Лиса Фрейлина
Тайна Снежного барса: Новогодняя сказка

На краю зимнего леса,

Где звёзды шепчут о древних сказаниях,

Жил Белый Мороз, светлый, добрый,

Но его брат Чёрный Мороз затаился в тенях.

Снежные барсы, как стражи ночи,

Сквозь века бережно хранили покой,

И каждый их шаг был отражением чуда,

Светом надежды, что согревал сердца.

Но настал час забвения, и барсы утомились,

Затишье и старость замкнули их силы,

Чёрный Мороз восстал из ледяного плена,

Тени его магии вновь заполнили мир.

И вот, восстаёт потомок чести,

Снег развевается, как мечты юности,

С барсом в сердце, в объятьях зимы,

Они вместе сразятся с горем, что вернулось.

Пролог

– Алёна, Алёна, просыпайся!

Я разомкнула глаза. Я смотрела в окно машины, мимо мелькал лес.

– Я задремала?

Не сказала бы, что выспалась. Вчера я целый день бегала по магазинам и покупала подарки своим родным. Очень хочу всех порадовать, особенно младшую сестру.

Я в прошлом году уехала в город, чтобы учиться на юриста, правда, с баллами на бюджет не повезло, а платный не потянула бы. Но зато поступила на журналистику, даже смогла найти себе подработку в одном журнале, где платят побольше, чем у нас в посёлке городского типа.

Как же я соскучилась по своим. Интересно, как там Машка, всё такая же весёлая, как год назад была?

– Да. Ты заставила меня ехать всю дорогу в одиночку.

На лице Даниса была улыбка, я тоже улыбнулась.

– Извини, вчера после магазинов засела за ноутбук, хотела дописать статью, а потом зачиталась, уснула, кажется, где-то в пять утра.

Данис покачал головой.

– Ты, как всегда, в своём репертуаре. Постоянно вся в делах, в учёбе.

– Ты же знаешь, если меня что-то заинтересует, то уже нереально остановить.

Ответила я, пытаясь оправдать свою беспечность. Данис взял мою руку и крепко сжал её.

– Именно за это я тебя полюбил – за твоё трудолюбие и целеустремлённость.

Сказал Данис ласково. Его слова согревали мне душу. Данис всегда поддерживал меня. Он понимал как никто другой. Данис отпустил мою руку и вернул своё внимание на дорогу. Мы ехали молча, наслаждаясь тишиной, нарушаемой лишь шуршанием снега под колёсами.

Мы с Данисом познакомились ещё вначале учебного года. Сначала просто здоровались, обменивались парой фраз – он тогда был моим соседом в общежитии. Так могло и дальше всё идти, пока однажды я не застряла в лифте. Помню, как сердце бешено колотилось в груди, а воздух становился всё тоньше, и я услышала очень знакомый голос.

– Лифт, что ли, сломался. Ну же!

Данис тыкал пальцем кнопку лифта, не понимая, почему тот всё не приезжал.

– Данис? Данис, как хорошо, что ты здесь.

– Алёна?

– Да, это я. Ты можешь мне помочь, а то я тут немного застряла. То есть, лифт сломался.

– Да, да, конечно. Я сейчас вызову помощь, подожди немного.

Данис тогда позвонил в поддержку, и меня высвободили из лифта. Поскольку на мне не было лица, то он посчитал, что просто обязан напоить меня чаем, чтобы успокоить. С тех пор мы стали чаще общаться. Часто проводили вечера за долгими разговорами, делились мечтами и переживаниями. Данис оказался невероятно добрым, внимательным и остроумным человеком. Наши отношения развивались постепенно, естественно. Мы оба понимали, что нашли друг в друге что-то особенное. Вместе мы пережили много радостных моментов: сессии, студенческие праздники, первые успехи на работе. И вот однажды наша дружба переросла в нечто большее, и мы стали встречаться. Я очень благодарна судьбе, что она связала меня с Данисом, хоть мне пришлось для этого пережить не самые весёлые минуты.

Внезапно мой взгляд зацепился за тёмную фигуру, мелькнувшую в стороне от дороги. Это был снежный барс, прекрасное и опасное животное, которое сидело на снегу и чётко смотрело на меня.

– Данис, срочно останови машину.

Попросила я. Данис быстро нажал на тормоза, а я, охваченная волнением, вышла из машины. Данис вышел следом. Я подбежала к тому месту, где видела снежного барса, но там никого не было.

– Как? Куда он делся?

Спросила я, оглядываясь по сторонам.

– Кто?

Удивился Данис, не понимая, о чём я говорю. Я указала на место, где видела зверя.

– Там я видела снежного барса!

Данис посмотрел в ту сторону, но ничего не увидел.

– Может, убежал или тебе просто показалось?

Предположил он. Я замешкалась. Может быть, это была всего лишь игра света и тени, обманчивая иллюзия, созданная моим воображением? Ведь снежные барсы – редкие животные, обитающие в самых труднодоступных местах. С другой стороны, если тут реально был снежный барс, то зачем я так необдуманно вышла из машины и побежала прямиком к опасному хищнику? Я представила, что могло бы произойти, и покачала головой. Не хочу даже думать. Данис обнял меня нежно за плечи, его тёплое прикосновение успокоило мою нервную систему. Я вслушивалась в стук его сердца, чувствуя, как оно бьётся в унисон с моим.

– Ты прав. Видимо, мне просто показалось.

Сказала я. Мы молча сели в машину, но теперь Данис держал меня крепко за руку, словно боясь потерять. В его глазах читалась тревога, смешанная с беспокойством. Это так мило с его стороны. Всю дорогу я смотрела в окно, стараясь отыскать хоть малейший след снежного барса, но безуспешно. Да уж, похоже, у меня из-за недосыпа глюки, ещё и как-то внутри морозит немного.

Бескрайние заснеженные просторы казались безжизненными и пустыми. Лишь ветер свистел в голых ветвях деревьев, словно насмехаясь над моей неудачей.

Наконец машина Даниса плавно остановилась у дома моих родных. Сквозь заснеженное стекло я увидела силуэты близких людей, собравшихся у дверей. Мама, бабушка, дедушка – все они ждали меня с нетерпением. И маленькая сестрёнка, которая уже бежала ко мне навстречу, её румяные щёчки горели от холода и радости.

– Алёна!

Её звонкий голос растопил последние остатки городского шума и суеты, которые ещё сохранялись в моём сознании. Я вышла из машины, чувствуя, как морозный воздух щекочет лицо, и поймала в свои объятия сестру. Я крепко обняла её, вдыхая знакомые ароматы детского шампуня и свежего снега, которые так уютно пахнули с её пуховой шапки.

– Ну привет, как ты?

Спросила я, гладя её по спине.

– Хорошо!

Ответила она, отстраняясь и глядя на меня сияющими глазами.

– Мы по тебе так скучали! Бабушка напекла твои любимые пирожки, а дедушка починил твой старый велосипед.

Я погладила сестру по голове. Сердце наполнилось волнами теплоты и нежности. Я знала, что они действительно ждали меня. А как же сильно я по ним соскучилась, как мне не хватало их заботы, тепла и простого присутствия рядом. Данис заглушил мотор и вышел из машины, забрав из неё ключи и свою барсетку. Мы обошли машину, он открыл багажник. Я тут же отдала Маше её подарок.

– Это тебе, но обязательно открой в новогоднюю ночь. Договорились?

– Да!

Радостно крикнула Маша и счастливая убежала внутрь дома. Я легко засмеялась. Я забрала все купленные подарки и пошла в дом. За спиной послышался характерный щелчок закрывающегося багажника автомобиля. Данис, ловко вертя на пальце связку ключей, неторопливо следовал за мной.

Мы вошли в дом, где царил аромат свежеиспечённого хлеба и горячего чая. Мама меня обняла, а бабушка с дедушкой смотрели на меня с любовью и гордостью. Я бережно положила подарки под нарядно украшенную ёлку, которая уже терпеливо ждала своего часа. Я ушла на кухню, чтобы помочь маме завершить приготовления к праздничному ужину. Я чувствовала, как волнение и предвкушение праздника медленно переходят в спокойное удовлетворение.

Мы все собрались за столом, украшенным белоснежной скатертью, сверкающей посудой и ароматными блюдами. Данис сидел и разговаривал с моим братом. Чудно, и он решил приехать. Алексей был старше меня на два года. С самого детства он меня постоянно доставал, дразнил, отчего мы постоянно ссорились и дрались. На два года он уходил в армию по контракту. Правда, после окончания службы так и не возвратился домой – вроде как в письмах писал, что встретил любовь всей своей жизни и теперь будет с ней жить. Смотрю, недолго его любовь продлилась, меньше года, получается.

Я села рядом с Данисом, стараясь не обращать внимания на своего братца, но, как назло, он решил первым завязать разговор в привычной своей форме общения, полной ехидства и подколов. Ясно, он не изменился ни капли.

– Ну привет, сестрёнка! Ты, небось, рада меня видеть?

Прозвучал его голос, полный издевательской нотки. Бесит.

– А ты всё такой же надоедливый, братец.

Ответила я, внутри всё кипело. Я старалась держать спокойствие. Данис лишь усмехнулся, словно моя реакция была предсказуема, хотя он ещё не знал о моих взаимоотношениях с братом.

– Всё только для тебя.

Рассмеялся он. Эта усмешка, эта беспечность так меня раздражала. Вот честное слово, была бы моя воля, я бы встряла в драку, как в детстве, однако новогодний стол и рядом сидящий Данис останавливали. Данис сжал мою ладонь и прошептал в ухо.

– Не принимай близко к сердцу.

– Легко тебе говорить. Не тебя постоянно достаёт брат.

– Тихо-тихо, Алексей всего лишь по тебе соскучился. А его нападки – это лишь неким образом проявление любви к тебе.

Я закатила глаза. Ага, конечно, Алексей – показательный старший брат, который просто окончил курсы «Как на языке ехидства сказать своей сестре, что соскучился и любит её?» Просто смех какой-то. Однако спорить мне не хотелось. Не хватало из-за Алексея портить отношения с по-настоящему дорогим мне человеком.

– Значит, Данис твой молодой человек, Алёна?

Спросил меня неожиданно дедушка. Пришлось выплывать из раздумий.

– Да.

Тут же ответила я безо всяких раздумий.

– И как же вы познакомились?

Спросила бабушка.

– В вузе в первые дни учёбы.

Ответила я как можно короче. Я почувствовала, как щёки заливает жар. Этот вопрос был неизбежен. Я не была к нему готова. Я оглядела всех присутствующих – моих родителей, бабушку, дедушку, Машку и Алексея, который, казалось, уже придумал колкость, но пока решил с ней повременить.

– Мы с Алёной не так давно в отношениях, всего пару месяцев, до этого мы с ней лишь дружили. Однако…

Он сделал паузу, посмотрел мне в глаза и улыбнулся. В этот миг я забыла обо всём. Я почувствовала тепло его взгляда, его любовь, которую мог почувствовать каждый сидящий в комнате.

– Я ещё с первых дней учёбы её заприметил. Её упрямство, целеустремлённость, интеллект… Я просто не мог её не выделить среди всех сокурсниц. Мы часто общались, работали над проектами, проводили время вместе. И чем больше я узнавал её, тем сильнее понимал, что это именно та девушка, которую я искал всю жизнь.

Бабушка с дедушкой переглянулись, а мама хитро подмигнула мне. Она смотрела на нас с нежностью и одобрением. Я чувствовала смущение. Данис взял мою руку, его пальцы крепко обхватили мои. В этот момент я поняла, что готова поделиться с ним своей жизнью, своими мечтами, своими страхами.

– Алёна, ты невероятная девушка. Ты добрая, отзывчивая, всегда готова помочь. Ты вдохновляешь меня на новые свершения, поддерживаешь во всех начинаниях. Я безмерно счастлив, что ты рядом со мной.

Я смотрела в глаза Даниса и видела там искренность, любовь, преданность. В этот момент я понимала, что готова сказать «да» на все его вопросы, что бы он меня сейчас ни спросил.

Незаметно мы начали провожать старый Новый год, а затем встречать Новый год в кругу семьи под бой курантов, звон бокалов и шёпот поздравлений. Все загадали желания. В воздухе витал аромат мандаринов и еловых веток. Рядом с ёлкой слышался радостный звук открывающихся подарков, которые с нетерпением разворачивала Машка – самая настоящая непоседа. Её беззаботный смех был словно музыкой, которая наполняла комнату теплом и счастьем. Взгляд Даниса встретился с моим, и в нём я увидела отражение тех же чувств, что и у меня. Мы молча обменялись улыбками, понимая, что этот Новый год станет для нас особенным, началом чего-то нового, светлого и прекрасного. Данис наклонился и тихо шепнул мне в ухо.

– Давай отойдём?

Я лишь молча кивнула. Мы с Данисом ушли в сторонку от лишних глаз, чтобы обменяться подарками. Первым подарок вручила я. Данис его открыл и удивился. В коробке было небольшое серебряное украшение – тонкая цепочка с подвеской в виде стилизованного знака бесконечности, а внизу инициалы “Д” (значит Данис) и “А” (значит Алёна).

– Ух ты!

Проговорил Данис.

– Это символ нашей любви.

Ответила я, чувствуя, как румянец разливается по моим щекам.

– Я хочу, чтобы эта цепочка всегда напоминала тебе о нас.

– Угу. Знак бесконечности и наши с тобой инициалы.

Данис замолчал на мгновение, а затем медленно достал из кармана свою ладонь и раскрыл её. В ней лежал маленький, но очень красивый серебряный браслет в виде сердечка, украшенный крошечными фианитами.

– Хочу подарить тебе это. Надеюсь, тебе нравится?

Слёзы подступили к глазам, но я быстро их проглотила. В этот момент слова казались ненужными. Я просто кивнула, и Данис осторожно застегнул браслет на моей руке, а затем прижал к себе. Мы стояли молча, наслаждаясь этой тихой близостью, ощущая тепло друг друга в морозный зимний вечер. А затем вернулись к новогоднему столу, присоединившись к празднованию моей семьи.

Машка через час спать ушла, а мы все разошлись спустя часа три. Мне снился самый прекрасный сон, который неожиданно прервался. На улице кто-то громко кричал. Я открыла глаза. Что такое? Я непонимающе встала с кровати и выглянула из комнаты. Мама, бабушка и дедушка накинули верхнюю одежду и вышли на улицу. Я не стала отставать и вышла с ними. А там… Там царил настоящий хаос. Соседи бегали по двору, перекрикивая друг друга. Лица были искажены от страха и отчаяния.

– Дети пропали!

– Куда же они могли все деться?

Каждый голос был пропитан паникой, каждый взмах рук выражал безысходность. Я слушала, пытаясь понять, о чём говорят, но слова сливались в бессмысленную кашу.

– Хорошо, что наша Маша крепко спит у себя.

Сказала мама. Это уж точно. Однако паника и хаос, творящийся на улице, не давали покоя. Возможно, это просто паранойя, но всё-таки хочу увидеть Машу, чтобы успокоиться. Я бросилась к её комнате, сердце колотилось в груди, словно пыталось вырваться наружу. Вздохнула с облегчением у двери к комнате, зная, что она там лежит и сопит вовсю. Я повернула ручку, зашла внутрь комнаты и тут же застыла. Маши не было в комнате, и лишь незастеленная кровать говорила о том, что она когда-то тут спала, но пропала, как и все дети в посёлке. Я тут же закричала.

– Мама, мама, Маша пропала! Её тут нет!

Закричала я, голос мой сорвался на крик отчаяния. Из глаз хлынули слёзы. Меня затрясло. Я схватилась за голову. Куда все дети пропали? В комнату вбежали все: мама, бабушка, дедушка, Данис и брат Алексей. И все увидели то же самое: пустая кровать, брошенная игрушка, тишина, пронзительная и пугающая. Маша пропала. Как и все остальные дети.

Глава 1. Свет во тьме

Время словно остановилось. Я, мама и бабушка сидели за столом, держа в руках чашки с остывающим чаем. Данис, дедушка и Алексей ушли с другими мужчинами из посёлка искать детей. Нам же, женщинам, оставалось только сидеть, молиться и надеяться, что дети найдутся, или появится какая-нибудь зацепка, или хоть какой-то след, который мог бы привести к пропавшим детям.

– Может быть, они просто убежали?

Предположила бабушка, её голос дрожал от страха.

– Нет, не могли все дети посёлка убежать разом. С ними что-то случилось, я это чувствую.

Её слова эхом отозвались в моей душе. Мы все это чувствовали. Эта тяжёлая, невидимая нить тревоги связывала нас, заставляя сердца биться в унисон с бедой.

– Так невыносимо просто сидеть и ждать. Может, мне стоило тоже пойти на поиски?

Прошептала я, чувствуя, как внутри борются гнев и бессилие. Мама посмотрела на меня с жалостью, но в её глазах читалась твёрдая решимость.

– Нет, Алёна. Ты нужна нам всем здесь. Мы должны быть сильными для детей и молиться, чтобы они нашлись. Я не переживу, если с Машей что-то произойдёт.

Мы продолжали сидеть в молчании. Каждая из нас была погружена в свои мысли, в свою боль, в свою надежду. Внезапно бабушка встала, подошла к окну и тихонько запела старую народную песню – ту, что пела её мать, когда она была маленькой.

В темноте бродить устали ноги,
Сердце ищет верные дороги,
Но надежда тлеет, словно свечка,
Согревая душу бесконечно.

Верь в себя, когда темно вокруг,
Свет придёт, развеет тьму и страх,
Пусть судьба ведёт тебя, мой друг,
По тропе в серебряных лучах.

Ночь пройдёт, как всё проходит в мире,
Станет путь яснее и светлее,
И душа, что пела в горькой лире,
От любви и веры захмелеет.

Верь в себя, когда темно вокруг,
Свет придёт, развеет тьму и страх,
Пусть судьба ведёт тебя, мой друг,
По тропе в серебряных лучах.

В темноте бродить устали ноги,
Но звезда укажет нам дороги.

Песня была грустной, но в то же время утешающей. Она говорила о вере, о надежде, о том, что даже в самые тёмные времена свет всегда найдёт дорогу. Мы слушали бабушку, и её голос, хриплый от волнения, наполнял комнату странным чувством покоя. Мы чувствовали, что она поёт не только для нас, но и для пропавших детей, для всех, кто ждал их возвращения. И вот через окно показался лучик света, а в дом вошли дедушка и Алексей. Сердца наши затрепетали от волнения, но взгляды их были полны печали.

– Не нашли.

Произнёс дедушка, голос его был хриплым от усталости и безысходности. Алексей выглядел не лучше. Мы опустили головы, словно поддавшись тяжести неминуемой потери. Внутри меня поселился леденящий холод, пронизывающий душу. Куда же они могли пропасть? Что с ними случилось? Я встала из-за стола, не в силах больше выносить эту мучительную неопределённость.

– Я пойду к себе.

Сказала я, стараясь скрыть дрожь в голосе. В моей комнате царила полутьма. Я опустилась на кровать, чувствуя, как тяжесть происходящего давит на меня, грозя поглотить целиком. Слёзы текли по моим щекам, но я не пыталась их сдержать. В этот момент мне хотелось только одного – спрятаться от этой жестокой реальности, от пугающей неизвестности, которая пожирала мою душу.

Я и не успела заметить, как уснула, а когда проснулась, то услышала какой-то скрежет за окном. Звук был резким и пронзительным, словно кто-то пытался разбудить меня. Я встала с кровати и тихонько приближалась к окну, вслушиваясь в звуки. Внезапно окно с грохотом распахнулось, и я увидела убегающий силуэт снежного барса. Снова вижу его. За окном был полдень. Я выбежала из своей комнаты и побежала на выход. Но прежде я обулась в сапоги и накинула пальто, а шапку и шарф уже надевала на улице, не желая упустить снежного барса. Но у окна моего дома снежного барса уже не было. Остались лишь глубокие следы на снегу, которые убегали вглубь леса, словно приглашая меня в опасное путешествие.

Я знала, что это была редкая удача – увидеть такое прекрасное и опасное существо, отчего решила во что бы ни стало его увидеть. Сердце моё колотилось в груди, как птица в клетке. Мысли путались, страх смешивался с волнением. Я, конечно, знала о снежных барсах – гордых, одиноких хищниках, обитающих в недоступных горах. Их белоснежная шуба сливалась со снегом, делая их практически невидимыми, а сила и ловкость были удивительными. Встретить такого зверя живьём, здесь, большая удача. Я долго колебалась, взвешивая все за и против. С одной стороны, это был шанс увидеть поистине уникальное животное, о котором я читала в книгах и видела на фотографиях. С другой стороны, я прекрасно понимала, что подвергаю себя риску. Всё-таки хищник, и немаленький, судя по следам его лап. Но любопытство взяло верх.

Я пошла по следам барса. Снег скрипел под ботинками, а ветер свистел в ушах. Миновав поляну, я вошла в густой хвойный лес. Стволы деревьев были покрыты толстым слоем снега, ветви склонились под его тяжестью. Время тянулось медленно. Я шла уже несколько часов, но следы барса не исчезали. Наоборот, они становились всё глубже и отчётливее, словно он нарочно хотел показать мне свой путь, и это было очень странно.

Вдруг я услышала странный звук – низкий рык, который эхом разнёсся по лесу. Моё сердце забилось чаще. Я остановилась, прислушиваясь. Рык повторился, на этот раз ближе. Я поняла, что барс совсем рядом. Я медленно и осторожно двинулась вперёд, стараясь не издавать ни звука. Внезапно я увидела его. Он сидел на валуне, спиной ко мне. Белоснежная шуба блестела на солнце, а мощные лапы с острыми когтями были готовы в любой момент к прыжку. Я замерла на месте, не смея дышать. Барс почувствовал моё присутствие и медленно повернулся ко мне. Наши взгляды встретились. В его глазах я увидела дикую красоту, но также и холодную, безжалостную силу. При этом внутри себя я почувствовала странное щекочущее душу чувство. Мне казалось, что я знала этого барса, но не могла понять, чем это было вызвано.

Мы смотрели друг на друга несколько долгих секунд, а потом барс поднялся и, не оборачиваясь, очень быстро убежал вглубь леса. Исчез буквально за пару секунд, словно его тут и не было. Я стояла какое-то время и не шевелилась. Кому расскажешь, и никто не поверит. Я сделала шаг вперёд и неожиданно наступила на что-то твёрдое. В снегу лежал медальон. На нём был изображён силуэт снежного барса и узоры с множеством снежинок. Это был словно знак, подтверждение того, что я действительно видела его, этого прекрасного и опасного зверя. Я подняла медальон, осторожно протерев его рукавицей. Металл был холодным, но странным образом греющим душу. В тот момент мне подумалось, что снежный барс не просто так появился и этот медальон с ним связан. Ещё бы знать как?

Я поёжилась от холода. Замёрзла слегка. Надо поскорее возвращаться домой. Я развернулась и пошла назад, однако вернуться оказалось не так легко. Следы, которые до этого были на снегу, исчезли вместе с барсом, и хоть я шла так же, как пришла, всё вокруг казалось незнакомым. Ерундистика какая-то. Я никак не могла заблудиться, поскольку никаких поворотов не было, я сюда шла только прямо. Но тогда почему так же прямо не могу выйти? Снег хрустел под моими сапогами. Деревья стояли, словно призраки, их голые ветви тянулись к серому небу. Паника медленно начала сжимать мою грудь. Чем дальше я шла, тем дальше мне казалось, что я уходила от дома. Будто я попала в какой-то странный, заколдованный круг.

Солнце уже клонилось к закату, окрашивая небо в мрачные тона. Холод усиливался, пробивая насквозь мою зимнюю одежду. Вдруг я услышала какой-то шорох в кустах. Моё сердце забилось чаще. Звук был лёгкий, быстрый. Я замерла. Шум повторился, и на этот раз я отчётливо различила топот крупных лапок. Из-за кустов вдруг выскочил снежный барс. Он остановился, посмотрев на меня своими умными глазами, словно хотел что-то сказать.

– Снова ты? Решил-таки меня вывести домой, да?

Спросила я барса, не испытывая никакую панику в этот момент, на удивление. Как будто передо мной не хищник стоял, а верный спутник. Снежный барс, разумеется, ничего не ответил. Лишь повернулся и побежал вглубь леса. Я, не раздумывая, побежала за ним. Снежный барс вёл меня по узким тропинкам через заснеженные поляны. Я бежала, стараясь не отставать, и надеялась, что барс приведёт меня наконец-то к дому. Но мы остановились у заброшенного лесничего домика. Его деревянные стены были покрыты толстым слоем снега, окна затянуты инеем. Барс повернулся ко мне и смотрел так, будто чего-то от меня ждал. Затем он повернул морду к окну и снова глянул на меня. Может быть, он хочет, чтобы я подошла? Подумала я и подошла к окну. Через него ничего не было видно, поскольку оно было заколочено изнутри широкими досками, но зато я услышала чей-то разговор. Голоса были приглушены, словно шептали сквозь толщу снега, но я отчётливо различала их.

– Ты всё сделал аккуратно? Никто не заметил твоего отсутствия?

Спросил весьма грубый голос.

– Да, никто не заметил. Я сказал, что проверю всё здесь и если что-то найду, то обязательно об этом сообщу.

Заговорил другой голос, очень знакомый, который я бы ни с кем не спутала. Это был голос Даниса. Но что он здесь делает и с кем говорит? Мои мысли закружились в водовороте беспокойства. Я хотела обойти дом, чтобы об этом лично спросить, но снежный барс снова посмотрел на меня, словно предупреждая об опасности. И тут я неожиданно поняла, что мне нельзя показываться.

– Чудно, ты хорошо постарался, сынок. Теперь пока все ищут детей, о Рождестве и речи идти не может.

Похвалил кто-то Даниса.

– Ты, кстати, не сказал, почему отсутствие детей может помешать праздновать им? Разве дети – повод для отмены праздника.

Говорил Данис каким-то весьма холодным и отстранённым голосом. Словно это не мой Данис. По коже пробежали мурашки. А, может, так оно и есть? Точно. Это, скорее всего, кто-то другой. Мало ли сколько существует людей, у кого голоса похожи. К тому же мой Данис никогда не причинил бы зла кому-либо.

Из домика послышался глухой звук.

– Ай!

Крикнул ЛжеДанис. Похоже, чем-то тяжёлым ударили по нему.

– Вот всегда знал, что мозгами ты пошёл не в меня. Рождество – это праздник семьи, тепла и радости. Дети с их непосредственностью и верой в чудо являются его сердцем. Без них Рождество превращается в пустую формальность, в набор ритуалов, лишённых душевного тепла.

Объяснил некто ЛжеДанису. Данис пока молчал, а затем спросил.

– Но ведь взрослые тоже способны на любовь и сострадание. Они могут дарить друг другу радость, заботиться о тех, кто в этом нуждается.

Возразил ЛжеДанис. Я не могла не согласиться с данным доводом.

– Ты прав, сынок. Взрослые тоже способны на великие дела. Но именно дети с их чистой душой и безграничной верой напоминают нам о подлинном смысле Рождества. Их сияющие глаза, их искренний восторг – это то, что наполняет праздник волшебством.

Согласился тут же некто с ЛжеДанисом. А я же начала больше понимать причину пропажи детей. Те, кто в домике, не хотят, чтобы состоялось Рождество, поэтому похитили детей. Надо сейчас же их разоблачить. Я хотела было встать, но взгляд барса меня останавливал. Нет. Нельзя. Я не знаю, с кем имею дело, а учитывая, что их двое, то мне явно с ними не справиться в одиночку. Но уходить сейчас без особых улик было глупо. Лучше подожду конца разговора, а если повезёт, то дождусь, когда они и вовсе уйдут. Уверена, что в домике они что-нибудь оставят, чтобы я смогла потом на них выйти.

– Значит, если нет детей, то нет и Рождества.

Догадался ЛжеДанис.

– Верно. Без детей Рождество потеряет свою силу, а мы станем лишь сильнее. Мир погрузится во тьму, а мы сможем править им, опираясь на страх и ненависть.

– Звучит многообещающе.

Сказал ЛжеДанис, одобряя план своего отца.

– То ли ещё будет, сынок. А сейчас пошли, нельзя здесь долго оставаться. Может кто-то, да услышать нас.

Сказал некто. После чего наступила тишина, нарушаемая лишь лёгким хрустом снега под лапами снежного барса. Он медленно начал обходить строение, осматривая его со всех сторон. Я решила не отставать и последовала за ним. Снежный барс остановился у двери и уставился на меня своими пронзительными голубыми глазами. Ясно, он ждёт, когда я открою дверь. Ладно. Я глубоко вздохнула, собрала всю свою волю в кулак и дёрнула дверь. Внутри царила тишина и кромешная тьма. Я вошла и, озираясь, попыталась что-то разглядеть. Пока ничего подозрительного не заметила. Хотя, пожалуй, в такой тьме было бы странным увидеть что-либо. Вынув из кармана пальто телефон, я включила фонарик. С его помощью стало немного светлее, но всё же чувства тревоги и неизвестности не покидали меня. Каждый шорох, каждый скрип старых досок заставлял вздрогнуть. В воздухе витала атмосфера тайны, словно стены заброшенного здания хранили в себе давние секреты.

Я медленно продвигалась вперёд, осматривая каждый уголок. Пыль покрывала всё вокруг, стоял запах затхлости и сырости. Внезапно мой фонарик осветил что-то блестящее. Это было небольшое серебряное украшение на тонкой цепочке с подвеской в виде стилизованного знака бесконечности, а внизу инициалы «Д» и «А». От неожиданности я ахнула. Это же новогодний подарок Данису! Неужели я не ослышалась, и он всё-таки был здесь? Нет, нет, я не хочу в это верить. Данис не может быть причастен к пропаже детей. К тому же он всё это время был со мной, а значит, просто потерял цепочку, пока вместе со всеми искал детей по лесу. А те, кого я сейчас слышала, видимо, подобрали украшение и забрали себе, и потом просто обронили. Да, именно так. Моя мысль зацепилась за эту версию как за спасательный круг. Я крепко держала цепочку в руке, словно она могла дать мне ответы на все мои вопросы, затем убрала украшение в карман и продолжила осматривать домик. Однако больше ничего такого найти мне не удалось. Я выключила фонарик, убрала телефон и вышла из домика. Снежный барс по-прежнему сидел у входа.

– Ну что, дружок, никаких улик мы с тобой не нашли, только цепочку моего парня. Спасибо за содействие, но пора мне вернуться домой. Ты же покажешь обратную дорогу, правда?

Снежный барс медленно качнул головой, словно соглашаясь с моим решением. Он повернулся, затем оглянулся на меня, как бы приглашая следовать за ним, и бесшумно пошёл в направлении, из которого мы пришли. Я шла рядом с ним, наблюдая за его грациозными движениями. Мы шли молча, я знала, что он ведёт меня верным путём, чувствовала это инстинктивно. Мы миновали заснеженные поляны и густые еловые леса, а над нами звёздное небо сверкало миллионами огней. Эх, вот и день пролетел. Мои, наверное, меня уже схватились, а Данис наверняка сидит и волнуется. Правда, в таком случае он бы позвонил. Я достала телефон и проверила уведомления. Ни одного. Странно. Может, просто не заметили, что меня давно дома нет или Данис до сих пор где-то ходит, да ищет хоть один след.

Я размышляла до самого дома, даже не заметила, как снежный барс вновь куда-то исчез вместе со своими следами. И как он это делает? Мистика просто какая-то. Я зашла в дом, сняла с себя верхнюю одежду и повесила на крючок, обувку аккуратно оставила на коврике. В доме царила тишина, такая густая и тягостная, что казалось можно было потрогать её. Я грустно опустила голову, чувствуя, как тяжесть печали давит на грудь. Нескоро в этом доме я услышу весёлые нотки, нескоро почувствую привычное тепло семейного очага. Я прошла в гостиную, где за столом сидели мои близкие. Все лица были омрачены скорбью, взгляды потухшие. Все, кроме Даниса. Его не было.

– Привет.

Тихо сказала я, надеясь хоть немного развеять эту мрачную атмосферу. Я понимала, что сейчас всем не до меня, но так не хотелось видеть их страдания.

– Данис ещё на поисках с мужиками, да?

Спросила я чуть громче. Мама подняла голову и посмотрела на меня, её взгляд, полный боли и безысходности, пронзил меня насквозь. Внутри всё похолодело, словно ледяная вода пролилась в душу. Неспроста такой взгляд, я это чувствовала.

– Мам?

С мольбой обратилась я к ней, надеясь услышать ответ. Но мама не могла ответить из-за слёз. Лицо её было искажено горем, губы дрожали, а глаза полнились невыплаканными слезами.

– Что произошло?

Спросила я, обращаясь ко всем в гостиной. И тогда мне ответил Алексей. Голос его был тих, словно он боялся нарушить хрупкое равновесие скорби, царящее в комнате.

– Даниса нашли в лесу ещё днём на тропинке без сознания. Мы его хоть отнесли в больницу, чтобы ему помогли. Сказали, позвонят утром, как очнётся.

Сообщил Алексей самую ужасную для меня новость, избегая при этом взгляда. Моё сердце сжалось от страха и боли. Данис… Мой Данис, полный жизни, который всегда меня поддерживал, лежал где-то в этой холодной больнице, борясь за свою жизнь. Я не могу поверить в своё несчастье. Почему столько бед за один день? Сначала пропали дети без вести, теперь ещё и Данис. Какой-то проклятый Новый год. Меня трясло. Я старалась себя сдерживать, чтобы не разрыдаться.

– Что с ним произошло?

Спросила я Алексея, требуя подробностей. Алексей тяжело вздохнул, словно сам не хотел говорить об этом. Но он понимал, что я сейчас просто не отстану.

– На голове была обнаружена рана, а рядом с ним нашли дубинку. Не знаю, кто это был, но мы найдём виновника.

Решительно сказал Алексей, он смотрел на меня с сожалением. Впервые не язвит и не пытается как-то вывести меня из себя. Моя кровь стыла в жилах. Кто мог сделать такое с Данисом? Неужели он мог наткнуться на тех, кто похитил детей? Тогда понятно, почему я нашла цепочку в том домике. Я закрыла глаза, пытаясь унять дрожь, пробегающую по всему телу.

– Я должна увидеть Даниса.

Сказала я.

– Увидишь, но тогда, когда позвонит врач. Боюсь, сейчас тебе не разрешат с ним увидеться.

Сказал дедушка. Я покачала головой.

– А я всё равно его навещу. Я должна его увидеть.

Я топнула ногой и пошла обратно в прихожую, накидывая на себя вновь пальто. Брат подскочил из-за стола и схватил меня за запястье.

– Рехнулась? Ты время видела?

– Видела. Думаешь, меня это остановит?

Выпалила я прямо в лицо брата, вырвав свою руку из его хватки. У меня там любимый человек в больнице умирает, а он, как всегда, думает только о себе. Алексей тяжело вздохнул.

– Ночью прогнозировали метель. Ехать в такую погоду – самоубийство. Если тебе так невмоготу, то отвезу тебя утром. Лишь бы никаких глупостей не натворила. Мало, что ли, пропавших детей?

Проворчал Алексей. Ехать в метель и правда не лучшая идея, к тому же водить я не умею, а у брата вроде как права есть. Я кивнула и повесила пальто обратно на крючок.

– Хорошо. Завтра. Утром. Не забудь.

Я ушла к себе в комнату и плюхнулась на кровать. Слёзы, которые хотели всё вырваться там в гостиной, наконец-то выбились на свободу. Горькие и отчаянные слёзы текли по моим щекам, словно ручьи, не желая останавливаться. Сердце моё разрывается от боли и беспомощности. Я ощущала эту пронзительную боль всем сердцем. Казалось, весь мир против меня. Кто мог так поступить с Данисом? Где те убийцы и похитители детей сейчас находятся? А вдруг они скрываются среди наших жителей посёлка. Это будет просто ужасно, если так и окажется. Я сжала клочок одеяла рукой, желая приглушить внутреннюю боль.

Глава 2. В объятиях зимы

Ночь была густой, словно смолистая тьма, пронизанная тревожным шёпотом ветра. Она давила на меня, не давала вздохнуть. Сны как зловещие тени плясали за моими закрытыми веками, мучая и терзая душу. Я видела весёлых, беззаботных детей, их смех звенел в ушах, но что-то было не так – лица были бледны, глаза потухшими, а радость казалась призрачной. Внезапно картина менялась, и я оказывалась у постели Даниса. Он лежал без сознания, бледный, будто бы вылепленный из воска, окружённый холодным, бесчувственным оборудованием больницы. Моё сердце сжималось от боли, но я была бессильна что-либо сделать. Сны словно издевались надо мной, нарочно не давая покоя даже ночью. Они кружили меня в своём кошмарном вальсе, заставляя пережить тоску и страх, боль и безнадёжность. Утром я проснулась в холодном поту: сердце билось так бешено, что могло вырваться из груди. Голова гудела, тело было тяжёлым. Я была вся измученная и уставшая, словно и не спала. За окном бушевала метель. Снег кружился в воздухе, застилая мир белой пеленой. Ветер выл, как раненый зверь, ударяясь о стены дома. Ха! Разве метель не должна была закончиться ночью?

В дверь послышался решительный стук, отрезвляющий, как удар током. В комнату вошёл Алексей, его лицо было хмурым, взгляд – серьёзным.

– Ну что, мы едем?

Спросила я, догадываясь, что из-за метели Алексей никуда меня не повезёт.

– Как раз пришёл сказать, чтобы ты не собиралась. На улице всё ещё метель.

Ответил Алексей, подходя к окну и отводя шторку. За стеклом продолжал кружиться снег, застилая мир белым покрывалом.

– В такую погоду не то что опасно ехать на машине, но и вообще выходить на улицу.

– Но как же Данис? Я должна с ним увидеться!

Голос мой сорвался на дрожь. Алексей повернулся ко мне, его глаза были полны сочувствия, но в них читалась беспощадная реальность.

– Увидишься. Если твоему Данису суждено выжить, то он обязательно выкарабкается. Сейчас главное – не делать глупостей, а значит, сидеть дома и не выходить.

Его слова были как ледяной душ. Я опустилась на кровать, чувствуя, что силы покидают меня. Алексей молча вышел из комнаты. Я плюхнулась на матрас, уткнувшись лицом в подушку. Горькие слёзы прорвались наружу, смешиваясь с холодом от промёрзшего лица. Дети пропали, Данис в больнице, а на улице метель. Будто сама судьба, свирепая и беспощадная, решила поиздеваться надо мной, не давая увидеть дорогого мне человека, а что самое главное – никто в такую погоду не будет искать детей. Кажется, что весь мир погрузился во тьму и холод, а я одна осталась наедине с отчаянием.

Неожиданный шум заставил меня вздрогнуть. Окно отворилось с громким хлопком, и в комнату влетела метель, закружив по полу снежные вихри. Надо закрыть. Я подошла к окну, стараясь не смотреть на заснеженные просторы за стеклом, на которые так похожа моя душа – пустая, холодная. Но вдруг я увидела его. На подоконнике, среди снежинок и ледяных осколков, сидел снежный барс. Он был огромным, с густой белой шерстью, пронизанной инеем. Глаза его, цвета амазонита, смотрели на меня с удивительной мудростью и сочувствием. Я замерла, не в силах шевельнуться. В моём сердце, казалось, что-то щёлкнуло, словно какая-то запертая дверь открылась. Возможно, я сошла с ума, но пронзительный взгляд барса говорил о том, что нам никто не нужен, чтобы продолжить расследование. И я с ним была целиком и полностью согласна.

Я вышла из своей комнаты и с облегчением обнаружила гостиную пустой. Чудно, все по своим комнатам разошлись. Тихонько проскользнув в прихожую, я мысленно вздохнула: если кто-нибудь заметит, то точно не выпустит из дома в такую сильную метель. Я быстро накинула пальто и надела сапоги, но едва успела выпрямиться, как почувствовала чьё-то присутствие рядом. Я вздрогнула от неожиданности. Алексей! Боже мой, откуда он взялся?

– Ты чего пугаешь?

Тихо спросила я, стараясь, чтобы меня никто не услышал.

– Решила тайком улизнуть? Совсем с головой не дружишь?

Прошипел он в ответ.

– А что, ты предлагаешь сидеть дома, пока дети неизвестно где находятся? Сам знаешь, пока на улице метель, никто не будет их искать!

Воскликнула я, голос мой дрогнул от волнения. В это мгновение послышался скрип со стороны гостиной. Чёрт! Я схватила шапку с шарфом и стремительно выскользнула за дверь. Я так просто не сдамся.

– Алёна!

Закричал Алексей. Морозный ветер, подобно хищной лапе, схватил меня за лицо, обжигая кожу мелкими ледяными иголками. Снег кружил в воздухе, создавая белую пелену, которая лишала видимости всего, что было дальше вытянутой руки. Я быстро завернула за угол дома и бросилась бежать, набирая максимальную скорость, на какую была способна в данную погоду.

У моего окна, как и прежде, сидел снежный барс. Он не двигался, словно был высечен изо льда, терпеливо ожидал. Как только я приблизилась к нему, барс взвился на ноги и грациозно двинулся вперёд. Не теряя ни секунды, я пошла за ним. Снежинки, словно в замедленной съёмке, кружились вокруг меня, создавая иллюзию застывшего времени. Морозный ветер хлестал по лицу, а сердце колотилось в груди, как будто пытаясь вырваться наружу. Мы шли по заснеженной поляне, пробираясь сквозь густые заросли елей и сосен. Снег под ногами был глубоким, и каждый шаг требовал усилий. Но я не могла остановиться. Впереди на фоне серого неба силуэт барса вырисовывался отчётливо. Он двигался плавно, уверенно, словно зная, куда идёт. Я следовала за ним, доверяя инстинкту и чувству, что вело меня вперёд.

Мы шли долго, пока лес не начал редеть, уступая место скалистым склонам. Наконец, мы подошли к пещере, вход которой был затянут толстой завесой снега. Снежный барс начал копать снег лапами, с явным усердием и настойчивостью. Я подошла ближе, пытаясь разглядеть, что же так заинтересовало дикого зверя. Под слоем снега обнаружилась небольшая деревянная шкатулка, украшенная резьбой в виде завитков и стилизованных животных. Она была старой, но крепкой, словно хранительница тайны ушедшей эпохи. Я осторожно подняла шкатулку и попыталась открыть её. Но замок оказался прочным, а ключа у меня не было. Снежный барс, почувствовав моё разочарование, подошёл ко мне, понюхал шкатулку и снова вернулся к входу пещеры, словно приглашая меня последовать за ним. Мы двинулись вперёд: он шёл впереди, я шла следом, держась на некотором расстоянии.

Пещера была длинной и узкой, стены её были покрыты странными узорами, будто высеченными тысячелетия назад. Сквозь них пробивались слабые лучи света, создавая таинственную атмосферу. Мы шли долго, время теряло всякий смысл в этой тишине, прерываемой лишь стуками моих сапог и лап снежного барса об холодный камень. Наконец, мы вышли на другую сторону пещеры. Выход был скрыт за водопадом, я не заметила его раньше. Перед нами раскинулись заснеженные просторы, бескрайние и пустые. Морозный ветер резал лицо, но я чувствовала себя странно спокойно.

Внезапно внутри меня возникло ощущение странного покалывания, словно кто-то коснулся души. Я схватилась за сердце, пытаясь отдышаться. И тут передо мной возник образ: большой зал, украшенный драгоценными камнями, в центре которого сидел на широком красном троне чернобородый мужчина. На столе перед ним была расставлена еда, словно для пира, а рядом стояла наряженная ёлка, на ветках которой висели куколки – каждая непохожая на другую, странные и прекрасные одновременно. Это видение было таким ярким, таким реальным, что я чуть не потеряла сознание. Но оно исчезло так же внезапно, как и появилось, оставив меня в растерянности.

Я огляделась, пытаясь понять, что произошло. Снежный барс сидел рядом, спокойно глядя на меня своими пронзительными глазами. Я улыбнулась ему, потянувшись рукой, чтобы погладить его густую шерсть, но моя рука прошла через него, как сквозь дым. Холодный ужас прошелестел по коже. Что за чертовщина? Снежный барс внезапно исчез. Я оглядывалась, стараясь найти хоть какой-то ориентир. Но всё было бесполезно. Я чувствовала себя потерянной и брошенной. Резко развернувшись, я попыталась вернуться домой, вспомнив путь через пещеру с водопадом. Но и пещера, и сам водопад исчезли, словно их никогда и не было. Паника сжала мою грудь, душа задыхалась от безысходности. Что происходит? Я ударилась головой? Схожу с ума? Вопросы, лишённые ответов, кружились в моей голове, усугубляя моё отчаяние. Мне ничего другого не оставалось, как просто идти вперёд, надеясь дойти хоть куда-нибудь.

Метель очень сильно холодила, пробирая до костей. Я и без того долго находилась на улице, а теперь неизвестно сколько ещё буду бродить. Как бы не лечь прямо здесь и замёрзнуть в этой бескрайней пустыне. С каждым шагом снег становился всё глубже, а мороз всё сильнее. Ноги тонули в пушистом снегу, и я чувствовала, как силы покидают меня. Отчаяние начало охватывать своими ледяными лапами. В памяти всплывали лица родных, их голоса, звучавшие так тепло и уютно в нашем маленьком домике. А сейчас… Сейчас вокруг лишь бескрайняя пустыня, холод и одиночество. Мысли путались, словно снежинки в вихре метели.

– Нет.

Сказала я самой себе, с силой сжав кулаки.

– Я не должна сдаться. Я во что бы ни стало должна найти выход.

И вдруг сквозь завесу снега я увидела впереди свет. Сначала это был всего лишь слабый проблеск, но он становился всё ярче и ярче. Моё сердце забилось сильнее. Это не могло быть миражом? С каждым шагом свет становился отчётливей, и вскоре я увидела его – маленький домик, красивый такой, нарядный, словно в нём жил сам Дедушка Мороз. Окна светились тёплым золотым светом, а из трубы поднимался столб дыма, обещающий уют и тепло. Не веря своим глазам, я побрела к домику, стараясь не думать о том, что ждёт меня там. Может быть, это ловушка? А может быть, там вовсе никого нет? Но надежда, такая сильная и светлая, уже согревала душу, даря силы идти вперёд.

Глава 3. Сказочный домик

Домик был выстроен из толстых брёвен, покрытых инеем, он переливался всеми цветами радуги. Окна, украшенные резными снежинками, светились тёплым, уютным светом.

Я приблизилась к домику и остановилась у крыльца, замёрзшие пальцы с трудом сжали холодную ручку двери. Сердце моё стучало так громко, что я боялась, а вдруг его услышат? Но дверь поддалась, открывшись в маленькую прихожую. Запах хвои, пряников и горячего шоколада ударил мне в нос, вызвав приятную ностальгию о далёком детстве. Я сделала шаг внутрь, и дверь тихо закрылась за мной. Внутри я сразу почувствовала себя в безопасности. Не желая пачкать полы своими сапогами, я тут же разулась, оставила обувь недалеко от двери на красном одиноком коврике. Я сделала шаг вперёд, намереваясь для начала осмотреться и, возможно, найти хозяина дома.

Внутри домик был сказочным. Высокие потолки украшали гирлянды из переливающихся льдинок. Огромный камин пылал ярким огнём, а на полене лежал огромный мешок, перевязанный красной лентой. Неужели в нём подарки? Невольно подумала я, на моём лице появилась беззаботная и невинная улыбка, я ощутила себя маленькой девочкой, которая каким-то образом оказалась в домике, который так и кричал, что в нём живёт Дед Мороз. На стенах висели картины с зимними пейзажами и портреты сказочных героев. В углу стоял стол, заставленный угощениями: пряники в виде снеговиков, имбирные пряники с глазурью, корзины со спелыми яблоками и мандаринами. В глубине дома находилась дверь, а за ней скрывалась мастерская. Стены были увешаны инструментами: молотками, пилами, стамесками. На столе лежали куски дерева, ткани, блестящие бусинки и разноцветные ленты. Из угла доносилась тихая мелодичная мелодия – это волшебный музыкальный автомат играл праздничные песни.

Я вышла из мастерской и нашла дверь, ведущую на уютную кухню – воплощение тепла и гостеприимства. Стены были выкрашены светлой краской, напоминающей свежевыпавший снег, а потолок украшен изящной резьбой в виде снежинок и сосульки. Огромный камин занимал одну из стен, в его топке весело потрескивали дрова, наполняя помещение теплом и ароматом дыма. Над камином висел венок из еловых веток, украшенный ягодами рябины и шишками. В центре кухни стоял большой стол, покрытый белоснежной скатертью, вышитой серебряными нитками. На столе красовались тарелки с ароматными пирогами, миски с румяными пряниками, кувшины с кипящим глинтвейном и чашки с горячим шоколадом.

Хозяйка или хозяин дома явно любили украшать свою кухню живыми цветами, и поэтому повсюду были расставлены вазы с белыми розами, красными гвоздиками и синими фиалками. На подоконниках росли горшечные хризантемы и алоэ, создавая атмосферу свежести и умиротворения. Также я нашла небольшой коридорчик на кухне, ведущий к другим комнатам. Но стоило моей руке коснуться ручки, как я услышала хлопок двери в прихожей. Кажется, кто-то вернулся. Интересно, как хозяева отреагируют на постороннего человека? Так и не успев посмотреть, что за дверью скрывается, я пошла в прихожую, чтобы встретить того, кто пришёл. И там перед моими глазами предстала картина, достойная сказки.

Стоял белобородый старичок, одетый в длинную красную шубу с серебряными нитями. На голове его покоилась высокая меховая шапка, украшенная снежинками из бисера. Густые брови нахмурены, а голубые глаза, словно два оникса, сверкали проницательным взглядом. В руке он держал резной посох, увенчанный хрустальным шаром, который отражал свет от гирлянды, висящей на стене. Рядом с ним стояла длиннохвостая девица в лёгком голубом платье, расшитом снежинками и серебряными звёздочками. Её белоснежные волосы ниспадали до пояса, их украшали жемчужины. Лицо её было молодым и нежным, а глаза – как два синих озера, полны доброты и лучистого света. Девушка, словно выйдя из ледяных просторов зимней сказки, улыбалась приветливо, держа в руках корзинку, переполненную сочными ягодами и шишками. Она была воплощением красоты и чистоты, олицетворением самой зимы.

Я замерла на месте, поражённая этим неожиданным зрелищем. Сердце моё билось чаще обычного, а мысли путались в голове. Может, я на самом деле сплю и до сих пор лежу где-то на ледяных просторах, а это все лишь галлюцинации перед смертью? Однако я не ощущала ледяной холод, наоборот, мне было тепло. Я похлопала руками по своим щекам, желая либо убедиться в том, что я не сплю, либо поскорее проснуться. Однако это наваждение никуда не исчезло.

Старичок, словно читая мои мысли, медленно поднял голову и посмотрел на меня своими пронзительными голубыми глазами. Тогда я решила заговорить, чтобы объяснить своё присутствие здесь, но не успела я и слова сказать, как в дверь кто-то постучал. Сказочная девушка радостно хлопнула в ладоши и сказала.

– Ой, у нас гости!

Её голос был словно звон колокольчиков, чистый и светлый. Она поспешила открыть дверь. В дом вошёл Алексей. Я с удивлением смотрела уже на него. Как он меня нашёл? Неужели всю дорогу шёл следом? Тогда почему не зашёл в дом сразу со мной… Нет, исключено. Алексея не было рядом – когда я шла совсем одна, никого не было. Он выглядел запыхавшимся, как будто всю дорогу бежал. Старичок, увидев на пороге моего брата, нахмурился, а затем покачал головой.

– Ох, только не говорите, что он снова высвободился!

– К сожалению.

Ответил Алексей, зная, о чём старичок причитал. Зато я не знала и не понимала, что тут происходит, и о чём идёт речь. Моя голова была полна вопросов. Почему Алексей так встревожен? И что значит «высвободился»?

– Кто высвободился? Алексей, как ты меня нашёл?

Всё же не выдержала и задала пару вопросов, но все молчали. Да что же такое! Почему люди так любят тянуть время, вместо того чтобы сразу ответить на прямой вопрос? Я раздосадовано плеснула руками.

– Может, хоть кто-то заговорит наконец-то! Кто высвободился? Как ты, Алексей, меня нашёл?

Воскликнула я, стараясь скрыть нарастающую панику и злость. Старичок недовольно покачал головой, тяжело вздыхая, а затем посмотрел на сказочную девушку.

– Внучка, организуй-ка нам чаю, разговор будет долгим и трудным.

Произнёс он хриплым, но тёплым и добрым голосом. Девушка тут же стала серьёзной. Она кротко кивнула и удалилась на кухню. Я продолжала с непониманием смотреть на брата. Алексей разулся и снял с себя верхнюю одежду. Старичок, опираясь на свой посох, зашагал ровным и гордым шагом в гостиную. Я осталась стоять на пороге, чувствуя себя совершенно потерянной. Моё сердце колотилось в груди от страха и беспокойства.

– Алёна, ты идёшь?

Спросил Алексей, остановившись рядом со мной. Я лишь кивнула. Так и пошла следом за братом – лишь потому, что сейчас я просто ничего не понимала. Чтобы разобраться в происходящем, нужно получить ответы на вопросы.

Я села на диван, сжимая кулаки. Мои пальцы впивались друг в друга, а сердце стучало в груди, как испуганная птица. Алексей сел напротив меня, его лицо было напряжено, брови нахмурены. Старик занял кресло у камина, и его взгляд, полный печали и усталости, пронзил меня насквозь. Вскоре пришла девушка в руках, она держала поднос, с которого доносился аромат пряных специй и сладкого сиропа – знакомый запах рождественского напитка, который всегда ассоциировался у меня с тёплыми семейными вечерами. Но сегодня этот аромат казался каким-то чуждым и горьким. Как можно радоваться и наслаждаться, когда дети ещё не нашлись? Для меня это что-то из вон выходящего. Девушка поставила поднос на столик и раздала всем белые кружки с рождественским напитком. Я тихо её поблагодарила и взяла свою чашку, сделав лишь один глоток этого умиротворяющего напитка, который, казалось, мог согреть мою душу. Девушка села в кресло рядом со своим дедом. Старичок, отпив немного из чашки, заговорил своим неожиданно громким голосом.

– Мой брат снова на свободе, и он вновь взялся за своё.

– Да, только в этот раз он похитил всех детей в Лукавке. Никто даже заметить или почувствовать не успел, как все исчезли. Никаких следов или зацепок не осталось.

Заговорил Алексей, с наслаждением отпив немного из своей чашки. Я лишь покачала головой, не соглашаясь с братом. Как вообще можно думать о наслаждении, когда происходит сейчас чёрт-те что? Я поставила чашку на стол.

– Тебе не понравился напиток, Алёна?

Тут же взволнованно спросила девушка. В её глазах читалось беспокойство, я почувствовала смущение, не хотела так обижать её. Я покачала головой.

– Понравился, но я не хочу его пить.

Сказала я, стараясь говорить спокойно. Хей, она назвала меня по имени, хотя мы с ней незнакомы. Алексей произносил моё имя, но она в этот момент была на кухне. Я презрительно на неё посмотрела.

– Откуда ты знаешь моё имя?

Девушка легко и добродушно улыбалась. Она слегка дёрнула плечами.

– Я же сказочный персонаж. Снегурочка, как-никак. Сама знаешь, мы с дедушкой знаем имена всех детей.

– Но я не ребёнок!

Сказала я, желая разбить её слова в пух и прах. Я не верила тому, что она сказала.

– Но когда-то же им была.

Спокойно ответила девушка, назвавшая себя Снегурочкой. Я вздрогнула. В голове пронеслось моё детство. В один момент я увидела себя, стоящую у ёлки в новогоднюю ночь. Все праздновали Новый год, кружили хороводы, танцевали, пели и играли. А я тогда отдалилась от детей и подошла к стоящим Деду Морозу и Снегурочке. Снегурочка мне улыбнулась и протянула руку, я подошла к ней и протянула свою. Она взяла своей холодной ладонью мою маленькую.

– Привет.

Меня слишком резко выдернуло из этого видения. Голос и лицо! Я ошарашенно посмотрела на свою собеседницу. Каждый Новый год на площади она была с нами, как же я сразу не придала этому значения.

– Мы с тобой уже виделись, и не раз.

Неверяще проговорила я. Снегурочка так и улыбалась, ни разу не нахмурившись.

– Были времена. А затем вы с братом выросли, детские чудеса перестали для вас существовать. Это самый большой минус во взрослых – вы перестаёте верить в чудо, считая, что только дети могут в него верить. А ведь это самая большая ошибка… Пока чудеса в нас живут, пока мы умеем мечтать и верить, жизнь полна волшебства.

Я смотрела на неё, на её светлое лицо, обрамлённое венком из снежинок, и сердце моё сжалось от тоски. Я так хотела снова поверить, снова увидеть мир глазами ребёнка, полного надежды и чуда. Но годы, словно холодный ветер, задули пламя детской веры. А ведь она права. Становясь взрослыми, мы перестаём верить в чудо, словно что-то внутри нас просто ломается навсегда. Я вспомнила те волшебные зимние вечера, когда мы с братом ждали Деда Мороза и Снегурочку, верили в сказку и мечтали о чудесах. По щеке пролилась слёзы. Я их тут же вытерла. Как же я скучаю по тем временам. Однако детство не вернуть, а детей нужно искать дальше. Я оттолкнула лишние мысли. Улыбка с лица девушки тут же исчезла, вместо неё появилась горечь. Она с мольбой посмотрела на дедушку. Только сейчас я заметила, что за мной внимательно следил старичок и мой брат Алексей.

– Вижу, в твоём сердце поселилось много боли, Алёна. От этого оно становится холоднее. Это неправильно.

– Я не смогу избавиться от боли, пока не найдутся дети, а Данис лежит в больнице.

Сказала я как-то отрешённо.

– Так как ты меня нашёл, Алексей?

Спросила я в первую очередь брата. Он отставил чашку.

– Скажем так, я тебя не искал. Как только ты выбежала из дома, я честно собирался бежать за тобой. Но мама с бабушкой меня остановили, сказав, что Он пришёл за тобой. Я сразу всё понял. Но затем мама прислала мне на телефон одно видео, сказала показать тебе и даже скинула мне точные координаты, где ты будешь. Вот так, в общем, я сюда и пришёл.

– Пришёл «Он»?

Переспросила я брата, стараясь скрыть дрожь в голосе.

– Снежный барс, который ждал тебя у окна.

Пояснил Алексей. И тут меня осенило.

– Так наши тоже его видели?

Алексей покачал головой, мой пыл тут же утих. Не понимаю, если они не видели снежного барса, то откуда все мои домочадцы знают, что снежный барс приходил за мной? Я задумалась. Алексей меня не торопил.

– Что за видео мама тебе прислала?

Спросила тогда я об этом. Возможно, в нём я всё пойму. Алексей достал свой телефон и перекинул видео мне через мессенджер. Я достала телефон из пальто, которое так и не сняла с себя, увеличила видео на весь экран, перевернула телефон в горизонтальный вид, проверила громкость звука и только после этого нажала на кнопку запуска. На экране тут же показалась бабушка. Ясно, значит, мама снимает.

– Привет, внучка. Если ты сейчас нас смотришь, значит, мы не ошиблись, и снежный барс привёл тебя к дому Деда Мороза. А раз так, то пришло время рассказать тебе одну легенду о Белом и Чёрном Морозе.

Я взяла телефон поудобней, чтобы не выронить, и добавила погромче звук. У меня перехватило дыхание от нетерпения.

– В далёкой-далёкой стране, где зима царствует вечно, жили два брата: Белый Мороз и Чёрный Мороз. Белый Мороз был добрым и щедрым. Он любил детей, дарил им подарки, покрывал землю пушистым снегом и украшал её сверкающим инеем. С его приходом наступали зимние праздники – Рождество и Новый год, наполненные радостью, весельем и волшебством. Чёрный Мороз был полной противоположностью брата. Он ненавидел детей, сеял холод и разруху, заставлял реки замерзать и деревья ломать свои ветви под тяжестью льда. Чёрный Мороз завидовал могуществу брата, желая завладеть его силой и стать повелителем всего земного шара. Он понял, что для этого нужно уничтожить источник радости и волшебства – чудеса Нового года и Рождества. И тогда Чёрный Мороз задумал коварный план.

Он начал похищать детей из-под носа у родителей, пряча их в ледяных пещерах под вековой мерзлотой. Без детей, без их веры и радости, чудеса начали слабеть. Снег становился серым и грязным, ёлки теряли свою зелень, а подарки переставали появляться под ёлкой.

Но древние легенды повествуют о том, что когда-то давным-давно потомки Снежный барса защитили мир от Чёрного Мороза, оставив после себя могущественную магию, которая могла противостоять злу. Потомки Снежного барса, хранители этой магии, узнав о коварном плане Чёрного Мороза, объединились, чтобы спасти мир.

С помощью древних заклинаний и оружия, пропитанных магией снежного барса, они нашли Чёрного Мороза в его ледяной крепости и победили его в жестокой битве. Чёрный Мороз был заточён в волшебную тюрьму, созданную из вечного льда и заклятий. Но зло никогда не умирает окончательно. Спустя время Чёрный Мороз находил способ освободиться, чтобы вновь сеять хаос и разруху.

И каждый раз потомки Снежного барса вставали на защиту мира, побеждая зло и возвращая радость людям. Так продолжается вечная борьба добра со злом, надежды с отчаянием. И пока живёт в сердцах людей свет веры и любви, добро всегда найдёт способ победить. С последней битвы прошло два поколения. С рождением вас, моих внучат, я уже думала, что вам повезёт, и вы не столкнётесь со злодеяниями Чёрного Мороза. Однако он вновь освободился, а значит, теперь настала твоя пора держать оборону, Алёна. Снежный барс приметил именно тебя. Мы все надеялись, что это будет Алексей. Всё-таки он старше, к тому же служил в армии, однако в нём нет магии снежного барса, она лишь в тебе. Ты единственный потомок Снежного барса, и только ты сможешь спасти чудеса.

На этом видео закончилось. Я опустила телефон, моё сердце билось так стремительно, словно я бежала наперегонки с санями по заснеженному полю. Слова бабушки, её голос, полный тревоги и надежды, эхом разносился в моей голове. Чёрный Мороз… он вернулся. И только я, Алёна, потомок Снежного барса, могу остановить его. Это как-то в голове не укладывалось. Однако появление и исчезновение снежного барса из ниоткуда, следы, растворяющиеся словно по волшебству, неожиданные находки, к которым он меня приводил. И ещё этот случай, когда моя рука прошла сквозь снежного барса, после чего он тут же исчез. А потом видения, охватившие мой разум… Всё это не поддавалось логике. Но разве может быть другое объяснение? Я действительно потомок Снежного барса, и сейчас нахожусь в домике Деда Мороза и Снегурочки.

Глава 4. В беспамятстве зимы

Чувства переполняли меня, словно метель за окном. Невероятный восторг смешивался с ошеломляющим страхом. Я посмотрела по-новому на Деда Мороза и Снегурочку, а затем и на брата.

– Значит, ты знал об этой легенде?

Спросила я брата. Алексей кротко кивнул.

– Знал и очень давно. Мама с бабушкой отчего-то знали, что Чёрный Мороз скоро освободится, и стали меня сначала морально готовить, а затем уже и физически. По нашим подсчётам, я должен был провести ритуал на горе Всесильной и объединиться со своим снежным барсом. Однако снежный барс распорядился иначе, он выбрал вместо меня тебя.

– Почему?

Не понимала я. Ведь если Алексей к этому был готов, то почему снежный барс не пошёл за ним? Я бы не обиделась, если отсидела в сторонке. Алексей подёргал плечами.

– Мы не знаем. Только лишь Снежный барс может знать ответ. Тебе предстоит с ним ещё объединиться, чтобы сразиться с Чёрным Морозом.

Я помолчала. Объединиться. Сразиться. Но ведь он не один действует, если я всё верно поняла, когда подслушивала разговор двух мужчин. Я подняла голову, чтобы сообщить об этой детали, о которой явно никто не догадывался.

– Боюсь, братец, ваш Чёрный друг действует в этот раз не один.

Алексей непонимающе на меня смотрел. Я посмотрела в глаза Деда Мороза. Не отрывая наш контакт, я холодно ответила.

– У него есть сын.

Деда Мороза словно током ударило от моих слов. Он тут же дрогнул, его глаза засветились голубым светом. Дед Мороз откинулся назад, его тело непроизвольно трясло, как от лихорадки. Алексей и Снегурочка подскочили.

– Что с ним такое?!

Спросил обеспокоенно Алексей. Снегурочка явно не понимала, что творилось, покачала отрицательно головой.

– Я не знаю. Впервые вижу его в таком состоянии. Дедушка, что с тобой, очнись!

В воздухе повисло молчание, прерываемое лишь хриплым дыханием Деда Мороза. Его лицо было бледным, покрытым холодным потом. Снегурочка присела рядом с ним, ласково поглаживая его руку. Алексей беспомощно смотрел на Деда Мороза, не понимая, как ему помочь. Не знаю, от чего во мне этот холод проснулся, но сейчас, смотря на Деда Мороза, я даже не шелохнулась, лишь внимательно за ним следила.

А затем я закрыла глаза и, кажется, оказалась в беспамятстве, в которой находился Дед Мороз. Я видела снежный простор, вновь завывала метель. Снежинки кружились в воздухе, застилая всё вокруг белым покрывалом. Дед Мороз стоял по центру этого заснеженного царства, его фигура была словно высечена изо льда. Небольшими шагами я подошла к нему. Я огляделась по сторонам. Как странно. Вроде вновь видение, но в нём я была осязаема. Снова магия? Я посмотрела на Деда Мороза.

– Где мы?

Спросила я. Голос мой звучал неожиданно твёрдо и уверенно.

– Мы с тобой находимся в беспамятстве. В самом его центре, где хранятся все воспоминания, все мечты, все печали.

– Это из-за моих слов мы сюда попали?

Предположила я, чувствуя себя виноватой.

– Да. В тебе проснулся холод, который засел в твоём сердце. Он возник сразу же, как ты почувствовала боль.

С грустью сказал Дед Мороз.

– Столько несчастий за пару дней.

Сказала грустно я, едва сдерживая слёзы. Дед Мороз покачал головой. Он махнул посохом и стукнул по земле. Метель, бушевавшая вокруг нас, мгновенно замерла. Дед Мороз шагнул вперёд.

– Идём!

Громко крикнул он мне, и я, не раздумывая, последовала за ним. Мы шли по белому безмолвному пространству, окружённому тенями воспоминаний. Я видела среди них как счастливые моменты, полные любви и смеха, так и тени печали и потери. В этом хаосе чувств и эмоций я почувствовала себя неуютно. Дед Мороз шёл так, словно его это не волновало.

– Разве вы не чувствуете дискомфорт, идя тут?

Дед Мороз покачал головой.

– Почему?

Спросила я. Он остановился и посмотрел на меня своими старыми, мудрыми глазами.

– Ты должна понять, дитя моё, что беспамятство – это не просто место, это состояние души. Оно отражает то, что происходит внутри каждого из нас. И пока мы не научимся справляться с нашими эмоциями, с нашими страхами и обидами, мы будем блуждать в этом лабиринте, теряя себя и тех, кого любим.

Сказал Дед Мороз. От осознания того, где я находилась, стало не по себе. Морозный воздух щипал лицо, а кругом простирался лабиринт из высоких, искрящихся снежных стен. Дед Мороз зашагал вперёд. Каждый поворот, каждая заснеженная арка вызывали в памяти яркие отрывки недавних событий. Я увидела себя, приехавшую в посёлок с предвкушением новогоднего праздника. Вспомнила шумную компанию, весёлый смех, запах мандаринов и ёлочных игрушек. Передо мной вновь возникли образы Даниса, моего возлюбленного, и его сияющих глаз, когда мы обменялись подарками. Снова услышала задушевную песню бабушки, которая будто проникала в самую душу, даря умиротворение и надежду. Но я тут же омрачилась страхом, когда мы обнаружили пропажу детей. Паника, смятение – всё это накрыло весь наш посёлок. Я вновь увидела себя, идущую по следам могучего снежного барса, почувствовала его мощь, его дикую свободу. Вспомнила, как он привёл меня к медальону. Дед Мороз, сопровождающий меня в этом странном путешествии, остановился и посмотрел.

– Ты нашла медальон?

Спросил он, голос его звучал глубоко и спокойно, будто шелест снега. Я кивнула, чувствуя, как сердце бьётся всё быстрее.

– Да, он что-то значит?

Спросила я, надеясь на объяснение.

– С помощью него ты сможешь стать единой со снежным барсом. Он даст тебе силу, мудрость и, возможно, поможет найти детей до Рождества. Ни за что его не теряй.

Я кивнула. Мы продолжили идти в этом бесконечном лабиринте, но тут же остановились, стоило дойти до воспоминания, где я подслушиваю неизвестных в заброшенном домике в лесу.

– Ты всё сделал аккуратно? Никто не заметил твоего отсутствия?

– Да, никто не заметил. Я сказал, что проверю всё здесь, и если что-то найду, то обязательно об этом сообщу.

Дед Мороз нахмурился.

– Голос своего брата я узнаю из тысячи. Ты смогла подслушать разговор моего брата и…

– …его сына.

Закончила я предложение вместо Деда Мороза. Дед Мороз согласно кивнул, однако он выглядел задумчивым.

– Знаешь, я никогда не видел и не слышал сына Чёрного Мороза. Я даже не знал, что у него есть сын. Мой брат столько провёл в заточении, ума не приложу, когда он смог обзавестись помощником.

– Значит, как-то смог. Наличие сына как-то усложняет ситуацию?

Спросила я Деда Мороза.

– Я думаю так: у моего брата появились преимущества. Теперь понятно, как ему удалось похитить всех детей разом.

– Ещё бы понять, где они могут быть.

– Скорее всего, все дети в его поместье. Он всегда их у себя в темнице держал.

– Значит, мне нужно будет отправиться к нему?

Спросила я Деда Мороза.

– Однозначно, только путь до его замка будет не так прост, тебя будут ждать непростые испытания. Перед отправкой в замок ты должна сначала объединиться со снежным барсом, без его силы никуда.

Я задумалась. Значит, мне нужно будет провести ритуал на горе Всесильной и объединиться со снежным барсом, как говорил брат. Жаль, что всё-таки обряд пройти не может он. Не нравятся мне такие опасные приключения, не для меня они. Непонятный лабиринт вдруг исчез, метель вновь зашумела, а я открыла глаза, сидя до сих пор на диване. Сердце моё билось с бешеной скоростью. Проснувшись от кошмара, я почувствовала, как холодный пот залил всё тело. Я смотрела на Деда Мороза, сидящего без движения в кресле. Я чувствовала некую вину оттого, что он из-за меня так вымотался. Однако теперь я знаю, что нужно делать.

– С ним всё хорошо. Он просто немного устал, пребывая со мной в беспамятстве.

Сказала я. Снегурочка, которая до этого обеспокоенно тормошила дедушку, остановилась и посмотрела на меня.

– Ты в этом уверена?

Спросила Снегурочка. Я сделала уверенный кивок. Снегурочка положила ладони у сердца и тут же успокоилась.

– Хорошо. Тогда ему просто нужно отдохнуть.

Я кивнула, подтверждая её слова. Вставая с дивана, я направила уверенный и серьёзный взгляд на брата. Алексей поймал мой взгляд и выпрямился.

– Братец, скажи-ка, ты отведёшь меня к горе Всесильной?

Брат не сразу, но всё же кивнул. По его лицу я читала нежелание идти туда, однако он согласился. Алексей поспешно вышел из гостиной, и я внимательно следила за его уходящей спиной. Что-то мне не нравилось в этом недовольстве. Может, брат до сих пор не смирился с тем, что снежный барс выбрал меня, а не его? Надо будет по дороге спросить об этом, ведь не хотелось бы никаких затруднений, учитывая, что я даже не знаю, как проводить ритуал, а значит, брат в этот момент мне очень нужен.

– Ты идёшь?

Нетерпеливо спросил Алексей из-за прихожей. Я посмотрела на Снегурочку.

– Удачи.

Сказала Снегурочка, я слегка кивнула и вышла из гостиной. Поскольку я снимала только обувь, то время на одевания заняло не так много.

– Вот чего орёшь? Будто у меня вариант есть.

Буркнула тут же я. Мы вышли на морозный воздух, и я почувствовала, как ветер холодил мне лицо. Снег искрился под луной, словно миллионы мелких бриллиантов, а горы вдалеке казались призрачными силуэтами, таинственно мерцающими в ночном свете. Я накинула на себя капюшон и закуталась в тёплый шарф – ночью-то довольно-таки холодно.

– Может, переждём и пойдём уже утром?

Я покачала головой.

– Не будем терять время. Пошли.

В моём голосе была решимость. Если я правильно поняла, то детей нужно вернуть до Рождества, а значит, дней в наличии у нас не так много – меньше пяти. Мы шли медленно и молча, тишину нарушал лишь хруст снега под нашими ногами. На улице не было метели, и я смогла насладиться красотой зимней ночи, несмотря на мороз.

– Тебе ведь не нравится, что ритуал буду проводить я, а не ты?

Решила всё-таки не упустить возможность и наконец-то поддеть брата, который до этого постоянно меня задирал. Брат лишь нахмурился, но не ответил. Всё-таки ему не нравится. На моём лице играла злорадная улыбка.

– Нет, ну признай. Ты ведь не в восторге, я права?

Не унималась всё я, не желая оставлять брата в покое.

– Да, не нравится. Довольна? Может, теперь отстанешь!

Крикнул раздражённо брат, прибавив шагу. Я покачала головой.

– Ну уж нет, так просто я от него не отстану.

Я перешла на бег, чтобы идти наравне с Алексеем.

– Братец.

Подала я голос у уха брата. Алексей закатил глаза и тяжело вздохнул.

– Что же ты всё не угомонишься?

Спросил Алексей, сжимая кулаки. Я лишь усмехнулась, зная, что бить он меня точно не будет.

– Отчего же мне это делать, братец? Ты же столько надо мной прикалывался и смеялся, и теперь, когда это делаю я, ты почему-то не смеёшься. Неужели несмешно?

Алексей остановился, нахмурившись. Он явно был не готов к такому повороту событий.

– Давай договоримся. Ты не будешь меня доставать, а я, так уж и быть, постараюсь больше над тобой не издеваться?

Я пристально посмотрела в глаза брата и поставила руки в боки, демонстрируя свою решимость.

– Точно не будешь?

Алексей возвёл глаза к небу, словно искал там ответ на этот непростой вопрос. Затем он положил ладонь к своему сердцу.

– Клянусь, что никогда.

Что-то слабо верилось. Я стояла и молчала, не зная, стоит ли согласиться или всё-таки не упустить возможность подоставать брата ещё немного. Так приятно видеть его таким надутым и обиженным. Прямо праздник какой-то. Однако я решила всё-таки его пощадить. Пускай радуется, что у него сестра такая добрая.

– Хорошо, но ты должен помнить о своём обещании, иначе всю дорогу не буду давать тебе покоя.

Алексей облегчённо выдохнул и протянул мне руку. Я пожала её, стараясь скрыть улыбку. Мы продолжали путь молча. Я не знала, где нужная нам гора и сколько до неё идти, отчего стала очень скоро жалеть, что ничего не поела, когда была возможность. Ещё и желудок, как предатель, решил о себе напомнить, заурчал. Я тут же замялась. Брат бросил на меня свой взгляд.

– Голодная?

Спросил Алексей, я кивнула. Брат сунул руку в карман своего пальто и извлёк небольшой полиэтиленовый пакет. Он протянул его мне.

– Держи, мама с бабушкой дали, когда выходил. Всё равно не хочу.

– Спасибо.

Поблагодарила я, улыбнувшись. Умеет же он быть паинькой, когда хочет. Я развернула пакет. Это были два пирожка с яблочным повидлом и корицей. Они хоть и холодные, но свой вкус не изменили. Обожаю. Бабушкины пирожки всегда были самыми лучшими! Я уплела их за обе щеки, наслаждаясь каждым кусочком, а затем убрала пустой пакет в карман. Вот теперь можно идти хоть на край света.

– До какой горы идём?

Алексей указал на одну из гор вдали. Посмотрев на неё, я невольно вздрогнула. Она казалась самой далёкой и отдалённой от остальных, словно одинокая странница, отделённая ледяной пустыней. Под лунным светом гора сверкала, как огромный бриллиант.

– По-хорошему, надо было взять машину Даниса, но я не нашёл ключи от неё. По-видимому, они у него. Так что если не будем останавливаться, то к полудню будем там.

Я тяжело вздохнула. На машине и вправду было бы быстрее, жаль, что Данис сейчас не с нами. Уж с ним мне было бы легче идти, а теперь только о нём всю дорогу и буду думать. Я снова тяжело вздохнула, сунув руки в карманы. Интересно, как он там? Очнулся ли? После того как найду детей, обязательно навещу его. Только бы к тому моменту с ним ничего не произошло.

Глава 5. Гора Всесильная

Мы шли молча, каждый погружённый в свои мысли. Холодный ветер хлестал по лицам, заставляя щуриться. Снег под ногами хрустел, создавая зловещую мелодию, которая усиливала чувство одиночества и безысходности. Вспоминались последние часы перед исчезновением детей. В памяти всплывал звонкий смех Маши, её игривые глаза, полные жизни и радости. Теперь же осталась только пустота, тоска и жгучее желание найти её и других детей поскорей.

Алексей, казалось, тоже был погружён в свои мысли. Его лицо было напряжено, брови сдвинуты. Он шёл уверенно, но я чувствовала, что его силы на исходе. Мы оба устали, но не могли уже развернуться обратно к домику Деда Мороза и Снегурочки. Возможно, не стоило настаивать упрямо, а надо было отдохнуть перед долгой дорогой. Но я так боюсь, что дети не найдутся, что, кажется, перестала соображать и просто шла на поводу своим эмоциям. Я вспоминала Даниса, который тоже беспокоился о детях. Он всегда был сильным и решительным, но в итоге лежит в больнице совсем один. Мы шли ещё несколько часов, пока не начал появляться рассвет. Первые лучи солнца, словно острые иглы, ослепляли наши глаза, подчёркивая всю безысходность ситуации. Холодный свет зари не приносил ни тепла, ни надежды. В груди сжималось от мысли о том, что мы можем не успеть до Рождества.

Пройдя ещё пару часов по безмолвному снежному полю, мы достигли края леса. Заснеженные кусты, будто стражи древнего царства, охраняли вход в густую чащу. И вдруг из-за одного из таких кустов выскочил снежный барс. Я так и замерла на месте, не зная, радоваться его появлению или гневаться.

Снежный барс приблизился ко мне, его пронзительный взгляд, словно две острых льдинки, проникал в самую суть моего существа. В нём читалась дикая свобода, неприрученная сила и какая-то глубокая, необъяснимая печаль. Я невольно улыбнулась, не в силах на него сердиться. В его глазах я увидела отражение своей собственной души, моей внутренней борьбы, моих сомнений и надежд. И тогда, поддавшись внезапному порыву, я протянула руку, чтобы погладить его. Какое же было моё удивление, когда рука не прошла сквозь него, как это случалось раньше! Я могла ощутить мягкость его густой шерсти, её шелковистую текстуру. Снежный барс тихо замурчал, прижимаясь к моей руке.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.