Владимир Поселягин
На просторах неизвестной планеты. Книга первая

Глава 1

Пролог.

Проснулся я от болезненного удара в бок от остренького локтя соседки. Открыв глаза, я поморщился от головной боли, в глаза как будто песка насыпали, ещё бы, трое суток не спал перед вылетом, дела были, а билет куплен, тем более бесплатный, как участнику конкурса выживания на дикой природе, что проходил на севере США, в штате Аляска.

Позже о моей жизни, я удивлённо изучал салон авиалайнера, который превратился в филиал ада. Висели маски, я кстати свою сразу надел, метались люди, мигая работали плафоны, а через меня от окна пыталась выбраться соседка, судя по глазам и судорожным движениям, та была в панике, по сути в диком ужасе, где мозг уже не работает, остаются одни инстинкты. Двумя ударами указательного пальца по точкам на шее, я её усыпил, и вернул в кресло, кстати, моё, у окна, которое эта наглая дамочка выманила у меня. Так что я на её месте сидел, по билету. А летели мы с Аляски на Тайвань. В основном тут американцы. Из русских, по-моему, я один. А что, на Тайване мне оплачен отдых, три недели в шикарном отеле, как победителю соревнований. Ну второе место не первое, но помимо ста тысяч долларов из призового фонда, ещё самому можно выбирать место отдыха. Я и выбрал. Это не от организаторов, а от спонсоров соревнований. Понравилось им то как я шёл. Можно сказать, личный подарок. Так что летим отдыхать, а то после сорокаградусного мороза, где я в одиночку, встречаясь с медведями и стаями волков, за две недели преодолел по горам, лесам и рекам почти семьсот километров. Можно сказать, реал-шоу. Камеры лобовая и нагрудная, ещё у лагеря втыкал палки с камерами, что снимали его, а вечерами по спутниковому оборудованию отправлял организаторам соревнований, там работали спецы, поэтому обрабатывали что я снял и выкладывали на канале. Больше пятидесяти миллионов просмотров, три десятка участников, по пути собирали маяки, там подсказки и карты, куда дальше идти. Ярко я выступил, но по баллам всё же второе место занял. Тут я глянул в окно, пока пристёгивал соседку, миловидную блондинку лет тридцати, кстати, та меня узнала ещё на вокзале, смотрела соревнования, и сам застыл, расширенными глазами изучая ночь снаружи. Темнота и свет звёзд не так удивили, даже скорее шокировали, как два спутника. Один чуть больше, и близко, коричневого цвета, со следами падения метеоритов, второй меньше, почти прятался за первым спутником. Светлый бок виден.

– Какого чёрта? – хотел гаркнуть я, но спазм горла, это от шока, позволил только прохрипеть.

У меня такое бывает. Если волнуюсь, спазмы горла, говорить не могу. Шепчу. Отец мой, знал об этой проблеме, и обучил медитациям, методики шаолиня, спокойствию, мы в Китае раза три были, задерживаясь у монахов по полгода, так что быстро вернул себе спокойствие, и мельком осмотрев землю внизу, сел как полагается. Кстати из-за этого меня считали бесчестным чурбаном. Деревенские девушки так называли, с которыми я на сеновалах зажигал. Нет, с сексом порядок, все довольны остались, но когда тебя имеют с каменным лицом, это как-то беспокоит. Да если бы не эта методика, я бы и не смог с ними так зажигать, от волнения ничего не получилось, а тут вон, проблем нет. Кроме как с коммуникацией. Впрочем, от следующих встреч девчата не отказывали. Вот так я сел, наблюдая как члены экипажа успокаивают пассажиров, к стюардессам вышли из кабины двое пилотов, кроме командира, помогали. Так что прикрыл глаза, где медитацией и дыхательной гимнастикой вернув себе спокойствие, стал дремать. А чего беспокоится, на ситуацию-то я всё равно повлиять не смогу. Остаться надеется на профессионализм пилотов. Что происходит, я понял сразу, как и другие пассажиры, что и подняло панику, мы в другом мире. Не знаю как, и не знаю где мы, но осталось принять этот факт, и я принял. Так что стал провалиться в сон, а чего время зря терять, и вот так уснул. Эх, не успел рассказать кто я и как жил. Ладно, выживем, опишу. Кстати, а куда делся сосед справа? Пузатый мужичок с отдышкой. Видимо бегает где-то в панике.

В этот раз проснулся от тряски, меня будил сосед справа, видимо вернулся в кресло пока я спал, и тот прокричал, под рёв движков, стоны и молитвы соседей вокруг:

– Садимся, велели наклонится и закрыть голову.

Я осмотрелся, соседка слева, рыдая, закрывала голову, наклонившись вперёд. Значит, очнулась уже. Остальные, кто наклонившись вперёд положил руки на спинки передних сидений, кто как мы наклонившись, зажали голову руками. Маски у нас всё также на лицах были. А снаружи явно уже давно рассвело. Ну то что я долго спал, это видно, выспался. Так что последовал примеру всех вокруг, и спросил у соседа:

– Что происходит?

– Мы в другом мире, – прохрипел тот, пузану пузико явно в таком положении на внутренние органы давило и говорить ему было тяжело.

– Ну это я уже понял. На посадку идём?

– Да, мы уже одиннадцать часов летаем, топливо на исходе. Вокруг местный океан. Пилоты нашли какой-то большой остров с ровным берегом, песок. Надеюсь сможем сесть.

– Это что, по прямо летели пока под нами океан не появился? А чего от суши улетали? Там же явно аборигены есть.

– Есть? Ты уверен?

– Сам огни видел, похожие на ровные фонари уличного освещения какого-то города. Только неяркие, как бы не масляные. Тут не уверен, всё же высота у нас приличная была.

– Ясно, про это никто не говорил. У нас тут в бизнес-классе сенатор летит с супругой, от штата Аляска, он командование принял. В общем, садимся.

– Угу.

Говорил я на английском чисто, отец настоял, язык нужный, международный, так что проблем с общением не было. Ещё испанский на отлично знал, было два года погружения в языковую среду, плюс основной диалект китайского, но он с сильным акцентом. Это все языки коими владел. Ну и пока всё это длилось, шли на посадку, кстати, три захода сделали, пока пилот на четвёртый раз не рискнул, и мы не сели. Так вот, зовут меня Геннадий Иванов. Отец с Казани, сирота из детдома, матушка тунгуска, с Енисея, потому я имел чуть раскосые глаза и широкие скулы, но в целом очень симпатичный, только эмоциональный, с этим мне помог отец, как я уже говорил. Мне семнадцать лет. Теперь по моей жизни, родился в селе, что раскинулось на берегу северного Енисея, в две тысячи восьмом году. Сейчас к слову зима двадцать пятого, до Нового Года считанные дни. А через месяц мне восемнадцать будет. Мой отец был геологом, ещё советской закалки. На момент моего рождения, а я последний ребёнок в семье, у меня ещё трое братьев и две сестры, они сейчас не с матушкой живут, ему было сорок семь лет. Отец очень любил свою работу, но ещё больше он любил жить, выживать на природе с минимум вещей. Это было его хобби и его страсть. Из всех детей только у меня пробудилось такое желание, с ним ходить. Остальные тоже ходили, опыта набирались, но желанием не горели, испорчены цивилизацией. А я с малых лет жил в диких местах, в тундре и тайге. Спутниковый интернет, удалённая учёба, решили проблемы со школой. Кстати, тут же в двадцать пятого, закончил школу, одиннадцать классов. Мне семнадцать лет, вся жизнь впереди. Отец умер в прошлом году, рак. Врачи давали ему три года, а он тринадцать лет протянул. На женьшеневых настойках. Это была большая утрата для меня, но я продолжил жить как привык и желал. Учился, выживал. Весь север России от Сахалина до Мурманска прошли мы не по разу. В джунглях бывали, мы же не дикари, загранпаспорт имели, там своя специфика была, два года познавали, с местными умельцами из Колумбии. Нашли учителя, заодно язык на отлично освоили. Мне тогда тринадцать лет было.

Работа геолога у отца закончилась с падением Союза, там тот перешёл на вольные хлеба, мы много искали, бывало разрабатывали золотую жилу, нашли выход изумрудов, так что жили хорошо, что-что, а с финансами был порядок. Братья и сейчас одно месторождение моют. Тысяч сто долларов за лето намывают спокойно на каждого. Наше с отцом хобби те спокойно воспринимали, тем более отец научил меня всем ухваткам геологов, и знаниям по ним у меня теперь не малые. Сам как практик очень неплох, по одной местности скажу, что под землёй может быть. Правда, по северным территориям, не по южным. Везде своя специфика. А в джунглях мы просто перенимали опыт у индейцев, жили и выживали. Я там и с анакондами не раз встречался, и с пираньями. Жуткое дело. Если кратко, то вот такой мой рассказ. Матушка спокойно живёт в нашем селе, ей уже шестьдесят лет, братья и сестры в столице квартиры накупили, если два брата имея несколько штук, сдают их, а сами живут в Красноярске, то один брат и обе сестры в Москве. А я с матушкой, когда бываю дома. Это бывает редко, суммарно если взять, пару месяцев в году. Да привык к кочевой жизни, мне дома скучно, а интернет и ноут со мной всегда, в любое время сам могу там повисеть, но в основном для учёбы всё тратил, пока вот не закончил школу. Причём, экзамены в реале проходил, не дистанционно, в нашей сельской школе. Я там значился. Вот такая у меня жизнь. Скажите необычная? Ну что есть, то есть, однако не скажу, что редкая и эксклюзивная. Были тут и другие выживальщики и любители жить на природе, многие с детьми тоже ходили, мы контакты поддерживали, общались, делились опытом, что и как у нас бывало. Однако моя интересная полная приключений жизнь, резко изменилась, и чего теперь ждать, я не знаю. Это слегка и волновало. Я педант, и любитель порядка. Я вообще полон фобий, отцу немало пришлось поработать, чтобы я вырос цельной личностью. Потому не сильно волновался, медитации помогали.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.