Александр Черевков
Прелести жизни в Израиле

Глава-1. Знакомство с Израилем

Прелесть жизни в том, что мы не можем знать о конце жизни.

1. Аэропорт «Бен-Гурион».

Проходит более двух часов после того, как наш самолёта произвёл посадку в аэропорту «Адлер» вблизи Сочи. Жара южного солнца сменяется вечерней прохладой, пришедшей с высоких кавказских гор, а также со стороны холодного Чёрного моря.

Одетые по-летнему пассажиры самолёта начинают мёрзнуть. Многие пассажиры недовольны такой длительной задержкой самолёта. Начинают в адрес аэрофлота выдвигать свои претензии.

Стюардесса старается успокоить пассажиров, говорит, что в самолёте обнаружены какие-то мелкие неполадки в двигателе. Сейчас обслуживающие самолёта специальные службы механиков устранят возможные неполадки.

Самолёт скоро вылетит. Когда терпение пассажиров достигло критической отметки, а будущие израильтяне готовы были разнести в дребезги службы российского аэрофлота.

Стюардесса нашего самолёта, словно предчувствую беду, неожиданно объявила, что пассажиры могут пройти в салон самолёта. К вылету самолёта из аэропорта «Адлер» в Сочи в аэропорт «Бен-Гурион» в Тель-Авив в Израиль.

Пассажиры тут же дружно поднялись с помятой за несколько часов жёлтой травы и отправились на свои законные места согласно выданных на руки билетов в салоне самолёта.

Холодный воздух на природе возле стоянки самолёта сменился душным воздухом в салоне самолёта, который накалился за несколько часов от жаркого южного солнца и не успел остыть при прохладном воздухе, спустившемся с высоких кавказских гор.

Теперь пассажиры самолёта были недовольны душным салоном в самолёте и требовали, чтобы в салоне самолёта включили скорее кондиционер, который отключили во время посадки самолёта в аэропорту «Адлер» в Сочи. Но стюардесса не могла включить кондиционер в салоне самолёта, так как все включение лайнера находится в кабине самолёта, куда никто из экипажа самолёта пока не явились до подготовки самолёта к вылету.

В общей сложности после посадки самолёта в аэропорту «Адлер» в Сочи прошло более пяти часов. За бортом самолёта наступила ночь.

Окончательно разбитые такой никем не объяснимой задержкой вылета нашего самолёта, пассажиры валялись на своих местах в салоне самолёта.

Всем пассажирам было до одного места такая не предусмотренная задержка чартерного рейса нашего самолёта в южном аэропорту «Адлер» вблизи Сочи.

– Уважаемые господа пассажиры! Пристегните свои ремни безопасности. – наконец-то, объявила стюардесса по радио в салоне самолёта. – Аэрофлот приносит вам свои извинения за вынужденную задержку полёта самолёта. Мы продолжаем полёт самолёта чартерного рейса «Душанбе-Адлер-Тель-Авив». Вам скоро предложат прохладительные напитки и лёгкий ужин.

Во время полёта до Израиля самолёта будет пролетать над Грузией, Турцией и Кипром, а также над Чёрным морем и Средиземным морем. Желаю вам хорошего отдыха и удачного полёта.

В этот раз решил не оставаться без услуг аэрофлота в салоне самолёта. Терпеливо дождался прохладительных напитков и лёгкого ужина, после которого не был сыт и пожалел о том, что спал вовремя первого полёта и не воспользовался лёгким обедом.

Теперь мне придётся терпеть свой голод до самого приземления в аэропорт «Бен-Гурион» в Тель-Авиве в Израиле. Вполне возможно, что там нас не оставят голодными до утра?

Не желая мучить себя голодом, после лёгкого ужина в салоне самолёта, пристегнулся ремнём безопасности на своём месте в салоне самолёта.

Собрался обратно спать во время ночного полёта. С высоты полёта десяти километров ничего не видно в дневное время, а ночью тем более ничего не увидишь.

Так что лучше хорошо выспаться. Сильно устал в течение вынужденной многочасовой посадки нашего самолёта в аэропорту «Адлер» вблизи Сочи, что почти сразу уснул. В этот раз мне ничего не снилось. Спал как младенец, который не видит никаких снов.

– Господа пассажиры! Наш самолёт начинает посадку в аэропорту «Бен-Гурион» в Тель-Авиве в Израиль. – услышал. сквозь сон объявление стюардессы по радио в салоне самолёта. – Пожалуйста! Пристегните свои ремни безопасности, приготовьтесь к посадке в аэропорту «Бен-Гурион» в Тель-Авиве. Желаю вам удачи.

Сразу открыл глаза. Почувствовал, как самолёт наклонился вперёд и пошёл на посадку со стороны Средиземного моря. Все пассажиры пристегнулись ремнями безопасности на своих местах в салоне самолёта.

Приготовились к посадке в аэропорту «Бен-Гурион» в Тель-Авиве в Израиль. Наконец-то сбылось давнее желанье многих пассажиров самолёта.

Позади нас остались годы гражданской войны в Таджикистане. Пройдёт совсем немного минут полёта. Мы выйдем из самолёта в совершенно другом государстве, с новыми заботами о своей жизни.

Самолёта произвёл мягкую посадку в аэропорту «Бен-Гурион» в Тель-Авиве в Израиле. Стюардесса в последний раз сделала своё объявление по радио в салоне самолёта.

Пожелала нам хорошей жизни на новом постоянном месте жительства в Израиле, на земле обетованной всем евреям. Конечно, стюардессе загнула, упоминая всех евреев.

Далеко ни все евреи пожелали со всего мира прибыть на постоянное место жительства в Израиль. В одной только Америке живёт евреев на много больше, чем в Израиле в самом еврейском государстве.

Да и не только одни евреи живут в Израиле. Можно подумать со слов стюардессы, что арабы, армяне, русские, украинцы и другие нации, проживающие в Израиле, причислены к еврейской нации.

Так же как за пределами России всех из России считают русскими, не считаясь с более, чем ста другими нациями, проживающими в России, а также на обширной территории в бывшем Советском Союзе.

Например, лично русский никогда не буду считать себя по другой нации, хотя у меня жена еврейка. Мои дети на одну половину евреи, а на другую половину русские.

Мне всё равно, как мои дети себя назовут, евреями или русскими. Главное для меня, что мои дети всегда будут моими детьми независимо от нового места жительства и от причисления себя к какой-то нации.

Едва самолёт прекратил своё движение, как пассажиры в салоне самолёта зашевелились. Стали отстёгивать ремни безопасности и подниматься со своих мест.

Наша семья тоже ни осталась на своих местах. Мы стали готовиться к выходу из салона самолёта. Из верхних багажных ящиков достали свою ручную кладь, которую нам разрешили взять с собой в салон самолёта при посадке в самолёте. Лишь сейчас вспомнил о своём кейсе, который должны были подменить в салоне самолёта во время стоянки в аэропорту «Адлер» вблизи Сочи. Так как подменённый кейс должен был быть точно таким же, как мой настоящий кейс, то сразу на вид было трудно определить возможную подмену кейса.

Ни стал открывать кейс в салоне самолёта, так как неизвестно было мне, что могли оставить мне в подарок криминальная братва из России. Ни дай Бог, что там окажется что-нибудь такое, чего не было никогда у нас в доме.

Людмила и Виктория тотчас начнут выяснять, откуда у меня чужие вещи и на весь салон самолёта затеют балаган в связи с подменом наших вещей на чужие вещи. Лучше наберусь терпения.

Загляну в свой кейс лишь там, где остановимся проживать на время прибытия в Израиль. Пока мы не знаем, где сегодня будем жить. Несмотря на то, что сам Израиль находится ближе к Африке, чем к России, погода в аэропорту «Бен-Гурион» была прохладная.

Над головой были серы мрачные тучи. С неба падал нудный дождик вперемежку с мелким градом и мокрым снегом. На электронных часах аэровокзала «Бен-Гурион», местное время указывало на первый час ночи первого апреля 1993 года.

Первоапрельская шутка указывала на то, что погода в Израиле испортилась не на шутку. Как бы нам не пришлось распаковывать свои тёплые вещи. Сверху надевать на себя что попало.

Едва мы вышли из салона самолёта под козырёк аэровокзала, как нас тут же встретила девушка в форме служащей аэропорта «Бен-Гурион». Девушка на русском языке приветствовала нас с прибытием на землю обетованную.

Затем девушка в униформе аэропорта пригласила нас пройти следом за ней, в служебное помещение получения своих документов на гражданство в Израиле с постоянным местом жительства.

Прибывшие пассажиры толпой пошли следом за девушкой в форме служащей аэропорта «Бен-Гурион», в сторону зала ожидания, аэровокзала, где пассажиров встречали многочисленные родственники и охрана аэропорта с оружием в служебной форме.

Когда мы вошли в зал ожидания аэропорта «Бен-Гурион». Так сразу большая часть пассажиров нашего самолёта, встретились с родственниками и знакомыми. Затем все направились на второй этаж, за получением необходимых документов на гражданство в Израиле. Так как нас никто не встречал, то мы, словно хвостики ходили за девушкой, встретившей нас возле самолёта. Мои дети крутили головами во все стороны, разглядывая непонятный им интерьер зала ожидания с многочисленными знаками, указывающими движение и предупреждение во все стороны зала ожидания аэропорта «Бен-Гурион». Людмила постоянно с беспокойством кудахтала над своим выводком, как курица над цыплятами, с тревогой смотрела за своими детьми, чтобы не потерять детей в незнакомом нам месте.

Вовремя нашего движения по залу ожидания аэропорта «Бен-Гурион» к нашим детям подошёл какой-то солидный мужчина, который что-то стал объяснять моим детям на непонятном нам языке.

Из всего сказанного понял всего два слова, это Россия и пасха. Причём тут Россия и пасха, никак не мог понять? В заключение своей речи мужчина дал моим детям какие-то ярко раскрашенные листики, а сам тут же с кейсом направился на посадку в самолёт.

– Наверно, это какая-то реклама? – сам сказал. своим детям, разглядывая оставленные мужчиной яркие листочки бумаги. – Можете их выбросить в мусорное ведро. Мы всё равно не понимаем местный язык и нечего из этого не имеем.

Наши мальчишки тут же выбросили цветные листки в мусорное ведро. Виктория оставила один яркий листок себе на память, а другие такие точно листки выбросила в мусорное ведро, туда же куда ярко раскрашенные листки выбросили наши мальчишки.

После чего мы продолжили свой путь следом за девушкой на второй этаж, в служебные помещения в зале ожидания, где нас разместили в небольшом зале вдоль возле многочисленных служебных дверей.

– За время регистрации на гражданство в Израиле прибывших репатриантов, вам бесплатно разрешается сделать один телефонный звонок на территории Израиля. – сообщила нам сопровождающая нас девушка. – В служебном зале регистрации имеется бесплатный бар с напитками и закусками. На регистрацию и на собеседование вас пригласят по радио. Желаю вам хорошо отдохнуть после полёта и устроиться жить в Израиле.

Как только девушка ушла из зала регистрации документов на жительство, наши мальчишки и Виктория устремились в бесплатный бар, чтобы там испробовать разные напитки и сладости, которые предложили нам совершенно бесплатно в первый час прибытия в Израиль.

Людмила с материнской тревогой по своим детям, проводила своих отпрысков обеспокоенным взглядом до бесплатного бара, но сама туда не пошла.

Видимо, сильно устала от длительного перелёта на самолёте? Мне тоже было как-то не по себе. Хочется быстрее лечь где-то в тёплую постель просто поспать до утра. Ведь сейчас всего лишь час ночи первого апреля 1993 года. До утра можно выспаться. Дальше будем самостоятельно планировать постоянное место жительства в Израиле.

Надо сейчас воспользоваться бесплатным телефоном и позвонить кому-нибудь знакомым в Израиле. Хотя бы Игорю Левин, президенту компании альтернативной медицины, с которым мы знакомы давно в Душанбе. Когда участвовали на международных встречах по бизнесу, в Москве в России, а также в Таджикистане.

– Здравствуй, Игорь! Это тебя беспокоит Александр Черевков. – говорю в телефонную трубку, когда слышу в телефонной трубке знакомый сонный голос. – Сейчас с семьёй прилетел в Израиль. Мы сейчас в аэропорту «Бен-Гурион». Ты извини, что тебя беспокою среди ночи. Но могу позвонить лишь с этого телефона всего один раз.

– Ничего страшного, всё равно уже разбудил. – иронично, говорит Игорь Левин. – Давай завтра ровно в десять часов утра встретимся возле фонтана вблизи «Дизенгоф центра», так называется сеть магазинов в Тель-Авиве. Можешь у любого спросить, где находится «Дизенгоф центр». Это место в Тель-Авиве всем хорошо известно.

– Ты, наверно, забыл, что мы за границей? Еврейский язык мне совсем неизвестен. – напомнил сам, Игорю. – Как буду здесь спрашивать у местных жителей про твой «Дизенгоф центр». Может быть, как-то по-другому встретимся?

– Не забыл, что ты сейчас находишься в Израиле, а не в Таджикистане. – сказал Игорь, на другом конце телефонной связи. – Сейчас в Израиле русскоговорящих граждан гораздо больше, чем в Таджикистане. Сам завтра утром в этом убедишься, когда выйдешь гулять по Тель-Авиву.

– Ну, тогда до завтра. – сказал, на прощанье Игорю в телефонную трубку. – Встретимся с тобой у фонтана, как в кино.

– Всего тебе хорошего. – сказал Игорь Левин. – Не забывай, что встречаемся мы ровно в десять часов утра у фонтана на «Дизенгоф центр».

В телефонной трубке гудки. Тоже положил свою телефонную трубку и направился к тому месту в зале, где расположилось моё шумное семейство. Наши дети шумной оравой вернулись сытые со стороны бесплатного бара. Мальчишки делятся впечатлениями со своей мамой.

Виктория принесла с собой напитки и бисквит своей маме. Мне тоже захотелось испробовать напитки и сладости в бесплатном баре, который находится вдоль стены рядом с дверями служебных помещений по регистрации документов.

Возле столов бесплатного бара несколько детишек, прибывших вместе с нами на самолёте из Душанбе. Семейная пара старых евреев, говорят на каком-то своём языке, разглядывая аппараты с напитками и вазы, наполненные разными сладостями. Стою рядом. Выбираю, что мне взять.

– Вы думаете, что это можно кушать и пить? – на русском языке, спрашивает старый еврей. – Это химия!

– Не думаю, что нас принимают тут на опыты. – отвечаю, старому еврею. – Вы прибыли на свою землю обетованную евреям. Так что вам ни стоит беспокоиться за себя. Вы сейчас у себя на Родине, которая думает о вашей жизни.

– Как наша Родина думает о нас, мы посмотрим. – грустно, сказал старый еврей. – Но кушать химию не буду.

Семейная пара старых евреев, отправились к своим местам в зал регистрации репатриантов. Взял из вазы бисквит и налил в пластиковый стакан первый напиток жёлтого цвета.

Тут же, не отходя от бесплатного бара, впервые попробовал продукт в Израиле. Думаю, что старый еврей частично был прав насчёт химии в продуктах и в напитках, которые предложили нам в бесплатном баре.

Жёлтый напиток был из какого-то неизвестного мне цитрусового плода совершенно неприятного мне вкуса. Бисквит тоже не отличался своим вкусом от напитка.

Совсем не знаком с работой местной кулинарии, но то, что в бисквите было слишком много пряностей и пищевой соды, это определил сразу.

Поэтому бисквит был приторным на вкус. Однако, голод не тётка, голодный скушаешь что угодно. Завернув в салфетку остаток бисквита и пластиковый стакан с недопитым напитков, бросил их в урну, заполненную остатками пищи.

Видимо, далеко ни всем понравились угощения в бесплатном баре? Вполне возможно, что постепенно нам предстоит привыкнуть к продуктам в Израиле?

Также как это происходило с теми, кто выезжал на работу за границу из Советского Союза. Возвратившись из-за граничной командировки, наши сограждане также рассказывали нам, что за границей продукты и напитки по своему вкусу сильно отличаются от наших советских продуктов.

К заграничным продуктам и к напиткам надо постепенно привыкать, также как к обычаям и нравам заграничных людей. Вот и нам семьёй придётся привыкать ко всему необычному в Израиле.

Так же как мы шестнадцать лет назад начинали привыкать впервые к жизни таджиков и к хлопковому маслу в своих продуктах.

– Господа репатрианты! Если, кто-то, из вас был связан когда-то с КГБ, а также со специальными службами безопасности в Советском Союзе, то просим вас подойти в третий кабинет? – объявил женский голос, в местный репродуктор.

Откровенно говоря, не понял, что хотят местные службы от новых репатриантов, которые когда-то были связаны в Советском Союзе с КГБ и с другими службами безопасности.

Мне совсем не хотелось иметь неприятности с местными службами безопасности. Поэтому решил пойти в третий кабинет. Послушать, что мне скажут насчет моих бывших связей с КГБ и со службами безопасности в Советском Союзе.

Ведь мне в течение многих лет по разной причине приходилось встречаться с сотрудниками служб КГБ, МВД, а также со службами специального назначения.

– Меня зовут Яков Гивати. – обменявшись со мной взаимными приветствиями, сказал высокий блондин, который совершенно не был похож на местного еврея, этого парня можно было принять за гражданина скандинавских стран. – Представляю интересы государственной безопасности Израиля. Нас интересует ваша связь со службами КГБ и разведкой в Советском Союзе. Расскажите подробно о своих связях с КГБ на территории бывшего Советского Союза.

– У меня были дружеские связи с КГБ и со службами безопасности. – удивленно, ответил. Якову Гивати.

– Вы, наверно, забыли, что находитесь ни в русской забегаловке с собутыльниками, а в Израиле перед сотрудником государственной безопасности Израиля? – едва сдерживая себя от гнева, строго сказал мне, Яков Гивати. – Если вам нечего сказать, то вы можете идти к своей семье. У меня сейчас больше нет никаких вопросов к вам…

– Между прочим, пришёл к вам в кабинет по вашему приглашению по радио, в зале регистрации новых репатриантов в Израиле, а не из русской забегаловки с собутыльниками, о которой вы ничего не знаете, – поднимаясь со стула, серьёзно, сказал. – Что же касается моих отношений со службами безопасности бывшего Советского Союза. То, почему, у меня с ними должны быть плохие отношения? Если мои однокурсники по университету пошли работать в КГБ, а некоторые бывшие сотрудники КГБ пришли работать в бизнес вместе со мной. Лично мне всё равно, на какой должности находятся друзья из моего детства или мои бывшие однокурсники по учёбе в университете.

– Какую должность вы занимали в своём бизнесе? Вообще, какой бизнес? – серьёзно, спросил Яков Гивати.

– Вначале перестройки в Советском Союзе был директором производственного объединения «Дизайнер». – стал отвечать. на заданные вопросы. – Затем один год был генеральным директором Коммерческого Центра российско-бельгийско-кипрского совместного предприятия «Расма» в Средней Азии. Последние два года был президентом Международной Акционерной Компании закрытого типа «Сандро». Основным занятием моего международного бизнеса было изобразительное искусство и дизайн.

По своей специальности с самого детства художник-дизайнер. Другими видами моего бизнеса были – торговля, строительство, полезные ископаемые, а также бартерные сделки.

– Почему, занимая такие важные посты в Таджикистане, вы, вдруг, бросили бизнес и приехали жить в Израиль? – продолжил задавать вопросы Яков Гивати. – Быть может, вас там преследовали по политическим вопросам?

– В Таджикистане ни по каким вопросам меня никто не преследовал. – серьёзно, ответил. – Когда вокруг меня и моей семьи, каждый день взрываются снаряды и по улицам валяются трупы, то всякий убежит от любой роскошной жизни.

– У нас в Израиле сорок пять лет, взрываются бомбы и гибнут люди. – обратно с вопросом, обратился ко мне, Яков Гивати. – Вы не пожалеете о том, что приехали в Израиль, где тут каждый день гибнут люди?

– По крайней мере в Израиле есть правительство, которое может постоять за своих граждан. – ответил – В Таджикистане в течение пяти лет гражданской войны сменилось несколько правительств. О какой стабильности в государстве можно говорить? Вы покажите на карте, где сейчас не убивают и примут нас на жительство. Моя семья прямо сейчас отсюда уедет в другую страну. Мы приехали сюда от безысходности своей жизни.

– У меня к вам больше нет вопросов. – сказал в заключение Яков Гивати. – Спасибо вам за внимание. Если вам будет нужна наша помощь, то звоните по телефону, указанному в визитной карточке. Желаю вам хорошей жизни в Израиле.

– Мне было приятно поговорить с вами. – принимая визитную карточку из рук Якова Гивати, сказал. на прощание. – Но, как говорят в России, с КГБ и МВД лучше нам не встречаться. От любых ментов у нас всегда одни неприятности.

Яков Гивати больше ничего не сказал. По выражению его лица было понятно, что кроме литературного разговора на русском языке, больше ничего он толком не знает на русском языке.

Обычный разговор в русской народной речи ему не знаком. Если бы Якова Гивати направили в разведку в Россию, то он, при встрече с любым человеком из простого народа сразу бы раскололся, как разведчик другого государства. Наверно, Яков Гивати в России никогда не был?

– Ты, зачем, туда ходил? – возмущённо, встретила меня, Людмила с претензиями. – Тебе недостаточно было разных хлопот со службами безопасности в бывшем Советском Союзе? Хочешь, чтобы ещё в Израиле были неприятности?

– Именно поэтому пошёл в тот кабинет, чтобы потом у нас не было никаких неприятностей со службами. – строго, сказал. своей жене. – Не хочу, чтобы между мной и местными службами были какие-то недомолвки. Понятно?

Людмила ничего ни стала говорить мне. Просто насупилась. Отвернулась в сторону и стала разглядывать интерьер зала регистрации новых репатриантов.

Мне вообще все надоело с проблемами последних суток жизни. Лучше бы вообще не затевал этот переезд из Таджикистана в Израиль. Можно было точно так же улететь куда-нибудь в Ставропольский или Краснодарский край.

Начать свою жизнь прямо с гостиницы. Затем снять или купить себе хорошее жилье. Тех миллионов рублей, которые у меня были наличными в последнее полугодие прошлого года, нашей семье хватило бы лет на пять жить в отличных условиях и раскручивать свой бизнес на месте.

– Семья Черевков! Пройдите, пожалуйста, в первый кабинет на регистрацию своего прибытия из Таджикистана на постоянное место жительства в Израиль. – объявила девушка, вышедшая из первого кабинета.

К этому времени в зале регистрации новых репатриантов никого не было, кроме нашей семьи. Поэтому объявление девушки по радио выглядело как-то странно. Можно было подумать, что мы сейчас находимся где-то в огромном зале или на гигантском стадионе, где кроме нашей семьи находятся тысячи других семей, которых нужно зарегистрировать по вопросу постоянного гражданства в Израиле и принять семьи на постоянное жительство.

– Уважаемые господа Черевков! С сегодняшнего дня вы становитесь полноправными гражданами Израиля. – сказала нам, девушка в какой-то странной форме песочного цвета, наверно, такую форму носят государственные служащие. – На всю вашу семью выдаётся временное удостоверение репатриантов «Теудат оле», по которому вы можете снять жилье на место временного или постоянного жительства. Затем вам в течение недели по месту жительства надо обратиться в «Мисрад аклету» Министерство абсорбции и в «Ирию» местный исполком или Мэрия. Дальше вам нужно будет обратиться в «Мисрад апним» паспортный стол, в котором вы получите «Теудат зеут» постоянное удостоверение личности гражданина Израиля, по которому в дальнейшем вы будите учиться, работать и жить. По временному удостоверению личности «Теудат оле» вы можете открыть банковский счёт в любом банке Израиля по месту своего жительства. По временному удостоверению своей личности вы поступите учиться в «Ульпан», школа по изучению иврита.

По временному удостоверению личности вам положены различные льготы и подарки в честь праздника «Пейсах», по-русски пасха. В течение шести месяцев вы будете получать «корзину денег» в размере тридцати шести тысяч на всю свою семью для возможности устройства семьи на новом месте.

Кроме того, вам на семью будут выделены деньги на приобретение мебели и электротоваров. Вы также получите в банке «Идут» компенсацию за оставленное имущество на прежнем месте жительства в Таджикистане.

В настоящее время вы получите временное пособие в размере двадцати шести тысяч шекелей чеками и по двести шекелей на человека наличными. Сейчас вас бесплатно отвезёт такси по месту нового жительства в любой конец Израиля, откуда начнётся ваше постоянное проживание на земле обетованной евреями. Если у вас есть какие-то вопросы и пожелания, то можете задать нам сейчас или после по месту своего нового жительства.

– У нас нет никакого жилья в Израиле. – сказал. государственной служащей. – Где нам жить?

– Сейчас вы можете, на несколько дней, снять номер в любой гостинице Израиля. – объяснила мне, государственная служащая. – Затем вы снимите «схар диру» съем квартиры в частном секторе. Впоследствии, вы имеете полное право купить себе квартиру. За наличный расчёт или по «машканте» ипотечной суде, которую выдаёт «Банк Машкантаот». Кроме того, Сахнут Министерство абсорбции выдаёт вам возвратную ссуду сроком на семь лет на приобретение собственного жилья. Все подробности вашей абсорбции вам будет рассказывать служащая «Мисрад аклита» Министерства абсорбции или как его ещё называют Сахнут, который будет заниматься непосредственно вашими вопросами устройства по месту жительству в рамках государственных обязательств перед новыми репатриантами «Олим ходашим». По истечению шести месяцев вашего пребывания в Израиле вашим трудоустройством будет заниматься государственное бюро трудоустройства «Лишкат авода» и частные конторы трудоустройства «Коах адам». Впоследствии, при изучении иврита, вы сами так же сможете устроиться на работу по своей специальности или по тому виду работ, которые подходят по месту постоянного жительства в Израиле.

– Почему, нам в Израиле сразу не выдают обычные паспорта? – сам спросил государственную служащую.

– В Израиле паспорта «даркон» выдают лишь тем, кто временно выезжает за границу. – ответила государственная служащая. – Остальным внутри Израиля выдают удостоверения личности «Теудат зеут». Если у вас есть намерения изменить свою фамилию, имя и национальность, то это можно сделать прямо сейчас.

В дальнейшем этими вопросами будут заниматься «Мисрад аклита» Министерство абсорбции и «Мисрад апним» паспортный стол. В том случае, если семейный брак смешанный, то ваши дети могут взять любую нацию от родителей.

– Не хочу своим детям ничего навязывать. – сказал. обращаясь к своим детям. – Независимо от взятой ими нации, мои дети останутся моими детьми. Пускай этот вопрос они решают сами без моего давления.

– Если мы приехали жить в еврейское государство, то мы будем евреями. – взял на себя инициативу старший сын Артур. – Ведь мы по своей маме евреи в Израиле, а по своему отцу мы всё равно в России будем русскими.

– Ну, раз вы так решили, то мы так и отметим в ваших документах по репатриации. – сказала нашим детям, государственная служащая, делая отметку по национальности во всех документах. – Сейчас вас проводят к месту такси. Не забудьте в багажном отделении получить личный багаж. До свидания! Желаем вам удачно устроить жизнь в Израиле.

Наша семья в сопровождении русскоговорящей сотрудницы аэропорта «Бен-Гурион» сразу спустилась в багажное отделение, аэропорта, где кроме наших многочисленных личных сумок больше других вещей в багажном отделении не было.

Проверять по биркам аэропорта свои вещи не пришлось. Мы просто взяли каждый свою сумку и тут же понесли свои вещи на площадку такси, где нас на стоянке ждал длинный трёх дверной автомобиль марки «Мерседес».

– Где решили остановиться на ночь? – спросила нас, сотрудница аэропорта. – Пожалуйста, назовите адрес.

– У нас сейчас адрес один, самая дешёвая гостиница в Тель-Авиве. – ответил. за всю семью.

– Тогда такси вас отвезёт бесплатно в дешёвую гостиницу «Дан». – сказала мне, сотрудница аэропорта.

2. Первое впечатление.

Наших сумок оказалось так много, что они не уместились в багажнике огромного такси. Большую часть сумок пришлось крепить на крыше легкового автомобиля.

Отчего автомобиль стал похож на восточный транспорт, в котором переезжает огромная бедуинская семья или целый цыганский табор со своими многочисленными вещами, в которых заложена жизнь кочевников. Вполне, может быть, что мы тоже семьей стали кочевниками по своему образу жизни?

Тель-Авив встретил нас многочисленными огнями и зелёными пальмами, под которыми лежали охапки мокрого снега и града. По городу ездили редкие автомобили. Пешеходов на улицах города совсем невидно.

Откуда быть на улицах города людям? Ведь сейчас два часа ночи и на улице города паршивая погода, совершенно не пригодная для ночных прогулок по любому городу.

Примерно, через двадцать минут езды на такси от аэропорта «Бен-Гурион» мы остановились возле мрачного здания дешёвой гостиницы «Дан».

Таксист помог нам выложить из своего автомобиля наши многочисленные вещи прямо на булыжники тротуара.

Затем таксист пробормотал нам что-то приветственное на своём иврите и тут же скрылся на своём автомобиле в ближайшем переулке от гостиницы «Дан». Мы остались один на один с незнакомой нам жизнью в Тель-Авиве. Нам совершенно ничего не было известно перед тем, что нас ждёт в Израиле.

– Ну, что семейка, смело, шагнём в наше будущее? – шутя, сказал. поднимая сумки с мокрого тротуара.

– Сим-Сим быстро откройся и нас не бойся. – шутя, сказала Виктория, толкая ногой дверь в гостиницу.

За лакированной дверью гостиницы «Дан» был просторный вестибюль с несколькими рядами кресел вдоль стены напротив дверей лифта, а также дверей, ведущих на лестничные марши этажей гостиницы «Дан». С правой стороны от входа в гостиницу, в вестибюле стойка администратора гостиницы.

В вестибюле и возле стойки администратора гостиницы несколько человек вновь прибывших репатриантов, которые прибыли чартерным рейсом самолёта вместе с нами из Таджикистана.

Это определил сразу по знакомым лицам, а также по китайской одежде, которую в изобилии продавали во всех вещевых магазинах не только в Душанбе, но и в других городах Таджикистана. Большинство вещей привёз из Китая по многочисленным бартерным сделкам с бизнесменами Китая.

Пристроившись в очередь за своими бывшими и теперь новыми соотечественниками, стал прислушиваться, на каком языке они разговаривают с администратором гостиницы «Дан».

К моему удивлению, впереди стоящие попутчики разговаривали с администратором гостиницы на русском языке. Так что у меня не было никакой сложности начинать разговаривать с жителями Тель-Авива на русском языке. Особенно лиц, принимающих нас в гостинице.

– Нам нужно остановиться в вашей гостинице на три дня. – сказал. администратору гостиницы, когда подошла наша очередь регистрации в гостинице. – Нас пять человек. Муж с женой. Младшая дочь и трое почти взрослые сыновья.

– У нас двух местные номера. – сказал администратор гостиницы. – Вас поселю в двух местные смежных номерах со всеми удобствами. В одном номере поселятся ваши сыновья. В другом номере вы с женой, а также младшая дочь.

– Хорошо! «Согласен с вами», – сказал ему. – Надеюсь, что у нас денег хватит на проживание в гостинице.

– У нас самая дешёвая гостиница в Тель-Авиве. – сказал мне, администратор гостиницы, оформляя нам документы на проживание в самой дешёвой гостинице. – С вас всего пятьсот шекелей на проживание за всю вашу семью.

– Вы, наверно, не поняли меня? – удивленно, сказал. администратору гостиницы. – Мы останавливаемся в вашей самой дешёвой гостинице не на год, а всего лишь на какие-то три дня. Посчитайте стоимость за три дня проживания.

– Вас сразу прекрасно понял. – удивленно, ответил администратор гостиницы. – С вас беру всего за три дня вашего проживания в нашей самой дешёвой гостинице. В любой другой гостинице города номера стоят намного дороже.

– Так это не репатриация, а самый настоящий грабёж. – отсчитывая шекеля из конверта, сказал. администратору самой дешёвой гостиницы. – В таких темпах расхода за жильё мы скоро здесь станем жить на улице всей семьёй.

– Цены в гостинице не устанавливаю. – сказал администратор гостинице. – Съем жилья стоит намного дешевле. Рядом с гостиницей есть много маклеров, которые занимаются устройством на съёмном жилье новых репатриантов.

– Сегодня же займусь устройством своей семьи на постоянное жительство. – сказал. администратору гостиницы, направляясь в номера самой дешёвой гостиницы. – Надо было нам за один день проживания за номер заплатить…

В самой дешёвой гостинице смежный номер оказался обыкновенной двухкомнатной квартирой с туалетом и душем. Пол в смежном номере покрытие из камня, отчего в номере на много холоднее, чем на улице.

Отопительных батарей и приборов в смежном номере гостиницы нет вообще. Постель настолько холодная, что раздеваться до нижнего белья не было смысла. Можно до утра от такой постели получить воспаление лёгких и вскоре скончаться от простуды.

– Обувь вам всем можно снять с себя. В остальной одежде мы будем спать. – распорядился. о ночлеге своей семьи.

Никто ни стал возражать мне. Свои вещи мы ни стали прятать в платяной шкаф. Нам было ни до вещей. Просто побросали свои сумки, где попало подальше от своих кроватей и тут же стали укладываться спать.

Через пять минут вся семья была готова ко сну. До утра оставалось совсем немного. Надо было хотя бы немного поспать. Днём мы целый день будем заниматься устройством на съёмную квартиру на постоянное или на временное место жительство. Этим постоянным местом жительства, может быть, один месяц, один год или вся оставшаяся прелести жизни в Израиле? Вперемежку с лужами от недавно прошедшего дождя. По улицам города.

Наши мальчишки легли спать в двухместный номер меньших размеров. Мы легли спать в номере чуть больше другого номера. Людмила с Викторией тут же забрались на одну двух местную кровать под двойное байковое одеяло.

Мне досталась одноместная кровать с тоненьким одеялом и простыней. Даже в одежде мне было холодно в такой постели. Поэтому надел на себя два свитера и плотно укутался в тонкое байковое одеяло. Здоровье, прежде всего.

Едва солнечные лучи мрачно заглянули к нам сквозь грязные окна самого дешёвого номера самой дешёвой гостиницы, как вся моя семья была на ногах. Ещё в аэропорту «Бен-Гурион» мы перевели все свои часы на местное время.

Так вот, местное время показывало на то, что мы поднялись на ноги в шесть часов утра. Выходит, что мы спали всего четыре часа. До встречи с Игорем Левин ровно четыре часа.

За это время нам надо определиться с местом нахождения, по отношению к улице с фонтаном и «Дизенгоф центром». Надо спросить у администратора гостиницы место расположения фонтана и «Дизенгоф центра». Надо было ночью спросить, когда мы устраивались в гостиницу.

– Папа! Посмотри! Море совсем близко. – закричала Виктория, выглядывая в окно пятого этажа гостиницы.

– Мы с тобой сейчас к Средиземному морю сходим. – сказал, Виктории. – Можно нам всей семьей сходить.

– Вы можете идти, а что-нибудь с готовлю покушать. – сказала Людмила. – Здесь есть электрическая плитка. Хорошо, что мы с собой взяли посуду и некоторые полуфабрикаты продуктов. Так что сварю вам какой-нибудь супчик.

– Мы тоже не пойдём к морю. – отказался за двоих Артур. – Мы чай попьём и оба согреемся немного от чая.

– До нашего прихода от моря, чтобы никто из вас из гостиницы не выходил. – сказал, своим сынам. – Это вам не Душанбе, где вы могли болтаться по базарам. Вам могут срок намотать за любую мелкую кражу и «носа» нет.

– Мы вообще ничего не собираемся воровать и ходить нам никуда не нужно. – опять за двоих, сказал Артур.

– Вот и хорошо! – сказал, направляясь с Викторией из номера гостиницы. – Мы вам что-нибудь принесём.

В вестибюле гостиницы за стойкой администратора гостиницы была женщина, которая в отличие от вчерашнего русскоговорящего парня ни одного слова не знала по-русски.

На мои вопросы на русском языке дама бормотала что-то непонятное на своём языке. Естественно, что между нами никакого диалога не получилось. Не терпеливая дочь потащила меня за руку из вестибюля гостиницы на улицу. Виктории не терпелось скорее увидеть Средиземное море.

– Папа! Ты, разве, не видишь, что эта женщина совершенно тупая? Совсем по-русски ни одного слова не понимает. – сказала Виктория, когда мы вышли из гостиницы. – Мы сами найдём «Дизенгоф центр». Но с начало на берег моря.

– Это ни женщина тупая, а мы с тобой такие тупые, что не знаем иврита. – сказал дочери, направляясь в сторону берега моря. – Когда мы научимся тоже говорить на иврите, то будем точно такими же, как местные жители.

От ночного дождя со снегом и с мелким градом ничего не осталось на улицах Тель-Авива. Только мокрые пятна от бывших луж и клочья рваных облаков над городом напоминали нам о скверной погоде.

Она встретила нас в час ночи в аэропорту «Бен-Гурион» первого апреля 1993 года, вовремя нашего прибытия из Душанбе в Таджикистане.

Теперь погода, как бы извиняясь за плохой приём нас в Израиле пыталась пробиться к нам сквозь мрачные тучи и обогреть редкими лучами южного солнца.

Мы слегка ёжились от прохлады, идущей со стороны Средиземного моря, прекрасно понимая, что погода здесь совсем не причём, так как прохлада от моря всегда независима от времени года и от разницы в самой погоде.

Просто природа так придумала, чтобы прохлада с моря всегда немного гасила жаркий климат, который идёт от берега со стороны, нагретой солнцем земли. Однако у берега Средиземного моря погода была скверная. Несмотря на то, что ветер с моря был совсем слабый, волны в море всё равно были огромные.

Небольшой яхт-клуб в заливе от Средиземного моря прикрывали огромные дамбы и волнорезы, через которые пытались пробиться огромные волны, своими брызгами орошая небольшие яхты внутри залива. Отсюда нам не было видно открытого моря.

Мы попросили, сторожа у ворот яхт-клуба пройти к сухому волнорезу, со стороны которого можно было посмотреть на открытое море. Несмотря на то, что сторож совершенно ничего не понимал на русском языке, однако по жестам он понял, что мы просто хотим видеть море.

Сторож разрешил нам пройти на сухой волнорез, к которому морские волны не могли пробиться сквозь боковые волнорезы залива.

– Столько много здесь воды!? – удивленно, воскликнула Виктория, когда мы поднялись на сухой волнорез.

– Самое большое море, которое находится в середине самой земли. – сказал Виктории. – Поэтому его так и называют Средиземное море, потому что это море находится в середине земли. Теперь мы будем купаться в этом Средиземном море.

Виктория, словно заворожённая стояла на сухом волнорезе и долго смотрела в сторону открытого Средиземного моря, над которым метались беспокойные чайки.

Далеко-далеко, почти у горизонта, плыл какой-то огромный торговый корабль, постоянно ныряя кармой между огромными волнами, затем обратно поднимаясь над морской водой.

Больше ничего в море не было видно. Словно люди боялись плохой погоды и поэтому не появлялись в бурном море.

– Папа! Там за морем тоже живут люди и точно так смотрят в нашу сторону? – серьёзно, спросила Виктория.

– Прямо напротив нас за Средиземным морем находятся Италия и Греция. За ними вся Европа. – ответил. – Отсюда до Парижа значительно ближе, чем до Москвы. Может быть, мы с тобой когда-нибудь туда слетаем отдыхать?

– Папа! Сильно замёрзла. – сказала Виктория. – Давай пойдём в гостиницу. Завтра опять придём к морю.

– Теперь к Средиземному морю можем ходить в свободное время. – сказал. своей дочери, беря её за руку.

Мы поблагодарили, сторожа у ворот яхт-клуба за то, что он нам разрешил посмотреть открытое Средиземное море.

Сторож одобрительно кивнул нам головой и что-то пробормотал нам во след на незнакомом иврите, который нам предстоит учить в течение шести месяцев.

Конечно, мои дети этот язык освоят быстро. Вот только нам с Людмилой этот язык придётся учить долго и мучительно. Ведь мне через три года будет пятьдесят лет, а Людмиле на три года меньше.

В таком возрасте осваивать иностранный язык весьма тяжело мужчинам и женщинам. Так как после сорок пять лет память человека начинает постепенно притупляться и не все заученное человеком запоминается.

– Вы зря не пошли с нами к берегу Средиземного моря. – сказала Виктория нашим мальчишкам, когда мы вошли в номер гостиницы. – Там столько много воды, что не видно конца и края. На горизонте плывёт корабль, а в небе чайки.

– Мы успеем смотреть на море. – сказал Артур. – Больше тебя буду на море. Даже служить буду на море.

– Больше меня ты море не увидишь. – сказала Виктория. -Была тут на берегу моря, а ты не видел море.

– Хватит вам спорить! – прикрикнула Людмила, на детей. – Садитесь завтракать. Нам пора к Игорю Левин.

Посмотрел на часы. Время действительно поджимало. До встречи с Игорем Левин осталось чуть больше часа, а мы даже не знаем, где находиться «Дизенгоф центр» с фонтаном.

Надо поторапливаться. Может быть, человек от работы отпросился, а мы отрываем его своими встречами и заботами, по поводу нашего приезда в Израиль?

Можно было Игорю Левин позвонить позже, когда устроимся на постоянное место жительства в этом городе.

Мне никогда не нравились наборы продуктов из пакетиков. В последний раз кушал лёгкий ужин в самолёте после вылета из аэропорта «Адлер» вблизи Сочи. С того времени прошло много часов.

Мой желудок сильно проголодался и требовал пищу. Так что мне всё равно было, что приготовила нам Людмила в походной гостиничной кухне. Хорошо, что моя мама нам в дорогу купила в Душанбе таджикских лепёшек.

Теперь они были как раз к нашему походному столу. За время перелёта в полотенце завёрнутые лепёшки, совсем не потеряли свежести. Лепёшки вкусно пахли зёрнами подсолнуха, которым посыпают лепёшки перед выпечкой. Мы словно вернулись к прошлому.

– Нам пора идти. – сказал, как только семья закончила завтракать. – Нас ждёт Игорь Левин возле фонтана.

– Мы не пойдём на встречу с твоим бывшим партнёром. – обратно за двоих, ответил Артур. – Нам там нечего делать. Твой бизнес, лично мне, в Душанбе надоел. Так ты здесь обратно начинаешь нашу жизнь со своего бизнеса.

– Между прочим, этим бизнесом всю семью кормил. – разозлился на сына. – Мне на уши лапшу вешать не надо. Если ты обратно принялся за своё курево, то прямо сейчас в гостинице тебе хорошего ремня всыплю. Ты меня понял?!

– Никакого курева у меня с собой нет. – сказал Артур, выворачивая свои карманы. – Мы просто от отдохнём.

Не очень-то доверял вывернутым карманам старшего сына. Прекрасно знал, что свои сигареты и табак «нос» Артур всегда прячет в чужих вещах, которые не проверяю при поиске отравы у своих детей.

Но не искать, же мне постоянно сигареты и табак по вещам своей семьи. Должны когда-то дети понять, что курить, это своему здоровью вредить. Мне хочется, чтобы мои дети были вполне здоровыми и прожили много лет. Как долго жили наши предки.

Когда мы втроём вышли из гостиницы на улицу, то погода нас встретила яркими лучами южного солнца. Нам даже не верилось, что всего полчаса назад мы с Викторией дрожали от холода на берегу Средиземного моря.

На улице не было никаких признаков ненастной погоды, которая сурово встретила нас в середине ночи вовремя прилёта в аэропорт «Бен-Гурион» в Тель-Авиве.

Асфальт на проезжей части дороги и брусчатка на тротуарах были совершенно сухими. Воздух в Тель-Авиве был наполнен весенней свежестью и ароматом цветов. Не зря название Тель-Авив связано с весной. Получается у нас жизненный каламбур. Мы прибыли жить весной в город весны. Конечно, это не главное в нашей жизни. Главное в том, что мы больше не будем жить среди трупов на улицах города.

– Папа! Посмотри! Вот написано на английском языке Дизенгоф-Центр. – сказала мне, Виктория, когда мы повернули на соседнюю улицу вблизи самой дешёвой гостиницы в Тель-Авиве. – Может быть, тут на этой улице фонтан?

– Сейчас мы спросим у этой фирмы «Шанс», которая сдаёт квартиры в аренду и продаёт старые квартиры. – сказал, Виктории, показывая рукой на вывеску у двери помещения маленькой маклерской конторы по улице Дизенгоф-287.

3. «Дизенгоф-центр».

Мы прошли в сторону маклерской конторы с манящим названием «Шанс», расположенной сбоку на первом этаже старого жилого здания.

Войдя в помещение прямо с улицы, увидел всего две молоденькие женщины и два письменных стола, за которыми сидели две соблазнительные белокурые дамы.

Больше в этом помещении никого не было. Дамы любезно встретили меня. Пригласили сесть на стул между двумя письменными столами вдоль белой стены.

– Меня зовут Лена. – назвала себя высокая девушка. – Мою подругу зовут Наташа. У вас к нам есть вопрос?

– У меня к вам, пока, вопрос другого назначения, чем ваша реклама. – ответил Лене. – К вам загляну позже с вашим предложением. Мне нужно будет снять квартиру своей семьи из пяти человек. Вы, пока, подумайте над этим вопросом. Сейчас меня, в данное время, интересует один вопрос. Как мне пройти к фонтану возле «Дизенгоф-центр»?

– Пока мы вам подбираем квартиру на съем, вы можете пройти направо по этой улице в центр Тель-Авива. – ответила мне, Лена. – Дорога сама приведёт вас к фонтану недалеко от «Дизенгоф-центр». После, мы ждём вас.

Минут пятнадцать мы шли через «Дизенгоф-центр», квартал, напичканный разными магазинами.

С вывесками на разных языках, в том числе на русском языке. После многочисленных заграничных командировок привык к такому изобилию и разнообразию магазинов.

Поэтому не увлекался заграничной рекламой. Просто глазами высматривал место фонтана. В то время как Виктория и Людмила вертели головами во все стороны. Постоянно натыкаясь на прохожих людей по тротуару и на столы, выставленные у баров и кафе, прямо на мощёный тротуар широкой улицы.

Когда мы наконец-то вышли к большому фонтану, то Игорь Левин был уже там, рядом с фонтаном. Видимо, он сам беспокоился, что опоздает к назначенному месту нашей встречи?

Поэтому прибыл к фонтану на улице «Дизенгоф-центр» раньше условленного нами времени.

Посмотрел на часы местного времени и убедился в том, что мои гонки преждевременные. До десяти часов утра было двадцать минут.

Так что сбавил свою скорость быстрой ходьбы и не спеша, подошёл к фонтану так, чтобы Левин меня не заметил. Мне нравилось разыгрывать кого-то из ожидающих меня людей.

Игорь Левин не был исключением. Занимаясь бизнесом, мы часто с ним разыгрывали друг друга во время наших встреч и не только в самом Душанбе, но также за пределами Таджикистана. Однажды летел самолётом из Москвы в Душанбе.

При регистрации билетов и посадке на самолёт увидел Игоря Левина, который летел домой в Душанбе тем же рейсом.

Решил в очередной раз разыграть его по поводу своего бизнеса и по вопросам заграничных командировок в разные страны мира. В этот раз никуда за границу не летал.

Но так получилось, что в эти дни с/п «Расма» на ВДНХ в Москве побывала делегация из Китая Нанкинской компании по внешним экономико-техническим связям и торговле.

Мне не удалось встретиться с делегацией компании из Нанкина. Но директор с/п «Расма» Игорь Гранов посчитал, что предложение китайских представителей по бартеру больше подойдёт мне в Душанбе, чем ему в Москве.

Игорь Гранов хорошо проинструктировал меня по вопросам бартерных сделок с китайскими представителями. Снабдил меня китайской рекламой на русском языке и визитками руководителей компании «Нанкин-бизнес».

Решил разыграть в этот раз в самолёте Игоря Левин с тем, что заключил хорошую сделку с китайцами в Нанкин. Тем более что у меня давно в заграничном паспорте была красная виза Китая. Хотя мне по занятости все никак не пришлось быть в Китае.

– Какая встреча! – радостно, воскликнул, когда увидел Игоря Левин в салоне самолёта на соседнем сидении. – Наверно, обратно в командировках по заграничным странам катаешься? Тоже сейчас в Китае был в Нанкин.

– Да!? Как интересно! – удивленно, сказал Игорь Левин. – Тоже только что в Китае был. Прямо сейчас оттуда лечу.

– Сейчас прилетел в Москву из Китая. – продолжил, разыгрывать Игоря Левин, думая, что он меня тоже разыгрывает.

– Как интересно! Тоже в Китае в Нанкин летал. – радостно, воскликнул Игорь Левин. – Мы могли там встретиться.

– Мне некогда было болтаться по Нанкин. – с серьёзным видом, сказал Игорю. – Целых два дня не выходил из офисов Нанкинской компании по внешним экономико-техническим связям и торговле. Дела бизнеса, прежде всего.

– Тоже вчера был в офисах этой компании. – удивленно, сказал Игорь Левин. – Как мы с тобой там не встретились!

– Наверно, в разных корпусах были? – стал придумывать, продолжение розыгрыша. – Встречался с Чжоу Фань. Мы с ним готовили предварительный контракт по бартерным сделкам на целый год. Скоро Чжоу Фань прилетит к нам самолётом в Душанбе. Тогда тебя обязательно с ним познакомлю. Чжоу Фань толковый китайский бизнесмен.

– Так, зачем, нам тогда откладывать знакомство с ним? – смеясь, сказал мне, Игорь Левин. – Ты можешь это сделать прямо сейчас. Так как уговорил Чжоу Фань не откладывать подписывать контракт. Чжоу Фань сидит здесь рядом.

Игорь Левин показал мне на высокого китайца, который сидел рядом с ним и едва сдерживал себя, чтобы не рассмеяться. Откровенно, был готов на любой розыгрыш, но, чтобы разыграть самого себя! Так это было слишком. Не поверил словам Игоря Левин. Подумал, что он меня просто разыгрывает. Как бы подтверждая сказанное мной, вытащил из своего портмоне визитную карточку Чжоу Фань и предъявил её Игорю Левин.

Высокий китаец и Игорь Левин, как истинные разведчики при конспиративной встрече с партнёром разведки в самолёте, тоже полезли в свои карманы и достали оттуда точно такие же визитные карточки Чжоу Фань.

Удивленно вытаращил глаза и ничего не мог сказать своим партнёрам по бизнесу, на счёт своего розыгрыша. Чжоу Фань и Игорь Левин от души смеялись над моим провалившимся розыгрышем и показывали на меня пальцем.

Однако, розыгрыш и случайная встреча в самолёте пошли на пользу всем. После посадки самолёта в Душанбе мы тут же встретились в офисе Игоря Левин.

Подписали трёхсторонний совместный контракт по бартерным сделкам. В дальнейшем расширили наши деловые встречи с представителями Китая. После нашей случайной встречи Чжоу Фань часто был в гостях у меня. Вот и сейчас, в Тель-Авиве, осторожно направился к фонтану на улице «Дизенгоф-центр», где стоял Игорь Левин, читая какую-то местную газету, очевидно, на русском языке?

Так прилетел Левин в Израиль на пару месяцев раньше меня. За такой короткий срок выучить иврит Игорь не мог. Это его дети, возможно, уже знают иврит? Так как оба его сына больше года как прилетели в Израиль. За такой срок вполне можно выучить разговорный иврит, а хорошо научиться читать на любом языке можно всего за пару лет.

– Товарищ-господин! Вы, случайно, ни нас ждёте у фонтана? – спросил Игоря Левин, заглядывая к нему в газету.

– Фу, ты! Как ты меня перепугал. – вздрогнув, сказал Игорь Левин. – Опять разыгрываешь, как с китайцем в самолёте? Можно подумать, что сюда кроме тебя, кто-то, прибудет к фонтану на улице «Дизенгоф-центр» после ночного звонка?

– Ты извини меня, за ночной звонок, на халяву звонят в любое время. – сказал. пожимая руку Игорю Левин. – У нас другого времени и выбора не было.

– Вы что вырядились в тёплые куртки и в свитера? – удивленно, спросил Левин. – В такую жару!

– Так мы прибыли из Северного Таджикистана, вот нам и холодно. – смеясь, ответил. – Кроме того, нас в Израиле, встретили в час ночи с градом и с мокрым снегом. Мы все едва не замёрзли после жары в Азии.

– Какая-то неудачная у тебя первоапрельская шутка. – серьёзно, сказал Игорь Левин. – Ты разучился шутить. Когда это в Израиле рядом с Африкой выпадал снег!

– Вовсе не шутка. – серьёзно, сказала Виктория. – Нас в правду ночью встретил дождь с градом и снегом.

– Ну, раз дети об этом говорят, то хочется верить в то, что было в час ночи первого апреля. – согласился Игорь Левин с подтверждением Виктории насчёт ночной погоды. – По этому случаю вас приглашаю в местный бар на лёгкий завтрак.

Прямо от фонтана мы прошли к небольшому пивному бару. За стойкий пивной бар был парень лет тридцати. Рядом в узком пространстве пивного бара было всего три столика на четыре места каждый и один вентилятор на всех. Мы расстегнули свои тёплые куртки и уселись за столиком обдуваемым вентилятором.

Игорь Левин заказал мужчинам по одной кружке пива. Дамам взял по баночке напитка «Кока-кола». На всех Игорь Левин взял по пресной лепёшке, напичканной кусочками говяжьего мяса, разными овощами и приправленной майонезом. Странная закуска?

– Этот бутерброд называют «Шварма». – назвал Игорь Левин, сложное угощение. – Думаю, что будет вкусно.

Не сказал бы, что «Шварма» вызвала восторг у моего желудка. Но моему голодному желудку после баланды с лепёшкой в гостинице, этот продукт тоже был пищей богов.

К тому же кружка пива была ко времени. Последний раз пил пиво несколько дней назад. В то время как в обычные дни кружка пива для меня была также приятна, как для таджика пиала зелёного чая.

Поэтому сейчас с удовольствием мог бы выпить пару кружек хорошего пива. Но мне как-то неудобно было за счёт Игоря пить на халяву такое дорогое пиво.

Видел, как Левин имея в кармане не больше сотни шекеле, пятьдесят шекелей заплатил за угощение. Откровенно, мне было жалко Игоря.

– Спасибо за угощение. – сказал Игорю Левин, за пиво и «Шварму». – Но у меня к тебе, как к опытному репатрианту в Израиле имеется несколько вопросов. Расскажи нам, как быть с устройство в Израиле?

– Ну, ни настолько опытный репатриант, чтобы все сразу знать. – ответил Игорь Левин. – Но кое-что уловил сразу. Ни в коем случае не селитесь рядом с ортодоксальными евреями, которых здесь на иврите называют «доти». Когда прилетел жить в Израиль, то поселился жить к своим сыновьям в Бней-Брак, который населён в большинстве ортодоксальными евреями.

В первый же день в субботу решил съездить от Бней-Брак на автомобиле своего сына к берегу Средиземного моря, чтобы там искупаться с внуками. Едва завёл автомобиль, как в меня тут же полетели камни и пустые бутылки.

Едва успел заглушить двигатель своего легкового автомобиля и убежать вместе с внуками в подъезд своего дома. Затем в своей квартире от детей узнал, что в субботу в Бней-Брак и всюду, где живут ортодоксальные евреи, всякое движение запрещено.

Нельзя ходить по улицам, заводить автомобили, включать музыку и телевизор. Можно лишь много спать. Поэтому не селитесь рядом с «дотиками».

– Боже мой! Какая дикость! – возмущённо, воскликнула Людмила. – Если б знала такое, то сюда не поехала.

– В других городах, где нет ортодоксальных евреев или их очень мало, то там можно жить, как в любом современном городе цивилизованного государства. – продолжил рассказывать Игорь Левин. – Всюду в современных городах есть различные бары, рестораны и разные развлекательные места, как во всех цивилизованных странах. Есть места отдыха молодёжи и взрослых. В подавляющем числе цивилизованных городов есть место обычной нормальной жизни.

Почти целый час Игорь Левин рассказывал нам о плюсах и минусах жизни в Израиле. Затем он сказал нам, что у него сейчас рабочее время и ему надо идти в продуктовый магазин, где он работает грузчиком.

Вечером у него ульпан, на котором он изучает иврит. Нам тоже надо с первых дней устраиваться на работу и по вечерам заниматься на ульпана изучением иврита. Все остальное нам расскажут в специальных государственных учреждениях по репатриации новых граждан Израиля из бывшего Советского Союза.

Такие учреждения, как «Мисрад аклита» министерство абсорбции, «Мисрад апним» паспортный стол, «Ирия» мэрия и другие учреждения необходимые новым репатриантам «олим ходашим» имеются во всех городах Израиля. Никуда не нужно ездить далеко от места жительства, заниматься лишней и изнурительной беготней. Все конторы находятся рядом.

4. Съёмная квартира.

После встречи с Игорем Левин мы твёрдо знали, что нам нужно устраиваться жить на съёмную квартиру, которая здесь называется «Схардира».

Поэтому мы тут же сразу направились к маклерам Лены и Наташи в частную контору «Шанс», которая могла нам дать шанс устроиться с проживанием в съёмной квартире на постоянное место жительства. Не оставаться же семьей постоянно жить в гостинице «Дан» или на улице бомжами в Израиле?

– Вокруг большого Тель-Авива имеются двенадцать городов спутников, в которых можно снять квартиру на временное и на постоянное жительство вашей семьи. – сказала нам, маклер Лена. – Мы обзвонили конторы сдающие частные квартиры под съем. Лишь в одном Бать-яме имеется подходящее жилье вашей семье. Прежде чем ехать смотреть жилье на съем, мы должны с вами заключить контракт на посредническую сделку между маклерами и квартиросъёмщиками. Затем вы платите нам полтора процента от стоимости квартиры за один год. После чего едем смотреть квартиру и с хозяином съёмной квартиры договариваться о стоимости квартиры сроком до одного года.

– Почему, до одного года? – сам удивлённо, спросил маклера Лену. – Может быть, нам квартира не подойдёт?

– Меньше, чем на один год с вами никто не согласится подписывать контракт. – ответила маклер Лена. – Вы сами рассудите. Зачем, вам маленький срок проживания на съёмной квартире? Полгода вы в ульпане по изучению иврита. Затем полгода будете устраиваться на работу после того, как у вас закончиться «корзина денег» на проживание. Плюс учёба ваших детей в школе. Не будете же вы постоянно менять школы своих детей-подростков? Подумайте!?

– Хорошо! Вы уговорили! Оформляйте съем квартиры на один год. – согласился. с предложением маклера.

– Кроме того, что мы заключаем с тобой контракт за услуги на, съем квартиры. «Ты должен нам и хозяину квартиры предоставить своих гарантов», – сказала мне, маклер Лена. – Лишь после этого можно подписать совместный контракт.

– Какие могут быть гаранты на съем квартиры, если плачу наличными? – удивленно, спросил маклера. – Гарантами могут быть только деньги.

– У нас в Израиле такой порядок. – ответила маклер Лена. – Без гарантов не заключают контракт ни на одну крупную сделку. Квартиры в аренду и на продажу оформляются при наличии гарантов у новых репатриантов.

– В таком случае у нас с вами сделка не состоится. – поднимаясь со стула, сказал. – Будем жить в гостинице до тех пор, пока у нас появятся деньги и гаранты на покупку себе новой квартиры. Другого выхода у нас нет. Мы прощаемся.

– Вы с проживанием в гостинице вскоре станете нищими. Вас просто выкинут на улицу. – вдогонку мне, сказала маклер Лена. – Если вы хотите, то мы можем взять на себя риск и пойти к вам на встречу. Предоставим своих гарантов.

Прекрасно понимал, что передо мной сидят настоящие авантюристы, которые наживаются на вновь прибывших новых репатриантах, у которых нет другого выхода, как только соглашаться на тех условиях, какие предлагают нам маклеры.

Поэтому вынужден был согласиться на предложении маклеров найти мне трёх гарантов на съем квартиры сроком на один год. Ходить по другим частным конторам на съем квартиры не было никакого смысла.

Здесь в Израиле давно все маклерами отработано и прикрыто самим законом на проживание новых репатриантов. Нашими гарантами оказались мужья Лены и Наташи, которые работали в соседней частной конторе по квартирам на съем и продажу.

Третьим гарантом стала какая-то пожилая женщина, случайно гуляющая по тротуару рядом с маклерскими конторами. Скорее всего, это была одна из тёщ или свекрух семейных пар, работающих в соседних маклерских конторах.

Разве, они могли просто так упустить куш денег мимо своих контор? Точнее сказать, наших карманов с деньгами, так как, по всей вероятности, гаранты были просто фикцией, чтобы ободрать совершенно несмышлёных новых репатриантов, которые словно слепые котята ползали по всему Израилю в поисках жилья.

Ведь никто из новых репатриантов, прибывших в Израиль, на постоянное место жительства, ничего не знал о местных законах и порядках. Разного рода мошенники и авантюристы, вроде, квартирных маклеров, как хотели, так и обирали наивных новых репатриантов, которые всё равно даже пожаловаться блюстителям порядка на мошенников не могли? Мы совершенно не знали законов Израиля и так же совсем не знали иврита.

– С вас 1350 шекелей или 450 американских долларов за все наши услуги по съёму частной квартиры. – сказала мне, маклер Лена, щелкая по клавишам калькулятора. – Можно платить наличными или банковским чеком. Как вам угодно.

– Наличных денег у нас не будет. – растерявшись от услышанной огромной суммы, сказал ей. – Имеются чеки.

– У нас сдачи с такой суммы чеков нет. – сказал маклер Лена, рассматривая мой чек, выданный нам в аэропорту «Бен-Гурион». – Мы сейчас пойдём с вами в соседний банк. У меня там есть знакомая служащая, которая поможет нам обналичить ваш чек. После посещения банка у вас появятся свои наличные на другие расходы по устройству с жильём.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.