Макс Курабье
Мартышка и линза. Как перестать быть обезьяной с гранатой, или Вселенная – не шкаф IKEA, или Прочитай книгу и попробуй объяснить, нафига я её так назвал

Введение. О чем эта книга и почему ее нельзя пересказать.

«Если бы мне дали час на решение задачи, от которой зависела бы моя жизнь, то 55 минут я бы потратил на то, чтобы точно сформулировать вопрос.»

– Альберт Эйнштейн

Вы когда-нибудь заходили в новый, идеально спроектированный район бетонных коробок и чувствовали тоску? Когда математически правильно рассчитано всё – от несущих стен до парковочных мест – но словно что-то не правильно, не так, как должно быть? Или наблюдали, как благое дело – религия, наука, благотворительность – превращаются в бюрократическую машину, озабоченную лишь собственным выживанием? Эта книга – попытка найти корень этой общей болезни. И, что, пожалуй, ключевое – дать лекарство.

Важнее всего услышать это сразу: эта книга – не истина.

Это – инструмент.

Линза.

Карта.

Вы можете надеть её, посмотреть на мир – и снять. Её ценность не в её «правильности», а в её полезности. Помогает ли она вам увидеть то, что вы раньше не замечали? Если да – она работает. Если нет – отбросьте её. Любая система, претендующая на окончательную истину, – уже лжёт. И мы вскоре поймём, почему это так.

У этой книги есть одна особенность, которая сведёт с ума маркетологов и ваших друзей: её невозможно пересказать. Любая попытка сделать это – «ну, там типа умный мужик логически доказал, что всё распадается, если замыкаешься на себе, и что-то там философское в конце» – будет не просто неточной. Она будет примером той самой болезни, которую книга диагностирует. Это редукция, упрощение, потеря сути. Вы не можете «пересказать» линзу. Вы можете только посмотреть через неё. И дать посмотреть через неё другу. Поэтому, если вас заинтриговало то, что вы прочли здесь, – читайте дальше.Если хотите поделиться – дайте прочитать. Любой пересказ будет карикатурой, рожденной в процессе упрощения, пытающегося сжать многомерность в коммент из соцсети.

Это путешествие не для того, чтобы найти окончательные ответы, хотя данный инструмент и позволяет описать буквально всё, включая самого себя. Оно для того, чтобы научиться задавать правильные вопросы. Итак, давайте наденем эту линзу и сделаем первый шаг. Посмотрим на привычный мир так, как будто видим его впервые.

Глава 1. Онтология и прагматика и с чем их едят?

«Есть два рода истины: тривиальная, против которой возражать нелепо, и глубокая, для которой противоположность тоже содержит глубокую истину.» —Нильс Бор

Мы живём в мире, разорванном надвое. С одной стороны – мир как он есть, во всей своей сложности, красоте и ужасе. С другой – мир как объект для использования, набор инструкций и алгоритмов. У этих миров разные законы.

 ОНТОЛОГИЧЕСКАЯ ИСТИНА: ДУША МЕСТА И ВРЕМЕНИ

Представьте, что вы стоите на берегу моря. Море – это шум прибоя, который заставляет замолчать внутренний диалог. Это запах йода и свежего ветра, бьющий в лицо. Это ощущение бесконечности, рождающее в душе странную смесь восторга и смирения. Вот это – и есть онтологическая истина моря.

Онтологическая истина (от греч. ontos – сущее) – это истина бытия, ответ на вопрос «что это есть?» в его глубочайшем, сущностном смысле. Это реальность, существующая до и помимо наших попыток её измерить, классифицировать или использовать.

Её можно описать через несколько ключевых свойств:

1. Целостность и неразложимость.

Онтологическую истину нельзя разобрать на части без потери сути. Любовь – не просто набор гормонов и поведенческих актов. Дом – не просто сумма кирпичей и раствора. Это гештальт, где целое несравнимо больше суммы своих частей.

2. Непосредственная данность.

Мы схватываем её не через расчёт, а через прямое переживание – чувством, интуицией, опытом. Мы чувствуем «душу» места. Мы ощущаем подлинность произведения искусства. Мы знаем разницу между живым диалогом и формальным обменом репликами.

3. Самоценность.

Онтологическая истина ценна сама по себе, а не как средство для чего-то другого. Красота заката, тайна человеческой жизни, святость момента тишины – их ценность не сводима к пользе.

Корни этого понятия уходят в античность, к Аристотелю, который отделял сущность вещи – то, что делает её именно этой вещью – от её случайных свойств. Онтологическая истина – это и есть познание этой сущности.

Именно онтологическая истина делает нашу жизнь наполненной, осмысленной и по-настоящему реальной.

ПРАГМАТИЧЕСКАЯ ИСТИНА: МОЩНЕЙШИЙ ИНСТРУМЕНТ ЧЕЛОВЕЧЕСТВА

Если онтологическая истина – это душа мира, то прагматическая истина – его руки. Представьте, что вы снова стоите на берегу моря. С точки зрения прагматической истины – это тысячи кубических километров воды, тонны соли, километры береговой линии и потенциальный туристический ресурс.

Прагматическая истина (от греч. pragma – дело, действие) – это истина функции, отвечающая на вопрос «что с этим можно сделать?». С точки зрения прагматики истиной являются те данные, использование которых приносит пользу.

Сила прагматической истины заключается в её невероятной эффективности:

Она измерима. Её можно проверить, подтвердить или опровергнуть. Прочность балки либо достаточна, либо нет. Лекарство либо работает, либо нет.

Она универсальна. Законы физики или логические принципы работают независимо от наших чувств и убеждений.

Она инструментальна. Это ключ к практическому действию – от строительства мостов до программирования и управления сложными системами.

Это прагматическая теория истины, восходящая к идеям Чарльза Пирса и Уильяма Джеймса. Она утверждает, что истинность данных определяется их полезностью, а ложность – вредом.

Это не абсолютная истина, а очень сильная рабочая модель. Вот её логический фундамент:

1. Цель познания – выживание и развитие.

С биологической и социальной точки зрения, человечество (и любая общность) стремится к самосохранению, уменьшению страданий и повышению благополучия. Знание – это наш основной инструмент для этого.

2. Данные – это инструмент для принятия решений.

Мы собираем и анализируем данные не ради самих данных, а чтобы на их основе строить прогнозы и принимать решения, влияющие на нашу жизнь.

Логический вывод:

Если данные, на основе которых мы действуем, последовательно приводят к полезным результатам (успешное лечение, построение устойчивых зданий, эффективная экономика), то это косвенно подтверждает, что эти данные корректно описывают реальность. Они «истинны» в практическом смысле.

Если же данные приводят к вредным последствиям (крах моста из-за неверных расчетов, эпидемия из-за ложной медицинской теории, экономический кризис из-за ошибочной модели), это доказывает, что в данных есть фундаментальное несоответствие с реальностью. Они «ложны».

Таким образом, полезность/вредность является операциональным критерием для проверки истинности.

Эта теория контекстуальна. Польза и вред зависят от цели общности. Данные, полезные для выживания племени в джунглях могут быть бесполезны для сообщества физиков-ядерщиков. Истина становится функциональной.

Если вывести упрощенный силлогизм:

1. Человечество стремится к благополучию (выживанию и развитию).

2. Благополучие достигается через эффективные действия.

3. Эффективность действий зависит от их соответствия реальности.

Данные, приводящие к благополучию, по определению более соответствуют реальности (истинны), а ведущие к вреду – не соответствуют (ложны).

Прагматическая истина – это двигатель цивилизации, основа технологий и социальных институтов. Она позволила нам победить болезни, передавать информацию через океаны и вырваться в космос.

Прагматическая истина – не враг онтологической. Она – её партнёр. Одна отвечает на вопрос «зачем?», другая – на вопрос «как?». Одна наполняет жизнь смыслом, другая – даёт инструменты для её обустройства.

Глава 2. Конфликт и его причина.

«Техницизм – это приложение разума к обстоятельствам, при полном забвении самого разума. Это разум, который не видит дальше собственного носа, дальше непосредственной задачи.»

– Хосе Ортега-и-Гассет

«Человек свел Природу к однообразию, чтобы господствовать над ней, и упустил её суть.»

– Мишель Уэльбек

Идеальный проект, идеальный расчёт, идеальное исполнение. Почему же результат так часто оказывается неидеален? Почему благие начинания превращаются в бюрократические кошмары, а технологические прорывы оборачиваются экзистенциальными угрозами? Ответ кроется в фундаментальном конфликте двух истин, управляющих нашей реальностью.

Дело в том, что прагматический подход к Истине (то, что приносит пользу) при создании действующей модели обязан учитывать онтологию и исходить из модели прагматической Истины для конкретной общности в рамках онтологической Истины. Однако на практике прагматический подход часто убивает онтологию. И делает это постоянно.

Это называется «системная слепота, порожденная эффективностью»

Представьте себе место – скажем, холм над рекой.

Онтологическая истина этого места – это его «душа»: история, энергетика, настроение, свет, память, то самое сакральное ощущение «правильности» нахождения здесь. Это ответ на вопрос «что это есть?» в его предельной глубине.

Прагматическая истина того же места – на этом месте можно построить здание с максимальной эффективностью площади и стоимости материалов. Геодезические данные, несущая способность грунта, стоимость квадратного метра и транспортная доступность – всё идеально. Это ответ на вопрос «что с этим можно сделать?».

Архитектор, вооружённый лишь нормативами и бюджетом, проектирует здание. Он безупречно решает задачу «как построить дёшево и функционально?», но полностью игнорирует вопрос «что люди будут здесь чувствовать?».

Результат: бетонная коробка. Место мертвеет. Мы получаем район, где математически правильно всё, кроме главного – человеческого счастья.

Прагматическая истина ("как построить дешево и быстро") уничтожила онтологическую истину ("почему здесь хорошо быть").

Когда ученый или военный начинает видеть в живом человеке только "биологический объект, подверженный воздействию ионизирующего излучения", происходит подмена. Онтологическая сложность жизни сводится к набору прагматических параметров: "допустимая доза", "вероятность мутации", "потеря боеспособности".

Результат: Хиросима. Чернобыль. Эксперименты на людях. Спокойное обсуждение "приемлемых потерь" в случае ядерного конфликта.

Когда супруг начинает видеть в жене лишь «функциональную единицу быта» – кухарку, уборщицу, няньку – происходит подмена. Живая, многогранная личность с её внутренним миром, мечтами и уязвимостью сводится к набору параметров: «вкусно готовит», «следит за порядком», «контролирует оценки детей».

Результат: Эмоциональный развод при формально сохранённом браке. Молчаливые ужины, раздельные спальни, бессмысленные ссоры о мелочах. Исчезновение доверия, взаимного интереса и той самой «души» отношений, ради которой всё и начиналось. Два одиноких человека, механически исполняющих социальные роли в одной квартире.

Когда жена начинает видеть в муже лишь «источник ресурсов и гаранта стабильности», происходит подмена. Мужчина с его внутренними бурями, творческими порывами, уязвимостью и жаждой признания сводится к набору функций: «зарабатывает X суммы», «исправляет сантехнику», «выполняет супружеский долг».

Результат: Брак-сделка, где муж чувствует себя инструментом, живым кошельком с руками. Он замыкается в гараже, компьютерных играх или работе, пытаясь найти там хоть каплю настоящего человеческого признания. Жена, в свою очередь, остаётся один на один с идеальным бытом, где есть всё, кроме главного – живого, дышащего отношения. Два одиночества под одной крышей, связанные взаимными претензиями и счётными распечатками.

Когда учитель или система начинают видеть в ребёнке лишь «вместилище для стандартизированных знаний», происходит подмена. Любознательность, творческий потенциал и уникальные способности маленького человека сводятся к прагматическим параметрам: «баллы за ЕГЭ», «рейтинг школы», «процент поступления в вузы».

Результат: Выпускники, умеющие решать тесты, но не способные к критическому мышлению и самостоятельным открытиям. Школа как фабрика по производству биороботов, а не как мастерская по взращиванию личностей. Угасание врождённой тяги к познанию, которую система методично выжигает рутинными упражнениями и давлением результатов. Рост подростковых депрессий, выгорания и экзистенциального вакуума у тех, кто «успешен», но не понимает, зачем ему эта успешность.

Механизм убийства онтологии прагматикой всегда одинаков:

1. Редукция – сложный, многогранный объект сводится к набору измеряемых параметров.

2. Подмена цели – вопрос «что это есть?» заменяется вопросом «что с этим можно сделать?», а не включается в него.

3. Игнорирование побочных эффектов – неизмеряемые последствия (тоска, утрата сакрального) отбрасываются как «ненаучные» или «неважные».

Прагматическая истина – могущественный инструмент. Она строит города, лечит болезни, запускает ракеты. Однако, при таком подходе, игнорирующем онтологию, это буквально путь фантастических антиутопий, где все сводится к эффективности.

Здесь важно сделать ключевое различие. То, что убивает онтологическую истину, – не подлинная прагматика, а её убогий суррогат – упрощённая, краткосрочная псевдо-прагматика.

Настоящая прагматическая истина должна учитывать большее количество факторов пользы для конечного потребителя, включая те, что кажутся "нематериальными".

Примитивная псевдо-прагматика задаёт вопрос: «Как построить максимально дешёвое жильё?» Ответ: Бетонная коробка. Цель достигнута? Да. Польза есть? Для застройщика – да. Для жителей? Нет.

Подлинная прагматическая истина спрашивает: «Как создать среду, где люди будут здоровы и счастливы в долгосрочной перспективе?» Ответ требует учёта не только прочности бетона, но и психологии, социологии, экологии, эстетики. Нужны парки, свет, тишина, сообщество, среда для занятий спортом. Это дороже на первом этапе, но окупается снижением заболеваемости, преступности и ростом креативности и лояльности.

Примитивная псевдо-прагматика задаёт вопрос: «Как получить от жены максимум бытового комфорта и социального статуса?»

Ответ: Требовать идеальный порядок, готовку, уход за детьми как само собой разумеющееся, минимизировать её личные траты и карьерные амбиции. Цель достигнута? Да. Польза есть? Для мужа в его узкой модели «домашнего уюта и статуса семьянина» – да. Для жены? Нет. Для семьи как целого? Нет.

Примитивная псевдо-прагматика задаёт вопрос: «Как получить от мужа максимум материальной выгоды и бытового обслуживания?»

Ответ: Требовать высокую зарплату, заставлять выполнять всю «мужскую» работу по дому, минимизировать его личные расходы и время с друзьями. Цель достигнута? Да. Польза есть? Для жены в её узкой модели «бытового выживания» – да. Для мужа? Нет. Для семьи как целого? Нет.

Подлинная прагматическая истина спрашивает: «Как создать отношения, в которых оба партнера будут чувствовать себя реализованными, счастливыми и полными энергии в долгосрочной перспективе?»

Ответ требует учёта не только финансов и быта, но и психологии, эмоциональных потребностей, личного пространства и общих ценностей. Нужны поддержка, диалог, совместный отдых, уважение к увлечениям друг друга. Это «дороже» на первом этапе (требует душевных сил, компромиссов, времени)? Да. Но это окупается ростом взаимного доверия, жизненной энергии пары, её устойчивости к кризисам и способности вместе достигать действительно значимых целей.

Примитивная псевдо-прагматика задаёт вопрос: «Как пролечить максимальное количество пациентов в соответствии со стандартами протокола?»

Ответ: Провести быстрый осмотр, назначить стандартные анализы и лечение по шаблону. Цель достигнута? Да. Статистика выполнена. Польза есть? Для поликлиники по формальным показателям – да. Для пациента? В лучшем случае – нейтрально, в худшем – вред, если его уникальная ситуация не вписалась в шаблон.

Подлинная прагматическая истина спрашивает: «Как вернуть этому конкретному человеку здоровье и качество жизни на долгие годы?»

Ответ требует учёта не только симптомов, но и анамнеза, психологического состояния, образа жизни, семейной истории и даже социальных факторов. Нужны время на беседу, доверительный контакт, индивидуальный подбор терапии, обучение пациента. Это «дороже» на первом этапе (требует больше времени врача, ресурсов)? Да. Но это окупается реальным выздоровлением, профилактикой хронизации болезней, лояльностью пациента и, в конечном счёте, снижением нагрузки на систему здравоохранения в будущем.

Псевдо-прагматический подход создаёт локальную и кратковременную "пользу", которая игнорирует системные долгосрочные последствия.

Прагматическая истина перестаёт быть истиной, если она:

1. Локализована (полезна одному, но вредна многим).

2. Кратковременна (решает проблему сегодня, создавая катастрофу завтра).

Если система, созданная для людей, не приносит пользы этим людям, она прагматически ложна.

Поэтому все предыдущие примеры в этой главе – это не примеры прагматической истины, а пример её провала.

Когда мы говорим "польза", мы должны иметь в виду полную систему "человек-сообщество-планета" в долгосрочной перспективе. Всё, что приносит пользу в урезанной модели – не истина, а опасная иллюзия, ведущая к коллапсу.

Глава 3. Логическая энтропия операционально замкнутых систем

«Не всё, что можно посчитать, имеет значение, и не всё, что имеет значение, можно посчитать»

– Уильям Брюс Камерон

Пожалуй, тут стоит сделать небольшое отступление и объяснить ту абракадабру, что написана в названии главы. Если вкратце, то это – придуманное мной название описанной выше системной болезни, но оно само по себе не сразу будет понятно и физикам, которые спросят: «логическая энтропия – это как?», что уж говорить о тех, кто не знаком с понятием энтропии или операционально замкнутых систем в целом?

Давайте разберёмся. Начнём с термина «энтропия»

Представьте себе детскую комнату.

Порядок (низкая энтропия): Все игрушки аккуратно стоят на полках, кубики в коробке, книжки ровно.

Беспорядок (высокая энтропия): Все игрушки разбросаны по полу, кубики валяются под кроватью, книжки перемешаны.

Энтропия – это мера беспорядка.

Ещё одна отличная аналогия – кружка с горячим кофе.

Порядок (низкая энтропия): Вся теплота сосредоточена в кружке.

Беспорядок (высокая энтропия): Теплота "разбежалась", рассеялась по комнате, и кофе остыл.

Теперь главный закон физики, который с этим связан – второй закон термодинамики:

В нашей Вселенной всё всегда стремится из порядка к беспорядку. Само по себе.

Комната сама по себе не уберётся. Но она легко и быстро сама придет в беспорядок, если в ней поиграть. Чтобы навести порядок, нужно приложить усилия (энергию).

Кофе никогда сам не станет снова горячим, забрав тепло из комнаты. Тепло всегда переходит от горячего к холодному, увеличивая общий "беспорядок" (энтропию).

Итог простыми словами:

Энтропия – это естественная тенденция Вселенной двигаться от порядка и организации к хаосу и беспорядку. Это "стрела времени", которая объясняет, почему вещи ломаются, почему кофе остывает, и почему так трудно поддерживать порядок.

Этот закон действует в мире физики. Но что, если подобный процесс распада и упрощения происходит и в мире идей, смыслов и социальных систем? Чтобы это понять, нам понадобится второе понятие – операциональная замкнутость

Это ключевое понятие ввел чилийский нейробиолог и философ Умберто Матурана (вместе с Франсиско Варелой) в рамках их теории аутопоэза (самосотворения).

Они изучали живые организмы и пришли к выводу, что живая клетка – это операционально замкнутая система. Она сама производит свои компоненты (белки, мембраны), и эти компоненты, в свою очередь, поддерживают процесс её производства. Получается замкнутый круг самообслуживания.

Позже немецкий социолог Никлас Луман блестяще применил эту идею к обществу. Он сказал, что общество, право, экономика – это тоже операционально замкнутые системы. Например, экономика оперирует только деньгами и платежами. Для неё не существует «любви» или «красоты», пока они не конвертируются в товар и не становятся частью экономической операции.

Представьте себе государственные законы.

Замкнутость: Законы действуют только на территории государства и ссылаются друг на друга. Что такое «кража»? Это определение есть в Уголовном кодексе. Что такое «собственность»? Это определение есть в Гражданском кодексе. То есть,правовая система сама определяет, что в ней является правом, преступлением и наказанием, используя только свои же внутренние понятия.

Как это работает: Судья не может вынести приговор, ссылаясь на то, что «это просто нехорошо» или «так велит природа». Он обязан оперировать только теми понятиями и процедурами, которые уже есть внутри правовой системы (статьи, доказательства, показания свидетелей по установленным правилам).

Результат: Приговор суда – это продукт операционально замкнутой системы права. Он имеет силу только внутри этой системы. Для внешнего наблюдателя (например, инопланетянина) бумага с печатью – всего лишь кусок бумаги, но внутри системы это – действующий юридический документ.

Ещё один пример – ваше сознание.

Замкнутость: Ваши мысли, чувства и воспоминания рождаются и обрабатываются внутри вашего мозга. Вы не можете напрямую передать другому человеку мысль – вы можете только описать её словами, жестами или картинками, которые уже будут интерпретированы его собственным, тоже замкнутым, сознанием.

Как это работает: Вас кто-то обидел. Боль от обиды – это не физический удар. Это внутренняя операция вашей психической системы, которая сработала на основе вашего опыта, ценностей и чувств. Другой человек в той же ситуации мог бы и не обидеться. Система (ваше сознание) сама для себя решает, что для неё является "обидой".

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.