Анастасия Чивел
Я никогда не хотела от тебя уйти

Предисловие

Я никогда не хотела от тебя уйти. Эта мысль стала моим навязчивым спутником. И это была чистейшая правда – в самых темных уголках души, где не осталось ни надежды, ни сил, я действительно не хотела. Ведь уйти от тебя значило отказаться от самой возможности чуда.

Но я ушла.

Ушла от боли, ставшей фоном жизни. От унижений, что я научилась прятать под маской спокойствия. От леденящего душу ощущения, что меня не ценят, не уважают. Я сбежала от бесконечной лжи и от того, что истощало меня больше всего – от изматывающего ожидания чуда, которое так и не наступило.

Наша история была для меня сказкой, в которой мне отчаянно хотелось оставаться. Грустной сказкой с горьким привкусом и острыми углами, но я любила ее до боли.

Возможно, это была лишь иллюзия. Может, я сама ее создала, а может, ты ее так искусно для меня строил, возводя стены, чтобы я не разглядела пустоты за ними. Но мне так хотелось жить в этой иллюзии! Хотелось до слез, до кома в горле. Я до сих пор ловлю себя на одном и том же вопросе: «Почему?» Почему любовь, что должна была стать спасением, обернулась тюрьмой?

Хочется верить, что твои чувства были настоящими. Скажу точнее: я знаю, что в нашей истории была одна правда. Это была моя любовь. Настоящая. Всепоглощающая.

Я успела тебя узнать. Такой набор качеств, которыми ты обладал, кружил голову. Возможно, я была влюблена именно в них.

Но ты рядом со мной был худшей версией себя. Неужели я – та самая среда, в которой эта версия расцветала так стремительно?

И все же я была счастлива. Это было острое, ослепительное счастье, как вспышка света в кромешной тьме. Я не думала, что мое сердце способно на такую любовь. Это чувство было даром, опьяняющим и прекрасным. И я благодарна тебе за него.

Что имеет значение сейчас? Уже ничего.

Но ты навсегда останешься для меня той самой «тыковкой». Как в сказке, что на миг превратилась в карету и унесла в мир иллюзорного счастья. Ненадолго. А потом, точно по волшебству, исчезла с последним ударом часов, оставив меня одну среди осколков хрустальной туфельки и тыквенной кожуры.

Глава 1

Последние дни лета были такими же теплыми и безмятежными, как моя жизнь. Я сидела на крыльце, наблюдая, как солнце окрашивает небо в персиковые тона, и думала о том, как мне повезло. Абсолютно искренне.

У меня был идеальный муж. Александр. Мы встретились, когда мне было восемнадцать, а ему – двадцать шесть. Я полюбила его, и эти чувства были огненными, стремительными. Мы могли гулять всю ночь напролет, мечтать о будущем и смеяться до слез над ерундой. Он казался мне рыцарем, а я – его принцессой. Тогда все было про эмоции, про всплески, про сумасшедшую радость от того, что ты не один.

Прошли годы. Одиннадцать лет брака. И наша любовь не исчезла, нет. Она превратилась в нечто прочное, фундаментальное, как скала. Мы прошли через розовый туман конфетно-букетного периода, прошли через огонь, воду и медные трубы и вышли в тихую, солнечную гавань полного понимания. У нас была идиллия. Та самая, о которой все мечтают: никаких скандалов, криков, ревности. Только тишина, спокойствие и абсолютная уверенность в завтрашнем дне. Мы были лучшими друзьями, родственными душами, которые живут вместе, но при этом у каждого – свое пространство. Он – домосед, чей мир – это уютный дом, работа и хобби. Я – более активная, мне нужны были достижения, признание, динамика. Он был моим спасением для моего буйного нрава.

Но в этой идеальной гавани мне стало не хватать бури. Той самой, что бушевала внутри меня. Наша жизнь стала предсказуемой, как расписание электричек. Ужин, сериал, сон. Выходные на диване. Наша близость стала тихой, ласковой, но лишенной той страсти, что была раньше – редкий, милый ритуал, предсказуемый как смена времен года. Острота, желание, дрожь от прикосновения – осталось где-то там, в далеком прошлом. Мне ужасно не хватало цветов просто так, спонтанных свиданий, того самого взгляда, от которого перехватывает дыхание, а не который говорит «я тебя люблю» с привычной, теплой нежностью. Александр дарил мне уверенность и покой. А мне, как наркоману, требовалась доза адреналина.

Время 17:00. Пора домой. К своей прекрасной, надежной, давящей своим спокойствием крепости.

Выйдя с работы, я села в свой автомобиль. Это была моя личная терапия. Я запиралась в машине, и мир оставался за стеклом, а внутри наступала та самая тишина, где можно было наконец выдохнуть и перестать быть кем-то – просто быть собой.

В эти минуты я часто ловила свой взгляд в зеркале заднего вида. Высокая, стройная, с лицом, в котором я научилась видеть уже не черты, а историю. В центре этой истории – глаза. Большие, широко распахнутые, серо-зеленые, как морская вода перед грозой. В них читалась глубина, которую многие принимали за наивность. Но это была не наивность. В них была не просьба, а вызов. Они притягивали, гипнотизировали, и я давно научилась пользоваться их магией, как пользуются отточенным оружием – легко и без сомнений.

Мужское внимание было для меня привычным фоном. Затянувшаяся пауза в разговоре с коллегой, пристальные взгляды незнакомцев, случайные комплименты – всё это было лишь белым шумом, который я едва замечала. Все это было не тем, чего жаждало мое сердце.

Я была той, кто привык разбивать сердца легким движением ресниц, небрежной улыбкой – и двигаться дальше, не оглядываясь.

Но сейчас, в тишине салона, за рулем идеальной машины, направляющейся в идеальный дом, я чувствовала не победу, а звенящую пустоту. Со всем своим умением добиваться целей, я не знала, как заполнить эту тишину внутри. Мне было скучно. Скучно до отчаяния. И эта скука была единственным вызовом, на который у меня не было готового ответа.

Дома пахло чистотой и тишиной. Александра еще не было. Налив чашку кофе, я устроилась на диване с телефоном. Мой маленький, постыдный портал в мир, где можно было притвориться кем-то другим. Ни к чему не обязывающее общение на сайтах знакомств. Я не выставляла фото, мне было важно именно невидимое, анонимный флирт, возможность снова почувствовать азарт первой переписки.

И тут пришло новое сообщение. От незнакомца.

Его имя— Данил. 38 лет. На странице пусто. Ни фото, ни интересов. Только статус: Просто парень.

Эта лаконичность зацепила. Выделялась на фоне других пафосных анкет.

Он написал первым. Просто и обыденно.

«Привет. Как твой вечер?»

В этой простоте не было нажима, только легкое, нейтральное любопытство. Не комплимент, не попытка удивить. Просто начало разговора.

Я почувствовала легкий укол любопытства. Кто этот человек, который начинает так буднично, словно пишет старому знакомому?

Я медленно набрала ответ:

«Вечер как вечер. Спокойный. А твой?»

Его ответ пришел, нарушая тишину, но не спокойствие, что царило в комнате. «Мой вечер только начинается. Всегда интересно, что скрывается за "спокойным вечером" у человека без фото. Скука? Усталость? Или тайна?»

Он снова игнорировал шаблоны, спрашивая не о фактах, а о сути. Это была та самая доля риска, которой мне так не хватало.

Я ответила, удивляясь собственной легкости:

«А что чаще всего скрывается?»

«Одиночество,– пришел почти мгновенный ответ. – Но не то, когда человек один. А то, что ты один, даже когда рядом кто-то есть. Угадал?»

Он попал в яблочко. Точнее, в самую середину той звенящей пустоты, что я ощущала. От этой точности стало одновременно щемяще и сладко. Наш диалог потек легко и непринужденно. Он задавал странные, неожиданные вопросы. Не о работе, не о семье, а о том, какой звук я считаю самым уютным, в какую книгу я бы хотела попасть и помню ли я вкус самого счастливого в жизни мороженого. Он создавал для нас отдельную вселенную из слов, и она была полна красок.

В какой-то момент разговор коснулся отношений.

«Ты так тонко все чувствуешь,– написал он. – Наверное, твой муж – самый счастливый человек на свете.»

Сообщение повисло в воздухе. Я не знала, что ответить. Признаться, что в моем браке давно нет этой тонкости? Сказать правду?

«Всё не так просто,– осторожно ответила я. – Долгие отношения… они иногда становятся слишком комфортными. Исчезает та самая дрожь.»

Я ждала осуждения, непонимания. Но его ответ был другим.

«Я понимаю тебя лучше, чем можешь представить. Потому что я тоже не одинок. Женат. Десять лет.»

От этого признания у меня перехватило дыхание. Не от разочарования, а от странного облегчения. Он был в такой же ловушке. Он понимал. Мы были двумя людьми по разные стороны одного и того же стеклянного аквариума, в котором было все, кроме воздуха.

«И тебе тоже не хватает… дрожи?» – рискнула я спросить.

«Каждому человеку хочется чувствовать, что он жив, а не просто удобно устроился, – последовал ответ. – Давай не будем о них. Давай будем о нас. О двух одиноких людях, которые нашли друг друга в этой шумной тишине.»

И мы снова погрузились в наш мир. Теперь с еще большим чувством тайного родства. Мы были соучастниками, двумя половинками одного целого – целого, построенного на невысказанной тоске по чему-то большему.

В какой-то момент я услышала ключ в замке. Сердце бешено заколотилось, и я, как подросток, пойманная за запретной перепиской, бросила телефон на диван.

– Привет, солнышко, – Александр вошел в комнату, его лицо было спокойным и уставшим. Он поцеловал меня в макушку. – Как день?

–Нормально, – ответила я, и голос прозвучал как-то неестественно. – Ужин разогреть?

–Было бы здорово.

Пока он ужинал, рассказывая что-то о работе, я кивала, но не слышала ни слова. Мой мозг был там, в телефоне. Я ловила себя на том, что сравниваю ровный, предсказуемый тон Александра с дерзкими, живыми репликами незнакомца. Александр видел во мне часть своего мира – жену, «солнышко». А тот, Данил, даже не видя меня, разглядел в сером силуэте личность. И в этом был пьянящий, опасный наркотик.

На следующее утро на работе, за кружкой кофе, я снова зашла на сайт. Там уже ждало сообщение.

«Общаться здесь неудобно. Есть мессенджер?»

Просто, уверенно, без вариантов «нет». Я, почти не раздумывая, скинула номер. Так началось наше новое путешествие.

Переписка стала интенсивнее. Он был всегда на связи. Утреннее «доброе утро, как спалось?», дневное «как твой день, не скучай», вечернее «о чем думаешь перед сном?». Сначала это льстило, грело. Потом стало привычкой. А еще позже – правилом. Если я пропадала на пару часов, появлялось аккуратное: «Ты где-то там? Стало как-то пусто.» Фраза, похожая на заботу, но с легким, едва уловимым оттенком упрека.

Как-то раз мой руководитель, проходя мимо моего стола, мягко пошутил: «Аня, у тебя там, кажется, вторая работа в телефоне. Или тайный поклонник?» Я залилась румянцем и поспешно убрала смартфон в ящик, с ужасом осознав, насколько это стало заметно со стороны.

Однажды он напрямую спросил:

«Кстати ,сколько тебе лет? В анкете было пусто. Мне, например, 36.»

Я удивилась. «А в твоей анкете было 38.»

«Опечатка,– последовал мгновенный ответ. – Не придавай значения. Так сколько?»

Я сказала. Двадцать девять. Всего семь лет разницы. Это сближало.

Затем он прислал голосовое сообщение. Его голос был низким, бархатным. Он говорил: «Теперь ты знаешь, как я звучу. А я до сих пор не знаю, как ты выглядишь. Нечестно.»

Мое сердце застучало чаще. Я долго перебирала фото в телефоне, выбирая между откровенным и строгим, и в итоге остановилась на том, где я улыбаюсь, а мои серо-зеленые глаза смотрят прямо и открыто. Это было «я», но «я» из лучшего дня. Я отправила и замерла в ожидании, чувствуя, как горят щеки.

Ответ пришел не сразу. Прошла целая вечность в три минуты.

«Боже…Анна. Ты прекрасна. Я не ожидал… Такие глаза…»

А потом пришло его фото. На снимке был очень красивый мужчина. Светлые волосы, пронзительный взгляд светлых глаз, сильные руки, сложенные на груди. В нем была та самая сексуальная уверенность, которая не кричала, а излучалась. От этого фото стало жарко и тесно в кабинете. Я чувствовала себя школьницей, получившей записку от самого популярного мальчика в школе.

Шли недели. Месяц нашего общения пролетел как один миг. Его внимание было наркотиком. Он запоминал мельчайшие детали, которые я сама о себе забывала. Если я упоминала, что люблю определенный сорт кофе, через несколько дней он присылал статью о нем. Если я жаловалась на головную боль, он тут же находил комплекс упражнений для шеи. Это было приятно. Ошеломляюще приятно.

Но вместе с теплом приходили и странности. Легкие, как узор на инее, который не разглядеть, если не присматриваться.

«Почему не отвечала?»– если я пропадала на час.

«С кем так весело?»– если я в шутку упоминала коллегу-мужчину.

«Я не люблю, когда тебя нет. Становится скучно.»

Это всегда подавалось как забота, как игра, как комплимент моей незаменимости. Он как будто мягко очерчивал круг, внутри которого должно было находиться все мое внимание. Сначала я отшучивалась. Потом стала оправдываться. «Совещание было.» «Телефон на беззвучном стоял.» Я не замечала, как его одобрение стало для меня важно. Как я начала подстраивать свой день, чтобы быть на связи. Это было непривычно… но безумно притягательно. Он был океаном, а я уже научилась плавать в его водах, не замечая, как далеко унесло от берега.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.