Виктор Афоничев
Юмористические рассказы

НЕ РАССЛАБЛЯТЬСЯ!

Удивительная страна – получают десять, живут на двадцать и при этом требуют всех воров посадить в тюрьму.

– У нас на них есть… И столько! Что с концами упечь можно.

– И что?

– Ждём команду.

– А на вас.

– Что?

– У них есть?

– Как?

– Также.

– И?

– Пожизненно светит.

– Мы же ночью.

– Вот они и за вами.

– Так они днём, и мы каждый шаг их.

– А ночью они каждый вздох ваш.

– Почему?

– По-другому нельзя.

– Кто их научил?

– У вас научились.

– Как быть?

– Не расслабляться!

КОММУНИЗМ

Не верили. Дожили. Всё есть. Зайдёшь в магазин, глаза разбегаются. Просто коммунизм. Только шепни, что тебе что-то надо, откопают, принесут, приволокут. Тебя найдут, достанут, если спишь – разбудят, но вручат. Если уже не надо, можешь не брать, но деньги отдай. Радовались – жить хорошо начнём, всё попробуем. Эйфория прошла. Не получилось всем хорошо. Мало кто сам, всё как-то по рассказам знакомых приятные ощущения постигаем. В кредит можно, но столько не живут. Поэтому мечтаем, прицениваемся и верим.

– Колбаса есть?

– Вам какой?

– А какая есть?

– Варёная, полукопчёная, копчёная? Сто наименований колбасы у нас сегодня. Завтра будет двести. Нарезать? Завернуть? В вакуумной упаковке? Дать откусить? Сами при вас попробуем, а вы наблюдайте, как нам будет хорошо. Если вас раздражает, что нам хорошо, тогда нам будет плохо, что вам не хорошо.

– Сервелат финский коньячный есть?

– Есть.

– А рыба?

– Вам морскую, речную, живую, мороженную? Поймать при вас или может вы сами захотите сачком, удочкой поудить? В путину на сейнере за рыбкой в море выйти? Или её родную предпочитаете динамитом хлобыстнуть? А мы вам её и почистим, и порежем, и упакуем.

– «Стейк» из форели охлаждённый есть?

– Есть.

– А осьминоги копчённые в растительном масле есть?

– Кусочками?

– Да.

– Только что привезли. С пивом рекомендуем. Исключительный вкус.

– А водочка?

– Какую предпочитаете?

– Кристалл славянская на липовом цвете есть?

– Есть и на липовом цвете, и кедровая, и на берёзовых бруньках. Триста видов спиртосодержащих напитков в наличии. В дальнейшем планируем увеличивать и увеличивать ассортимент.

– Вот, икры «Кремлёвской лососевой зернистой» точно нет?

– Есть. Ещё имеются: языки свиные в собственном соку, котлеты домашние классические из мяса цыплёнка, мидии мороженые, профитроли с крем-брюле, биокефир эффективный очищенный от шлаков и токсинов, и многое, многое другое. Всё рекомендовано Институтом Питания Российской Академии Медицинских Наук. Выбирайте, платите деньги в кассу, а мы вам: «Спасибо за покупку».

– Тогда мне двести грамм вон той колбаски варёной, что подешевле, булку «бородинского» и тетрапак однопроцентного кефира.

ВЕСЕЛО ЖИВЁМ

– Что ты такой весёлый?

– Да весело живу.

– Это как?

– Купил автомобиль, теперь техосмотр не могу пройти.

– Что, такая машина старая?

– Да нет, новая.

– Наверное, иномарка с правым рулём и фары не в ту сторону светят?

– Я патриот отечественного автопрома. Так что машину взял нашу родную. Собрана такими же руками, как у тебя.

– Тогда что им надо?

– Требуют заплатить штраф.

– За что?

– За эксплуатацию автомобиля в неисправном состоянии.

– Понятно. Ездил на новой машине и не обмыл. Правильно требуют.

– Я на ней ещё не ездил. Говорю, что автомобиль новый, наш родной.

– Не понял? Ты машину где купил?

– У официального дилера.

– Некондиция?

– Нет. Принято ОТК, всё соответствует нашим стандартам. Тут печать, там печать, тут годен, там соответствует и дилер официальный, но техосмотр пройти не могу.

– В ГАИ не соответствует?

– В ГАИ не соответствует.

– У них стандарты наши?

– Наши……., но свои.

– Тогда надо платить.

– Заплатил. Но техосмотр пройти не могу.

– Ещё что надо?

– Надо привести в соответствие.

– Кого?

– Т-с-с……. эта информация пока закрытая. Народ ещё не готов знать всю правду.

– Тогда что?

– Автомобиль.

– Где?

– В «Гаибандитсервисе».

– Что они там делают?

– Смотрят.

– А ты?

– Я плачу.

– А кто туда послал?

– Они же и послали.

– А потом?

– Потом техосмотр пройду.

– Весело живёшь.

– И ты, вижу, не грустишь.

– Да, улыбаюсь. Купил билеты на балет у официального представителя Большого театра.

– У нас?

– У нас.

– Большой театр?

– Да, балет Большого театра.

– И что?

– Радостно. Не один я с женой пришёл.

– Много было любителей балета?

– Ни одного свободного места от дверей дома культуры до автобусной остановки.

– И что?

– Думаю, сторож был прав.

– В чём?

– Что они забыли у нас.

– Весело.

– Весело живём.

– Последнее время после просмотра новостей голова кружиться.

– У тебя?

– У меня.

– Укреплять организм надо.

– Лечусь.

– Надеюсь, не самолечением занялся?

– Я что, враг своему здоровью. Посоветовали аттестованного специалиста российско-английско-американской компании «Рашенлохгембел».

– В столицу ездил?

– Всё у нас в районной больнице.

– Обследование проходишь?

– Нет. Врач только взглянул на меня, и ему всё ясно стало.

– Видно большой специалист.

– Конечно.

– И что прописал?

– Микстуру. По сто пятьдесят грамм за десять минут до просмотра телепередач.

– Микстуру эту, наверное, не достать?

– Дефицит.

– Купить сложно?

– Сложно. Только у врача.

– А он где её берёт?

– Тут же в кабинете из ведра и разливает.

– Эксклюзив?

– Ноу-хау.

– Дорого?

– Для меня сделал пятидесятипроцентную скидку, получается всего пятьдесят У.Е. за пол-литра.

– Почему?

– Как перспективному больному.

– А мне?

– И тебе сделает.

НАБЛЮДЕНИЯ

Что любит женщина?

Подарки и ласковые слова. Потом в зависимости от совместимости цены поднесённого подарка с собственной оценкой, плюс комплиментов – подарить себя мужчине.

Что любит мужчина?

Водку и поесть. И только потом, если водки уже нет, и ещё не уснул – поговорить с женщиной.

Терминаторами для России являются женщины, имеющие большое влияние на мужа. Вспомним Николая II и Михаила Сергеевича. В первом случаи разрушена Российская империя, во втором – СССР.

Жить страшно, а умирать накладно.

Девиз российской медицины:

Если прививок на всех не хватит, то ставим клизмы. Охват населения 100%, статистические данные отличные.

Чем ниже опускаешься, тем дороже: слово – на ушко, шуба – на плечи, колье – на грудь, машину – под зад. Упал к ногам – жизнь.

Живое общение приятнее в большинстве случаях, но по Интернету безопасней.

ГДЕ СОВЕТСКАЯ ВЛАСТЬ?

(старорежимная история, 80-ые годы прошлого столетия)

Дембель Морковкин, лёжа на стареньком матраце на чердаке полкового клуба, размышлял о жизни. Что он – дембель, с вытекающими этому состоянию преимуществами, и что меньше чем через полгода он – гражданский человек. От таких мыслей приятная истома растекалась по всему телу. А доносившиеся с плаца команды: «Раз, два. Раз, два». Где «чижы» и «черпаки» занимались строевой подготовкой, резонировали и без того хорошее настроение. «Зашибись», – произнёс он вслух и перевернулся со спины на бок. Вид шифера и досок сменился видом двух плакатов, приставленных к стропилам. Морковкин громко по слогам прочитал: «Профсоюзы – школа коммунизма», – а на следующем, – «Коммунизм – это есть Советская власть плюс электрификация всей страны», – и подпись – «В.И. Ленин». Задумался. Знакомые же слова! Напрягся, умственный процесс пошел и через некоторое время дал результат. Профсоюз – подарки к новому году, пионерский лагерь и квартира. Коммунизм – сплошная халява, когда можно ничего не делать, а всё дадут, что пожелаешь. Этот винегрет умозаключений отрыгнул мозг из глубин памяти. Ещё некоторое время подумал и, хлопнув себя ладошкой по лбу, изрёк: «Молоток!» После сказанного спешно спустился с чердака и пошёл искать замполита. Он, может быть, и побежал, толкаемый мыслями, но статус не позволял этого делать.

Замполит Панасюк в Ленинской комнате портил глаза газетой «Правда». Он так бы их и портил до обеда, но дверь открылась, и в проёме появился Морковкин.

– Разрешите? – спросил вошедший.

– Заходи, – голосом строгого, но справедливого и любящего командира произнёс замполит.

– Товарищ майор, разрешите обратиться?

– Обращайся.

– Дайте мне, пожалуйста, рекомендацию в профсоюз, – с простодушным видом озвучил свою просьбу Морковкин.

– Не понял? Куда? – явно не улавливая тему разговора, переспросил политработник.

– В профсоюз хочу, – голосом уверенного в своей цели человека, произнёс рядовой.

– В армии есть партия, комсомол, особый отдел и гауптвахта. Профсоюз уставом в армии не предусмотрен, – довёл замполит до подчинённого структуру вооружённых сил страны.

– Профсоюз есть школа коммунизма, товарищ майор! Хочу учиться на жителя коммунизма, товарищ майор! Как завещал товарищ Ленин, товарищ майор! – громко и чётко отрапортовал Морковкин и в конце заговорчёски прошептал, – Хочу в коммунизм.

– Это ещё не скоро, товарищ рядовой, – успокоил Панасюк.

– А по рекомендации? – свой вариант попадания в светлое будущее предложил Морковкин.

– Как по рекомендации? – непонимающий возглас замполита. Далее, стуча по воздуху кулаком правой руки, он довёл свою мысль до подчинённого: – Коммунизм наступит для всех жителей Земли одновременно. И про тебя, Морковкин, обещаю, не забудут.

– Что такое коммунизм? – сверля глазами собеседника, задал вопрос дембель

– Ну…, – не смог сразу ответить майор.

– А это есть Советская власть плюс электрификация всей страны, – помог Морковкин. Ещё раз, сверля глазами оппонента, спросил: – Правильно?

– Правильно, – с облегчением произнёс замполит.

– Страну мы электрифицировали? – задал очередной вопрос рядовой.

Панасюк задумался.

– План ГОЭЛРО выполнили? – продолжил дембель допытываться до политработника.

– Да, – согласился замполит.

– Тогда, что Советской власти нет? – наморщив лоб и сведя брови вместе, спросил Морковкин.

– Это почему? – насторожился майор.

– Если одно слагаемое есть, а сумма не выходит, значит второго слагаемого – нет. В нашем случаи коммунизм – сумма, одно слагаемое – электрификация всей страны, а второе слагаемое, наличие которого сейчас ставиться под сомнение, – Советская власть, – знания из области арифметики продемонстрировал Морковкин.

Замполит тут же обильно вспотел и закричал:

– Где ты всего этого начитался?!

– На чердаке, – с невозмутимым видом ответил дембель.

Через десять минут командир полка, замполит и Морковкин уже вместе на чердаке полкового клуба разглядывали плакаты.

– Было такое, – покопавшись в памяти, произнёс командир.

– Троцкисты, – проведя под фуражкой свои археологические раскопки, добавил замполит.

Следующею пару месяцев Панасюк проявлял чудеса зоркости и быстроходности, чтобы не столкнуться с «политически подкованным» дембелем. А с выходом приказа министра обороны об очередном увольнении в запас, принял самое активное участие в его демобилизации. На ноябрьские праздники, а не на новогодние, как ранее планировалось командованием части, Морковкин дома пил чай и не только его с мамиными пирожками.

КАК Я ГРАФОМАНИЛ

За все школьные годы я за сочинение ни разу не получил пятёрку, а так хотелось на этом поприще быть отмеченным отличными оценками. Уже давно не школьник, но желание из слов составить предложения, потом из предложений выстроить красивые законченные высказывания, с вложенными в них глубокомысленными умозаключениями, не пропало.

Историй знаю множество. Пытаюсь рассказать самому себе, получается увлекательно и смешно. Пробую другим – публика делиться на две части. Одни перебивают рассказ, так и не дослушав его, и тут же начинают излагать что-то своё. Другие пятятся задом и уходят прочь.

Моё стремление, донести свою мысль до окружающих, ранили, но не убили. Выплёскиваю всё на лист бумаги, ожидания не оправдываются. На лист бумаги почему-то ничего не выплёскивается. Опять рассказываю себе, снова получается увлекательно и смешно. Но в письменном виде, сидящий в голове сюжет, не излагается. Действующие лица отказываются друг с другом разговаривать.

Заинтересовываюсь, как там у них, у классиков? Беру с книжной полки томик Бунина, открываю на первой попавшейся странице, глазам престаёт «Роман горбуна». Я на чистом листке сверху посередине строки пишу: «Роман толстяка». Читаю дальше: «Горбун получил анонимное любовное письмо, приглашение на свидание…» Я пишу: «Толстяк по электронной почте получил анонимное любовное письмо…» У Бунина: «Будьте в субботу пятого апреля, в семь часов вечера, в сквере на Соборной площади…» У меня: «…в центральном парке…». Далее: «…Я молода, богата, свободна и – к чему скрывать! – давно знаю, давно люблю вас, ваш гордый и печальный взор, ваш благородный умный лоб, ваше одиночество… Я хочу надеяться, что и Вы найдёте, быть может, во мне душу, родную Вам… Мои приметы: серый английский костюм, в левой руке шёлковый лиловый зонтик, в правой – букет фиалок…» В моей редакции: «…белая ветровка, в левой руке газета «Из рук в руки», в правой – сотовый телефон…» Читаю дальше: «Как он был потрясён, как ждал субботы: первое любовное письмо за всю жизнь! В субботу он сходил к парикмахеру, купил новые (сиреневые) перчатки, новый (серый с красной искрой под цвет костюму) галстук…» Я пишу: «…купил новую бейсболку, кроссовки, брюки и джинсовую куртку…» У Бунина: «…дома наряжаясь перед зеркалом, без конца перевязывал этот галстук своими длинными, тонкими пальцами, холодными и дрожащими…» У меня: «…дома наряжаясь перед зеркалом, без конца на голове крутил бейсболку, то козырьком вперёд, то назад, толстыми пальцами, влажными от волнения…» У классика: «…на щеках его, под тонкой кожей, разлился красивый, пятнистый румянец, прекрасные глаза потемнели… Потом, наряженный, он сел в кресло, – как гость, как чужой в своей собственной квартире, – и стал ждать рокового часа. Наконец в столовой важно, грозно пробило шесть с половиной. Он содрогнулся, поднялся, сдержано, не спеша надел в прихожей весеннею шляпу…» Я исправил: «…бейсболку…» И дальше продолжил переписывать текст: «…и медленно вышел. Но на улице уже не мог владеть собой – зашагал своими длинными и тонкими ногами быстрее…» Я изменил: «…зашагал своими толстыми, неуклюжими ногами…» У Бунина: «…объятый тем блаженным страхом, с которым всегда предвкушаем мы счастье. Когда же быстро вошёл в сквер возле собора…» Я исправил: «…в центральный парк…» В оригинале: «…оцепенел на месте: навстречу ему, в розовом свете весенней зари, важными и длинными шагами шла в сером костюме и хорошенькой шляпке, похожей на мужскую, с зонтиком в левой руке и фиалками в правой, – горбунья». В моём изложении: «… в белой ветровке, с газетой «Из рук в руки» в левой руке и с сотовым телефоном в правой, – толстушка». Бунин закончил этот рассказ следующими словами: «Беспощаден кто-то к человеку!» Я не стал ничего менять, переписал слово в слово, как у классика и поставил точку.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.