Дмитрий Дубов
Молниеносный

Глава 1

– Да ладно тебе, сиди в машине, я сам, – сказал напарник, глядя, как я цепляю страховку. – Ты же у нас теперь начальник, большая шишка.

– Начальник я с завтрашнего дня, а авария случилась сегодня, – я проверил карабин, отложил в сторону когти и направился к ЛЭП.

Страховочные ремни приятной тяжестью напоминали о двенадцати годах на высоте, а петля привычно лежала в руке. Сколько я столбов облазил за эти годы, не сосчитать. Зато наконец добился того, чего хотел, – завтра засяду в офисе как белый человек и буду направлять бывших коллег разбираться с такими вот авариями.

Ну красота же! Солнышко светит, ветерок лицо обдувает, с девушкой опять же познакомился красивой. И вроде бы в этот раз не такая долбанутая, как бывшая моя.

Свою работу я знал хорошо, руки сами делали что надо, пока я лез на самую верхотуру. Надо будет сюда бригаду направить потом – деревья подпилить, а то слишком уж разрослись. Ага, вот и он, обрыв. Что у нас тут? Нейтраль почти оборвался и держится на честном слове. Ну как держится, стучит себе периодически по фазе и искрит, зараза такая.

– Эй, что там у тебя? – крикнул напарник снизу, но я не стал отвечать. Нельзя отвлекаться во время работы, мало ли, упустишь какую-то мелочь, и всё насмарку.

Вот так. Закрепил, проверил, осмотрел точки фазы и уже собрался спускаться, как вдруг услышал громовой раскат. Странно, на небе ни облачка, вон как солнце жарит. Я задрал голову и всмотрелся в горизонт. Чудные дела творятся, но всякое бывает в жизни.

Только я начал спуск, как над головой что-то затрещало. Да как так-то? Неужели пропустил ещё один обрыв? Я посмотрел наверх и почувствовал, как по спине бежит струйка пота.

По проводам проскочила электрическая дуга, которая только чудом меня пока не задела. Но не это заставило меня напрячься, а разряд молнии, который ударил в землю рядом с ЛЭП.

– Беги! – крикнул я напарнику. – Беги к машине и отъезжай подальше!

– Юрка, спускайся! – заорал он в ответ. – Коротит ептвоюмать!

– Вали отсюда, придурок! – мой голос затерялся в раскате грома. – Вали, кому говорю!

И в этот самый момент мой верный карабин ни с того, ни с сего вдруг треснул с противным кхэканьем. Я успел зацепиться за перекладину опоры и поймал отстегнувшийся из-за сломавшегося карабина трос. Но долго мне так не провисеть. Электрическая дуга пробежала совсем рядом, но снова не задела. Я ей совсем не интересен?

В это же самое мгновение молния разрезала горизонт надвое. У меня перед глазами проскочили строчки: «Ремонтные работы на ЛЭП во время грозы категорически запрещены». Только вот никакой грозы ни по прогнозу, ни по внешним признакам не наблюдалось. Так какого тогда хрена творится?

Мне нужно как можно быстрее спуститься вниз.

Боковым зрением я увидел, как со спины ко мне потянулась электрическая дуга. Словно рука помощи. Словно я в ней нуждался. Удар током я не почувствовал, но заметил, что мой напарник почему-то начал отдаляться. Но почему?

Неужели догадался наконец отбежать к машине?

Ах, это меня всё-таки оторвало от металла и бросило куда-то в сторону или вниз под натянутыми проводами. Жаль. Мне всего тридцать пять, я столько всего ещё хотел сделать. Съездить на море, полетать на самолёте, переспать с близняшками…

Но перед тем, как добить, электрическая рука, прошившая меня, показала мне нечто потрясающее.

Я будто увидел себя со стороны. Вот я с корявым посохом разговариваю с молнией. Вот я в древней лаборатории повелеваю электрическими разрядами. И ещё одна личность, связанная с грозами. И ещё. И опять с электричеством. И снова. И снова. И опять.

Тысячи жизней, связанные с молниями и электричеством. И все эти жизни начали сливаться воедино, тянуться ко мне и сжиматься кольцом. В груди разгоралось жидкое пламя.

Я услышал грозный голос, который не мог принадлежать ни одному из живых существ.

– Не понял, это что у нас тут такое? – прогремело у меня в голове. – Что за шутки⁈

– Кто-то из наших решил поиграть в богов? – ответил ему не менее странный голос, больше похожий на женский.

– Избавься от этой аномалии, – пророкотал первый голос. – Его не должно существовать ни в одном из миров.

– Хорошо, Хранитель.

А затем всё та же электрическая рука мягко коснулась моей груди и забрала душу.

* * *

Я не умер! Когда казалось, что из меня вышибло дух, думал, что уже не вздохну, но нет. Я дышу! Слышите⁈ Я жив!

Но почему так жарко ногам? Я попытался приподняться, чтобы увидеть, почему так горячо. Может быть, молнией подожгло дерево, и теперь оно горит рядом со мной? Или это от того, что я упал с такой высоты?

Нет, всё оказалось совсем не так.

Огонь действительно был, но его ровные язычки указывали на искусственную природу пламени. И оно ко мне приближалось.

Подняться и сесть не выходило, я рванулся вперёд, стараясь освободиться от того, что удерживало мои руки и ноги.

– Архип, ты видел? – раздался почти над ухом испуганный капризный голос.

– Чего я должен был видеть? – ответил ему сухой и строгий.

– Он шевельнулся!

– Не говори ерунды, Михей, он не мог шевельнуться, – осадил его рассудительный и сухой голос. – Князь уже сутки не может шевелиться.

Я снова рванулся и на этот раз мне удалось сесть. Но всё тело казалось деревянным. И не моим. К тому же были связаны запястья и лодыжки. Правда, не очень крепко.

– Где я? – голос был скрипучим от того, что в горле совсем пересохло, но тем не менее я понимал, что это совсем не мой привычный голос.

– А-а-а! – заорал более молодой голос. – Демон! В князя вселился демон!

Теперь я обернулся и увидел, что рядом со мной находятся двое. Один молодой и пухлый, второй – худощавый, я бы даже сказал – сухой, высокий и с уже явно наметившейся сединой в коротких волосах.

Кричал пухлый юноша, которого звали Михей. Он отскочил от меня к стене и схватился ладонями за лицо, изображая крайнюю степень ужаса.

Я быстро оценил обстановку. Первое и самое важное – моё местоположение. Я сидел на ленте транспортёра, как в аэропорту, по которой выкатывают чемоданы, только тут она везла меня прямо в металлическое жерло, где жадно плясало ровное, не похожее на естественное, пламя.

Из меня выскочило крепкое словцо, и я тут же постарался скатиться с ленты.

Высокий и сухой Архип оказался гораздо расторопнее и хладнокровнее своего спутника. Он вцепился жёсткими пальцами в мои плечи и с силой уложил меня обратно на ленту.

– Да упокойтесь уже, наконец, князь! – рявкнул он на меня. – Сколько уже можно⁈

– Пусти! – проговорил я с холодной яростью. – Не видишь, живой?

С этими словами я поднял свои руки, разорвал на них верёвку и схватил мужчину за запястья.

– Прочь! – это слово вырвалось из меня вместе с сильнейшими эмоциями, но не только.

Из пальцев посыпались искры, но не как от костра, а как от электрической дуги. Они коснулись запястий Архипа, и он тут же отдёрнул руки.

– За что⁈ – на этот раз завопил уже и он. – Больно!

– Зато бесплатно! – с этими словами я перекатился вбок, хоть это и стоило определённых усилий, а затем рухнул на пол.

Ноги у меня были всё ещё связаны, поэтому упал я достаточно неловко. Но тут же собрался и приподнялся на ладонях. Я ждал, что Архип сейчас попробует ударить меня ногой, поэтому я нацелил на него пальцы, понятия не имея, что произойдёт дальше.

Из пальцев ударили молнии и вонзились в ноги мужчины.

– Князь! Да прекратите уже! – взмолился тот.

Ага, ты меня сжечь, а я прекратить⁈ Тем более, я ещё не чувствовал себя в безопасности, хоть лента уже и перестала тащить меня в утробу крематория. А это точно был он, я уже видел. Направив пальцы на верёвку, которой были стянуты мои лодыжки, я ударил молнией и по ней. Получилось! Верёвка задымилась и распалась на отдельные волокна.

Класс!

Так, молнии из пальцев – это конечно, хорошо, но где я, чёрт побери? И что происходит? И самое главное, кто теперь я⁈ Или это предсмертная агония и мне всё только чудится? Но руки точно были не мои. Более молодые и бледные.

Я оглядел двоих мужчин, находящихся со мной в одном помещении. Михей уже отполз в дальний угол и определённо собирался дать дёру. Архип сглатывал и потирал обожжённые молнией запястья. Спросить у них? Возможно, они что-то знают, раз уж пытались сжечь меня в печи. Да ещё и князем называли. Только вот по ним совсем не похоже, что они готовы вести светские беседы.

– Где я? И что тут происходит? – мне пришлось добавить рычащих ноток в голос, чтобы он не был совсем уж молодым, а внушал уважение.

Глаза у обоих моих несостоявшихся убийц расширились.

– Вы что же, совсем ничего не помните, ваше сиятельство? – спросил Архип.

А Михей в этот момент что-то неразборчиво пискнул в углу.

– Да демон же это, – проговорил он, глянув на меня с ужасом в глазах. – Клянусь вам.

– Сам ты чёрт, – заявил я на это и снова переключился на Архипа. – Выкладывай всё, старик! – я решил не уточнять, что конкретно он мне должен выложить, потому что градус непонятного зашкаливал.

Но я уже достаточно пришёл в себя, чтобы понимать, – это не сон и не агония.

– Князь, вы умерли, а мы только… – но договорить Архип не успел, потому что во входную дверь постучали.

А затем из-за неё раздался миленький девичий голос:

– Господа, я хочу проститься с князем Громовым! Вы же ещё не… – голос прервался, и мне даже показалось, что его сотрясли рыдания.

Впрочем, я не очень прислушивался, потому что в данный момент меня интересовали совершенно другие детали окружающей жизни.

– Входи! – сказал я раньше, чем кто-то из присутствующих мужчин смог подать голос.

Нужно было уже завершить всю эту странную ситуацию, как можно быстрее и разобраться, что к чему. Я в принципе не любил странностей. А тут – сначала висел на ЛЭП, затем упал, и вдруг – князь, мы вас сожжём, не переживайте! Как в моих снах! Там тоже было много странностей… Стоп! Или это были не сны?

И тот голос, который говорил про разные миры и хотел от меня избавиться… неужели я реально в другом мире? Да не может быть, чушь какая-то!

Обдумать эту мысль я не успел. Дверь открылась, и в помещение крематория вошла очаровательная девушка с каштановыми волосами, ростом она была примерно мне по плечо. Зато под платьем угадывалась довольно объёмная грудь. Уж не знаю, почему я обратил на это внимание, видимо, у тела, в котором я оказался, гормоны бурлили вовсю.

– Ой! – только и успела выдать незнакомка, после чего обмякла и шмякнулась на пол.

Хорошо ещё Михей, который уже почти успел доползти до двери, в последний момент поймал её голову, и девушка не приложилась ею о кафельную плитку на полу.

– Я не умер, – переведя взгляд на Архипа, я увидел, что он что-то сжал в своём кармане, поэтому сразу же туда ударила молния из моих пальцев, причём, против моей воли, и старик скорчил болезненную гримасу. – И жду объяснений!

– У меня там всего лишь телефон… был… – проговорил тот и вытащил почерневшую руку из кармана. – Мне нечего вам объяснить, князь, – он говорил через боль, постоянно морщась. – Вас принесли сюда ночью абсолютно мёртвым. Мы только должны были подвергнуть тело э…

– Сжечь меня вы хотели, – процедил я сквозь зубы, видя нерешительность старика, которая мне была неприятна. – Но, как видите, вы ошиблись, и я жив. Откуда, говоришь, меня принесли?

– Демон это, – снова проблеял из угла Михей и тут же удостоился моего презрительного взгляда.

– Так из дома вашего, – совсем уже теряясь от происходящего, проговорил Архип, стоявший передо мной, – что на холме.

Он был настолько обескуражен, что даже махнул рукой в нужном направлении.

– Так бы сразу, – буркнул я и пошёл к выходу.

Конечно, хотелось бы узнать больше о месте, где я оказался. Меня привезли сюда после падения? Или я действительно в другом мире? Но не самый лучший вариант узнавать это у людей, которые тебя только что хотели сжечь. А один ещё постоянно называет демоном.

Я обошёл пухляка Михея, который до сих пор держал на руках голову девушки, бросил на него ещё один презрительный взгляд и открыл дверь.

– Князь, – услышал я робкий голос старика за спиной. – А Алёна? Что нам с ней делать?

– Какая Алёна? – спросил я, оборачиваясь, и взгляд снова упёрся в потерявшую сознание девушку. – Она что ли? Делайте, что хотите, мне-то что?

И тут я увидел, как в глазах юнца промелькнули похотливые искорки. Нет, насчёт делайте, что хотите, я погорячился.

– Просто это же ваша помощница… – развёл руками Архип, одновременно пятясь под моим взглядом, опасаясь ещё одного удара электричеством.

Оценив ситуацию, я решил, что девушку из крематория лучше всё-таки вынести. Под этим прикрытием будет проще отыскать дом, о котором мне сказал Архип. Я подхватил Алёну на руки и отметил, что новое тело не только моложе прошлого, но и гораздо слабее. Моя хрупкая помощница чуть не оттянула мне руки и оказалась тяжелее, чем я думал.

Что ж, будем работать с тем, что есть. Аристократы, насколько я помнил, вообще силой не отличались. Хотя меня до сих пор не отпускала мысль, что всё происходящее – моя галлюцинация, но я решил сделать вид, будто действительно попал в другой мир. Так было проще принять ситуацию.

Стоило выйти мне из здания крематория, как я действительно увидел огромный дом на холме. Даже не дом, а самый настоящий терем с флигелями, башенками и прочими пристройками. На фоне темнеющего неба его силуэт казался мрачным и фантастическим, чем сразу мне понравился.

По пути на холм Алёна всё-таки пришла в себя. Но не до конца. Потому что первым делом она зачем-то решила ударить меня ладонью по щеке. Но я перехватил её руку и тут же поставил на землю.

– Пусти! – пропищала она.

– Что за дела? – недовольно спросил я, покосившись на девушку, которая оказалась почти на голову ниже меня. – Я тебя на руках тащу, а ты меня бить решила⁈

– Я бросаю учёбу! – Алёну резко пробила истерика, и теперь она говорила, всхлипывая. – Несусь в эту глушь! Думаю, что князь мёртв! А он, оказывается, пошутил! Да как вы могли⁈

– Произошла ошибка, – на полном серьёзе ответил я. – В следующий раз потрудись сначала вникнуть в ситуацию, прежде чем распускать руки!

Остаток пути до дома мы прошли в молчании. Перед самой дверью я вдруг увидел вспышку света в отдалении.

– Что там? – спросил я спутницу, указав рукой в ту сторону, где видел вспышку.

Признаться, на время я забыл, что должен тут всё знать и помнить, а вот удивлённый взгляд помощницы мне это напомнил.

– Электропсина там, – она пожала плечами и зашла в дом.

В этот момент я увидел новую вспышку и почувствовал внутреннюю потребность срочно пойти и узнать, что же там такое происходит. Я буквально всем своим существом ощущал важность события. На меня снова нахлынуло величие момента.

– Князь, вы идёте? – спросила Алёна, приоткрывая дверь и выплёскивая немного электрического света на подъездную дорогу.

– Да-да, сейчас, – ответил я, повернулся и пошёл туда, куда меня звали вспышки, а за спиной загорелся фонарь над входной дверью.

Первое время, пока ещё хватало света, я двигался по широкой подъездной дороге, но совсем скоро сумрак обступил меня настолько, что я почти не видел, куда ступаю. За что и поплатился.

Сделав очередной шаг, я понял, что из-под моей ноги убралось что-то живое и оно зарычало. Причём рык этот складывался в подобие человеческой речи.

– Чёзанах… чёзанах… – рычал зверь и всё активнее шевелился в кустах.

Я решил, что разберусь с этим позже, и обойдя кусты по дуге, продолжил своё движение во мрак.

Вот только я не рассчитал, что уже ушёл с ровной дороги. Следующий мой шаг был сделан в никуда. Пролетев пару метров, я упал на крутой склон и покатился бы вниз, если бы вовремя не среагировал, схватившись за траву.

Вдалеке сверкнула молния. Она осветила склон, и я увидел, что он заканчивается всего в паре метров подо мной. Можно было спокойно спуститься и следовать дальше.

В следующую секунду сверкнули сразу две молнии с разных сторон небосвода. Странно, но я до сих пор не видел ни единого облака. Небо оставалось прозрачным и звёздным.

Впереди меня что-то светилось.

Пробежав по инерции несколько метров, я попытался затормозить, но на скользкой от тумана траве это было не так-то просто сделать. Когда у меня всё же получилось, я тут же упёрся взглядом в горящие глаза. По спине пробежал холодок.

Отойдя назад, я понял, кому эти глаза принадлежат. Передо мной стояла статуя, которая слабо светилась в темноте, словно натёртая фосфором. Я сразу же вспомнил рассказ Конан-Дойла, в котором фигурировала подобная собака. А именно собаке и принадлежала статуя.

А вот глаза…

Поочерёдно в землю ударили сразу три молнии. Каждая всё ближе и ближе ко мне.

Или к статуе.

Глаза которой светились. Но не так, как всё тело. Они, словно горели своим собственным электрическим светом. Именно электрическим.

– С тобой будут говорить!

– раздался далёкий голос, и я даже не сразу понял, что пришёл он из моего собственного сознания.

– Чёзанах, – раздалось совсем близко.

Молния, ударившая передо мной, была такой силы, что у меня волосы встали дыбом. Электрический разряд вонзился в статую, и я уже подумал, что изваянию пса пришёл конец. Но нет. Глаза искусственного дога заискрились, и уже из них во все стороны понеслись разряды.

Кажется, попало и в меня.

А в следующий миг мир вокруг подёрнулся туманом.

Что, опять? – подумал я, решив, что снова умираю.

– Чёзанах, – раздалось где-то на уровне моих лодыжек. Я опустил взгляд и понял, что это не животное, а человек, только очень странный. И в следующий миг он вцепился в мою штанину.

Впрочем, как-то повлиять на ситуацию я уже не мог. Руки меня не слушались, как и прочие части тела. Меня окутывал странный густой туман, за которым скрывалась темнота.

Затем из этого марева проступили очертания чего-то огромного и живого.

Глава 2

Наверное, я впал в состояние транса или что-то похожее на гипноз. Я не ощущал своё тело, не видел ничего, кроме тумана, в котором будто бы парил.

– Преисполнись же величием!

– снова раздался в голове потусторонний голос.

– Ага, уже преисполнился, – хмыкнул я, пытаясь разобраться с происходящим.

Та странная потребность пойти на свет, которая и повела меня за молниями, уже прошла.

– Недостаточно!

– прогрохотал голос, а затем до меня донёсся раскат грома где-то совсем рядом. —

Ты хоть понимаешь, чего мне стоило вернуть тебя к жизни?

– И чего же? – я бы пожал плечами, но тело до сих пор не ощущалось. – Я об этом не просил вообще-то.

– Ты величайший из магов, кто сумел подчинить себе электричество!

– пророкотал голос, и я мысленно поморщился.

– А можно пафоса поменьше? – что-то мне начало разговора уже не нравилось. – Коротко, чётко и по делу. Я электрик. Да, крутой электрик, раз уж ты меня сюда притащил. Дальше что?

В голове стало тихо. Или говорившее со мной существо задумалось, или всё это – мои глюки после падения с ЛЭПа, не сон и не другой мир, а простые глюки. Лежу себе где-нибудь в палате, окружённый датчиками, и пускаю слюни на подушку. Или вообще до сих пор под ЛЭП валяюсь.

– Ты действительно связан с магией молний или, как её называют в других мирах, с электрической силой,

– уже тише проговорил мой невидимый собеседник. —

И я перенёс твою душу в этот мир потому, что только ты можешь помочь спасти элементаля.

– Какого ещё к чёрту элементаля? – пробурчал я вполголоса. – Мне все эти ваши магические штуки вообще до лампочки. Говори уже нормально.

– Элементаль – это квинтэссенция магии, заключённая в едином существе,

– пронеслась в моей голове чужая мысль.

Я отчётливо ощутил благоговение, которое уж точно не принадлежало мне. Похоже, тот, кто меня притащил в этот мир, испытывает к элементалям особую привязанность.

– И один такой элементаль был Защитником рода Громовых, он был бескорыстным и решил поделиться энергией с людьми,

– голос снова затих. —

Каждый смог бы управлять этой энергией, а в перспективе – стать полноценным магом. Но что-то случилось, и элементаль исчез…

– Давай подытожим, – сказал я, едва в голове наступила тишина. – Ты хочешь, чтобы я нашёл этого элементаля, так?

– Да.

– А если откажусь? – спросил я с интересом.

– Ты останешься слабаком в мире сильных магов,

– теперь голос звучал насмешливо.

– Нищий князь с щепоткой магии, без денег и верных людей. Долго ты протянешь? Без элементаля род Громовых уже пришёл в упадок, а дальше будет только хуже.

– Я могу вернуться домой? – задал я следующий вопрос.

– Нет. Ты умер в своём мире.

Вот сейчас неприятно было. Эта новость не то чтобы меня слишком расстроила, но я всё же думал, что есть возможность вернуться в свой мир и в своё тело. Ладно. Мне дали второй шанс, и надо его не профукать на старте. Тем более, у меня молодое тело, а ещё из пальцев молнии сыпятся.

Найти какого-то там элементаля и получить запредельную мощь? Дайте два! Тем более, если меня смогли перенести в другой мир, вытащив буквально с того света, то благодарность может оказаться очень даже приятной. Кстати, надо бы этот момент уточнить.

– Что я получу в награду? – спросил я, обдумывая, как к этим самым поискам вообще подступиться.

– Доступ к воспоминаниям прошлых жизней, —

ответ мне очень даже понравился.

– Всем жизням, в каждой из которых ты был связан с электричеством. Ты сможешь развивать магический дар так, как никто в этом мире не сможет. Достаточно тебе такой награды, князь Громов?

– Неплохо, – признался я. – А голову от знаний не разорвёт? А то знаю я эту поговорку про то, что там слипнется.

– Воспоминания будут приходить в нужный момент,

– голос в голове стал совсем тихим, он звучал будто издалека. —

А ещё ты получишь помощника. Ты согласен?

– Да, согласен, – не раздумывая ответил я, мысленно потирая руки.

– Контракт заключён,

– совсем уж тихо сказал мой собеседник. —

Срок… полгода. Не успеешь – лишишься магии навсегда.

Туман так резко рассеялся, что я даже несколько раз моргнул, привыкая к темноте вокруг.

Ногу пронзила вспышка боли, и я вспомнил, что наступил на кого-то перед тем, как впасть в транс.

– Чёзанах, – донеслось снизу, и я тут же от души пнул этого странного человека, который больше походил на кособокого гуманоида, как их рисуют в комиксах про пришельцев. – А-у-у-у.

Он завыл, а я сделал пару шагов в сторону.

– Помощник, – тихое эхо в голове напомнило об уговоре и тут же исчезло.

Это вот этот вот «чёзанах» и есть мой помощник?

Р-р-р-р. Позади меня зарычал зверь, а я уже психанул. Какого чёрта у князя рядом с домом такая темень⁈

Я направил пальцы вниз и ударил магией. Молнии искрами рассыпались по мокрой траве, подсветив участок рядом со статуей пса. И то, что я изначально принял за непонятного гуманоида, оказалось всего лишь человеком. Скрюченным, воющим от боли и воняющим перегаром так сильно, что кажется я и сам начал пьянеть.

– Чёзанах, чёзанах, – повторял этот мужик, баюкая на груди правую руку, а из-за моей спины резко выскочил пёс.

Точь-в-точь такой же, как статуя. Прекрасный образец породы и ухода – лоснящиеся бока, под короткой шерстью бугрятся мышцы. Тренированная зверюга, хоть сейчас на выставку.

Пёс навис над мужиком, а я замер в ожидании. Разорвёт или нет? С одной стороны, мужик сам виноват. А с другой – всё же он человек. Пусть и пьяница подзаборная, но живой же.

– Фу! – рявкнул я.

Пёс развернул голову в мою сторону и посмотрел мне в глаза.

– Фу, я сказал! – повторил я знакомую команду.

Шерсть дога вдруг вспыхнула от маленьких молний, а сам пёс начал двигаться в мою сторону.

– Фу! – повторил я в третий раз. – Вольт, блин, недоделанный! Сидеть!

Дог сел на задницу и наклонил голову, как бы спрашивая: ты серьёзно? А до меня только сейчас дошло, что это тот самый помощник, о котором говорил голос в моей голове.

– Ты это… типа мой, да? – спросил я зачем-то у пса, понимая, что выгляжу со стороны как сумасшедший.

– Чёзанах, чёзанах, чёзанах, – завопил пьянчуга.

– Ну, допустим, гав,

– пробасил пёс, улыбаясь во всю пасть.

И вот тут я сам уже сел на задницу, обхватив руками голову. Дурдом на выезде. Не удержавшись, я расхохотался в голос. Ну надо же, а?

Сначала ЛЭП, потом смерть и пробуждение в крематории. Теперь я самый настоящий князь, который сидит на мокрой траве и ржёт, как конь, а рядом электропёс и невменяемый пьяный мужик.

Так этого было мало! Я не только голоса в голове слышу, мне ещё и пёс улыбается!

Осталось только запахнуть полы воображаемого халата и позвать слугу. Я даже представил эту сцену, выпрямился во весь рост и протянул руку к статуе.

– Захар! Чаю мне! И плюшки не забудь, – я продолжал смеяться, но пьяное тело вдруг резко замерло, встало враскорячку и подняло на меня мутный взгляд.

– Ваше сия-ик-тельство? – проблеял пьянчуга. – Померли же ж давеча-ик. Чёзанах?

– Захар? – уточнил я, перестав ржать. Неужели я угадал имя этого пьяницы?

– Так это… ваше-ик, сиятельство, – мужик поднялся, шатаясь, как осиновый лист на ветру, и прищурил свои водянисто-серые глаза. – Померли. Точно помню-ик. Демон!

Последнее слово мужик проорал во всю глотку и бросился на меня. Даже рык пса не остудил желание разорвать голыми руками демона, якобы вселившегося в хозяина пьянчуги.

– Хорош! – рявкнул я, отталкивая от себя слугу. – Ну-ка быстро пришёл в себя. Если не объяснишь мне, какого чёрта валяешься в пьяном виде, выпорю на конюшне!

– Неужто?.. – пробормотал Захар, тряся головой и не глядя на меня. – Ошиблись, получается? Маленький господин всё конюшню вспоминал, а ведь лошадей продали уж лет десять назад… ваше сиятельство?

Взгляд у него был такой жалобный и в то же время в нём было столько надежды, что я поморщился. Вон как мужик страдал, что его князь помер, что упился чуть не до смерти.

– Ну а кто же ещё? Я это, Захар, – соврал я, не моргнув глазом. – Пойдём в дом что ли. Там Алёна уже наверняка сообразила поздний ужин.

– Алёна Владимировна приехала? – удивился Захар, пытаясь сориентироваться в темноте. – А чего она так рано? Там же дел ваших бумажных на неделю ещё было.

– Так услышала о моей кончине, – я развёл руками и потянул слугу в сторону дома.

Подсвечивать молниями путь не пришлось, я чётко помнил, что входная дверь находится прямо напротив морды статуи. Даже небольшую канаву мы с Захаром преодолели без всяких проблем. Это к статуе я пёрся не глядя, а теперь под ноги смотрел внимательнее.

Вскоре мы увидели фонарь над дверью, предусмотрительно включённый моей помощницей. Захар сразу приободрился и зашагал быстрее. Его ноги ещё заплетались, но я не спешил подавать ему руку – не хотелось выкинуть что-то такое, чего предыдущий князь бы не стал делать. Чёрт их знает, этих местных, как у них дела обстоят.

Когда мы зашли в дом, до меня донеслись такие приятные каждому мужчине запахи: жареного бекона, яиц и кофе. А жизнь-то налаживается. Ещё бы смыть с себя грязь, в которой я повалялся, когда навернулся с тропинки, и вообще красота будет!

– А вот и вы, князь, – с вызовом протянула Алёна, выглянув в коридор. – Ну и шуточки у вас. Никак не пойму, зачем вы так со мной?

– Алёна Владимировна-ик, – пропел из-за моей спины Захар, растягивая гласные. – Смотрите, сиятельство-то жив-здоров оказался!

– Вижу уже, – моя помощница недовольно сморщила нос и поджала губы. – У вашего господина отвратительное чувство юмора. Ой, а что это с вами, Захар Петрович?

– Дык это… горюшко у меня-я-я, – начал было Захар, но резко осёкся, глянув на меня. – Было, значится. Вот я и того, перебрал малость.

– Понятно, – фыркнула Алёна и резко махнула головой в сторону кухни. – Идите поешьте что ли, ну или закусите.

– Вот спасибо, хорошая вы наша, – расплылся в улыбке Захар. – Как всегда в корень зрите.

Я не вмешивался в их разговор, разглядывал тканевые обои и выцветшие от времени узоры. Бедность княжеского рода бросалась в глаза. На полу коридора лежал ковёр, вышарканный и залоснившийся, светильники на стенах были приглушены – видимо, чтобы хоть как-то сгладить общее впечатление.

Несмотря на запах яичницы и кофе, мне больше всего хотелось сейчас посетить ванную комнату. Умыть лицо и руки с засохшей на них землёй. Да и переодеться хотелось ничуть не меньше.

Слова Алёны натолкнули меня на одну мысль. Что меня убило? Не там, на ЛЭП, а тут. Почему князь так внезапно скончался?

– Захар, проводи меня в уборную, – сказал я, оборвав на полуслове очередную порцию благодарностей слуги. – И принеси свежую одежду.

Алёна сверкнула глазами и прищурилась, изучая мой потрёпанный вид, а затем сама себе кивнула. Захар же, запинаясь и держась рукой за стену, повёл меня по коридорам особняка.

Не зря дом князя показался мне с улицы громадиной. Здесь было не меньше трёх этажей, а комнат – больше двух десятков. Лестница с позолоченными, но обшарпанными перилами привела нас на верхний этаж, где Захар указал мне на одну из дверей, а сам скрылся за другой.

Ну что, пора узнать, как теперь я выгляжу?

Зеркало меня порадовало – князь Громов не был брутальным, но и совсем уж задохликом он тоже не был. В коротких чёрных волосах запутались травинки, на лбу и щеках виднелись грязевые подтёки, но лицо было правильным, даже красивым. Волевой подбородок с небольшой ямочкой, тонкий аристократический нос и стального цвета глаза, в которых мелькали грозовые всполохи.

Я усмехнулся, и моя кривая ухмылка показалась неуместной на этом бесстрастном молодом лице.

– Ну, покойся с миром, княже, – сказал я отражению. Как там говорится? Помер дед Максим, ну и хер с ним. Теперь это тело и эта жизнь – мои. И цена небольшая – всего лишь найти элементаля и получить свой приз.

Расстегнув тёмно-синий камзол, я уставился на когда-то белую рубашку, залитую кровью. Да ведь меня зарезали! Как свинью в скотобойне! И никто не привёл тело в порядок, не обмыл и не переодел? Сразу потащили в крематорий, суки!

Даже этот Захар, вместо того чтобы по правилам проститься с господином, пошёл пьянствовать!

Да они тут все в край охренели! Ну ничего, теперь вместо задохлика-князя я. И все они у меня получат своё. И Архип, упорно пытающийся меня упокоить, и этот Михей с сальными волосами и таким же сальным взглядом!

Злость бурлила в крови, разжигая во мне что-то неведомое. Что-то первобытное и древнее. Пусть убили не меня, а пацана Громова, но мстить за его смерть буду я.

Я сбросил камзол и растянул на пальцах рубашку. Три отверстия в районе груди, одно со спины. Убийцы постарались на славу. После таких ударов ножом или кинжалом никто бы не выжил.

Я перевёл взгляд на свою грудь и замер. На месте смертельных ран виднелись белые шрамы, которые соединялись тонкими линиями. Узор был похож на ветвистую молнию, в с точками излома в местах ударов кинжалом.

Повернув кран, я сунул голову под холодные струи. Надо остудиться. Злость всё так же клокотала где-то в горле, но я не буду поддаваться ей. Пока. Ещё не время.

Закончив с умыванием, я вышел в комнату в одних брюках. На диванчике лежал чистый комплект одежды, в который я тут же переоделся. Теперь пора и поужинать, а заодно узнать подробности своей жизни.

Моя помощница точно должна знать, кто хотел моей смерти и почему. Если же она начнёт врать и выкручиваться, выгоню к чертям собачьим.

Я замер посреди комнаты. А где пёс?

Он шёл за мной до самой двери, а потом куда-то исчез. А я и забыл про него совсем, не до того было.

Выбежав из комнаты, я поспешил вниз. Вовремя. Пронзительный девичий визг огласил дом, а следом до меня донеслись пьяные крики Захара.

– Фу, скотина невоспитанная! – разорялся слуга.

– Кыш с кресла! – вторила ему Алёна. – Это место князя!

– Гав-гав! – отвечал им обоим пёс басовитым лаем.

– Тихо все! – рявкнул я, ворвавшись в столовую.

Пёс нашёлся в кресле во главе длинного стола. Он безразлично смотрел на Алёну и Захара, изредка подавая голос, когда те пытались приблизиться.

– Так, Вольт, ну-ка брысь! – я шагнул к псу и указал ему на пол.

Выскочившая в первую минуту нашего знакомства кличка показалась мне подходящей. Молнии по шкуре дога сейчас не переливались, но я запомнил, как она сверкала тогда.

– Я устал, чертовски голоден и мне надоело пререкаться с каждым встречным! – процедил я, едва сдерживая вспыхнувшую снова злость. – Все разговоры – потом!

Мой командный голос возымел успех. Алёна бросилась сервировать стол, причём молча и даже не глядя в мою сторону. Захар отошёл к стене за моим креслом и опёрся о стену, а пёс, презрительно фыркнув, лениво сполз с кресла и поцокал когтями по паркету в сторону гостиной.

Ничего, с этой псиной я потом разберусь. Послал же бог помощничка! Ну не бог, конечно, а неведомое существо, но это уже нюансы.

Пока я наслаждался чуть остывшей яичницей и горячим ароматным кофе, из глубины дома прозвенел звонок очень похожий на телефонный. Я задумчиво повернулся в ту сторону. Этот мир нравился мне всё больше.

Если в этом мире есть сотовые, компьютеры и автомобили, то я сорвал джекпот. Титул, магия, слуги и все блага современного для меня мира – разве не счастье?

– Что вы сказали? Какая инквизиция⁈ Князь жив! – громко крикнула Алёна в трубку, а я поднялся и пошёл в ту комнату. – Это шутка была, понимаете, шутка! Чувство юмора у него такое. Свидетели? Его сиятельство не демон, не развоплощайте! Вы же убьёте его!

* * *

В приватной кабинке казино сидели двое. Сизый дым от сигары оседал на дорогой ткани костюма одного из посетителей – подтянутого немолодого мужчины с холодным взглядом и застарелым шрамом на щеке, идущим от переносицы к губам по дуге. Второй посетитель лет тридцати с полными и по-девичьи красными губами косился на дверь, ожидая официантку с заказом.

– Поступила информация, что князь Громов выжил, – сказал немолодой мужчина со шрамом на щеке, стряхнув пепел на ковёр. – Есть что сказать?

– Это невозможно, – ответил его собеседник, вытянув полные губы трубочкой и сжав правой рукой карман пиджака.

– Доказательства твоего прокола у меня есть, а вот ты… – сигара сделала круг в воздухе, очерчивая фигуру посредника. – Должен исправить ошибку.

– Никакой ошибки нет, князь был убит, – красные мясистые губы посредника побелели, он сглотнул и прямо встретил колючий взгляд нанимателя. – Фото, видео и слепок посмертной ауры – вот здесь.

Он положил на стол маленькую флешку с одним магическим кристаллом – такая могла фиксировать и удерживать небольшие магические показатели.

– Мне плевать, что здесь, – мужчина дёрнул щекой, отчего его шрам стал похож на изломанную линию, затушил сигару о столешницу из красного дерева и поднялся с кресла. – Позаботься о том, чтобы я больше никогда не слышал о Громове. Иначе всей твоей организации конец. Уничтожу и тебя и всё, что ты создал.

Глава 3

После странного звонка, Алёна развела бурную деятельность. Она металась по дому, крича что-то от том, что мне надо бежать из города или даже страны. Захар пытался прогнать моего пса на улицу, а я спокойно допивал кофе.

Мне была непонятна вся эта возня. Ну подумаешь, инквизиция! Что они мне сделают? Потащат на костёр, как ведьм в средневековье? Пф-ф, бред же!

Заметив мою отрешённость, Алёна всплеснула руками и подбежала ко мне.

– Бежать вам надо, ваше сиятельство! – воскликнула она, отодвинув от меня тарелку с печеньем. – Да хоть раз в жизни сделайте что-то!

– Ты преувеличиваешь, – сказал я, сделав последний глоток. Кофе оказался вкусным. – Ну сама подумай. Я же князь.

– Вы что такое говорите⁈ – моя помощница прижала руки к груди, натянув ткань. Мой взгляд сам собой нырнул в вырез блузки и принялся блуждать между двумя прекрасными образцами женской красоты. – Князь! Вы меня слышите?

Кажется, я увлёкся любованием и пропустил последние слова Алёны.

– Да вы как будто и не слушаете меня! – девушка всплеснула руками и уставилась на меня с выражением расстроенной матушки, что вызвало у меня только негатив.

– Успокойся, – я потёр переносицу. Терпеть не могу попытки выесть мне мозг чайной ложкой. – Давай без этого.

Я помахал рукой в воздухе, пытаясь обозначить без слов всю эту возню.

– Вы правда думаете, что вам ничего не грозит? – снова спросила Алёна, поджав губы. Она вдруг прищурилась и обернулась к Захару. – А ты чего сидишь⁈ Нашего князя убивать идут, а ты! Иди собирай вещи!

– Дык это, Алёночка Владимировна, а какие вещи-то? – Захар обвёл мутным взглядом столовую и пошатываясь направился к лестнице. – Там одних только рубашек на три чемодана, а ведь ещё исподнее, камзолы, сапоги.

– Складывай только то, что пригодится на первое время и не занимает много места, – скомандовала моя помощница. – Одного чемодана хватит.

– Как это? Один чемодан, это же… – Захар начал загибать пальцы. – Всего по два комплекта получается.

– Вот и хватит ему, – на меня уже никто не обращал внимания, а вот я внимательно смотрел на своих подчинённых.

Уважения к своему князю с их стороны я не заметил. Да и моя демонстративная меланхоличность была воспринята ими как должное. Что это значит? Что мой предшественник был инфантильной мямлей, который не сумел найти управу на слуг.

– Я никуда не поеду, – сказал я громко.

Алёна застыла посреди гостиной, а Захар чуть не навернулся с лестницы.

– Ваше сиятельство, – Алёна набрала воздуха в грудь и наставила на меня указательный палец. – Если вы не забыли, поместье уже выставлено на торги. Почти все деньги уйдут на долги, а оставшихся не хватит на безбедную жизнь.

Вот как значит. Что же за княжеский род такой, что ни шиша за душой? Я новым взглядом осмотрел дом. Несмотря на обшарпанные обои и устаревший дизайн, этот особняк мне понравился. Расставаться с ним не хотелось.

– Сколько нужно денег, чтобы отдать долги без продажи поместья? – спросил я, нахмурив лоб. – Сколько мой род должен и кому?

– Все долговые расписки у вашего юриста, – сквозь зубы сказала моя помощница. – Но могу уверить, что такую сумму вы нигде не заработаете за оставшийся месяц. Все заводы уже забрали…

– Кто? – я прищурился и сжал кулаки. Каким же идиотом надо быть, чтобы добровольно отдать свою собственность? Этот князь вообще ни на что не годен?

– Это уже не важно, – вздохнула Алёна. – Сейчас вам нужно бежать. На страну-курорт денег, конечно, не хватит, но в тех же Монгольских степях наш рубль стоит дороже.

Захар посмотрел на меня осоловело и кивнул.

– Всё с молотка уйдёт, ваше сиятельство-ик, – дрожащим голосом подтвердил он. – А эти балахоны и вправду вас на дыбу могут отправить.

– Вы ведь ничего не смыслите в том, что происходит, князь, – начала давить на меня Алёна. – Послушайте мудрых людей, сделайте, как мы говорим, и всё будет хорошо.

Я смотрел на свою помощницу и с трудом удерживался, чтобы не наорать на неё. Тоже мне умудрённая опытом нашлась! Как же мне хотелось встряхнуть её за шкирку и напомнить своё место. Но о князе Громове уже составлено конкретное мнение.

Если я резко начну вести себя по-другому, люди действительно могут подумать, что я демон или что похуже. Но и мириться с тем, что ко мне относятся, как к неразумному дитю, я не собираюсь.

Я бросил взгляд на пса, который в этот момент демонстративно вылизывал лапы. На мгновение мне показалось, что он снова ощерился в улыбке, но наваждение быстро спало.

Решено! Буду соответствовать личине князя и постепенно менять отношение к себе. И начну я с того, что уничтожу все улики моей смерти. Нужно сжечь рубашку и камзол, пропитанные кровью.

Моя помощница так обрадовалась, когда я начал подниматься наверх, что мне стоило огромных трудов не расхохотаться. Ведёт себя как курица-наседка. Я оставил её с Захаром в своих апартаментах и зашёл в ванную. Отлично, никто не успел убрать мои вещи. Кстати, а где остальные слуги? Не поверю, что кроме пьяницы у меня в доме никто не живёт.

Смотав свои вещи в небольшой тюк, я вышел в гостиную и успел увидеть занимательную картину. Захар так спешил собрать мой чемодан, что запнулся о ковёр и завалился в сторону камина. Вот и идея для избавления от улик.

Я направил палец на сложенные в камине дрова. Тонкая, почти незаметная глазу, молния сверкнула между моих пальцев, а затем лизнула поленья. Вспыхнули они так быстро, что Захар, который только-только поднялся, испуганно отшатнулся и всплеснул руками.

Одежда, которую он держал в руках, полетела в камин. Я быстрым шагом приблизился к слуге и под предлогом помощи бросил в огонь окровавленные вещи. Ну вот, дело сделано. Я подхватил Захара под руку и помог ему встать ровно.

– Простите, ваше сиятельство, – пролепетал он, глядя, как горят мои вещи. – Я ведь не пью… ик… столько.

– Ну да, – хмыкнула Алёна, наблюдая за нами. – Обычно ты пьёшь меньше, но каждый день.

– Так ведь горе-то какое! – взвыл Захар, выдавливая слезу. – Господин мой, того… помер.

Он резко замер и посмотрел на меня, снова икнул и начал опускаться на колени.

– Простите меня, ваше сиятельство, я же с горя, – он смотрел на меня с такой тоской. Точно так же, как тогда у статуи пса.

– Угомонись, Захар, – я вздохнул. – И не надо никаких чемоданов. Я же сказал, что никуда не поеду.

Тут моя помощница уже не выдержала, достала из кармана брюк телефон и что-то в нём набрала. А я сделал стойку. Где-то должен быть мой телефон?

– Вот, смотрите, князь, – сказала Алёна, сурово поджав губы. – Время утекает, как вода сквозь пальцы, а вы тут характер решили показать.

Она повернула ко мне экран, и я с удивлением отметил, что телефон почти не отличается от привычных мне, только размером он был побольше. А дальше я уже не обращал внимание ни на что, кроме агитационного ролика. Ничем иным назвать это творение гениальной команды рекламщиков я бы не назвал.

Крупными красными буквами, удаляющимися вверх, было написано следующее:

'Давным-давно в наш мир проникли демоны, эти коварные порождения с изнанки миров. Первое время с ними даже не боролись, ведь мир ничего не знал об этих существах.

Но однажды демон завладел телом императора. Начались смутные времена, названные «тёмными». И вот тогда появились они – инквизиторы! Волей богов они были неподвластны влиянию демонической сути. Слава Инквизиции!'

Буквы исчезли, вместо них на экране появились «балахоны», как обозвал их Захар. Вполне заслуженно, кстати. Фигуры в красных балахонах с капюшонами, надетых явно поверх доспехов, вели по площади связанного мужчину.

Маленькая подпись внизу гласила, что это сам князь Мартынов, в которого вселился демон.

Толпа на площади скандировала: «сжечь демона!», «отправить мерзкую тварь обратно в преисподнюю!». А я вдруг понял, что никакого ритуала изгнания, как в фильмах и сериалах, не будет. Эти балахоны просто сожгут человека, якобы для того, чтобы изгнать из него демона.

И толпа ждала этого. Таксисты и кухарки, офисные клерки в белых рубашках, курьеры с яркими сумками и даже дети – все ждали именно этого. Казни. В безумном мире, где есть мобильники и автомобили, где есть долбаная магия, сотни людей хотели увидеть, как заживо горит человек.

Я сжал челюсти так сильно, что услышал скрип своих зубов. Смотреть дальше не хотелось, но я должен был это сделать. Должен был увидеть своими глазами, какая дичь творится в этом мире.

Князя Мартынова подвели к каменному помосту, по центру которого красовался бетонный столб. Сразу видно – основательно подготовились. Сделали на славу, всё-таки не средневековье. Зачем каждый раз строить деревянное сооружение, если можно поставить практически вечное.

Никаких дров или кучи веток вокруг столба не было. Всё же у меня были свои представления о том, как происходят такие вещи. Вместо этого беснующегося князя приковали к столбу металлическими цепями и полили чем-то горючим.

Я замер, напряжённо вглядываясь в экран. Мне всё время казалось, что сейчас пойдут титры, и невидимый диктор скажет, что это постановочное видео. Этого не случилось, конечно же. Толпа замерла вместе со мной, а красный балахон взял микрофон.

«Уважаемы жители столицы, славного города Москва! – пророкотал балахон под одобрительный гул толпы. – Сегодня перед вами тот, кто считал себя превыше законов мира, превыше власти государя нашего императора Александра третьего и превыше длани Ордена Инквизиции!»

Я выругался вполголоса и стиснул телефон в пальцах. Не сломать бы его ненароком. Они ещё и представление из казни делают, будто это сраная ярмарка или цирковой номер. Внезапно в мою ногу что-то ударилось, и я оторвал взгляд от экрана.

Пёс тёрся об меня и заглядывал в глаза.

– Не смотри,

– сказал он вдруг.

Я моргнул от удивления и перевёл взгляд на телефон. Прав был пёс. Лучше бы я этого не видел. У меня дома была специальная зажигалка для газовое плиты. Длинная и изогнутая. Нажимаешь на кнопку, и высекается искра. Точно такая же была у балахона, только раза в три длиннее.

Я услышал щелчок, сопровождаемый слаженным стоном толпы, и сглотнул. Фигура князя Мартынова загорелась, как чучело на масленице. Огонь взвился вверх, а сам князь начал кричать разными голосами и на разных языках.

Вот тут я уже не смог оторваться. Неужели демоны правда существуют? Если же нет, то откуда эти звуки. Словно ножом по стеклу. Князь бился о бетонный столб и орал. В его криках мне чудился плач младенца, рык зверя и тонкий девичий визг.

Толпа ликовала. Курьеры стучали руками по своим квадратным сумкам, таксисты подбрасывали в небо фуражки, а офисные клерки вскидывали вверх руки, спрятанные в белых рукавах рубашек.

Они были счастливы. Они наслаждались. Они бесновались ничуть не меньше, чем догорающий заживо князь Мартынов.

– Сука-а-а-а, – протяжно выдохнул я и швырнул телефон в стену.

– Вы что делаете⁈ – вскрикнула Алёна, метнувшись за своим мобильником. – Он вообще-то денег стоит, а вы мне зарплату уже два месяца не платили.

Да пошла ты! Деньги, чемоданы, мобильники… Плевать я на всё это хотел! Она что не видела этот ролик? Не видела, с каким наслаждением толпа любовалась казнью? Или она тоже любит побывать на площади во время сожжения человека? Так же беснуется там с остальными и ждёт, когда инквизитор в балахоне щёлкнет зажигалкой?

– А что это у вас тут палёным пахнет? – раздался вдруг от двери знакомый голос.

Я повернул голову и встретился взглядом с Архипом – тем самым мужчиной, который старательно пытался меня упокоить.

Тогда мне было не до разглядывания – обстановка и место встречи не располагали. Зато сейчас я обратил внимание не только на возраст и излишнюю худобу, но и на длинный нос, хищно загнутый книзу. Он походил на ястреба или коршуна, который вернулся за своей добычей.

– Да вот запнулся я, – пробормотал Захар. – Вещи господина в камин упали… новая рубашка и исподнее. Эх…

– Пятьсот рублей вычту из твоей зарплаты, – сухо сказал Архип и посмотрел на меня. – Как себя чувствуете, ваше сиятельство?

– Лучше, чем когда ты меня сжечь пытался, – процедил я сквозь зубы.

– Работа такая у меня, – развёл он руками, не отрывая взгляда от моего лица.

Знаю я о той работе. Алёна по телефону говорила о свидетелях. Кто-то же доложил балахонам о том, что я умер, а потом воскрес в крематории.

– Ничего сказать мне не хочешь? – спросил я его, сжимая кулаки.

После просмотренного видео я был зол как никогда. Хотелось кому-нибудь в морду дать или выпить. Но нельзя. Ко мне спешат красные балахоны, а времени на то, чтобы с мыслями собраться всё меньше и меньше.

– Хочу! – радостно воскликнул Архип. – Вот ведь чудеса-то! Статуя электропса исчезла! Представляете, ваше сиятельство? Днём ещё была, а сейчас – пусто. Украли из-под носа.

– Украли? Статую? – переспросил я, глянув на дога, сидевшего у моих ног.

– Так и есть, – закивал Архип. – Она же из красного мрамора была… ну, рыжего.

Он проследил за моим взглядом и только сейчас заметил пса.

– Точь-в-точь, как собачка ваша, только эта потемнее будет, – сказал он, снова подняв на меня взгляд. – А откуда?..

– Не твоё дело, – перебил я его на полуслове.

Ещё не хватало, чтобы я на вопросы слуг отвечал.

– Телефон твой где? – спросил я, чтобы разобраться с тем, кто же на меня настучал балахонам.

– Так вы же его сожгли, ваше сиятельство, – ответил старик обиженно. – И пальцы мне обожгли…

– Ты звонил в инквизицию? – прямо спросил я, не собираясь извиняться за уничтоженный телефон. И за ожоги тоже. Он меня вообще сжечь собирался.

– В ин-квизи-цию? – спросил Архип, заикаясь и белея лицом.

– Звонил или нет? – рявкнул я, устав сдерживаться.

– Никак нет, ваше сиятельство, – бедняга обвёл взглядом чемоданы, разбросанные портки и догорающую в камине одежду. – Неужели… как же так⁈ Захар, что ты копаешься, собирай вещи господина поживее!

Остаётся Михей. Этот пухлячок, который поминал демонов, как только я появился в этом мире. Вот ведь слизняк с сальными патлами!

– Твои людишки правы,

– снова услышал я голос пса, в котором явно звучали насмешка и ожидание. Решил меня проверить?

– Бежать надо. Хоть в Монгольские степи, хоть на Северный Полюс.

К счастью, кроме меня никто не заметил, что мой пёс вдруг заговорил. Он общается со мной мысленно, как-то существо у статуи?

– Я не собираюсь бежать,

– мысленно ответил я и снова увидел пугающую улыбку во всю пасть.

– Зря,

– вздохнул пёс и улёгся мордой на лапы.

– Такой короткий миг жизни. Я даже ни одной самочки не покрыл, ни одного куста не пометил… жестокий ты человек, князь.

– Я не дамся этим балахонам,

– прорычал я про себя, снова заводясь. —

Если придётся, сам их прожарю так, что мало не покажется!

– Угу… ещё один самоуверенный болван,

– пёс снова вздохнул. —

А я только начал привыкать к новому имени.

– Это какому ещё?

– я нахмурился. Вроде бы имён я никому не давал.

– Ну как же⁈ Ты сам назвал меня Вольтом,

– пёс поднял на меня лукавый взгляд.

– Мне понравилось имя.

– Вольтом?

– я напряг память, силясь вспомнить, когда я мог такое сказать. А потом до меня дошло. Я же сравнил его с собакой из мультика, а он, видимо, принял на свой счёт.

– Постой-ка! Исчезнувшая статуя – это ты?

– Слышал о законе сохранения энергии?

– пёс встал и потянулся, широко зевнув. —

Ничего не может взяться ниоткуда. Если где-то прибыло, значит где-то убыло.

– Мудрость века, прям,

– я закатил глаза и направился к лестнице

Находиться рядом с мечущимися слугами не было никакого желания. Они словно с ума сошли.

Алёна придирчиво сравнивала размеры чемоданов, а Захар с Архипом ругались из-за фасона одежды, решая, какие вещи брать. Мои рубашки летали по комнате вперемешку с брюками и трусами, а обувь сиротливо валялась под диваном.

Лучше налью себе ещё кофейку и доем то печенье, которое моя помощница умыкнула у меня из-под носа. Уже на лестнице я услышал визг тормозов и сигнал клаксона. Через несколько мгновений раздался нетерпеливый стук в дверь.

– Инквизиция! Откройте немедленно!

Глава 4

Наверное, мне не стоило открывать дверь в поместье самому, но я как раз был рядом, а слуги были слишком заняты сбором чемоданов. Так что я шагнул в коридор и рывком распахнул дверь.

На меня тут же уставился инквизитор в красном балахоне. В его тёмно-карих глазах мелькнуло удивление, тут же сменившееся охотничьим азартом. Нет уж, не в этот раз.

Я усмехнулся и открыл дверь шире. Мол, проходите, гости дорогие, чувствуйте себя как дома.

– Его сиятельство князь Юрий Алексеевич Громов? – уточнил у меня балахон. Я кивнул и улыбнулся шире. Хрен тебе, а не безобидная жертва. – Меня зовут Назар Крылов. Поступило сообщение, что ваше тело захватил демон. Настоятельно рекомендую не препятствовать проверке и не пытаться сбежать. В противном случае вы будете взяты под арест немедленно.

Поскольку я никак не отреагировал на заявление инквизитора, он удовлетворённо кивнул и махнул рукой своим товарищам. Вблизи «балахоны» выглядели как обычные люди, возможно, нагловатые, но всё же ничем не отличались от меня или моих слуг.

Тот же Назар Крылов, например, оказался вполне приятным мужчиной лет тридцати пяти. Хотя я видел жёсткость в его взгляде, но она не казалась чрезмерной. Не знаю почему, но этот конкретный «балахон» не вызывал у меня негатива.

Двое его коллег начали доставать из фургона какую-то аппаратуру. По виду приборы походили на мультиметр для измерения тока или на дозиметр. На маленьком экране виднелась шкала зелёного цвета, которая после нажатия на кнопку сразу же начала расти и менять цвет.

Лица инквизиторов напряглись, а мой новый знакомец, который уже зашёл в коридор, напрягся и шагнул ближе ко мне.

– Есть контакт! – раздался с улицы крик. – Вокруг поместья высокая концентрация!

– Высокое излучение рядом с постаментом статуи на заднем дворе! – это заработала рация Назара. – Проверьте носителя!

– Князь, вам придётся пройти в наш фургон, – жёстко сказал он.

– Не хочу, – ответил я, растянув губы в холодной улыбке. – Проверяйте здесь.

Если они что-то решат сделать, то это произойдёт тут, а не в фургоне. Впрочем, я им не позволю!

Крылов смерил меня нечитаемым взглядом и позвал остальных инквизиторов. В коридоре сразу стало тесно, поэтому я направился в гостиную, которая располагалась напротив столовой.

Позади меня шагали инквизиторы, гремя тяжёлыми сапогами с металлическими набойками. Я успел заметить, как в прорезях балахона Назара Крылова мелькнул усиленный кожаный доспех.

Похоже, в этом мире инквизиция вроде наших отрядов быстрого реагирования. Вон какие морды суровые, да и обмундирование под стать. Ну а балахоны… думаю, под ними скрываются артефакты или оружие, которые не предназначены для посторонних глаз.

А ещё эти красные хламиды заметны издалека. Такой точно не пропустишь в толпе. Почему-то в памяти всплыли белые колпаки ку-клукс-клана, почти такие же по фасону, только белого цвета.

Интересно, почему инквизиция выбрала красный? Под цвет крови?

Дозиметр в руках «балахонов» надрывался. Противный писк ввинчивался в мозг, а треск прибора явно намекал на что-то нехорошее.

– Столовая, – рыкнул один из инквизиторов.

– Данила, проверь, – скомандовал Назар, а сам жестом показал мне остановиться.

Молодой инквизитор с взглядом бывалого убийцы рванул в столовую и принялся водить прибором. Около моего кресла во главе стола дозиметр запищал особенно громко.

– Ну вот и всё, демон, попался! – воскликнул Данила, улыбнувшись так, что я сразу вспомнил серийных маньяков из телека. – Тут и без проверки всё ясно.

Он быстрым шагом подошёл ко мне и вытащил из-под балахона наручники из толстого металла.

– Руки убрал, – ледяным тоном сказал я, когда этот молодой и ретивый балахон попытался заковать меня в кандалы. – Проводите свою проверку.

Я повернулся к Назару Крылову и посмотрел ему в глаза. Мой взгляд ему не понравился, но глава отряда быстро взял себя в руки.

Вместо обычного прибора, так похожего на дозиметр, он вытянул с шеи какой-то булыжник на цепочке. Камень был насыщенного красного цвета, даже ярче балахонов инквизиции. Внутри него пробегали маленькие золотистые искорки, а сам он периодически вспыхивал, словно догорающий в костре уголёк.

– Стандартная процедура для проверки на предмет подселения иномирных сущностей включает согласие объекта, – деловито проговорил Крылов. – Согласие получено. Приступаю к выполнению.

Бюрократия, мать её, везде одна и та же.

И тут я вдруг понял, что балахоны по-своему правы. В теле князя и впрямь иномирная сущность. Твою мать, во что я ввязался⁈

Камень начал наливаться цветом по мере приближения ко мне. Вскоре весь он вспыхнул и начал гореть иссиня-красный пламенем. Кажется, мне-таки придётся прогуляться до столба в центре площади под крики обезумевшей толпы.

Только я об этом подумал, как с лестницы скатился чемодан с моими вещами. Следом за ним чертыхаясь приземлился Захар. Алина и Архип спустились неспешно и степенно. Бледнея с каждым шагом.

Их взгляды блуждали по красным балахонам, а руки мелко тряслись. Но несмотря на это, мои верные слуги пытались держаться уверенно.

И только после этого эпичного спуска на нижнюю ступеньку спрыгнул Вольт.

– А я тебя предупреждал,

– сказал он, кивнув на артефакт, который не просто горел, он словно сам стал пламенем.

– Пёс! Это он! – Данила направил на собаку прибор. – Он точно демон!

– Не спеши с выводами, – хмуро сказал Назар, глядя на оживший булыжник. – Здесь что-то странное.

– И что же? – спросил я недовольно.

Если бы артефакт показал, что во мне демон, никто не стал бы церемониться. Меня бы уже упаковали в тот фургон, на котором прибыла инквизиция, и повезли к месту казни.

– К сожалению, я не могу дать ответ на этот вопрос, – Назар продолжал пялиться на камень. На лбу инквизитора прорезались глубокие морщины, а на лице читалась растерянность.

– Вы ворвались в мой дом, обвинили меня в одержимости демоном и не можете сказать, что показывает ваш артефакт? – процедил я сквозь зубы. Пусть не надеется, что я это так оставлю.

– Я не знаю, что сказать, – Крылов вздохнул и убрал свой булыжник под балахон. – Всё указывает на присутствие иномирной сущности, но основа не демоническая.

– Приборы показывают активность, – осклабился Данила. – Этого достаточно для вынесения приговора.

– А молнией в лоб не хочешь? – спросил я, щёлкнув пальцами.

Несколько молний выскочили из-под них и ударили рядом с молодым инквизитором. Он подпрыгнул на месте и выпучил глаза.

– Нападение на члена Ордена инквизиции при исполнении! – взвизгнул он, брызгая слюнями во все стороны. – Ты будешь гореть у столба, князь.

Последнее слово он буквально выплюнул. В глазах Данилы зажегся яростный огонь, а прибор в его руках задымился. Через пару мгновений тот вспыхнул и с громким хлопком взорвался.

– Ты! – заорал он так громко, что я невольно поморщился. – Порча казённого имущества!

– Успокойся, Данила, – попробовал успокоить его Крылов. – Это уже не первый детектор излучения, который выходит из строя в твоих руках.

– Это всё он! Вы же видели молнию! – продолжал вопить молодой балахон. – Это демон!

Я вздохнул и закатил глаза. Вот же крикливый какой. Понабирают по объявлению, а я должен слушать этот ор.

– Уважаемые, если нет подтверждения моей одержимости, вам следует покинуть мои земли, – спокойно сказал я, обратившись к командиру отряда инквизиции. – Вы уже успели убедиться, что на мне ваши приборы ничего не показывают. А насчёт активности…

Я запнулся на полуслове и посмотрел на скалящегося пса. Та-а-ак. Кажется, я знаю, кого благодарить за весь этот цирк.

– Перед вами Защитник рода Громовых, – пафосно заявил я, указав на собаку. – Он прибыл в момент опасности и спас меня от смерти. Но он не является жителем этого мира и вскоре развоплотится. Скорее всего, ваши приборы зафиксировали именно его энергию.

– А ты молодец! Выкрутился! —

воскликнул пес и начал хохотать.

Инквизиторы застыли, переводя ошарашенные взгляды с меня на собаку, которая тряслась и фырчала от смеха. Должен признаться, зрелище было то ещё. Пес содрогался всем телом, его оскаленная пасть закрывалась и открывалась, а сам он катался по полу.

– Демоническое отродье! – заорал Данила, направляя на Вольта дымящийся палец.

– Защитник рода? – спросил одновременно с ним Назар Крылов.

– Да-да, – важно кивнул я. – Просто он сейчас пытается развоплотиться, но воля рода не дает ему это сделать.

– Защитники не являлись миру уже… – Назар обернулся к своему коллеге с вопросительным взглядом.

– Сотню лет, как минимум, – сказал ему тот без заминки. Сразу видно, кто в этой команде отвечает за мозги. – Архивы Ордена подтверждают, что каждый Защитник излучал особую энергию.

Я вспомнил агитационный ролик и задумался. То есть про демонов в этом мире и узнали сто лет назад, а инквизиция появилась ещё раньше. За кем они охотились? За мифическими ведьмами или же за магами?

– Ваше сиятельство, – обратился ко мне Крылов. – Мы не можем подтвердить отсутствие одержимости. И у нас только два варианта для того чтобы снять с вас подозрения.

– Какие же? – спросил я, выгнув бровь. Пес наконец перестал ржать и уставился на меня.

– Первый вариант: к вам прикрепляется наблюдатель от инквизиции, – Назар замолчал, глядя на пантомиму Данилы, который всем видом указывал на себя. – Думаю, второй вариант вам не понравится.

– Отчего же? – удивился я.

– На границе Китайской Империи и дальневосточного рубежа находится Каньон Дьявола. Именно оттуда в наш мир проникают демонические сущности. Еще один Каньон находится в Американской Федерации, но это сейчас не так важно.

Я бросил взгляд на пса, который напрягся всем телом. Его уши встали торчком, а по телу пробегали искры.

– По имеющейся у нас информации, одержимый не может убить демоническую сущность, – продолжил говорить Назар, не обращая внимания на призывы Данилы. – Если вы подпишете договор на службу в Рубеже и в присутствии представителя инквизиции лично убьете любого монстра в Каньоне, все обвинения будут сняты.

– Дайте мне пару минут, – сказал я, поманив Алену и Архипа в столовую. – Мне нужно обсудить решение с моими приближенными.

Препятствовать мне никто не стал. В столовой я оглядел бледные лица слуг и усмехнулся.

– Ну, что скажете? – спросил я у всех сразу. – Если я отправлюсь на Рубеж, будет возможность подзаработать?

– Вы что такое говорите, князь⁈ – Алёна снова всплеснула руками, словно заботливая матушка. – Там опасно! Никакие деньги не стоят такого риска!

– А поместье, между тем, на торги выставлено, – сухо напомнил Архип. – Если в течение месяца не внести четверть суммы, оно уйдёт с молотка.

– Так оно, – покачал головой Захар, выдавив слезу. – Но и под надсмотром балахона ходить неуместно.

– Да как вы не понимаете! В Каньоне гибнут люди! – моя помощница раскраснелась и стала ещё привлекательнее. – Можно найти другой выход…

– Значит, деньги там можно достать, – сделал я логичный вывод. – Сколько я должен по долговым распискам и за поместье?

– Почти миллион, – едва шевеля губами сказала Алёна. – Это вам за месяц надо будет добыть двести пятьдесят тысяч… это же… это невозможно!

– Так, давайте заканчивать это обсуждение, – я глянул на пса.

– А ты чего притих? Я же видел, как ты сделал стойку на словах о Каньоне.

– Есть у меня одно предположение,

– сказал Вольт, дёрнув ухом.

– Именно там может быть элементаль.

– Тогда решено, – я хлопнул в ладоши и растянул губы в холодной улыбке. – Посмотрим, что там за Каньон Дьявола!

Я стремительно вышел из столовой и столкнулся нос к носу с Данилом. Хрен тебе, а не круглосуточный контроль!

– Я поеду на Рубеж, – озвучил я своё решение инквизиторам.

Назар Крылов удивлённо заморгал, но предоставил типовой договор, согласно которому я обязуюсь в течение месяца прибыть в специальный корпус на Рубеже и поступить на службу.

Из того же договора я узнал, что каждый аристократический род обязан ежегодно отправлять к Каньону одного из родичей той же крови. И почему-то мне никто не сказал об этой «маленькой детали».

А ведь я единственный из рода остался. И мне в любом случае пришлось бы отправиться на Рубеж до конца года. Иначе помимо конского штрафа мне грозило бы тюремное заключение сроком на два года.

Это кто же меня так подставить решил? Смерив взглядом свою помощницу, я поставил размашистую подпись на договоре и с удовольствием посмотрел на удаляющихся в закат инквизиторов.

После того как фургон с красными балахонами отъехал, я захлопнул дверь и поднялся на второй этаж. Слуги плелись за мной молчаливыми тенями. Не знаю, о чем они думали, а вот в моей голове начал оформляться план.

Для начала надо найти свой телефон и поискать информацию о Каньонах и дальневосточном Рубеже. Потом стоит ознакомиться с законами Российской Империи. А именно в ней я и оказался, согласно тому же договору.

И уже потом, когда я разберусь со всеми подводными камнями, связанными с местной аристократией, стоит связаться с аукционом. Расставаться с поместьем я не собирался, а значит придётся немного повоевать на бюрократическом поле.

– А что вы ищете? – необычайно тихо спросила Алёна, глядя, как я открываю ящики комода и роюсь в столе.

– Свой телефон, – буркнул я, всё ещё злясь на помощницу, которая умолчала об обязательной службе на Рубеже и пыталась отговорить меня от этой затеи.

Может её саму отправить в монгольские степи? Пусть посидит в юрте и подумает над своим поведением.

– Дык это, – смущённо кашлянул Захар. – Вы же его утопили давеча. Телефон-то…

– Ну так почему мне до сих пор не доставили новый? – рявкнул я, зыркнув на вздрогнувшую помощницу. – Князь я или где? И прекратите сюсюкаться! Аж слушать противно!

– Ваше сиятельство… – пролепетала Алёна, явно ошарашенная моей резкостью, но я не дал ей договорить.

– Я не закончил, – процедил я холодно. – Мне нужен доступ к сети. Помимо этого, я хочу видеть долговые расписки, копию договора с аукционом и свод законов.

Наступившая в гостиной тишина была нарушена криками с улицы. Я шагнул к окну и глянул наружу. К поместью приближались десятки огоньков.

Приоткрыв створку, я услышал знакомые слова.

– Сжечь демона! – кричали люди, окружая дом. – Сжечь! Сжечь! Сжечь его!

Глава 5

– Не дадим демоническому отродью бродить меж нас! – прокричал какой-то мужик, потрясая вилами.

– Пали его! Мы знаем правду! – поддержал его другой. – Балахоны лохи! Но мы-то нет!

– Готовьте топливо и факелы! – крикнул Михей, встретив мой взгляд.

Да, именно этот пухлячок с сальными волосами привёл к дверям моего дома столько народу. Я закрыл окно и повернулся к слугам.

– Ну и что это всё значит? – спросил я, глядя на Архипа. Хотя он уже вроде как оправдал себя в моих глазах, но именно он был в крематории с Михеем на пару.

– Так тут все жители Громовки, – ответил он, бросив взгляд в окно. – Михей привёл их всех… ваше сиятельство, я всего лишь управляющий. Не мог я оставить вашу… кхм… смерть без должного завершения.

Под моим тяжёлым взглядом управляющий съёжился и сглотнул.

– Надлежало кремировать без промедления, – он попятился в сторону двери. – Кто же знал, что Защитник рода явится и вас от смерти, так сказать, спасёт.

Я не стал дальше слушать сбивчивые объяснения Архипа и направился к лестнице. Инквизицию я уже выставил, так что и с крестьянами разберусь. С одной стороны, их можно понять – пашут от зари до зари, а по вечерам смотрят на казни. Тут уже не просто мышление другое, вся их жизнь подчиняется определённым законам.

Утром каша, на обед похлёбка, на ужин – казнь. И так по кругу. Неудивительно, что они везде видят демонов. А с Михеем у меня будет отдельный разговор. Не нравится ему на службе у князя? Пусть валит на все четыре стороны, получив напоследок по загривку.

«Интересно, а сколько у них тут стоит минута реклама в прайм-тайм, – подумалось мне. – Во время особо торжественной вечерней казни?»

Когда я распахнул входную дверь и вышел наружу, толпа отхлынула в сторону, а потом в едином порыве снова начала наступать. Крики сливались в невнятный гул, за моей спиной что-то кричали Архип и Алёна, Захар пытался выйти вперёд и закрыть меня своей грудью, но я снова и снова задвигал его назад.

Я понимал, что никто сейчас меня не услышит. Люди довели себя до исступления точно так же, как толпа на ролике с казнью. Им не нужны были ответы или слова. Им нужна была кровь того, кого все они считают демоном.

Мужчины потрясали вилами, женщины махали факелами, а несколько особо ретивых подростков начали передавать друг другу канистры с зажигательной смесью. Не знаю, бензин это или масло, это не так уж важно. Важно было другое – они пока что опасались сделать тот самый шаг и напасть на своего князя. И любое неосторожное движение может подтолкнуть людей переступить черту.

Это самое движение сделал Михей, выхватив канистру и плеснув на стены особняка горючую жидкость. И сразу же началась давка – мои люди сминали друг друга, чтобы добраться до меня.

Я вытянул руки и создал электрическую дугу между ладонями. Гудящие молнии отвлекли людей на мгновение. А я добавил спецэффектов, резко вскинув ладони вверх. Фонтан молний расчертил серебристыми вспышками тёмное небо.

Толпа ахнула, ну а я обратился к Вольту, который старательно делал вид, будто он тут просто рядом постоять пришёл.

– Слушай, Защитник рода, добавь-ка немного экшена,

– мои молнии уже почти перестали сверкать, и нужно было немного дожать эмоций.

– А я на это не подписывался,

– ответил пёс, демонстративно зевнув. —

И вообще, какой я тебе защитник? Так, помощник.

– Не скромничай,

– хмыкнул я. —

Знаю же, что можешь. Давай, жги!

Пёс ещё раз зевнул, распахнув пасть так, что казалось, она сейчас порвётся. Ну а потом он таки дожал: на месте статуи электропса в небо ударил столп пламени, из которого во все стороны били молнии. Вот теперь мои люди готовы меня слушать, судя по их ошарашенным лицам. Я сделал шаг вперёд, не обращая внимания на факелы, вилы и канистры.

– А теперь послушайте меня, – сказал я спокойным тоном. – Что вы будете делать без вашего князя? Куда пойдёте?

Я видел сомнения на лицах людей, но они уже не бесновались, а слушали каждое моё слово.

– Нет никаких доказательств того, что я демон. Инквизиция приезжала не просто так – меня проверили и не нашли никаких признаков одержимости, – под моим тяжёлым взглядом один из мужчин задвинул канистру подальше, а другой сделал вид, что вилы ему нужны вместо костыля. – Я был тяжело ранен и впал в кому, такое бывает. Но ко мне явился Защитник рода и вернул к жизни.

Задние ряды придвинулись ближе, чтобы не пропустить ни слова. Факелы тухли, но как-то робко, словно люди всё ещё ожидали, что я обращусь в демона и всех их сожру. Михей попытался смешаться с толпой, но неравнодушные жители Громовки ему помешали.

– Этот человек решил и меня сгубить, и вас заодно, – повысил я голос, указав на гадёныша, который хотел сжечь мой дом. – Я уверен, что он работает на врагов рода, которые и пытались со мной покончить. Защитник не являлся долгие годы, но сейчас он здесь.

Вольт сделал несколько шагов и вышел из-за моей спины. Он задрал голову и встал в ту же позу, в которой долгие годы стояла статуя электропса. Люди начали узнавать знакомую фигуру, креститься и шептаться о том, что род князя Громова благословлён.

Я помолчал несколько минут, чтобы дать моим подданным время прийти к выводу, что теперь их жизнь изменится в лучшую сторону. Иногда молчание – золото. Жители Громовки сами же себя накрутили, что их ожидает нечто потрясающее. Они начали говорить громче и убеждать неверующих в лучшую жизнь с тем же упоением, с каким призывали несколько минут назад сжечь своего князя.

Тем временем Захару наконец удалось обогнуть меня и ни разу не споткнуться. Он подошёл к Михею и схватил его за сальные волосы. Отвесив ему пару оплеух под одобрительный гул толпы, мой слуга с важным видом подвёл предателя ко мне.

– Ваше сиятельство, куда его? – спросил Захар, легко удерживая вырывающегося Михея. Надо же, не думал, что этот пьяница так силён. – Вызвать полицаев или сами порешим?

– Запри его где-нибудь пока что, – принял я решение. – Надо будет допросить, на кого этот гад работает.

– Да ни на кого я!.. – попытался закричать Михей, но тут же получил подзатыльник от моего слуги и замолк.

– Будет сделано, ваше сиятельство, – Захар улыбнулся щербатой улыбкой и потащил Михея куда-то за дом. – Давненько хладные комнаты посетителей не видали. А теперь совсем как в старые времена. Вот что воля рода делает, вот где кровь княжеская!

Когда бормотание Захара стихло, ко мне подошёл коренастый мужик с чёрной кудрявой бородой и огромными кулачищами.

– Вы уж простите нас, князь, – он неловко пожал плечами. – Михей-то у вас при поместье служит, считай, в курсе всех событий. А мы чего? Мы – народ маленький, нам не до вывертов этих. Сказано было, что демон тело князя нашего занял, мы и поверили.

– Ты ответственность с себя не снимай, – жёстко сказал я. – Своя голова на плечах есть, используйте хоть иногда по назначению. Ты староста Громовки?

– Так точно, ваше сиятельство, – он вдруг выпрямился по стойке смирно и даже щёлкнул пятками. Бывший военный? Тогда чего он тут деревенщину изображает? – Макар я, Рябой.

– Служил? – спросил я, оценив выправку.

– Довелось, – кивнул он, чуть расслабившись. – На благо императора и страны пять лет положил. Но если снова придётся, то я только рад буду.

– Забирай своих людей и идите уже… спать, – я посмотрел на небо.

Линия горизонта уже начала светлеть – вот-вот рассвет грянет, а я так до сих пор не разобрался с внезапно свалившимися на меня делами. Или ну их все? Выспаться, а потом со свежими силами взяться за документы? А ведь мысль хорошая. После бессонной ночи много я запомню из тех же законов, например?

Решено! Сначала душ, потом спать. А то что-то я слишком разошёлся. Кто же знал, что мне придётся доказывать каждому встречному, что я не верблюд. То есть, что не демон.

И только оказавшись в горячей ванне, я смог немного расслабиться. Эта длинная ночь вымотала меня гораздо больше, чем я поначалу думал. А уж событий за несколько часов произошло столько, что я невольно начал думать о какой-то подставе со стороны той сущности, которая перенесла меня в этот мир.

Нет, я не жалел о прошлой жизни, точнее о смерти там. Да, я был обычным электромонтёром пятого разряда, но я хорошо пожил. Ещё и напарника спас, перед тем как свалиться с ЛЭПа. Короткая и яркая жизнь – это неплохо. А здесь есть, где развернуться.

Магия, демоны, говорящие псы и мощные артефакты. Всё это манило меня, будоражило кровь. Именно поэтому я даже не понял, как смог так быстро принять новый мир и новую жизнь. Я не считал род Громовых чужим, как и их наследие. Все эти деревенские жители, помощница и забулдыга-дворецкий стали мне родными.

И я уверен, что справлюсь с любыми трудностями, которые меня ждут на этом загадочном Рубеже. Князь я или где?

* * *

Проснулся я от настойчивого звука мобильника. Потянулся к тумбочке и попытался нащупать свой смартфон. Вместо тумбочки рука наткнулась на пустоту, а я чуть не свалился с кровати. Разлепив глаза, я видел княжеские покои и сразу же вспомнил события прошлой ночи.

Сигнал телефона отзывался болью в голове, а ноздри щекотал запах свежесваренного кофе. Хорошая у меня помощница, уже и кофе сварила и мобильник достала. Только вот откуда этот звук идёт?

Я встал с кровати и в одних подштанниках вышел в гостиную. У этих аристократов личные покои больше моей трёшки в Мытищах. Спальня, гостиная, гардеробная и ванная комнаты были метров по тридцать каждая, а ещё была вторая гостиная через дверь – для будущей княгини.

В гостиной меня ждала Алёна, нетерпеливо постукивая папкой с документами по столу. Телефон она отложила подальше от себя и сейчас морщилась от каждой новой трели, которые становились всё громче и громче.

– Утречко доброе, – протянул я, зевнув и потянувшись к мобильнику, чтобы отключить будильник.

– Князь! – воскликнула моя помощница, вскочив с дивана и возмущённо уставившись на меня.

– Что не так? – спросил я, залезая в меню телефона.

Интересно, как здесь выйти в интернет? Похожих значков на экране не было, зато там была куча цветных иконок с приложениями-играми.

– Как вы можете в таком виде показываться… людям, – она сначала хотела указать на себя?

Судя по раскрасневшимся щекам – да. А что это она так пыхтит? Подумаешь, увидела мужчину в подштанниках. Не голый же. Или у них запрет на обнажёнку? Я смерил взглядом свою впалую грудь и усмехнулся. Вряд ли Алёна от возбуждения жаром пышет. Значит, всё-таки расхаживать в исподнем в этом мире считается неприличным.

– Откуда мне было знать, что ты здесь? – я пожал плечами, взял мобильник и кофе, стоявший рядом на столике, и поспешил обратно в спальню.

– Но… постойте! – Алёна рванула за мной, перегородив собой дверь спальни. – Вы же сами просили принести документы и… там оценщик приехал.

– Какой ещё оценщик? – удивился я.

– Так с аукциона, – помощница смущённо улыбнулась и отвела взгляд. – Я же говорила вам на прошлой неделе.

– Точно! Совсем из головы вылетело! – я качнул головой и обошёл Алёну. Только оценщика мне не хватало для полного счастья. – Оденусь и спущусь, встреть его там. И проследи, чтобы ложечки не пропали.

– Какие ещё ложечки? – моя помощница нахмурила лоб.

– Из коллекции фамильного серебра, – хмыкнул я. – А то, знаешь ли, всякое бывает. Допустим, ложечки найдутся, а осадочек останется.

Алёна зависла, а я, довольный произведённым эффектом, захлопнул перед ней дверь спальни. Кофе выпил почти залпом, ковыряясь в меню телефона. Похоже, это совсем новый аппарат, на который установили резервную копию или что-то вроде того. По крайней мере в исходящих звонках было пусто. Да и в сообщениях тоже.

Зато я наконец нашёл иконку интернета и принялся увлечённо изучать местный аналог всемирной сети. Хм… а вот здесь уже нашлись и звонки, и сообщения. Которые посыпались на меня непрерывным потоком.

«Княже, надо бы встретиться», – писал мне некий Александр Н.

«Ваша светлость, если не внесёте остаток, парюра будет выставлена на ближайшем аукционе! Поспешите, осталось два дня!», – я перечитал сообщение ещё раз и всё равно ничего не понял. Какая такая парюра, какой остаток? Сообщение пришло три дня назад, так что я в любом случае опоздал. Ну и ладно. Всё равно у меня нет денег.

Допив залпом кофе, я направился к гардеробной. Ровные ряды белоснежных рубашек висели по левую сторону от меня, а справа располагались однотипные сюртуки в комплекте с брюками того же цвета. На открытых полках лежали стопки нижнего белья наподобие тех же подштанников, а нижние полки были заставлены рядами обуви.

Вот же модник, этот князь Громов. Неудивительно, что Захар не смог упаковать всё это в один чемодан. Тут понадобится целый грузовик.

Разбираться в фасонах я не стал, взял первый попавшийся комплект из сюртука и брюк, сцапал ближайшую ко мне рубашку и принялся одеваться. Через несколько минут я был готов. Глянув напоследок в зеркало, пригладил торчавшие в разные стороны тёмные волосы и направился прочь из апартаментов. Так и привыкнуть к роскоши недолго, – хмыкнул я.

Внизу с важным видом расхаживал худощавый старичок в очках с толстыми линзами. Сразу видно – въедливый и противный, как все бюрократы. Он осматривал стены с обветшалыми обоями, лестничные перила и немногочисленные картины и фигурки с изображением собак, которые стояли на невысоких постаментах у стен. Периодически мужчина что-то печатал на планшете и снова возвращался к стенам моего поместья.

– А вот и я! – громко сказал я, заставив мужчину вздрогнуть. Он чуть не уронил планшет и прижал его к груди, словно самое ценное, что у него есть в жизни.

– Князь, – укоризненно сказала Алёна, внимательно следившая за оценщиком. Видимо, мои опасения насчёт ложечек она восприняла всерьёз.

– С чем пожаловали в мой дом, уважаемый? – спросил я, ступив на нижнюю ступеньку.

– Это Демид Субботин, – представила мне старичка Алёна. – Оценщик аукционного дома Троцких.

– Согласно положению о передаче недвижимого имущества под залог аукционного дома Троцких необходимо сделать опись обстановки и предметов мебели, – скрипучим голосом проговорил Субботин. – После мне будет нужен доступ к фамильной сокровищнице, гардеробной, конюшне, гаражу, кухонной утвари и прочему движимому имуществу.

Нехило он замахнулся! Да ещё и кухонную утварь в один ряд с фамильной сокровищницей поставил.

– У меня есть месяц для внесения четверти от нужной суммы, – сказал я, глядя на оценщика.

Типичный крючкотворец на страже казённого имущества, такого можно и нужно посылать куда подальше от моих владений, а то он и вправду начнёт мои подштанники пересчитывать. А уж про ложечки вообще молчу.

– Так вот, уважаемый Демид Субботин, – продолжил я. – Ровно месяц и ни днём меньше. Только после этого ваш аукционный дом имеет право оценивать, пересчитывать и описывать. Так что благодарю за визит, но вам придётся покинуть мой дом.

Субботин замер, глядя на меня немигающим взглядом. Я прям чувствовал, как в его голове прокручиваются строчки договоров, положений и указов. На самом деле я блефовал – изучить документы я не успел, но мне было достаточно слов Алёны.

– Действительно, такая отсрочка есть, но это не имеет смысла. По имеющейся у меня информации князь умер, – произнёс наконец старик.

– Но вот же я, прямо перед вами, – я развёл руки в стороны и покрутился, чтобы старик мог рассмотреть меня со всех сторон. – И могу вас заверить, что я очень даже жив.

– Документальных подтверждений вашего состояния у меня нет, – Субботин заглянул в планшет и нахмурился. – Если же смерть будет официально подтверждена, то мне придётся снова ехать сюда для оценки.

– Вот и отлично! – воскликнул я, указав на выход. Многовато у меня за последние сутки посетителей, хоть двери заколачивай. – Уверен, вам не придётся приезжать в моё поместье второй раз. Всего хорошего, был рад знакомству.

* * *

Недалеко от поместья, в рощице, прилегающей к крематорию, расположились двое мужчин в камуфляже. Артефакты сокрытия делали их практически незаметными на фоне тёмно-зелёных кустарников.

– Вон он, видишь? – негромко сказал один из наблюдателей – невзрачный, неприметный и блёклый, как и положено хорошему шпиону. – Сначала выставил из дома инквизиторов, потом с толпой разобрался, а сейчас и оценщика Троцких прогнал. Это если наши информаторы не врут.

– Откуда столько прыти у покойника? – недовольно пробубнил второй наблюдатель, пришлёпнув комара. К сожалению, ни один артефакт не защищал от этих мелких гадов.

– Ну раз инквизиция ничего не нашла, демона в нём нет, – задумчиво протянул первый. – Иначе мы бы уже на площади любовались чадящим факелом и слушали визги толпы.

– Прошлые исполнители совсем мышей не ловят? – второй выругался и почесал щёку. – На фотках видно удары от кинжала, но князь почему-то до сих пор небо коптит. Идиоты.

– Ладно, этих неудачников наверняка уже пустили в расход, – первый убрал бинокль и задумался. – Как думаешь, он правду про Защитника сказал или это просто слухи среди местных? Информаторы…

– Да наплёл с три короба, лишь бы его на вилы не подняли! – фыркнул второй, не дав договорить.

– Тогда действуем по плану, – первый скривился на реплику напарника, но не стал комментировать излишнюю эмоциональность. Профи должны быть хладнокровными и терпеливыми, а этот парень совсем не такой. – Ждём вечера, и как только стемнеет, добьём князя. Надеюсь, ты прав и у рода Громовых не появился Защитник…

Глава 6

«В этом году в списках отбывающих на Рубеж аристократов новое имя. Юрий Громов не только достиг совершеннолетия, но и занял место главы рода. Впервые за десятки лет Каньон Дьявола будет защищать князь лично».

Александр Новиков отложил телефон и усмехнулся. Он знал Громова с детства: болезненный и слабый не только телом, но и характером, парень был хорошим партнёром для игр и шуток над старшими. Жили они совсем рядом, хотя всё Подмосковье можно считать одной большой деревней, так что выбор друзей был ограниченным – наследнику графского рода не пристало дружить с баронами.

Родители Александра и Юрия вели совместный бизнес, поэтому их сыновья часто виделись на приёмах, вот и подружились. Ну как подружились, скорее стали очень близкими приятелями. Инфантильный и склонный к транжирству Юрий нравился Александру своей честностью и бесхитростностью. После взросления Юрий ничуть не изменился, и даже смерть родителей не заставила новоиспечённого князя хоть немного повзрослеть.

Надо будет заглянуть к соседу, поболтать, вспомнить старые времена, – подумал Александр. Будет забавно, если сам князь даже не в курсе, что его включили в списки отбывающих на Рубеж. По крайней мере, Новиков ничуть не удивился бы этому.

Он снова взял телефон и зашёл в нужное приложение. Кто его знает, вдруг это последняя возможность попрощаться со старым знакомым. Вряд ли Юрий Громов долго протянет там, где гибнут подготовленные бойцы и тренированные маги. Куда уж князю, с его-то первым магическим рангом!

«Давненько не виделись, княже, – написал он соседу. – Как насчёт партейки-другой сегодня вечером?».

* * *

После того как оценщик уехал, я зарылся в бумаги. Договоры, закладные, расписки, законы – я погряз во всём этом часа на четыре и с удивлением понял, что родители князя Громова жили экономно и скромно. А вот мой предшественник тратил бешеные деньги на гардероб, рестораны и некую Дарью Сташинскую.

Суммы, которые уходили на подарки этой особе, превышали все пределы разумного, а чеки из ювелирных салонов и вовсе заставили меня скрипеть зубами. Идиот малолетний! Да за эти деньги можно было купить завод или фабрику!

Но вместо того чтобы преумножать накопленное родителями, князь продавал всё, что считал бесполезным. Подумаешь, какая-то косторезная фабрика! А между прочим, она приносила почти тридцать процентов дохода. И как я понял, кости там использовались не простые, а из того самого Каньона Дьявола, в который я скоро отправлюсь.

Вот кстати и один из источников дохода: в Каньоне добывали различные ингредиенты для дальнейшей обработки. Кости, клыки и шкуры монстров, редкую руду и даже травы, которые росли только там. И всё это можно было легально продавать как скупщикам рядом с Рубежом, так и в пункты приёма в любом городе Российской Империи.

Я отложил документы и залез в интернет. Здесь его называли «миром», то есть для местных «выйти в мир» означало буквально связаться с миром. Забавно, конечно, но я отвлёкся. Так вот, я начал вбивать в поисковой строке самые дорогие ресурсы из Каньона и завис ещё на час.

Так бы и сидел изучал все эти разновидности шкур и костей, если бы не пришедшее сообщение всё от того же Александра Н. Он предлагал зайти в гости и сыграть в партейку. Ответив утвердительно, я начал читать всю нашу переписку, чтобы понимать, о чём мы с этим Александром общались, и в какие игры играли.

Как оказалось, играли мы в стандартную девятку, которую почему-то называли баккара. Ну с правилами я был знаком, так что, освежив их в памяти и убедившись, что они почти не отличаются от привычных мне, спустился вниз.

Надо бы перекусить, тем более перед приёмом гостей. Кто его знает, насколько это всё затянется, а я с утра вместо завтрака выпил кофе, а потом не до того было.

Уж не знаю, кто готовил ужин, но он оказался настолько вкусным, что я сам не заметил, как умял сначала порцию мяса в сливках, потом полпирога с птицей и завершил ужин вишнёвым пирогом. И только после этого я откинулся на спинку кресла, сытый и довольный, оглядел столовую и улыбнулся.

Хорошо быть аристократом. Тут тебе и полноценное питание, и уборка, и стирка. Никаких носков в углах или потускневшего от брызг зеркала в ванной. Кра-со-та!

– Ваше сиятельство, к вам прибыл Александр Новиков, – доложил Захар, стоило мне встать из-за стола. – Я проводил его в малый кабинет, как обычно.

– Спасибо, Захар, – поблагодарил я слугу, а потом задумался. Меня бы ещё кто проводил, а то собственный дом не знаю. Непорядок.

– Что, хозяин, дорогу забыл?

– с издёвкой спросил меня пёс, скалясь и размахивая хвостом.

– Могу показать, но с тебя вкусная косточка.

– Тебя что не кормили?

– удивился я.

– А никто распоряжений не давал,

– пёс сел на пороге и состроил обиженную мордочку.

– Хозяину до меня дела нет, Алёна и Захар до сих пор пытаются выгнать Хранителя рода на улицу… только один Архип назвал меня милым пёсиком и даже погладил.

– Дела-а,

– протянул я. Неудобно получилось – питомца завёл, а о его нуждах не позаботился.

– Мясо в сливках будешь?

Вопрос я задал, уже направляясь к кухне. Остатки ужина стояли на плите, так что, не дожидаясь ответа Вольта, плюхнул приличную порцию на блюдо и поставил его на пол. Бедолага накинулся на еду с таким видом, словно неделю голодал. При этом он не замолкал ни на минуту, пытаясь меня разжалобить.

– Ни выгулять, ни за ухом почесать,

– ворчал он, глотая куски мяса. —

Ни выкупать в душистой ванне, ни брюшко погладить.

– Хорош,

– остановил я его. —

У меня животных никогда не было. А ты, между прочим, сам виноват. Где не надо так ты не затыкаешься, а про еду промолчал. Значит, не такой голодный был.

– Да я и без еды могу обходиться,

– сказал он, вылизывая пустую тарелку. —

Просто пахло так вкусно, что не смог удержаться.

– Давай показывай, где кабинет, а то меня уже заждались,

– я усмехнулся. Так и знал, что этот пёс – тот ещё хитрец. Но должен признаться, мясо и вправду было очень вкусным.

Вольт рванул в коридор, видимо, ожидая, что я побегу за ним. Но я не спешил, шёл спокойно и размеренно, как и полагается аристократу после сытного ужина. Меня немного разморило, так что я смотрел на забег пса со снисхождением – надо же ему куда-то энергию девать. Пусть Вольт и не обычная собака, а магическая, всё же он живое существо со своими потребностями.

Пришлось псу бежать обратно ко мне и показывать дорогу нормально. Хотя я уже понимал, где мой кабинет может находиться, – на первом этаже не так много вариантов. Слева от входной двери располагалась гостиная, за ней столовая и кухня, за лестницей – помещения для слуг, так что логично, что кабинет может быть только по правую сторону.

Распахнув дверь в кабинет, я ненадолго замер, изучая обстановку. Просторная светлая комната с высокими окнами, из которых открывался вид на парк, мне понравилась. Стены были выкрашены в тёплый бежевый цвет, а на полу лежал мягкий ковёр на пару тонов темнее.

По сравнению с остальной обстановкой в доме, кабинет вызывал странное чувство. Будто князь плюнул на состояние других комнат и сосредоточился только на этой. Даже мебель здесь была на порядок дороже. Стол из тёмного дерева стоял по центру, слева от него стоял книжный шкаф, заполненный книгами, а справа находился кожаный диван с двумя подушками. На котором развалился высокий хорошо сложенный блондин.

– Здрав будь, княже! – радостно поприветствовал он меня, лениво поднявшись и шагнув мне навстречу.

– Здравствуй, Александр – нейтрально ответил я, пожимая протянутую руку.

– Слухи разные ходят, друг мой, – широко улыбнулся блондин. – Вот я и решил тебя проведать. Сам понимаешь, в нашей глуши не так часто инквизиторы князей навещают.

– Да, было дело, – кивнул я, усаживаясь на диван. Кожаная обивка скрипнула, а я нахмурился. Не показалось значит, что и ремонт тут свежий, и мебель новая. – Всё разрешилось благополучно.

– Ага, я так и понял, – Александр дёрнул головой, смахивая со лба косую чёлку. – Иначе мы бы уже смотрели трансляцию казни. Князей в Звенигороде ещё не сжигали, так что шоу было бы ещё то. Хотя скорее всего тебя бы в столицу увезли, чтобы зрителей побольше было.

Я пожал плечами и взглянул на стол. Не заметно, чтобы князь здесь делами занимался: вместо папок с документами и настольной лампы там лежали шахматная доска, несколько колод карт и игральные фишки.

– И то верно, княже, – сказал Новиков, проследив за моим взглядом. – Карты ждут хорошей игры. Ты готов к проигрышу?

– Не дождёшься, – хмыкнул я и пересел к столу.

Я разложил карты веером, небрежным жестом приглашая судьбу вмешаться в нашу игру. Первая карта – шестёрка. Неплохо для начала. Баккара – игра тонкой интуиции и холодного расчёта. Сегодня я собирался проверить, насколько удача на моей стороне.

Александр вытянул пятёрку, чем сразу похвастался, намекая на скорую расправу. Думал, что я испугаюсь и пропущу ход? Пока что у меня преимущество, но баккара – игра переменчивая. Рисковать или не рисковать? Этот вопрос висел в воздухе. С одной стороны, у меня было неплохое начало, с другой – Александр мог легко перебить меня. В итоге, я решил повременить.

Третий ход, и мне досталась тройка. Итого восемь. Александр взял четвёрку. Девять. Победа осталась за ним.

– Видишь, княже, сегодня фортуна на моей стороне, – усмехнулся Александр.

– Не стоит недооценивать случай, – парировал я, тщательно тасуя колоду. – Всё может измениться в мгновение ока.

– Ты видел списки рубежников? – неожиданно спросил он, меня тему.

– Я даже не знал, что такие списки существуют, – признался я, беря первую карту. Семёрка.

– А вот я заглянул, – продолжил Александр, не обращая внимания на мою карту. – И знаешь, чьё имя я там увидел?

– Думаю, что моё, – спокойно предположил я, вытягивая двойку. Девять. Победа! До чего же примитивная игра, и в то же время так затягивает.

– Так ты серьёзно решил отправиться к Каньону? – спросил Александр, явно удивлённый моим ответом. – На что ты рассчитываешь?

– На неплохой доход и отработку контракта аристо, – пожал плечами, не желая вдаваться в подробности.

В следующей партии я решил сыграть более агрессивно. Первая карта – семёрка. Александр, недолго думая, взял ещё одну и набрал одиннадцать, что в баккаре равно единице. Моя двойка принесла мне победу.

– Знаешь, а ты изменился, княже, – Александр задумчиво постучал пальцами по столу, его взгляд зацепился за мой. – Стал решительнее и… не знаю, будто бы старше.

– Я чуть не умер, впал в кому, – ответил я, горько усмехнувшись. – Близость смерти неплохо прочищает мозги и меняет человека.

– Может и мне рвануть с тобой? Что скажешь? – предложил он. – Звенигород осенью… тоскливое место.

– Зачем тебе это? – спросил я, прищурившись.

– Скучно мне, княже, – признался Александр, изображая усталость. Я не поверил ему ни на секунду.

– А в Каньоне жизнь кипит, – кивнул я многозначительно.

– Ну уж точно веселее, чем тут, – ответил Александр Новиков. – Слушай, а давай скооперируемся. С меня снабжение и транспорт, с тебя – компания. Как тебе такое?

– С чего бы такая щедрость? – удивился я.

– Должок, княже, должок, – отмахнулся Александр, кивнув на карты. – Пятьдесят тысяч – это не мало, налички у меня сейчас нет. А вот транспорт и снаряжение… думаю, мой отец не откажет.

– А если честно? – я посмотрел на приятеля с сомнением. Не верилось мне, что молодой аристократ без таких же материальных проблем, как у меня, добровольно отправится воевать с монстрами.

– Ты же знаешь… – протянул Александр, отводя взгляд. – Полина в город возвращается. С мужем… не смогу я видеть их вместе. А как представлю кривую ухмылку этого Градского! Не удержусь ведь и набью ему морду.

А вот это уже было похоже на правду. Несчастная любовь и соперник, которому хочется врезать – неплохая мотивация, чтобы уехать хоть куда, лишь бы не совершить непоправимое. Тем более, у аристократов свои законы, и вести себя надо соответствующе статусу.

Ответить Александру я не успел – Вольт ворвался в кабинет и принялся крутиться вокруг меня. По его шкуре перебегали молнии, а уши стояли торчком.

– Ого! Вот это масть! – восхитился Александр. – Он что, магический⁈ Ну ничего себе!

– Что такое, дружок? – спросил я вслух. – Соскучился?

– Кто-то пришёл по твою душу,

– сказал пёс, громко залаяв.

– Чужаков чую, пора на охоту.

– Хочешь погулять, да? – мне пришлось изображать недоумка, разговаривающего с псом, но мысленно я спросил совсем другое.

– Сколько и где?

– Откуда я знаю?

– Вольт гавкнул.

– Надо территорию поместья проверить. Артефакты мощные, да и маскировка хорошая.

– Ну пойдём, погуляем, дружок, – я обернулся к Александру и расплылся в улыбке. – Извини, надо выгулять собачку.

– Я с вами! – воскликнул тот и потянул руку к псу. – А погладить можно?

– Если руку по локоть не откусит, – фыркнул я, выходя из кабинета. – Хорошо сыграли сегодня, надо будет повторить.

– Это я всегда пожалуйста, знаешь же, – Новиков подмигнул мне и поспешил за псом. – А насчёт совместной поездки ты всё же подумай.

– Обязательно, – кивнул я со всей серьёзностью.

От таких предложений не отказываются – денег у меня на транспорт и экипировку нет, а насколько я понял, добираться до Рубежа придётся с двумя пересадками. При этом, чем ближе мы будем к Каньону, тем больше шансов нарваться на сбежавших монстров. Вместе нам будет проще справиться с ними.

– Слушай, а где ты взял такого красавца? – спросил Александр, как только я распахнул дверь, и пёс стрелой выскочил наружу. – Я бы себе такого завёл.

– Вообще-то, это Защитник рода, – сказал я, решив придерживаться той же легенды, которую рассказал остальным. – Он спас меня от смерти, а теперь вон бегает, кусты метит.

Вольт и правда демонстративно задрал лапу и глядя мне в глаза пометил сначала крыльцо, потом кусты, потом какое-то дерево. Я закатил глаза, но отчитывать его не стал – в глазах моего приятеля именно так и должен поступать послушный пёсик.

– Надо же… – Александр всмотрелся в убегающего вдаль пса и покачал головой. – Не думал, что когда-нибудь увижу настоящего Защитника. Всегда думал, что это сказки.

– Как и я, – мне стоило немалых усилий изображать простачка-князя, но вроде бы я справился.

Хотя иногда я ловил на себе задумчивый взгляд Александра. Он будто пытался заглянуть мне в душу, разглядеть там что-то. И этот его шутливый тон… не похож он на балагура-весельчака. В глазах моего приятеля то и дело проскальзывал лёд.

Кажется, мне не удалось провести Александра, при этом он сделал вид, будто поверил в мою историю. Почему он вдруг решил отправиться на Рубеж, да ещё и в моём сопровождении? Решил проверить наверняка?

При таких агитационных роликах, которые тут крутят, каждый должен знать об альтернативном способе проверки одержимого. Выходит, что с Александром Новиковым мне следует быть настороже. Как, впрочем, и со всеми остальными.

Эти мысли проносились в моей голове, пока мы с приятелем князя наблюдали за перебежками пса. Я всё чаще возвращался к одной детали, которая зацепила моё внимание в изученных бумагах. Некий Альфред Монтеро предлагал баснословную сумму за статую электропса ещё родителям князя.

Первое предложение поступило Громовым аж восемь лет назад, и с каждым годом нули в этом предложении только увеличивались. Но Алексей Иванович Громов каждый раз отвергал столь щедрую сумму, аргументируя отказ тем, что статуя дорога роду как память предков.

И теперь, глядя на сверкающую молниями шкуру Вольта, я начал понимать, что эта самая память предков оказалась очень даже важна для рода. А не могло ли случиться так, что родителей Юрия, да и его самого убили именно из-за пса?

Кстати, а где он? Я покрутил головой, но Вольта не увидел.

– Саша, куда он делся? – спросил я у блондина, позабыв про манеры и вежливость. – Вольт⁈ Ты где?

– Только что был здесь, – нахмурился Александр, выглядывая по сторонам моего питомца. – Кажется, в той стороне видел его в последний раз.

Я посмотрел на заросли боярышника, на которые указал Новиков. По ушам ударил громкий собачий визг. Звук был такой, будто кто-то заживо сдирает с пса шкуру. Не раздумывая ни секунды, я рванул к кустам. Только бы успеть!

Глава 7

Когда я увидел неподвижно лежащего на земле Вольта, у меня на секунду дрогнуло сердце. Вроде бы мы с ним вместе всего ничего, но я успел привязаться к этому хитрому псу настолько, что вокруг меня уже били молнии. Что самое интересное, людей я рядом не видел.

Точно! Вольт же говорил про артефакты! Значит, эти гады маскируются? А молнией по кумполу они не хотят⁈

В этот момент во мне что-то пробудилось. Что-то древнее и мощное. Из моих рук вырвался сноп искр, а затем всё пространство вокруг меня затопило белоснежное пламя. Молнии сверкали, сыпали искрами, трещали от напряжения, но я не останавливался.

Вольт вдруг резко дёрнулся, вскочил на лапы и рванул ко мне, высунув язык.

– Убегают! Не туда целишься!

– крикнул он.

– Я покажу!

Он сменил направление и побежал влево, разминувшись со мной буквально на пару метров. Я не стал расспрашивать, как пёс так быстро пришёл в себя и почему он визжал – не до того было. К тому же, как раз Александр подоспел, собираясь помочь мне найти тех, кто «сделал больно собачке».

Вольт же с прытью, которая никак не соотносилась с его визгом и неподвижностью всего пару минут назад, скрылся в кустах боярышника, росших вдоль невысокой изгороди. Я уже нагнал его и выпустил несколько молний за пару метров до пса. В кого-то я всё же попал. Сдавленный мужской крик показал мне направление бегущих, хотя благодаря Вольту я и так его уже знал.

Александр решил не оставаться в стороне и взмахнул руками, заморозив траву вокруг себя. Недовольный таким результатом, мой приятель снова и снова пытался сделать что-то странное. После его манипуляций пошёл снег, который очень удачно облепил раненого шпиона и обрисовал ещё одного, бегущего от нас в другую сторону. Догонять его я не стал – Александр уже ломанулся за ним, а мы с Вольтом остались на месте.

Я решил допросить лазутчика, но в груди вдруг начало разгораться пламя, словно там раскалённый камень вместо сердца. Та сила, что уже пробудилась во мне, снова взяла верх. Я не контролировал себя, лишь наблюдал, как мои руки взмывают вверх и обрушивают на голову врага фонтан молний. Электрическая дуга толщиной с канат протянулась от меня к мужчине, громкий раскат грома, похожий на выстрел, прорезал воздух.

Молнии били в землю, врезались в деревья и кусты, подпаливая те за секунду, а я никак не мог остановить всё это безобразие. Это и есть те самые воспоминания о мощных заклинаниях, которые мне обещало существо, призвавшее меня в этот мир? Если так, то мне уже не очень нравится этот конкретный пункт договора. Как-то я рассчитывал на знания, а не на то, что моё тело перестанет меня слушаться.

Когда молнии прекратили буянить, а электрическая дуга впиталась обратно в меня, я даже осел на землю от слабости. Кажется, я истощил магический запас, или ману. Не знаю, как в этом мире такие штуки называются, но ощущения мне очень не понравились. Придётся разбираться ещё и с этими внезапными порывами, которые, честно сказать, только мешают.

Кого мне теперь допрашивать? Надеюсь, хотя бы Александр не добил второго шпиона. Бросив взгляд на обуглившееся тело, я вздохнул и поспешил в ту сторону, куда убежал мой приятель. Вольт держался рядом, не забегая вперёд и не делая попыток обогнать.

– И что это было?

– спросил я, не удержавшись.

– Ты визжал так, будто с тебя шкуру сдирают.

– Ну-у…

– протянул пёс задумчиво.

– Мне показалось, что так будет веселее. Заботливый хозяин бежит спасать своего любимого питомца, а тот на краю смерти вдруг встаёт и бросается в объятия к своему спасителю.

– Чего?

– опешил я. —

Ты притворялся?

– Самую малость,

– Вольт высунул язык и улыбнулся.

– В меня правда выстрелили из артефакта.

– Подожди… я просто пытаюсь понять,

– я даже остановился на мгновение, представив сцену спасения, описанную псом.

– Ты что дамских романов перечитал?

– Зачем мне читать романы, если я вживую видел и не такое?

– пёс захлопнул пасть и гордо выпрямился.

– Вообще-то в давние времена именно так и поступали благородные рыцари.

– Какие, мать твою, рыцари⁈

– взбеленился я.

– Ты что принцесса на выданье? Ты собака! Магическая собака, которую мне приписали в качестве помощника! Может мне тебя ещё на ручках носить и шляпки покупать⁈

– Ну и ладно,

– огрызнулся Вольт и демонстративно отвернул морду. —

Так бы и сказал, что ты мне не друг. Я бы понял. И вообще…

– Что вообще?

– я закатил глаза и сделал глубокий вдох, чтобы успокоиться. Этот пёс, кажется, решил меня потроллить.

– А ничего, всё уже,

– он засеменил к кустам с оскорблённым видом, а я шлёпнул себя ладонью по лбу. С такими помощничками я сам скоро буду как собака на людей кидаться.

Александра мы нашли быстро. Мой героический друг лежал под кустиками с разбитой головой и не подавал признаков жизни. Мне пришлось щупать его пульс, а потом, убедившись, что он не помер, тащить на себе в поместье. Понятное дело, что второй шпион сбежал, но как же меня трясло от злости.

Вольт ведь мог обезвредить обоих, если уж видел или чуял их. Он мог постоять за себя, в этом я ни капли не сомневался, но вместо этого решил изобразить «деву в беде». И это пёс! Магический питомец, который должен был стать моим помощником!

Ещё и мой странный приятель внезапно захотел в Каньон Дьявола после пары партий в девятку! Они с ума меня сведут, ей богу. Осталось только дождаться очередных гостей, которые вымотают мне нервы, и вот тогда я поверю в то, что моё появление в этом мире нифига не похоже на спокойную жизнь аристократа.

Стоило мне затащить Александра Новикова в гостиную, как набежали слуги. Захар с Архипом начали спорить, стоит ли вызвать лекаря, а Алёна блуждала по лицу раненого графа подозрительно ласковым взглядом. У неё что, чувства к Александру? Этого мне только не хватало.

– Говорю тебе, надо его сиятельство отнести в гостевую спальню, обмыть от крови и вызвать лекаря, – не унимался Захар.

– А на какие средства ты его вызывать собрался? – парировал Архип, скрестив на груди руки.

– Так ведь ежели он тут помрёт, у нашего князя опять проблемы будут, – Захар стоял на своём, и, кстати, с последним его аргументом я был согласен. Лишние проблемы мне точно не нужны.

– Захар, принеси воду и тряпки чистые, граф тут на диване пусть полежит пока, – распорядился я. – Не стоит его лишний раз таскать, мало ли вдруг хуже сделаем. И да, вызови лекаря. Нехорошо будет, если мой гость пострадает в моём доме.

– Слушаюсь, ваше сиятельство, – Захар поклонился и с довольным видом посмотрел на Архипа. – Говорил же, что князь наш изменился, а ты не верил! Вон какой стал! Совсем как батюшка его покойный.

– Иди уже, – поторопил я его и повернулся к Архипу. – Ты же за счета отвечаешь? Уж на лекаря должны быть деньги. Это не ремонт кабинета и не новый ноутбук.

– Так на этот ремонт и ушли последние сбережения, – пробубнил Архип, направляясь к выходу из гостиной. – Да на фифу эту… блогерку Сташинскую, и ведь ничего у неё не слиплось.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.