Ирина Бойко
Катюша

Пролог

Жизнь Кэтти – это больше, чем просто история о любви и предательстве, разукрашенная оттенками унижения и потери. Это эпопея о героине, нашедшей убежище в суровом краю, создавшей новую судьбу, воскресившей любовь из руин былого, посмотревшей навстречу будущему, каким бы непредсказуемым оно ни было. Изменив имя, она уберегла не только себя, но и ребёнка; видела, как незначительные фигуры из чужой драмы неожиданно стали её соратниками. И, выдержав все трудности, она идет вперед – с теми, кто сохранил верность до самого конца.

Глава I – Сад, где не растут яблоки для Кэтти

Кэтти родилась в Англии в 1895 г.

. . .

Тоска и апатия. Апатия и тоска. Этот дуэт неприятных ощущений словно въелся в самые ранние воспоминания Кэтти. Природу этих чувств она объяснить не могла, казалось, что подобное расположение духа было дано ей с рождения. Ей чудилось, что в ее теле заключена старая душа, а мир вокруг – чужой и непонятный. Первые картинки из жизни – трех- или четырехлетняя она, плачущая в саду с мокрыми листьями, тщетно пытающаяся сорвать яблоко. Ножки замерзли в промокших башмачках, воздух напоен запахом сырости, смешанным с ароматом свежести. Яблоки, налитые соком, желто-красные, манят своей красотой, капли дождя стекают по их бокам. Плодов так много, что ветви согнулись под их тяжестью, но Кэтти слишком мала, чтобы до них дотянуться. Она хватает валяющуюся под ногами мокрую и грязную палку и пытается сбить желанный плод. Вдалеке слышны детские голоса, смех, а затем совсем рядом – недовольный женский голос (она безошибочно узнает в нем голос своей матери).

– Кэтти! Кэтрин! Прекрати немедленно! Как тебе не стыдно! Ты вся испачкаешься!

Маленькая Кэт чувствует вспышку раздражения и плачет еще сильнее оттого, что ей помешали. Вдруг ее окатывает волной тепла, и сильные руки подхватывают ее и уносят прочь. Кэтти уносит из сада служанка. Кажется, ее звали Хлоя.

Ощущение, что близкие не понимают ее и не желают слышать, преследовало ее с самого раннего возраста. В то же время у Кэтти был капризный характер, который не стали воспитывать строго. Она росла настоящей аристократкой, в доме, где детей не наказывали, давали им образование и уделяли им ровно столько внимания, сколько было принято в высшем обществе. Отец Кэтти, британский граф, был любителем карт, вина и красивых женщин. Семья для него была лишь прикрытием его праздной жизни, которую он мог себе позволить благодаря своему знатному происхождению и состоянию предков.

Он была далек от политики, и не смотря на то, что Великобритания переживала смутные времена жил беззаботно. Революционные настроения против аристократии, войны и прочие неприятности удвительным образом не затрагивали семью. Мать Кэтти выросла в многодетной семье, ее отцом был англичанин, а матерью – русская. Будучи младшей сестрой, она была избалована, любила балы и развлечения не меньше своего мужа. Она никогда не брала в руки книги и больше всего любила светские сплетни и изысканные вина. Произведя на свет двух дочерей,

Аделаиду и Эвелину, затем сына Джейдена, и, наконец, дочь Кэтрин (которую назвали в честь русской бабушки Екатерины, у которой были такие же ясные голубые глаза), мать выгнала мужа из своей спальни и закрывала глаза на все его развлечения. Кэтрин – младшая дочь, и поначалу мать пыталась баловать ее, но вскоре сочла это утомительным и переложила заботы о ней на многочисленных служанок.

. . .

Старшие сестры Кэтти были не разлей вода, разделяли общие увлечения. Кэтти же не испытывала особой близости с сестрами. С братом отношения складывались чуть теплее, однако его рано отправили в закрытый пансион, и общих интересов с ним также не возникло.

Кэтти росла тихим и необычайно красивым ребенком. Ее большие голубые глаза выделялись на нежном личике, а пухлые, коралловые губы, аккуратный носик, словно фарфоровая кожа и блестящие каштановые локоны притягивали взгляды. Она напоминала куклу, немного полненькую, но при этом грациозную.

Глава II – Библиотека, реверанс и безумная улыбка

Кэтти довольно рано поняла, как ее привлекательность влияет на людей, и, хотя держалась сдержанно, ей было приятно быть в центре внимания. С юности она старательно училась флирту, мастерски используя свой взгляд, и со временем достигла в этом совершенства.

Ей предстояло вырасти в очаровательную и ослепительную красавицу. С каждым годом ее красота становилась все более утонченной и опасной. К своему восемнадцатилетию Кэтти была окружена обожанием мужчин. Девушка отличалась безупречными манерами, что исключало возможность каких-либо необдуманных поступков со стороны ее поклонников. Кроме того, сердце Кэтти оставалось равнодушным достаточно долго.

Была ли Кэтти тщеславной? Скорее да, чем нет. Она остро ощущала свое благородное происхождение. Она знала, что превосходит сестер красотой, и считала себя сообразительнее брата, а со временем и родителей. В ней появилась необычная для этой семьи страсть – любовь к чтению. Она поглощала книги с жадностью и скоростью, одинаково увлекаясь художественной литературой и научными трактатами. В мире книг она искала не убежище, а объяснение внутренней тоски и отчаянию, которые периодически ее охватывали. Возможно, ей повезло с учителями, но вероятнее всего к книгам ее подтолкнула библиотека ее русской бабушки.

Свою бабушку, родом из России, в честь которой она и была названа, Кэтти не помнила здоровой. По рассказам, это была незаурядная женщина, в молодости – красавица, умная собеседница, организатор различных женских кружков. В светских кругах о ней вспоминали с теплотой. У бабушки было много детей (соответственно, у Кэтти было много теть и дядей), но все они разъехались по миру. В Англии оставалась лишь одна, любимая дочь. Ей бабушка посвящала все свое время до болезни. Все детство Кэтти воспринимала бабушку, как будто неживой. Она была тяжело больна, не осознавала, где находится, и много лет была заперта в своем загородном доме на севере Лондона. Дети не любили ездить в этот дом, но традиции были превыше всего. В важные праздники они навещали бабушку, поднимались в ее спальню, где она лежала с открытыми глазами и доброй, но безумной улыбкой смотрела на них. Дети делали реверанс, их мать театрально вздыхала, плакала, разговаривала с сиделками и целовала больную на прощание. Так было каждый раз, и Кэтти помнила чувство стыдливого облегчения, когда им наконец разрешалось покинуть бабушкину спальню.

Глава III – Русский след: эхо бабушкиного бала

Став старше, она догадалась, что все родственники ждут кончины бабушки, мечтая разделить ее солидное наследство.

А в наследство входили не только деньги и драгоценности, но и недвижимость, разбросанная по всему миру. Богат был не только ее муж-англичанин, но и ее русская семья с княжескими корнями. Сначала бабушка получила хорошее приданное, а затем на родине трагически сложились судьбы всех близких родственников: кто-то погиб от несчастного случая, кто-то умер от неизлечимой болезни. Таким образом, бабушка унаследовала все богатство. На родину она ездила редко, очень скучала по ней, любила мужа, и поэтому к концу жизни жила и мыслила по-английски. Когда она овдовела, разум ее помутился, и многие годы она прожила в небытии. Несмотря на то, что бабушка ее пугала, Кэтти одолевало любопытство. Она чувствовала, что бабушка – единственная родная душа, поэтому она изучала ее дом, вещи, вкусы, библиотеку. Именно там она и поняла, что бабушка – англичанка для всех, но не для себя. Книги несомненно принадлежали ей, так как они были с ее женскими инициалами, с потрепанными закладками, и в основном на русском языке.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.