье рассыпается по земле. Я стала извиняться и бросилась подбирать печенье, оно кстати, самое дорогое было. Сергей нагнулся мне помочь, так мы и разболтались, за собиранием печенья. В общем, познакомились и начали встречаться. Ему тогда шел двести пятнадцатый год, а мне двести десятый. – у меня глаза на лоб полезли, видя мою реакцию, мама продолжила. – Не удивляйся, сейчас мне двести тридцать восемь лет, но на земле якобы просто тридцать восемь. Встречались мы долго, четыре года, и на совместное жилье и брак я долго не решалась, из-за того что твой отец постоянно пропадал в командировках. Из некоторых он приезжал раненым. Но в конечном итоге мы поженились, жили сначала в Блэстрэде, года четыре наверно. Потом Сережа сказал что обстановка становится неспокойной и мы перебрались на Землю. Кстати, он родом именно из этого города, раньше, здесь была деревня, как он говорил, но не суть. Только переехав на Землю, я забеременела тобой. Сережа начал реже ходить на задания, примерно раз в неделю. Потом появились твои сестренки, и он вообще отошел от дел, по крайней мере, я так думала. Устроился на работу здесь, на Земле, водителем. Так мы прожили недолго, потом он погиб. Если помнишь тот вечер, когда пришла полиция и сообщили о случившемся, ты немного успокоившись с сестренками, легла спать. А поздно ночью пришел Аргидфон, сообщил, что Сережа погиб на задании, а конкретнее его заманили в ловушку и убили. Оказывается, от заданий он никогда не отходил, просто решил устроить отвлекающий маневр с работой на земле, что бы я не беспокоилась. Почему его убили, я не знаю, знаю только что, твой отец родился с талантом артефактора, и не простым, а самым сильным за последнее тысячелетие. Он мог одним прикосновением превратить любой неживой предмет в артефакт, любой сложности. Это все что я знаю. Про учебу и как он попал в наш мир, Сергей никогда не рассказывал, так же как и про задания. Однажды за ужином я решила его спросить, но Аргидфон, а он был у нас в гостях очень часто, сказал, что они все заключили договор о неразглашении. Больше я никогда не поднимала этот вопрос. Пожалуй все. – на этом мама закончила и посмотрела на меня.

А у меня от каждого ее слова мир переворачивается! Как убили? За что? Я столько лет считала, что он погиб, и в этом никто не виноват! Я его так сильно любила, а у меня взяли и отняли его!

Накатили воспоминания, как он учил меня плавать, первая поездка на велике, разодранные колени и ладошки от падения. Как ездили на лошадях кататься, как учил на машине ездить. Он был самым лучшим отцом на свете! А его взяли и убили! Во мне начала закипать ненависть и злость, требуя отомстить за отца.

– Мам, Аргидфон мне предложил поступить в Суз… – я запнулась, не зная можно ли рассказывать.

– Не бойся, все знают, что это заведение называется СУЗВОД. По крайней мере, так написано на их главных воротах.

– У них есть главные ворота? Но Аргидфон говорил, что у них заведение спрятано. И я думала, что к этому заведению вообще дорог нет.

– Напугал он тебя просто, я не спорю, может и есть еще какие-то спрятанные выходы. Но все знают что, что бы попасть в Сузвод, нужно приехать в город Блэстрэд, а оттуда идут до синего леса, за которым стоят главные ворота.

– Ладно, это сейчас не столь важно. Мам, что мне делать? Соглашаться?

– Я не знаю. Это твое решение, уговаривать поступать или наоборот отговаривать тебя, я не буду.

– Если честно, я хочу попробовать. – не стала я скрывать от матери.

– Зачем? Что именно тобой сейчас движет?

– В смысле? – я не понимала.

– Тебя на самом деле впечатлил другой мир или же месть за отца?

– Честно? – мама кивнула, поразмыслив пару минут, я продолжила. – Одинаково. Меня действительно впечатлил другой мир, и то, что там есть магия, будоражит мой мозг. Но что бы отомстить за отца, мне необходимо учиться. А найти и отомстить хочу.

– Спасибо что честна со мной. – ответила мама и сжала мою руку.

– Еще меня радует, что у них такие большие стипендии. – улыбнулась я, переводя тему.

– Я знаю, еще живя в Блэстрэде, у соседки сын туда поступил. Вот она радовалась этим выплатам, пока сын не погиб на третьем курсе. Мы замолчали. Не знаю, о чем думала мама, но я размышлял надо ли мне это. Через полчаса раздумий, и не придя ни к какому конкретному решению, я решила пока плюнуть на это. У меня еще несколько дней на раздумья есть.

– А как вы с Аргидфоном встретились? – вдруг прервала молчание мама.

– Я спасла его сына, тонущего в пруду городского парка.

– Сына? – удивилась мама. – Это такого мальчика летдесяти? Ероном, кажется зовут?

– Дда…

– Он в своем репертуаре. – мама улыбнулась. – Это его любимая иллюзия. Когда ты была маленькая, Аргидфон часто создавал его, чтоб тебе было веселее, когда он приходил в гости.

– Но Ерон разговаривал, да и я его на себе тащила из пруда, он был тяжелый. Разве иллюзии не рассеиваются?

– Это высшая магия, на это нужно очень много энергии и сил.

– Значит он меня на живца поймал. А еще удивление такое разыграл.

Вот же засранец.

– Работа у него такая, все спланировать, не зря же он из диверсантов.

– Мам, а какой еще у папы был талант? Аргидфон говорил, что их как минимум два.

– Второй талант, это обычно дар одной из стихий, у твоего отца это был огонь.

– Я в шоке. Мам у меня за последние сутки мир с ног на голову перевернулся. Отец оказался магом, за это его убили, у меня талант, раз за мной Аргидфон пришел. А у тебя какие способности?

– У меня, никаких. У нас не все рождаются со способностями. – грустно сказала мама.

– Точно. Аргидфон говорил об этом. Как-то странно все. – пожала я плечами. – Ощущение что я сплю, и сон мне этот очень нравится.

– Сколько сейчас длится обучение?

– Пять лет. А раньше сколько было?

– Не изменилось, раньше так же пять лет учили. На каникулы то домой приезжать будешь?

– Но я еще не решила…

– Ты можешь мне соврать, Аргидфону, но своему сердцу врать не станешь. По глазам вижу, что хочешь поступить.

– Наверно ты права. На каникулы конечно домой. Я думаю что у них только летние каникулы.

– Раньше и зимние были, примерно неделю, надо будет уточнить.

– Мам я так поняла что и время там такое же и год?

– Время да, и число и месяц. Вот только у нас две тысячи семнадцатый, а у них двадцать пять тысяч семнадцатый год. Столько же часов в сутках, такие же дни недели, двенадцать месяцев в году.

– Разница только в магии?

– Да. У нас есть магия и поэтому все, что на Земле развивают с помощью технологий, у нас это делают с помощью магии.

– Мам, скажи честно, ты хочешь, чтобы я поступила?

– Честно? Не знаю, Лекса. Материнское сердце хочет, чтоб ты не ехала туда. Страх за твою жизнь, что закончишь как отец. Но разумом я понимаю, что Аргидфон не сотрет тебе память, и ты будешь всегда знать, что существует другой мир, полный волшебства и магии. И ты будешь мучиться, тем более что у тебя есть огромный потенциал к магии.

– А ты откуда знаешь?

– Аргидфон сказал, еще на похоронах Сергея, что ты будешь очень сильна, может и сильнее отца.

– А мне ничего не сказал.

– Я думаю, что и у твоих сестер будет расположенность к магии, правда не такая сильная.

– Почему?

– Если у первого ребенка есть огромный потенциал, то и у следующих детей будет магия, только не такой силы как у первенца. Но если у первенца нет никакой магии, то и другие дети будут без сил.

– Понятно.

– Так что, может к моменту твоего выпускного, мы переберемся в Блэстрэд. Девочкам тоже можно будет попробовать поступить туда.

– А в Блэстрэде ты хочешь дом покупать?

– Зачем? Он там уже есть. Правда, мы его отдали в пользование Аргидфону. У него, по-моему, дворецкий там командует, не помню точно как его зовут. Но ты должна была там ночевать прошлой ночью.

– Дарель, дворецкого зовут Дарель. Но Аргидфон мне ничего не сказал, что это мой дом. И сам дворецкий вел себя странно.

– Почему ты так решила?

– Ну… разглядывал меня постоянно, бубня себе под нос, что где-то он меня видел. Потом я сказала кто мой отец, он успокоился, и даже как-то дружелюбнее, относиться стал. Папины любимые булочки отправил в кабинет Аргидфона.

– Дарель очень любил и уважал твоего отца, и сам готовил эти булочки для него. Потом, со временем, ты узнаешь наверно, как много было хороших друзей у твоего отца. В принципе, как и врагов. Я очень рада, что тобой движет не только месть, и мне бы хотелось, чтобы ты вообще избавилась от этой мысли. Отца уже не вернуть, а ты мне живая нужна. – сказала мама глядя мне в глаза и поглаживая меня по руке.

– Не знаю мам, время все расставит и на свои места. А сейчас меня волнует другой вопрос, что можно туда взять? Как я буду связываться с вами?

– Тебе должны были дать список, что можно, а что нельзя брать с собой. А по поводу связи, это через Аргидфона надо решать. Думаю, что для нас он сделает исключение. Обычно учащимся не разрешают связываться с семьей, это мне моя соседка говорила, только в новогодние праздники и дни рождения.

– Ну, буду надеяться, что Аргидфон действительно сделает исключение.

Зазвонил мобильник матери, от неожиданности мы обе вздрогнули. Взяв трубку, мама вышла из кухни. Допив остывший чай, и ополоснув кружки, я пошла в комнату. Проходя мимо гостиной, мама окликнула:

– Засиделись мы с тобой, сейчас девочек привезут. Включи, пожалуйста, воду в ванной. Девочки мыться будут. Ты сейчас-то чем займешься?

– Хорошо. – и посмотрела на настенные часы. – И правда, засиделись, время то уже без пяти одиннадцать. Спать лягу. Раз решила поступать в Сузвод, нужно съездить в город.

– Зачем?

– Нужно сдать квартиру, вещи собрать, их тоже немало. Приеду либо вечером, либо на следующий день, короче как сборы пойдут. Разбуди, пожалуйста, часов в шесть утра.

– Разбужу конечно, приятных снов.

– И тебе спокойной ночи. Спасибо за понимание. – подошла к маме, и поцеловав ее в щеку, добавила. – Не забудь, что я включила воду в ванной.

Поднявшись на второй этаж и пройдя в ванную, включила воду, затем, направилась в комнату и, не включая свет, разделась и забралась в кровать.

Следующая неделя пролетела незаметно. Съездила в город, собрала вещи и сдала ключи Владимиру. Позвонила в гостиницу «Золотой Глобус», куда меня брали на работу, отказалась от должности. В пятницу мама посоветовала посмотреть те листы, которые мне дал Аргидфон, вдруг необходимо что-то докупать. Учитывая, что канцелярию, к которой я привыкла, у них не продают, а сколько выдают ее, в Сузводе, и хватает ли этого, я точно не знала.

Попивая чай, я прошла в комнату, время было ближе к обеду. Получалось, что на сборы осталось полтора дня, ведь Аргидфон придет за мной утром воскресенья. Зайдя в комнату и сев за стол, я достала листки из ящика.

Первый лист гласил (прямо как указ):

ПРИ ПОСТУПЛЕНИИ В СУЗВОД ВЗЯТЬ С СОБОЙ:

1. Канцелярию (тетради, ручки, карандаши, маркеры и т. д.).

2. Одежда:

– Сменное нижнее белье (4 комплекта минимум).

– Обувь на выход (туфли, ботинки).

– Одежда на выход – праздничная.

– Обувь в комнате (тапочки).

– Одежда для сна (халат, пижама).

– Аксессуары на выход (шляпа, перчатки, шарфы, зонт, сумочка и т. д.).

– Полотенца 4 (2 больших, 2 маленьких).

– Зимние вещи на выход (варежки, шапка, теплые колготки или носки и т. д.).

– Зимнюю обувь на выход.

– Зимнюю куртку на выход.

3. Гигиена:

Можно все, чем вы привыкли пользоваться, главное условие, чтобы у вас был запас на девять месяцев, тех средств, к которым вы привыкли. У нас ничего такого не продают. На Землю попадете только летом!

Для девушек средства гигиены обязательно.

Косметика по желанию.

Для вашего удобства, вас заберут прямо из дому, количество сумок не имеет значение. Электричества у нас нет, так что бритвы, плойки, фены с собой не брать. Или запасайтесь батарейками.

Так же не брать сотовые телефоны, камеры, фотоаппараты, фото и видео запрещено в стенах Сузвода.

Запрещена табачная, алкогольная и наркотическая продукция!!!

Никаких медицинских препаратов, будете привыкать к нашей медицине.

Сузвод предоставляет каждому курсанту:

– Четыре комплекта учебной формы, по две на лето и зиму. состоят из спортивной и повседневной.

– Четыре пары пары обуви, под учебную форму.

– Пергамент и перья.

– Питание трехразовое.

– Учебные пособия.

– Спортивный инвентарь.

– Необходимый инвентарь для лабораторных работ.

Каждому курсанту предоставляется отдельная комната. В каждой комнате есть отдельная ванная, туалет, кухня, спальня. Из привычной вам техники, есть холодильник и плита – работают от артефактов. Продукты можно взять по желанию, но советуем привыкать к местной кухне.

Дочитав списки, я полезла в телефон, открыв приложение банка и взглянув на баланс карточки, грустно вздохнула. Спустились на кухню, застала маму за готовкой обеда.

– Мама, ты не сможешь мне помочь деньгами? У меня всего пара тысяч, а купить нужно многое.

– Конечно! Даже не спрашивай. Возьми кредитку в сумке, там полный баланс.

– Но как ты потом ее перекроешь?

– Как? С той суммы, которую будет отправлять Сузвод, напомни, сколько они родителям переводят?

– Около тридцати тысяч.

– Кредитка как раз на эту сумму, можешь все потратить, а я через месяц закрою.

Я с облегчением вздохнула. Значит, все вещи, тоже можно новые купить. Взяв у мамы карточку, пошла в комнату, созвонилась с подругой и договорилась о совместном шопинге.

Договорились встретиться у одного из торговых центров в три часа.

Выйдя из дома и дойдя до остановки, села в маршрутку. Добравшись до торгового центра, и зайдя в него, я сразу направилась в ближайший кафетерий. Оксаны еще не было, я заказала себе кофе и принялась листать новостную ленту в Вк. Наткнулась на рекламу mp3 плеера.

– Вот что определенно нужно взять с собой. – подумала я вслух.

Музыку я очень люблю, и как то без нее скучно будет. А что за музыка в другом мире я ведь не знаю, но что-то подсказывало, что она мне не понравится.

– Вот ты где, так и знала что здесь будешь. – проворчала Оксана усаживаясь напротив. – Рассказывай что за праздник? По какому поводу наряжаемся?

– Привет дорогая. – улыбнулась я в ответ. – Я учится еду.

– Но ты писала, что не поступила. Или они передумали?

– Я в другое заведение решила податься. Вот только это заведение очень далеко, приеду только следующим летом.

– Как, только летом? Может хоть на новый год, выберешься?

– Не знаю. Билет в один конец сорок пять тысяч стоит и то эконом класс и с пересадками. Короче добираться до них трое суток. – врала я на пропалую.

– Лекса, это ж в какую жопу мира тебя понесло?? Нет, я конечно знаю что ты очень любишь приключения, несмотря на всю твою серьезность. Но трое суток, это действительно много. В каком хоть городе? Ты мне адрес в Вк скинь или ссылку на их сайт. Может сама к тебе выберусь.

Я замялась, думая что бы ей ответить, не выдав себя.

– Я забыла название, это где-то на севере. Я тебе потом напишу и адрес и как я сама добиралась.

– Ну ладно. Ну а когда улетаешь?

– Завтра ночью. Вечером завтра приходи, хоть чаю напоследок попьем.

– Обязательно приду. Ну а сейчас пошли по магазинам. – радостно потирая руками скомандовала Оксана.

Домой мы ехали на такси. Пакетов было очень много. Купили мы все, и даже плеер с флеш-картой. Оксана очень удивилась, зачем мне так много канцелярии и батареек. Но я ей сказала, что там они стоят в несколько раз дороже. Вроде как убедила. Так же взяли все для гигиены и косметику. Надо было видеть лицо Оксаны, когда я взяла двадцать рулонов туалетной бумаги.

– И почему я думаю, что ты мне врешь? Там не цены высокие, там, судя по твоим покупкам, вообще магазинов нет.

На это я ей показала язык и закупалась дальше. Домой завалились уже в десятом часу вечера, втроем (таксист решил нам помочь). Выгрузив покупки, Оксана попрощалась и уехала.

– Ты там весь центр скупила? – спросила мама, выходя в коридор.

– Почти. – ответила я запыхавшись.

– Денег то хватило? Зимние вещи купила?

– Да, я уложилась в предоставленную сумму.

– Вот и хорошо. Давай мы сейчас это все перенесем тебе в комнату. А уже завтра будешь все по чемоданам упаковывать. Потом чай будешь или сразу спать? Или может, похвастаешься обновками?

– А ты? Если честно, мне уже это переодевание надоело, ты же знаешь, что я не особо люблю шопинг.

– Тогда я спать. – улыбнулась мама.

– А я пожалуй попью чай с мятой.

Перенеся все пакеты в комнату, мама ушла спать. А я за порцией успокаивающего чая.

Мама разбудила уже в одиннадцатом часу. Сказав, чтобы я для начала спустилась завтракать, у нее для меня есть сюрприз, и вышла из комнаты. Ууу… сюрпризы я люблю, поэтому уже через пять минут сидела за столом на кухне, в предвкушении. Макс терся об ноги, Лера и Софи тоже были на кухне. Сестры сидели уже завтракали. Хоть они и считали себя уже взрослыми, в свои то десять-одиннадцать лет, мама все равно заставляла их есть по утрам кашу.

– Тебе бутерброды или кашу Лекса? – спросила мама, косясь подозрительно на сестер и поднеся палец к губам, благо она стояла за спинами девчонок, увидев ее манипуляции, точно стали бы расспрашивать, о чем мы с ней секретничаем.

– Мне бутерброды повкуснее или кашу послаще. – поняв маму ответила я. – А почему девчонки уже не спят? Время то очень раннее.

– А нам вот, пресную дала. – возразила Лера.

– И бутербродов не предлагала. – обиделась Софи.

– Ну, вам нужно полезно питаться. – ответила мама. – Мы сегодня в поход идем. Учителя с семьями. – улыбнулась мама.

– А Лексе разве не нужно? – буркнула Лера.

– А Лексе уже поздно, ей сейчас только усиленные диеты помогут. – усмехнулась мама, а я аж поперхнулась.

– И ничего не усиленные, у меня просто кость широкая и тяжелая. А лишних килограмм у меня только десяток. И вообще, не всем быть такими анорексичками как ты мам. – не удержалась я.

– А кто это, анорексички? – спросила Софи.

– Это очень-очень худые люди.

– Ну, я тогда лучше буду анорексичкой, чем как Лекса. – ответила беззлобно Софи, чем окончательно испортила мне настроение. Я уж хотела было уйти, но вспомнила про сюрприз.

– Вас послушать, так я на гиппопотама смахиваю. Мама я буду просто чай. Завари с мятой, пожалуйста.

– Не обижайся Лес, мы же шутим, а девочки соскучились по тебе.

– Да я не обижаюсь мам, просто приняла к сведению.

– Так папа всегда говорил. – ответила Софи, у нее была очень хорошая память почти с двух лет все помнила. Настала полная тишина. Мы очень редко говорили вслух, об отце. Боль от его потери была до сих пор сильна.

В полной тишине девочки доели свой завтрак, и, сказав маме спасибо, умчались в свою комнату.

Мама, убрав со стола, поставила на него заварник и чашки. Разлив чай и сказав, чтоб я ее подождала, ушла к себе в комнату. В этот момент у меня зазвонил мобильник. Звонила Оксана.

– Привет, встала уже?

– Привет, да встала. Сейчас чай пить буду.

– Приятного. Ну и во сколько мне к тебе приехать? За одно, флешку привезу.

– Часов в шесть давай? А что за флешка?

– Ну вот, я же говорила вчера, что ты забудешь себе на флешку музыки загрузить, вот и взяла себе, полночи возилась. Скачала все, что ты любишь и новинки, разбила по папкам.

– Ой, спасибочки большое. Я и вправду забыла.

– Ну все, в шесть жди меня. Пока.

– Пока, жду.

– Кто звонил? У нас сегодня гости будут? – спросила мама, заходя в кухню.

– Я Оксану позвала, чай попить, ты не против? Я ей сказала, что приеду только следующим летом, так как уезжаю на север.

– Ну что ж буду рада ее видеть, а сейчас сюрприз. – и протянула мне шкатулку. Открыв ее, я ожидала чего угодно, но только не маленького черного мешочка, примерно из-под наушников. Пощупав его, я поняла, что он пустой.

– Эээ мам, это что? Мешочек для наушников? У меня есть такой.

– Нет. Это артефакт. Сделал его Сергей, как он говорил, на пятом курсе. Положи его на пол и потяни за шнурки, раскрой его.

– Ну ладно, сейчас. – положив мешочек на пол начала его раскрывать.

– Произнеси «Светлая» на выдохе прямо в мешочек. – комментировала мама.

Сделала, как она сказала, при этом мешочек все раскрывался и раскрывался. Открыв примерно на полметра, я остановилась и хотела потрогать дно, но только протянула руку, как мама сказала.

– Аккуратнее, провалишься, до дна очень глубоко. Этот мешочек твой отец придумал здесь, на земле, поэтому он может здесь действовать. Очень удобная штука при переезде.

– А каковы его истинные размеры? – спросила я в полном шоке.

– Примерно два на два метра, но до конца я его никогда не забивала.

– А вес? Вес, надеюсь, тоже пропадает?

– Да. Но все равно будет тяжелее обычного мешочка. А теперь закрой его.

– А как?

– Просто тихонько затягивай шнурочки.

– А как доставать вещи?

– Так же кладешь на землю, открываешь. Наша фамилия это пароль, если забудешь ее произнести, мешочек конечно откроется, но там будут лишь наушники. Как только открыла, тут же переворачиваешь его вверх дном. Все вещи и выпадут.

– Но вдруг что-то хрупкое сломается?

– Ну, дорогая, все хрупкое нужно носить, в чем-то другом.

– Согласна. – ответила я. – Спасибо мам большое, а то я как раз думала, как мы в четырех руках уместим столько пакетов. – с улыбкой добавила я.

– Ну все, иди, собирай вещи. Нужно уложиться до прихода Оксаны. Может что-нибудь вкусненького приготовить на вечер?

– Давай тортик или булочки какие-нибудь с вареной сгущенкой, уж очень она их любит.

– Ладно, будут вам булочки. Иди, времени не так уж и много. Чемоданы и пакеты найдешь в кладовке. Не забудь завязывать пакеты, иначе все вещи выпадут и перепутаются. – добавила мама мне вдогонку.

– Хорошо мам. – ответив пошла в кладовку, взяла пару чемоданов с креплениями внутри и кучу пакетов.

В комнате, решила сначала рассортировать вещи, сверяясь со списком. В одну кучу полетели баночки, бутылочки, косметика и украшения, короче все, что могло пострадать при переезде. В другую вся одежда, полотенца, обувь – все, что не пострадает. Долго думала куда определить канцелярию (бумагу, тетради, альбомы и т. д.). ручки, линейки, карандаши и все остальные атрибуты, для писания отправила к косметике.

Вспомнив, что в кладовке есть еще один чемодан, решила и его взять, боясь, что все хрупкое в один чемодан не влезет. Но по пути в кладовку подумала, что маме нужно хоть один оставить и нашла в кладовке коробку средних размеров. Прикинув, что можно плотно все в нее упаковать и скотчем заклеить.

После того как все было рассортировано, решила выбрать одежду в которой поеду. Размышляла недолго, выбор свой остановила на новых вещах. Всегда же приятно появлялся в новых шмотках, тем более в новом месте. Отложив джинсы, футболку, пиджак и ботинки решила выбрать косметику, которая понадобиться утром. Собрала все хрупкое в чемодан, вещи в пакеты, а макулатуру в коробку и пакеты (все в коробку не влезло). Достав мешочек, стала его открывать, сделав проем достаточно большим отправила туда с начала мягкие пакеты, потом чемоданы и коробку, и стянула шнурочки. Шнурочки увеличивались и уменьшались вместе с входным отверстием по мере необходимости.

Сложила выбранные вещи на стул и на него же повесила рюкзачок, в который положила мешочек с вещами и косметику. Мешочек потяжелел и весил с килограмм. В этот момент позвонила Оксана, сообщив, что уже выехала. Я только сейчас обратила внимание на часы. Начало шестого. Долго, однако, я прособиралась. Решила спуститься к маме на кухню.

– Лекса, ты в магазин сходи, купи каких-нибудь вкусностей: мед, шоколад или варенье. Кофе, молоко сухое. Консервированное что-то. Там ведь ничего такого нет.

– Пожалуй ты права, нужно сходить. Сейчас Оксана приедет, отправишь ее ко мне на встречу? А то боюсь я опять, слишком много накуплю.

– Ладно.

Я поднялась к себе в комнату, переоделась и пошла до магазина. Хорошо, что мы жили недалеко от «Звезды» – крупного продуктового универсама.

Пройдя по отделам, взяла еще батареек, журналов, кроссвордов, пару баночек меда и туалетную воду. Пошла в продуктовый отдел. Накупив там всяких вкусностей, от шоколада до консервированных огурцов и с полной тележкой поехала к кассе. Я уже расплачивалась, когда Оксана зашла в магазин. Уложив все покупки по пакетам, направились домой.

Посидели мы с подругой часов до десяти вечера. В основном Оксана рассказывала, как она с родителями в кругосветное путешествие съездила, в котором они пробыли почти два месяца. Фотографии и видео показывала, пока мама нас не прервала, что мне нужно еще успеть привести себя в порядок перед отъездом.

Попрощавшись с подругой, я прошла на кухню.

– Мам, а как мне все эти продукты везти? Банки же разбиться могут.

– Сложи их в чемодан.

– Я два чемодана уже заняла, а третий тебе оставила, вдруг понадобиться.

– Бери, если мне нужно будет, я себе потом куплю. – Спасибо.

Решив, что пакеты с покупками я в комнату не подниму, решила пустой чемодан и мешочек принести на кухню. Еле как мы с мамой все хрупкое запихнули в чемодан, а что не могло разбиться в пакеты. И закинули все в мешочек, который, кстати, потяжелел и весил уже с два килограмма.

– Аргидфон не говорил, во сколько явится? – спросила мама.

– Блин, не помню. Хотя он сказал, что придет за мной утром, время он не уточнил.

– Ну, зная Аргидфона, он может прийти и в пять утра.

– В пять!!! Тогда я срочно пошла спать.

– Приятных снов дорогая. – улыбнулась мама.

– И тебе. – и взяв мешочек утопала в свою комнату. Думала долго не смогу уснуть от волнения, но нет, сборы доконали. Вырубилась еще в полете до подушки.

Глава 4

Проснулась я часов в семь. Дома было тихо. Испугавшись, что Аргидфон приходил и ушел, я побежала к маме в комнату. Залетев к ней, начала ее будить.

– Мама! Я проспала! Время уже семь! И как мне теперь в Сузвод попасть?! – видя, что мама открыла глаза, я перестала ее трясти.

– Успокойся для начала. Мы только что разговаривали с Аргидфон в моем сне, с тобой он не смог связаться из-за сережек, он сказал, что придет в начале одиннадцатого. Так что иди, собирайся, а я сейчас встану и что-нибудь перекусить сделаю. – пробурчала мама.

– Уф, хорошо. – ответила я и пошла собираться.

Зайдя в ванную, решила напоследок повалятся в теплой водичке (ну навряд ли у них там ванные есть). Понежилась в ванной минут сорок, приняла душ. Выйдя из ванной и пройдя в свою комнату, взялась за свои волосы. На то, чтобы высушить и частично их выпрямить ушло полтора часа. Взяв косметичку села за стол. Решив, сильно не красится, нанесла тонкий слой тональника, подвела и подкрасила ресницы, от чего мои зеленые глаза стали еще больше. Убрав косметичку в рюкзак, где уже лежал мешочек и плеер, стала одеваться. На кухне я появилась полдесятого. Мама уже приготовила рисовую кашу и бутерброды.

– Сегодня ты пойдешь в Сузвод, как и все поступающие. Через Блэстрэд. Это не быстрый путь. Поэтому позавтракай основательно.

– Да мы и в прошлый раз часа три по лесам и мосту шли. – при воспоминании про мост меня всю передернуло.

– Ну не такой он уж и страшный, этот мост. Но вы пойдете через главные ворота.

– Понятно. Я вот думаю чего с волосами делать? Хотела их распущенными оставить, но на улице дождик, ты же знаешь как они во влажном воздухе пушатся и кудрявятся. – я грустно вздохнула.

– Не грусти. Можешь и распущенными оставить. Это только на Земле дождь, его специально из-за радуги вызвали. Сегодня не только ты поступаешь, тем более что не только в Сузвод набирают, есть еще несколько школ и академий магии. Но они в соседних мирах. А в Бернаге дождя нет.

– Это здорово. – улыбнулась я.

– Ешь, давай.

Минут через десять, когда я, доела кашу и принялась за чай, в дверь позвонили. Мама пошла открывать, а чашка в моих руках затряслась.

В коридоре послышался голос Аргидфона.

– Здравствуй Аргидфон.

Здравствуй, ты не угостишь меня завтраком? Специально ради этого пораньше пришел. Уж очень я люблю твою рисовую кашу.

– Да, конечно, проходи. – сказала мама входя в кухню. – Но как ты узнал, что я буду готовить?

– Ты сама во сне сказала и в гости позвала.

– Точно, я и забыла. – смущенно засмеялась мама.

– Здравствуй Лекса, я смотрю, ты уже готова? – спросил директор меня, заходя в кухню.

– Доброе утро Аргидфон. Да, вот только чай допью. – Не спеши, я специально пришел раньше что бы… – Чтобы позавтракать. – улыбнулась я.

– Не просто позавтракать, а именно съесть рисовую кашу. А подсадил меня на нее твой отец. Уж очень он ее сильно любил. Не удивлен, что у тебя много тех же привычек, что и у Сергея. Слишком сильно ты на него похожа. – с улыбкой сказал Аргидфон, и продолжил глядя на мой рюкзачок.

– Это весь твой багаж? Один маленький рюкзачок?

– Да, это разве плохо? – усмехнулась я.

– Нет но……подожди, я чувствую «тайничок». Ты ей отдала мешочек? – спросил Аргидфон, обращаясь к матери.

– Да, слишком много вещей она насобирала, даже у меня столько не было при переезде на Землю. – засмеялась мама.

– А почему тайничок? – вклинилась я в разговор. – И как вы чувствуете артефакты?

– Это мы с Сергеем его так прозвали, а чувствую, потому что у нас в нем однажды кейс пива разбился. Пытались мы как то пронести эту гадость в Сузвод.

– Но это запрещено. В инструкции сказано никаких алкогольных, табачных и наркотических веществ. – возмутилась я, так как тоже хотела взять бутылочку чего-нибудь крепкого.

– Нууу… вот после того как наша группа пыталась споить половину Сузвода и тем самым сорвать экзамены, вот тогда и запретили. – улыбнулся Аргидфон, и видя как у меня заблестели глаза, поспешил сменить тему. – Есть у меня пара полезных артефактов твоего отца. Но отдам только при хорошем поведении и в конце учебного года, без магии их не активировать. – я в ответ кивнула.

Я наблюдала, как мама жарит оладьи, для сестер, Аргидфон ест кашу, а я попиваю чай. И так больно стало, потому что, на месте Аргидфона должен сидеть мой отец. После первой встречи с Аргидфоном, я все время думала и никак не могла понять, почему отец пошел на задание один, без своей команды, без Аргидфона? Если считал его лучшим другом? За размышлениями я и не заметила, как директор тихонько дотронулся до моей руки, и поэтому подавилась, когда услышала его голос в своей голове.

Я не знал, что Сергей отправится на задание. Да и о том что он был на задании мы узнали потом, когда удалось собрать по кусочкам того водителя что сбил Сергея. И узнали в нем одного из «черных». Но сначала мы думали, что это просто нелепая авария. И ни я, ни команда, не знаем, почему Сергей так сделал. Не знаем, понимаешь?! – голос Аргидфона сорвался, и столько боли я услышала, так жаль их стало. Это я с отцом только пятнадцать лет вместе была. А им то какого, ведь они около двух столетий вместе проработали. И им куда тяжелее осознать его уход.

– Вы знаете, директор, это наверно глупо прозвучит, но я постараюсь все выяснить и однажды, тот кто спланировал эту аварию, заплатит за это. – С горечью подумала я, мне в ответ лишь кивнули и убрали руку.

Чай уже остыл и я встала из-за стола, директор поднялся следом.

– Ну что ж, нам пора отправляться в путь.

– Береги ее Аргидфон. – попросила мама.

– Как зеницу ока. Не переживай, все будет хорошо. – и приобнял, на секунду маму.

– А ты Лекса, слушайся его во всем. – сказала мама, глаза ее наполнились слезами.

– Мам, не переживай так, все хорошо будет. Я в надежных руках, а ты лучше о Лере и Софи позаботься.

Тут из коридора послышались шаги и голос Леры:

– А чего о нас заботиться? Мы уже большие! – сердито ляпнула она, но глядя на нас, спросила.

– А кто это? И почему вы прощаетесь?

– Лекса учиться уезжает, очень далеко. И сможет приехать только следующим летом. А это ее куратор, ну или профессор. – пояснила мама сестренкам.

Лера и Софи подбежали ко мне и начали обниматься. Это было так мило. Обычно они обижались, когда я уезжала.

– Ты ведь приедешь? – спросила меня Софи со слезами в глазах.

– Конечно, я приеду на каникулы, привезу вам сувениры из другого города, и все лето буду дома, с вами.

– И работать не будешь? – спросила Лера.

– Нет, все лето буду дома.

– Вот здорово, тогда уезжай быстрее. – это была Софи.

– Хммм, и почему? – удивилась я.

– Ну тем быстрее обратно приедешь. – еще сильнее меня обняла и отступила.

– Ну, думаю мы пойдем, Лекса не забудьте ваш рюкзак. – сказал Аргидфон мне, и уже маме добавил. – Не переживайте, все будет хорошо. Под моим присмотром Лекса будет отличницей. А специально для вас, маленькие леди, я разрешу Лексе звонить домой, раз в месяц. – Ну она же может и в интернете писать. – сказала Лера.

Не может, у нас нет ни связи, ни интернета. У нас закрытое заведение. – опроверг Аргидфон.

– Жаль, пусть хоть звонит тогда. Мы очень будем ждать твоих звонков. – погрустнела сразу Лера.

Аргидфон взял незаметно меня за руку и подумал.

– Заканчивай прощаться, я на улице, у тебя пара минут. – и, отпустив мою руку, вышел в коридор, послышался хлопок двери.

– Ладно, мама, сестренки, мне действительно пора ехать, иначе на автобус опоздаем.

– Будь аккуратнее дочка, прошу тебя.

– Обязательно мам. – обняв родных на прощанье вышла в коридор и уже оттуда крикнув – До скорой встречи. – вышла на улицу.

Аргидфон ждал у ворот. Увидев меня, он кивнул и направился в сторону остановки, за которой была парковка. Дойдя до нее, сел в черный джип, я последовала за ним и уселась рядом.

Ехали мы в тишине, я не знаю, о чем думал директор, но я прощалась с родным городом (я всегда так делала когда уезжала надолго). Выехав из города, мы поехали по трассе, примерно через полчаса свернули на лесную дорогу и поехали вглубь леса.

– У вас тут что? Скрытый гараж? Или вы машину тоже телепортировать будете? – удивилась я.

– Я бы с радостью, но у нас не производят бензин. И машина у нас будет вещью не полезной. У нас же магия, мы в разы быстрее доберемся телепортом до нужного места, чем на машине. А в местах, где магии нет, там летаем на метлах или верхом на лошадях, и поверь, они тоже быстрее будут, чем этот джип.

– А как же те, у кого нет магии?

– Для них продаются артефакты, позволяющие телепортироваться.

– Ясно.

Минут через десять мы остановились. Аргидфон заглушив машину вышел, я за ним. Отойдя от машины, метров на пять, Аргидфон взмахнул рукой, на его ладони образовался синий светящийся шарик. Направив его в машину, она с хлопком исчезла. Он подошел к тому месту, где стоял джип, нагнулся и что-то подобрал с земли. Подойдя ко мне, протянул ладонь.

– Держи, это еще один Серегин артефакт. В багажнике есть все необходимое на первое время, в случае, когда нужно скрыться. Увеличивается и уменьшается только на Земле. – и протянул мне маленький, меньше моей ладони, черный джип.

– Вот это дааа. – единственное, что я смогла сказать.

– Так, а теперь слушай и запоминай. Не все любили твоего отца, так как мы. У нас есть такая возможность, ты можешь поменять свое имя, и уже под этим именем ты будешь известна в наших мирах. У нас есть не только имена но титулы. И запомни, в стенах Сузвода я для тебя профессор или директор Аргидфон. Ясно?

– Да, а можно вопрос? Сколько из тех желающих, которых мы видели, смогли поступить?

– Тридцать четыре.

– Всего? но почему так мало?

– Очень многие сломались на психологических вопросах.

– Почему мне никаких вопросов не задавали?

– Потому что дети, тем более первенцы сильных магов, поступают автоматом. Ну и в память о Сереге. – грустно улыбнувшись Аргидфон протянул мне свою руку. – Ты готова? К новой жизни?

– Нет, но меня это не останавливает. – и взяв Аргидфона за руку, я закружилась в портале.

Телепортировались мы на красивую и широкую улицу. На нас сразу же обратили внимание местные жители, а некоторые стали показывать в нашу сторону. И так как я до сих пор держала Аргидфона за руку, я подумала.

– Директор, а как мне выучить местный язык? И почему некоторых людей я понимаю, и даже некоторые надписи? И почему на нас пальцами тычут?

– На счет языка не переживай. Я же говорил, учить тебе его не придется, как только подпишешь договор с Сузводом, ты автоматически начинаешь его понимать. Понимаешь ты некоторых из за того, что происходит сбой, ты же родом из этого мира, вот он и пытается подстроить твое восприятие под себя. Ну а показывают на нас, потому что я Аргидфон, директор самого престижного магического заведения, и я очень сильный маг Лекса. Ну и еще может потому, что я первый раз за последнее время привел ученицу, что означает, что ты под моей защитой.

– А разве вы раньше не приводили с Земли никого?

– Приводил один единственный раз, потом она стала моей женой, а через год после свадьбы она умерла. За моей спиной до сих пор думают, что я ее убил. Но она умерла от передозировки. Но это никому не известно. Я просто не хочу очернять ее память, хоть это и было более сотни лет назад. И вот я снова привел ученицу, значит, скоро накатит новая волна сплетен.

– Вы врете, сто лет назад не было наркотиков.

– У вас нет, у нас были. Это сейчас все наоборот.

Шагая по улице, я замечала, что некоторые люди появлялись из телепортов, кто-то ехал в повозках, ну а кто-то шел пешком. Подходя ближе к концу города, горожан становилось все меньше, а студентов больше. И они, так же как и горожане, смотрели на нас. Кто удивленно, кто высокомерно, а кто злобно. Спускаясь вниз по полю, заметила, что к нам целенаправленно идут молодая женщина, на вид лет тридцати пяти и молодой парень.

Подходя ближе, я смогла ее рассмотреть. Одета она была в брючный темно-синий костюм, сапоги до колена. Но самое яркое в ее внешности была копна рыжих коротких и кудрявых волос, которые из-за ветра торчали в разные стороны. Парень же выглядел обычно, на вид лет двадцати. Я подумала, что может это мама с сыном, хоть они и не похожи.

– Здравствуйте, профессор Аргидфон.

– Доброе утро, профессор Лейфа.

– Этот молодой человек, по имени Азимут, говорит, что вы ходатайствовали о его поступлении.

– Да, все верно.

– Но ему только девятнадцать. Это не допустимо. Вот исполнится ему двадцать, тогда пусть и приходит. Правила должны быть одинаковы для всех.

– Знаете, милая Лейфа, Азимута я не просто хочу взять в Сузвод, но и спасти от приемной семьи. Вам ли не знать о семействе Зюрлема?

Женщина побледнела, и как мне показалось, даже пошатнулась, как от удара.

– Так вот. – продолжил Аргидфон. – Этот мистер Зюрлем, единственный родственник, пусть и очень дальний, нашего молодого человека. Поэтому я решил ему помочь. А так как родители Азимута оставили ему наследство, Зюрлем решил нагреть на нем свои руки. Азимуту надо выжить до совершеннолетия, и сделать без опасений он это может только в стенах Сузвода. Тем более что один из тех, кто справился с заданием отлично, не так ли? – спросил Аргидфон, парень в ответ кивнул головой.

– Ну что ж, в таком случае я пожалуй возьму его под свою опеку. Даже если дар не проявится на первом курсе, он обязательно будет на втором. – чуть отойдя от шока ответила Лейфа.

– Ваше желание мне понятно, вы и сами много плохого увидели от Зюрлема. Поэтому, ничего не имею против. – Аргидфон улыбнулся.

– Я смотрю, вы решили сделать еще одно исключение? – и профессор Лейфа головой кивнула в мою сторону. – Вы же говорили что больше никого не возьмете под свою опеку, тем более курсанта женского пола. – то ли мне показалось, то ли нет, но в голосе женщины прозвучала злоба. – Успокойся, моя дорогая. – ого, а вот это уже интереснее, значит не злоба, а ревность – подумала я, а Аргидфон продолжил. – Приглядись к ней, и сама все поймешь.

Женщина по хищному осмотрела меня с верху донизу, обошла вокруг и стала в лицо вглядываться. Минуты две мы упорно смотрели друг другу в глаза.

– Сережки, Лейфа, посмотри на сережки. – решил помочь директор.

Женщина подошла ко мне ближе, откинула прядь моих волос, что бы увидеть сережки. Увидев их, ахнула и отошла, взгляд ее потеплел.

– Неужели Лекса?

– Здрасте. Она самая, и на лучшего друга своего отца я не претендую. – усмехнулась я, Аргидфон предупреждающе на меня посмотрел. – Нет ну а что, она меня чуть взглядом своим не сожрала, ревность коварная штука. По мне так лучше сразу прояснить ситуацию, не так ли, профессор Лейфа? – повернулась я к женщине.

– Конечно дорогая Лекса, учитывая, что мистер Аргидфон мой старший брат, я очень ревностно к нему отношусь. – Лейфа мне улыбнулась, видя мою растерянность. – А на это забавно будет посмотреть, Аргидфон ты уверен, что справишься с этой колючкой? – улыбнулась профессор.

– Уверен профессор Лейфа. – улыбнулся Аргидфон.

У меня челюсть отпала, парень стоял и непонимающе глядел на всех.

– Так, Азимут, ты умеешь держать язык за зубами или тебе память подчистить? – спросил Аргидфон у прифигевшего парня.

– Умею профессор. – живо ответил Азимут.

– Тогда, пожалуй, нам пора. Встретимся на площади профессор Лейфа.

– До встречи. – пожав руку Аргидфона и улыбнувшись мне, профессор Лейфа ушла вместе с Азимутом.

– Это правда? Что она ваша сестра?

– Да, по отцу. Но знать об этом никому не стоит. – Принято.

От города до ворот было недалеко, с полчаса ходьбы. Дорога лежала через поле, и уже подходя к воротам, я поняла, что не вижу гор. Передо мной стояла очень высокая стена, может метров пять в высоту. В стене были ворота, над которыми красовалась надпись «СУЗВОД». Вот только ворота эти были закрыты. Рядом со стеной, а вернее вплотную к ней стоял небольшой домик.

– А где горы? Опять иллюзия?

– Да.

– Но зачем вам такая конспирация?

– Поймешь со временем.

Мы подошли к этому небольшому домику. Аргидфон поднялся на крылечко.

– И так, дорогие первокурсники, родители и профессора. В данный дом заходим по одному. Сначала заходят те, кого никто не провожает, дадим возможность родителям попрощаться, увидитесь вы только на новогодние каникулы. Этот дом контрольно пропускной пункт – КПП. Здесь досмотрят вас и ваш багаж, на наличие запрещенных предметов.

Сделают нужные для вас процедуры, подпишите договор. Оставите вещи, после досмотра их отправят в ваши комнаты. Ну, пожалуй, все. – Аргидфон стал спускаться, как вдруг посмотрел куда-то вдаль, и добавил. – А опоздавшим старшекурсникам придется пропустить всех. Для вас было другое время назначено.

Все обернулись назад. К нам приближалась группа молодых людей, четыре парня и одна девушка. Все были одеты в учебную черную форму. – Я лично буду присутствовать до конца процедур, чтоб вы не прошли без очереди. – добавил Аргидфон.

Покраснев или от бега, или от злости и стыда, ребята отошли в сторону и принялись что-то гневно обсуждать, поглядывая на нас.

– А чего они злятся профессор?

– Я всегда ухожу после своих слов. Но сейчас не могу, ведь я являюсь твоим наставником. И ребята догадались. Вот и злятся, что придется всю очередь ждать, а у них через пять минут личное построение.

– Но сегодня воскресенье. – удивилась я.

– Это выпускная группа. У них другое расписание. Больше нагружено чем ваше. Летом они всего месяц отдыхали, и то на практике.

Занятия у них с первого августа начались. Занимаются каждый день.

– Без выходных?

– Выходной только в субботу.

– Как то жестко. – грустно улыбнулась я.

– Это только до нового года. Перед новым годом у них будет экзамен. Если они его пройдут, то после него уедут на практику, до конца учебного года. Если не пройдут, то вторая и последняя попытка будет в мае.

– А если со второй попытки не сдашь? Вы же говорили что у вас вылететь не возможно. – удивилась я.

– Все верно. Просто те, кто не защитил свою специализацию, переходят снова на первый курс и учатся все пять лет заново. И так по кругу пока не сдашь экзамен.

Мы снова замолчали, очередь перед нами уменьшалась. Простояв еще минут двадцать, мы зашли самые последние, пропустив группу опоздавших. Зайдя в дом, мы очутились в небольшом зале, в конце которого стоял стол, за которым сидел мужчина.

– Здравствуй Аргидфон. – кивнул мужчина директору.

– Доброе утро профессор Брэйд, Лекса я буду ждать вас на выходе. – и пошел на выход который был за мужчиной, проходя мимо него Аргидфон сказал. – Брэйд, жду вас через час на собрании.

– Хорошо. – нахмурившись ответил Брэйд.

Дождавшись, когда Аргидфон покинет зал, Брэйд обратился ко мне.

– Ну что ж курсант, подойдите ближе и представьтесь.

– Здравствуйте, меня зовут Светлая Лекса Сергеевна. – сказал я, как подошла к столу.

– Теперь понятно, почему он стал вши наставником.

И почему же?

– Он считает себя виноватым в смерти вашего отца. – ответил Брэйд. – Ну что ж, приступим к процедурам. Вы знаете, что можете поменять имя? Вы придумали себе, какое-нибудь другое?

– А можно мне оставить только мое имя, без фамилии и отчества, пожалуйста? Просто что-то мне подсказывает что не всем нужно знать мою фамилию.

– Хорошо. Так все равно положено делать каждому курсанту. Привыкайте к званию курсанта. – и начал заполнять древний на вид листок пергамента. Минут через пять сказал. – Подойдите и распишитесь.

– А можно прочитать?

– Вы все равно язык не поймете. А если вкратце, то это договор. Где вы обязуетесь не разглашать никаких сведений о Сузводе, а также после окончания учебного заведения отработать десять лет в нашем подразделении в одном из миров.

– Хорошо. – и я расписалась где указали.

– Вот здесь печать кровью. – протягивая мне иглу сказал Брэйд. И указал, куда приложить проколотый палец.

– Хотите ли вы чтоб вам сделали инъекцию от влюбленности?

– А как часто на нее соглашаются?

– Каждый третий курсант.

– И какие последствия?

– Вы не будете испытывать ни к кому, никакой симпатии, все пять лет обучения. Но потом все сдерживаемые гормоны обрушатся на вас как лавина.

– Знаете, я думаю, что и без нее справлюсь.

– Эту инъекцию можно поставить только перед каждым учебным годом. – улыбнулся Брэйд.

– Тем более, если будет тяжело на первом, то перед вторым точно поставлю. – улыбнулась я в ответ.

– Ну что ж, тогда давайте свой багаж на проверку. – сказал Брэйд и протянул руку. Я вручила ему свой рюкзак. Выложив все содержимое моего рюкзака на стол, Брэйд удивился. – Это все что ли?

– Да, все остальное профессор Аргидфон сказал что сам доставит. – решила соврать я.

– А ну тогда ладно. – и стал складывать все обратно, машина оказалась последней. – А эта игрушка вам зачем?

– Нуу…я хотела взять вещь, которая будет мне напоминать о моем мире.

– Ну, ну. – загадочно усмехнулся мужчина. – Ну что ж. Держите ваши вещи и пропуск. – и протянул мне рюкзак и черную маленькую карточку, на которой значилось мое имя и внизу подпись что мой наставник Аргидфон. – Можете проходить к выходу. Откроете дверь с помощью своего жетона.

Теперь это ваш ключ доступа.

– Спасибо. До свиданья. – я прошла на выход.

У двери я остановилась, ручки не было, стала искать место, куда нужно приложить жетон. Не нашла. Решив посмотреть на жетон, я его достала, и повернула к себе другой стороной ожидая увидеть подсказку, но ее не было. В этот момент дверь открылась. Ничего не поняв, вышла на улицу, оказалась я на каменной дорожке среди леса, чуть подальше стоял Аргидфон. Я поспешила к нему.

– Долго, курсант Лекса. Жетон дали?

– Да. Инъекцию от любви делать отказалась. Договор подписала. Имя свое оставила. – отчиталась я.

– Все верно. Жетон одень на шею. – и протянул мне цепочку. – Если нужен пароль для двери, просто достань жетон и покажи с двух сторон.

– Кому показывать-то? Двери что ли?

– Да. Сейчас пошли на площадь для построений. – и зашагал быстрым шагом, я еле успевала за ним.

Выйдя из леса обошли главный модуль, и пройдя через замок учебных классов, через холл, оказались во внутреннем дворе (оказывается это площадь для построений, во как). Площадь была заполнена. Оглядев присутствующих, поняла, что здесь все курсы.

– Так, тебе к корпусу Б.С. там все первокурсники. Сейчас начнется линейка. – Аргидфон указал мне на самый близкий к нам корпус, я пошла туда, а он направился к главному корпусу, где собрались уже все преподаватели.

Я подошла к первокурсникам и хотела поздороваться но смутившись, под их пристальным взглядами, повернулась к ним спиной, и уставилась на преподов.

– И за что же он тебя выбрал? Ни кожи, ни рожи. Наличие мозгов тоже под вопросом. – проговорил мне в ухо грубый и злой женский голос.

Я обернулась, рядом со мной стояла девушка из группы ранее опоздавших ребят.

– А с чего ты взяла, что я тебе отвечу? – резко ответила я. Ненавижу таких заносчивых особ.

– Тебе проблем захотелось? Ты знаешь хоть кто я?

– Ага. Девушка из группы опоздавших неудачников. Надеюсь, вам влетело за опоздание на построение.

– Ты нарвалась, соплячка. Я единственная девушка, в единственной группе диверсантов за последние четыре года. Так что пораскинь мозгами, если такие имеются и подумай, зачем тебе такие проблемы? Просто ответь, чем ты главного зацепила?

– Что? Тоже хочется? Так бесполезно, ты же выглядишь как шкаф, никакой женственности и шарма.

Ах ты, стерва! – девушка скрипнула зубами. – Я тебе устрою. Тебе повезло что первые полгода вас трогать нельзя, но вот вторые тебе покажутся адом. – и зло рыкнула на меня.

– Ну вот у кого тут мозгов нет? Или ты хочешь завалить ваш главный экзамен?

– В смысле? – девушка, прищурившись, уставилась на меня. – Запомни, что если ты не сдашь экзамен перед новым годом, то не попадешь на практику, и трубить тебе здесь еще полгода, до мая. В этом случае да ты меня достанешь. А если не сдашь и в мае, то поступишь вновь на первый курс. И если столь маленькая, но очень полезная информация не влазит в твою пустую черепушку, то растяни вдоль спинного мозга, надеюсь там серое вещество еще залежалось. – выдохнула я в гневе.

Вокруг наступила тишина, все первокурсники уставились на нас. Наглая деваха покраснела от злости и что-то уже хотела сказать, как к ней подошла ее группа.

– Пошли Агераль, потом с ней разберешься, когда главного не будет рядом. – посмотрев на меня, Агераль вздернула голову и гордо удалилась. Когда выпускники отошли, меня начало знобить от страха, я только сейчас поняла, что все тело было напряжено. Какие-то запоздалые у меня реакции. Раньше, боятся, надо было.

Тут что-то громыхнуло. Затихли все. Старшекурсники встали по стойке смирно. Я поняла, что это какое-то предупреждение.

– Здравствуйте курсанты. Рад приветствовать всех в Сузводе. – начал свою речь Аргидфон. – Начну с выпускников. Напоминаю, что перед новым годом состоится экзамен по защите вашей специализации, сдав его, вы уедете на практику до конца учебного года в тот город, который выберете сами. Зарекомендуете себя там хорошо, там и останетесь. Если нет, мы вам найдем другое место, но уже на усмотрение совета старейшин. Далее второй, третий и четвертые курсы, программу мы усилили, так что придется постараться, чтобы сдать тесты и нормативы. Ну и естественно следить за первым курсом, которых мы будем по одному ставить к вам в группы. Для вас правила таковы до нового года. Что касается первого курса, у каждого из вас будут индивидуальные занятия на теории. Все остальные предметы вас будут ставить к ребятам выше курсом. Первокурсникам запрещено общаться друг с другом, и запрещено находиться больше одному, где бы то ни было. Причины вам расскажут на предмете истории. Сейчас к вам подойдут преподаватели и уже конкретно все объяснят. На этом я с вами прощаюсь. До встречи на занятиях. – Аргидфон говорил очень громко, хоть я и не заметила у него микрофон. Наверно магия. – Старшие курсы, могут расходиться. – и отвернувшись о чем то заговорил с преподавателями обычным голосом который никто уже не мог расслышать на таком расстоянии. Старшие курсы начали заходить в те корпуса, возле которых они стояли. Минут через пять к нам отправились четыре преподавателя.

– Так, у каждого из вас есть жетон. У всех он разного цвета. У кого он синий подходит к преподавателю Герката. – начала командовать профессор Лейфа указав на женщину в синем плаще. – У кого жетон черный подходит к профессору Люфан. – указав на женщину в черном плаще. – У кого красный цвет подходит к профессору Грейфан. – указав на мужчину в красном плаще. – Ну и у кого зеленый цвет прошу следовать за мной, я профессор Лейфа. Ах да, Лекса, директор Аргидфон настоятельно рекомендовал вам пойти на артефакторов, так что идите к синим.

– Но у меня черный жетон. – возмутилась я.

– Рекомендации или указы главного не обсуждаются. – ответила Герката. – Так что прошу к нам. – с улыбкой она добавила.

Мы пошли к корпусу, на котором красовалась синяя буква А.

– И так курсанты, это ваше общежитие. У каждого из вас отдельная комната. Сейчас вы видите друг друга последний раз, до нового года. Во избежание того, что бы ваши таланты ни пробудились, раньше положенного времени, и не покалечили вас и окружающих, советую вам не нарушать правила, которое озвучил директор. Всегда и везде быть одному.

Все ясно?

– Да. – послышалось неровное со всех сторон.

– Далее, занятия начнутся завтра. Расписание для каждого из вас я занесу вечером. Ну и естественно в комнаты никого не водить, обо всех нарушениях ваши домовые будут докладывать мне. К каждой комнате приставлен домовой. Чистоту поддерживаете сами. Кухни рекомендую пока не использовать, там все работает от магии. Грязные вещи складывать в коробку для белья. Домовые ночью забирают, а утром приносят чистое. Комнаты все подписанные, ваши вещи уже в комнатах. Ну и по поводу питания, пока вам нельзя пересекаться друг с другом, завтрак, обед, поздний ужин будут доставлять вам в комнату так же домовые. Так же в комнате у каждого лежат книги, карта и часы. Лист с расписанием индивидуален, он заколдован. На нем будет отображаться расписание на каждый день, номер кабинета и имя профессора. После сигнала в кабинет никого не пустят. Подъем в половине седьмого, через час отключат воду. С восьми до часу теория, потом часовой обед. С двух до семи физ. занятия. С семи до полдесятого вам дается время на выполнение домашнего задания, потом включают воду всего на полчаса. В десять отбой.

Послышались грустные вздохи, со всех сторон.

– Не грустите, это всего лишь до нового года. И ради вас же. Как ваши таланты проявятся, все поменяется и упростится.

– А можно вопрос профессор Герката?

– Слушаю вас курсант Лекса.

– Почему диверсантов других курсов нет, а только выпускники?

А потому, моя дорогая, что это самая противная группа, которую видели стены Сузвода. Они всех остальных просто выжили.

– Но как? Чтоб расформировать группу, нужно чтоб кто-то умер из этой группы.

– Вот именно, каждый год у нас не один несчастный случай, а как минимум пять. Так что зря ты с Агераль ругалась. Хоть и боятся тебе нечего, у тебя же в наставниках сам Аргидфон. Наверно она еще не знает об этом. – успокоила меня Герката. В это время мы зашли в корпус и свернули в левый коридор.

– Знает, от этого так и взбесилась, хотела узнать чем это его Лекса зацепила. – сказала идущая рядом девушка.

– Совсем уже эта Агераль распоясалась.

– А исключить их никак нельзя? – спросила я.

– Можно, но нужно доказать что их группа или кто-то из них, подверг жизнь другого курсанта смертельной опасности, или уличить в каком-нибудь преступлении. В этом случае отбираются все силы, зачищается память и отправляются в закрытый мир, то есть на Землю.

– И ни разу не удалось их поймать? – удивился один из парней.

– Ни разу они не сделали промах, обучили на свою голову. Боюсь, как бы этот факультет вообще после них не закрыли.

– Но может, что-то можно придумать? – спросил все тот же, парень.

– Над этим вопросом директор Аргидфон думает, а теперь курсанты, посмотрите друг на друга в последний раз и марш занимать комнаты. – Герката указала вглубь коридора. – Зайду к каждому вечером с расписанием, заодно и выслушаю жалобы, если вдруг такие появятся. Герката стояла и ждала, пока каждый войдет в свою комнату. Моя комната оказалась последней, угловой. Прочитав табличку со своим именем, я зашла внутрь.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.