Марина Гай
Книга 3. Шотландские ветра. Рассказы горского гида

РАЗБОЙНИЦА ХАЙЛЕНДА

Притча

В горах, где туманы спускаются на вересковые склоны, а овцы выглядят белыми пушистыми облачками, жила-была Разбойница. Не та, что с кинжалом в зубах и злобой в сердце, а другая – свободная и гордая как шотландские ветра.

Ветер умеет хранить секреты, но порой вырывает их из камней и несёт дальше. Так он рассказал мне историю женщины, что явилась в Хайленд из чужой страны. Той самой Разбойницы Хайленда, что рассказала мне немало легенд у лесного костра. Возможно, ее история будет интересна и вам…

Любимый мужчина не раз предавал ее, и постепенно она перестала верить людям… Пока не встретила другого – простого человека, без титулов и званий, чьи глаза светились теплом и добром. Она перебралась в его страну и снова училась смеяться и доверять. Радоваться вместе с ним простым вещам: любоваться закатами, пить травяной чай и лечиться от простуды глотком виски… Они грели друг друга даже молчанием, и в ее сердце снова зажегся свет. Но счастье длилось недолго – он серьезно заболел и умер…

Друзья отвернулись еще до смерти, когда узнали о его затяжной болезни, дом был заложен еще до ее появления, и женщина осталась одна с пустыми руками.Тогда она поняла, что у нее не осталось ничего, кроме дороги. А дорога привела в горы…

Горы встретили её сурово: дождь хлестал по щекам, смывая слёзы, ветер путал и без того растрёпанные волосы, а камни, о которые она непрестанно спотыкалась, проверяли ее стойкость. Но она выдержала! И горы признали её своей…Теперь ветер расчёсывал её вечно растрёпанные с медным отливом волосы; дождь смывал обиду; камни стали удобными сиденьями для отдыха. Она стала горянкой по духу – Разбойницей Хайленда. Так ее прозвали люди…

Но не потому, что она кого-то грабила…  Просто любила она подшутить над путниками, попавшими в горы: то оставит на тропе знак, ведущий к горному озеру, которого нет ни на одной карте, то еще какую-нибудь шалость придумает…

Из оружия у нее был только горский кинжал – дирк; из жилища – шалаш из плащевой ткани да еловых веток. Она могла обходиться без хлеба – питалась дарами природы и пойманной в горной речке рыбой…

Здесь, в уединении, она создала свои законы:

Закон территории. Горы стали её домом, и всякий, кто приходил сюда, обязан был уважать этот дом.

Закон честного слова. Ошибаться можно, злиться и ругаться тоже – нельзя лгать!

Закон внутреннего огня. Её костёр горел для тех, кто нуждался в тепле, свет фонаря выводил заплутавших в горах на верную дорогу – но только тех, у кого внутри был свой свет.

Закон доверия. Обманутая сама, она не позволила сердцу ожесточиться и продолжала доверять людям…

Она никогда не говорила об этом напрямую, но путники, что пришли на свет ее фонаря и грелись у костра, считывали эти законы собственным сердцем и невольно менялись, вспоминая, кто они есть на самом деле…

Однажды во время бури к ее костру вышел странник – промокший, изможденный, с тревожным волчьим блеском в глазах. Он дрожал от холода. Она пригласила его жестом к костру и молча пододвинула миску с рыбой. Путник ел жадно, но не благодарил…,и разговор не клеился.

Под утро она внезапно проснулась от шороха и увидела только спину убегавшего странника. Невольно схватилась за кинжал, но тот исчез. Исчезла и сумка с ценными вещами… На секунду промелькнула мысль:

– Доверять нельзя – таков этот мир!

Она схватила лежащий на земле булыжник, и уже хотела было метнуть его в спину убегавшему вору, но тут ветер с силой ударил ей в лицо, словно хотел крикнуть:

– Не смей отвечать на зло злом!

Все еще не выпуская камня из рук, она бросилась в погоню. Ей удалось настичь вора в узком горном ущелье. Тот повернулся к ней лицом со злобным блеском в глазах и занес дирк для удара, дыхание его было сбивчивым, руки дрожали…

– Только приблизься – и я перережу тебе горло твоим же ножом! – прорычал он.

Она встретилась с ним взглядом… Голос стал низким, в глазах – твердость:

– Попробуй… Только знай – убив меня, ты останешься с кинжалом и… с пустотой внутри.

Тот криво усмехнулся:

– Мне всё равно. Я всегда так жил. Беру, что хочу! Никто ничего не отдаст сам…

Она шагнула ближе, не моргнув, но все еще сжимая в руке камень:

– Научись просить. Сильный не тот, кто крадёт. Сильный тот, кто может попросить, не опустив глаз.

Дирк дрогнул в его руке – впервые за многие годы он встретил глаза, в которых не было ни страха, ни ненависти, только решимость и уверенность.

– Неужели ты… не боишься? – невольно сорвалось с его губ.

– Боюсь, – честно ответила она. – Но еще больше боюсь потерять саму себя…

Рука, занесшая дирк для удара, замерла в воздухе. И тут порыв ветра вырвал оружие из его руки, отбросив далеко за камни. Вор стоял, тяжело дыша, будто обессилевший после тяжелой битвы.

– Прости, – пробормотал он, глядя куда-то в сторону. – Прости, – повторил он, взглянув ей в глаза.

Ее пальцы разжались, и камень со стуком упал на землю… Она подобрала дирк и вновь посмотрела грабителю в глаза:

– Благодарю, путник! Мы оба прошли это испытание.

Она повернулась к нему спиной, не опасаясь удара сзади…  Вдруг вспомнился предавший ее мужчина. Он остался внизу, в мире масок и лжи, с камнем вместо сердца… А она шла босая по камням, волосы разлетались на ветру, ее сердце ликовало от радости победы – и оно было свободным!

Налетевший внезапно ветер шепнул ей на ухо:

– Запомни – твое имя теперь Киара*. Ты смогла возродиться из боли и предательства – стать отражением света своего внутреннего огня, обрести силу и свободу…

Он ласково потрепал ее по волосам:

– Просто будь, Киара!

Примечание

Киара (гэльск. Ciara, Ceara) – традиционное кельтское имя, происходящее от слова «ciar» («темный»), но в современной интерпретации переводится как «сияющая, светящаяся, лучистая».

Сентябрь 2025

Один из отзывов в «Избе-Читальне»: Валерия Галкина «Когда прочитала название, почему-то сразу вспомнилась разбойница из «Снежной королевы» , потом увидела иллюстрацию, подумала, что слишком приветливый и добрый вид у неё для разбойницы, а когда дочитала легенду до конца, почувствовала очень родственную душу. Так странно… внутри очень много ощущений и почему-то совсем не хочется вытаскивать их наружу, как будто это что-то сокровенное и совсем не хочется облекать чувства в слова… Благодарю тебя за эту замечательную легенду с глубоким смыслом!»