Мария Марцева
Приключения Таисии Цветковой. Дачные приключения с привкусом криминала

Введение

Добро пожаловать в удивительный мир Таисии Цветковой – обычной тридцатидвухлетней бухгалтера, которая обладает поразительной способностью попадать в самые невероятные криминальные ситуации! В этом сборнике пяти иронических детективов каждая попытка Таисии заняться чем-то мирным и обыденным неизменно оборачивается захватывающим расследованием с неожиданными поворотами и комическими ситуациями.

Верным спутником в детективных приключениях Таисии остается рыжий кот Персик – самый проницательный четвероногий сыщик, чья кошачья интуиция порой оказывается точнее любых улик. Этот умный кот не просто наблюдает за происходящим – он активно участвует в раскрытии преступлений, иногда зная о злоумышленниках больше, чем профессиональные детективы.

От кулинарных курсов, где вместо идеальных пирожков Таисия получает порцию криминальных загадок, до загадочных соседей с взрывоопасными секретами – каждая история в этом сборнике доказывает, что детективные приключения могут подстерегать где угодно. Служебная командировка превращается в опасное расследование финансовых махинаций, а наследство в виде дачного участка становится билетом в мир дачной политики и смертельных интриг.

Мария Марцева мастерски сочетает классические элементы детективного жанра с житейским юмором и женской интуицией, создавая легкие и увлекательные истории в лучших традициях иронического детектива. Здесь самые обычные бытовые ситуации оборачиваются криминальными загадками, а каждая мелочь может стать ключом к разгадке.

Приготовьтесь к калейдоскопу смеха, неожиданностей и детективных головоломок, где Таисия Цветкова и кот Персик снова докажут, что настоящие детективы могут скрываться под самой неприметной внешностью, а самые запутанные преступления часто имеют до смешного простые разгадки!

Пирожки с начинкой из неприятностей

Глава 1: "Мука высшего сорта"

Честно говоря, я никогда не считала себя кулинарным талантом. Максимум моих достижений на поприще готовки – это яичница, которая иногда получается не подгоревшей, и бутерброды с колбасой. Но когда моя подруга Светка в очередной раз похвасталась фотографиями своих домашних тортиков в социальных сетях, что-то во мне надломилось.

– Тая, ну как ты живешь? – причитала она по телефону. – Женщина должна уметь готовить! А ты что, так и будешь всю жизнь питаться полуфабрикатами?

Я посмотрела на свой холодильник, битком набитый замороженными пельменями и готовыми салатами из супермаркета, и вздохнула. В тридцать два года пора бы уже научиться чему-то более серьезному, чем разогревание еды в микроволновке.

– Знаешь что, Светка, – сказала я решительно, – запишусь на курсы кулинарии!

– Да ну тебя! – засмеялась подруга. – Ты же даже кофе умудряешься сжигать.

Но я уже загорелась идеей. На следующий день после работы отправилась в районный центр досуга "Золотые ручки", который располагался в старом двухэтажном здании рядом с моим домом. Честно сказать, вывеска выглядела не очень презентабельно – краска облупилась, одна буква вообще отвалилась, но я решила не обращать на это внимания.

В фойе меня встретила полная женщина лет пятидесяти с копной крашеных светлых волос.

– Добро пожаловать! – воскликнула она таким тоном, словно я была миллионным посетителем. – Меня зовут Галина Семеновна, я администратор. Вы по какому вопросу?

– Хочу записаться на курсы выпечки, – робко сказала я.

– О, замечательно! – заохала Галина Семеновна. – Как раз завтра у нас начинается новая группа. Преподает сам Альберт Викторович Тестов! Это настоящий мастер своего дела, можете мне поверить.

Я заполнила анкету, заплатила за месяц занятий и получила список необходимых принадлежностей. Читая его дома, я ужаснулась – оказывается, нужны какие-то специальные формочки, венчики, мерные стаканчики и еще куча всего. Мой кот Персик, рыжий и пушистый, как маленькое солнышко, скептически наблюдал за мной с подоконника.

– Ну что смотришь? – обратилась я к нему. – Скоро я буду печь тебе вкусняшки собственного приготовления!

Персик только хвостом махнул, видимо, не очень поверив в мои кулинарные способности. И, честно говоря, я его понимала.

На следующий вечер, вооружившись новенькими кухонными принадлежностями, я явилась в центр досуга. Галина Семеновна проводила меня в небольшую комнату на втором этаже, где стоял длинный стол, несколько плит и большой холодильник.

– Кулинарная студия! – объявила она гордо. – Здесь творятся настоящие чудеса!

В студии уже собралось человек шесть. Все женщины, возраст от тридцати до шестидесяти. Я поздоровалась и села на свободное место.

– Меня зовут Марина, – представилась симпатичная брюнетка лет сорока, сидевшая рядом со мной. – Я уже третий курс хожу. Очень люблю печь!

– А я Таисия, – ответила я. – Только начинаю.

– Увидите, Альберт Викторович замечательно преподает, – зашептала Марина. – Правда, характер у него… специфический. Но он действительно профессионал!

В этот момент дверь распахнулась, и в студию вошел мужчина лет пятидесяти пяти. Высокий, худощавый, с аккуратно подстриженной бородкой и пронзительными голубыми глазами. На нем был белоснежный поварской халат и высокий колпак.

– Добро пожаловать в мир настоящей выпечки! – провозгласил он театральным голосом. – Меня зовут Альберт Викторович Тестов. Я преподаю искусство домашней кулинарии уже пятнадцать лет и могу с уверенностью сказать: из любой домохозяйки можно сделать настоящего мастера!

Он обвел нас взглядом, задержавшись на мне.

– Новенькая? – спросил он. – Как зовут?

– Таисия Петровна, – представилась я.

– Отлично! Таисия Петровна, надеюсь, вы готовы к серьезной работе? Кулинария – это не развлечение, это искусство!

Я кивнула, чувствуя себя школьницей на экзамене.

Альберт Викторович начал занятие с лекции о видах муки. Оказывается, мука бывает не только пшеничная! Есть ржаная, овсяная, рисовая, кукурузная и еще множество видов. Преподаватель рассказывал с таким энтузиазмом, что даже я, далекая от кулинарии, заслушалась.

– А теперь, дамы, приступим к практике! – объявил он. – Сегодня мы будем печь классические маффины с черникой.

Он раздал нам рецепты и начал показывать, как правильно замешивать тесто. Руки у него двигались быстро и уверенно, словно дирижировали невидимым оркестром.

– Главное правило – не перемешивать тесто! – поучал он. – Ложечка за ложечкой, аккуратно, с любовью!

Я старательно повторяла его движения, но тесто у меня получалось какое-то комковатое. Альберт Викторович подошел ко мне и покачал головой.

– Нет, нет, Таисия Петровна! Вы же не дрова рубите! Нежнее, деликатнее!

Он накрыл мои руки своими и показал правильные движения. Честно говоря, мне стало немного не по себе от такой близости, но я сделала вид, что все нормально.

Пока мы возились с тестом, я успела познакомиться с остальными участницами курса. Кроме Марины, которая оказалась многодетной мамой и домохозяйкой, в группе была Валентина Ивановна – пенсионерка, мечтавшая освоить французскую выпечку; Людмила – молодая мамочка в декрете; Зинаида Петровна – строгая женщина лет пятидесяти, работавшая в школе завучем; и Олеся – девушка лет двадцати пяти, которая, по ее словам, хотела удивить жениха кулинарными талантами.

– Я уже три раза к алтарю шла, – хихикала Людмила, размешивая тесто, – но каждый раз что-то шло не так. Может, дело в том, что готовить не умею?

– Ерунда! – фыркнула Зинаида Петровна. – Современные мужчины сами должны готовить. У меня муж отлично справляется с кухней.

– А мой, даже яичницу сжигает, – вздохнула Валентина Ивановна. – Хорошо, что на пенсии больше времени появилось, можно самой за плитой колдовать.

Альберт Викторович слушал наш женский треп с кислой миной.

– Дамы, дамы! – прервал он нас. – Меньше разговоров, больше концентрации! Выпечка требует полного внимания!

Действительно, пока мы болтали, мое тесто окончательно превратилось в непонятную массу. А у Марины, наоборот, получилось идеально – воздушное и однородное.

– Как у вас так ловко получается? – спросила я с завистью.

– Опыт, дорогая, – улыбнулась она. – У меня трое детей, всю жизнь что-то пеку. А вы что по специальности?

– Бухгалтер, – ответила я. – Работаю в торговой фирме. Цифры считаю лучше, чем тесто мешаю, видимо.

– Ничего, научимся! – подбодрила меня Людмила. – Я вот тоже раньше только разогревать умела.

Наконец, мы загрузили наши маффины в духовку. Альберт Викторович объявил пятнадцатиминутный перерыв.

– Пойдемте в холл, там есть автомат с кофе, – предложила Марина.

Мы спустились вниз, и тут я заметила странную вещь. Галина Семеновна стояла у своего стола и о чем-то горячо спорила по телефону.

– Нет, я же говорю, денег нет! – шипела она в трубку. – Подождите еще неделю!

Заметив нас, она быстро отключилась и натянула дежурную улыбку.

– Как дела? Получается? – спросила она слишком бодрым тоном.

– Пока учимся, – ответила Марина.

Мы купили кофе и вернулись в студию. Маффины уже пропеклись, и, надо сказать, пахли они божественно. Правда, мои получились какие-то кривые и неровные, но хотя бы не сгоревшие.

Альберт Викторович попробовал выпечку каждой из нас и вынес свой вердикт.

– Марина, как всегда, отлично! – похвалил он. – Валентина Ивановна, неплохо, но не забывайте про температурный режим. Людмила, больше ванили в следующий раз. Зинаида Петровна, тесто слегка перемешано. Олеся, отлично для первого раза! А вот Таисия Петровна…

Он долго жевал мой маффин, морщась.

– Соль и сахар не перепутали? – спросил он, наконец.

Я покраснела. Действительно, в спешке я могла ошибиться с баночками.

– Ничего, бывает, – снисходительно заметил преподаватель. – В следующий раз будьте внимательнее.

Занятие закончилось, мы убрали за собой посуду и начали расходиться. Альберт Викторович остался в студии – видимо, готовился к следующему уроку.

Дома меня встретил Персик. Я решила угостить его кусочком своего неудачного маффина, но кот отказался наотрез. Понюхал, фыркнул и демонстративно отвернулся.

– Ну, спасибо за поддержку! – обиделась я. – Я же стараюсь!

Персик посмотрел на меня своими зелеными глазами с таким выражением, словно хотел сказать: "Хозяйка, лучше открой мне консервы". И знаете что? Он был прав. Консервы Персик ел с удовольствием, а мой маффин пришлось выбросить.

Но я не сдавалась! На следующий день купила несколько кулинарных книг и даже посмотрела пару видео уроков в интернете. Теория – это одно, а практика совсем другое, но хотя бы базовые понятия я решила освоить.

Через два дня было следующее занятие. На этот раз мы должны были печь дрожжевые пирожки с разными начинками. Я приехала заранее, чтобы занять место поближе к преподавателю.

В студии уже собрались все участницы, кроме Олеси. Альберт Викторович выглядел каким-то нервным – то и дело, поглядывая на часы и барабаня пальцами по столу.

– А где наша молодежь? – спросил он.

– Олеся звонила, сказала, что задерживается, – ответила Марина. – Пробки, знаете ли.

– Ну что ж, начнем без нее, – решил преподаватель.

Он начал рассказывать про дрожжевое тесто, но я заметила, что он рассеян и несколько раз повторился. А когда мы приступили к замешиванию теста, он вдруг резко оборвал объяснения.

– Извините, дамы, мне нужно отлучиться на пару минут, – сказал он и выскочил из студии.

Мы переглянулись.

– Странно он себя ведет, – пробормотала Зинаида Петровна. – Обычно он такой собранный.

– Может, проблемы какие-то, – предположила Людмила.

Альберт Викторович вернулся через десять минут, но выглядел еще более взволнованным. Руки у него слегка дрожали, когда он показывал нам, как формовать пирожки.

Занятие прошло комково. Мои пирожки получились чуть лучше, чем в прошлый раз, но все равно далеко от идеала. Зато настроение у меня было хорошее – я чувствовала, что постепенно втягиваюсь в процесс.

После занятия я задержалась, чтобы вымыть противень. Альберт Викторович сидел за столом и что-то писал в блокноте, время от времени вздыхая.

– Альберт Викторович, а можно вопрос? – решилась я.

Он поднял на меня глаза.

– Слушаю, Таисия Петровна.

– У вас есть какие-то секретные рецепты? Хотелось бы что-то особенное научиться печь.

Преподаватель странно на меня посмотрел.

– Секретные рецепты… – повторил он медленно. – Знаете, Таисия Петровна, в кулинарии главное не рецепт, а душа, которую вы вкладываете в блюдо.

– Но все-таки, наверняка у вас есть какие-то особые секреты? – не унималась я.

Альберт Викторович захлопнул блокнот.

– У каждого повара есть свои секреты, – сказал он загадочно. – Но не все из них связаны с кулинарией.

Я не поняла, что он имеет в виду, но переспрашивать не стала. Попрощавшись, я отправилась домой.

Дома Персик встретил меня с обычным скепсисом. Я протянула ему кусочек пирожка с капустой, но кот даже нюхать не стал – просто повернулся ко мне спиной и ушел к своей миске.

– Ну ладно, – пробормотала я, – значит, пока еще не дозрела до кулинарных шедевров.

Но что-то мне подсказывало, что проблема была не только в моих кулинарных способностях. Альберт Викторович определенно что-то скрывал, и я была бы не я, если бы не попыталась выяснить что именно.

Глава 2: "Дрожжи раздора"

Утром я проснулась с твердым намерением стать достойной ученицей кулинарных курсов. Персик встретил меня на кухне с видом знатока, который прекрасно понимает всю безнадежность моих кулинарных амбиций. Он сидел возле своей миски и смотрел на меня с таким выражением, словно хотел сказать: "Хозяйка, лучше открой мне консервы и не мучай ни себя, ни окружающих".

– Не строй из себя критика, – сказала я ему, наливая кофе. – Сегодня у меня все получится!

Персик недоверчиво мяукнул и принялся умываться. Видимо, решил не тратить время на споры с безнадежной особой.

К вечеру я приехала в центр досуга с новенькими формочками для кексов и решительным настроем. В студии уже собралась вся наша дружная компания. Правда, дружной ее можно было назвать с большой натяжкой – между некоторыми участницами явно витало напряжение.

– Добрый вечер, дамы! – торжественно произнес Альберт Викторович, входя в студию.

Сегодня он выглядел еще более театрально, чем в прошлый раз. Белоснежный халат был безупречно выглажен, колпак сидел идеально ровно, но в глазах читалась какая-то нервозность. Руки у него слегка дрожали, когда он раскладывал рецепты на столе.

– Сегодня мы изучаем дрожжевое тесто! – объявил он. – Это основа основ, альфа и омега выпечки! Без понимания природы дрожжей невозможно стать настоящим кулинаром!

Он начал рассказывать о видах дрожжей, но я заметила, что несколько раз сбивался и повторялся. Обычно такой собранный и уверенный в себе, сегодня Альберт Викторович казался рассеянным.

– Дрожжи – это живые организмы, – говорил он, то и дело, поглядывая на часы. – Они требуют особого обращения, правильной температуры, подходящей среды…

– Альберт Викторович, – вдруг встряла Зинаида Петровна, наша строгая завуч, – а можно задать вопрос?

– Конечно, Зинаида Петровна, слушаю вас.

– Вы в прошлый раз обещали дать нам рецепт особых пирожков. Помните, вы говорили про бабушкин секретный рецепт?

Лицо преподавателя вдруг стало напряженным.

– Ах да, пирожки… Конечно, обязательно дам. Позже.

– А вот это интересно! – вдруг резко сказала Марина, которая обычно была такой милой и спокойной. – Очень интересно!

Все повернулись к ней. Марина стояла, сжав кулаки, и смотрела на Зинаиду Петровну с явной злостью.

– Что вас так взволновало, Марина? – осторожно спросила Людмила.

А то, что этот "бабушкин секретный рецепт" – это рецепт моей покойной свекрови! – выпалила Марина. – Она мне его передала перед смертью, а я, дурочка, поделилась с подругой. И что же теперь получается? Зинаида Петровна решила выдать его за семейную реликвию своего рода?

Зинаида Петровна покраснела так, что стала похожа на переспелый помидор.

– Что вы такое говорите! – возмутилась она. – Этот рецепт у нас в семье передается из поколения в поколение! Моя прабабушка…

– Ваша прабабушка, видимо, была очень современной женщиной, – ядовито перебила ее Марина. – Потому что мука "Макфа" и маргарин "Рама" в ее времена еще не производились!

Олеся, наша самая молоденькая участница, захихикала. Валентина Ивановна покачала головой с видом человека, который много чего повидал в жизни. А Людмила вообще достала телефон и начала что-то снимать – видимо, для соцсетей.

– Дамы, дамы! – попытался вмешаться Альберт Викторович. – Давайте не будем портить атмосферу творчества! Рецепты – это достояние человечества, они не могут принадлежать одному человеку!

– Ага, конечно! – не унималась Марина. – Зинаида Петровна, а не вы ли на прошлой неделе хвастались в учительской, что знаете секретный рецепт пирожков и даже написали статью для школьной газеты?

– При чем тут школьная газета? – попыталась оправдаться Зинаида Петровна.

– А при том, что там вы назвали себя хранительницей старинных кулинарных традиций! И даже фотографию приложили – пирожков, сделанных по МОЕМУ семейному рецепту!

Честно говоря, я не ожидала такого поворота событий. Когда записывалась на курсы, думала, что максимум драмы будет в том, что у меня не получится тесто. А тут разворачивается настоящая мыльная опера с кражей интеллектуальной собственности.

Альберт Викторович совсем растерялся. Он переминался с ноги на ногу и явно не знал, как уладить конфликт.

– Может быть, просто случайное совпадение? – неуверенно предположил он. – Похожие рецепты встречаются…

– Случайное совпадение? – взвилась Марина. – Включая особый способ лепки и секретную приправу из тмина и кориандра?

Зинаида Петровна окончательно потеряла дар речи. Она открывала и закрывала рот, как рыба, выброшенная на берег.

– Ну, вот что, – решительно сказала Валентина Ивановна, – хватит нам тут цирк устраивать. Мы же за деньги пришли учиться, а не семейные дрязги выяснять.

– Совершенно верно! – поддержала ее Людмила, отрываясь от телефона. – Альберт Викторович, давайте заниматься!

Преподаватель с видимым облегчением кивнул.

– Да, конечно, приступим к практике. Сегодня мы будем делать дрожжевые булочки с корицей.

Но атмосфера в студии была испорчена. Марина и Зинаида Петровна сидели по разным концам стола и бросали друг на друга убийственные взгляды. Олеся хихикала по любому поводу. Людмила продолжала что-то фотографировать для инстаграма (запрещен в РФ). А Валентина Ивановна вздыхала и качала головой.

Я попыталась сосредоточиться на замешивании теста, но постоянно отвлекалась на происходящее вокруг. Альберт Викторович тоже был не в своей тарелке – несколько раз путал ингредиенты и даже умудрился насыпать соль вместо сахара в демонстрационное тесто.

– Альберт Викторович, вы хорошо себя чувствуете? – участливо спросила Людмила.

– Что? Да, да, все прекрасно, – он встряхнул головой. – Просто немного устал. Вчера поздно лег.

Но мне показалось, что дело не только в усталости. Преподаватель явно был чем-то обеспокоен. Он часто смотрел на дверь, словно ждал кого-то или, наоборот, боялся, что кто-то войдет.

Занятие продолжалось в напряженной атмосфере. Мое тесто получилось чуть лучше, чем в прошлый раз, но до идеала было далеко. Зато у Марины, несмотря на все волнения, булочки вышли просто изумительные – пышные, румяные, с восхитительным ароматом корицы.

– Марина, у вас действительно золотые руки, – похвалил Альберт Викторович. – Видно, что готовите с детства.

– Спасибо, – сухо ответила она, но я заметила, что похвала ей приятна.

Зинаида Петровна демонстративно отвернулась и принялась активно месить свое тесто, явно стараясь показать, что она не хуже справляется.

К концу занятия все окончательно вымотались от напряжения. Альберт Викторович поспешно объявил домашнее задание – попрактиковаться в приготовлении дрожжевого теста дома.

– На следующем занятии мы будем делать пироги с различными начинками, – сказал он. – Приходите в четверг в то же время.

Мы начали собираться. Марина и Зинаида Петровна принципиально не прощались друг с другом. Олеся все еще хихикала. Людмила продолжала что-то строчить в телефоне – видимо, выкладывала фотографии булочек в соцсети.

– Альберт Викторович, – обратилась к преподавателю Валентина Ивановна, – может быть, вам помочь прибрать?

– Нет-нет, спасибо, – поспешно ответил он. – Я сам справлюсь. У меня свой порядок.

Мы вышли из студии, оставив преподавателя одного. В коридоре девочки еще немного поговорили о случившемся, но я поспешила домой – на улице уже совсем стемнело, а завтра рано на работу.

Дома меня встретил Персик с обычным недоумением. Я попыталась угостить его кусочком своей булочки, но кот отказался наотрез. Зато булочка Марины, которую она мне дала попробовать, пришлась ему по вкусу.

– Ну, вот видишь, – сказала я коту, – некоторые умеют готовить, а некоторые только учатся.

Персик мяукнул в ответ и ушел к себе на подоконник. А я легла спать, размышляя о странном поведении Альберта Викторовича и о том, что завтра будет новый день, полный кулинарных открытий.

Но утром меня разбудил звонок Людмилы.

– Тая, ты слышала? – взволнованно говорила она в трубку.

– Что случилось? – я с трудом разлепила глаза.

– Альберт Викторович! Его нашли мертвым в студии!

Я села на кровати как ошпаренная.

– Что?! Как?!

Галина Семеновна пришла утром открывать центр, а он лежит на полу среди рассыпанной муки! Говорят, поскользнулся и ударился головой!

У меня в голове пронеслись вчерашние события – нервозность преподавателя, скандал из-за рецепта, его странное поведение. И почему-то мне вспомнилось, как Персик вчера отказался есть мою булочку, но с удовольствием попробовал Маринину.

– Людмила, а полиция уже приехала?

– Да, там сейчас целый цирк. Галина Семеновна рыдает, говорит, что такой хороший человек был, такой талантливый…

Я попрощалась с Людмилой и задумалась. Персик сидел на подоконнике и внимательно смотрел на меня своими зелеными глазами. В них читалось что-то вроде: "Хозяйка, а ты не находишь, что вчера было слишком много странностей?"

И знаете что? Кот был прав. Было слишком много странностей. Альберт Викторович не похож на человека, который может просто поскользнуться и разбиться насмерть. Слишком уж он был аккуратным и осторожным.

Глава 3: "Начинка с сюрпризом"

Кто-то настойчиво звонил в дверь. Персик недовольно зашипел с подоконника – видимо, тоже не ожидал такого раннего визита. Я натянула халат и поплелась к двери, мысленно проклиная всех, кто решил нарушить мой законный сон.

За дверью стоял молодой участковый, которого я уже видела вчера в центре досуга.

– Таисия Петровна Цветкова? – спросил он официальным тоном.

– Да, это я, – кивнула я, пытаясь пригладить торчащие в разные стороны волосы.

– Старший лейтенант Морозов. Мне нужно задать вам несколько вопросов о вчерашних событиях в кулинарной студии.

Я пригласила его в комнату и поставила чайник. Персик с подоконника внимательно наблюдал за незнакомцем, явно оценивая степень его опасности для нашего спокойного существования.

– Расскажите, как проходило занятие, – попросил Морозов, доставая блокнот.

Я подробно пересказала все события вчерашнего вечера – скандал между Мариной и Зинаидой Петровной, нервозность Альберта Викторовича, то, как он остался в студии один.

– А что вы можете сказать о характере преподавателя? – спросил участковый.

– Ну, он казался немного… странным, – призналась я. – Очень театральный, эмоциональный. Но вчера он был особенно нервным, постоянно на часы смотрел.

– Понятно, – записал что-то Морозов. – По предварительным данным, смерть наступила в результате несчастного случая. Альберт Викторович поскользнулся на рассыпанной муке, упал и ударился головой о край стола. Травма оказалась смертельной.

Я кивнула, но что-то внутри меня противилось такому простому объяснению. Альберт Викторович был очень аккуратным, педантичным человеком. Неужели он мог так небрежно рассыпать муку и не убрать ее?

После ухода участкового я решила съездить в центр досуга. Официально курсы, конечно, отменили, но мне хотелось своими глазами посмотреть на место происшествия. Персик, видимо, почувствовав мое беспокойство, настойчиво просился с собой. Обычно он терпеть не мог поездки в переноске, но сегодня почему-то рвался в бой.

– Ладно, поехали вместе, – решила я. – Может, твое кошачье чутье подскажет что-нибудь полезное.

В центре досуга царил переполох. Галина Семеновна, администратор, металась по фойе с красными от слез глазами.

– Ах, Таисия Петровна! – набросилась она на меня. – Какой ужас! Такой талантливый человек, такой преданный своему делу! И так нелепо погибнуть!

– Галина Семеновна, а можно посмотреть на студию? – осторожно спросила я.

– Ой, не знаю… Там же место происшествия… Но полиция уже все осмотрела, печати сняли. Наверное, можно.

Она проводила меня на второй этаж. Дверь в кулинарную студию была открыта, но желающих зайти внутрь не наблюдалось. Я вошла, держа переноску с Персиком.

Студия выглядела странно пустой без нашей шумной компании. На полу мелом была обведена фигура человека – там, где нашли тело Альберта Викторовича. Рядом действительно была рассыпана мука, но не очень много.

Я выпустила Персика из переноски. Кот сразу же начал принюхиваться и обследовать помещение. Сначала он прошелся по периметру, потом направился к плитам. Возле одной из духовок он остановился и начал беспокойно мяукать.

– Что там, Персик? – спросила я, подходя ближе.

Кот стоял на задних лапах, пытаясь заглянуть внутрь духовки. Я открыла дверцу – внутри было чисто, но Персик продолжал нервничать. Тогда я обратила внимание на столик рядом с плитой. На нем лежали кухонные принадлежности – венчики, лопатки, мерные стаканчики. Но чего-то не хватало.

Я попыталась вспомнить, что именно. На прошлом занятии Альберт Викторович демонстрировал нам весь набор кухонных инструментов. И среди них был… нож! Небольшой, но очень острый нож для тонкой нарезки. Его часто называют филейным.

– Где же он сейчас?

Я осмотрела все поверхности, заглянула в раковину, проверила ящики. Ножа нигде не было. Странно. Может, его унесли для экспертизы? Но зачем, если смерть признали несчастным случаем?

Персик тем временем обнюхивал мусорное ведро и что-то там нашел. Он начал лапой выковыривать какой-то предмет. Я наклонилась посмотреть – это была пустая упаковка от таблеток. "Аспирин Кардио", прочитала я.

– Ну что ты там нашел? – пробормотала я, забирая упаковку.

В этот момент в студию вошла Галина Семеновна.

– Таисия Петровна, тут к вам девочки из группы пришли, – сказала она. – Хотят поговорить.

Внизу меня действительно ждали почти все участницы курсов. Марина выглядела расстроенной, Людмила все время что-то печатала в телефоне, Валентина Ивановна качала головой, а Зинаида Петровна держалась особняком. Не хватало только Олеси.

– Девочки, какой ужас! – начала Людмила. – Я всю ночь не спала, все думала о бедном Альберте Викторовиче.

– А я вот что думаю, – вдруг сказала Марина, – не такой уж он был и хороший, этот ваш преподаватель.

Все удивленно на нее посмотрели.

– В смысле? – спросила Валентина Ивановна.

– А в том смысле, что он был любопытный очень. Все время вопросы личные задавал, интересовался нашими семейными делами. А зачем ему это?

– Может, просто общительный был? – предположила Людмила.

– Общительный… – фыркнула Марина. – Знаете, что он мне на прошлой неделе сказал? Что видел меня в кафе с мужчиной, который явно не мой муж. И намекнул, что понимает, как трудно живется замужней женщине с тремя детьми.

– И что в этом такого? – не поняла Людмила.

– А то, что я действительно была в том кафе с соседом. Мы обсуждали ремонт подъезда. Но Альберт Викторович почему-то решил, что у нас роман, и начал намекать, что он человек понимающий и никому ничего не скажет.

Зинаида Петровна поежилась.

– Ко мне он тоже приставал с расспросами, – призналась она. – Все интересовался, где я работаю, какая у меня зарплата. А потом вдруг спросил, не подрабатываю ли я частными уроками. Мол, знает, что многие учителя так делают, не оформляя официально.

– А вы подрабатываете? – полюбопытствовала Людмила.

– Ну… иногда, – смущенно ответила Зинаида Петровна. – У меня пенсия небольшая, вот и приходится. Но я же налоги не плачу с этих денег… А он как будто знал!

Картина начинала проясняться. Альберт Викторович не просто интересовался нашими делами – он что-то вынюхивал, собирал информацию.

– А что он у вас выспрашивал? – обратилась я к Валентине Ивановне.

Пенсионерка помялась.

– Он расспрашивал про мою квартиру. Я как-то упомянула, что живу одна в трехкомнатной, а он давай выяснять, не сдаю ли я комнаты. Мол, понимает, что на пенсию не проживешь.

– И сдаете?

– Да, одну комнату сдаю студентке, – призналась Валентина Ивановна. – Но неофициально, конечно. А он намекнул, что налоговая об этом не знает, но он молчать будет, если я буду… как он сказал… "правильно себя вести на занятиях".

Вот это да! Получается, наш милый преподаватель был еще тем типом. Собирал компромат на учениц и намекал на возможные неприятности.

– А где Олеся? – спросила я. – Она не пришла.

– А ей и незачем, – сказала Людмила. – У нее все чисто. Молодая, незамужняя, работает в солидной фирме. Ей нечего скрывать.

– Зато есть что рассказать, – неожиданно вставила Марина. – Помните, как Альберт Викторович к ней приставал с комплиментами? Все время хвалил, руки поправлял, когда она тесто месила.

– Да, это было заметно, – согласилась Валентина Ивановна. – Девочка явно смущалась.

– А вы знаете, где она работает? – спросила я.

– В какой-то рекламной фирме, кажется, – ответила Людмила. – Говорила, что дизайнером трудится.

Я решила обязательно поговорить с Олесей. Если Альберт Викторович действительно приставал к ней, то это мог быть серьезный мотив для… Стоп, о чем я думаю? Ведь полиция установила, что это несчастный случай!

Но пропавший нож не давал мне покоя. И странное поведение Персика возле духовки. И эта упаковка от аспирина в мусоре.

После разговора с девочками я вернулась домой в полной растерянности. Персик сразу же устроился на подоконнике и принялся вылизываться, видимо, считая свою миссию выполненной.

– Ну что, детектив, – обратилась я к нему, – какие будут выводы?

Кот посмотрел на меня зелеными глазами и мяукнул. В его взгляде читалось что-то вроде: "Хозяйка, ты сама все прекрасно понимаешь, только боишься в этом признаться".

И действительно, факты складывались в нехорошую картину. Альберт Викторович собирал компромат на участниц курсов. Возможно, шантажировал их или готовился к шантажу. У каждой из женщин были причины его недолюбливать. А тут еще пропавший нож и странная смерть.

– Я взяла телефон и набрала номер Людмилы. Та ответила сразу.

– Людочка, а у тебя есть телефон Олеси? – спросила я.

– Конечно, есть. А зачем?

– Хочу узнать, как она переживает случившееся. Все-таки мы были группой, нужно поддержать друг друга.

Людмила продиктовала номер, и я сразу же позвонила Олесе. Трубку взяли не сразу.

– Алло? – раздался осторожный голос.

– Олеся, это Таисия, мы вместе ходили на курсы выпечки.

– А, да, здравствуйте.

– Как вы переживаете случившееся? Мы все сегодня собирались, вас не хватало.

Пауза.

– Честно говоря, я не очень расстроена, – призналась Олеся. – Альберт Викторович был… неприятным человеком.

– В каком смысле?

– Он ко мне приставал. Не в том смысле, что руки распускал, но… намекал постоянно. Говорил, что я очень талантливая, что он мог бы мне помочь в карьере, познакомить с нужными людьми. А потом выяснилось, что он знает о моей работе больше, чем я ему рассказывала.

– Что именно он знал?

– Что в нашей фирме были проблемы с налоговой, что директор оформлял часть зарплаты в конвертах. И что я об этом знаю, потому что работаю в бухгалтерии, а не простым дизайнером, как всем говорю.

Так, еще одна жертва "педагогических" методов Альберта Викторовича.

– И что он хотел взамен за молчание?

– Пока ничего конкретного не требовал. Но я понимала, что дело к этому идет. Вчера он даже предложил остаться после занятий, чтобы "обсудить мое будущее в кулинарии". Я, конечно, отказалась.

После разговора с Олесей я окончательно убедилась – Альберт Викторович был шантажистом. И у каждой из нас были основания желать ему неприятностей. Но достаточно ли серьезные, чтобы убить?

Персик спрыгнул с подоконника и подошел ко мне. Потерся о ноги и мяукнул. Кажется, мой пушистый детектив считал, что пора переходить от сбора информации к активным действиям.

– Знаешь что, Персик, – сказала я, почесывая его за ухом, – а ведь у нас завтра выходной. Может, съездим еще раз в центр досуга? Поговорим с Галиной Семеновной поподробнее?

Кот одобрительно промурлыкал. Видимо, он тоже считал, что наше расследование только начинается.

Глава 4: "Секретный ингредиент"

Утром я проснулась с твердым намерением докопаться до истины. Персик встретил меня на кухне с видом кота, который давно все понял, но терпеливо ждет, когда до хозяйки дойдет. Он сидел возле своей миски и многозначительно смотрел на меня зелеными глазами.

– Знаю, знаю, – сказала я ему, открывая банку консервов. – Сегодня мы обязательно разберемся с этой историей. Но сначала позавтракаем.

Персик одобрительно мяукнул и принялся за еду. А я, попивая кофе, обдумывала план действий. Вчерашний разговор с участницами курсов прояснил многое, но не все. Альберт Викторович определенно был не просто преподавателем кулинарии, а еще и шантажистом. Но где он хранил свой компромат?

После завтрака я решила еще раз съездить в центр досуга. На этот раз взяла с собой Персика – его кошачье чутье уже не раз помогало мне в трудных ситуациях.

В центре царила обычная утренняя суета. Галина Семеновна, администратор, сидела за своим столом и разбирала какие-то бумаги. Увидев меня, она грустно улыбнулась.

– Ах, Таисия Петровна! Как хорошо, что вы пришли. Я тут думаю, что же нам теперь делать со студией. Может, другого преподавателя найти?

– Галина Семеновна, а можно мне еще раз посмотреть на студию? – попросила я. – Хочется попрощаться с местом, где мы учились.

– Конечно, идите. Только осторожно там, я еще не все убрала после… после того случая.

Поднявшись на второй этаж, я выпустила Персика из переноски. Кот сразу же принялся обнюхивать помещение, особое внимание, уделив столу преподавателя.

Я тоже подошла к столу и начала осматривать ящики. В верхнем лежали обычные кухонные принадлежности, во втором – рецепты и методические материалы. А в самом нижнем, самом глубоком ящике, я наткнулась на небольшую записную книжку в кожаном переплете.

Сердце забилось быстрее. Я открыла книжку и начала листать. То, что я увидела, привело меня в ужас.

На первой странице был написан список всех участниц курсов с телефонами и адресами. А дальше… дальше шли подробные записи о каждой из нас.

"Марина Козлова, 38 лет, домохозяйка. Муж – инженер, трое детей. СЕКРЕТ: тратит семейные деньги на покупки через интернет. За полгода потратила 200 тысяч рублей, предназначенных на покупку машины. Скрывает от мужа. ИСТОЧНИК: подслушал разговор по телефону с подругой 15.03."

Я перевернула страницу.

"Валентина Ивановна Серова, 63 года, пенсионерка. Вдова, двое взрослых детей. СЕКРЕТ: подделала диплом о кулинарном образовании для устройства на работу в детский сад. Реальное образование – учитель математики. ИСТОЧНИК: видел, как подделывает документы дома через окно 22.03."

Дальше шла информация о Зинаиде Петровне.

"Зинаида Петровна Краснова, 52 года, завуч школы №47. Замужем, муж – слесарь. СЕКРЕТ: берет деньги с родителей за помощь в поступлении детей в хорошие классы. Также подрабатывает частными уроками, не оформляя официально. ИСТОЧНИК: родители жаловались друг другу при мне 28.03."

Людмила тоже не была обойдена вниманием преподавателя.

"Людмила Васнецова, 29 лет, в декрете, один ребенок. Муж работает менеджером. СЕКРЕТ: тратит детские пособия на косметику и одежду для себя, мужу говорит, что деньги идут на ребенка. ИСТОЧНИК: видел чеки от дорогих покупок, которые она прятала 10.04."

И, наконец, Олеся.

"Олеся Светлакова, 25 лет, дизайнер в рекламном агентстве. Есть жених. СЕКРЕТ: встречается с женатым соседом Виталием Петровым, 34 года. Жених ничего не знает. ИСТОЧНИК: видел, как целуются в подъезде 05.04."

Я закрыла книжку, чувствуя тошноту. Значит, наш милый преподаватель был настоящим подлецом! Он специально выспрашивал нас, подслушивал разговоры, даже подглядывал в окна! А потом использовал полученную информацию для шантажа.

Персик тем временем продолжал обследовать студию. Он обнюхал все шкафчики, заглянул под столы, а потом направился к стеллажу с банками, где хранились сыпучие продукты.

Возле одной из банок – с мукой высшего сорта – он остановился и начал настойчиво мяукать.

– Что там, Персик? – спросила я, подходя к нему.

Кот лапой показывал на банку и продолжал мяукать. Я сняла ее с полки и открыла крышку. Внутри действительно была мука, но когда я копнула поглубже, мои пальцы наткнулись на что-то твердое.

Это был небольшой пластиковый пакетик, а в нем – флэш-накопитель!

– Персик, ты гений! – воскликнула я, целуя кота в макушку.

Я вставила флэшку в свой ноутбук, который всегда ношу с собой по работе. То, что я увидела, окончательно убедило меня в том, что Альберт Викторович был отъявленным мерзавцем.

На флэшке были фотографии! Марина действительно встречалась с каким-то мужчиной в кафе – правда, судя по их позам и выражениям лиц, они обсуждали что-то очень деловое, никакого романа там и близко не было. Но снято было так, что при желании можно было истолковать любую сцену в нужном ключе.

Олеся и правда целовалась с соседом в подъезде – это было очевидно даже на размытых фотографиях.

Зинаида Петровна была сфотографирована в момент, когда принимала от какой-то женщины деньги – видимо, за частные уроки.

А Валентина Ивановна… Боже мой, он действительно подглядывал в ее окна! На фотографиях она что-то писала за столом, и хотя разглядеть детали было невозможно, сам факт слежки был ужасающим.

Только на Людмилу фотографий не было – видимо, чеков в качестве улик было достаточно.

Я откинулась на спинку стула, пытаясь осмыслить масштаб происходящего. Получается, Альберт Викторович методично собирал компромат на всех участниц курсов. Но зачем? Для шантажа? Или просто из патологической любви к чужим секретам?

Персик запрыгнул ко мне на колени и утешающе помурлыкал. Видимо, понимал, что хозяйка в шоке от открытия.

– Знаешь что, Персик, – сказала я ему, – теперь понятно, почему его убили. У любой из наших девочек был мотив. Но кто именно решился на это?

В этот момент в студию вошла Галина Семеновна.

– Таисия Петровна, вы тут давно? – спросила она. – Я уже волноваться начала.

– Галина Семеновна, а вы хорошо знали Альберта Викторовича? – спросила я, быстро закрывая ноутбук.

– Ну как сказать… Работал у нас всего полгода. Пришел с хорошими рекомендациями, документы все в порядке были. Преподавал неплохо, жаловаться не на что.

– А характер у него, какой был?

Галина Семеновна поколебалась.

– Немного… странный, – призналась она. – Очень любопытный. Все время расспрашивал про участниц курсов, интересовался их личной жизнью. Говорил, что это помогает найти индивидуальный подход к каждой.

– А не было ли у вас с ним… конфликтов?

Администратор покраснела.

– Ну, один раз он заикнулся о повышении зарплаты. Мол, знает, что у нас в центре не все чисто с финансовой отчетностью. Я, конечно, объяснила ему, что такие разговоры неуместны.

Так, еще один подозреваемый! Получается, Альберт Викторович пытался шантажировать не только участниц курсов, но и администрацию центра.

– Галина Семеновна, а что он имел в виду, говоря о финансовой отчетности?

Женщина замялась.

– Да ерунда всякая. У нас иногда… ну, некоторые расходы проходят не совсем официально. Мелочи, в общем.

– Какие мелочи?

– Да премии сотрудникам выплачиваем наличными, чтобы налоги не платить. Или материалы для занятий покупаем без чеков, дешевле получается. Ничего такого особенного.

Я кивнула, делая вид, что понимаю. На самом деле, как бухгалтер, я прекрасно знала, что подобные "мелочи" могут привести к серьезным проблемам с налоговой.

– А Альберт Викторович это знал?

– Видимо, что-то подозревал. Один раз застал меня, когда я пересчитывала наличные для премий. Начал задавать вопросы, намекать…

После разговора с Галиной Семеновной картина стала еще более запутанной. Получается, мотивы для убийства Альберта Викторовича были не только у участниц курсов, но и у администрации центра.

Дома я села за кухонный стол и разложила перед собой все имеющиеся факты. Персик устроился рядом и внимательно следил за моими действиями.

– Итак, – сказала я ему, – у нас есть пять подозреваемых из числа участниц курсов, плюс Галина Семеновна. У каждой был мотив желать смерти Альберта Викторовича.

Кот мяукнул, как будто соглашался.

– Но как определить, кто именно? И главное – как было совершено убийство? Ведь полиция считает это несчастным случаем.

Персик встал, потянулся и подошел к холодильнику. На дверце висел магнитик с рецептом содового печенья, который я когда-то вырезала из журнала.

– Сода? – переспросила я. – При чем тут сода?

Кот настойчиво мяукал, показывая лапой на рецепт.

– Сода и уксус дают бурную реакцию, – пробормотала я. – А еще сода с кислотой… Стоп!

Я вскочила со стула. В голове начала формироваться невероятная, но вполне возможная версия.

– Персик, а ведь на курсах мы изучали разрыхлители теста! Сода, разрыхлитель, кислота… А что если кто-то подмешал Альберту Викторовичу в чай что-то, что вступило в реакцию с содержимым его желудка?

Кот одобрительно замурлыкал.

Нужно узнать, что он ел и пил в тот вечер. И кто имел доступ к его еде или напиткам.

Я схватила телефон и позвонила Людмиле.

– Людочка, не помнишь, Альберт Викторович что-нибудь пил на последнем занятии?

– Конечно, помню! Он постоянно пил какой-то травяной чай из термоса. Говорил, что это для пищеварения. А еще у него всегда лежали на столе таблетки от изжоги.

– Таблетки от изжоги? Какие?

– Не знаю точно, но помню, что он их часто принимал. Говорил, что у него хронический гастрит.

Повесив трубку, я задумалась. Травяной чай, таблетки от изжоги, хронический гастрит… А что если кто-то подмешал ему в чай что-то, что в сочетании с лекарствами или особенностями его организма могло привести к летальному исходу?

Персик тем временем устроился на подоконнике и смотрел на меня с видом кота, который знает все ответы, но терпеливо ждет, когда хозяйка до них додумается.

– Ладно, детектив, – сказала я ему. – Завтра поедем еще раз в центр и попробуем найти этот термос. А пока давай ужинать.

Но аппетита у меня не было. Слишком много ужасных открытий на один день. Альберт Викторович оказался настоящим подлецом, который шантажировал беззащитных женщин. Но неужели кто-то из них действительно решился на убийство?

Персик подошел ко мне и утешающе потерся о ноги. В его зеленых глазах читалось сочувствие и понимание.

– Знаешь что, Персик, – сказала я, поглаживая его рыжую шерстку. – Может, тот, кто убил Альберта Викторовича, и не такой уж злодей. Может, он просто защищался от шантажиста?

Кот мяукнул, но в его голосе прозвучало что-то вроде осуждения. Видимо, даже кошачья мораль не оправдывает убийство.

Я вздохнула и отправилась спать, но сон не шел. В голове крутились лица участниц курсов, записи из блокнота Альберта Викторовича, фотографии с флэшки. Кто из них мог решиться на такой шаг? И главное – как это было сделано?

Ответы на эти вопросы предстояло найти завтра.

Глава 5: "Пирожки к чаю"

Персик сидел на подоконнике и пристально смотрел на улицу, словно высматривал кого-то. Время от времени он поворачивался ко мне и многозначительно мяукал.

– Знаю, знаю, – сказала я ему, допивая кофе. – Сегодня мы обязательно докопаемся до истины. Но сначала мне нужно еще раз все обдумать.

Я достала блокнот и записала все факты. Альберт Викторович шантажировал участниц курсов. У каждой из них был мотив для убийства. Но что-то в этой истории не складывалось. Почему полиция так быстро признала смерть несчастным случаем? И куда делся пропавший нож?

Персик спрыгнул с подоконника, подошел ко мне и лапой показал на телефон. Видимо, считал, что пора действовать.

– Хорошо, поедем в центр досуга, – решила я. – Может быть, там найдем последние улики.

Центр досуга встретил нас привычной суетой. Галина Семеновна сидела за своим столом и что-то подсчитывала в калькуляторе. Увидев меня, она грустно улыбнулась.

– Ах, Таисия Петровна! Как дела? Я вот тут пытаюсь понять, что делать дальше с кулинарной студией. Может, закрыть совсем или другого преподавателя искать.

– Галина Семеновна, а можно мне еще раз подняться в студию? – попросила я. – Хочется окончательно попрощаться с местом, где мы учились.

– Конечно, идите. Только осторожно там, я еще не все убрала.

Поднявшись в студию, я выпустила Персика из переноски. Кот сразу же направился к тому месту, где стояла духовка, и начал обнюхивать пол.

Я тем временем еще раз осмотрела помещение. На столе преподавателя все еще лежали его записи, банки с продуктами, кухонные принадлежности. Вдруг мое внимание привлек термос, стоящий на подоконнике. Я его раньше не замечала.

Открыв термос, я почувствовала слабый аромат травяного чая. Именно такой чай постоянно пил Альберт Викторович на занятиях. Людмила говорила, что он делал это для пищеварения.

Персик в это время обследовал полки с продуктами. Возле одной из банок он остановился и начал настойчиво мяукать. Это была банка с пищевой содой.

– Что там, детектив? – спросила я, подходя к нему.

Кот лапой показывал на банку и продолжал мяукать. Я сняла ее с полки, и тут Персик случайно задел ее хвостом. Банка упала на пол, крышка слетела, и сода рассыпалась по всему полу.

– Ах ты, неуклюжий! – начала было ругать я кота, но вдруг замерла.

На полу, где рассыпалась сода, лежало несколько капель какой-то жидкости. Наверное, кто-то пролил воду. И вдруг эти капли начали шипеть и пениться, вступив в реакцию с содой!

В голове у меня мгновенно сложилась картинка. Сода и кислота дают бурную реакцию с выделением газа. А что если…

Я схватила термос и понюхала еще раз. Кроме травяного аромата чувствовался едва заметный кислый запах. Лимонная кислота? Или что-то еще?

– Персик, ты гений! – воскликнула я. – Я поняла, как было совершено убийство!

Кот довольно замурлыкал и потерся о мои ноги.

Альберт Викторович постоянно пил травяной чай и принимал таблетки от изжоги. А что если кто-то подмешал ему в чай большое количество лимонной кислоты или другого кислого вещества? При взаимодействии с содой, которую он принимал в виде лекарства, могла произойти бурная химическая реакция прямо в желудке!

Выделившийся газ мог вызвать острое расширение желудка, боль, потерю сознания. А если у человека были проблемы с сердцем…

– Но кто мог это сделать? И главное – зачем?

В этот момент в студию вошла Галина Семеновна.

– Таисия Петровна, что у вас тут случилось? Я шум услышала.

– Галина Семеновна, – сказала я, внимательно глядя на нее. – А вы хорошо разбираетесь в химии?

Она удивленно посмотрела на меня.

– Ну, в школе изучала, как все. А что?

– Просто интересно. Скажите, а что это за жидкость на полу? – я показала на место, где пенилась смесь соды с неизвестной жидкостью.

Галина Семеновна подошла ближе и наклонилась посмотреть.

– Не знаю. Может, кто-то воду пролил?

– Не думаю. Вода с содой так не реагирует. А вот кислота…

Лицо администратора изменилось. Она резко выпрямилась и отступила назад.

– О чем вы говорите? Какая кислота?

– О той, которую вы подмешали в чай Альбертa Викторовича, – твердо сказала я. – Вы знали, что он принимает соду от изжоги. И решили использовать это.

– Вы с ума сошли! – воскликнула Галина Семеновна. – Какая кислота? Я ничего не понимаю!

Но по ее лицу было видно, что понимает она очень даже хорошо.

– Галина Семеновна, а где деньги из кассы центра досуга? – неожиданно спросила я.

Она побледнела как мел.

– Какие деньги? О чем вы говорите?

– О тех деньгах, которые вы потратили на свои нужды. Альберт Викторович об этом узнал, правда? И стал вас шантажировать?

Галина Семеновна опустилась на стул и закрыла лицо руками.

– Вы не понимаете, – прошептала она. – У меня дочь… Ей нужна была операция. Дорогая операция. А в кассе лежали деньги, которые все равно никто не считал. Я думала, что смогу потом вернуть…

– Но Альберт Викторович узнал?

– Да. Он случайно увидел, как я пересчитывала наличные. Начал задавать вопросы, а потом понял. И стал требовать молчания за молчание. Говорил, что тоже знает разные секреты про участниц курсов, и мы можем договориться.

– И что вы решили сделать?

– Сначала я согласилась. Но потом поняла, что он никогда не отстанет. Будет требовать все больше и больше. А я уже взяла почти все, что было в кассе. Скоро должна была прийти проверка…

Галина Семеновна подняла на меня заплаканные глаза.

– Я не хотела его убивать! Честное слово! Просто хотела, чтобы он заболел и не пришел на проверку. У меня дома была лимонная кислота для консервирования. Я растворила ее в воде и подлила в его термос с чаем.

– А дальше?

– А дальше все пошло не так. Он выпил чай, принял свою соду от изжоги, и началась такая реакция… Он схватился за живот, стал задыхаться, упал. Я испугалась, вызвала скорую, но было уже поздно.

– И тогда вы решили свалить все на несчастный случай?

– А что мне оставалось? Я рассыпала муку, изобразила, что он поскользнулся. Спрятала нож, чтобы создать видимость, что кто-то его украл. Думала, подозрения падут на участниц курсов.

Персик подошел к Галине Семеновне и тихонько мяукнул. Даже он, кажется, жалел эту несчастную женщину.

– Галина Семеновна, дочери помогли?

– Да, – всхлипнула она. – Операция прошла успешно. Она поправляется. Но теперь… теперь я загубила свою жизнь из-за денег.

В этот момент в студию вошел старший лейтенант Морозов. Видимо, кто-то из сотрудников центра сообщил ему о моем приходе.

– Добрый день. А что здесь происходит?

Я рассказала ему о своих выводах и признании Галины Семеновны. Следователь внимательно выслушал, осмотрел место происшествия, изъял термос и остатки соды.

– Хорошая работа, – сказал он мне. – Мы действительно поторопились с выводами о несчастном случае. Нужно было более тщательно исследовать содержимое желудка покойного.

Галину Семеновну увели. Перед этим она подошла ко мне.

– Спасибо, что выяснили правду, – тихо сказала она. – Мне было тяжело жить с этой тайной. А теперь хотя бы дочь знает, какая у нее мать.

Дома я долго сидела на кухне, обдумывая случившееся. Персик устроился у меня на коленях и тихо мурлыкал.

– Знаешь, Персик, – сказала я ему, – это очень грустная история. Галина Семеновна не была злодейкой. Просто попала в тяжелую ситуацию и не смогла найти другого выхода.

Кот мяукнул, как будто соглашался со мной.

А Альберт Викторович… Он тоже был не подарок. Шантажировал беззащитных женщин. Хотя это, конечно, не оправдывает убийство.

Я погладила Персика по рыжей шерстке.

Хорошо, что мы разобрались в этой истории. Правда должна восторжествовать, даже если она не всем понравится.

На следующий день позвонила Людмила.

– Тая, ты слышала? Галину Семеновну арестовали! Говорят, это она убила Альберта Викторовича! Не могу поверить!

– К сожалению, это правда, – вздохнула я.

– А как это выяснилось?

Я коротко рассказала о своем расследовании, не упоминая, впрочем, о шантаже преподавателя. Зачем травмировать девочек лишний раз?

– Ты настоящий детектив! – восхитилась Людмила. – Может быть, поменяешь профессию?

– Нет уж, – засмеялась я. – Мне вполне хватает бухгалтерии. А детективом пусть остается Персик.

Кот, услышав свое имя, довольно замурлыкал и потерся о мою ногу.

Через неделю я встретила на улице Марину.

– Таисия, привет! – обрадовалась она. – Ты слышала? В центре досуга открывают новые кулинарные курсы. Пригласили повара из ресторана. Говорят, очень хорошего. Не хочешь записаться?

Я посмотрела вниз на переноску, где сидел Персик. Кот посмотрел на меня и выразительно мяукнул.

– Знаешь, Марин, – сказала я, – я думаю, нам с Персиком пока хватит приключений. Лучше я куплю кулинарную книгу и буду учиться дома. Спокойнее как-то.

Марина засмеялась.

– Понимаю. После всего, что случилось, желание ходить на курсы может пропасть. Но если передумаешь, звони!

Дома я приготовила ужин по рецепту из интернета. Получилось вполне съедобно. Персик одобрительно понюхал мою стряпню и отправился к своей миске.

– Знаешь что, Персик, – сказала я ему, – может быть, кулинария и не для нас. Зато мы неплохие детективы. Правда?

Кот мяукнул и принялся за ужин. Видимо, он тоже считал, что одного расследования нам пока хватит.

А я смотрела в окно на вечерний город и думала о том, как много тайн скрывается в самых обычных местах. В центрах досуга, кулинарных студиях, среди обычных людей, которые кажутся такими безобидными.

Хорошо, что у меня есть Персик. С таким помощником любые загадки по плечу!

Домработница с алиби на полставки

Глава 1: "Объявление с подвохом"

Утром меня разбудил не будильник, а настойчивое мяуканье Персика, который сидел на подоконнике и пристально смотрел во двор. Мой рыжий красавец обычно спит до десяти, поэтому такое раннее беспокойство меня удивило.

– Что случилось, солнышко? – пробормотала я, потягиваясь в постели.

Персик повернул ко мне морду и выразительно мяукнул, а потом снова уставился в окно. Я подошла посмотреть, что его так заинтересовало. Во дворе ничего особенного не происходило – обычная утренняя суета. Мамаши торопливо тащили детей в детский сад, пенсионеры выгуливали собак, кто-то спешил на работу.

– Ну что ты высматриваешь? – спросила я кота, почесывая его за ухом.

В этот момент в дверь позвонили. Персик тут же спрыгнул с подоконника и помчался в прихожую, продолжая мяукать. Странно, обычно он не такой общительный с незнакомцами.

За дверью стояла Евгения Матвеевна, моя соседка с третьего этажа. Пожилая женщина выглядела взволнованной, в руках у нее была сумочка, которую она нервно теребила.

– Таисия Петровна, простите, что так рано, – заговорила она, не дожидаясь приглашения. – Но мне так нужна ваша помощь! Я просто не знаю, к кому еще обратиться.

– Проходите, Евгения Матвеевна, – пригласила я ее в комнату. – Садитесь, чай будете?

– Ах, спасибо, не откажусь, – она опустилась на диван и тяжело вздохнула. – У меня такая проблема, Таисия Петровна. Я уже сама не знаю, что и думать.

Я поставила чайник и достала печенье. Персик устроился рядом с Евгенией Матвеевной и внимательно на нее смотрел, словно понимал, что женщине нужна поддержка.

– Рассказывайте, что случилось, – сказала я, усаживаясь в кресло.

– Понимаете, я недавно наняла домработницу, – начала Евгения Матвеевна. – Зовут ее Светлана. Очень приятная женщина, лет сорока, аккуратная, трудолюбивая. Нашла я ее по объявлению в газете.

– И что же в этом плохого? – не поняла я.

– Да вроде бы ничего плохого нет, – помялась соседка. – Светлана работает прекрасно. Квартиру убирает до блеска, готовит вкусно, белье стирает и гладит. Но есть одно странное условие – она работает только по полдня.

– Ну и что? Многие так работают.

– Да, но дело не в этом, – Евгения Матвеевна нервно поправила очки. – Она приходит ровно в девять утра и уходит ровно в час дня. Ни минутой раньше, ни минутой позже. Если я прошу ее задержаться хотя бы на полчаса, она категорически отказывается. Говорит, что у нее другие дела.

– Может, у нее вторая работа? – предположила я.

– Возможно, – кивнула соседка. – Но это еще не все. Видите ли, Таисия Петровна, у меня в последнее время стали пропадать вещи.

Я насторожилась. Вот оно что.

– Какие вещи?

– Сначала я думала, что просто забываю, куда что положила, – продолжила Евгения Матвеевна. – Ну, знаете, в моем возрасте память не та. Сначала пропали две серебряные ложки из маминого сервиза. Потом исчезла старинная брошь с бирюзой, которую мне подарила бабушка. А на прошлой неделе не стало коллекционных монет из шкатулки.

– А вы уверены, что не переложили их в другое место?

– Перерыла всю квартиру! – воскликнула Евгения Матвеевна. – Нет их нигде. И самое странное – пропадают только мелкие, но ценные вещи. Технику не трогают, деньги тоже на месте. Как будто кто-то выбирает то, что легко унести и продать.

Персик вдруг поднял голову и настороженно посмотрел в сторону двери. Через минуту раздался звук открывающейся двери подъезда.

– Это она! – шепотом сказала Евгения Матвеевна. – Светлана пришла на работу.

Я выглянула в окно. По двору шла женщина средних лет в темном пальто. Выглядела она вполне респектабельно – аккуратная прическа, скромная одежда, в руках небольшая сумочка.

Персик тем временем подошел к окну и начал тихо рычать. Это было очень странно – мой кот обычно дружелюбно относится к людям.

– Персик, что с тобой? – удивилась я.

– А ваш котик не любит Светлану, – печально заметила Евгения Матвеевна. – Каждый раз, когда она поднимается по лестнице, он начинает шипеть и прятаться. А ведь животные чувствуют людей лучше нас.

Это была правда. Персик никогда без причины не относился к кому-то плохо. Если он не доверяет человеку, значит, на то есть основания.

– Евгения Матвеевна, а вы проверяли рекомендации этой Светланы? – спросила я.

– Конечно! У нее прекрасные рекомендации. Она показала мне три рекомендательных письма от предыдущих работодателей. Все расхваливали ее честность и добросовестность. Даже телефоны оставили для связи.

– И вы звонили?

– Звонила одной даме. Та только хорошее говорила про Светлану. Сказала, что очень жалеет, что пришлось с ней расстаться, но переехала в другой город.

– А почему вы обратились именно ко мне? – поинтересовалась я.

Евгения Матвеевна смущенно улыбнулась.

– Ну, все в доме знают, что вы в прошлом году помогли раскрыть ту историю с отравлением в кулинарной студии. Галина с пятого этажа рассказывала, что вы настоящий детектив.

Я вспомнила ту неприятную историю с Альбертом Викторовичем и невольно поежилась. Тогда мне действительно пришлось распутывать довольно сложное дело.

– Я не детектив, Евгения Матвеевна, – возразила я. – Просто бухгалтер, которой иногда везет с логикой.

– Все равно помогите! – взмолилась соседка. – Я не знаю, что делать. В милицию идти боюсь – скажут, что сама где-то потеряла. А Светлана такая милая, так хорошо работает… Может, я действительно схожу с ума и сама все куда-то дела?

Персик подошел к Евгении Матвеевне и потерся о ее ноги, словно хотел успокоить. Потом посмотрел на меня и выразительно мяукнул.

– Хорошо, – решила я. – Давайте разберемся. Расскажите подробнее про это объявление, по которому вы нашли Светлану.

– Ой, да я его помню наизусть! – оживилась Евгения Матвеевна. – "Опытная домработница ищет работу на полдня. Уборка, готовка, глажка. Рекомендации имеются. Звонить после шести вечера."

– А почему только после шести?

– Говорила, что до этого времени занята на другой работе.

– Понятно. А как она себя ведет во время работы?

– Очень профессионально. Приходит, здоровается, переодевается в рабочую одежду и принимается за дело. Работает молча, сосредоточенно. Обед не просит, даже чай редко пьет. Говорит, что привыкла работать без перерывов.

– А разговаривает с вами?

– Немного. В основном о работе. Я пыталась завести беседу о семье, но она как-то уклончиво отвечает. Говорит, что живет одна, детей нет, но подробностей не рассказывает.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.