Аня Андреева
Сфотографируй меня

Глава 1: Маленький мир цвета зелёных яблок

«Это и есть страсть, одержимость человеком: когда ты создаёшь в воображении его образ, мало соотносящийся с действительностью» Пауло Коэльо

Четверг, девятнадцатое октября. Прошло уже два года.       Знакомое место, и ощущения очень похожи. Я снова стояла на самом краю крыши двадцатиэтажного здания. Руки раскинуты в стороны, будто я хотела объять ими весь мир с этой высоты. Со стороны могло показаться, что я наслаждалась моментом, таким, весьма странным способом. Дул приятный, слегка прохладный ветер, вот вот должен был начаться дождь, и кто-то мог подумать, что я решила остановиться и поймать момент времени, замедлить его, насладиться этим мгновением – когда дождь ещё не начался и улицы нетерпеливо ждут, когда их омоют свежие капли воды, обновляя и очищая приглушённую обыденность. Вот уже в третий раз я приходила на эту крышу.       Но на самом деле, я не хотела даже смотреть на открывшийся для взора вид. Мое тело замерло, глаза сами собой закрылись, и я поразительно легко балансировала на краю здания, слушала звук ветра, шум улиц, но самое главное, я хотела услышать стук собственного сердца. Поймать ритм, ощутить жизнь в груди. Хотела почувствовать бурление крови по собственным венам.       Я хотела почувствовать…      " Вернись, вернись ко мне… " – подумала я.       Но искомый артефакт не появлялся, как бы я не старалась услышать. Я разлепила веки и сделала глубокий вдох. Ноздри неприятно защекотало.       В небе раздался оглушительный раскат грома, но я не шелохнулась, наоборот, оттягивала момент, когда нужно будет спуститься и уйти отсюда, покинуть это спокойное место. Место, которое как мне казалось единственным принимало меня. На прямой нос приземлилась первая капелька дождя.       Пора. Всё-таки решение было принято.       Наваждение постепенно уплыло, и я заставила себя дотронуться ладонью до собственной груди. Глухо.       Я конечно же могла заплакать, как это обычно бывает с любым другим человеком, который вмиг оказывается в отчаянии, но и в этот раз не хотела смешивать слёзы с не покидавшим чувством пустоты. Просто знала, что после того как слёзы иссякнут, я буду чувствовать себя намного хуже чем сейчас.       Спрыгнув с парапета лёгким шагом назад, я тряхнула длинными волосами и пошла прочь.       Дождь разошелся в полную силу. ***       Мне не очень-то хотелось возвращаться назад, но что поделаешь – я не могла придумать, чем занять свой мозг кроме того, как вернуться в свою комнату. Облезлое здание из белого камня встретило меня неприветливым лицом смотрителя. Он даже не попросил показать пропуск на входе. Я что, пустое место?       Добравшись до своей комнаты, которая находилась в самом конце длинного коридора, я услышала возбужденный разговор моей соседки и её подруги. Эти девицы постоянно спорили на предмет косметики или тряпок, по нескольку часов кряду собираясь на очередное свидание.       " И кто же сегодня твоя жертва, Сара? " – усмехнулась я, прогоняя мысли о собственной пустоте в личной жизни.       – Я обещала что приведу последнюю, а ты даёшь заднюю? – громко негодовала Сара. – Это же уникальное событие, туда не зовут абы кого! Это единственный шанс, который выпадает не каждой!       – Извини, но если я на глазах у десятков людей одетых в брендовые шмотки сблюю и упаду в обморок, я сгорю со стыда! – простонала Кева. – Ты посмотри на меня – я зелёная как болотный гном!       – Это катастрофа! – пропищала соседка, переходя на ультразвук.       Приоткрытая дверь распахнулась настежь и Сара застыла в проходе.       Высокая, с короткой стрижкой чёрных волос и неизменно ярко-красными губами, она походила на ведьмочку из какого-нибудь фэнтези сериала.       – Подслушиваешь? – прищурившись, девушка сразу перешла в наступление.       – Нет, что ты, – быстро отмахнулась я. – Просто иду к себе.       Сара недовольно фыркнула и с силой хлопнула дверью. И пока на меня не обрушился ещё чей-то гнев или нежелательное внимание, я поспешила скрыться в своих четырёх стенах.       Моя комната была таких же размеров, что и остальные в этом социальном жилье, и единственное, что её отличало от десятков других – это цвет стен. Предыдущий жилец выкрасил все стены в цвет спелого зелёного яблока, а местная администрация видимо не захотела заморачиваться с перекраской, поэтому оставила всё как есть. Я рухнула на кровать и закрыла глаза. Истерика за стеной продолжала набирать обороты.       – Если я не приведу ещё одну девушку, меня саму не допустят! – голос соседки перепрыгнул на несколько октав выше. – Ты хоть знаешь, сколько времени я потратила на умасливание этого урода, Нико? Где я сейчас найду подходящую модель? Что же делать?!       От этого звука у меня начала болеть голова, и в надежде приглушить громкие стенания, я накрыла голову подушкой.       На несколько минут визг прекратился, и я уже подумала что кризис миновал, но внезапно из-за стены донеслось душераздирающее:       – НЕТ!       Её подруга начала что-то быстро тараторить, и я перестала вслушиваться в бессмысленную болтовню этих двоих, а вместо этого засунула в уши наушники и включила на всю громкость свой заезженный до дыр плейлист, надеясь на скорую боль от громкой музыки. Будь моя воля, я съехала бы из этого места, бросив все вещи и оставив всё позади.       Пальцы начали отстукивать знакомые ритмы, я постепенно отключалась от внешнего, такого раздражающего мира, который меня не принимал. Не хотел принимать. Или я была чужой здесь? Вот бы раствориться в музыке…       – … на минуту!       Я вздрогнула из-за того, что наушники были бесцеремонно выдернуты, а Hozier не успел допеть до конца мою любимую песню. Виновница нарушенного покоя стояла передо мной с моими наушниками в руках, а на её лице было написано странное выражение.       – Это моя комната, – осторожно заметила я.       Сара поджала губы и сделала глубокий вдох.       – Мне нужно, чтобы ты оказала мне услугу, – она запнулась и покачала головой. – Нет, точнее это я оказываю тебе услугу.       – Не припомню, чтобы я просила тебя о чём-то, – всё так же осторожно произнесла я.       Из-за стены послышался слабый голос Кевы:       – Да попроси же ты её!       – Что происходит? – подозрение в голосе скрыть не удалось.       – Мне нужен ещё один человек, на сегодняшнее мероприятие. Тебе заплатят, – было видно, что Саре неприятно говорить со мной и находиться в моём обществе. Она делает это через силу. Или делает вид?       – Не интересно, – без раздумий ответила я и встала с кровати, чтобы выпроводить непрошенную гостью.       – Это аукцион для людей из высшего общества, – недовольно фыркнула девушка. – Ты хоть представляешь, как сложно было пробиться туда?       Сара сложила руки на груди и гневно сверкнула глазами.       – Причём тут я?       – Для демонстрации ювелирных украшений не хватает ещё одной девушки, – она окинула меня презрительным взглядом с головы до ног. – И хоть исходник такой себе, но если тебя подкрасить и одеть в нормальную одежду, то для заднего фона можешь сгодиться.       – Благодарю за комплимент, но вынуждена отказать, – собрав последние крохи гордости, ответила я. – Я не модель, и вся эта ерунда меня не интересует.       В дверном проёме показалось лицо бледной Кевы. Её золотисто-медовые волосы сосульками падали на зелёные глаза.       – Пожалуйста, выручи нас, – протянула она. – И то что ты не профи, это ерунда. Всё что нужно – это надеть платье с побрякушками и походить пару часов в этом перед публикой.       Мне стало жаль эту девушку: она выглядела больной и слабой, да ещё и была вынуждена общаться с излишне эмоциональной Сарой.       Кева подошла ближе и расстегнула молнию на моей толстовке. Я даже не успела убрать её руки.       – Ну вот, у тебя хорошие данные, – улыбнулась она. – И ты симпатичная. Правда, я уверена что там не будет ничего сложного.       Сара молча наблюдала за своей подругой.       – А у вас нет никого на примете? – я убрала руки девушки и снова наглухо застегнула молнию. – Я ведь правда ничего такого не делала.       – Если бы был, стала бы я обращаться к тебе? – хмыкнула Сара. – К тому же, каждый кто живёт в этом доме, не откажется заработать немного денег, – чуть мягче добавила она.       И это была истинная правда. В основном здесь сдавали комнаты бедным студентам, молодежи и тем, кто не мог позволить себе снять полноценную квартиру.       – Это точно работа только… – я откашлялась. – Хм, модели?       Девушки переглянулись и рассмеялись.       – Точно, – всё ещё смеясь, ответила Сара. – Сегодня, в историческом доме "Хеннеке", будет проводиться благотворительный аукцион, соберутся все сливочные сливки – актёры, музыканты, бизнесмены и люди искусства. А мы будем демонстрировать для них ценные предметы ювелирного искусства – как выставочные образцы, только живые и на каблуках, – рассказывая всё это, девушка буквально светилась от предвкушения. – Я слышала, что Ян Холодный тоже будет там, – добавила она, обращаясь к подруге.       Кева застонала.       – Ну почему меня угораздило отравиться именно сейчас?       Не имея ни малейшего представления что именно там будет происходить, меня подтолкнуло принять положительное решение только возможность хоть и небольшого, но заработка. И надеюсь, что платье, в котором я буду вынуждена выступать как цирковая мартышка, будет с закрытой спиной.       – Согласна? – спросила Сара уже без прежней неприязни.       – Меня не забракуют?       – Просто повторяй за остальными девчонками, и всё будет отлично, – она уже повернулась чтобы уйти. – И главное, улыбайся. Для тебя это конечно сродни с тем, чтобы сжечь эту ужасную толстовку, но ты всё же попытайся, – бросила она напоследок.       Девушки вышли и даже закрыли за собой дверь, а я повернулась к своему единственному зеркалу. Никогда не смотрела на себя с подобной стороны – платье, причёска, туфли и дефиле с драгоценностями.       – Выезжаем через два часа! – крикнула из-за стены Сара.       Я внимательно посмотрела на своё отражение.       Серые глаза разочарованно смотрели в ответ. На что я надеюсь?