Дарья Клюква
16:01

Последний дом

Люди привыкают ко всему. С лёгкостью или же нехотя, но постепенно то, что раньше казалось неправильным, нереальным, неожиданным или даже неприятным воспринимается чем-то, что существовало в твоей жизни всегда. А потом что-то снова происходит, и цикл повторяется.

Я давно привыкла, что мой дом перестал принадлежать мне в традиционном понимании, но продолжаю ежедневно возвращаться туда в «безопасные часы». Это не столько желание, сколько обязанность. Твой дом – твоя ответственность. Так нам сказали на собрании…

– Каждый житель дома обязан проводить регулярную проверку помещения в специально отведённое для этого время – с трёх часов дня до четырёх, – роботизированный голос разносился изо всех уголков большого зала в Доме Культуре. «Большой» – это, конечно, преувеличение, в нём едва помещалась треть жителей (около двадцати человек). Я растерянно всех оглядывала и тяжело дышала: трудно было сопоставить ужасные новости и единственное помещение во всём селе, предназначенное для проведения праздников.

– А как же дети? Они тоже?

– Все проживающие в доме лица, достигшие пяти лет, обязаны ежедневно с трёх до четырёх, один час, осуществлять надлежащие действия: уборку помещения, поиск пропавших вещей и их замена новыми в своё следующее посещение. Перед посещением дома запрещено использовать средства с резким запахом. Детям, родившимся после переезда, запрещено участвовать в обходе, – равнодушно повторил голос из динамиков, но то, как последнее слово чуть приглушилось из-за внезапного скрежета, заставляло думать, что даже бездушая техника боится грядущего.

– Но почему? Что за глупость! Мы позволяем неведомо кому вторгаться в наши дома, а сами переезжаем в общежития! – внезапно закричал другой человек, женщина сорока лет, у которой, как знали все, недавно родилась очередная двойня.

– Это временная и необходимая мера. Пожалуйста, возвращайтесь к своим делам. Собрание окончено.

… проходившем год назад. Но сколько ещё времени пройдёт, прежде чем я привыкну к неожиданно свалившемуся на меня грузу ответственности? К ответственности не только за свою, но и за чужую жизни.

Я крепче прижала к себе детское тельце, худое и совсем крошечное, едва достигшее пяти лет, судорожно вдыхавшее жаркий воздух. Несмотря на то, что было самое начало весны, а стрелка на наручных часах почти пробила три часа дня – оставалось около двух минут – на улице воздух ощущался каким-то затхлым за неимением других, более подходящих слов, как будто не только наши дома, но и весь мир захватили неведомые существа. Взгляд моего племянника, как и мой собственный, был направлен на дом, но в его глазах плескался явный интерес – я бы удивилась, если маленький ребёнок не заинтересовался бы новым местом, в которое его привели в день рождения.

Из мыслей меня вывел писк часов, оповещавший, что пора входить в дом. Я удобнее обхватила племянника руками, выключила раздражавший звук и собиралась уже поставить будильник, как в этот же момент маленькие пальчики потянули меня за коротко подстриженные волосы – как только смог ухватиться за такую длину – и я обратила внимание на соседний дом. В окне мелькнул чей-то силуэт, и это зрелище заставило меня испуганно вздохнуть и отпрянуть назад, в груди что-то больно кольнуло, и я сглотнула вязкую и кислую слюну. В этом доме некогда жили мои последние соседи – остальные постройки на нашей улице давно опустели – но недавно и они пропали. Силуэт в окне не оставлял места для фантазии об их судьбе.

И, словно почуствовав мой наполненный страхом взгляд, силуэт вновь появился перед окном. Я не могла разглядеть всё, но его походка… казалось, что это существо не ходило, а перетекало с места на место всем телом. Лица, если оно и было, выцепить не удалось да и не хотелось.

Я громко сглотнула и, попытавшись умиротворённо улыбнуться своему племяннику, что вышло с трудом, быстрым шагом направилась к воротам. На улице тоже находиться опасно, хоть и их излюбленным занятием было сидеть в ожидании чего-то внутри чужого дома двадцать три часа в сутки.

– Не слезай с рук, – строго, дабы скрыть свой страх, произнесла я, заметив, что племянник пытался самостоятельно подняться по ступенькам в дом. От досады прокусила нижнюю губу так, что пустила кровь – меня пугала активность племянника, ведь я не хотела и не могла в случае ЧП тратить драгоценное время на догонялки за сбежавшим ребёнком. Ещё хуже было бы – с ужасом размышляла я – если он что-то испортит: помнёт плед на кровати, свалит игрушки с полок в детской или съест давно заплесневелые конфеты в буфете. Тогда я не узнаю, что мы в опасности до следующего посещения, не узнаю, что нам крышка. Любое несоответствие, и они никуда не уйдут в безопасные часы, не затаятся, а будут ждать меня. Но не только я ему не доверяла – он тоже не доверял мне. И до самоубийства сестры я не ладила с ним, а после приобретения большей ответственности стало ещё хуже. Нельзя было показывать ребёнку свою неприязнь во избежание таких опасных ситуаций, но по-другому не получалось. Я попыталась поскорее вытереть кровь с губы, чтобы ни одна капля не упала на пол, и поморщилась от лёгкой боли.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.