Марина Гришина
Академия неприкаянных душ. Второй шанс

ПРОЛОГ

Почти 20 лет назад

На лужайке возле дома играл мальчик лет пяти. Каштановые волосы вились легкими локонами, светлый костюмчик сидел идеально, хотя на нем уже и появилось несколько свежих пятен. Рядом на лавочке сидела пожилая гувернантка, вышивала цветы на тонкой ткани и улыбалась.

За ними из высокого окна наблюдала женщина. Бардовое платье красиво облегало тонкую фигуру, украшения блестели на запястьях, но все это ее не радовало. Она скрестила руки на груди, отгораживаясь от мужчины, что сидел в кресле.

– Райан, мне кажется это плохая идея, – женщина все же собралась с духом, чтобы возразить мужу. – У нас же нет проблем с деньгами, верно? Так зачем заключать договорной брак, если можно дать нашему мальчику самому выбрать свою судьбу?

Мужчина сделал глоток из бокала, что держал в руках. Спиртное обожгло горло, но он даже не поморщился. Райан де Гедраэль мог позволить себе самое лучшее, и на напитки не скупился.

– Я и не говорил, что это ради денег. Де Морель – аристократы, но им нечего предложить, кроме имени.

– Тогда зачем? – женщина повернулась лицом к мужу. Солнце заиграло на темных локонах, красиво спадающих на плечи. Сын унаследовал ее красоту, что не могло не радовать. – Я не понимаю. Кай еще совсем ребёнок, да и девочка только родилась. Пусть дети подрастут…

– Так нужно! – Райан не дал ей договорить, сморщившись от ее слов. Конечно, не понимает. Как бы она не привлекала его как женщина, он не видел в ней ту, кому мог доверить самый важный секрет. И никогда не доверит. Не для того он женился на дочке обнищавшего графа, чтобы отвечать на вопросы и объяснять свой выбор. – Все уже решено. Они поженятся, как только Райэль де Морель достигнет подходящего возраста. И прекрати спорить со мной, ты же не хочешь вернуться в поместье своего отца, верно?

Женщина задержала дыхание, боясь вспышки гнева, которая могла последовать за этими словами. Но, кажется, обошлось. Райан только встал с кресла, поставил пустой бокал на столик и, уже от двери, бросил:

– Продолжишь задавать ненужные вопросы – уедешь к отцу. Кайлин, разумеется, останется здесь.

Хлопнула дверь.

На лужайке возле дома играл мальчик лет пяти. За ним из окна наблюдала женщина, украдкой стирая слезинку со щеки.

…

– Мам? Все в порядке?

Та же женщина сидела возле камина, держа на коленях закрытую книгу. Прошло около двух лет с того момента, как муж объявил о помолвке их сына и только что родившейся девочки. Она не одобряла это решение, но кто ее спрашивал?

– Кай? Иди ко мне, мой мальчик, – она нежно поцеловала его в щеку, и притянула к себе. – Все хорошо, сынок. Почему ты спрашиваешь?

– Я слышал, как вы с папой ругались. Громко. И говорили про ребенка. Я что-то натворил?

Ее малыш уже подрос. Он был умен не по годам, и все труднее было скрывать, что их семья разваливается. У Райана появлялось все больше секретов. Нет, любовницы у аристократов не были для нее новостью. Но сегодня она узнала о ребёнке. У ее мужа родился сын от другой женщины. Внутри все горело от обиды и боли, от жалости к себе и гнева.

– Нет, дорогой, что ты! – она провела рукой по его волосам. Сын был так похож на нее… – Ты самый замечательный мальчик на всем свете!

– Мам, – Кай нахмурился и отстранился. – Я уже не маленький. У меня даже невеста есть, хотя я ее еще и не видел. Вы поругались из-за меня? Скажи, я извинюсь перед отцом, если надо. И больше так не буду. Я не хочу, чтобы он на тебя кричал.

Непрошеная слезинка скатилась по щеке. Женщина вытерла ее тонкими подрагивающими пальцами.

– Все хорошо, Кай, все хорошо. Ты ни в чем не виноват.

Этим же вечером, возвращаясь в свою комнату, она случайно услышала обрывок разговора. Муж неплотно прикрыл дверь в кабинет, считая, что она уже спит.

– Родерик, – голос мужа заплетался, видимо, они с другом выпили уже не одну бутылку, – ты же все знаешь не хуже меня. Я должен это сделать.

– Ну, не ты, – другой голос рассмеялся, – а твой сын. Ты уже слишком стар для такого.

– Вот именно, что мой сын! Когда он немного подрастёт, я начну его готовить.

– А жена? Она не будет против?

– А кто ее спрашивать будет? – раздался звук бьющегося стекла. Райан любил бить бокалы в приступе гнева. – Эта ведьма мне сегодня скандал устроила, представляешь? Она как-то узнала про ребёнка. И ведь не объяснить этой дуре, что мне нужен сын. Если с первым что-то случится, нужен кто-то, кем я смогу его заменить и выполнить свой долг.

…

В коморке мага было сумрачно и душно. Зельями пахло так, что глаза слезились. Только ей было все равно.

– Ты мне поможешь? – женщина сидела на шатком деревянном стуле и смотрела на высокого худощавого мужчину за столом. Маг, которого подозревали в дюжине преступлений, но так и не смогли обвинить. Ведь все те, кому он помогал, ни за что бы не признались, что воспользовались его услугами.

– Серьезно? – он откинулся на спинку стула, весело смотря на посетительницу. Глаза были почти скрыты за длинными светлыми волосами, и не поймёшь – то ли седина, то ли просто цвет волос. – Ты хочешь лишить своего сына титула? Ведь когда де Гедраэль решит, что сын не его, он от него откажется.

– Да. Я хочу, чтобы мой муж решил, что сын не его.

Маг засмеялся. Голос отразился от пустых стен, и, показалось, что в комнате было куда больше людей. Женщина против воли обернулась, но они все также сидели вдвоем.

– Впервые вижу женщину, которая пытается сбежать от богатого мужа. Обычно ко мне приходят с обратными просьбами.

– Так ты поможешь или нет? Меня скоро хватятся, – в руках у посетительницы был измятый платок, который она терзала пальцами.

– Разумеется. Это будет дорого стоить, но я смогу изменить ауру твоему ребёнку. Любой проверяющий маг решит, что он не имеет никакого отношения к крови де Гедраэля. Правда, действовать будет не больше недели. Тебе придётся успеть провернуть все, что ты задумала за это время.

– Мне этого достаточно.

…

Райан был в бешенстве. На стене его кабинета красовались два пятна от брошенных им бокалов. Прислуга попряталась, показываясь на глаза только тогда, когда он их звал. Сам же мужчина раненым зверем ходил из угла в угол, не находя себе места.

Жена прилюдно потребовала подтвердить его отцовство. Причем, не только для незаконнорождённого сына, но и для Кая. И по всем правилам он не мог отказаться. Это был удар в спину.

Как бы Райан де Гедраэль ни старался казаться бесчувственным, как бы он не гордился своей выдержкой и тем, что держит жену твёрдой рукой, не давая ей влиять на его решения, он боялся. Сейчас, после свалившегося на него требования, он вдруг почувствовал, что она ему дорога. Что он не может представить себе дом без звонкого смеха сына. Его разъедала мысль, что этот ребёнок может быть не от него. И дело даже не в ущемленном самолюбии, не в возложенных на него обязанностях. Сейчас он меньше всего думал о защите границы между мирами. Рушился его личный мир.

Часы в гостиной пробили полдень.

Мужчина остановился, сделал глубокий вдох и постарался загнать терзавшие его мысли как можно глубже. Он не должен показывать своё беспокойство.

Двери отворились. В кабинет вошел нанятый им маг, а следом за ним две женщины. Одна, с осветленными магией волосами, с легкой улыбкой и излишне глубоким вырезом на платье, несла на руках младенца. Крэйн. Его сын от любовницы, о которой никто не должен был узнать. Но кто-то все же проболтался. Вторая была его женой. И, демоны всех побери, как же разительно она отличалась! Ровная спина, серьезный взгляд, строгое платье, подобающе случаю. Даже из украшений на ней была лишь тонкая цепочка с медальоном – подарок отца. Она не захотела надеть ничего из шкатулки с подаренными мужем украшениями. За руку она держала их сына.

– Все готовы? – маг обвел взглядом собравшихся. – Сегодня мы собрались здесь, чтобы удостовериться в родственных связях Райана де Гедраэля и детей, – мужчина заглянул в свою папку. – Это мальчики, Крэйн и Кайлин.

Дальнейшее врезалось в память каждого из присутствующих на всю жизнь. Магия окутывала детей, сияя, меняя цвет, разделяясь на тонкие линии. Младенец заплакал. Кайлин же выглядел не по годам серьезным и не проронил ни слова. Только нахмурился, когда укутывавшая его магия сменила цвет с голубого на зелёный с красными прожилками.

Райан выругался. Блондинка довольно улыбнулась.

Даже без пояснений приглашенного мага все было понятно – Кай не был его ребёнком.

…

Высокая красивая женщина в простом, но элегантном платье, стояла на площадке возле особняка, держа за руку мальчика. Рядом с ними стояла небольшая сумка с вещами – им разрешили забрать только то, что было куплено на деньги ее отца. Все подарки, украшения и дорогие платья остались в комнате, куда уже собиралась въехать новая хозяйка дома.

– Мам, – Кай дёрнул женщину за руку, заставив оторвать взгляд от окна, где стоял ее муж. Бывший. – Куда мы поедем?

Она присела перед сыном, стараясь улыбнуться. Он был еще слишком мал, но она обязательно ему все расскажет. Расскажет, что пожертвовала сытой жизнью ради него. Ради его свободы. Ради его жизни, над которой в этом доме нависла неведомая угроза.

– Мы поедем к дедушке, сынок. Помнишь, я тебе про него рассказывала? – мальчик кивнул. – Он нас уже ждет. И все будет хорошо.

Женщина не выдержала и прижала к себе сына. Хотелось рыдать, но она держалась. Было страшно от неизвестности и сомнений, а правильно ли она поступила?

– И еще одно, – она отстранилась и взглянула в глаза сына. – Запомни, что теперь ты не Кайлин де Гедраэль, а Кайлин Нейман.

Подъехал экипаж. Кучер загрузил скромный багаж, дождался пока пассажиры усядутся и прикрикнул на лошадей. Пора.

В окне экипажа виднелось лицо мальчика, который смотрел назад. Он не понимал, что произошло, но знал, что в этот дом они с мамой не вернутся, а потому пытался его запомнить. Два этажа, белые стены, кое-где уже начавшие зарастать девичьим виноградом. Молодой сад, колонны с рельефом…

…

Кисть легко прошлась по узору на колонне. Кажется, там было что-то похожее. Парень отстранился. На сделанном на скорую руку мольберте висела картина. Дом и одиноко бредущий от него ребенок. Может он где-то и ошибся, прошло ведь немало лет, но кто тут, в Академии неприкаянных душ, мог бы его упрекнуть?

Позади скрипнула дверь.

– Кайлин Нейман, ты в очередной раз пропустил занятия! – в комнату зашел директор Элмерз. – Ну и что мне с тобой делать?

ГЛАВА 1.

Настоящее время

На пороге академии стоял парень. Весь в крови врагов и друзей, с рваной раной, видневшейся через порванную рубашку. За его спиной маячила взлохмаченная девушка, на перемазанном лице которой еще не высохли следы от слез.

Райан де Гедраэль тяжело вздохнул. Он узнал. Он словно посмотрел в зеркало, что показывало его же, только на несколько десятков лет моложе.

– Кай…

Он выдохнул, словно несколько букв дались ему тяжело, словно уже забыл, как произносится это имя.

Парень вздрогнул. Он даже хотел отступить назад, но сдержался. Мальчик, что боготворил этого мужчину, умер. А тот, кто стоял сейчас на пороге замка, был взрослым и сильным. И он не испугался произнести, выплюнуть одно слово, которое тоже старался забыть.

– Отец, – Кай сделал еще шаг вперёд и осмотрелся. Окраина города. Все такое знакомое и в тоже время непривычное. Неужели у них получилось? Они вернулись? – Что здесь произошло?

Четверо мужчин, что только благодаря с детства впитанной выдержке и умению держать лицо, все еще не выказывали удивления, переглянулись. Имело ли смысл хранить свою тайну и дальше? Первым решился Райан де Гедраэль.

– Нам надо поговорить. Мы войдем?

Кай задумался на секунду, а потом кивнул и указал на дверь, за которой толпились студенты. Они так и не решились выйти. Лишь Рэя робко выглянула на улицу, а на ее лице отразились сразу все возможные эмоции – страх, удивление, едва заметные радость и предвкушение. Но потом она застыла на мгновение и отшатнулась. Стало безумно любопытно, что же такого пришло ей в голову, что она не бросилась тут же на улицу и… домой?

Только сейчас Кай сообразил, что их общее приключение окончено. Они вернулись. Они все, те, за кем он, как мог, приглядывал все это время, могут просто разойтись по домам. И Академия неприкаянных душ перестанет существовать. И он тоже… свободен? Да, пожалуй. В этом мире хватает магов, хватает тех, кто разбирается в проблемах и демонах куда лучше, чем он. Хватает взрослых серьёзных людей, которые годами, а то и десятилетиями учились защищать мир от разных напастей. Он вдруг понял, что больше не нужен. Выполнил свою миссию, спас всех, кого смог. Пусть ошибался, пусть не был идеальным директором, но сделал все, что было в его силах. А теперь просто не нужен.

Воспоминания нахлынули непрошенной волной. С ним всегда так – он нужен только тогда, когда людям от него что-то требуется. Кай задержал дыхание на несколько секунд и убрал взлохмаченные волосы от лица. Не сейчас. Сначала надо разобраться во всем происходящем.

Когда мужчины, а вместе с Каем их стало пятеро, вошли в замок, все расступились. В первых рядах стояли преподаватели, чуть дальше – студенты. Но во всех глазах читался немой вопрос – неужели это все правда?

– Куда? – Райан осмотрелся в замке, чуть заметно сморщился при виде толпы людей, но сдержался.

– Пойдемте в мой кабинет. Профессор Риалон… – Кай поискал глазами призрака бывшего директора, но не увидел, – вы не видели профессора Элмерза?

Женщина, даже сейчас, со следами копоти на лице и сбившейся причёской, выглядевшая величественно, помотала головой.

– Я присмотрю за студентами, директор Нейман. Если увижу профессора, я ему передам, что вы его искали.

Кай кивнул и прошел к лестнице, краем глаза заметив удивленные взгляды переглянувшихся мужчин.

– Не хотите рассказать, как вы так вовремя оказались в нужном месте? Как вы узнали, что произойдет?

Мужчины как раз расселись в кабинете директора. Не в тех комнатах, куда Рэя умудрилась зайти в первый же день, а именно в кабинете. Кай редко им пользовался, вообще недолюбливая всю бумажную работу, что на него пыталась возложить Амбра Риалон, предпочитая сбегать к разлому и делать хоть что-то более полезное. Но сейчас, чтобы хотя бы внешне оставаться хозяином положения, не было лучшего места.

Мужчины же, из которых он знал только того, кто до семи лет считался его отцом, переглянулись. Один из них, невысокий и изрядно раздавшийся вширь, вдруг улыбнулся.

– Райан, до меня только дошло! – он протянул руку, видимо, хотел тронуть друга за рукав, но наткнулся на строгий взгляд. – Да брось! Он же вылитая твоя копия! Тут никакой магии не надо, все итак видно. Кайлин де Гедраэль, кто бы мог подумать…

– Меня зовут Кайлин Нейман. А вот вы так и не представились.

– Родерик Мавенсон, к вашим услугам, – он картинно склонил голову, не вставая с кресла. – Райан, мне кажется, скрывать все просто не имеет смысла. С утра появится куча желающих узнать, откуда посреди города взялся замок.

Райан де Гедраэль молчал. Он не отрываясь смотрел в темноту за окном, и можно было только предположить, о чем он думал. Может, о том, сколько времени потерял не общаясь с сыном? Или о том, почему же жена ему соврала? А может…. Впрочем, это не так важно. Сам он ни за что не признался бы в этом, даже под пытками.

– Предлагаю честный обмен, – когда все уже почти отчаялись дождаться ответа, мужчина встал и подошел к окну. Там, за стеклом, спал город, еще не догадываясь о нависшей над ним опасности. – Ты рассказываешь нам, что с вами произошло, а мы заполним пробелы. Завтра утром от нас всех потребуют ответов, так что есть ночь, чтобы для начала разобраться самим.

Кай вкратце рассказал, что происходило в академии. Он знал далеко не все, мог описать лишь те события, что ему довелось наблюдать. На большинство вопросов он не знал ответа. Зато эту часть истории знали мужчины. Кайлин Нейман замер в кресле, боясь спугнуть свою удачу или пропустить хоть слово. Ему представился шанс узнать все, что скрывала своим существованием Академия неприкаянных душ.

Началось все больше трехсот лет назад.

Магия была до конца не изучена, как и ее последствия. Чтобы хоть как-то организовать процесс создания новых заклинаний, а заодно уберечь необученных магов от экспериментов был создан ковен. Сотня сильнейших, собранных со всей Версии, были призваны, наконец, создать академии для обучения магов и контроля над ними. До того момента все знания передавались лишь личным ученикам и те, кто не смог найти наставника отчаивались, пытались учиться самостоятельно и часто погибали во время неудачных экспериментов.

Еще в академиях должны были изучать саму магию и ее возможности. Используя опыт, которым теперь предстояло делиться, магам удалось создать множество полезных заклинаний и артефактов, в том числе и камни переноса. А безграничные возможности и вседозволенность всегда приводят к хаосу.

Двое магов совершили важное открытие, но скрыли это от остальных. Они, используя технологию порталов, сумели приоткрыть завесу между мирами. Это была лишь крошечная лазейка, и им казалось, что, используя магию того мира, они ничего не испортят.

Это был Ториум. Мир заблудших душ. Мир, где сила магии возрастает. И даже через крошечную щель между двумя мирами, маги смогли увеличить свой резерв, получили доступ к источнику новых возможностей. И отказались делиться этим знанием с ковеном.

Но великая сила попала не в те руки. Со временем, став одними из сильнейших магов, они начали требовать все больше власти, перестали считаться с остальными членами ковена, преступали закон. Маги объединились, чтобы призвать отступников к ответственности, заставить их понести наказание за учиненные ими злодеяния. Но безрезультатно. Слишком большая сила была сосредоточена в их руках.

К тому времени уже удалось узнать, как именно они смогли усилить свои способности. И на очередном собрании, когда было объявлено сколько магов погибло, пытаясь усмирить отступников, было предложено решение. Отчасти – жестокое, отчасти – необходимое для защиты мира.

Шесть человек прибыли в академию, откуда взбунтовавшиеся маги смогли открыть доступ к энергиям другого мира. Это были лучшие из лучших, сумевшие составить ритуал, который должен был или спасти всех, или окончательно погубить.

Магов-отступников загнали в ловушку. Они оказались в том же городе, хотя и верили, что прибыли туда за могущественным артефактом. Он действительно существовал, и благодаря ему удалось пленить одного из предателей. Второй же, поняв, что его заманили, взбесился. Но было слишком поздно – ритуал уже начался, граница между мирами покрылась трещинами, и Ториум притягивал все, что по праву принадлежало ему. Души умерших и душу мага, что была пропитана силой мира мёртвых.

Шестеро магов принесли себя в жертву. Они добровольно отдали жизни, чтобы открыть проход в Ториум и увести за собой уже не человека, демона. Мир раскололся. Выброс магии был такой силы, что перенеслись не только души людей, но и замок, где проводили ритуал. Он стал своеобразной печатью, скреплявшей разрыв в границе и не выпуская никого обратно.

Так Академия оказалась в Ториуме, вместе с первыми жильцами. Хотя здесь, наверху, маги считали, что путь погибших магов был окончен. Единственное, что предстояло делать выжившим и наследникам тех, кто принес себя в жертву – раз в столетие проводить тот ритуал, чтобы вновь скрепить границы.

О произошедшем той ночью решили умолчать. Пропавший замок списали на неудавшийся эксперимент, что подтвердилось творившимся в ту ночь безумием – красные молнии разрушили множество домов, но все улеглось, как только ритуал был окончен.

Правда была надежно спрятана под клятвами о молчании, но передавалась по наследству тем, кто был подходящей крови. Граница миров должна была охраняться, что бы не случилось. Кровь шести участников ритуала должна была неизменно пролиться.

– Но вас четверо.

Кай дослушал историю, рассказанную Райаном, пытаясь поверить в ее реальность. Неужели возможно было все это утаивать на протяжении стольких лет? И зачем?

Райан де Гедраэль, все также стоявший у окна, наконец, повернулся. По его лицу скользнула грустная усмешка, но спустя мгновение пропала.

– Так сложилось.

– Где еще двое?

Тяжелое молчание прерывалось только дыханием и звуками дождя, что начинал накрапывать за окном.

– Один недавно погиб. Глупая случайность к которой никто не был готов. А его сын оказался еще слишком мал, чтобы принять на себя такую ответственность. Да и он даже не знает обо всем, Рик не успел ему рассказать. У нас не было выбора, только попытаться провести ритуал вот так, – Родерик развёл руками, чуть не задев сидевшего рядом высокого мужчину. Тот все время молчал, словно происходящее его вовсе не касалось.

– А шестой участник? – Кай пытался найти какой-то подвох в их словах, повод им не верить или хотя бы поставить под сомнение их рассказ.

– Шестая. Одним из участников ритуала всегда была женщина. Не могу сказать, с чем это связано, но у наследниц той, что добровольно отдала свою жизнь, рождались только девочки.

– Мне все надо из вас вытягивать? – Кай откинулся на спинку кресла. Он злился. На себя, за те эмоции, что сейчас бушевали внутри. На этих непутевых заговорщиков, что даже один ритуал в сотню лет не смогли провести нормально. – Напомню, это вам завтра предстоит объясняться во что вы всех нас втянули. У меня ползамка подростков, которые непременно расскажут родителям о случившемся. И только я могу поддержать вашу историю, и то, если поверю в ее реальность.

– Райэль де Морель.

Знакомое имя резануло слух.

– И что с ней?

– Она должна была быть шестым участником ритуала.

– Да она вообще не знает обо всем этом!

Райан окинул взглядом кабинет в поисках чего-то, на чем можно быть сорвать злость. Но не было ни вина, ни даже стакана с водой. Потому он бессильно сжал кулак, а потом, вновь отвернувшись и не желая смотреть в глаза сына, произнес.

– Одна из ее дальних родственниц столетие назад отказалась принимать участие в ритуале. Не знаю, на что старая карга рассчитывала, но запретила втягивать ее «девочек» в это все. Но кровь была нужна … – Райан тяжело вздохнул, – поэтому кому-то из членов ордена приходилось брать их в жены. Так можно было если не привлечь их к ритуалу, так хотя бы получить кровь. До этого момента все срабатывало. Мы научились определять, в ком больше всего необходимой магии и устраивали договорные браки.

– Так ты поэтому устроил помолвку? Чтобы использовать девочку без ее ведома?

– А что тут такого? – де Гедраэль усмехнулся. – Получить в мужья моего сына намного ценнее кубка крови. С их-то материальными проблемами, они должны были молиться на нас за такую возможность.

– И что же пошло не так? – Кай, которому тема разговора нравилась все меньше, зло усмехнулся. Он ведь знал. Знал, что его мать сбежала от мужа-тирана. Что-то изменилось бы, расскажи он ей правду? Кто знает. Но гордость и забота о сыне не позволили женщине остаться в доме с этим человеком. Она лишилась всего, чтобы уберечь своего ребенка от предначертанной ему неизвестной участи.

– Твоя мать обманом выкрала тебя и сбежала! – мужчина буквально выплюнул слова, не сдержал злость и ударил кулаком в стену.

– А как же второй наследник? Ты ведь только ради этого сделал себе «запасного» сына. Как раз на случай, если первый окажется бракованным или с ним что-то случится.

– Крэйн… Все бы сложилось, не будь эта девка такой упрямой! Она что, в правду надеялась, что он будет хранить ей верность? Чем-то она напоминает твою мать, такая же…

– Не смей о ней говорить! – Кай подскочил и в одно мгновение оказался лицом к лицу с отцом. – Она была чудесным человеком, и была верна тебе! Пока ты…

– Была?

Пришла очередь Райана отшатнуться. Они были практически одного роста, и смотреть на взрослого сына было почти как смотреться в зеркало и видеть себя. Лицо, искаженное злостью. Только Кай злился не на мать, а готов был защищать ее честь, даже если придется выступить против собственного отца. Их ребенок смог дать ей то, чего не смог муж. Защиту. Уверенность, что ее не предадут. Райан отшатнулся.

– Она умерла. И ты не посмеешь опорочить ее честь, как когда-то сломал ей жизнь.

– Хватит. Я думаю, – Родерик поднялся с кресла, и втиснулся между мужчинами, – у вас еще будет время пообщаться и наверстать упущенное время. А пока, нам надо обсудить то, что случилось и что мы с этим будем делать.

ГЛАВА 2

Темноту за окном прорезала вспышка молнии. Самая обычная, осветившая окраину города холодным светом, хотя Рэя все еще не верила в случившееся и ждала, что мир вновь окрасится в красный.

Девушка стояла так уже с полчаса – застывшей тонкой фигурой, обхватившей себя руками и неотрывно смотрящей в окно. Не было ни радости, ни сожаления. Спроси ее, насколько было холодно – она бы не смогла ответить. Рэя мечтала вернуться домой, а теперь отказывалась принимать, что ей это удалось. Навалившаяся усталость, казалось, легла на ее плечи каменным грузом. Рэя боялась. Боялась, что стоит ей отойти от окна, и мир исчезнет.

Время давно перевалило за полночь, хотя только недавно в академии наступила относительная тишина. Когда замок переместился и все, наконец, поняли, где оказались, началась жуткая паника. Студенты успокоились только, когда профессор Риалон попросила всех разойтись по своим комнатам, а потому девушка даже не представляла, что там творится и что их ждёт дальше. И даже поделиться сомнениями было не с кем. Диана, Майлз… Что с ними будет?

В дверь постучали.

– Да?

Заглянула девушка, что жила в одной из соседних комнат.

– Тебя зовут.

– Слушай, – Рэя вышла вслед за девушкой, – что там происходит?

– Профессор отправила весточки родителям тех студентов, что жили где-то поблизости. А я просто зову тех, кого она просит, – девушка пожала плечами. – Сама-то я не отсюда, но я так рада, что смогу вернуться домой!

Она легонько тронула Рэю за локоть, улыбнулась и кивнула в сторону холла.

– Тебе туда.

В холле девушку встретили несколько преподавателей, но Кая среди них не было видно. Неужели она правда уедет домой? И даже не попрощается?

К дверям академии подъехал экипаж, запряженный тройкой гнедых лошадей. Кучер в широкополой шляпе, с которой лилась вода, шустро спешился и открыл дверь. Сначала показался мужчина. Было видно лишь, что он высокий и широкоплечий – все остальное скрывал плащ с накинутым капюшоном. Мужчина вышел и протянул руку выглянувшей за ним женщине – из-под небрежно наброшенной накидки виднелся подол светлого платья.

Эти двое, придерживая капюшоны и спасаясь от ливня, быстро прошли ко входу в академию. Хлопнула дверь. Резкий звук заставил Рэю вздрогнуть и обернуться.

– Райэль?

Вошедшие замерли, не веря своим глазам.

– Мама? – девушка не сдвинулась с места.

Женщина скинула мокрую накидку прямо на пол, оставшись в светло-голубом платье с пышным подолом и глубоким вырезом. Каштановые волосы, хоть и немного намокли, были уложены в высокую прическу.

– Девочка моя! – женщина кинулась вперёд, и Рэя оказалась стиснута в объятиях и укутана облаком терпких духов. – Это и правда ты!

– Мама…

Рэя уткнулась лицом в такое родное плечо. Как же стало хорошо! Тепло, уютно. Как дома.

Впрочем, почему как?

…

Месяц пролетел незаметно.

Сначала в городе была паника – еще бы, из ниоткуда появилась целая академия! Затем пошли сплетни. Предполагали разное – начиная от происков столичных магов, заканчивая концом света.

Больше всего народ пугали студенты. Все понимали, что им пришлось вернуться из мира мёртвых, но… Как? Зачем? Не опасны ли они? Впрочем, Рэя всего этого практически не замечала. Она слышала лишь перешептывания прислуги в доме родителей, но никто не осмеливался сказать ей что-то в лицо. А никого, кроме домочадцев, она и не видела. Большую часть времени провела дома, мама не отходила от нее ни на шаг, а отец лишь бросал сочувствующие взгляды. Но тоже молчал.

Сначала девушку все устраивало. Она наконец-то спала в теплой постели и почти перестала вздрагивать, если за окном бушевала гроза. Ведь если молнии не отливают алым, они не так уж страшны, верно? Тем более, все забывается. Непогода вновь становилась лишь поводом для головной боли у мамы и грозила промокшим платьем, если Рэя выходила с книгой в беседку в саду.

Сгладились воспоминания, стирая страх и безысходность. И только крошечный червячок сомнения, поселившийся в душе еще там, в Ториуме, никак не желал исчезать. Что же они выпустили в этот мир? Что случилось с ее одногруппниками? Как там Диана, Майлз? Кай?

– Считай, что это было всего лишь не самое удачное приключение. Главное – ты цела, Райэль. А все остальное обязательно забудется. Сегодня вот придёт портниха, обещала нам показать новые фасоны платьев. Их уже вовсю носят в столице, а в нашем захолустье еще даже не видели! Там такие кружева…

Они всей семьей завтракали в столовой. Из окна на белоснежную скатерть падали солнечные лучи, играли в хрустальных бокалах и словно поддерживали разговор о том, что жизнь прекрасна. Звон столовых приборов сменялся очередной фразой о том, что Рэя похудела или слишком бледная сегодня и надо ее обязательно отправить на пару недель к тётушке в поместье. Ведь свежий воздух творит чудеса. Да и осень близится, надо успеть застать хорошую погоду.

Рэя все слушала, кивала, соглашаясь, но сама словно была не здесь. Она вообще последнее время становилась все тише, бесцельно слонялась по дому или спала. Изредка мелькали мысли, что может стоит сорваться с места и сходить взглянуть на академию? Хотя бы, чтобы убедиться, что это все не было слишком навязчивым сном. Но родители даже слушать об этом не хотели, а у Рэи не было особых сил или желания сопротивляться.

Вот и сейчас, она поднесла к губам стакан с яблочным соком, сделала глоток и решила не спорить. Свежий воздух, так свежий воздух. Кому он когда-то вредил? Впрочем… Тот самый противный червячок встрепенулся в дремлющей душе девушки. С каких пор она так послушна? Да еще и мама замолчала на полуслове, пристально вглядываясь в янтарный напиток в руке дочери.

– Вы мне что-то подсыпаете?

Слова вырвались сами. То ли глупая шальная мысль воспользовалась моментом и сорвалась с губ. То ли повисшая в столовой тишина слишком напомнила ее первый обед в академии. А может и все сразу.

Зато от одной брошенной фразы молчание разбилось вдребезги. Серебряная ложечка звонко стукнула о тарелку с недоеденным десертом. Скрипнула дверь, за которой скрылась экономка. А взгляд, которым обменялись родители, словно с громким хлопком разрезал привычное уже вязкое спокойствие.

– Райэль, что ты такое говоришь?! – после секундной заминки мама вскочила на ноги, чуть не опрокинув стул. Красивое домашнее платье (в котором впору было совершать послеобеденные прогулки в парке, а не завтракать в кругу семьи) струилось по стройной фигуре, переливалось атласным блеском… Рэя мотнула головой.

Ее опять тянуло в привычное уже дремотное состояние. Слова матери она пропустила мимо ушей – иногда секундный взгляд говорит куда больше самых красноречивых фраз.

– Зачем? – девушка отодвинула от себя стакан с едва пригубленным соком. И рука почти не дрогнула.

– Рэя, послушай, – заговорил отец. Впервые за последний месяц он казался серьёзным и собранным. – Все оказалось куда сложнее, чем мы думали. И у нас было как минимум две причины, чтобы дать тебе немного успокоительного.

– Немного?! Вы серьёзно? Что вы себе позволяете? Я не маленькая девочка, которой можно что-то запрещать! А чтобы вот так, тайком… Я от вас не ожидала.

– Ты не понимаешь… – мужчина сморщился, на лбу появилась глубокая морщинка, как бы напоминая, что он повидал на своём веку куда больше, чем его дочь. – Это для твоего же блага. Когда мы тебя забрали оттуда… Ты была взволнована. Твердила об угрозе, о какой-то Диане, говорила, что обязательно нужно попытаться ей помочь.

– И что в этом такого страшного, что меня надо было опоить?

– Для всего этого есть специальные люди, а не вчерашние студентки. К тому же, все итак недовольны. Напуганы. Тех, кто вернулся оттуда проверяют, следят за ними. Мне удалось договориться с отцом Крэйна, чтобы ты находилась дома. Под мою ответственность и, исключительно, под действием успокоительных.

– Я даже не могу выйти из дома? Вы считаете, что я опасна?

– Рэя, милая… – мама обошла стол и, стоя за спиной, положила руку на плечо девушки. Пальцы едва заметно подрагивали. – Это для твоей же безопасности. Академия самоубийц не даром так называется. И мы с отцом очень переживаем за тебя. Я не хочу чтобы с тобой снова что-то случилось.

– А меня вы спросили?! Я же говорила, что у меня и в мыслях не было!…

– Девочка моя, поверь мне, я понимаю, что ссора с женихом сильно подорвала твою веру в себя. Все ссорятся, мы с твоим отцом тоже не всегда можем найти общий язык.

Рэя сбросила руку с плеча и встала. От резкого движения голова немного закружилась, но девушка теперь понимала – это лишь эффект успокоительного. Интересно, чем ее напоили?

– Вы меня вообще слышите? Мы с Крэйном не поругались. Мы расстались! И это, демон его побери, было в прошлой жизни! Сейчас мне абсолютно плевать на этого козла!

– Как ты выражаешься! Кошмар! – женщина отпрянула, словно Рэя не выругалась, а буквально вызвала демона в сияющую чистотой столовую. Девушка в ответ лишь усмехнулась. Был у нее один учитель, который подобные выражения и ругательством бы не назвал. Так, детский лепет.

– Я не останусь в этом доме ни на минуту. И мне плевать, кто там что говорит.

Хлопнула дверь. Где-то там, в глубине все также ярко освещенной солнцем столовой остались не проронившие в ответ ни слова родители.

Улица встретила Рэю запахом свежей выпечки и свободы. Возможно, она как раз не успела выпить с соком привычную порцию успокоительного, и теперь все звуки и запахи казались ярче, четче и притягательнее. Длинное платье шуршало под стать зеленеющим кронам деревьев, шаги отдавались от начищенной брусчатки, а косые взгляды прохожих лишь убеждали девушку в том, что она все сделала правильно.

Она – не сумасшедшая. Академия – не плод ее больной фантазии. А значит, демон тоже существует. И где-то там ее ждет Диана, которую она ни за что не оставит на произвол судьбы. Там, в Ториуме, она дала себе обещание. И выполнит его не смотря ни на что.

Впрочем, чем ближе к окраинам города подходила Рэя, тем сильнее нарастала невнятная тревога. Девушка ловила на себе косые взгляды, словно каждый пекарь и извозчик знал ее в лицо и стремился избежать встречи. Она даже обернулась пару раз в надежде, что все они смотрят не на нее. Но нет. На этой стороне улицы больше никого не было. Будто прокаженная, оставляя за собой только пустые тротуары и резко захлопывающиеся ставни, с бешенно колотящимся сердцем, девушка ускорилась. Хотелось убежать, спрятаться за тяжелыми дверьми, скрыться от ненавидящих взглядов.

Терзаемая мыслями, что же она такого сделала, почти бегом, она, наконец, добралась до места. Когда-то, еще когда Рэя только вернулась в город после успешного окончания учебы, довольная и лелеющая мечты о светлом будущем, она гуляла по небольшим магазинам, расположившимся в этом районе. На пустыре по выходным располагалась шумная ярмарка, приманивавшая покупателей ароматами сладостей и обещанием скидок. И как же все это отличалось от увиденного девушкой!

Бывший пустырь, сейчас весь искореженный и усыпанный заплатками из серой безжизненной земли, стал пристанищем для Академии неприкаянных душ. Но не было ни света в окнах, ни звуков неудачно проведенных экспериментов студентов, ни жизни вокруг. Магазины были закрыты, пекарни не радовали ароматом выпечки, и даже хулиганы не покусились на застекленные окна.

Все боялись.

Боялись студентов. Боялись неизвестности. Боялись того, что могло принести появление в размеренной жизни небольшого города академии из другого мира.

Рэя замерла. С ее места замок просматривался прекрасно – каждая трещина в стене, каждый отколовшийся кусочек камня, каждое пятно на обветшавший стенах. Странно, что она никогда не останавливалась чтобы вот так, не спеша, рассмотреть место, где провела столько времени. Всегда было некогда. Были трудности, занятия, друзья. Рэя поёжилась. Внезапно накатили всеобъемлющая тоска и чувство одиночества. Пришлось встряхнуть головой, чтобы отогнать наваждение.

Спину ровнее, голову выше. Что такого страшного ее может ждать, если она уже умирала? Желание узнать, что произошло с ее друзьями перевесило страх и неуверенность.

И Рэя шагнула вперёд.

ГЛАВА 3

Академия встретила девушку распахнутыми дверьми. На мгновение вдруг захотелось сбежать, вернуться домой к зыбкому болоту неведения, но Рэя сдержалась.

Внутри было тихо и пусто. Оставшийся после битвы бардак никто и не думал убирать – лестничные перила были покрыты слоем пыли. Шаги эхом отдавались от стен, но никто не вышел навстречу.

Рэя неспешно прошлась по пустому холлу, поднялась на второй этаж. Замерла перед дверью в свою комнату. Ее ли? Или теперь, после возвращения, это была лишь старая потрескавшаяся дверь в замке, к которому Рэя не имела никакого отношения?

Петли тихонько скрипнули.

Внутри ничего не изменилось – даже ее тетрадь так и лежала на столе, раскрытая на одном из конспектов.

– Что ты здесь делаешь?

Девушка дёрнулась от раздавшегося за спиной голоса. Обернулась, ожидая увидеть кого угодно, начиная с магов, приставленных охранять замок, заканчивая какой-нибудь тварью из другого мира.

Кай.

Мужчина осунулся, темные волосы в беспорядке разметались по плечам, на щеке красовалась почти зажившая царапина. Лишь живой, строгий взгляд ничуть не изменился. Словно не было того месяца, проведенного взабытьи. И Рэя находилась именно там, где и должна быть.

Повинуясь порыву, девушка шагнула вперёд и, обняв за шею, уткнулась мужчине в плечо. Рубашка пахла горькими травами, немного дымом и чем-то еще – привычным и уютным.

Сначала Кай дёрнулся, будто хотел отстраниться. Но через мгновение мужская рука осторожно легла на тонкую девичью талию.

– И зачем тебя принесло обратно, непутёвая?

В голосе больше не чувствовалось напряжение, лишь усталость и непонимание.

– Ты мне должен.

Рэя отстранилась. Резко почувствовались холод и сырость старого замка.

– Это когда я успел тебе задолжать? – Девушке нравилось наблюдать как удивление на лице мужчины сменялось пониманием, а потом и легкой усмешкой. – Только не говори, что вернулась из любопытства. Ты не настолько глупа.

– Ты обещал, – Рэя пожала плечами. – Мы пережили ту ночь, а значит я могу узнать историю картины.

Взгляд Кая устремился куда-то за спину девушки. Она уже решила, что он сейчас откажется, не примет правила игры и ей придется пробиваться сквозь стену его упрямства. Но нет. Он почти искренне улыбнулся.

– Только при одном условии.

– Что?! Мы так не договаривались!

– Так и ты пришла за ответом только через месяц. Впрочем, – Кай вдруг повернулся спиной и вышел из комнаты. Послышались удаляющиеся шаги, а потому, чтобы расслышать продолжение, девушке пришлось последовать за ним. – Впрочем, ты всегда можешь просто уйти домой. Теперь ответ уже не имеет никакого значения.

Ну уж нет!

Молча, что в общем-то нисколько не мешало Рэе злиться на него, Кай поднялся на верхний этаж. Дверь в его кабинет была приоткрыта. Бумаги все также разбросаны по всем поверхностям, а сверху покрыты пылью. Только картина с одиноким, уходящим вдаль от идеально белого дома мальчиком, отличалась блестящей рамой.

– Ты никогда не отступаешь? Всегда добиваешься своего, да?

Рэе может и хотелось бы ответить утвердительно, но…

– Я еще ничего не добилась. Иногда мне кажется, что меня как раз таки никто не воспринимает всерьёз. Жених – использовал, родители – опоили, да вот даже директор академии свое слово не держит, – Рэя хмыкнула и облокотилась на край стола.

– Что значит опоили?

– Нет уж, сначала твоя история, потом моя.

Кай задумался, а потом кивнул на балкон, где когда-то давно (в прошлой жизни?) Рэя впервые его встретила. Только сейчас вместо растений в горшках стояли засохшие, искорёженные останки.

– Они не пережили переход, – Кай уселся в кресло, кивнув девушке на соседнее. – Другой мир и огромный выброс энергии сделали свое дело. Так зачем ты пришла? – он резко повернулся, заставив Рэю замереть под серьезным взглядом. – Ты дома. Родители, сытая жизнь, будущее. Ты же рвалась оттуда выбраться.

– Знаешь, как-то глупо. Но мне не хватает всего этого. Цели, стремления, движения. Последний месяц я провела под действием каких-то трав. Как зомби, честно. Или как замороженная лягушка. Все казалось правильным, милым, спокойным. Никаких проблем.

– Разве это плохо?

– Наверное, нет. Только если это именно твое спокойствие, а не навязанное. Я ведь переживаю за Диану. Да, демоны, даже за Майлза! И при этом даже не шевельнулась, чтобы узнать, что с ними.

– А за меня значит не переживала, да? Ну спасибо.

Кай говорил не всерьёз. Рэя всего пару раз видела его таким, не ожидающим подвоха и удара в спину.

– Я даже за себя была не в состоянии переживать! Так где история-то? Что за мальчик?

Она уже думала, что мужчина откажется говорить. Причина ее возвращения ведь была не в том, чтобы что-то с него требовать. Но тот уговор… Он был частью прошлой жизни. Еще одной вешкой, доказывающей, что все это не пригрезилось. Но Кай заговорил. Медленно, нехотя. Уставившись на город, который жил своей жизнью и старался вычеркнуть из нее вернувшихся с того света.

История была стара как мир. Он, она и ребенок, который пострадал из-за того, что взрослые не умеют разговаривать и прячут свои сомнения за маской уверенности. А что Кай упустил, что Рэя должна была стать его невестой – это ж мелочи, верно? Смущало только одно…

– Погоди, – Рэя даже приподнялась на кресле, – значит ты – брат Крэйна?! Серьёзно?

– Тебя только это смущает, да?

– Но, демоны, это ж какой-то абсурд! Вы не можете быть родственниками!

Кай только усмехнулся.

– Почему же? У нас общий отец, верно. Хоть мы даже не знакомы, но ведь это не отменяет родства. Поэтому дом тебе и казался знакомым – ты была в гостях у своего жениха.

– Он мне не жених!

– Говори себе это почаще. Вот только…

Договорить он не успел. Внизу, возле входа в академию, послышались мужские голоса.

– Помнишь про условие? – Кай вдруг весь подобрался, прислушиваясь. Куда-то в миг испарилось выражение спокойствия с его лица, сменившись поджатыми губами и строгим взглядом. – Что бы тебе ни говорили, не верь. И ни на что не соглашайся, поняла? Даже если будут обещать все блага мира, Рэя, прошу – не вздумай идти у них на поводу.

– Кай, что происходит? – девушка вслед за ним поднялась, не понимая, что ей делать и о чем он говорит.

– Пока просто поверь. Эти старые интриганы найдут твое слабое место, и будут стараться получить свое. Понятия не имею, что они задумали – тебе придётся просто довериться мне.

Рэя кивнула. Она по-прежнему не понимала о ком и о чем он говорил, но Кай ее еще не подводил и поводов ему не верить не было. Если выбирать между незнакомыми мужчинами, чьи голоса уже слышались на лестнице, и Каем – она выбирала его.

– Райэль де Морэль, – громоподобный голос раздавался, казалось, сразу отовсюду, – вы обвиняетесь в попытке побега и будете доставлены в здание мэрии до выяснения всех обстоятельств.

На площадку балкона вышли четверо. Двое точно были магами и явно этим гордились – длинные, даже на вид ужасно тяжелые плащи с золочёной вышивкой, пальцы в перстнях и вычурные, громоздкие амулеты на груди не давали просочиться и тени сомнения. А вот двое оставшихся скорее были стражниками – вооружённые, в кожаных доспехах и с тяжёлым взглядом.

Рэе не дали сказать и слова. Накинули на запястья магические браслеты, заявили, что все, что желает – она выскажет уже на месте, и потащили к выходу. Девушка бросала умоляющие взгляды на директора, но Кай стоял, скрестив руки на груди, и только едва слышно, так, что Рэя скорее догадалась, а не действительно расслышала, сказал:

– Верь мне.

Но, когда странная прецессия уже вышла из замка и направилась к двум экипажам, что стояли поодаль от самой академии (лошади волновались, били копытом, поднимая небольшие облачка серой пыли, и так и норовили сбежать подальше от этого странного места), один из сопровождающих остановился и обернулся к следующему за ними Каю.

– Вы с нами не едете, – мужчина сморщился, словно сама мысль разговаривать с кем-то, ниже него по рангу, была ему противна. – Нам нужна только де Морэль.

Вот только в этот момент Рэе стало по-настоящему страшно. Она поедет одна? Куда? Зачем? Что от нее хотят? Что с ней собираются сделать? Там, в академии, рядом с Каем, это все было не так важно. Он же рядом, значит в обиду не даст. Но ехать одной с незнакомыми магами неизвестно куда…

– Я одна с вами не поеду! – девушка дёрнулась, попыталась отстраниться от сопровождавшего ее стражника, но путы на запястьях налились красным светом и сжали тонкую кожу.

– А вас, – маг обернулся к ней, пренебрежительно прошёлся взглядом по домашнему платью, сморщился от вида распущенных и уже порядком растрепанных волос, – никто не спрашивал. Сажайте ее в экипаж, нас ждут.

Рэя бросила умоляющий взгляд на Кая. Она же на него рассчитывала! Он сказал довериться, а теперь ей предстоит ехать демоны знают куда!

Впрочем, Как на ее взволнованный взгляд ответил лишь небольшим кивком. А потом шагнул почти вплотную к преградившему ему дорогу магу, внезапно оказавшись почти на полголовы выше него. Следующие слова он произнёс тихо, но так, что мурашки пробежали по коже.

– Имя – Райан де Гэдраэль – вам о чем-то говорит? – маг ощутимо вздрогнул, и повнимательнее присмотрелся к стояшему перед ним парню. – Вы сейчас собираетесь помешать мне поехать с вами, я верно понял? – Кай говорил медленно, растягивая слова. – Я уверен, что помимо его статуса, вы наслышаны о его скверном характере и вспыльчивости. Поверьте, его сыну это передалось в не меньшей степени. И у вас есть все шансы оказаться в ссоре не только с моим отцом, но и со мной.

Повисшее молчание прерывало лишь недовольное фырканье лошадей. Им натерпелась убраться подальше, сбежать, вот только глупые люди почему-то так и стояли, смотря друг на друга и не двигаясь с места. И чего они там не видели?

На лице мага читалось сомнение. Как бы он сейчас не поступил, велик был шанс остаться крайним. Можно оставить этого наглого парня тут, но он, вот демоны, был абсолютно прав насчет вспыльчивости де Гедраэля. Даже если парень в наглую врал, вешать на себя эту проблему мужчине не хотелось.

– Садись, – он кивнул Каю на один из экипажей. – Пусть они там сами разбираются, кто ты такой, и откуда у тебя столько наглости, чтобы приплести себя к роду де Гедраэля. В одном ты прав, характер у него скверный. Так что, ты сам напросился.

Кай только усмехнулся и украдкой подмигнул Рэе. О характере «отца» от знал куда больше других. Но сейчас важнее было не дать ему втянуть девушку в интриги. А в том, что он что-то задумал, Кай не сомневался ни на грамм. Не спроста было это затишье. Не спроста ее опоили, пусть и под каким-то вымышленным благим предлогом. И не спроста Рэю оставили напоследок.

Всех остальных студентов проверили практически сразу. Были магические тесты, целители, долгие нудные разговоры. За ними неделями наблюдали, но не нашли ничего подозрительного. Лишь ее почему-то оставили в покое.

Кай ходил к дому де Морэль. Нет, он не думал зайти поздороваться, ни к чему. Но совершенно случайно познакомился в лавке булочника с одной молодой служанкой. Случайно же разговор зашел о самом важном событии за последние время – о появившейся академии. Ну и как девчонка могла умолчать, что работает в доме, где держат одну из студенток? Не силой, нет. Но пичкают успокоительными травами, якобы случайно не дают проведать друзей, не говорят, что творится в городе. Прислуге же под угрозой увольнения запретили с ней разговаривать.

Кай узнал все, что хотел. У его отца явно были планы на Рэю, но он еще не понимал, какие. Он рассчитывал, что у него есть немного времени, чтобы разобраться, но Рэя, кто бы сомневался, спутала все карты. Сбежала в академию. Заявлять о своем родстве он не собирался, но иначе не удалось бы остаться с ней рядом. А он уже пообещал себе, что не даст втянуть ее в игры старых интриганов. Не для того они выбрались из Ториума, чтобы тут стать заложниками обстоятельств.

Лошади тронулись с места.

Шесть человек в двух экипажах думали каждый о своем. Кто-то волновался, что его ждет. Кто-то обдумывал, как использовать новую информацию – парень-то, действительно как две капли воды был похож на де Гэдраэля в молодости. А кто-то просто смотрел в окно и понимал, что ни капли не скучал по этому городу.

ГЛАВА 4

В мэрии было тихо. Когда-то Рэя хотела тут работать. Помощник городского мага – престижно же. Плюс, это был бы показатель, что она действительно чего-то стоит, как маг, а не просто как жена аристократа. Сейчас же тут было зябко и неуютно. Ходили стражники, изредка хлопали двери кабинетов, за которыми почти не было слышно голосов. Больше было похоже на тюрьму, а не на центр оживлённого города. Мороз по коже.

Девушку завели в один из кабинетов, где стояли только стол, полупустой шкаф, несколько удобных на вид кресел и журнальный столик с графином воды. И оставили одну.

Минуты тянулись долго. Рэя успела рассмотреть из окна вид на площадь с якобы случайно прогуливавшимися там стражниками, темно бордовые шторы с обтрепавшимися краями и даже корешки нескольких книг с ужасно скучными названиями. Она даже разок попыталась выглянуть в коридор, но, разумеется, дверь была заперта.

Когда терпение было уже на исходе, а желание стучаться в двери и кричать, чтобы ее выпустили стало почти нестерпимым, дверь распахнулась.

– Я тут чуть с ума не сошла! Сколько можно меня здесь держать?! – Рэя едва не кинулась на первого вошедшего в кабинет мужчину, но запнулась, даже не успев договорить.

Райан де Гедраэль. Ее несостоявшийся… свекр? Родственник? Второй отец? Девушка никогда не была сильна в обозначениях родственных связей. Вечно все эти названия путались в голове, а шансы попасть в неловкую ситуацию из-за глупой ошибки были слишком велики. Поэтому – отец ее несостоявшегося жениха. А с ним невысокий улыбчивый толстяк (вот он хоть немного сглаживал общую сумрачность нагрянувшей компании) и Кай.

В кабинете стало ужасно тесно.

– Я бы сказал, что мне жаль, что мы заставили тебя ждать, – де Гедраэль прошел вперёд и уселся в кресло за столом, – но мне плевать. Надо было бы – просидела бы и до утра.

– Так вот в кого он, – Рэя, у которой из-за долгого ожидания не осталось сил бояться, кивнула на зашедшего последним Кая, – такой милый. Весь в отца.

И девушка улыбнулась. Хотя, скорее, это было похоже на оскал или издевательскую усмешку. Но чего ждать от уставшей до безумия девушки? Даже чувство голода уже притупилось, как и инстинкт самосохранения.

– Не дерзи. Ты не в том положении, чтобы так себя вести.

– Да брось, Райан, – толстяк хохотнул, хлопнул в ладоши и с видимым удовольствием уселся в свободное кресло. Стоять остались только Рэя, Кай и, прислонившийся спиной к двери, маг. – Милая девчушка же! Смотри, какая! Вся раскраснелась и готова тебя послать на… в смысле, высказать все, что о тебе думает. Жаль, что у них с Крэйном не сложилось, это было бы весело!

– Родерик! – де Гедраэль хлопнул по столешнице ладонью так, что Рэя чуть не подпрыгнула. – Достаточно. Оставь свои дурацкие замечания при себе, мы тут не за этим.

– Слушай, так не честно! Я числюсь у тебя в друзьях сколько себя помню, но все самое интересное о твоей семье приходится узнавать самому! То сын вдруг восстанет из мёртвых, то невестка окажется остра на язык…

– Может вы действительно перейдёте к делу? – Кай не выдержал первым. Он обошёл стол, приблизившись к девушке и аккуратно положил ладонь ей на плечо. – Мне тоже интересно, знаете ли, для чего вы все это затеяли.

– Какой нетерпеливый! Кого-то он мне напоминает….

– Родерик!!!

– Да молчу я, молчу, – мужчина примиряюще развёл руками, а сам подмигнул Рэе. И вроде ситуация была не самая приятная, но ей отчего-то хотелось улыбнуться ему в ответ.

– Значит так, – отец Кая замолк на секунду, но нетерпеливое постукивание пальцев по столу выдавало его тревожность, – во-первых, я все еще считаю, что вы слишком молоды, чтобы во все это лезть. А во-вторых, выбора у меня нет. О том, что произошло сотни лет назад расскажешь сам. Сейчас же ей нужно кое-что сделать.

С этими словами Райан де Гедраэль вытащил из кармана небольшую шкатулку. На первый взгляд, туда вместилось бы что-то вроде кольца, не больше. Но, когда мужчина нажал на кнопку, и крышка с приглушенным звуком открылась, внутри, на черной бархатной ткани, лежал небольшой кристалл. Его свет был едва заметен – всего лишь намек на то, что полупрозрачный камень должен светиться, а грани покрыты сетью тонких царапин. И все же, несмотря на видимую глазу потрепанность, вещь явно была ценной. Мужчина аккуратно, стараясь не делать резких движений, поставил открытый футляр на стол.

– Что это?

Кай шагнул ближе, склонившись над кристаллом. Тот, казалось, на мгновение вспыхнул чуть ярче. Но ведь Рэе могло и показаться?

– Кристалл памяти. У тебя в академии таких полный кабинет.

– Он… – парень протянул руку, но так и не дотронулся до камня. Длинные пальцы в воздухе очертили фигуру, словно он гладил, касался каждой грани этого артефакта. – Он не такой. И по размеру, и по свойствам. Этот намного старше, чем все, что я видел. Откуда он у вас?

– Нашли. На месте, откуда академию перенесло в Ториум, еще несколько лет попадались весьма занятные вещицы. А так как здесь таких кристаллов нет, никто и предположить не мог, что это. Кристалл несколько лет блуждал по лавкам старьёвщиков, как простая безделушка. Пока не попал в руки одной из наследниц подходящей крови. Тогда и сработал впервые.

– Подходящей крови? Вы о чем? – Рэя тоже приблизилась, глядя из-за спины Кая на камень. Его бледно-молочный цвет завораживал, пульсировал, отдавался в голове ровным стуком… Словно шепот тысяч людей, далекий гул закладывал уши, отдалял от реальности… Хотелось коснуться гладкой поверхности, расслышать голоса, что так манили…

– Рэя!

Девушка отпрянула. Сколько она простояла так, вглядываясь в глубину артефакта?

– Ты в порядке?

– Что ты видела?

Два вопроса прозвучали одновременно. Отец и сын, одна плоть и кровь. А ведь они действительно безумно похожи!

– Рэя!

Девушка замотала головой. Что за наваждение? Шепот стих, оставив в голове звенящую пустоту.

– Я не знаю, – ее качнуло, словно после пары бокалов вина, выпитых тайком с компанией подруг. Они тогда ещё с трудом попали в общежитие, а с утра мучились жуткой головной болью.

Кай подал руку, помогая удержаться на ногах. Девушка буквально повисла на нем. Голова кружилась, а в висках отдавался звук бьющегося сердца. Который странным образом совпадал с мерной пульсацией кристалла памяти.

– Какого демона вы устроили?! Отвечайте! Что это за дрянь?

Кай подхватил девушку в последний момент. Пока он обернулся к отцу, чтобы буквально прорычать вопрос, тонкие пальцы на его локте разжались, женская ладонь плавно опустилась вдоль тела, а потом Рэя стала падать. Он еле успел подхватить ее на руки.

– Я жду! Если вы немедленно не скажете, что происходит, я ее заберу. И больше вы к ней даже близко не подойдёте!

Жаль, что Рэя не видела этого со стороны.

Кайлин Нейман, а мужчину, что стоял сейчас посреди кабинета с девушкой на руках, трудно было назвать просто парнем, пылал. Ярость, вспыхнувшая в нем от очередного обмана (ведь знал, что не стоило доверять этим чертовым интриганам!), боль, что вновь не усмотрел, подверг опасности… Все это вылилось в неконтролируемый всплеск магии.

Глаза сияли красным, будто вглядываясь в них, можно было вновь увидеть огненный разлом. Те трещины, что разрывали землю заживо. Те столпы искр, что взвивались вверх и впивались в плоть любого, кто осмеливался подойти слишком близко. Тот жар, что готов был поглотить все, что окажется в опасной близости. Ту огненную темницу, что стерегла в своих стенах безумного демона.

Мужчины, которые находились в той же комнате, задержали дыхание и отвели взгляд. Животный, первобытный ужас просочился в их души, сковывая, разрывая на части, застилая собой все напускное спокойствие. Это были несколько мгновений потери контроля над собой, но этого хватило, чтобы посеять в душах страх. Страх перед непознанным, непреодолимым, чем-то… безумным.

– Что происходит, я вас спрашиваю!

– Кайлин, – Райан проговорил хрипло, пересохшее горло першило, – успокойся. Мы думаем, что в этом кристалле спрятаны воспоминания одного из магов, которые открыли проход в Ториум.

– И при чем здесь Рэя?

Райан переглянулся с Родериком, и толстяк продолжил.

– Видишь ли… Мы не уверены, ведь откуда нам знать точно? Нас там не было, – он пожал плечами, не сводя глаз с пышущего почти ощутимым жаром мужчины. – Но чтобы закрыть вход в другой мир, а заодно и каким-то чудом устранить угрозу от вернувшегося… как вы его называли? Демона? Да, пожалуй, лучше и не скажешь. В общем, нам надо, чтобы кто-то добыл информацию из кристалла.

– И в чем же проблема? Зачем вам для этого де Морэль?

Родерик замялся. Он стер со лба скатившуюся каплю пота, поерзал в кресле. Но долго отлынивать от ответа под тяжелым взглядом Кая не получалось.

– Видишь ли, Кристалл открывается не всем. Только тем, кто так или иначе связан с Ториумом. Или побывал там, или носит в себе кровь первых, скажем так, поселенцев. Тех, кто провел ритуал изгнания демона из нашего мира.

– Значит вы тоже подходите. Не юлите! Если вы до сих пор не узнали содержание, есть подвох, – Кай поудобнее перехватил повисшую у него на руках девушку. Ее грудь слабо поднималась в такт дыханию, а кожа становилась все бледнее.

– Кайлин, проблема в том, что кристалл не просто показывает скрытые в нем воспоминания. Он затягивает в себя… – Райан откинулся на спинку кресла и закинул ногу на ногу. Казалось, его совсем не беспокоило, что девушке плохо. Наоборот, он разглядывал ее с интересом, как пришпиленную к стене бабочку. – Если человек не имеет отношения к Ториуму – его просто разжуёт и выплюнет. Я условно, конечно, но тела этих людей выглядели именно так.

– И вы хотите, чтобы это сделала Рэя? – Кай даже отступил на шаг. Этот человек, который считался его отцом, один из влиятельнейших аристократов, собирался вот так, с выражением полнейшего спокойствия отправить девчонку на смерть? – Ну уж нет. Мы уходим.

И он даже сделал пару шагов к двери, еще не понимая – куда идти и что он будет делать со своей бесчувственной ношей, как всего одна фраза заставила его остановиться.

– Если ты уйдёшь далеко от кристалла, она умрет.

Кай замер. Он так и стоял, спиной к двум мужчинам, что не отрывая глаз смотрели на него. Верить им? Или рискнуть жизнью Рэи и уйти?

– Вы ведь уже это проделывали. Что стало с теми, кого вы отправили?

Повисло молчание. Потом Родерик откашлялся и уже другим, без привычной напускной веселости, голосом сказал:

– Кто-то умер. Но это было давно, до вашего возвращения. Жуткое зрелище, между прочим. Кровь, кишки… Их словно перемололи.

– А с остальными что?

– А мы не знаем. Их затянуло в кристалл и… все, – мужчина развел руками.

– Почему именно де Морэль?

– Слушай, – толстяк встал с кресла, неспешно подошел к столику с графином и налил себе воды. Пара капель стекла по прозрачному хрусталю стакана. – а кто еще? Ты? Возможно, конечно. Но зачем рисковать потомком де Гедраэлей? Пусть и потерянным. А девчонка… Она наследница нужной крови. Это раз. Побывала в Ториуме. Это два. Мало?

– Вы готовы рискнуть чужой жизнью вот так, не задумываясь?

– Кайлин, мы спасаем жизни. Возможно, в этом кристалле есть информация, которая поможет остановить демона. То, что он молчал целый месяц не говорит, что так будет всегда.

– Почему ты сказал, что она умрет, если мы уйдём? – Кай шагнул ближе. Родерик непроизвольно отшатнулся, но попытался скрыть свою неловкость за улыбкой. Только серьёзные глаза выдавали ложь.

– Потому что она уже там. Все, кто просто касался – умирали. Ей, видимо, хватило просто находиться рядом. Потому и говорю, что эта девчонка – лучший вариант. И она либо прикоснется и сделает все, что потребуется – либо умрёт тут, даже не попытавшись.

Кай стоял посреди комнаты. Молча. Держа на руках безжизненное тело девушки, которая там, в Ториуме, даже не допускала мысли, чтобы сдаться. Боялась, но делала все, что было в ее силах. А он пообещал, что будет рядом. Просил довериться. Дурак! Бестолочь! Сам же втянул ее в эти интриги и подверг опасности.

Разве мог он дать ей умереть?

Разве мог оставить одну разбираться с проблемами, в которые ее втянули против воли?

Он шагнул вперёд. Неловко, пытаясь не уронить свою ношу, удержать, протянул руку. И взял кристалл. Где-то на фоне послышались возмущения отца. Отца ли? Или просто человека, который привык играть чужими жизнями?

Мир поблек. Комнату затянуло молочным туманом, лица людей исказились. Голоса. Сотни, тысячи голосов становились все громче. Было не разобрать, что они шепчут. Настойчиво, неумолимо. Они приближались, перекрывали привычный шум города. Когда звук стал совсем нестерпимым, а гул вызвал такую боль в ушах, что Кай не удивился бы, что из них потекла кровь, он не устоял на ногах. Рухнул на одно колено, прижав к себе тело Рэи.

Глаза закрылись. Яркий свет сменился непроглядной тьмой.

В комнате осталось только двое. Райан де Гэдраэль, сидящий в кресле и Родерик, стоявший с приоткрытым ртом и полным стаканом воды.

Кай и Рэя исчезли, вместе с кристаллом.

– Знаешь, Райан, – толстяк грузно опустился в свое кресло, – мне не по себе от мысли, что этот парень вернётся. И, надеюсь, мы не отправили внутрь еще кого-нибудь из тех, кто ему дорог.

ГЛАВА 5

Вязкая темнота постепенно сменялась цветными разводами. Словно вода в луже от пролившегося туда зелья искрилась, менялась, придавая невнятному пятну форму.

Звучала музыка. Укрывала, укутывала, успокаивала. Нежная мелодия лилась, казалось, целую вечность, заставляя Рэю плыть по течению – то кружась на водоворотах, то сбиваясь с ритма на порогах, а то плавно раскачиваясь в жарких объятиях… Нет, не вода и не музыка дарили тепло. На такое было способно только человеческое тело. Кто-то, до боли реальный, прижимал девушку к себе, крепко сжимая руками ее талию.

Рэя распахнула глаза.

Сначала не поняла, почему все плыло перед глазами. Вокруг кружили тени. Силуэты мелькали, смазывались, сводили с ума своими расплывающимися очертаниями. Стоило попытаться разглядеть – тень менялась, становилась ниже, шире или, наоборот, растягивалась вверх настолько, что девушка, даже задрав голову, не могла увидеть, где она заканчивается. Смазанные фигуры кружили парами, менялись местами, застывали на месте или вдруг делали такие рывки вперёд, что в пору было сомневаться – а не привиделись ли они?

Наконец, когда девушка уже была готова признаться себе, что сошла с ума, когда устала ловить ускользающие от взгляда силуэты, она обратила внимание, что стоит не одна. Первым желанием было отшатнуться, вырваться из крепко державших рук, но что-то знакомое было в мужчине… Темные приглаженные волосы были словно смазаны чем-то, чтобы не лезли в глаза. Черная, изрисованная золотом (узором эти странные завитки, расположенные в хаотичном порядке было никак не назвать) маска скрывала пол лица. Мужчина склонился к самому ее уху.

– Не смотри на них. Чем меньше обращаешь внимание, тем яснее они становятся.

Кай. Только настоящий или тоже видение?

Рэя не придумала ничего лучше, чем поднять руку и ущипнуть его за единственную свободную от одежды часть тела (не считая рук, лежащих на талии) – за шею. Мужчина дёрнулся и сквозь зубы прошипел ругательство. Что ж, видимо он.

– Надеюсь, это не было попыткой меня убить, потому что иначе – она провалилась.

– Где мы? Что происходит? – девушка почти не обратила внимания на замечание. Да и что тут скажешь?

– Смотри куда угодно, только не на них, и сама все поймёшь. Это какой-то безумный бал.

Куда смотреть, если вокруг творится сумасшествие, а единственный, кто не дает потерять веру в реальность происходящего – мужчина напротив? Рэя подняла глаза, встретившись с внимательным взглядом.

– Мы в кристалле памяти. Демоны их разбери, что тут творится, но выбора у меня не было. Ощущение, что мы в чьих-то воспоминаниях. Отсюда и эти наряды, – Кай чуть отстранился и одернул черный пиджак. Кстати, сидевший безукоризненно.

Девушка чуть отстранилась, насколько позволяли чужие объятия, и опустила глаза вниз. Ноги скрывал подол широкого, украшенного той же безумной вышивкой, платья. Ни за что бы сама такое не надела.

– Может отпустишь?

– Не думаю, что это хорошая идея, – Кай дёрнулся, словно слова задели за живое. – Нам придётся следовать правилам игры, а кто-то решил, что на балу самое место еще одной танцующей паре. Прекрати смотреть по сторонам!

Рэя с трудом оторвала взгляд от черного пятна, что кружилось совсем рядом с ними. Оно то становилось гуще, как вязкая противная жижа, то, наоборот, расплывалась вширь, и тогда сквозь нее уже можно было разглядеть дальние фигуры. Они тоже не отличались постоянством формы.

– Как можно не смотреть? Ты видишь что-то кроме этих странных силуэтов? Я уже молчу, что это жутко, так еще и непонятно.

– Смотри на меня, – Кай усмехнулся, и пальцами приподнял подбородок девушки. Вторая все также лежала на ее талии. – Мы – танцующая пара. Так задумано. Поэтому сделай вид, что тебе жутко нравится музыка и кавалер, а все вокруг само придёт в равновесие.

– А если мне не нравится? – Рэя спросила из чистого упрямства. На самом деле, было куда спокойнее осознавать, что она тут не одна, ведь какой-то части ее души хотелось сесть прямо на пол и разрыдаться. От обиды, злости и бессилия. Ее опять втянули в непонятные игры, забыв рассказать правила. За что ей это?

– Эй, – мужчина осторожно, кончиком пальца, стер скатившуюся слезинку. – Если ты собралась рыдать, потому что тебе насколько неприятен партнер по танцам, я могу тебя уступить. Например, – Кай сделал вид, что разглядывает кого-то у нее за плечом, – вон тому мужчине с поросячьим пятаком на лице, вместо носа.

Рэя всхлипнула. То говорит, чтобы не отвлекалась, то вызывает жгучее желание обернуться. Она положила руки ему на плечи и сделала маленький шаг вперёд.

– Танцы, так танцы. Веди уж, кавалер.

Кай отступил назад, а потом плавно, следуя за музыкой, повёл девушку по невидимому залу.

– Тоже не нравится? Что ж… Тогда сдам тебя с рук на руки вон тому. Лысый, ростом на полголовы ниже тебя, шире раза в три. Нет… в четыре. И хвост! Я уверен, ты будешь в восторге, когда он этим тонким крысиным… извиняюсь, не самое лестное сравнение. Для крыс. В общем, когда этот тонкий, покрытой редкой черной шерстью хвост, будет ласково обвиваться вокруг твоей талии.

Рэя фыркнула. Она усилием воли заставляла себя не смотреть по сторонам, не сбиваться, не наступать на ноги… А тут он со своими описаниями. И вроде место не подходящее – да кто б знал еще, что это вообще за место?! И вроде нет причин для радости, но девушка уткнулась носом в мужское плечо, пытаясь спрятать смех. Или надвигающуюся истерику?

– Опять ревешь… – Кай, аккуратно придерживая, закружил ее под ускорившуюся музыку. Мелодия пела, убегала вдаль, заставляя прислушиваться и вновь, словно гром, настигала танцующую пару. – Хорошо. Если тебе не нравится и этот кавалер, могу предложить тебе…. Даму? Как насчет потанцевать с вооон той престарелой аппетитной герцогиней? Только представь… Она тебя нежно обнимает своими вспотевшими ладонями, ее декольте, в которое видно абсолютно все содержимое, находится у тебя аккурат перед глазами. Правда, содержимое так себе. Кожа вялая, покрытая мелкими черными родинками, словно мухами, а грудь держится чисто на стараниях портнихи и служанки, что сумела затянуть корсет. Так как ты относишься к дамам, м?

Девушка отрицательно замотала головой. Она так и двигалась, склонив голову ему на плечо. Плотная ткань пиджака приятно холодила кожу, теплые надежные руки уверенно вели ее по залу, а смеющийся шепот, которым Кай расписывал ей очередного кавалера, отвлекал от грустных мыслей.

– Слушай, ну тебе не угодишь. Тут и достойной пары больше не осталось. Придётся терпеть меня.

Он на время замолчал. И, может, сказался шутливый разговор, который немного сгладил весь абсурд происходящего, или плавные движения танца, а может и просто настоящее, искреннее тепло чужого тела, что согревало, обволакивало и дарило спокойствие, но Рэе вдруг стало неважно, где она. Важнее – с кем.

– Спасибо, – она прошептала скорее для себя, как отражение собственных мыслей, но Кай услышал.

– За что?

– Что не бросил меня. Ни там, в Ториуме, ни здесь, где бы это ни было. Знаешь, я ведь трусиха. Всегда ею была. И иногда очень хочется забиться в угол и порыдать.

– Эй, – Кай остановился и осторожно, кончиками пальцев, провёл по ее волосам, – ты очень смелая. Я бы сказал, иногда даже чересчур. Было бы проще, если бы ты посидела еще немного дома – там ты хотя бы была в безопасности. Книги, завтраки, модистки… Да только ради жаркого из ягненка я бы согласился посидеть дома пару месяцев.

– Тебя так легко удержать взаперти? – Рэя подняла голову и усмехнулась, а потом до нее дошел смысл сказанного. – Откуда ты знаешь, что у меня было на ужин?

– Ты же не думала, что я оставлю тебя на произвол судьбы? Я был тебе должен. А долги надо отдавать.

Девушка не заметила, что музыка притихла, и они уже не кружат по невидимому залу, а стоят, так и не разжав рук. Слишком близко были смеющиеся глаза. Слишком горячим прижимающий к себе мужчина. Хотелось стоять так вечно, наслаждаясь теплом и окутывающим ее спокойствием. Или даже податься вперёд и коснуться…

Но Кай отвел глаза. Посерьёзнел. И тихо, без намека на шутливость, проговорил.

– Рэя, не стоит. Просто поверь, тебе это ни к чему.

Она отпрянула.

Все очарование момента разбилось вдребезги, оставив после себя лишь осколки, что больно впивались в душу. Хотя о чем это она? Просто глупое наваждение. А может место так подействовало?

Рэя отвела взгляд, но тут же чуть не вскрикнула. Прямо к ним шел мужчина. Может немногим младше ее отца, в костюме с серебряной вышивкой и с абсолютно белыми волосами. Впрочем, брови и ресницы у него тоже были очень светлыми, так что почти терялись на вытянутом лице.

– Студенты, я не понял! – несмотря на общую угловатость фигуры, голос у направлявшегося к ним человека был грубым и басовитым, а выражение лица – очень уж строгим. Рэе вмиг захотелось спрятаться за чью-нибудь широкую спину и пролепетать, что это не она. За что бы там этот мужчина не собирался ругаться. – Вы оставили кабинет открытым, самовольно ушли с практики, чтобы потанцевать?! И ради этого вы поступали в академию? С таким рвением вам самое место на ведьмином болоте! Будете собирать поганки и варить из них зелья для крестьян! На большее вы не способны!

Он скрестил руки на груди и выжидающе уставился на замершую парочку. Рэя так растерялась, что не нашла, что сказать. Только, отчего-то стесняясь, бросила взгляд на Кая.

– Простите, профессор, – тот, казалось, ничуть не удивился, – чем мы можем загладить свою вину?

– Профессор Илай! Сколько вас, неучей, не воспитывай, а деревню так просто не выбьешь из ваших бестолковых голов. Еще раз ошибешься – получишь десять плетей. Понял?

– Да, профессор… Илай. Мы поняли, больше не повторится.

Мужчина немного смягчился. Возможно, сказалась сговорчивость Кая, а может излишне обтягивающее платье проплывшей (а по-другому и не назовёшь) мимо них женщины с бокалом вина в руке. Рэя украдкой оглянулась.

Они стояли посреди большого, знакомого до боли, зала. Это же Академия неприкаянных душ! Только… новая. Свежие шторы на высоких окнах, живые цветы в напольных вазах, украшенные резьбой колонны. Все сверкало, сияло и переливалось магией. И по этому залу прогуливались и кружили в танце молодые пары, а за ними изредка мелькали лица людей постарше, возможно, преподавателей. И никаких свиных пятаков и престарелых герцогинь.

– Пойдёмте со мной. Радуйтесь, что я сегодня добрый, и не хочу портить себе вечер, – мужчина всё-таки обернулся и заинтересованно проводил женщину взглядом. – Проверю, что вы сделали и вернётесь. Если, конечно, не натворили чего-нибудь разрушительного, маги недоделанные.

Коридоры академии были непривычно многолюдны. В укромных уголках обжимались студенты, прогуливавшиеся мимо преподаватели успешно делали вид, что не замечают этого, только усмехались и шли дальше.

Рэя с любопытством осматривалась. Стены белели свежей краской, в воздухе разносился аромат живых цветов, а на дверях кабинетов были прибиты таблички с именами преподавателей. Очень… живо? По-настоящему? Можно было даже забыть, что это лишь воспоминание. А вообще, любой нормальный студент между учебой и развлечениями выбрал бы развлечения. Так что Рэя прекрасно их понимала.

Впрочем, мысли о студенческих развлечениях вмиг испарились, стоило им приблизиться к одной из дверей. Она ничем не отличалась бы от остальных, если бы не отчетливый запах гари, разносившийся по коридору, и потрескавшееся, в черных разводах, деревянное полотно. Преподаватель остановился. Украдкой оглянулся на притихших за его спиной студентов, а затем толкнул дверь. Лицо обдало жаром. Рэя зажмурилась, и прикрыла глаза рукой, но даже сквозь пальцы просочились красные блики. Кожу невыносимо жгло, казалось, еще чуть-чуть и тело начнет плавиться и стекать на пол бурыми кляксами.

– Что за…

Договорить преподаватель не успел. Точнее, он еще что-то кричал, но девушка уже не могла разобрать и слова – картинка перед глазами закружилась, отблески огня смешались с черными подпалинами, сплелись в один замысловатый движущийся узор, вызывая тошноту…. И Рэя на мгновение потеряла сознание.

ГЛАВА 6

Второе пробуждение вышло более осознанным.

Девушка, до того как открыла глаза, уже мысленно приготовилась к танцу безумных расплывающихся фигур. Еще где-то на грани сознания, не очнувшись толком, лишь поняв, что забытье закончилось, она попыталась взять себя в руки. Не смотреть на силуэты, отвлечься, не обращать на них внимания – повторяла себе как вызубренный экзаменационный билет.

И, разумеется, выучила она совсем не то, что приготовила ей фортуна.

Темнота. Тишина. Далекий потрескивающий звук. И никаких танцев и размытых пятен. В нос ударил запах дыма. Но не такой, как был возле обгоревшей двери, а уютный, словно она расположилась недалеко от камина с книгой, а догорающие поленья освещали красным страницы. Только кроме запаха ничего этого не было. Рэя проморгалась, но темнота никуда не делась. Попробовала пошевелиться, но оказалось, что и это затруднительно. В спину упиралось что-то твердое, больно врезаясь в поясницу. Какая-то доска? Босые ноги продрогли от холодного каменного пола. Озноб пробежался по всему телу, вызывая желание поежиться. Но стоило ей шевельнуться, как чья-то рука закрыла ей рот, мешая дышать, а после неловких попыток освободиться, ее только сильнее прижали.

– Да тихо ты! Это всего лишь я, – Кай прижимал свою ладонь ей к лицу, не давая произнести ни звука. – Ты не будешь кричать?

Она его практически не видела, только ощущала. Шепот, что легонько всколыхнул волосы на виске. Пуговица от пиджака, что мешалась, впиваясь где-то в районе груди. Тепло тела, что, в который раз за этот безумный вечер, прижималось к ней. Впрочем, на последнее Рэя и не подумала бы жаловаться – слишком сильно дуло холодом откуда-то сзади.

– Веди себя прилично, ладно? Мы не одни, – мужчина убрал свою ладонь, едва Рэя кивнула.

– А где мы?

– Ну, если в общих чертах – прячемся у окна за шторой.

Так вот что безжалостно впивалось девушке в спину! Подоконник. Она попыталась повернуться поудобнее, заодно отодвинуться от мужчины хоть на полшага, но сделала только хуже – та самая пуговица зацепилась за торчавшую из кружевного лифа пуговицу, притянув Кая еще ближе. Он зашипел сквозь зубы, попытался распутать, коснувшись ненароком того, что, в общем-то, не положено, а потом раздался треск рвущейся ткани.

– Только не говори, что порвал мне платье.

– Только не говори, что ты бы этого хотела.

– Тогда не стой так близко, чтобы у меня даже мыслей подобных не возникало. Какого демона мы вообще тут стоим? У меня уже так замерзли ноги, что я даже возмущаться не в состоянии, что ты ко мне прижимаешься. В который раз.

На самом деле, ступни от холодного пола почти онемели. И кто додумался тащиться сюда босиком?!

– Замерзли ноги? Не думал, что ты такая неженка.

– Сам постой на холодном полу! Можешь отдать мне свои ботинки, я не гордая. А то скоро так зубами стучать начну, что все сбегутся.

– Ты что, босиком?!

– Нет, в меховых сапогах! Говорю же, холодно. Ещё этот подоконник…

– Ты бурчишь, как престарелая ведьма.

– Сам ты!..

Договорить Рэя не успела – ее подхватили за талию и усадили на подоконник. Теперь спина касалась почти ледяного стекла, а Кай…

– Отодвинься.

Рэя мысленно порадовалась, что платье достаточно широкое и не сильно задралось.

– Не могу. Тогда нас будет видно.

– Может нам и стоит выйти? Сколько нам придётся так стоять? Это… неловко! А еще холодно и непонятно.

– Тсс!…

Где-то там, в помещении, что было скрыто за темными шторами, послышался скрип двери, а затем шаги. Шорох одежды. Стеклянный звон посуды. Скрип кресла. И только потом приглушенные расстоянием голоса.

– Нет, Илай. Я все понимаю, но, уверен, что мы не должны пока никому говорить. Студенты – бестолочи, они и не поняли, что открыли. Так что сейчас только мы с тобой понимаем, какая перспектива нам открывается.

Голос принадлежал мужчине. Рэя, не видя говорившего, попыталась представить, каким он мог бы быть. Пожалуй, излишне самоуверенным. Он растягивал слова, не торопился и ни капли не сомневался в сказанном. Он не спрашивал совета, а выдавал свою точку зрения за единственно верную.

– Но ты только представь, какие перспективы откроются! – а вот второй голос девушка узнала. Профессор Илай, тот самый, что, казалось, мгновение назад увел их с бала. – Даже сейчас тут полно одарённых подростков, а если им дать доступ к магии Ториума!.. Ты представляешь, каких магов мы сможем взрастить?

Второй собеседник хмыкнул.

– Представляю. Которые не имея за плечами опыта, наворотят таких дел, что мы до старости не разгребем. Вспомни, это твои студенты как раз и умудрились разорвать ткань между мирами. И даже этого не поняли! Нет, – голос засмеялся, потом вновь скрипнуло кресло и послышались шаги, – ну вот как?! Как можно доверять им такое открытие? Это же почти безграничный резерв, такая магия, к которой ни у кого еще не было доступа! А они просто сбежали на танцы… Девчонка-то хоть того стоила? Или так, очередная крестьянка, на которой платье сидит, как на корове седло?

– Не уходи от темы, Адриан. Что мы будем делать? По-хорошему, надо сообщить нашим. Портал в другой мир – это слишком значимое событие, чтобы об этом умолчать.

– Мы сообщим. Просто не сразу. Сначала попробуем разобраться сами, и заодно проверим, держится ли резерв на том же уровне вдали от портала. Если у нас есть возможность, стать сильнейшими магами, почему бы этим не воспользоваться?

– Не нравится мне эта затея.

– Илай, – голос наигранно вздохнул, – тебе никогда ничего не нравится. Поэтому именно я обычно и принимаю решения. Расслабься. Что там у тебя с этой новенькой? Она не для тебя сегодня надела свое излишне облегающее платье?

Сидеть на подоконнике было жутко неудобно. Рэя и рада была бы подвинуться, но прижиматься еще сильнее к стоящему слишком близко к ней мужчине не хотелось. Все происходящее больше походило на какой-то фарс. Она в чужих воспоминаниях, подслушивает разговор, который происходил сотни лет назад, а думать может только о том, что приличные девушки не позволяют себе прятаться за шторой в обнимку с парнем. Слишком это было интимно, неправильно. И волнующе.

Она все же попыталась отстраниться, но случайно облокотилась спиной об окно. Стекло тихонько звякнуло.

– Ты слышал?

– Это в той комнате, кажется.

– Я думал мы одни…

Скрипнула дверь. Звуки шагов приближались, не неся с собой ничего хорошего. Что они сделают с теми, кто прятался и слышал то, что не было предназначено для посторонних ушей?

– Не сопротивляйся, ладно? – Кай склонился к девушке и прошептал в самое ухо. Она его по-прежнему не видела, но горячее дыхание обожгло кожу. А потом….

Рэя ожидала чего угодно – что он вновь изобразит покорного студента или использует магию, но точно не того, что его губы коснутся ее. Сильные руки притянули ее ближе, она лишь успела упереться ладонью ему в грудь. Потом Кай провел рукой по ее подбородку, немного запрокидывая голову вверх, и склонился над ней. Хотелось бы сказать, что ее обожгло жаром страсти, но там, в темноте, все было скорее странно. Его губы оказались сухими и горячими, а Рэя застыла от неожиданности.

Не было звезд в небе (как когда-то выразилась о своем первом поцелуе ее подруга), но не было и желания оттолкнуть, послать к демонам или хотя бы отдать на растерзание двум приближавшимся мужчинам.

Кай чуть отстранился и практически выдохнул:

– Просто подыграй.

А потом вновь склонился над ней, но уже не так осторожно – язык нагло раздвинул губы, проникая внутрь. Одна рука задрала платье и сжала оголенное бедро. По коже пробежали мурашки, но это только от холода, верно же?

Поцелуй длился всего несколько секунд, но этого хватило, чтобы забыться. Раствориться в теплом дыхании, умелом движением горячих губ, растаять, желая, чтобы пальцы не прекращали гладить тонкую кожу. Рэя подалась вперёд и запустила руку в волосы мужчины, прижимаясь, отвечая на эту неожиданную ласку.

Все закончилось также резко, как началось. С противным, режущим слух звуком отодвинулась штора, впуская в их укрытие дрожащий свет свечей и два серьёзных взгляда.

– Какого демона вы тут забыли?! – голос запнулся, явно разглядывая открывшуюся картину. – Вам что, мало своих комнат?

Рэя, растерянная, взлохмаченная, через плечо Кая смотрела на замерших мужчин. Профессора она уже видела, а вот второго… Поймав его взгляд, она не смогла отвести глаза. В тёмных, почти чёрных глазах, полыхало пламя. Он усмехался, но лишь уголком губ – ядовито, презрительно. После такого взгляда хотелось помыться, а еще лучше – признать себя ничтожеством и спрятаться в глуши, никогда больше не показываясь людям.

– И что же мне с вами делать?

В этот раз Рэя была счастлива, что картинка перед глазами поплыла, закручивая ее в водоворот теней и погружая в блаженную темноту.

…

– Прости. Мне не стоило этого делать.

Зыбкое сознание никак не желало возвращаться. Рэя то выныривала на поверхность, идя на такой знакомый голос, то вновь терялась в пугающем сумраке забытья.

– Тут как в театре, понимаешь? Это лишь воспоминание – все это уже кто-то проживал. Нам остается лишь следовать сюжету, чтобы ничего не испортить. Если что-то пойдёт не по плану – мы застрянем тут надолго. Я не знаю, сколько нам еще предстоит увидеть и что именно. И что будет, если мы вмещаемся в привычный ход вещей.

Холод пробирал до костей. Скорее всего, именно он, наконец, привёл Рэю в чувство. Тело затекло от долгого лежания на земле. Где-то рядом шуршали листья, сквозь прикрытые глаза пробивался неяркий свет, и пахло осенью – прелой травой и дымом от костров.

– Я вижу, что ты очнулась. Можешь открыть глаза, тут нет ничего страшного.

Кай. И очередной момент чьей-то жизни, который им придётся пережить. Вдвоём. Вот только как… как теперь можно с ним спокойно общаться? Делать вид, что ничего не случилось? Для него – может быть. А для нее? Кто подумал о том, каково будет Рэе смотреть на него и не вспоминать о том поцелуе? Как убеждать себя, что ей не понравилось? Если это ложь.

Было бы куда проще, будь он ей противен.

– Я сплю. Нет меня. И не будет.

– Ты лежишь у меня на коленях, трудно в таком положении заявлять, что тебя нет.

– Я не хочу открывать глаза. Тогда мне придётся решить, как себя дальше вести.

– Извини. Я не хотел.

Слова больно резанули. Так что Рэя все таки открыла глаза и села. Прямо посреди того самого красного леса, в Ториуме. Не хватало только шепчущего голоса с дурацкими стихами. Но не это сейчас беспокоило девушку.

– Это и бесит! Ты, – сил обернуться и посмотреть ему в глаза не было, поэтому Рэя высказывала все ближайшему дереву. Оно хотя бы не смущало ее своим присутствием. – Ты не хотел! А мне теперь как с этим быть?!

– Рэя, это просто поцелуй. Мы сможем сделать вид, что ничего не было?

Она замотала головой. Все было намного проще, когда ее волновала только возможность вернуться домой. А теперь? Вот сейчас она обернется, будет отводить глаза, боясь выдать свое смущение – чем выдаст себя с головой. И каждое случайное касание будет восприниматься как намек, которого там быть не может. Напридумает себе всякого и будет страдать. Глупо.

– Рэя… – она услышала, как он поднялся с земли, – нам придётся как-то пройти это вместе. Я виноват, не спорю. Обещаю, когда все это закончится, я не буду тебя беспокоить.

Но разве это она хотела услышать?

– Я сойду с этого места, только если меня отвлечёшь. Мы, вроде, никуда не спешим. По крайней мере, я не вижу здесь ничего срочного – значит можешь уделить пять минут рассказу.

– Иногда ты ведёшь себя, как ребёнок. Я не знаю, что будет, если мы тут задержимся.

– Плевать. Я влипла по самые уши в неизвестно что. При том, что я вообще не виновата!

– Ты думаешь, что я виноват?

– Нет. Но ты понимаешь явно больше, чем рассказываешь мне. И я хочу хоть что-то знать. Например, как ты докатился до такой жизни.

Он хмыкнул, но так и не вышел из-за спины. Не видя его было капельку проще вредничать. Ну а что, надо хотя бы выиграть немного времени, чтобы подумать и прийти в себя.

– Что тебя интересует? Когда я первый раз поцеловался? – он откровенно издевался, но это было лучше, чем когда пытался извиниться. Пусть язвит, больше шансов разозлиться и признать все произошедшее ошибкой. – Или когда я впервые…

– Нет уж, оставь это при себе! – Рэя перебила, догадываясь, что он собирался сказать. Только таких тем ей не хватало! Думать о том как он мог бы… Или о горячей руке, сжимавшей ее бедро. Увольте! – Я хочу знать, как ты попал в Ториум.

ГЛАВА 7

На уговоры ушло больше пяти минут.

В какой-то момент Рэя уже хотела отступить, вдруг осознав, что он молчит не из вредности. А из-за боли. Слишком резкими стали его ответы, слишком долгим молчание. Может ну ее, эту правду? Заставлять кого-то вывернуть наизнанку душу, только чтобы успокоить собственную – так себе идея.

И все же, он согласился.

Кай тоже уселся на траву, но спиной к ней. Девушка украдкой обернулась, но он даже не смотрел в ее сторону. Вся фигура как-то сникла, он уперся локтями в колени, а потом заговорил. Фразы были отрывочными, местами рассказ пропускал целые года.

Дом с любящими (как тогда казалось) родителями. Тайные планы отца. Обман матери. Бегство в старую усадьбу к деду, который в тот момент уже еле ходил, хотя и был не так уж стар. Желание помочь матери, поддержать боролось с недовольством – все же дом богатого аристократа не сравнить с местом, куда они приехали. Усадьба требовала ремонта, из слуг были только пожилая экономка и кучер, который делал всю мужскую работу по хозяйству. Детская была небольшой, наспех переделанной из старой комнаты матери – он как-то даже нашел вырезанные снизу столешницы ее инициалы.

Многого не хватало. Больше всего – денег. Кай часто слышал, как мать плакала по ночам, а дедушка ее упрекал, что додумалась сбежать от богатого мужика. И как бы мальчик ее не любил, чем старше он становился, тем сильнее ловил себя на мысли, что согласен с дедом. В доме отца их не обижали, всего было в достатке, зачем уходить?

Подростковый период выдался нелегким. Парень чуть было не бросил учёбу в местной академии, когда связался с плохой компанией. Зачем учиться, если можно буквально на коленке заряжать амулеты? Главное – не спрашивать, что за руны на них и для чего их будут использовать. Зато платили неплохо.

Вправил мозги случай. Пожалуй, тот момент можно считать переломным в его жизни. Их поймали, отобрали коробку амулетов и выставили обвинение Оказалось, что с их помощью травили неугодных местной шайке людей – кто-то так освобождал места для друзей у власти, кто-то просто мстил за мелкие бытовые разногласия. Повезло, что готовили незаряженные артефакты такие же маги-недоучки. Где-то ошиблись в символе, в следующем просто перенесли такой же рисунок и вся партия оказалась неработающей. Точнее, вместо смертельного действия она всего лишь вызывала общую усталость. Так амулеты и обнаружили на приеме у целителя.

Кай, пока сидел в камере, успел о многом подумать. Несколько дней в заточении, из еды только хлеб и противная серая каша, крысы. Было страшно, что, возможно, ему придется провести так большую часть жизни. На фоне тюрьмы, его комната с видом на распустившийся сад казалась раем.

Денег ему не хватало? Так никто не мешал зарабатывать их честно, не ставя на кон жизни людей. Уже не ребёнок, справился бы. Недоволен выбором матери? А что если ей там, в доме отца, было также тошно, как ему в этих четырёх стенах? Был бы еще один шанс все исправить!

Тогда все уладили. Дед договорился с кем-то, непутевого студента отпустили, но назначили ему в кураторы одного из преподавателей. Тот должен был следить, чтобы все свободное время было занято учёбой и практикой. А, так как в прошлом он был военным магом, спуску Каю не давали. Единственное, на что ему хватало сил по вечерам – упасть на кровать и провалиться в забытье до утра.

В один из редких выходных, он все таки решился спросить у матери, что же такого случилось в детстве. Она не таясь рассказала все – начиная с любовницы и ее сына, Крейна, заканчивая договорным браком с семьей де Морель. Не утаила и того, что брак планировался не из финансовой выгоды, а с каким-то другими целями. И, возможно, все было не так уж страшно, но она хотела дать сыну возможность самому выбирать свою жизнь.

Кай понял. Он был даже благодарен за такой урок, ведь при наличии огромного состояния неизвестно, куда бы он забрел и какие развлечения выбрал.

Жизнь налаживалась. Ему назначили повышенную стипендию за успехи в учебе и устроили помощником того самого куратора. Теперь он не только учился и тренировался, но и сам вел часть дополнительных занятий. Появились деньги, и, в целом, больше не было сожалений о потерянном богатстве. Пришло понимание, что если будет надо – он сам все заработает и сможет. Зато не было никаких обязательств и навязанной женитьбы с сомнительными последствиями.

К моменту, когда умер дед, Кай уже жил с девушкой. Они снимали дом в центре их небольшого городка и, в общем-то, казались вполне счастливыми. Или это он так думал.

Дарина была приезжей, устроилась преподавателем в их академии. Там они и познакомились – Кай тогда уже успешно сдал все экзамены и должен был сменить своего куратора, который собирался уйти на покой. Сначала она, как новенькая, обращалась к нему с вопросами. Затем, в качестве благодарности, устроила им обед в его кабинете – подговорила практиканта, чтобы он провел занятие вместо Кая.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.