Истории, которые смеются сами
Сказки со смехом
Олег и Тимофей Антоновы

© Олег и Тимофей Антоновы, 2025

ISBN 978-5-0068-1749-4

Создано в интеллектуальной издательской системе Ridero

Глава 1. Шустрик и его «пожарная» шутка

Где-то глубоко в густом хвойном лесу, меж высоких сосен и стройных берёз, жила четвёрка необычных друзей.

Самым непоседливым из них был Шустрик – заяц с длинными ушами, коротким хвостом и очень длинным списком шалостей. Он прыгал от тропинки к тропинке, оставляя за собой следы в виде вопросительных знаков, нарисованных палочкой.

– Зачем? – спрашивали другие.

– Потому что можно! – отвечал Шустрик, и уже был в кустах.

Однажды ранним утром, когда розовый туман ещё стелился над землёй, а птицы только начинали репетировать свои песни, Шустрик решил устроить самую масштабную шутку в истории Леса Чудес.

– Эй, Михаил Потапыч! – выкрикнул он, подпрыгивая на одной лапе. – Видишь дым?

– Дым? Где? – насторожился медведь, отрываясь от завтрака из мёда с орехами.

– Прямо впереди! – указал Шустрик ухом. – Смотри внимательнее!

Михаил Потапыч прищурился. Действительно, над кронами деревьев вился тонкий серый шлейф.

– О нет! Пожар! – заревел он, хватая бочонок с мёдом и улепётывая к улью.

По пути он снёс Тимоху с самоката, а Шурочка, наблюдавшая за происходящим из-за дупла, лишь покачала головой и достала блокнот:

«Замечено: если Шустрик кричит „пожар“, значит, он либо гений, либо просто хочет посмеяться. Сегодня – скорее второе».

Но тут из-за куста раздался голос:

– В балете важно не только движение, но и осознание пространства.

А здесь – никакого пожара.

Просто дым от кастрюли.

Все обернулись.

Из-за ежевики появилась кошка. Не просто кошка – толстая, в розовом платье, с лентой на ухе и осанкой, будто она только что вышла на сцену Большого театра.

– Это… дым от кастрюли? – переспросил Тимоха, вытирая малину с лап.

– Да, – кивнула кошка. – Кто-то забыл выключить чайник.

Шустрик замер.

– Это не чайник! – возмутился он. – Это часть эксперимента!

– По физике? – спросила кошка.

– По психологии!

– Тогда ты провалился, – сказала Шурочка, записывая:

«Замечено: если Шустрик говорит „эксперимент“, значит, он просто хотел пошутить. И, скорее всего, провалится».

Кошка сделала грациозный поворот.

– Я – Марианна, – представилась она. – Балерина из Балетного Бора. А вы – кто?

– Мы – те, кто чуть не сгорел из-за шутки, – ответил Шустрик.

– Рады познакомиться, – добавил Тимоха.

Марианна сложила лапы, как на поклон.

– Я приехала, чтобы танцевать.

Но, судя по всему, здесь больше нужна не хореография…

А юмор.

– У нас есть юмор! – выпалил Шустрик.

– У нас есть мёд! – добавил Михаил Потапыч, облизывая лапу.

– А у меня, – сказала Марианна, – есть танец.

Она вышла на поляну, закрыла глаза и начала кружиться.

Каждое движение – как ветер.

Каждый поворот – как свет.

И в самый красивый момент – упала в куст ежевики.

– Это называется «приземление с достоинством», – донеслось из куста.

Шустрик хихикнул.

– Это называется «ловушка для слишком умных», – сказала Шурочка. – Только в этот раз – для тебя самого.

Шустрик замолчал.

Лес затих.

А потом – взорвался смехом.

Даже сосны зашуршали от удовольствия.

И в этот момент все поняли: в Лесу Чудес начинается что-то новое.

Не просто шутки.

Не просто танцы.

А что-то, где смех и искусство спасают даже от ложного пожара.

Замечено: итог главы

«Замечено: если толстая кошка в розовом платье падает в куст – значит, она не просто упала. Она начала что-то важное. А если весь лес смеётся – значит, Шустрик снова виноват. Но в этот раз – по-доброму».

– Шурочка, запись №1

Глава 2. Ловушка для хитрецов

Шурочка терпеть не могла, когда кто-то считал себя умнее всех.

А Шустрик – заяц с длинными ушами и ещё более длинным списком шалостей – считал себя не просто умнее, а гением лесной комедии.

Он уже трижды поджигал чужие норы дымом от чайника, дважды украл самокат Тимохи, однажды убедил Михаила Потапыча, что мёд можно добывать, просто прыгая на улей, и ещё раз – что медведь с трёхколёсным велосипедом выглядит «современно».

– Хватит, – сказала Шурочка, закрывая блокнот с громким хлопком. – Сегодня он узнает, что значит быть пойманным.

Её план был прост: ловушка для хитреца.

– Это не просто яма, – объясняла она Тимохе, рисуя схему на песке. – Это психологическое оружие.

· На дне – старая шляпа Бородача (та самая, которую Шустрик считал «величайшим трофеем»).

· Над ней – натянутая нить, привязанная к бочонку мёда на верёвке.

· А вокруг – поддельные следы:

· от слона (нарисованы палкой),

· от дракона (выжжены утюгом светлячков),

· и один след от танцующей кошки (на всякий случай).

– Зачем след дракона? – спросил Тимоха.

– Чтобы он подумал, что здесь было что-то настолько страшное, что даже дракон ушёл, оставив шляпу.

– Гениально, – кивнул Тимоха. – Но он же заяц. Он боится только одного: когда шутка обходится без него.

– Именно, – сказала Шурочка. – Поэтому я напишу на дереве:

«Здесь был величайший розыгрыш в истории леса. Участие – только по приглашению. Шустрик – не приглашён».

Тимоха присвистнул.

– Это уже не ловушка. Это война.

Через полчаса Шустрик прыгал по тропинке, как обычно – с важным видом и очками без стёкол.

– Эй, Шурочка! – крикнул он. – Я тут придумал шутку: «Почему заяц не ходит в театр? Потому что боится, что занавес упадёт на него!»

Он огляделся.

– Эй? Где все?

Тут он увидел надпись на берёзе.

Прочитал.

Замер.

Перечитал.

– НЕ ПРИГЛАШЁН?! – взвизгнул он. – Да я – дух этого леса!

Он бросился вперёд, следуя странным следам, пока не оказался у края ямы.

– О нет… – прошептал он. – Здесь был розыгрыш… и я его пропустил.

На дне – шляпа.

Над ней – бочонок мёда.

А рядом – записка:

«Тот, кто поймёт шутку, получит мёд. Тот, кто упадёт – получит урок».

Шустрик задумался.

– Это… метафора? Игра? Или просто ловушка?

Он протянул лапу к шляпе.

ТЫНЬ! – нить натянулась. БУМ! – бочонок упал ему на голову. ХРЯП! – и Шустрик провалился в яму.

Сверху раздался голос:

– Это называется «ловушка для хитреца».

– А это называется «падение с достоинством», – донеслось из ямы.

Через минуту Шурочка и Тимоха подошли к краю ямы.

– Ну что, гений? – спросила Шурочка. – Каково это – быть обманутым?

– Это… – Шустрик снял с головы бочонок, – …не шутка. Это подлость.

– А твои шутки – это что? – спросила она. – Вежливость?

Шустрик замолчал.

– Я просто хотел, чтобы все смеялись, – сказал он тихо.

– А ты пробовал спросить, хотят ли они?

– Нет, – признал он. – Я думал… если смешно – значит, хорошо.

– А если нет? – спросила Шурочка.

– Тогда… – он посмотрел на шляпу, – …я, наверное, просто упал в яму.

Шурочка протянула лапу.

– Вылезай.

– А мёд?

– Твой. Но не потому, что ты его заслужил. А потому, что ты понял шутку.

– Какую?

– Что смех – не оружие. Это мост.

Шустрик выбрался, вытер лапы, надел шляпу Бородача набок и сказал:

– Завтра я устрою самую громкую тишину в истории леса.

– Только не в моей норе, – сказала Шурочка.

– Обещаю, – улыбнулся Шустрик. – Это будет шутка с разрешения.

Замечено: итог главы

«Замечено: если заяц с длинными ушами говорит „обещаю“ – значит, он уже придумал, как это нарушить. Но если он говорит „с разрешения“ – значит, он, возможно, вырос. Или просто боится снова упасть в яму».

– Шурочка, запись №2

Глава 3. Великая Лесная Велогонка

– Внимание! – объявила Шурочка, поднимая лапу с блокнотом, как судья. – Гонка начинается через три… два… один… и взрыв! БА-БАХ!

Из-за куста вырвался дым (на самом деле – пар от чайника, спрятанного Шустриком), и на трассу выскочила новая фигура – в розовом платье, кружась, будто на сцене.

– Простите за опоздание! – сказала она. – Я была на репетиции «Прыжка в неизвестность».

– Марианна?! – удивился Тимоха, поправляя ковбойскую шляпу.

– Ты что, участвуешь? – спросил Шустрик, уже на своём самокате с флажком.

– Нет, – сказала Марианна. – Я – художественный руководитель.

– По какому поводу? – насторожился Михаил Потапыч, прижимая бочонок мёда.

– По поводу вашего стиля, – ответила она. – Вы все едете, как будто не знаете, что такое грация.

– А что, это обязательно? – спросил Шустрик.

– Для победы – нет, – сказала Марианна. – А для искусства – обязательно.

На старте собрались:

· Шустрик – на самокате с двумя флажками (и одним фонариком, который он не умеет включать), Тимоха – на ветхом, но гордом самокате, который он называл «Молния-3000»,

Михаил Потапыч – на трёхколёсном велосипеде, который он собрал из бочонка, лап и старого зонта,

и Колюша – на подземной тележке, которую он пока не выкатил.

– Трасса проходит мимо ежевики, через мостик у ручья и заканчивается у старого пня, – объявила Шурочка. – Победит тот, кто пересечёт финиш первым… и не упадёт с осанкой.

– Это я! – крикнул Шустрик. – У меня три шутки и одна стратегия!

– А у меня – одна цель, – сказал Тимоха. – Не развалиться на полпути.

Мишка медленно выезжал на трассу.

– Я не гонщик, – заявил он. – Я – медведь на трёхколёснике.

– Это называется «медленная победа»! – сказала Марианна. – Главное – не сойти с дистанции.

Гонка началась.

Шустрик рванул вперёд, крича:

– Я – ветер! Я – ураган! Я – самокатный шторм!

Но на повороте он резко свернул – и упал в куст ежевики.

– Это называется «падение с достоинством»! – поправила Шурочка, делая запись:

«Замечено: если заяц падает в куст – значит, он либо торопился, либо хотел сэкономить на повороте».

Тимоха пронёсся мимо, но его «Молния-3000» захрипела и остановилась.

– Это не самокат, – сказал он. – Это раритет!

– А я уже проехал половину! – крикнул Шустрик, выскакивая из куста с листом на голове.

Мишка тем временем спокойно катил, напевая:

«Я не спешу, я просто еду,

А если надо – подожду…»

– Позвольте мне, – сказала Марианна. – Я проведу мастер-класс по грации в условиях экстремального бега.

Она вышла на трассу, сделала реверанс… и начала танцевать.

Каждое движение – как вихрь.

Каждый поворот – как вдох.

– Это называется «па-де-велосипед»! – объявила она.

– Это называется «я потерял ориентацию»! – закричал Шустрик, кружась в другую сторону от впечатления.

Марианна сделала пируэт,

замерла в позе балерины…

и… упала в куст ежевики.

– Финиш! – объявила она из куста. – Я приземлилась с драматическим эффектом!

– Это называется «проигрыш с достоинством»! – сказал Тимоха, наконец-то доехав.

Но тут из-под земли выскочил Колюша на своей тележке – и пересёк финишную черту первым!

– Что?! – закричали все.

– Я использовал подземный обходной маршрут, – пояснил Колюша. – Быстрее и без ежевики.

– Но это нечестно! – возмутился Шустрик.

– Это инновация, – сказала Шурочка. – А не жульничество.

На пне собрались все участники.

– Победитель получает… – начала Шурочка, – звание «Самый быстрый под землёй»!

– А приз? – спросил Шустрик.

– Приз – новый маршрут, – сказала Марианна. – Я уже придумала: «Подземный балет-марафон».

– Нет! – закричали все.

– А второй приз – самый грациозный проигрыш, – продолжила Шурочка. – Вручается Марианне.

– Я признательна, – сказала Марианна, вставая с улыбкой. – Падать можно с достоинством. Особенно если у тебя есть розовая лента на ухе.

– А третий приз – самый медленный победитель, – объявила Шурочка. – Михаил Потапыч!

– Я не победил, – сказал Мишка. – Я просто доехал.

– А это и есть победа, – сказала Шурочка.

В тот вечер лес наполнился смехом, музыкой и запахом мёда.

А на поляне остался след – не от колёс, не от тележки, а от танцующих лап.

– Только не на ежевику, – попросила Шурочка, вытирая пятна с хвоста.

– Только пусть это будет не настоящий огонь, – добавил Тимоха, появляясь с самокатом. – А то опять придётся спасать чью-то осанку.

Замечено: итог главы

«Замечено: если гонка заканчивается не у финиша, а в кусте – значит, она была не о скорости. А о том, как важно уметь падать. И вставать. Особенно если рядом кто-то смеётся – не над тобой, а с тобой».

– Шурочка, запись №3

Глава 4. Конкурс Лесного Юмора

На следующее утро весь лес гудел, будто огромный улей, в который случайно залетел шмель. На старом дубе, где раньше висели объявления о сборе малины или предупреждения о сезонных грибах, красовалась новая афиша:

ГРАНДИОЗНЫЙ КОНКУРС ЛЕСНОГО ЮМОРА!

Призы! Смех! Мёд! И – внимание! – настоящие рожки!

Шустрик, уже нацепивший свои знаменитые очки без стёкол (для солидности), важно расхаживал перед собравшимися.

– Господа! – провозгласил он. – Сегодня мы докажем, что смех – сильнее тишины!

– А мёд – сильнее смеха, – пробормотал Михаил Потапыч, прижимая бочонок к груди.

– Ты в них хоть что-нибудь видишь? – прищурилась Шурочка, скрестив лапы.

– Вижу главное, – ответил Шустрик. – Что я – ведущий!

– А я – номер 007, – сказала Марианна, появляясь из-за куста в розовом платье. – И выступаю последней.

– Почему? – спросил Тимоха.

– Потому что финал должен быть грандиозным, – сказала она. – Как балетный пируэт на краю пропасти.

– Или как падение в куст, – добавила Шурочка, делая запись:

«Замечено: если кто-то говорит „грандиозно“, значит, он уже придумал, как упасть с достоинством».

Конкурс начался.

Первым вышел Михаил Потапыч.

Он тяжело взошёл на пенёк, откашлялся и произнёс:

– Почему медведь не любит математику?

– Почему? – заинтересовался Тимоха.

– Потому что каждый раз получается мёд! – и показал на свою лапу, покрытую липким веществом.

Публика (в лице друзей) хихикнула.

Одна пчела, наблюдавшая издали, слегка шевельнулась.

– Это называется «шутка с последствиями», – сказала Шурочка.

Следующей была Шурочка.

Она достала блокнот, сделала паузу и прочитала:

– «Замечено: если долго смотреть в глаза Шустрику, можно потерять веру в разум и понимание времени».

Лес замер.

Потом – взорвался смехом.

Даже сосны зашуршали от удовольствия.

– Это называется «научный юмор», – сказала Марианна.

– А я называю это «справедливостью», – улыбнулся Тимоха.

Шустрик фыркнул:

– Ну и где тут шутка?

– Ты и есть шутка, – сказала Шурочка.

Третьим выступил Тимоха.

Он вышел с самокатом, надел шляпу набекрень и начал:

– Однажды волк пошёл в парикмахерскую и говорит: «Сделайте мне причёску, как у пчелы!»

– И что? – спросила Шурочка.

– Ему постригли только одну сторону.

Смех был тише, но искренний.

Ещё одна пчела выглянула из улья.

– Это называется «шутка с намёком», – сказала Марианна. – Как будто ты уже знаешь, чем всё закончится.

– А я не знал, – сказал Шустрик. – Это плохо.

Четвёртым был Колюша.

Он молча вышел на поляну, достал кристалл подземного света и положил его на пенёк.

Кристалл засветился – тихо, мерцающе, как звёзды в пещере.

– Это… не шутка, – сказал Шустрик.

– Это – молчание, которое смеётся, – сказала Марианна. – Оно говорит: «Я здесь. Я видел тьму. И всё равно светлюсь».

Пчёлы замерли.

Потом – зашевелились.

– Это трогательно, – прошептала одна из них. – Но вы всё равно слишком шумные.

– А теперь, – объявила Шурочка, – последнее выступление.

Не шутка.

Не рифма.

А танец.

Марианна вышла на поляну.

Закрыла глаза.

И начала танцевать.

Не быстро.

Не громко.

А точно.

Каждое движение – как ветер в одуванчике.

Каждый поворот – как свет на воде.

Она кружилась, будто рассказывала историю – о тишине, о ритме, о том, как важно быть собой, даже если ты пчела, или кошка, или просто кусок света под землёй.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.