Ника Крылатая
Стань моей. Навсегда

Глава 1. Настя

Вхожу после работы в съемную квартиру и спотыкаюсь о сумки. Ими заставлен коридор. Что происходит? Нас выселяют? Хозяйка ничего не говорила, как и Ира.

– Ир, ты дома? – кричу. Наклоняюсь, чтобы расстегнуть ботинки, когда в коридоре появляется Ира. Вид у нее очень виноватый.

– Ир, что происходит? – нехорошее предчувствие холодком проходится по позвоночнику.

Не подруга, нет, соседка по квартире прикусывает губу. Переминается с ноги на ногу, а потом ее глаза вспыхивают злостью.

– Мы съезжаем, – говорит с вызовом и упрямо задирает подбородок.

– Как? Когда? – я так и застываю в полусогнутом состоянии.

– Лично я – сегодня, – огорошивает меня. – А ты завтра должна освободить квартиру.

– Ир, но почему так быстро? – я просто в шоке. – Почему?

– Извини, Насть, – Ира складывает руки на груди, отгораживается от меня, – я не знала, как тебе сказать раньше. В общем, я сегодня съезжаю к Сереге. А ты завтра освобождаешь жилплощадь. До обеда. Как раз и оплаченный месяц закончился. Но хозяйка разрешила переночевать.

– Но я не найду до завтра даже угла! – наконец, выпрямляюсь. Дрожащими пальцами начинаю снимать куртку. – Учебный год начался, все студенты расхватали.

– Слушай, Насть, – Ира начинает злиться. – Квартиру по договору снимала я. Мне просто нужна была соседка, чтобы платить напополам. Теперь мне квартира не нужна. Ты же взрослая девочка, выкрутишься.

Резко развернувшись, она уходит в комнату. Оттуда раздается грохот.

А я стою в ступоре. В голове звон и пустота. Грохот повторяется, я вздрагиваю и немного прихожу в себя. Иду в комнату, перешагивая через сумки. Ира там пакует последние вещи.

– Ты могла мне и раньше сказать, – говорю с обидой в голосе. – Одиннадцатый час. Ночь на дворе.

– И что? – Ира застегивает сумку и толкает ее в коридор. – Дольше надо было на работе сидеть.

– У меня смена была до десяти! – возмущаюсь такой наглости.

Ира открывает рот, но не успевает ничего сказать. Раздается звонок в дверь. Оттолкнув меня, проскальзывает в коридор. Открывает дверь.

– Сереж, – в голосе тонна радости, – я все. Сейчас только куртку надену и готова.

– Привет, – здороваюсь с парнем.

– А, привет, Насть, – машет мне. – Как дел? Норм?

Не отвечаю. Разворачиваюсь и прохожу в комнату. Сажусь на продавленный диван и хватаюсь за голову руками. Завтра мне негде будет ночевать и оставить вещи. Денег в обрез. А сейчас найти даже угол – большая проблема. Если бы Ира сказала раньше, я бы поискала соседку. Одной мне даже эту квартирку не потянуть.

– Ира! – кричу, бегу в коридор. Сергей унес часть сумок, стало свободнее. – Во сколько завтра хозяйка придет? Попрошу ее подождать с оплатой. Я найду соседку.

– Понимаешь, – Ира мнется, опускает взгляд. – Не получится. Квартира сдана по цене выше, чем снимала я.

– Ира, – выдыхаю, съезжая по стене на пол. Вернувшийся Сергей смотрит на меня недоуменно, но Ира не дает ему и слова произнести. Впихиваем ему в руки сумки.

– Насть, ночь впереди, – Ира буквально выталкивает своего парня из квартиры. – Успеешь жилье найти и вещи собрать. У тебя их немного.

Подхватывает последнюю сумку, выволакивает ее на площадку.

– Будешь уходить – дверь захлопни, ключи на полке оставь, – командует и закрывает дверь.

Я остаюсь одна в пустой квартире. Прекрасно! Вот просто прекрасно! Времени скоро одиннадцать. Мне нужно собрать вещи и найти, куда их завтра перевезти. Только искать прямо сейчас угол бессмысленно, так поздно никто на звонок не ответит.

Сижу пару минут, осознавая происходящее. Продавец цветов, хотя моя должность красиво именуется флорист, не так чтобы много получает. Но дела в поселке, откуда я родом, еще хуже.

Выдохнув, поднимаюсь. Иду сначала в ванную, где количество бутыльков значительно уменьшилось. Моего мало было. Мою руки. Потом иду на кухню. Воду для чая приходится греть в кастрюльке, потому что Ира свой чайник забрала. Нахожу заварку, завариваю чай и падаю на стул.

Отупело смотрю в одну точку на столе. А в голове бьется только одна мысль:

– Что же делать?

Обхватываю пальцами кружку. Греюсь о нее.

Уверенная, что все хорошо, я перевела вчера немного денег бабушке. Единственному родному мне человеку. И теперь звонить просить обратно? Она распереживается, а в ее возрасте это очень вредно.

Сижу так несколько минут. Нет сил даже бутерброд сделать. Аппетит пропал от переживаний. Буквально заставляю себя сделать глоток чаю. Потихоньку допиваю весь. А теперь самое время собирать вещи.

Их немного. Так что решаю оставить в крошечной подсобке в магазинчике. Он у нас круглосуточный. Наверное, девочки-сменщицы и переночевать пустят. Вдвоем все равно веселее и не так страшно.

Эта мысль придает сил. Все не так уж и плохо. Пара дней и я найду жилье. Даже веселее на душе стало. Ира, конечно, поступила плохо. Могла бы и раньше сказать. Наверное, побоялась, что я могу сглазить. Она очень ревниво относилась к любому проявлению внимания в мою сторону. Хотя я не давала ни единого повода.

Начинаю собирать вещи. Справляю меньше чем за час. Две не очень большие сумки и рюкзак. И в последний раз укладываюсь спать на диване. Можно было бы сегодня лечь на кровать, она поудобнее, но нет желания.

Сон не идет. Ворочаюсь с боку на бок. Пытаюсь успокоить себя тем, что всегда можно вернуться в родной дом. К бабушке. Она прижмет меня к себе крепко-крепко и скажет, что все будет хорошо.

– Выкручусь, – шепчу в темноту.

В это момент я и правда уверена, что все плохо, но не так сильно. Два-три дня пережду на работе, а там найду угол. Только неприятности не ходят по одной…

Утром я едва разлепляю глаза, заслышав будильник. Заставляю себя позавтракать. Умываюсь, укладываю остатки вещей и спускаю сумки к подъезду.

Такси – роскошь. Но сейчас это необходимость. На автобусе я свою поклажу не довезу.

– О, ты это чего? – удивляется Катя моему такому появлению. – Тебя выселили?

– Да, – отвечаю правду. Глаза сменщицы округляются.

– Правда, что ли? – переспрашивает.

– Да, – отвечаю, втаскивая первую сумку в подсобку. – Ира отказалась от квартиры и поставила меня вчера перед фактом.

– Дела-а, – тянет Катя. – И куда ты теперь?

– Пару дней думаю пожить здесь, пока ищу место, – рассказываю о своих планах. – У нас вон раскладушка стоит.

– Слушай, ну какая гадина! – возмущается Катя. – А чего это она вдруг?

– К жениху переехала, – пожимаю плечами. – А мне рассказывать не захотела.

– Гадина! – припечатывает Катя. – Ладно, – хлопает в ладоши, – думаю, два-три дня здесь можно пожить. Ничего такого. Можно даже попроситься на ночные смены. Вообще тогда ничего подозрительного не будет.

– Угу, – соглашаюсь. – А днем искать жилье.

– Так, – Катя смотрит на часы. – В такую рань букеты никому не нужны. Так что прячь вещички, а я чайник поставлю. Расскажешь мне все, да я домой побегу. А хочешь, я завтра в день выйду? А ты сегодня в ночь останешься? Ночью поищешь объявления, а с утра будешь звонить и поедешь, если надо.

– Спасибо, Кать, – благодарно улыбаюсь. – Отличная идея.

Вот только ни в первый, ни во второй, ни даже в третий день ничего прилично нет. Когда учебный год начался, найти жилье большая проблема, чтобы было приличное и по цене подъемное.

– Ну что? – каждое мое возвращение Катя встречает с этим вопросом.

– Нет, – отрицательно качаю головой. – Там просто ужас какой-то! И хозяин доверия не внушает.

– Как и наш, – хихикает она. – Но пока платит исправно. Все, я побежала. Пора дочку из сада забирать.

Радостная Катя подбегает к дверям, и там сталкивается с нашим хозяином.

– О, Катя, ты уже убегаешь? – удивляется такому раннему окончанию ее смены.

– Настя уже пришла, – оправдывается Катя. – Хочу дочку пораньше забрать. А то всегда почти до последнего сидит. Ну, я пойду?

– Иди, Катя, – улыбается Семен Яковлевич.

Проходит в маленький магазинчик, с важным видом осматривает цветы. Сует свой нос в кладовочку.

– А чего это ты, Настенька, вещи свои тут держишь? – спрашивает, разглядывая мои две сумки. – У нас тут не склад.

– Понимаете, – начинаю оправдываться, – пришлось срочно с квартиры съехать. Но я уже ищу другую! – спешно его заверяю. – Покупатели ничего не видят же. Никому не мешает.

– По пожарной безопасности не положено, – хмурится Семен Яковлевич. Открывает рот, чтобы еще что-то сказать, но его отвлекает колокольчик на двери. Пришел покупатель.

– Добрый день, – обхожу хозяина и иду к мужчине. – Чем могу помочь?

Несколько минут уходит, чтобы обслужить покупателя. Семен Яковлевич молчаливо стоит у двери в кладовочку.

– Заходите еще, – улыбается покупателю. – У нас всегда самые свежие цветы. Всего хорошего. До свидания.

Как только дверь закрывается, переводит взгляд на меня. Не нравится мне это взгляд, масленый какой-то.

– Настюш, а что мне не сказала? – начинает елейным голосом. – Я бы помог. Ты же говорила, у тебя бабушка где-то в поселке?

– Да, – киваю. – А при чем здесь это?

– Бабушку расстраивать не нужно. Пожилой человек, – говорит с заботой. – Вот был бы у тебя мужчина, он бы о тебе позаботился. Не сопляк какой-то, конечно. А нормальный состоявшийся мужик. Красивым девочкам вообще работать вредно. Им бы по салом ходить. По бутикам.

– Это вы на что намекаете? – делаю шаг назад, когда Семен Яковлевич тянет ко мне руку, собираясь коснуться моего лица.

– На то, что необязательно работать здесь, – улыбается. – И самой все оплачивать. Это мог бы делать мужчина, понимающий толк в женщинах и их красоте. Я, например.

Смотрю на Семена Яковлевича во все глаза. Уже к середине его речи зародились нехорошие предчувствия. И вот.

– Вы же женаты! – выдаю главный аргумент. Благоразумно умалчивая о том, что старше меня раза в два, если не больше, и совершенно непривлекательный.

– И что? – пожимает плечами. – В наше время это вообще не проблема.

– Нет, я лучше сама, – делают еще шаг назад. В глазах Семена Яковлевича вспыхивает злость. Меня спасает только, что передняя стена полностью стеклянная и мы как на ладони. – Спасибо за предложение, – улыбаюсь миролюбиво, а у самой от страха сердце сжимается.

– Ну, сама так сама, – его улыбка становится злой. – Я второй раз такого предложения не сделаю. Но тебе даю время подумать до утра. И если останешься такой самостоятельной, то забирай свои вещички и выметайся из моего магазина.

– Но… – у меня просто слов нет от шока.

– Без но, – припечатывает. – Не кобенься, Настя. Красивая девка. Молодая. Одна в городе. Из родни только бабка в глухомани. Чего выпендриваешься? Будешь нормально жить. Спи, гуляй, шопинг там. Ну буду приходить, выгуливать тебя. Так и щедро оплачу, если будешь ласковой.

Меня уже всю трясет от такого предложения. Семен Яковлевич делает два широких шага ко мне. Нависает.

– Подумай, Настенька, хорошо подумай. В большом городе с одинокими девочками всякое случается.

Глава 2. Настя

Семен Яковлевич уходит, а я продолжаю стоять столбом. Хорошо подумать? Подумать?!

Да он издевается!

Думать тут совершенно не о чем! Гадкое и унизительное предложение я точно не приму. Значит, завтра я буду ночевать неизвестно где. К Кате проситься неудобно, у нее муж, ребенок и живут они у свекрови. Разве что сумки можно оставить. А я могу пожить в хостеле. Потом или найду жилье, или…

Мысли прерывает колокольчик. Входит компания девушек. Им нужен букет на день рождения подруге. Они выводят меня из ступора. Голова включается, начинают вертеться мысли. Лезу в банковские приложение, проверяю, сколько денег осталось. Потом пересчитываю наличку в кошельке. Две недели. Если сильно экономить – три. Сразу откладываю в потайной карман деньги на билет. Но в этот момент надеюсь, что вот так – не справившись, я возвращаться не буду. Я ведь обещала, что устроюсь в городе и заберу бабулю сюда.

Вчера меня выбило из колеи заявление Иры, но тогда оставалась работа. А теперь я вообще без ничего остаюсь. Бухгалтером на фирмочке, а по совместительству и специалистом по персоналу, работает жена Семена Яковлевича. Так что я даже не знаю, выплатят ли мне заработанные деньги.

– Мечтай больше, – усмехаюсь горько.

Делаю себе чай. Но он не помогает согреться. Достаю из сумки большую теплую кофту. Хотя в магазинчике тепло, меня трясет. Нервное, знаю. Теперь мне страшно оставаться до утра одной. Накатывает страх. Хотя и камеры есть, и внутри магазинчик как на ладони. Но ночь для меня проходит в тревоге.

Лишь часам к шести утра успокаиваюсь. Все знают, что Семен Яковлевич любит поспать. В такую рань он точно не придет в магазинчик.

В восемь звенит колокольчик и я смотрю на дверь. Пришла Катя.

– Привет! – она протянула вперед руку с зажатым в ней пакетом. – А я блинчиков принесла. Питание у тебя эти дни – сплошная сухомятка.

Проходит в подсобку и ставит пакет на стол. Начинает раздеваться.

– Насть, ты чего такая потерянная? – удивленно хлопает глазами, заметив мое состояние. Замирает, вынув только одну руку из рукава.

– Меня уволили, – хотела произнести будничным тоном, но всхлип сдержать не удалось.

– Ка-ак? – глаза Кати становятся на пол-лица. – За что? У нас по кассе и товару все тютелька в тютельку.

– Не за это, – выдыхаю и первая слезинка катится по щеке. Слезы будто только и ждали, когда я начну говорить об этом.

– А за что тогда? – Катя, так и не сняв до конца куртку, плюхается на стул. – Настя! До инфаркта доведешь!

– За отказ, – отвечаю тихо и отвожу взгляд. Об этом даже вспоминать мерзко.

– За какой отказ? – Катя начинает злиться. – Настя, ну почему каждое слово клещами тянуть нужно?

– За такой! – смотрю на коллегу. Руки сами сжимаются в кулаки от бессилия. – Мазурин предлагал стать его любовницей. Я отказала. Сказал, чтобы утром выметалась.

– Офигеть, – ошарашенно произносит Катя. – Это чего вообще удумал? Не, Насть, ты девка красивая. Особенно если марафет навести, но этот пень куда? Там и работает все через раз. Если работает. Он же как арбуз – пузо выросло, а хвостик засох.

– У меня нет желания это проверять, – заявляю твердо.

– Конечно-конечно, – Катя вскакивает со стула. Путается в куртке. – Черт, – шипит, стягивая ее и бросая на стул. Обнимает меня порывисто. Крепко-крепко. И задает самый главный вопрос, на который у меня нет ответа: – И что будешь делать?

– Искать жилье, – обнимаю ее в ответ. – Искать работу. Что-то да подвернется.

– Обязательно, – Катя стискивает меня в объятиях. – Извини, к себе пригласить не могу.

– Да я понимаю, – разжимаю руки и отхожу. – Можно сумки у тебя оставить? Не хочу с ними в хостел.

– Да-да, – Катя отступает. Поднимает куртку и вещает ее на крючок. – Нет, ну каков козел! И не побоялся же!

– А чего ему бояться? – грустно улыбаюсь. – Скажет, что я все выдумала. Чтобы получше устроиться.

– Это да, – Катя даже не спорит. – Давай все равно чаю с блинами.

– Давай, – сажусь за столик. – Мне прямо было сказано, чтобы утром ни меня, ни вещей здесь не было.

– Козел! – Катя ставит со стуком на стол чашки. – Вещи пока прикроем. А вечером мужа попрошу, заедет на машине.

– Я заберу, как только смогу, – обещаю.

Мы с Катей еще часа два разговариваем о том, что мне делать. А потом я иду искать жилье. Снимаю койку в хостеле на неделю. Устроившись на ней, открываю сайты с вакансиями. Я полна оптимизма. Но через несколько дней поисков настроение далеко не такое радужное.

Деньги тают, работа не находится. Жилье тоже. Просто какой-то замкнутый круг.

Бреду с очередного собеседования. Уверена, что мне не перезвонят. И я не понимаю, почему! Я не прошу нанять меня директором магазина, я всего лишь пытаюсь устроиться продавцом. Обычным продавцом, хоть куда. Но нет…

Звонит телефон. Беру трубку.

– Ну что? – спрашивает Катя с надеждой.

– Нет, – отвечаю расстроенно. Сажусь на лавку.

– Черт! – с чувством ругается Катя. – Чего им надо?

– Не знаю, Кать, – стараюсь не показывать в каком я отчаянии. – Проклятье какое-то. На работу не берут. За жилье требуют деньги вперед. А чем я заплачу, если на работу не берут? – уже едва не плачу.

Погода настроения не добавляет. Низкие серые тучи гонит холодный ветер. На лицо падают первые капли дождя. Вдруг мое внимание привлекает скулеж.

– Перезвоню, – говорю Кате и сбрасываю звонок. Оглядываюсь по сторонам. Скулят за моей спиной. Лезу в кусты. Там, запутавшись в какой-то рваной грязной тряпке, сидит щенок.

Лохматый, одно ухо торчком, он смотрел на меня с такой надеждой, что защемило сердце. Грязная шерсть свалялась. Поджимает переднюю лапку. Весь дрожит.

– Тише, малыш, тише, – тянусь к нему, а он виляет хвостиком. Худой, несчастный, смотрит на меня темными умными глазками, прося о помощи.

Распутываю его из тряпки и беру на руки. Щенок весь трясется от холода. Снимаю с себя шарф и закутываю его. Выползаю из кустов. Вновь сажусь на лавку.

– Ну и куда тебя? – смотрю на щенка с грустной улыбкой. – У меня ни жилья, ни работы, ни денег. И в хостел с животными нельзя.

Щенок скулит и жмется ко мне. Тыкается мокрым носом. Не знаю, сколько он здесь провел времени, но совершенно точно много. И хорошо бы его покормить. Делать нечего, ищу ближайшую ветклинику и иду туда. Щенка осматривают, моют, делают процедуры.

– Вы вовремя его нашли, – говорит мне врач. – Еще бы пару дней и было бы поздно.

Рассказывает, как и чем кормить.

– Приходите через три дня.

Киваю. А сама смотрю на счет, выставленный клиникой. Через три дня мне просто не на что будет посетить эту клинику. И жить мне будет не на что.

– Да, малыш, дорогая нынче медицина, – чистого щенка я засунула за пазуху. Шарф пришлось выкинуть. – Ладно, у нас есть еще целых три дня.

Три дня на то, чтобы найти работу и жилье. Я тут одна найти не могу, а с собакой и подавно не сдадут.

– Ничего, мелкий, – поглаживаю щенка. Мы идем с ним через сквер. – Что-нибудь придумаем. Всегда сможем уехать к бабушке. Там у нас есть дом, из которого не выгонят, – последние слова произношу со всхлипом. Глаза покалывает от слез.

Я устала бегать по замкнутому кругу.

Щенок, поев и согревшись, спит под моей курткой. Вот у кого сегодня счастливый день. Я же как с утра съела бутерброд, так и все. Ноги гудят от хождения по городу. Добредаю до лавочки и падаю на нее.

Пока была в ветклинике, мне позвонили. Опять два отказа. Как так получилось, что не нужны продавцы и уборщицы?

Дождь переходит в снег, а я все сижу, оттягивая возвращение в хостел. Живое существо жмется ко мне доверчиво, как я могу его выкинуть? Очень надеюсь, что смогу уговорить администратора не выгонять нас. Мало мне было проблем…

Темнеет. Становится все холоднее. Я уже подмерзаю. Нужно идти. Тем более рядом с лавкой останавливается какой-то мужчина, хотя вокруг полно пустых лавок. В такую погоду желающих дышать воздухом нет.

На мужчине дорогое пальто, модным узлом повязан стильный шарф. Сразу видно – в деньгах не нуждается. Незнакомец высокий, широкоплечий.

– Холодно, а вы здесь сидите. У вас явно что-то случилось, – не спрашивает, а утверждает. – Я могу помочь.

– Извините, я лучше пойду, – быстро произношу. Один такой помогатель уже был. Больше не нужно. Хочу подняться, но мужчина преграждает мне дорогу.

– Расскажите, – улыбается. – И я помогу.

Улыбка у него обаятельная, да и сам мужчина красив. У такого явно отбоя от девушек нет. И теперь мне становится по-настоящему страшно.

– Пропустите, – пересаживаюсь, но мужчина делает шаг в сторону, вновь загораживая собой. – Мне пора.

– Вы беременны? – кивает на мой живот.

– Да, – вру, надеясь, что отстанет, но щенок начинает поскуливать, разоблачая меня.

– Кажется, у вас там щенок, – улыбается мужчина.

– Послушайте, – запрокидываю голову, чтобы смотреть ему в глаза, – что вам нужно?

– Помочь красивой девушке, – не удивляет древним подкатом.

– Знаете что? – начинаю злиться. – Идите вы… – выдыхаю, – куда шли! Что вы ко мне пристали? Думаете, раз сижу здесь одна, то можно делать… всякие предложения?

– И какие же? – спрашивает насмешливо. – Я пока ничего не озвучил.

– Да бросьте! – меня злит его самодовольный вид. Весь такой лощеный! – Какую помощь вы можете предложить? Взять меня на содержание? Да, у меня проблемы, но с чего вы решили, что я соглашусь их решать таким способом?

Этот тип разрушил остатки моего самообладания. Я скатываюсь в истерику.

– Я не хочу быть содержанкой. Я хочу просто работать! – вываливаю все на незнакомца. – Работать и найти жилье. Никто не хочет мне сдать чертов угол по адекватной цене!

– Девушка, я могу предложить вам жилье и работу, – говорит спокойно, не обращая внимания на мою истерику.

– Нет. Спасибо, – категорически отказываюсь. – Я благоразумно откажусь. Ищите другую дуру.

– Зря, – мужчина садится рядом со мной на лавочку. – Может, в комплекте еще и я иду. Как вы смотрите на то, что я буду вашим? Примерно так – навсегда.

– Вы сумасшедший! – вот теперь я испугалась на самом деле. Вдруг он – маньяк? Подтверждая мои опасения, мужчина крепко сжимает сильными пальцами мой локоть.

– Я закричу, – воинственно предупреждаю, но мужчину это не пугает.

Зато он до дрожи в коленках пугает меня. В голову лезут дикие истории о проданных девушках. Такой мужчина явно промышляет чем-то незаконным.

– Успокойтесь, – произносит миролюбиво. – Меня зовут Алекс Ясинский. Вы можете проверить меня через Интернет. Так уж получилось, что я действительно могу предложить вам жилье и работу. И в комплекте действительно иду я. Так как работать вам предстоит в моем доме. Я даже не буду против, если вы возьмете с собой вашу собачку.

Глава 3. Алекс

– Дарина, скажи своей дочери, что я плешивый перестану девушкам нравиться, – Алекс старался сильно не кривиться. Все же он мужчина и не должен показывать, что ему больно.

А было больно! Потому что одна маленькая принцесса запустила свои цепкие пальчики ему в волосы и старательно тянула, явно желая выдрать клок побольше. Как только он пытался эти пальчики разжать, принцесса поднимала ор хорошим таким командирским голосом. На правое ухо он уже оглох, это совершенно точно.

– Александр, всегда можно побриться налысо, – Дарина мило улыбнулась. – Лысые мужчины очень привлекательны. Поговаривают, у них высокий уровень тестостерона. Так что, уверена, ничего тебе в этом плане не угрожает.

– Да!!! – взвизгнула Ева, будто подтверждая слова матери. И принялась тянуть еще сильнее.

– Вадим? – Алекс умоляюще посмотрел на друга. Тот помогать ему не спешил. Сидел, откинувшись на спинку кресла, и улыбался.

– Что поделать, ты нравишься женщинам, – хохотнул Вадим, совершенно не собираясь помогать другу.

– Я зна-а-аю, – пропел Алекс, когда Ева дернула его за волосы особенно сильно. – Евушка, родительская ты радость, иди ты уже к ним, а? Оставь дяде Алексу его волосы и галстук, окей?

– Неть! – Евушка, чтобы ее «нет» звучало убедительнее, шлепнула Алекса по щеке пухленькой ладошкой. Пощечина получилась звучной. Второй рукой она вцепилась в злополучный галстук и потянула его на себя.

– Радость ты не моя. Кхе, – Алекс закашлялся. Потянул галстук и снял эту чертову удавку. – На, забирай. Мне он нравился, но тебе я готов подарить даже его!

– Аааа! – счастливая Ева взмахнула рукой, зажав в кулачке галстук, и удачно попала Алексу под подбородок. – Лю! – обняв его за шею, чмокнула в щеку и, кряхтя, стала сползать с его колен.

Чтобы еще чего не случилось, Алекс ей в этом быстренько помог, поставив на пол.

– Ма! – Ева рванула к матери. – Пить!

– Идем, моя радость, – подхватив дочь на руки, Дарина направилась на кухню, уносят мелкую разрушительницу.

Алекс был рад за Вадима и Дарину, и Евушку любил, особенно когда она не наносила урон его гордости. Впрочем, галстук это полная ерунда. В прошлый приезд, когда Дарина отправилась встречаться с подругами, Вадим с дочкой зашли к нему в гости. Идти им было всего два этажа вниз, так что Ева выглядела по-домашнему.

Передав дочь Алексу, Вадим ушел в ванную, чтобы почистить футболку, об которую дочка вытерла руки. В дверь позвонили, Алекс пошел открывать, думая, что, возможно, уже вернулась Дарина.

– Привет, котик, – улыбнулась его тогдашняя пассия. Но улыбка быстро сползла с ее лица. – Это кто?

– Ева, – Алекс немного растерялся.

– Это ребенок! – выпалила незваная гостья.

– Ну да, – подтвердил очевидное Алекс. Вот только девушка, по-видимому, решила, что это его ребенок.

– Лжец! – ему прилетела смачная пощечина. Развернувшись, теперь уже бывшая рванула к лифту, быстро проскочила в открывшиеся створки и напоследок показала неприличный жест, оттопырив средний палец.

– Не сильно-то и хотелось, – буркнул Алекс, закрывая дверь. – Неадекватка какая-то да? – спросил у Евы, которая не проронила ни звука, она была очень занята, обмусоливая собственный палец.

– Кто неадекватка? – удивленно спросил Вадим. – Ого. Это где ты успел? – он внимательно смотрел на красный отпечаток пятерни. – Размер не Евкин.

– Твоя дочь только что избавила меня от подружки, – Алекс потер щеку. – Буквально за секунду и навсегда.

– Это как? – на лица Вадима ясно читалось недоумение.

– Решила, что это моя дочь. Пфф, – Алекс шумно выдохнул. – Я даже слова вставить не успел.

– Да, – поддакнула Ева, укладывая ручки ему на щеки. – Лю!

– А папу ты любишь? – Вадим протянул руки к дочери.

– Да! – взвизгнула Ева, перепрыгиваю отцу на руки. Алекс едва ее удержал. Кто бы мог подумать, что такая мелкая может быть такой верткой. С тех пор он поднабрался опыта и точно знал – от детей нужно ожидать всего и в самый неподходящий момент!

Поэтому в этот раз почти без борьбы отдал свой любимый галстук, шелковый, эксклюзивный и очень дорогой! Женщина в любом возрасте женщина. Если просит – отдай и живи спокойно.

– Ну, давай, – Алекс махнул на друга рукой, – можешь ржать в голос. У твоей дочери талант отжимать мои вещи.

Вадим, будто только этого позволения и ждавший, громко расхохотался, запрокинув голову.

– Ты живешь на два этажа ниже, мог бы и не являться в галстуке, – отсмеявшись, выдал дельную мысль Вадим.

– Я спешил! – с важным видом заметил Алекс. – Меня, в отличие от тебя, домашней кухней не сильно балуют.

– Ты уволил повара? – удивился Вадим.

– Это не то, – отмахнулся Алекс. – А вот приготовленное заботливыми женскими ручками, да еще с любовью, это другое, да, Дарина?!

– Подхалим, – язвительно отозвалась Дарина. – Что мешает тебе найти такие же заботливые ручки?

– Ну как тебе сказать, – притворно огорченно вздохнул Алекс, – наверное, то, что эти ручки могут готовить только кофе, и то через раз? А если приготовят борщ, то я вынужден буду жениться?

– Александр, – улыбнулась Дарина, только у нее получалось произносить его имя так, что хотелось встать по стойке смирно и отдать честь, – просто уже признайся, что жениться ты не намерен. Ни на ком и никогда.

Ну и вот что ему ответить на такую провокацию?

– Ну почему же? – Алекс откинулся на спинку дивана. – Жениться я не против. Осталось найти умную, воспитанную, неистеричную, понимающую, чтобы любила меня больше, чем мои деньги, была не против не только родить, но и заниматься детьми, ну и симпатичную. Как ни крути, а я эстет.

– Вадим, предлагаю на твоем заводе наладить линию по производству губозакаточных машинок, – со всей серьезностью обратилась Дарина к мужу. – Первую мы торжественно вручим Александру.

– Да ему просто нужно влюбиться, – хохотнул Вадим. – И быстро забудет все эти списки и критерии.

– Я к ним со всей душой, – Алекс закатил глаза, – а они! Еще друзьями называются.

– Я тебе сейчас чисто по-дружески доверю дочь укладывать, – пригрозила Дарина.

– Ой, нет, – поспешил откреститься Алекс. – К таким потрясениям я еще не готов.

– А что, уже пора? – Вадим посмотрел на дочь, та желания идти спать не изъявляла.

– Пора, – Дарина поднялась из кресла. – Мы пошли. Не будем мешать вашим мужским разговорам. Ева, помаши Александру пока.

– Апа! – Ева быстро-быстро замахала ручкой. – Куп-куп-буль!

– Да, идем купаться, – Дарина понесла дочь в ванную. – Потом сказка и спать.

– Ты женился на идеальной женщине, – вздохнул Алекс, когда Дарина скрылась в коридоре.

– Да, – не стал отрицать очевидное Вадим. – И я не устаю благодарить провидение, небеса и удачу за то, что в тот день ты позвал меня в ресторан. Мне невероятно повезло, что младший Любавин такой придурок. В любви, как и в бизнесе, нужно действовать быстро. А еще, может, я постарел и поэтому стал суеверен, но верю, что в дождь или снег даже в самом тяжелом деле будет удача.

– Ага, мы так и до гадания на кофейной гуще дойдем, – развеселился Алекс. – Рад за тебя, друг, – добавил искренне. – Но очень не рад, что вы уже завтра валите обратно в Москву!

– Что поделать, – Вадим развел руками. – Дел выше головы. Проекты, расширение рынка. Кручусь, что та белка.

Разговор плавно свернул к делам. Дарина, уложив дочь, заварила чай и накрыла столик в гостиной. Уютно устроившись на широком кресле под боком у мужа, она сейчас не была похожа на светскую львицу, сопровождающую Стальнова на мероприятиях. Уютная домашняя рыжая кошечка.

И Алекс подумал, что искать жену явно нужно не среди тех, с кем обычно проводит время. Нет, любая из них радостно прокричит «Да!», вздумай он предложить ей кольцо и себя, но что-то не хочется таких экспериментов. Вот так ввяжешься – потом не отмашешься!

Но все же картинка семейной жизни друга зародила в его уме сомнения.

Проговорив со Стальновыми до полуночи, Алекс ушел к себе. Удобно иметь квартиры в одном подъезде. Хотя и любил больше свой загородный дом.

Вернувшись к себе, Алекс сразу пошел в душ, а потом завалился на кровать. Огромная, низкая, развернутая к окну, чтобы любоваться на ночной город. Вид, конечно, не как на Москву из гнезда одной парочки, но тоже очень красивый. Огни и звезды – шикарно.

Упершись спиной в изголовье, Алекс задумался над важным вопросом – зачем ему вообще сдалась жена? Преимуществ в законном браке он не видел от слова совсем. С Вадимом все понятно, мог бы, так Дарине еще и на лбу штамп поставил, что это эта женщина – его жена.

Итак, вот будет у него жена. Одна и та же женщина будет каждую ночь спать с ним. Каждое утро она. Сутками только она. На всех мероприятиях. В постели. В ресторане.

– Да ну на фиг! – решил он, решительно укладываясь на подушку и накрываясь одеялом. – Спать! А то мало ли до каких ужасов еще додумаюсь!

И вроде бы эту плохую идею он выкинул из головы, но что-то явно пошел не так. В этот раз Алекс летал по делам в Москву. Остановился у гостеприимных Стальновых, хотя собирался в гостинице. Но кто будет спорить с Дариной?

– Ты решила сэкономить на няньке! – разгадал ее коварный план, когда его отправили играть с мелкой.

– Ты ее любимый дядя с самого рождения, – улыбнулась Дарина. – А она у нас девушка капризная. Цени доверие!

– Ценю, – вздохнул Алекс. – Вот сейчас только переоденусь и сразу оценю. Потому что всякие субстанции с моих рубашек не выводятся. А я, знаешь ли, очень люблю свои рубашки. И галстуки.

– Я тебе набор галстуков на Новый год подарю. Недельку, – улыбка Дарины стала ехидной.

– Подарит, да? – он посмотрел на Вадима. Тот кивнул. Алекс вздрогнул. У Дарины прекрасное, как цветущий кактус, чувство юмора. Так что можно морально уже готовиться к подарку. И все же, несмотря на укус в руку и удар игрушкой по носу, он прекрасно провел время.

А сегодня медленно идет через парк, наслаждаясь прохладным воздухом, остужающим гудящую от рабочего дня голову. Темнеет, уже зажглись фонари. Погода к прогулкам не располагает. Ему все равно.

Алекс сначала прошел мимо сидящей на лавочке девушки. Но что-то в ее фигурке зацепило. Вернулся. Девушке явно нужна помощь.

Что ж, как уверен Вадим, начинать дела в дождь или снег – хорошая примета. Наверное, дождеснег тоже подойдет.

И Алекс остановился перед девушкой. Душа требовала совершить что-то хорошее. Только вот исполнение подкачало. Ну привык он по-другому завязывать с девушками знакомства, что теперь поделать…

Глава 4. Алекс

– Алекс, ты идиот, – бормотал Ясинский, топая на выход из сквера. – Напугал девчонку еще больше.

Он просто привык, что все его знают и реагируют совершенно по-другому! Сразу улыбаются, начинают кокетничать и строить глазки. Просто в голову не пришло, что кто-то может не знать его персону.

– Черт! – выругался Алекс.

Девушка и впрямь могла его принять даже за маньяка. Те часто притворяются приличными людьми. Слабым оправданием может служить то, что на улице, вот просто так, он не знакомился уже лет двадцать как. В этом просто не было необходимости. В любой компании и на любой вечеринке всегда находились парочка, да ладно, ну пару десятков девушек, готовых скрасить его вечер и, если получится, всю его дальнейшую жизнь.

Поэтому давно уже дольше месяца с ним рядом ни одна не задерживается. Месяц – это просто какой-то роковой рубеж, когда девушка начинает думать, что из разряда приятного времяпрепровождения переходит в статус постоянной. Ради эксперимента даже несколько раз по календарю высчитывал. Все точно, как в аптеке.

И предсказуемо. И скучно. И надоело уже.

– Интересно, придет или нет? – спросил вслух.

– Кто? – удивился охранник, открывающий дверь автомобиля.

Пока Алекс шел через сквер, конечно, под присмотром, водитель объехал его и ждал у выхода.

– Ай, – отмахнулся Алекс, нагибаясь, чтобы сесть в авто. Но выпрямился и посмотрел на охранника. – Девушку на лавке видел?

– Конечно, – охранник вытянулся по струнке смирно. Трудно было не заметить десятиминутный разговор босса.

– Присмотри, чтобы домой добралась без приключений, – приказал Алекс и сел на заднее сиденье автомобиля.

Откинувшись на спинку, прикрыл глаза, восстанавливая мысленно образ девушки до мельчайших деталей.

Интересная – вот первое слово, приходящее на ум. Среди предков явно был кто-то восточных кровей. Слишком темный цвет радужки, отчего глаза казались почти черными. Большие, выразительные. Колдовские.

Черты лица крупноватые, четкие, будто умелый скульптор постарался. Черные брови, а волосы темный пепел. Да и кожа смугловатая. И губы…

Одна из бывших пассий как-то радостно вещала, что ей косметолог сделал идеальную форму – лук Амура. Или Купидона. В общем, кого-то из этих поганцев мифических. Тыкала острым коготком в верхнюю губу, показывая, как теперь красиво.

Честно говоря, если бы не сказала, он бы и не заметил. А когда заметил, не понравилось.

– Точно не пчела ужалила? – спросил в шутку. Пассия надулась. Но если и правда, объема оказалось чересчур слишком. Если бы не тот скандал, лук этот дурацкий бы и не запомнил.

А вот у незнакомки губы на самом деле идеальные. Красивой формы, пухлые, но без излишеств.

Не кукольная красавица с тонким носиком и острыми скулами, а именно интересная. Такую хочется рассматривать. Такая запоминается. И мимика. Очень живая, настоящая. Девушка не старалась удержать на лице маску неподвижности, чтобы ни-ни вдруг какая морщинка не образовалась.

Алекс успел подметить прилично поношенную куртку, коричневую шапку без бренда, потертые ботинки на толстой подошве. Рядом на скамейке лежал обычный матерчатый рюкзак.

Девушка явно стеснена в деньгах. А еще ему показалось, что она в положении. Очень характерным жестом прикрывала живот.

Может, ей плохо стало? У беременных бывает. Благодаря Вадиму он теперь такие подробности знает, будто сам женат. И ведь соврала же! А там собачка оказалась. Может, выгуливала одно из этих дрожащих пучеглазых созданий? Мелкие тявкающие чудовища.

Но тут же забыл о собаке, когда девушка, подняв голову, посмотрела ему в глаза.

– Послушайте, что вам нужно? – спросила строгим голосом. Но тембр! Мягкий, сочный, грудной. Без идиотского восхищенного придыхания. Завороженный голосом незнакомки, сморозил банальную банальность:

– Помочь красивой девушке.

– Знаете что? Идите вы… куда шли! Что вы ко мне пристали? Думаете, раз сижу здесь одна, то можно делать… всякие предложения?

В голове тут же пронеслись картинки. Да-да, те самые.

– И какие же? Я пока ничего не озвучил, – девушку хотелось поддразнить. Очень было интересно, что же ответит.

– Да бросьте! Какую помощь вы можете предложить? Взять меня на содержание? Да, у меня проблемы, но с чего вы решили, что я соглашусь их решать таким способом? Я не хочу быть содержанкой. Я хочу просто работать! Работать и найти жилье. Никто не хочет мне сдать чертов угол по адекватной цене!

– Девушка, я могу предложить вам жилье и работу.

Язык сработал быстрее мозга. Столько отчаяния было в голосе незнакомки, что захотелось взять ее за руку и забрать с этой лавки к себе. И опять попытка пошутить, только вот девушка пугается. В ее глазах паника. И что успела надумать? Наверняка нечто жуткое.

Сейчас, по здравом размышлении, Алекс понял, как прозвучали его слова. Учитывая обстановку: темнота, сквер и пристает незнакомый мужик.

– М-да, – Алекс почесал затылок, – это я знаю, что я это я. А получилось действительно неудобно. Интересно, придет или нет? Я бы не пришел, – вынужден был признать полный свой провал.

Анализ поступка прервал звонок:

– Объект живет в хостеле, – сообщил охранник. – И сейчас ругается из-за собаки.

– Павел, – Алекс, сам не понимая почему, приказал водителю: – Разворачивайся.

– Слушаюсь, – ответил водитель, даже не думая задавать лишних вопросов.

– Адрес хостела? – резко спросил у охранника. – Присмотри, чтобы глупостей не натворила, я скоро буду.

Алекс, сбросив вызов, повернул голову к окну. Дождь уже окончательно перешел в снег. Погода – дрянь.

– Однако, какая отчаянная девица, – усмехнулся. – Без работы, без жилья, но с щенком.

Подперев подбородок кулаком, он смотрел на медленно проплывающий за окном город. Снег сыпал все сильнее, превращая обычные пробки в грандиозные заторы. Так что прошло прилично времени, когда они смогли припарковаться у хостела.

Машина Алекса остановилась прямо напротив крыльца, перегородив узкий выезд со двора. Но ему было все равно. Ну пусть дорожную полицию вызовут. Оплатит этот копеечный штраф. Гораздо занимательнее было то, что происходило у крыльца.

Незнакомка пыталась убить взглядом его охранника, который мягко, но сильно сжимал ее предплечье. На крыльце толпились постояльцы.

– Садитесь, – крикнул, открывая дверь со своей стороны. – Погода не располагает к прогулкам.

– Это ваш амбал? – зло спросила незнакомка и поджала губы.

– Мой, – улыбнулся Алекс. – Игорь работает в моей охране очень давно. И, уверен, слово «амбал» прозвучало для него оскорблением.

– Так точно, босс, – усмехнулся охранник.

– Да что вам нужно? – незнакомка снова дернулась. – Пристали ко мне! Эй, кто-нибудь вызовите полицию.

– Ну нет, – отозвалась с крыльца девушка с бейджиком, – сама со своими ухажерами разбирайся. У нас ясно в правилах написано – без животных, а ты хотела протащить щенка.

– Всего на одну ночь! – со слезами в голосе воскликнула незнакомка. – У меня еще за два дня оплачено.

– За одну ночь меня попрут с работы, – огрызнулась девушка. – Усаживайся в тачку и вали.

– Ну да, – поддакнула другая. – Тачка огонь просто, – она даже спустилась с крыльца, чтобы заглянуть внутрь, но другой охранник, вышедший из машины, преградил ей путь.

– А давайте я с вами поеду! – не растерялась бойкая девица. – Эта тихоня только и будет сопли на кулак мотать.

– Игорь, – произношу резко. По моему голосу понятно, что этот цирк мне надоел. Да и уже раздаются робкие сигналы машин.

Охранник мягко подталкивает незнакомку к машине, та упирается. Но куда ей сравниться в силе с крупным мужчиной?

Двигаюсь на сиденье, освобождая незнакомке место. Игорь, опустив ладонь ей на голову, чтобы не ударилась, усаживает ее в машину. Следом подает рюкзак. Надо сказать, что с женским рюкзаком на плече он смотрелся нелепо.

– Это все вещи? – киваю на рюкзак.

– Почти, босс. Еще пара пакетов, – показывает пальцем себе за спину.

– Прихвати с собой, – приказываю, и охранник захлопывает дверь. В следующую секунду мягко щелкает центрозамок. Девушка не успевает на долю секунды, и сейчас безуспешно дергает за ручку. Какофонию дополняет скулеж щенка.

– Это похищение! – выкрикивает.

– Это спасение вас от ночевки на улице, – отвечаю спокойно. – Середина ноября не самое лучшее время, чтобы начать закаляться. Или хотите ночевать на вокзале?

– Да вам какое дело? – девушка забивается в угол. Рукой придерживает куртку в районе живота.

– Расстегните. Ему тоже дышать нужно, – напоминаю о щенке.

Незнакомка, спохватившись, опускает молнию вниз. Тут же морда щенка высовывается наружу. Судя по виду – тот еще дворянин.

– Куда вы меня везете? – спрашивает со страхом в голосе.

– Как я уже говорил ранее в сквере, я могу предложить вам жилье и работу, – стараюсь говорить ровно, чтобы не напугать еще больше, если это возможно. – Моей домработнице в загородный дом требуется помощница.

– И вы вот так просто берете в свой дом девчонку с улицы? – удивленно распахивает глаза. Темные омуты просто. – Да у вас же деньги точно есть. Почему не нанимаете через агентство? С рекомендациями, опытом и вот это все?

А незнакомке в уме не откажешь. Все так. Вот только найти хороший персонал не очень просто. Особенно такой, чтобы не лез в постель.

– Вам нужна работа, мне нужен сотрудник, – смотрю девушке в глаза. – Если тряпку в руках держать умеете, то справитесь.

Рассказывать ей всю логическую цепочку я не собираюсь. Тогда точно решит, что я ненормальный. А я просто решил повторить фокус Вадима. Вдруг и у меня получится? А не получится, так хоть поможем друг другу.

В глазах девушки доверия не добавляется. Ладно. Будет разбираться потом. Я устал. Хочу домой и спать. Сейчас совершенно точно нет сил соблазнять пугливых девиц.

– Мы едем за город? – ее глаза распахиваются шире.

– А вы думаете, загородный дом находится в городе? – спрашиваю с улыбкой. – Завтра выходной и мне хочется отдохнуть от города.

– Просить меня отпустить бесполезно? – спрашивает, в ее голосе проскальзывают нотки смирения.

– Посмотрите в окно. Там темно и снег. Мы уже выезжаем из города. В такой поздний час вы не найдете, где переночевать, – привожу аргументы. – В моем доме достаточно комнат и нет запрета на животных. Как я уже говорил, я довольно известный в бизнес-кругах человек. Так что прекратите себя накручивать. Считайте, что вы у меня в гостях хотя бы на эту ночь.

Но вместо того, чтобы успокоиться, незнакомка разрыдалась. Здрасти, приехали!

Глава 5. Настя

– Помогатор, – зло шиплю, шагая прочь от лавки и странного мужчины.

Щенок возится под курткой. Поддерживаю его рукой. Как-то нужно пронести в комнату. А еще малышу нужно куда-то ходить по своим делам. Корма немного купила в магазинчике при клинике. На все остальное просто нет денег.

Но не думаю, что малыш огорчится, если будет есть из пластиковой тарелки, а не из специальной миски.

Я едва не бегу, боясь, что мужчина пойдет за мной. Навскидку, лет на десять старше меня. Привлекательный. Дорого одетый. И подкатывает к девчонкам в сквере! В моем паникующем мозгу остается только его имя – Алекс. А фамилия… что-то не то с осиной, не то с ясенем. И, конечно, никуда я не поеду.

– Не уж, – выдыхаю раздраженно. – А потом скажет – так сама приехала. Что это за такая работа с проживанием?

Очень уж смахивает на предложение бывшего работодателя. Этот Алекс намного симпатичнее, и наверняка часто дает «работу с проживанием». Аж передергивает. Понять не могу, с чего вдруг посыпались такие предложения?

– Тише, малыш, не скули, – засунув руку под куртку, поглаживаю щенка. Такой он мягкий, теплый, и уже родной. – Может, нас не выгонят, – успокаиваю не столько его, сколько себя.

Но чуда не случается. Администратор непреклонна. С животными нельзя и точка.

– Ну, Оксаночка, хотя бы одну ночь! – умоляю ее. – Всего одну. Он маленький. Никого не побеспокоит.

– Настя, ты читала правила, – Оксана смотрит на щенка в моих руках. – Не могу, пойми! Нельзя! Ты сама знаешь, что с нормальной работой в городе плохо.

– Мы были у ветеринара, – привожу еще один аргумент, старясь не думать, сколько денег там оставила. Не жалко, просто они были далеко не лишними. – Его вымыли и проверили на болячки.

– Да все равно! – Оксана начинает раздражаться. – С животными нельзя!

– И куда мне его? – я уже чуть не плачу. – На улицу? Один. Такой маленький. А там холодно и снег.

– И? – складывает руки на груди. – Да, мне тоже жаль и котят, и щенят. Но лишаться работы из-за них я не готова. А если кто-то нажалуется в Роспотребнадзор? Еще и штрафов навыписывают потом. Нет, Настя, не-ет. Уноси его.

– А если не унесу? – спрашиваю с вызовом.

– Значит, так, – Оксана хлопает по стойке ладонью. – Либо ты убираешь его, либо выписываешься вместе с ним. Я могу выдать коробку, пусть переночует на улице.

– Ему будет холодно! – ужасаюсь такому предложению.

– Можешь переночевать с ним, – отрезает администратор. – Мне этот спор надоел. Иди вещи собирай. Я оформлю возврат остатка.

Оглядываюсь на немногочисленных собравшихся. У многих в глазах жалость, но поддержать меня никто не спешит.

– Правильно, – высказывается женщина из моей комнаты. – Я сразу и напишу, куда надо. Я не хочу, чтобы он скулил под ухом всю ночь. А если нагадит? Еще только вони не хватало.

Помощи я не дождусь. Понимаю, что делаю глупость, но как выкинуть того, кого уже обнадежила?

– Хорошо, – сдаюсь я. – Пойду вещи соберу.

Делаю шаг в сторону комнаты, но Оксана останавливает меня.

– Щенка в коридоре оставь, – ныряет за стойку, чем-то шуршит и подает мне коробку. – Сюда пока посади.

– Я быстро, – обещаю дрожащему щенку. Он напуган и поскуливает. Глажу его по голове. – Только вещи соберу. Их у меня мало.

Усаживаю щенка в коробку и оставляю на полу у стойки, а сама бегу в комнату. Чтобы собраться, хватает пяти минут. Бегом возвращаюсь обратно к стойке и забираю перепуганного щенка из коробки. Прячу за пазуху. Я выхожу из хостела, гордо задрав подбородок, а сама в панике.

Куда идти? Где переночевать, да еще и с щенком? Собираюсь позвонить Кате. Если она сегодня в ночь, то приютит нас. Но даже не успеваю достать телефон, только спускаюсь с крыльца.

– Девушка, подождите, – окликает меня высокий широкоплечий мужчина в строгой черной куртке, напоминающей форменную.

Да что сегодня такое? Это уже второй! И вид у него, как у бандита. Не буду я его ждать. Ускоряю шаг, но идти быстро не так просто, под ногами месиво из воды и снега. Мужчина цепко хватает меня за предплечье.

– Отпустите, – дергаю рукой. – Не хочу я с вами разговаривать.

– Подождите, – улыбается, а глаза колючие. – Вам стоит остановиться.

– Я буду кричать, – угрожаю, но мои слова не производят впечатления. – Помогите! – начинаю кричать во всю силу. – Помогите! Спасите!

Амбал морщится, но пальцы не разжимает. Бросаю пакеты, к черту вещи! В рюкзаке все самое ценное и нужное. Приходится одной рукой поддерживать щенка, чтобы не выпал. Конечно, освободиться от хватки у меня не получается. Упираюсь ногами, но подошвы скользят. Я едва не падаю. А амбалу хоть бы хны.

Вижу, что на крыльцо вышло несколько человек. Смотрят, но не пытаются вмешаться.

– Девушка, успокойтесь, – опять заговаривает амбал. – Если вы сейчас упадете, то хуже сделаете только себе.

– Что вам от меня надо? – спрашиваю, не прекращая дергаться.

– Лично мне – ничего, – огорошивает меня ответом. – У меня приказ. Успокойтесь. Минут через десять вы все узнаете.

Успокоиться? Как он это себе представляет? Меня удерживает силой незнакомый мужик, какое тут спокойствие!

– Помогите! – опять кричу. – Оксана, вызовите полицию!

– Оксана, – амбал оборачивается к крыльцу. – Не стоит беспокоиться. В полиции это будет расценено как ложный вызов, – говорит с уверенностью.

– Она что-то натворила? – спрашивает та. Но амбал уже снова пытается взглядом пригвоздить меня к месту. Вопрос он игнорирует.

Все мои попытки вырваться закончились тем, что рюкзак сполз и теперь висит на локтях, очень мешая. Амбал ловко снимает его. А я пытаюсь воспользоваться тем, что на секунду его пальцы не держат мою руку. Но успеваю сделать лишь шаг. Стальная хватка вновь смыкается на плече.

– Десять минут постойте спокойно, – говорит недовольно.

– Я на вас заявление напишу, – снова угрожаю.

– Пишите, – отвечает равнодушно.

Амбал ничего не говорит больше. Просто удерживает меня на месте. У него мой рюкзак с кошельком и документами.

– Может, и правда полицию вызвать? – предлагает кто-то. – Эй, мужик, чего к девушке пристал?

Но подойти к нам никто не рискует. Все стоят и чего-то ждут.

– У меня от вашей хватки рука болит, – говорю, глядя амбалу в лицо. Правая рука и правда побаливает.

Разжимает руку, но молниеносно хватает меня за предплечье левой. У него такие реакции и такая скорость, что самой сбежать шанса нет. С тоской оглядываюсь по сторонам, сморю на собравшихся, но желающих помочь нет.

Вдруг прямо посреди дороги останавливается очень дорогая машина. Эмблема люксовой марки вызывает вздохи зависти. Красивая машина. Плавные линии, пропорции, изящество. Задняя дверь распахивается, и звучит голос, который я слышала буквально часом ранее.

– Садитесь, – следует короткий приказ. – Погода не располагает к прогулкам.

И без него вижу. У меня уже ноги начинают подмерзать без движения.

Амбал, которого зовут Игорь, тянет меня в сторону дорогой машины. Ноги скользят по снежной каше, потому что я не могу сделать ни шагу. Сейчас меня запихнут в дорогое авто, принадлежащее неизвестно кому, и окажусь я где-нибудь работницей сферы интимных услуг. Сердце от такой перспективы просто обрывается, в голове вата, а в ушах шум, будто я сейчас упаду в обморок. Говорю, лишь бы сознание удержать, хотя понимаю безвыходность моей ситуации.

– Да что вам нужно? Пристали ко мне! Эй, кто-нибудь вызовите полицию, – последняя отчаянная попытка. И все такая же безрезультатная.

– Ну нет, – выкрикивает Оксана, – сама со своими ухажерами разбирайся. У нас ясно в правилах написано – без животных, а ты хотела протащить щенка.

Из последних сил сопротивляюсь, умоляю, но меня легко, будто я пушинка, запихивают в машину. Следом летит мой рюкзак. Короткие приказы и дверь захлопывается. Секундная заминка и я дергаюсь к ручке, вот только замки уже захлопнулись. Я в тонированной машине рядом с незнакомцем из сквера. А впереди сидят еще двое.

«Вот и все» – ярко вспыхивает обреченная мысль.

– Это похищение! – кричу, а в моем голосе дикий страх.

– Это спасение вас от ночевки на улице. Середина ноября не самое лучшее время, чтобы начать закаляться. Или хотите ночевать на вокзале? – незнакомец говорит спокойно. В его словах есть резон, но ему-то какая разница?

– Да вам какое дело? – придерживая щенка, отползаю по сиденью подальше, пока не упираюсь спиной в дверцу.

Незнакомец не двигается. Только смотрит внимательно и начинает мне объяснять, зачем ему я. Звучит как бред. Я не верю ни единому его слову. В его объяснениях нет никакой логики. Меня трясет от страха. Нервы натянуты до предела. Еще немного и я скачусь в истерику. Я держалась с момента, когда Ира попросила освободить квартиру. А потом посыпалось, как из рога изобилия. Настоящая черная полоса. И вот такая вот вишенка на торте моих неприятностей.

Меня везут за город. Якобы работать. Полиции эти типы не боятся. Да и по этому мужчине видно, что денег у него хватит купить любого. Можно, наверное, прощаться с жизнью…

– Просить меня отпустить бесполезно? – задаю вопрос ровным тоном. Накатывает апатия. Будто что-то внутри ломается. Я прямо слышу звон разбившихся мечтаний и надежд. Скоро я стану одной из… пропавших, исчезнувших. Которых или никогда не находят, или находят слишком поздно.

Незнакомец говорит спокойно, уверенно, так и не дотрагивается до меня. Даже руку ко мне не протянул. Его слова звучат разумно. И убивают во мне последние искорки надежды. Не отпустит. Или, скорее, не выпустит.

– Посмотрите в окно. Там темно и снег. Мы уже выезжаем из города. В такой поздний час вы не найдете, где переночевать. В моем доме достаточно комнат и нет запрета на животных. Как я уже говорил, я довольно известный в бизнес-кругах человек. Так что прекратите себя накручивать. Считайте, что вы у меня в гостях хотя бы на эту ночь.

Как красиво звучат эти слова. Вроде как обещание, а на самом деле – для меня страшная угроза. За такими красивыми словами почти всегда скрывается мерзость.

Я подвела бабулю. Когда я ей завтра не позвоню, она расстроится. А потом не сможет дозвониться мне. Это ее убьет.

«Прости, бабуля. Я тебя люблю»

Осознание этого накрывает. Больше нет сил держаться и я начинаю рыдать. Горько, безудержно, внутри холод и боль. Щенок, будто чувствуя все, жмется ко мне и жалостливо скулит.

Глава 6. Алекс

Смотрю на концерт, устроенный этими двумя в моей машине. И, честно говоря, я в полном шоке. Даже мелькает мысль высадить незнакомку, пусть идет куда хочет. Но на улице темно и холодно, а мы выехали на трассу. Разворачиваться тоже не вариант. Из-за снега, который как всегда выпал неожиданно, даже несмотря на прогнозы, движение тяжелое в обе стороны.

И я все же решаюсь дотронуться до девушки, чтобы успокоить. Приблизительно через полчаса приедем. Это я так рассчитывал, но вышло опять все не так.

– Девушка, успокойтесь, – повернувшись полубоком, протягиваю к ней руку.

– Нет! – раздается крик, бьющий по ушам. – Не трогайте меня.

И наступает тишина. Поворачиваю голову и встречаюсь взглядом со своим охранником. Качает головой.

– Паш, тормози, – говорит водителю. Начинает щелкать поворотник и мы съезжаем в карман.

– Вы где ее подобрали? – спрашивает со вздохом.

– В сквере, – устало тру глаза. – Вот так решишь помочь и вот результат. Куда ее, в больницу? Костя, у вас должны быть курсы по оказанию первой помощи.

– Сейчас глянем, – Костя выходит из машины, открывает дверь со стороны девушки.

Прикладывает два пальца к ее шее, поднимает веки и смотрит зрачки.

– Обморок, – выносит вердикт. – Думаю, поспит и полегчает. Разнервничалась девчонка. Вы, босс, что-то хватку потеряли, – усмехается.

– И что делать? – спрашиваю, потому что я просто отказываюсь представлять, что она себе там нафантазировала! – И с ней, и с щенком.

– Эй, иди сюда, – Костя с улыбкой берет щенка на руки. – Ты-то чего тут концерт устроил?

Поглаживает его, потом поднимает за шкирку.

– Кто у нас тут? Пацан. Так, пацан, сейчас мы на улице быстро попробуем по-пацански написать что-нибудь на снегу и, если получится, поставить точку. Да? У тебя мамка или папка, видать, родня хаски или лайки, – прижимает щенка к себе и вновь переводи взгляд на меня. – Александр Романович, в машине тепло. Расстегните куртку девушки и уложите ее поудобнее. Спать будет крепко, примерно, час или два. Если дольше, то врача дернем.

– Павел, помоги, – прошу водителя.

Он помогает мне снять с девушки куртку и устроить незнакомку на сиденье. Чтобы ей было удобнее, сворачиваю ее куртку и кладу себе на колени. Устраиваю незнакомку и придерживаю за плечи. Сзади стоит вторая машина с охраной.

Серьезные мужики уговаривают щенка сделать свои дела на улице. Наконец, миссия выполнена.

– Со мной поедет, – Костя занимает переднее пассажирское.

– Погода дрянь, – Павел усаживается за руль. – Как хорошо, что завтра выходной.

– И не говори, – поддерживаю. – Тяжелое окончание тяжелой недели.

– Александр Романович, – оборачивается ко мне, – а можно вопрос?

– Задавай, – разрешаю. Вижу же, что всем любопытно.

– Вам эта девушка зачем? У вас такие модельки вечно рядом крутятся. А эта сразу видно – не вашего уровня, – усмехается.

– Не поверишь, – отвечаю правду, – сам в шоке. Это все Вадим, черт бы его побрал, со своей рыжей.

– Ааа, – в унисон понимающе тянут мужики и начинают ржать. Они в курсе той истории.

– Нет, Вадим Данилович молодец, – твердо произносит Костя. – Уважаю.

– Поехали уже, а? – бросаю раздраженно.

Два коня снова ржут, но машина трогается с места.

Нет, так далеко мои планы пока не простираются. На данный момент я и сам сомневаюсь в своем здравом уме. Очнется красавица, придет в себя, тогда и поговорим. А девушка в самом деле хорошенькая.

Аккуратно придерживаю ее, чтобы не соскользнула с сиденья на поворотах. Спит, тихонько судорожно вздыхая во сне.

Нет, с такими я еще дел не имел. Чтобы вместо более близкого знакомства – истерика. Вместо призывной, ну или хотя бы кокетливой улыбки – слезы.

– Девушка-загадка, – тихо шепчу, усмехаясь.

Наконец, машина выбирается из снежной каши на нормальную расчищенную дорогу. Все же есть преимущества владения недвижимостью в закрытом поселке с приличными соседями. Никаких проблем со льдом, снегом и прочими проявлениями неожиданностей от погоды.

Въезжаем на территорию – все освещено, управляющая компания вон ловит снежинки еще на подлете. Молодцы, конечно, за свои места трясутся.

Незнакомка спит уже минут сорок, вздыхает, но не просыпается и не шевелится. На полу лежит ее рюкзак, там наверняка документы. Но не двигаюсь, не хочу тревожить сон девушки. Успею посмотреть.

Впереди Костя воркует с щенком. Что-то ему вещает о том, как тот станет большой собакой, умной и воспитанной. Костя у нас собачник, мои алабаи его обожают.

Пока едем, успеваю написать своей экономке, чтобы подготовила комнату для девушки. Не гостевую, а одну из комнат для проживания служащих. Я рассудил, что гостевая комната явно вызовет новый приступ паники. Я же предлагаю ей работу. Так что так будет логичнее.

Павел паркует машину под навесом, и в окно я вижу, как к нам, накинув куртку, спешит моя экономка.

Открываю дверь со своей стороны.

– Алекс, что случилось? – с волнением спрашивает тетя Валя, разглядывая спящую незнакомку. – Кто это?

– Понятия не имеют, – улыбаюсь ей. Тетя Валя смотрит на меня с недоумением. – Это долгая история, – отмахиваюсь. – Так, Павел, помоги мне вытащить ее из машины. Кость, займись щенком.

– Еще и щенок! – охает тетя Валя. – Алекс, ты умеешь устраивать сюрпризы.

Виновато улыбаюсь. Что я могу на это сказать? Просто поднимаю незнакомку на руки и несу в комнату.

Впереди семенит тетя Валя, успевая открывать двери.

– Да аккуратнее неси, – ворчит на меня. – Это вообще нормально, что девочка даже не шевелится?

– Просто спит, – отвечаю нервно. – Теть Валь, я ей ничего не сделал. Просто девушке нужна помощь. Ей негде жить. С работой тоже проблема. А ты мне уже который месяц нервы делаешь, что нужна еще одна помощница.

– Что-то ты темнишь, Алекс, – сомневается тетя Валя. – Я тебя давно и хорошо знаю.

– Ужин готов? – меняю тему.

– Готов, – фыркает. – Давно готов. Сюда, – открывает дверь в одну из комнат.

Укладываю девушку на кровать. Следом заносят рюкзак и два пакета. Интересно, это все ее вещи?

– Щенка я пока заберу, – говорит Костя. Мелкий сильно и не сопротивляется. Сидит на руках, довольный такой.

– И ты иди, – машет на меня руками тетя Валя.

– Наверное, ей в обуви и свитере жарко, – уходить мне не хочется.

– Алекс, иди уже, – строго указывает мне на дверь тетя Валя. – Я без тебя разберусь. Думаешь, не вижу, что эта девушка совсем не похожа твоих обычных подружек? Давай-давай, иди переодевайся и ужинать. Я тут без тебя разберусь.

Буквально выталкивает меня из комнаты. Не ругаться же с экономкой, которая работает у меня уже лет десять, не меньше, и, скорее, является доброй тетушкой, чем наемный работником.

И знает меня действительно как облупленного. Сейчас стыдно вспомнить, скольких девиц она буквально вытаскивала из моей кровати и выпроваживала из квартиры. Так что спорить с ней – себе дороже.

Из крыла для служащих прохожу в холл. Снимаю верхнюю одежду. Потом направляюсь в свою комнату на второй этаж. Принять душ, переодеться во что-то удобное и можно спускаться ужинать.

Когда нет гостей, я предпочитаю ужинать в небольшом эркере, откуда открывается красивый вид на немного облагороженный мой кусок леса. А сейчас вот снежок летит уже большими хлопьями. Красота, хоть и ураган.

– Александр Романович, – тут же появляется Мария, – можно подавать?

– Можно, – улыбаюсь это милой женщине. Готовит она так, что язык проглотить можно. Так что всякие щи и борщи мне есть кому готовить. – Тетя Валя не появлялась?

– Забегала на кухню и опять ушла, – отвечает Мария.

– То есть ужинаю я в одиночестве, – делаю вывод. Пишу тете Вале, не составит ли она мне компанию. Приходит категоричный ответ – нет.

Да что сегодня такое? Все идет кувырком.

Я привык в конце рабочего дня рассказывать тете Вале о своих делах. Проговаривая все вслух, мои мысли выстраиваются в стройные цепочки и приходят решения. Но не сегодня. Можно сказать, что сегодня обычная программа дала сбой.

Даже аппетит пропал, стоило подумать о том, как напугалась незнакомка. И главное, чего? Вот это мне как раз покоя и не дает. Поэтому, закончив есть, иду к ней в комнату. Ненавижу ждать и догонять, а тетя Валя молчит.

– Ну как она? – спрашиваю шепотом, войдя в комнату.

– Спит, – отвечает экономка. – Проснулась, выпила воды и опять уснула. А, успела про щенка своего спросить. Я сказала, что с ним все хорошо.

– Думаю, у него дела явно лучше, чем у нее, – киваю на девушку. Она спит, закутавшись в одеяло. – Может, вызвать Смирнова?

– Не нужно, – отказывается экономка. – Ей просто нужно выспаться. Дыхание ровное, температуры нет. Ты мне расскажешь, где ее нашел? – смотрит на меня внимательно. – Вещей у нее раз-два и обчелся.

– Ее из-за блохастого из хостела выгнали, – отвечаю и тетя Валя в удивлении выгибает брови.

– Ты как оказался возле хостела? – она явно в шоке. – Алекс, ты дальше центра редко бываешь.

– Ну, так вышло, – отвожу взгляд. Приходится рассказать все как есть. Ну, кроме того, что я решил попробовать метод Стальнова с какого-то перепугу. Тетя Валя крутит пальцем у виска.

– Алекс, – качает головой и вздыхает. – Ты ведь умный мужчина. Но иногда как что сделаешь, так хоть стой, хоть падай.

– Зато девушка не бродит по холоду ночью, – резонно возражаю. – Кстати, пора бы узнать, как ее зовут.

Я подхожу к рюкзаку и под возмущенным взглядом тети Вали начинаю искать в нем паспорт.

– Ты еще и в чужих вещах роешься.

– Я не роюсь, – у меня от ее взгляда даже уши начало покалывать. Чувствую себя мелким хулиганом. – Нужно же знать, кто она. Тем более при приеме на работу все равно паспорт нужен для подписания контракта.

Нахожу красную книжицу и открываю. На фото она еще моложе, чем сейчас. Какой-то несуразный подросток. Но глаза огромные и какие-то испуганные.

Анастасия Сергеевна Аверина. Двадцать два года. Уроженка нашей области, из поселка, название которого мне ни о чем не говорит. А еще вдруг понимаю, что ее телефон ни разу не звонил.

– Теть Валь, телефон Насти не находила?

– Кого? – переспрашивает, но быстро сводит концы с концами. – Был. Никто не звонил. Только предупреждения об ухудшении погоды сыплются. Вон, на столе лежит.

Прохожу через комнату к столу. Телефон довольно простой, бюджетной модели. Нажимаю и меня просят ввести код. Можно, конечно, отдать СБ, но смысла в этом не вижу. Но все равно, очень странно, что никто не звонил и не звонит!

– Я тут останусь. Вдруг проснется среди ночи. Точно напугается. А ты лучше бы шел отсюда, – грозно сводит тщательно нарисованные брови на переносице. В свои годы очень следит за собой. – Вот тебя точно испугается. Я бы тебе вообще ремня за такое всыпала.

– Да ушел я. Ушел, – спорить с тетей Валей лучше не надо. Мне порой кажется, что ее мои сотрудники слушаются даже больше, чем меня. Уважают больше точно.

Делать нечего, покидаю комнату и ухожу к себе. Включу что-нибудь по телеку и пошло оно все к черту. Устал.

Глава 7. Настя

Вздохнув, переворачиваюсь на бок и подкладываю под щеку угол мягкого одеяла. Так тепло, уютно, спокойно. И тихо. Странно тихо для хостела. Не слышно не только голосов, но и шума машин. Если в то, что все ушли, а я это проспала, еще поверить можно, то чтобы машины перестали ездить по оживленной улице? Такого точно быть не может.

А потом воспоминания о вчерашнем вечере обрушиваются на меня. Странный незнакомец в сквере, скандал из-за щенка, а потом меня увозят за город…

Распахиваю глаза и сажусь в постели. Сон слетел мгновенно, а сердце гулко и тяжело забухало в груди.

– Тише, не пугайся, – как сквозь вату доносится женский голос и на плечи мне опускаются чьи-то руки. Потом пальцы женщины дотрагиваются до моего лба. – Температуры нет. Ну, здравствуй, красавица.

Голос у женщины мягкий, теплый, ласковый.

Промаргиваюсь и, наконец, зрение фокусируется. Возле кровати стоит невысокая женщина в стильном домашнем костюме цвета морской волны. Легкий макияж подчеркивает светло-голубые глаза, и в них я замечаю тепло. На ее накрашенных светлой помадой губах легкая ласковая улыбка. У женщины стильная короткая стрижка на мелированных волосах.

– Вы кто? – спрашиваю не очень вежливо, прижимая одеяло к груди. На мне только футболка. Джинсы и кофту кто-то снял.

– Валентна Яковлевна, – ее голос не меняет ласковых интонаций. – Экономка или управляющая, в общем, главная по хозяйству в доме Алекса Ясинского.

– Алекс, – выдыхаю. – Это он меня сюда привез, да?

– И привез, и принес, – смеется Валентина Яковлевна. – Да, это был Алекс.

– А… кто меня раздевал? – этот вопрос меня очень волнует. Очень уж мужчина нахальный.

– Я, – успокаивает меня женщина. – В джинсах спать неудобно. Как ты себя чувствуешь?

– Хорошо, – отвечаю, немного подумав. Я выспалась, чувствую себя нормально. Только хочется в ванную. А потом поесть.

– Прекрасно, – кивает Валентина Яковлевна. – Тогда одевайся. В шкафу сложены чистые полотенца, если хочешь принять душ. Ванная и туалет в конце коридора. Не спеши, приводи себя в порядок. Я схожу на кухню и вернусь.

Киваю, как болванчик. Валентина Яковлевна располагает к себе.

– Со мной был щенок. Где он? – спрашиваю, потому что в комнате его точно нет.

– За ним Костя пока присматривает, – отвечает экономка и я выдыхаю. – Позже сможешь его забрать. А сейчас давай умывайся и пора завтракать. Ты проспала четырнадцать часов, думаю, организм требует две противоположные вещи.

Она уходит и я откидываю одеяло. Спускаю ноги на пол, ощущаю под стопами ковер. С любопытством оглядываю комнату. Обстановка довольно простая, в бежевых тонах. Безликая, можно сказать. Но матрас подо мной очень удобный. Постельное тоже хорошего качества. Нажимаю на подушку ладонью. Тоже не такая, как в хостеле. И кровать нормального размера.

Еще в комнате стоит небольшой стол, стул, возле окна кресло. У противоположной стены стоит трехстворчатый шкаф, одна из дверей полностью зеркальная. Есть даже телевизор. Да и сама комната размером не с кладовку.

Прохожу к окну и, отодвинув тюль, выглядываю на улицу. Первый этаж, окно выходит, похоже, на какие-то клумбы, дальше белое пространство, а потом начинается лес. Мне видно было высокие заснеженные сосны.

– Ого, сколько снега выпало, – удивляюсь.

Нахожу свои вещи, одеваюсь и выглядываю в коридор. Несколько закрытых дверей и никого. Спешу в указанную сторону. Там и правда ванная комната и туалет. Делаю свои дела, умываюсь, душ принять пока стесняюсь. А вернувшись в комнату, нахожу там Валентину Яковлевну, выставляющую с подноса еду.

– Завтрак для сотрудников уже был, – говорит с улыбкой. – Но вообще у нас тут всегда можно забежать на кухню, выпить чаю или перекусить. Мария с удовольствием накормит. Но мужчины, конечно, едят по расписанию, им выходить на работу. Потом разберешься, садись ешь.

Сажусь за стол. Валентина Яковлевна наливает и себе чаю и садится в кресло.

– Ночью прям снежный шторм был, – качает головой. – Парням чистить и чистить парковку и дорожки. С другой стороны, разминка, – замечает, что я стесняюсь, и командует: – Ешь давай.

Беру какой-то сложный бутерброд. Откусываю и понимаю, что это безумно вкусно. Ну или я так сильно проголодалась.

– Вы можете рассказать, зачем я здесь? – спрашиваю Валентину Яковлевну. – Ваш Алекс вчера меня просто запихнул в машину.

– За это я ему уже высказала, – фыркает Валентина Яковлевна. – Не бойся, Алекса я знаю давно. Он хороший. Можно даже сказать, добрый. Правда, шуточки у него бывают специфические. Вот как с тобой вышло. Решил причинить добро.

– Действительно, причинить, – хмыкают. И пока я ем, экономка продолжает:

– Так, вот Алекс вчера сказал, что у тебя проблемы с работой и жильем. А мне как раз в этот дом нужная еще одна пара рук. И вроде как найти кого-то не проблема, но жить придется за городом, это раз. Работы бывает после вечеринок много, это два. Ну и спать нужно в своей комнате, а не в спальне Алекса. Это три.

Краснею при этих словах. Намек ясен и понятен.

– Поэтому, Настя, подумай хорошо, – произносит жестко, как настоящий начальник. – И если согласишься, то мы заключим контракт на работу. Со всеми правилами и отчислениями.

А я замираю, не донеся чашку до рта.

– Откуда вы знаете, как меня зовут? Я не говорила свое имя.

Спрашиваю испуганно. А потом понимаю:

– Вы залезли в мой рюкзак и нашли паспорт.

– Ну, положим, не я, – Валентина Яковлевна смотрит на меня внимательно, – а Алекс. И твой паспорт никто не забирал. Но если согласишься здесь работать, служба безопасности тебя проверит. Это обязательно. Сама понимаешь.

– Понимаю, – киваю. – А что нужно будет делать?

– Как обычно, – Валентина Яковлевна делает еще глоток чаю. – Стирка, уборка, глажка. Для масштабной уборки я приглашаю клининг, но за ними тоже смотреть нужно. А одна я не разорвусь. У нас есть прачечная, профессиональные пылесосы и прочее. Еще нужно будет делать уборку в коттедже, где живут охранники и водители. Парни и сами поддерживают чистоту, но приглядывать нужно. График работы порой ненормированный, предупреждаю сразу, но два выходных и отпуск, положенный по трудовому кодексу. Отпуск оплачиваемый. Обычные условия. Как у горничной в отеле или сотрудника клининга. Зато природа тут, – мечтательно вздыхает. – Красота. Озеро свое есть. За поселком хороший лес, я хожу туда грибы собирать. А, – спохватывается, – в садовый сезон иногда помощь на участке требуется. Огорода, как понимаешь, нет. На грядках убиваться не нужно. Но цветники местами нужно прополоть, по весне повозиться с рассадой. У тебя образование есть?

– Я агроном, – теперь я удивляю Валентину Яковлевну. – Колледж закончила. Не здесь, правда, – называю городок, расположенный поближе к нашему поселку.

– Тоже нормально, – смеется. – Цветок не той стороной в землю не воткнешь.

– И щенка можно оставить? – спрашиваю недоверчиво. Прям сказка какая-то. Все слишком хорошо, чтобы в это поверить.

– Оставляй. У нас два алабая в охране. Так что еще одна собака не стеснит. Парни помогут воспитать, – отвечает женщина. Допивает чай и поднимается. Делает пару шагов и останавливается возле моих пакетов. – Это все твои вещи?

– Нет, – отрицательно качаю головой. – Еще две сумки у бывшей коллеги.

– Так, что-то еще хотела сказать, – сводит брови на переносице. – А! У нас униформа. Брюки, мокасины и футболка. В рабочие дни ее ношение обязательно. В выходной – нет. Служебные романы формально не запрещены. Мария и Василий, наши кухарка и садовник, вообще женаты. Но если будут сцены – вылетают оба. Так что подумай хорошо, прежде чем самой начать строить глазки или принять предложение кого-то из парней. Так, кажется, все. Обед в два. Потом и посуду заберу. Думай, взвесь все. Ну а потом или в город тебя отвезут, или останешься здесь работать.

Поставив пустую чашку на поднос, Валентина Яковлевна уходит, оставив меня одну в комнате. Как только дверь за ней закрывается, кидаюсь к рюкзаку. Выдыхаю с облечением, найдя паспорт на месте. Возвращаюсь за стол.

Подумать нужно, но у меня получается выбор без выбора. В городе никто не ждет, особенно без денег и с щенком. Единственный выход сейчас – вернуться к бабуле. Бабушка!

Хватаю телефон со стола. Слава богу, пропущенных от нее нет. Бабуля очень редко звонит первой, все боится, что будет не вовремя. Ставлю телефон на зарядку и открываю браузер.

Хочется посмотреть, к кому в дом я так попала. Забиваю в строку поиска Алекс Ясинский и выкатывается целая страница ссылок. Оказывается, он известная личность. Полное имя – Александр Романович Ясинский, тридцать пять лет. Успешный бизнесмен, богатый, хваткий, и ужасный бабник. Почти на всех фото рядом с ним новая девушка. Все как одна – модельной внешности. Красивые, ухоженные, уверенные в себе и раскованные.

Глядя на эти фото, я понимаю, что Ясинский реально ищет горничную, в другом качестве я его заинтересовать просто не могу.

Остается только удивляться странному способу найма персонала. Пожимаю плечами. У богатых свои причуды. А вообще, неужели так сложно найти горничную, да и еще на такие условия?

– На словах всегда красиво, – вспоминаю свою предыдущую работу. – Надо контракт посмотреть, где штрафы будут.

Вновь смотрю в окно. Красиво как! И забора не видно. Участок, наверное, огромный. И так хочется прогуляться по этому снегу, слепить снеговика… Вот только это не наш двор, а поместье местного миллионера.

Так и сижу в своей комнате, пока не приходит Валентина Яковлевна.

– Идем, время обеда, – она забирает со стола поднос. – Ты решила что-то насчет работы?

– Да, – поднимаюсь и иду за ней. – Работы я не боюсь, без торговых центров и ночных клубов легко обойдусь, но я сначала хочу почитать контракт. Узнать о штрафах и всякое подобное.

– И что ты хочешь узнать? – спрашивает Валентина Яковлевна.

– Ну, – я на мгновение задумываюсь, – вот случайно попадется в стирку с белыми рубашками красный носок. Кто рубашки эти оплачивать будет?

– Таких казусов у нас еще не случалось, – медленно отвечает Валентина Яковлевна. – Все дорогостоящие вещи, которым требуется деликатный уход, отправляются в химчистку. С остальным проблем обычно не бывает. Наказывается только преднамеренная порча имущества. За случайно разбитую тарелку не штрафуют. Нам сюда, – сворачивает за угол, следую за ней.

За разговором мы уже ушли далеко от комнаты. Коридор оказался переходом в основную часть дома.

– Предлагаю двухнедельный испытательный срок, – Валентина Яковлевна останавливается и внимательно смотрит на меня. – За этот срок ты получишь половинный оклад. То есть четверть от того, что обычно платим. Если к концу срока мы поймем, что не сработаемся, то расстанемся. Идет?

Глава 8. Настя

Две недели – это достаточный срок, чтобы понять, захочу ли я тут работать. Эти две недели будет крыша над головой, еда и в конце мне еще заплатят. Даже если немного, то все равно это лучше, чем ехать домой совсем без денег.

– Да, – соглашаюсь уверенно.

– Вот и договорились, – улыбается Валентина Яковлевна и толкает дверь.

Мы входим на огромную кухню, зонированную на две части. В одной стоит все, необходимое для приготовления, а во второй – длинный широкий стол и много стульев. Очень похоже на зону столовой.

Меня встречают любопытными взглядами. И с одним мужчиной мне встречаться неловко. Это тот самый охранник, который поймал меня возле хотела. Смотрит веселым взглядом и ехидно улыбается.

– Итак, знакомьтесь. Это Настя, – говорит Валентина Яковлевна, – она две недели на испытательном сроке в должности младшей горничной.

– Наконец-то, – радостно произносит одна из женщин.

– Светлана, – указывает на нее Валентина Яковлевна, – старшая горничная. И Елена, – указывает на другую, – младшая. Мария – наша кухарка. Ее муж Василий – садовник. Водитель Алексей, охранники Игорь, Костя, Михаил и Саша, – представляет мужчин. – Еще двое в отгулах.

Тот самый амбал, оказывается, Игорь.

– Садись, – командует Мария. – Кормить буду, а то худенькая и бледненькая.

– Маш, сейчас это модно, – хохочет один из мужчин. Я их пока не запомнила.

– Вот кому модно, – строго произносит Мария, – тот пусть и худеет. А ты, Настя, не слушай этих глупостей. Костями греметь тоже не очень красиво. Да и чтобы работу делать, силы нужны.

Сажусь на стул. Я молчу о том, что похудела сильно буквально за последнюю неделю. Экономия на всем положительно вряд ли на ком-то скажется.

Кухарка тут же ставит мне тарелку с супом. На столе хлеб, два салата, пара больших блюд с запеченным мясом и картошкой. На мой взгляд, так ресторан почти.

– Настя, – зовет меня один из мужчин. Поворачиваю к нему голову.

– Я Костя, – представляется он. – Твой зверь пока тусует в подсобке у вольеров. Накормлен и выгулян. Раза так четыре уже.

– Спасибо, – благодарно улыбаюсь, и чувствую, как краснею от неловкости. – Извините, столько хлопот с нами.

– Да ладно, – отмахивается. – Я люблю собак.

– Кстати, о собаке, – вновь говорит Валентина Яковлевна. – Алекс разрешил, чтобы ты его держала в комнате. Но при условии, что щенок не будет доставлять беспокойства. Выгул, уборка и прочее – на тебе.

– А с воспитанием я помогу, – улыбается Костя. – Мне кажется, у него в родне хаски или лайки пробегали.

– Если от щенка будут проблемы, – Валентина Яковлевна смотрит на меня, – то он отправится жить в вольер.

Киваю, соглашаясь со справедливостью решения. Вольер – это не на улицу. У щенка будет теплая будка и еда. А если он и правда родня хаски или лайкам – то ему будет комфортно.

– Это пацан, – опять заговаривает Костя. – Как назвала?

– Никак, – пожимаю плечами. – Я его вчера только в кустах нашла. Успела сходить в ветеринарку. Там его помыли и что-то сделали. А потом нас выгнали из хостела.

– Скандал был знатный, – смеется Игорь. Сейчас он не выглядит таким уж пугающим.

– А ты отчаянная, – Светлана внимательно на меня смотрит, – без жилья и подобрать щенка.

– Я не смогла его бросить, – опускаю голову. – И мы бы уехали к бабушке. Она точно не выгнала бы нас.

Начинаются расспросы. Я новый человек, всем любопытно. Рассказываю о себе, мне скрывать нечего. Только не говорю, почему на самом деле уволили из цветочного. Такие гадкие подробности озвучивать стыдно.

Не замечаю, как съедаю суп, беру второе. Все такое вкусное, что невозможно удержаться. О чем и говорю совершенно искренне Марии.

– Ну, вкусную еду приходится отрабатывать, – смеется она. – Помогать отмывать кухню, разбирать продукты. Таскают их парни. Потому что кто много ест – тот тяжести и таскает.

Все смеются. Видно, что им вместе комфортно работать друг с другом.

– Еще кто-то из них таскает стремянки, если нужно вымыть окно или люстру, – добавляет Светлана. – А также помогают переворачивать матрасы, когда их нужно чистить. Двигают мебель. Но работы все равно много. Дом сравнительно небольшой, чуть больше шестисот квадратных метров, – говорит спокойно, а у меня глаза на лоб лезут.

Обалдеть, какой сравнительно небольшой!

Старшая же горничная продолжает:

– Но очень много стекла, большие окна и светлая мебель. Много текстиля. Так что работа есть постоянно. Требования не запредельные: делать быстро, качественно и не нарушать дисциплину.

– Я после обеда покажу дом и проведу инструктаж, – добавляет Валентина Яковлевна. – После этого подпишешь договор на испытательный срок и можешь быть свободна. Завтра тоже нагружать не буду. Алекс будет дома и шуметь не стоит. С понедельника приступишь к работе. А, и еще, – поднимаю на нее взгляд. – Алексом господина Ясинского называю только я. Для тебя он – Александр Романович.

– Александр Романович, – повторяю, – поняла.

– Молодец, – Валентина Яковлевна смотрит строго. – Главное, не забывай об этом.

Предупреждает. Намек ясен и понятен – к хозяину дома лучше не подходить и на пушечный выстрел.

– Предлагаю выбрать имя мелкому, – влезает Костя, развеивая напряжение. – Какие будут предложения?

– Не знаю, – пожимаю плечами. У меня просто не было времени подумать над именем.

– Ну, раз ему так свезло, – заговаривает один из охранников, – то предлагаю назвать его Лаки.

– Не, лучше Черныш, – влезает другой.

– Ты не голосуешь, – смеется Костя. – Ты алабая предлагал назвать Беляшом.

– А что такого? – искренне удивляется мужчина. – Белый же. По паспорту у них слишком длинные имена. Как у королей каких-то. Собаку должно быть удобно звать. А то пока выговоришь полное имя, уже и забыть можно, что хотел.

Мужчины спорят, мне кажется, что они просто нашли тему поболтать. За столом шум и смех.

– И как назвали алабаев? – интересуюсь у сидящей рядом Марии.

– Белый и Мел, – закатывает она глаза. – Белый мел или мел белый. Представляешь, как крутят у виска люди?

Прыскаю со меху. Получилось, конечно, очень оригинально.

– Угольком назову, – решаю я. – Он такой черненький весь.

Других имен никто не предлагает, ведь я хозяйка щенка, так что последнее слово за мной.

Обед заканчивается и все разбредаются кто куда. Меня уводит осматривать дом Валентина Яковлевна.

Дом Ясинского поражает воображение. Я такие интерьеры только на картинках видела.

– Дом построен в стиле шале, – объясняет Валентина Яковлевна. – Как сама видишь, просто огромные окна, много дерева и каменных элементов. Алекс очень любит этот дом и очень строг в отношении его обслуживания. В выходные уборка не производится, если Алекс дома.

Валентина Яковлевна водит меня из комнаты в комнату, а я на все смотрю, открыв рот. Огромные пространства, высокие потолки, все выдержано в едином стиле, лишь детали отличаются незначительно. Спокойные цвета, натуральные. Спокойствие и уют. Хотя мне казалось, что господин Ясинский должен любить яркие цвета и всякие модные штучки. А тут все спокойно, выдержано.

И сейчас такой вид красивый из окон, белоснежный. Легко представить, что вокруг на километры никого.

Поражает огромный каменный камин.

– Эта штуковина, – Валентина Яковлева слегка морщится, – доставляет очень много мусора. Красиво, конечно, когда огонь в нем горит. Но по факту бесполезная штука. Интерьерная. Такие площади им не прогреть. Зато если просыпал золу – замучаешься отмывать. Сажа, копоть. К счастью, его разжигают даже не каждую неделю. Идем дальше.

Ведет через небольшой коридор вглубь дома.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.