Андрей Первухин
Товарищ маг. Книга третья

Глава 1

Громкий взрыв, раздавшийся неподалёку, заставил меня вскочить с кровати, на которой я спал. Не успел ничего сообразить, как раздался следующий, уже ближе, да так, что задребезжали стёкла. Само собой, весь особняк тут же загудел как растревоженный улей. Ещё один взрыв раздался с противоположной стороны дома, взрывной волной выбило окна. На этот раз мне удалось услышать знакомый звук, не раз слышал подобный перед тем, как падал снаряд. Мой особняк обстреливали из пушек. В комнату ворвался Юрий с мечом в руках, он никак не может привыкнуть и когда чует опасность, то сразу хватается за меч, а не за огнестрельное оружие.

– Господин, надо уходить! – Закричал он, стараясь переорать крики на улице и в доме. – Немедленно!

– Где Васька? – Стараясь сохранить хладнокровие, спросил я.

Ответить воин не успел, Василиса перепуганная примчалась ко мне в комнату, видно тоже поняла, что мы попали под обстрел.

– Вещи её принесите, – приказал я. – Что вы тут все столпились!?

На самом деле, вместо того, чтобы взять под охрану нашу территорию, охрана примчалась ко мне, как будто если снаряд угодит в особняк, они смогут меня спасти. Пока нам везло, но долго так продолжаться не может.

Вещи Василисы принести не успели, да и не до них было. Складывалось впечатление, что по моему дому, который я считал безопасным местом, долбят сразу несколько батарей. Взрывы раздавались один за другим, даже успел определить, откуда стреляют. Вся обслуга дома собралась в подвале, куда поспешил и я, но не для того чтобы спрятаться, я хотел отправить их в безопасное место. Безопасным местом посчитал Москву, то место, куда мы отправляли пленных немецких офицеров. Васька возражать не стала, видела моё состояние, у меня перед глазами чуть ли не кровавая пелена стояла, так сильно я разозлился. Алексея долго ждать не пришлось, едва последний человек скрылся в портале, как примчался мой безопасник.

– С земли никто не атакует, охрана заняла оборону! – Доложил он.

– Понятно, – кивнул я. – Определили точное место, откуда стреляют?

– Точное не определили, но приблизительно знаем. Прикажете атаковать артиллеристов? Похоже, на нас навалилась аргентинская армия.

– Спасибо, что просветил, без тебя бы ни за что не догадался, – зло ответил я. – Сколько человек может выдвинуться немедленно?

На этот раз мои враги подготовились основательно, а моим помощникам и информаторам нужно дать по башке, заслужили. Хорошо, что я весь пригород изъездил, бывал во многих заброшенных домах и усадьбах и теперь мог переместиться в любое место, что и сделал с группой своих бойцов, требовалось заставить замолчать пушки. Враги уже пристрелялись, наверняка имеется наводчик, что тоже непорядок, он же находится совсем недалеко от цели.

Неприятель нас ждал, что и неудивительно, ведь наверняка прекрасно понимали, что я и моя охрана сделаем всё, чтобы пушки замолчали. Вокруг артиллеристов были расставлены наблюдатели, и их было слишком много. Один имелся в здании, в котором мы очутились, когда вышли из портала. Благо, что мы находились в подвале, а он на втором этаже, пришлось тут же ударить заклинанием и погрузить наблюдателя в сон.

На допрос времени не было, да и что мог знать один из рядовых исполнителей. Работу провели серьёзную, стоял даже проводной телефон. К сожалению, расстояние не позволяло сразу же перебить все расчёты орудий, нужно было подойти ближе. Место негодяи выбрали удачное, кругом открытое пространство, а учитывая, что начало светать, подобраться к ним незаметно всей нашей группой явно не получится. Похоже, наблюдатели должны часто докладывать об обстановке. Едва мы успели покинуть дом, как по нему тут же начали наносить удары миномёты, и всё это происходит недалеко столицы. Такое ощущение, что у нас тут открыли фронт. Поблизости хватало простых жителей, которые тоже попадали под удары снарядов. Если в этом замешан президент, то после подобного он точно не сможет удержаться у власти. Главное, донести этот случай до народных масс и определить всех, устроивших этот жестокий беспредел.

– Дальше один пойду, – проинформировал я своих бойцов. – Сдаётся мне, что ближе к пушкам нас просто не подпустят.

– За этим местом могут наблюдать снайперы, – сказал Алексей. – Уверен, что выманивают именно вас.

– Знаю, – кивнул я. – Вон там имеется роща, снайпера могут бить только оттуда, отправляйтесь туда и будьте осторожны.

– У нас тоже есть снайперы, – напомнил Алексей. – Может, пусть они расчёты перебьют?

– Миномётная батарея находится не здесь, быстро позицию накроют, – не согласился я. – Хватит обсуждать приказы, работаем.

Укрывшись покровом, я помчался в сторону вражеских батарей, которые всё так же азартно лупили по моему району. Жаль, что я не могу применить заклинание сна, не снимая покров. Пришлось выбрать место, снять с себя покров и только после этого усыпить солдат. Мой охранник оказался прав, за артиллеристами внимательно наблюдали из леска, но я ожидал подвоха, поэтому встал к опасности спиной. Не успел снова скрыться, как получил мощный удар в спину, сразу за ним последовал второй. Дальше я исчез, но снайперы всё равно ещё несколько раз стрельнули в то место, где я находился совсем недавно.

После этого я побежал ко второй батареи, она находилась совсем недалеко от первой, метрах в пятистах. Удрал вовремя, на спящих людей тут же посыпались мины, меня пытались накрыть, но не преуспели в своих начинаниях. Впрочем, я всё же мог словить пару осколков, но зачарованная одежда уберегла. Явно досталось и тем людям, которые пошли со мной, миномётчики перенесли огонь по ним, едва бойцы вступили в бой с врагами, засевшими в роще.

Мою охрану нельзя назвать малочисленной и неподготовленной, бойцов хватало. Конечно, в начале обстрела среди воинов была некая растерянность, но потом они вступили в бой. Со стороны города уже была слышна плотная стрельба, похоже, бойцы, которые добирались до артиллеристов своим ходом, угодили в засаду или просто вступили с кем-то в бой. Мне снова под покровом пришлось добираться до миномётчиков и обезвреживать их, что я и сделал. Пока никого не убивал, сначала допрос.

Вскоре стрельба у окраин столицы затихла, появились грузовики с моими охранниками, они сразу же начали связывать пленных и грузить их в машины. Кстати, вместе с бойцами прибыла местная полиция, опомнились блин, даже главный приехал. По его лицу стало сразу понятно, что он тут ни при чём, на лицах остальных полицейских также был испуг и растерянность, к подобному их не готовили. Что происходило дальше, я узнал позже от своих помощников, некогда мне было прохлаждаться, мой район горел, требовалось тушить пожары и спасать людей, пусть даже с помощью магии.

Один раз в мой особняк всё же попали, он горел, как и другие строения. Разлёт у снарядов приличный, многим строениям досталось. Вроде бы времени прошло совсем немного, а вся земля истыкана воронками, как будто тут сражались не один день. Не ожидал я такого напора, всё же эта страна не воюет.

Пожарных по моему приказу на территорию не запустили, справились с тушением своими силами. Ещё не хватало, чтобы среди пожарных были засланные, могут запросто попытаться убить меня около своего же дома. Всех пленных, несмотря на уговоры полицейских, свезли ко мне и заперли в подвале. С одним из них, который командовал артиллеристами, я поговорил через несколько часов. Это были не аргентинские вояки, а самые натуральные фашисты, причём привезли их сюда прямо с фронта.

Разумеется, без помощи местных властей такую операцию сроду бы не смогли провести. Перебросили пушки, миномёты и несколько сотен вояк. Простые стрелки вообще были собраны из отрядов СС. Серьёзно за меня взялось немецкое правительство, видимо моя деятельность им сильно не нравится.

Из допроса пленных я понял, что сами пойманные офицеры с президентом никак не контактировали, всё решали через посла Германии. Скромничать я не стал, тут же наведался в немецкое посольство, да вот беда, немного опоздал, он покинул Аргентину буквально пару дней назад, так что спросить у него не получится. Рабочие кое-как навели порядок, после чего я не мог отойти от телефона, стали названивать знакомые и расспрашивать о самочувствии. Ортис звонить не стал, хотя раньше часто это делал, но видно сейчас стал играть против меня в открытую. Даже любопытно, что такого немцы могли ему предложить, что этот вроде бы умный человек начал так рисковать. Войной они ему угрожать не могли, если сюда сможет пробиться флот, то в весьма потрёпанном виде. Впрочем, какая теперь разница, пошёл против меня, значит, будем отвечать.

Журналистов нападение сильно взбудоражило. Уже на следующий день все ведущие газеты только об этом и писали – «Напали на лекаря, но у него получилось отбиться». Они были в курсе того, кто напал и в каком количестве. Разумеется, мои помощники тоже не бездействовали и уже прикормленные журналисты стали отрабатывать мои вложения, заодно продвигая кандидатуру Лукаса, который должен заменить Ортиса в президентском кресле.

Мы делились информацией со своими журналистами, даже передали им список солдат, которые участвовали в нападении, в каких частях служат, каким образом они оказались в Аргентине, и прочие подробности. В статьях журналисты интересовались, как на подобное отреагирует действующий президент Ортис. Ведь при нападении погибли не только мои люди, но и простые мирные жители, даже те, кто на меня не работал. В общем, народ в стране начал волноваться. Сам я не любил общаться с журналистами, но тут пришлось покаяться перед семьями погибших, вроде как они пострадали из-за меня. Прямо так и сказал, что не ожидал, что фашисты вот так запросто смогут разместить свои подразделения в стране и нанести удар по густонаселённому городу.

В общем, народ был сильно обозлён не только на президента, но и на своих же солдат, которые занимались неизвестно чем, пока их город безнаказанно обстреливали. Последних винить не за что, они выдвинулись сразу же, как только им дали приказ, но техническое состояние аргентинской армии было весьма плачевным. Они просто не успели принять участие в схватке, мои бойцы к тому времени уже справились.

После дерзкого нападения началась пиар-компания Лукаса. Он активно стал давать интервью и возмущаться бездействием властей. К слову, Ортис так и не прокомментировал нападение, упустил время, а ведь должен был к этому подготовиться, но отчего-то решил, что меня уберут в любом случае. Лукас даже ездил на похороны убитых, где также собирались толпы журналистов. В прессе отметили, что это единственный видный политик, который в час горя был вместе с народом, разделяя их несчастье. Кстати, он не играл, он на самом деле был опечален, как будто умер кто-то из его родни.

На время меня оставили в покое, на приём никто не напрашивался, видно понимали, что у меня сейчас и так проблем хватает. Первым из гостей оказался знакомый мне генерал, командующий сухопутными войсками Аргентины. Его я видел всего один раз, когда мы договаривались о перемирии. Кстати, с ним меня познакомил Ортис, как с одним из главных оппозиционеров.

– Что вас привело в мой дом? – Спросил я после того, как мы поприветствовали друг друга и уселись за стол.

– Хотел сказать, что ни я, ни мои люди не имеют никакого отношения к этому дерзкому нападению, – сообщил мне генерал.

– Мне это известно, – кивнул я. – Что-то ещё?

– Мы провели своё расследование, – сказал офицер. – Всё же военные действия рядом со столицей – это откровенный плевок в лицо всей нашей армии. Так вот, немцы прибыли сюда десять дней назад на двух кораблях. Их встречали люди Ортиса, в этом нет никаких сомнений.

– И это мне тоже известно, – кивнул я, хотя на самом деле таких подробностей я не знал.

– Знаете, нас устраивает сложившаяся ситуация во власти, – вздохнул генерал. Видно ему не нравилось моё отношение к происходящему, никаких расспросов.

– Вы сейчас о чём? – Не понял я. – Вас устраивает Ортис у власти?

– Я не об этом, а о военных, которые теперь тоже заседают в правительстве, нам так легче отстаивать свои интересы, – пояснил офицер. – Если так будет продолжаться и дальше, то никакого противодействия от нас не ждите. Мне достаточно просто вашего обещания.

– Почему вы пришли ко мне? – Сделал я вид, что удивился. – За этим вам нужно идти к Ортису.

– Ой, да перестаньте, – улыбнулся генерал. – Всем уже понятно, что вы сейчас начали активную борьбу с Ортисом и хотите поставить на его место своего человека. Я всего лишь хочу, чтобы вы пообещали мне не убирать со своих постов моих людей.

– Не буду скрывать, мне перестал нравиться действующий президент, но активно лезть в политику я тоже не собираюсь. Поэтому со своей стороны могу пообещать, что приложу все усилия, чтобы ваших людей не трогали.

– Вот и отлично, – кивнул генерал. – Мне только это от вас и нужно.

– Знаете, многие мои помощники считали, что в ближайшие дни вы убьёте Ортиса, – доверительно сообщил мне генерал. – Даже самому любопытно стало, почему вы до сих пор этого не сделали?

Интересно, похоже, генерал решил поставить на меня. Разговаривает как со старым другом, абсолютно не смущаясь беседовать о возможном убийстве действующего главы государства.

– Если бы мои близкие пострадали, то уверяю, я вырезал бы всё правительство, по крайней мере, тех, кто замешан в покушении. Кстати, если кто-то из ваших людей во власти всё же замешан, то мне придётся их убрать. Убивать я их не стану, но остаться не позволю, пусть лучше сами уйдут в отставку.

– Повторюсь, мои люди никакого отношения к покушению не имеют, – заверил меня офицер.

– Надеюсь, что это так, – кивнул я. – Что насчёт убийства, так Ортис и без меня становится политическим трупом. Его команда сильно просчиталась, уже не осталось газет, которые не поливали бы его дерьмом.

– Несмотря на это, протолкнуть во власть своего человека вам будет крайне трудно, – заверил генерал. – Он уже выигрывал выборы и тогда его тоже, как вы сказали, поливали дерьмом, а он всё равно удержался у власти.

Да, я знаю, как он выиграл, банальная подтасовка голосов, но этим может заниматься не только действующий президент, но и мы тоже. Конечно, может получиться так, что проголосует больше людей, чем проживает в Аргентине, если переусердствуем.

– А вы не хотите принять участие в президентской гонке? – Растянул я губы в улыбке.

– Каким образом? – Удивился генерал. – Хотите, чтобы я тоже выставил свою кандидатуру? Я же военный, мне это даром не надо.

– Да я не об этом, вы ведь командуете войсками, уверен, что и с моряками у вас довольно хорошие отношения. Они же тоже голосуют, было бы неплохо, если бы военные проголосовали за моего человека.

– Мне-то это зачем? – На этот раз уже генерал попытался сделать вид, что удивился, но на самом деле он просто начал торговаться.

– А чего вы хотите? – Вопросом на вопрос ответил я. Деньги предлагать не стал, вдруг оскорбится.

– Ну, например, ваши услуги как лекаря, – оправдал мои ожидания офицер. – А если вы сможете увеличить финансирование армии, то будет вообще замечательно. Не подумайте, ваши деньги не нужны, пусть этим занимается правительство. И ещё я надеюсь, когда ваш человек встанет у власти, он не станет объявлять войну Германии или ещё кому-нибудь. Мы же с немцами активно торгуем, это сильно отразится на нашей экономике.

– Мне это известно, – хмыкнул я. – Умудряетесь торговать со всеми странами, участвующими в конфликте.

– Мы не продаём оружие, – ничуть не смутился гость. – Только продовольствие.

– Генерал, хотите вы этого или нет, но Германия проиграет эту войну, – вздохнул я. – А такая позиция Аргентины может навлечь беду. Вы же не хотите, чтобы наши порты были блокированы военными судами США или Англии, а ведь это вполне возможно. Пока американцам не до нас, им бы с японцами разобраться, но потом может всякое произойти. Буду с вами предельно откровенен, объявлять войну никому не собираюсь, предпочитаю жить в мире, но начнётся пропаганда против Германии. Не из-за того, что я такой вредный, просто иначе мне не выжить, очень хочется убрать немцев с территории Аргентины, больно от них проблем много.

– Если в результате ваших действий Аргентину покинут немецкие промышленники, много людей окажется без работы, – проворчал офицер.

– Насчёт этого не переживайте, предприятия продолжат работать.

– Хотите всё скупить?

– Даже если так, чем плохо? Я вкладываю в развитие своих производств огромные деньги, многие уже начали приносить прибыль. Все кто работает на меня, получают больше денег, а работать нужно меньше, всего восемь часов, на других предприятиях – по десять, а то и двенадцать. Отличные специалисты ко мне идут, в последнее время даже перестали их переманивать.

– Понятно, – вздохнул офицер. – Я подумаю над вашим предложением, вам сообщат о моём решении.

– Замечательно, – кивнул я. – Приезжайте как-нибудь в гости, не по делам, а просто так, поболтать, выпить чего-нибудь.

– Спасибо за приглашение, как-нибудь приеду, – улыбнулся офицер и вышел из комнаты.

– Думаете, стоило с этим человеком так откровенничать? – Спросил Алексей, выходя из-за неприметной двери. – Вдруг он работает на Ортиса.

– Он эту тварь терпеть не может, – усмехнулся я, – точно на него работать не будет. Именно при правлении Ортиса сухопутные войска Аргентины превратились в бесполезный сброд, а этот генерал переживает за армию. Конечно, я бы меньше болтал, если бы прямо не обвинил действующего президента в покушении на меня.

– Вам виднее, – кивнул Алексей. – Какие дальнейшие планы?

– Грузовики собраны? Продовольствие загружено? – Спросил я.

– Да, – кивнул Алексей. – Всё приготовили ещё вчера.

– Кстати, что там с водителями, все уцелели?

– Все, даже раненых нет. Немцы по гостинице не били, вы были их главной целью.

– Тогда сейчас едем на мои склады, а потом в Ленинград, ну и Москву заодно навестим. А то до сих пор не знаем, как там встретили наших женщин и детей. Свалили их туда как снег на голову.

Глава 2

– Ну, наконец-то вы к нам прибыли, Константин Сергеевич, – сказал Судоплатов, едва мы с ним поздоровались. – Что там у вас произошло? Побеседовал с вашими людьми, одни говорят, что аргентинская армия напала, другие вообще ничего не поняли.

– Аргентинская армия никакого отношения к нападению не имеет, – отмахнулся я. – Немцы напали, причём боевые подразделения, снятые с Восточного фронта, в их числе были отряды СС.

– И сколько человек? – Уточнил Павел Анатольевич.

– Несколько сотен, – ответил я.

– Несколько сотен, – повторил разведчик. – Вы думаете, они смогли бы провернуть подобное без помощи сверху?

– Конечно, нет, – вздохнул я. – Им помогали люди действующего президента Ортиса, это точно, информацию уже проверили.

– Он ещё жив?

– Вы меня совсем за неизвестно кого принимаете, – возмутился я. – Думаете, я готов резать людей направо и налево, без разбора? Да, он пока жив, но это только пока, скоро мы сделаем из него политический труп. Мои люди уже активно над этим работают, пропагандой не только вы умеете заниматься.

– Странно всё это, – проворчал разведчик. – Вроде бы симпатизировал Советскому Союзу, и вы тоже утверждали, что он на вашей стороне.

– Согласен, очень странно, – кивнул я. – Но как есть. Видимо немцы ему что-то предложили, а возможно, у них имеется крючок, вот его и задействовали. Сейчас он ведёт себя как-то пассивно, вяло, как будто уже готов уйти из власти.

– Это вряд ли, – не согласился со мной Судоплатов. – За власть он будет держаться изо всех сил. Опять избирателей подкупать начнёт или просто подтасуют результаты выборов.

– В эту игру можно играть вдвоём, поэтому не страшно, ещё посмотрим, кто кого. В любом случае выбора у меня нет, надо его снимать. Что с моими людьми?

– С ними всё хорошо, – отмахнулся разведчик. – Встретили как дорогих гостей, разместили в гостинице, охрана вокруг надёжная. Не переживай, в наши застенки никто из них не угодил. Что насчёт выбора, так он у тебя есть, перебрался бы на время войны в Москву. Конечно, наша охрана тоже может сделать промах, но обстреливать из пушек точно не позволим.

– А как же помощь Ленинграду? – Полюбопытствовал я. – Или голода там ждать не стоит, сами наладили подвоз припасов?

– Не наладили, – вздохнул Судоплатов. – Но нам требуется сохранить твою жизнь. Мы не хотим, чтобы тебя убили, когда удача отвернётся. Немцы уже не успокоятся, ты для них как кость в горле.

– Ладно, это пустой разговор, прятаться я не собираюсь, врагов нужно уничтожать, а не бегать от них.

– Надеюсь, ты не собираешься в Германию?

– Нет, это слишком опасно. Если ранят, через портал не смогу уйти, меня даже в плен брать не станут, удушат, пока беззащитен.

– Что есть, то есть, – кивнул Павел Анатольевич. – Кстати, скоро у Аргентины могут возникнуть серьёзные проблемы. Не все в восторге от того, что их правительство торгует со многими воюющими странами. К нам поступила информация, что сейчас в Соединённых Штатах идут переговоры о том, чтобы прекратить подобные действия. Если блокируют, то купленные тобой машины отправлять не станут.

– У меня контракты уже подписаны, – возмутился я. – Наверняка в США в курсе, куда уходят машины и припасы. Я с немцами точно никак не сотрудничаю.

– Если решение поддержит большинство людей в конгрессе, то все поставки блокируют, в том числе и по подписанным контрактам. Аргентине не позволят сидеть сразу на двух стульях, придётся выбирать сторону.

– И когда планируют перекрывать порты? А у Штатов хватит на это сил?

– Хватит, – кивнул Судоплатов. – Или Аргентина объявляет войну Германии, или будет блокирована с моря.

– Только этого мне не хватало, – поморщился я. – А вы на это никак повлиять не можете? Ну, хотя бы чтобы немного подождали.

– Насколько нам известно, ты хочешь пропихнуть в президенты своего человека, – напомнил мне Павел Анатольевич. – Так в чём тогда проблема? Достаточно просто объявить Германии войну, никто не заставляет идти и воевать с немцами, открывать фронт тоже не нужно.

– Рано об этом говорить, – сказал я. – Вы не хуже меня знаете, сколько граждан Аргентины поддерживают немцев. Да, их сейчас намного меньше, чем раньше, но всё равно достаточно. Нам нужно подготовиться и уже потом прекратить всяческую деятельность с немцами. Думаете, я над этим не работаю? Работаю, и ещё как, прекратить сотрудничество можно, только ряд промышленников сразу же станут нашими врагами, нужна кропотливая подготовка. Придёт к власти новый президент и в стране тут же начнётся кризис. Нужно ли говорить, что его тут же попытаются убрать. Насчёт войны можно вообще не говорить, у Аргентины армии нет, флот вроде нормальный, а вот сухопутные войска очень печальные. Даже я со своими невеликими силами мог бы устроить им кучу проблем, к тому же у них нет никакого боевого опыта. Некоторым гражданам я пообещал, что если у власти встанет мой человек, то мы не станем ввязываться в войну. У Аргентины даже нет собственных военных производств.

– Мне это известно, – кивнул разведчик. – Также известно, что Ортис хочет закупить у Германии военные самолёты.

– И что Германия? – Насторожился я.

– Вряд ли смогут помочь, они несут серьёзные потери.

– Хорошо, – кивнул я, не хватало ещё, чтобы мою усадьбу с самолётов бомбили.

Надолго в Москве я не задержался, поговорил с Судоплатовым, после отправил всех своих людей обратно домой, и сам отправился с ними, пообещав вернуться через неделю. Как оказалось, мне тут хотят присвоить звание героя Советского Союза, отказываться или показывать свой гонор не стал, любопытно посмотреть на Сталина. Конечно, Павел Анатольевич тут же заявил, что мою охрану в Кремль не пропустят. Но ничего страшного, сомневаюсь, что меня ожидает какая-то пакость.

Слова разведчика меня сильно расстроили, слишком всё не вовремя произошло. Ладно бы блокировали порты хотя бы несколько месяцев назад. Это можно было понять и принять, тем более Ортис уже тогда нарывался на проблемы. Но если подобное произойдёт при моём ставленнике, то это здорово ударит по его репутации. Сомневаюсь, что получится объяснить народу, что в этом виновата не новая власть, а старое правительство вместе с фашистами на территории Аргентины. Вся страна в основном живёт за счёт продажи сельскохозяйственной продукции. Если не получится её продавать, то начнутся серьёзные проблемы, я просто не смогу скупать весь объём. Можно переориентировать аргентинский рынок на Советский Союз, но у коммунистов пока нет лишних денег, а местные промышленники хотят получать всё и сразу.

К тому же среди них хватает тех, кто даже рад помогать немцам, что тоже добавляет проблем, хоть бери и вырезай всех неугодных. Их истории я не помнил, блокировали в итоге Аргентину или всё оставили как есть, кто бы нам в школе об этом рассказывал, великие дела творились в Европе, а не в этой далёкой стране. Что мне было известно наверняка, после поражения немцы пытались удрать именно в Аргентину и ведь их отсюда не выдали, что тоже говорит о многом.

Пришлось мне отправляться в Соединённые Штаты в надежде, что хотя бы Гопкинс прояснит ситуацию. Не повезло, ничего он не прояснил, его просто не было в городе, как и самого президента, они куда-то уехали на несколько дней. Пытался надавить на того промышленника, который поставлял нам машины, но и тут потерпел неудачу. Я хотел, чтобы он ускорил поставки, да вот беда, у него кроме меня заказов хватало, повезло, что поставляет машины всегда в срок. В общем, одна проблема за другой, а как их решить не знаю. Собрал своих советников, рассказал о возможных проблемах, устроили совместный мозговой штурм, но пока дельных предложений не поступало. Надеюсь, в будущем что-нибудь придумают.

Мне сейчас крайне трудно бороться с промышленниками, рынки сбыта уже поделены, поставлял свою продукцию только на внутренний рынок и в Советский Союз, коммунистам бесплатно. Впрочем, Павел Анатольевич пообещал, что когда закончится война, Советский Союз начнёт закупать у меня сельскохозяйственную продукцию, но это ещё когда случится. Им нужен безопасный морской путь, а там пока в полной мере хозяйничают немцы.

Есть возможность разорить конкурентов, просто предложив продукцию дешевле, пусть даже себе в убыток. Но кого мне снабжать едой, не фашистов же с их союзниками, а ведь именно им продавали свою продукцию мои конкуренты. Вот когда закончится война, тогда я вплотную займусь разорением прямых конкурентов. Пусть год, а может, и два буду работать в убыток, но своего добьюсь. Тем более в разорённую Европу нужно будет продавать много продовольствия, по крайней мере, первое время. Тьфу ты, даже самому противно, собираюсь наживаться на горе людей. Хотя европейцев не слишком жалко, сами виноваты, привели к власти разную шваль, считающую себя арийцами, а остальные народы – грязью под их ногами.

Вскоре пришла информация из Германии, потерпел крушение самолёт с главой СС на борту. Сдаётся мне, что его просто убрали. Вслед за убийством начали расформировывать отряды СС, а бойцов отправляли в действующие на фронте части. По неподтверждённым данным начались переговоры Советского руководства с немецким, пока не на самом высоком уровне, но процесс наметился вполне позитивный. Вроде бы нужно радоваться, а вдруг фашисты выведут свои войска с территории коммунистов. Тогда можно будет с гордостью сказать, что я спас множество жизней, но радоваться отчего-то не слишком хотелось.

Я прекрасно помнил о том, что сейчас в Германии разрабатывают ядерную бомбу, а вдруг у них получится это сделать. Вроде бы американцы создали бомбу вперёд СССР во многом благодаря тому, что удалось захватить наработки немцев, как и часть их учёных. Вообще после войны за немецкими учёными была настоящая охота, в этом принимали участие не только американцы и британцы, но и СССР. В общем, задумал я очередную авантюру. Сейчас ведь немецкие учёные собраны где-то в одном месте, ведут работы, а мне требовалось ответить за нападение на мой дом и убийство моих людей.

Пока серьёзных дел в Аргентине не было, мои люди работали, делая из моего ставленника в глазах населения чуть ли не святого. Ортиса активно поливали помоями, рассказывая обо всех его грехах и напоминая, что именно из-за его приказов от рук фашистов погибли мирные граждане, в том числе и дети. Почитаешь написанное журналистами, так запросто можно сделать вывод, что из пушек стрелял сам Ортис, а потом помог немецкому послу сбежать из страны.

Действующий президент, как и его люди, как будто вышли из спячки и начали отбрёхиваться. На носу выборы, предвыборная гонка началась давно. Людей, работающих на меня, тоже активно использовали, нужно было, чтобы все проголосовали за нужного мне кандидата. Как сообщил генерал, армия меня поддержит, правда, не вся, но половина точно. Дело в том, что многие офицеры аргентинской армии обучались именно в Германии и сами глубоко прониклись идеями фашизма.

Кстати, Ортис, собака сутулая, обвинял в гибели людей меня. Тварина, даже поднял вопрос о лишении гражданства, но заикнулся об этом всего один раз, репутация у меня была неплохая, хоть самому в президенты иди, так что идея о выдворении меня из страны не получила поддержки среди населения. К тому же я не какой-то там гастарбайтер, а полноправный гражданин Аргентины, поэтому просто выгнать меня не получится, разве что посадить в тюрьму, но сделать этого точно не получится. В общем, страна готовилась к выборам, моего участия не требовалось, и я снова отправился в Москву, меня же приглашали.

На награждение в Москву я прибыл не один, а с Василисой, очень ей хотелось хоть издали посмотреть на вождя. Были сомнения, что её пропустят, но Павел Анатольевич сделал пару звонков и обеспечил ей пропуск. Ничего интересного на награждении не происходило, награждал лично Сталин, прикрепил к моему пиджаку золотую медаль, пожал руку и на этом всё. Кроме меня тут хватало и других героев, народу собралось немало.

Вроде бы вождь народов умел держать себя в руках, но тут он не смог скрыть любопытства. Одно дело, когда читаешь о необычном человеке, а совсем другое – встретиться с ним лично. Тем не менее, побеседовать мне с ним не удалось, после награждения всех отправили в большой зал, где были накрыты столы, состоялся небольшой банкет. На нём встретил пару своих знакомых: танкиста и лётчика, которых лечил по просьбе Судоплатова. И ведь не зря, вон ещё награды заслужили. Они меня тоже узнали и сами подошли ко мне поздороваться. Впрочем, для большинства присутствующих я был чужаком, обходили стороной как чумного. Не могу сказать, что меня это сильно цепляло, но приятного мало, а может, старались лишний раз не говорить с иностранным гражданином, всё же у них за подобным ревностно следят.

Павел Анатольевич также был в Кремле. Хорошо, что ему тоже не хотелось тут долго торчать. Скорее всего, просто не было времени на отдых, поэтому вскоре мы отправились обратно. Во время поездки в машине я и начал свой разговор.

– Как идёт ядерная программа Советского Союза? – Полюбопытствовал я у разведчика.

– Ты задаёшь весьма неосторожные вопросы, – нахмурился офицер. – Конечно, мы тебе доверяем, но рассказывать, на каком этапе исследования и получилось ли у нас что-то, мы просто не можем. Ты всё-таки иностранный гражданин.

– Да это я так, чтобы разговор начать. Кстати, вы на самом деле ведёте переговоры с немцами? Я без подробностей, просто что-то даже в аргентинскую прессу попало.

– Ведём, – кивнул разведчик. – Только вряд ли получится быстро договориться, к тому же без американцев мы не можем принять решение, они ведь наши союзники. Это на англичан плевать, они даже не скрывают того факта, что сами ведут переговоры. Обсуждался даже совместный поход против нас. Рузвельт пока своё слово держит, но неизвестно, что будет дальше.

– Думаете, немцы не попытаются взять реванш, собрав силы? Ну, или разработав оружие массового поражения. Кстати, вы не знаете, где находится их центр ядерных исследований?

– Только не говори, что ты собрался отправиться в Германию, – нахмурился офицер. – Вроде сам меня убеждал, что соваться на территорию врага – это идиотизм. Да, нам известно, где проходят исследования, но там такая охрана, что уничтожить все наработки и специалистов, которых у Германии хватает, нет никакой возможности.

– Зачем же их уничтожать, если можно просто захватить немецких учёных со всей необходимой документацией? – Улыбнулся я. – Не боитесь, что они будут первыми? Ну, или американцы, ваше усиление никому не нужно.

– Умеете вы, Константин Сергеевич, проблемы на ровном месте устроить, – поморщился Судоплатов. – Убеждать тебя не соваться на территорию Германии нет смысла?

– Нет. Я в любом случае туда отправлюсь, мне нужно отомстить за своих людей.

– Для этого есть фронт, но ты и в тылу можешь неплохо порезвиться. Там хотя бы не такой риск, тем более активность немецких групп значительно снизилась, не могут они больше такие силы использовать, да и о тебе информация прошла. Как ты вообще планируешь захватить хорошо охраняемый объект? Он очень большой, всех усыпить не получится.

– Я же не один собираюсь работать, – отмахнулся я. – Думаю, для этого полезного дела вас привлечь или вы против? Создадим серьёзный отряд, я вас всех переброшу и мы вместе всё захватим. Потом перекину обратно, и дальше немецкие специалисты будут работать на вас. Если сумеете их заставить, конечно. Получится первыми создать оружие массового поражения, тогда никто на вас косо посмотреть не посмеет. Только у меня одна просьба, хотя бы в этот раз постарайтесь не слить немцам информацию об этой операции. Иначе они своих учёных предпочтут убить, чтобы они нам не достались.

Глава 3

Похоже, Павел Анатольевич развил бурную деятельность, когда узнал о моей задумке. Его даже не смутил тот факт, что я на время операции не смогу перекидывать продовольствие в Ленинград. Никаких уговоров как раньше не было, не стал говорить, чтобы выкинул из головы свою затею и не ввязывался в очередную авантюру. С радостью бы этого не делал, отправляться в Германию на самом деле было крайне опасно, да только кошки на душе скребли.

Я не знаю, параллельный этот мир или тот самый из моей истории, но в том, что я его изменил, не было никаких сомнений. Достаточно вспомнить смерть Гитлера, в прошлой истории он дожил до сорок пятого года. В общем, был у меня страх, вдруг немцы соберутся и всё же смогут победить Советский Союз, а мне подобного и даром не надо, тем более если они смогут собрать атомную бомбу. Вроде бы в прошлой истории Гитлер очень надеялся на это оружие, поэтому не шёл на мирные переговоры. В общем, лучше пусть у коммунистов первых будет такое оружие. Главное, чтобы у Сталина не взыграли амбиции, и он не посчитал, что с таким козырем в руках можно весь мир на колени поставить, принудив всех стать коммунистами. Ладно хоть у них нет фашистских взглядов, не станут массово расстреливать всех неугодных.

Сейчас у Советского Союза и Соединённых Штатов хорошие отношения, авось и дальше так будет, если американцы в Европу не полезут. Ведь в самом начале войны Рузвельт что-то такое заявлял, что в европейские дела американцы лезть не станут. Вот и пусть сидят на своём материке. Довелось мне читать американскую прессу, удивительно, но там не было никаких негативных высказываний в адрес Советского Союза, люди искренне переживали за борьбу против фашизма. И куда эти хорошие отношения делись после войны, ума не приложу. Как два государства так резко стали врагами, несколько раз дело едва не доходило до войны.

Разумеется, советская разведка была в курсе того, где находится исследовательский центр немцев. Располагался он где-то в западной Германии. Первоначально я планировал добраться туда, а потом порталом перекинуть ударную группу советских войск, которые бы всё раскатали там танками, захватив немецких учёных. Сомневаюсь, что все они готовы умереть ради процветания Германии. Будут работать на коммунистов, заставят. Только Судоплатов сразу же отмёл мой план. Располагался этот исследовательский центр в горах, где полно лесов, поэтому использовать танки не было никакой возможности. Разве что просто перекинуть на территорию базы, чтобы защищали от возможных атак, но не более.

Хоть и знали расположение, но там была такая охрана, что добраться до учёных или повредить этот центр не было никакой возможности. Немцы тоже умели обеспечить оборону и учёные, не только советские, но также немецкие и американские смогли объяснить, какое мощное оружие можно получить, что станет серьёзным аргументом против любого противника. Создадут такое оружие, так запросто смогут войну выиграть, убив десятки миллионов людей.

Конечно, готовили операцию в условиях строжайшей секретности. Я не распространялся о будущем деле даже среди своих. Единственный кто об этом знал кроме меня, был Юра. Павел Анатольевич меня заверил, что на этот раз его разведка не оплошает. Группу специалистов уже готовили, но они тоже не знали, какое задание им следует выполнить.

На территорию Германии мы собрались отправиться втроём: я, Юра и Иван, по крайней мере, так последнего представил Павел Анатольевич. Не удивлюсь, если наш спутник в документах записан как Иванов Иван Иванович. Конечно, перед выходом мне пришлось с ним побеседовать. Судоплатов не был против этого, прекрасно понимал, что брать с собой в такое опасное путешествие непроверенного человека я просто не могу. Иван будет нашим проводником. Как мне сообщили, он сможет вывести нас к этому объекту.

К сожалению, на территории Германии я ни разу не был, а значит, нам предстоит пройти длинный путь. Конечно, рассматривалось предложение, чтобы часть маршрута мы проделали на самолёте, но эту идею отмели. Самолёт могли перехватить или догадаться о высадке диверсионной группы, а нам этого не нужно. Я же не могу круглые сутки поддерживать покров, мне тоже отдыхать нужно, поэтому лучше бы немцы о нас ничего не знали. Вот и пусть гадают, куда это кудесник пропал на такое длительное время, отвлекая свои силы с фронта и пытаясь меня разыскать в своём ближнем тылу. Впрочем, сейчас фашистам не до меня, советская армия успешно наступает, уже прорвали фронт и берут в кольцо немецкие части, тоже научились котлы устраивать.

Метаться туда-сюда я не собирался, придётся нам ночевать в лесу, чтобы случайно не нарваться на немцев или мирных жителей. Вот если бы была возможность выйти из портала под покровом, то запросто бы этим воспользовался и жил с удобствами. Но такой возможности у нас нет, а значит, придётся спать в лесу.

Самой ближней точкой до нужного нам места были Белорусские леса, вот туда мы и отправились. Павел Анатольевич заверил меня, что Иван не только отличный проводник, лучше которого найти невозможно, но и знающий картовед. У меня сложилось ощущение, что наш проводник своими ногами оббегал все Белорусские леса, он так уверенно шёл, как будто уже не раз тут бывал. Один раз мы видели наш партизанский отряд на отдыхе, но обошли его стороной под покровом.

Мне было легче, чем моим спутникам, всё же ночью я отдыхал, а они по очереди охраняли наш сон. Я расставлял вокруг сигнальную сеть, но это не убедило моих спутников, они всё равно стояли в дозоре и бдели, несмотря на усталость. Силой заставлять их что-то делать не собирался, нравится им в дозоре стоять, пусть стоят.

Через четыре дня, после того как мы ночью вплавь пересекли реку, Иван сообщил нам, что мы покинули территорию Советского Союза. Теперь мы не могли наткнуться на союзников, впрочем, я и не собирался их искать, не за тем мы сюда пришли. Тут стало сложнее, пользоваться покровом приходилось намного чаще, особенно когда пересекали открытую местность. Отрядов немцев тут хватало, приходилось осторожничать. Разумеется, когда была возможность, мы шли по дороге, пару раз приходилось останавливаться и пропускать проходившие или проезжающие отряды немцев и их союзников. Для Ивана такое путешествие было в новинку, при первых встречах он сразу же падал на землю, ещё и на нас шипел рассерженным гусем, что мы не следуем его примеру. Вроде уже со мной знаком, явно не понаслышке знает о моих возможностях, а продолжает пучить глаза от удивления. Наверное, на его месте я бы тоже удивлялся – идёт отряд немцев, мы спокойно стоим метрах в десяти, а они нас не видят.

Кстати, если раньше у большинства немцев были довольные рожи, то теперь они как будто шли на смерть, заставили советские солдаты себя уважать. Этот народ нельзя назвать глупым, многие наверняка понимают, что проигрывают войну. Им же обещали быструю и сокрушительную победу над коммунистами, а уже давно вышли все сроки. Наиболее боеспособные части выбиты или изрядно прорежены, вон сколько сопливых юнцов в отрядах, а раньше были взрослые мужчины, явно прошедшие не одну военную кампанию. И дисциплина уже не такая как прежде.

– Никогда я к этому не привыкну, – проворчал Иван, поднимаясь с земли и отряхиваясь.

– Ты это о чём? – Спросил я.

– О том, как вы можете оставаться незамеченным, – пояснил проводник. – Не могу понять, как они нас не видят?

– Сделай несколько шагов в сторону и сразу всё поймёшь, – пожал я плечами.

Иван моего совета не послушал, снова уставился на карту и стал с чем-то сверяться.

– Может, ты и нам маршрут покажешь? – Ворчливым тоном попросил Юра. – Вдруг тебя убьют по дороге, не возвращаться же обратно.

– Да, пожалуйста, – пожал плечами Иван, – смотрите.

На самом деле я лишь приблизительно знал, как мы идём, особо не вникал, не моё это дело. Тем более на карте не было никаких пометок, что справедливо, мало ли что в дороге может случиться, потеряем карту, кто-нибудь найдёт и передаст немцам, а там указана наша цель. Юра местные карты читать не умел, но с умным видом покивал головой, как будто что-то понял, а я с трудом сдержал смех.

Я рассчитывал, что сможем достигнуть нужной точки дней за десять-пятнадцать, но ошибся. Иван вёл нас по какому-то известному ему одному маршруту, не прямо, как хотелось бы. Конечно, мы не всю дорогу шли пешком, несколько раз удавалось прокатиться на тепловозе, как и в прошлый раз, усевшись прямо на вагон. Если сначала я не замечал, как мы бродим из стороны в сторону, то потом и сам сообразил, взглянув на карту. Опять же солнце в помощь, можно было ориентироваться по нему. Устал я сильно, вскоре эти петли мне изрядно надоели.

– Ваня, ты что, заблудился? – Спросил я на очередном привале.

– Нет, – удивлённо ответил проводник. – С чего вы взяли?

– Да с того, что мы как-то странно двигаемся, то и дело меняем направление без видимых причин, ладно бы брод в реке искали или ещё что-то. Я, конечно, не такой умелый проводник, но почему-то на сто процентов уверен, что мы уже давно могли бы дойти до нужного нам места. Вот, например, два дня назад, зачем нужно было подходить к той железнодорожной станции?

– Поверьте, я знаю, что делаю, – начал, было, Иван, но я его перебил.

– И что ты делаешь? С какой целью чуть ли не кругами нас водишь? Давай, соври мне, а Юра тебе за это ногу сломает.

– Нашим войскам эту землю тоже придётся захватывать, – вздохнул Иван, – вот я и провожу разведку местности, одним выстрелом пытаюсь убить двух зайцев. Когда ещё будет возможность провести разведку в такой спокойной обстановке.

– Юра, – посмотрел я на своего охранника, – присмотрись внимательно, я на идиота не похож?

– Нет, господин, совсем не похож, – заверил меня воин.

– Иван, а почему ты меня идиотом считаешь? Разведку он проводит, что ты тут увидеть-то хочешь? Сколько человек станцию охраняет и какие укрепления? Так их тут ещё нет, и разведку сейчас проводить глупо. Ладно бы наши войска уже сюда пришли, но нет, они здесь ещё не скоро окажутся, укрепления строить даже не начинали.

Конечно, я уже начал догадываться, зачем мы закладываем такие петли и сближаемся с железнодорожными станциями и мостами. Было даже такое, что мы прошли по одному мосту, а потом пошли вдоль берега к другому более массивному. Просто хотелось проверить, наш проводник сам всё расскажет или придётся его под магией допрашивать. Рассказал сам, не пришлось даже намекать, чем и подтвердил мои мысли.

– Приказ у меня, – вздохнул Иван, – от самого товарища Судоплатова. Рано или поздно сюда придут наши войска, и будет неплохо, если некоторые мосты и станции они захватят целыми, как и города с производствами.

– Дай-ка угадаю. Павел Анатольевич решил, что возьмёт их с моей помощью? – Предположил я.

– Не знаю, он мне этого не говорил, – ответил проводник. – Я просто выполняю поставленный приказ. Согласен, путь получается немного длиннее, но торопиться нам некуда.

– Нам это кому? – Уточнил я. – Как по мне, то нужно торопиться. Юра со мной, а ты за всех нас всё решил? Тебе никто не говорил, что я ещё в Ленинград продовольствие поставляю, что там люди с голоду пухнут? И с чего это Судоплатов решил, что я стану перекидывать войска? Вы там снова оборзели и решили ко мне на шею сесть? Так советую слазить. Если мы ещё раз свернём с маршрута, я тут же вернусь в Аргентину, у меня там дел хватает. Будете без моего участия свои проблемы решать.

– Больше не свернём, – заверил меня проводник. – Двигаемся максимально коротким путём.

– Надеюсь так и будет, а своему начальнику передай, что меня о своих планах тоже извещать нужно. Я не его подчинённый и иногда сам не понимаю, почему вообще берусь вам помогать.

Вроде бы после этого разговора Иван повёл нас так, как и нужно для быстрой скорости. Только один раз у меня возникло сомнение, когда паровоз, на который мы уселись, отправился в другую сторону. Впрочем, проехав несколько станций, он всё же стал двигаться в нужном нам направлении.

Вот вроде бы ворчал я, возмущался, что снова планы на мой счёт строят и даже меня об этом не извещают, а сам нашёл себе работу. Дело в том, что через пару дней после памятного разговора, мы наткнулись на огромный карьер, где работали тысячи людей. Неподалёку имелись бараки, где жили эти самые рабочие, а если быть точнее, то самые настоящие рабы. Если не все, то большинство были советскими военнопленными. Впервые я рискнул, оставив в укромном месте двух своих спутников, а сам немного побродил по этому карьеру. Само собой, в невидимости, убедился в своём предположении. Конечно, многие люди уже были сломлены, но хватало и таких, которые ещё держались, только озлобились. Если таких ребят отправить воевать против немцев, то они их голыми руками убивать будут.

На моих глазах один из пленных после того как его ударил конвоир, схватил камень и треснул обидчика по голове. Конечно, смельчака тут же застрелили, но нужно было видеть глаза этих несчастных, дай им оружие и они сразу попытаются сбежать. Отсюда у них выбраться не получится, слишком многочисленная охрана, перестреляют на подходе, а вот если напасть на охрану, то этот огромный лагерь можно освободить.

– Ты в курсе, где ещё лагеря находятся? – Уточнил я у Ивана, когда вернулся обратно.

– Нет, – покачал головой мужчина. – Специально не интересовался.

– Плохо, – поморщился я.

– Можно взять кого-нибудь и допросить, – тут же предложил Юра.

Мне, да и ему тоже, гораздо интереснее было партизанить в Белорусских лесах, а не путешествовать вот так в относительной безопасности. Всё же я человек деятельный, а тут просто идём и ничего не делаем. Можно было напакостить немцам, но беда в том, что нам нельзя никого трогать, по крайней мере, до тех пор, пока не доберёмся до нужного нам места. Немецких отрядов тут хватало, хоть и меньше, чем на границе, но всё равно иногда встречались и вели они себя безмятежно, для партизан раздолье. Нужно будет как-нибудь устроить сюда рейд, чтобы не расслаблялись.

– Пока не доберёмся до исследовательского центра, никого не трогаем, – предупредил я.

***

Павел Анатольевич сидел за своим рабочим столом и разбирал документы, пришедшие совсем недавно. Уже три недели прошло с того момента, как кудесник покинул Москву и отправился на территорию Германии. Все новости, приходящие оттуда, он лично проверял, но никакой информации об убийстве кудесника в них не было, что успокаивало. Если бы немцам удалось убить этого человека, наверняка бы растрепались. Тем не менее, обеспокоенность была, мало ли что случилось, да и начальство наседало, требуя доклада, а докладывать нечего.

– Бездельничаем? – Услышал разведчик позади себя вопрос, отчего даже вздрогнул от неожиданности. Никто не смел повышать голос в его кабинете.

– Константин Сергеевич, я же просил вот так сразу в моём кабинете не появляться, – укоризненно сказал он.

– А я вас просил не считать меня своей собственностью. И не раз говорил, что ваши приказы выполнять не собираюсь, только просьбы, – ответил кудесник, усаживаясь за стол. – Но кто бы меня слышал, вы все норовите сесть мне на шею, я же по-хорошему прошу, а всё равно продолжаете наглеть, неприятно.

– Мы вас только просим и не пытаемся…

– Ой, да ладно, – перебил разведчика кудесник. – Если бы не ваш приказ, то мы уже давно были бы в нужном месте, но нет, ходили чуть ли не кругами как бараны.

– Ну, извините, – развёл руками Судоплатов и попытался изобразить виноватое лицо, но не получилось. – Не думал, что тебе и о таких мелочах нужно сообщать.

– Вы собрались моими руками захватывать мосты и другие ключевые позиции, а это вовсе не мелочи.

– Ещё раз простите, – сказал Судоплатов. – Ну что, добрались до нужного места, группа уже готова?

– Нет, ещё не добрались, – покачал головой кудесник. – Тут у меня к вам ещё просьба имеется. Вы в курсе, где держат советских военнопленных?

– Могу подготовить информацию и отметить места на карте, – тут же всё понял разведчик. – Только сначала учёные и вся документация.

– Займитесь этим прямо сейчас, завтра заберу.

– Хотите освободить? – Уточнил разведчик.

– Хочу. Не думаю, что с этим будет какая-то проблема, там такая охрана, на которую без слёз не взглянешь. Так, собрали разный сброд, только против безоружных могут выстоять.

– Все на фронте, – улыбнулся разведчик. – Не могут они в охрану хороших вояк ставить.

– Ладно, пойду я, не хочется надолго людей без прикрытия оставлять.