Тэя Ласт
Мой незабытый хулиган

Глава 1

– Малыш, поедем ко мне, а? – Рома обнимает за талию и прижимает к себе, пока мы выходим из здания универа.

– У меня сегодня мероприятие, забыл? – с гримасой отчаяния тяну в ответ, кивая прохожим, кто здоровается со мной.

– Опять эти ваши культурные вечера, – хмыкает в ответ мой парень.

– Твой отец тоже там будет, – отвечаю, а сама, если откровенно, хотела бы, чтобы мои родители тоже оставили меня в покое.

Отец Ромы, Золотов Георгий, является одним из московских олигархов, мой же, Дмитрий Михайлович Аксёнов, – мэр нашего города. Отец моей подруги Нины – один из крупных застройщиков. Поэтому, даже если нам и хочется учиться, ректорат и прочие ходят на цыпочках, а команде Золотова практически всё позволено благодаря взносам его семьи.

Как однажды мне сказал один человек, в этом мире всё продаётся и покупается, вопрос лишь в твоей цене.

Тогда мне казалось, он говорил чушь, но только теперь, проживая это, я понимаю, как прав он был. Тогда ещё не было лавров и лоска, тогда отец лишь сидел в кресле рядом с остальными чиновниками, боролся за справедливость и улучшение качества жизни. Но, кажется, в какой-то момент мы потеряли компас и сейчас начисто заблудились в мире вседозволенности, неприкосновенности и власти.

Вижу, как к нам двигает бёдрами Нина, поправляя свою шевелюру цвета воронова крыла.

– Привет, Даш, – говорит она. – А вы куда собрались?!

Демонстративно показывает на отсутствующие часы.

– Ой, не душни, – отсекает её Рома, на что девушка надувает губы. – Нам на сегодня одной пары хватит.

Нина вопросительно смотрит на меня.

– У меня семейный выход, – подруга тут же с сочувствием смотрит на меня.

– Не хочешь присоединиться? – без надежды спрашиваю, зная, что Нина явно не та, кто хотел бы участвовать в подобном, куда веселее тусовки.

Подруга не успевает ответить мне, потому что со стороны парковки слышится рёв моторов. Золотов тут же хмурится, оглядываясь.

– Это ещё что за?! – слышу, как он чертыхается.

Синхронно с Ниной переводим взгляды и замечаем, что у выхода на парковку университета уже скопление людей.

Замечаю, что товарищи из университетской сборной по баскетболу уже там, а Рома указывает идти с ним. Берёт за руку, и мы втроём изумлённо всматриваемся в то, что творится на территории парковки.

Целая орда байкеров в кожаных куртках встают на дыбы своими мотоциклами и разъезжают, оставляя шинами узоры на асфальте. Воздух молниеносно заполняется едким запахом жжёной резины и бензина.

Золотов уходит к своим товарищам по команде, нахмурившись и расправив плечи. Кто-то что-то выкрикивает в попытке повлиять на это мракобесие.

Однако эти нарушители, дрифтуя на чёрных байках, выглядят устрашающе в своих чёрных шлемах. Те, кто пытаются выйти с газона на асфальт, тут же получают наезды с оглушительным звуком двигателей.

– Что это?! – ошарашенно произносит Нина.

– Не знаю… – вожу глазами, замечая, как неподалёку от нас стоит машина одной из наших преподавателей.

Вот чёрт.

Вся её машина разрисована краской из баллончика, и написана фраза, которая поистине может рассмешить. Только вместе с тем это вызывает настоящий шок.

Рядом с её машиной на огромном чёрном «Харлее» сидит мужик. С виду взрослый, в какой-то степени он больше походит на моего отца. Если отнять всю эту вульгарную внешность, татуировки, солнечные очки и кожаную куртку, то он определённо уже чей-то дедушка.

– Интересно, это отмывается? – с гримасой сожаления тяну я.

– Не имею представления, – закрывает рот ладонью Нина. – Вау…

Слышу её возглас и, нахмурившись, поворачиваюсь в её сторону. Пытаюсь отследить её взгляд. Но все байкеры выглядят как один в шлемах и с одинаковой эмблемой на спинах.

– Что?! – озадаченно спрашиваю, так и не понимая, что она высматривает.

– Подожди…

Вижу, как Рома выходит на парковку, нажимая на брелок от своей «БМВ». Садится за руль и газует с места, пытаясь разогнать эту банду. Однако эти отбитые только наезжают на его машину, угрожая испортить капот матовой золотой плёнки на машине.

Я знаю, как он относится к своей машине, и уже боюсь представить, что будет, если там появится хотя бы незначительная царапина.

Всматриваюсь в парней, что в нашей компании, и шагаю ближе, придерживая юбку, чтобы не развевалась от порывов пока ещё тёплого ветра.

– Чего вы встали?! Садитесь тоже по машинам!

Парни отмахиваются от меня, а я качаю головой. Без указки Золотова они не сделают и шага, что у баскетбольного кольца, что в жизни. Перевожу глаза на Рому, он открывает окно и показывает мне знак, что всё в порядке.

Вся эта показуха, если честно, вызывает одно лишь желание исчезнуть. Вижу, как первокурсники, разинув рты, снимают на телефон всё происходящее. Замечаю, как из здания университета вылетает наша Мегер. Это не прозвище, это её фамилия, но студентов это не умаляет называть её мегерой. Она ускоряет шаг, поправляя очки, и стремительно приближается к парковке. За ней следуют деканы почти всех факультетов, чтобы разобраться с ситуацией.

Если бы не забаррикадированный несколькими байкерами выезд, я бы уже села в машину и светила задними фарами на всё это.

Снова возвращаюсь к виляющим мото в догадках, когда это всё закончится и с чего вдруг началось. Но в какой-то момент глаза ловят спину парня, что катается без шлема.

Он единственный отличается этим, резко разворачивая свою двухколёсную машину, а я щурю взгляд и думаю, что сошла с ума.

Это не может быть он…

Не понимая, что происходит, смотрю на его застывший профиль и замечаю, как золотая «БМВ» останавливается чётко напротив. Они оба стоят по разным краям парковки, а между ними метров триста.

Необъяснимый порыв заставляет ступить с газона на асфальт, и ноги уже несут меня ближе. Не обращаю внимания на возгласы и мотоциклистов, что едут прямо на меня.

В воздухе напряжение и адреналин трещат так громко, что я готова заткнуть себе уши. Но это даже не сравнится с тем, что сейчас творится внутри меня.

– А рыжуля-то смелая, ты посмотри! – слышу чей-то голос и даже не оборачиваюсь.

Подхожу ближе, а сердце пропускает удар от неверия. В горле мгновенно пересыхает, и я убираю разметавшиеся волосы от лица, чтобы удостовериться, что мне не показалось.

Рома газует, а байкер напротив проворачивает газ на руле. Даёт себе проехать метров сто и резко крутит рулём, сворачивая в сторону, пока машина Ромы несётся вперёд и тормозит со свистом шин. Вижу зловещую усмешку байкера, и он снова крутится на месте, в одно движение разворачивая мотоцикл, и теперь уже встаёт лицом ко мне.

Закрываю рот ладонью и чувствую, как падает сумка с плеча.

Эбеновые глаза парня смотрят остро, сверкают, как остриё ножа из-под нахмуренных бровей.

Не могу поверить.

Мы не виделись четыре года. Правильнее сказать, мы уже не общаемся четыре года.

Рука в перчатке снова крутит руль, поддавая газа, и я вижу, как мотоцикл встаёт на дыбы, а знакомый незнакомец несётся на меня. С молниеносной скоростью расстояние до меня сокращается, а я не в силах сдвинуться с места. Каменным изваянием всё ещё рассматриваю его жёсткий нахальный вид.

Он и в детстве был с острыми чертами лица, но сейчас вся его аура пропитана мраком, а холодная ухмылка, что тянется на его губах, едва ли напоминает мне моего бывшего лучшего друга.

Отчего-то не испытывая должного страха, так и стою посередине парковки в ожидании столкновения.

Хотя моё личное столкновение уже произошло.

Всё будто остаётся где-то далеко. Вся эта банда налётчиков, что кружит вокруг, возгласы студентов университета, крики преподавателей. Сейчас есть только этот непредсказуемый парень на мотоцикле.

И вновь, будто со стороны, я наблюдаю, как со свистом шин мотоцикл тормозит, останавливаясь в паре метров от меня. В этот момент я даже не замечаю, что машина Ромы останавливается рядом, и с громким хлопком двери он выходит из неё.

Дьявольски чёрные глаза незнакомца прожигают меня взглядом, а я рассматриваю его хищное лицо.

– Влад? – мой едва слышимый шёпот срывается с уст.

Визуализация

Итак, друзья!❤️

Визуалы наших студентов третьего курса, учащихся на факультете "предпринимательство и управление бизнесом".

Дарья Аксенова

Дочь влиятельных родителей, которые заинтересованы только в чистейшей репутации своей фамилии.

Влад Бойцов

Одиночество – его комфорт, входит в банду байкеров «Валькирия». В ВУЗ поступил не без помощи, и намерен вернуть все средства.

Роман Золотов

Его фамилия говорит за него. Сын олигарха, который в жизни получает все и сразу, без особых усилий.

Нина Фетисова

В отличии от главной героини очень любит свою жизнь, вечеринки, и парней.

Глава 2

– Ты в порядке?! – чувствую, как меня обнимает Рома, а сама не могу отвести взгляд от такого далёкого, но близкого человека: – Даш?!

Перевожу растерянный взгляд на Рому и судорожно киваю. Дышать становится сложно, и я сглатываю, прикрыв глаза.

Выглядываю из-за плеча парня, что закрывает мне обзор, и вижу, как с ядовитым оскалом байкер ревёт мотором и проносится мимо нас.

Глаза сами собой ведут за ним, и я невольно хватаюсь за цепочку на шее.

Она – единственное, что у меня есть от нашей дружбы.

Это был подарок от него.

Обычная серебряная цепочка и кулон в виде лебедя с маленьким камнем посередине. Я не снимаю её очень много лет. И да, в сравнении с теми украшениями, что сейчас у меня есть, это выглядит дешёвой побрякушкой. Только на деле имеет куда большую значимость.

– Да-да, – наконец нервно улыбаюсь своему парню и оторопело прощаюсь: – Мне пора… Отец будет негодовать, – достаю ключи от машины и клюю Золотова в щеку.

Пока я стремительно пересекаю парковку, осознаю, что во время моего абсолютного ступора все мотоциклисты исчезли.

Хотела бы я догнать его, чтобы просто поговорить.

Мы не виделись несколько лет, а потеряли друг друга слишком болезненно.

Правда, признала я это сильно позже.

Сажусь в машину, завожу двигатель и тут же в первых рядах выезжаю на дорогу. Пытаюсь понять, откуда шумят характерные звуки моторов, чтобы попробовать догнать, но ощущение, что звук лишь удаляется.

Прячу улыбку, вспоминая, как мы играли во дворе, используя одно дерево. И никому не разрешали на него забираться. Влад всегда отгонял каждого, хотя ростом тогда был совсем маленьким.

Ощущение, что в той жизни была не я, или она и вовсе мне приснилась.

Сегодняшние дни разительно отличаются от того, что было тогда. И теперь даже в проекции невозможно так, как прежде.

В течение двух часов я доезжаю до дома и, отключив телефон, просто сижу на широком подоконнике у панорамного окна. Родителей ещё нет, и это радует. Не придётся сейчас слушать, как надо себя вести, что надеть и что говорить.

К тому же у самой в голове полная сумятица.

Тысяча вопросов: как он? Что он делает? Где он был? Как живёт? Сможем ли мы общаться?

Но, полагаю, достаточно того, что я сегодня увидела.

То самое столкновение двух миров, о котором мне говорили.

С печальной улыбкой вспоминаю, как отец тогда причитал, что мне негоже общаться с такими, как Бойцовы. Они не ровня, говорил он.

Отец Влада был не самым лучшим родителем, и жили они чуть лучше, чем плохо, а матери у него не было. Влад никогда не говорил о ней, сколько бы я ни спрашивала. Мне же мама тогда говорила, что когда отец займёт кресло мэра, то публика не простит нам таких друзей.

К слову, эта публика действительно не прощает ничего. Любое неудачное фото или поведение, портящее репутацию, тут же разлетается в сети. Под каждым из них люди, сидящие по ту сторону мониторов, изрыгают негатив и оскорбления. И здесь нет золотой середины, кто прав, а кто виноват. Здесь перманентно никто не знает ничью историю, но строит домыслы и разносит их дальше. Затем это подхватывает кто-то ещё, и по итогу ложь обрастает новой ложью, и её несут всё дальше и дальше.

Мои родители считают, что не лезут в мою жизнь, однако их в ней более чем достаточно. Это касается того негласного свода правил, которого я должна придерживаться. Любое моё опрометчивое действие может повлечь за собой волну того самого буллинга, который испортит «лицо» моего отца. И поэтому, пока обо мне нет никаких новостей или моё поведение чуть лучше, чем идеальное, их, пожалуй, не волнует ничего.

В университете, конечно, никто не смеет выкидывать что-то такое. Рома тщательно за этим блюдёт, зная моего отца и учитывая, что это коснётся и его в том числе.

Но иногда мне прямо хочется совершить что-то безумное. Не потому, что это принципы или капризы избалованной девочки, а потому что, чёрт возьми, я этого хочу. Именно я.

Раньше Влад, когда поддерживал мои идеи, всегда говорил: «Давай, Бельчонок, пробуем», и мы с восторгом в глазах и полными штанами счастья пробовали.

Странные чувства.

За прошедшие годы я возвращалась в то время и даже думала о том, что однажды, когда-нибудь нескоро мы встретимся. Как в фильмах, спустя долгие годы улыбнёмся друг другу, узнав в нас тех самых детей.

Правда, не думала, что мои мысли материализуются уже сейчас.

Оставив размышления, снимаю блокировку со звонков и уведомлений, и телефон начинает сходить с ума.

В чате универа все постят видео и фото байкеров. Закусываю губу и лезу в медиа, чтобы посмотреть, может быть, кто-то успел заснять Его.

Только я не успеваю и раза смахнуть экран, как Нина уже присылает в личные сообщения фото с Бойцовым и подписью «Ты его видела???».

Открываю сообщение, и на меня с экрана смотрит угрюмый, издевательский взгляд смоляных глаз.

От мальчика из прошлого совсем не осталось и следа.

Теперь это дерзкий, мрачный байкер, который, убеждена, готов проехаться по тебе, даже не заметив. Приближаю фото, делая крупнее его глаза. Они всегда меня завораживали своей темнотой. А сейчас и вовсе кажется, что они стали чернее.

«Я влюбилась, Даш! Мне срочно нужно найти его контакты!»

Нина сходит с ума, а я на секунду отвожу глаза, а потом печатаю ответ.

«Уверена, что это безопасно?»

«Плевать! Ты посмотри, это самый настоящий пожар! Он глазами только воспламеняет!»

Улыбаюсь в экран, снова возвращаясь к фото.

Да. А когда-то я совершенно этого не видела.

«Значит, тебе надо воплотиться в роковую байкершу».

– Даша! – слышу голос матери, закрываю переписку с подругой.

– Я в комнате! – кричу в ответ, вставая с подоконника, и держу телефон в руках.

Мама появляется через минуту в дверях в своём любимом кремовом костюме из пиджака и юбки.

– Я приготовила тебе платье, – говорит она: – В гардеробной. И повтори свои ответы на вопросы, чтобы отец не переживал.

– Хорошо, мама, – безэмоционально соглашаюсь.

– У тебя всё в порядке? – уже в дверях она оборачивается на меня, а телефон в это время заходится новыми уведомлениями.

Смотрю на безучастное лицо матери и киваю.

Она закрывает дверь, а я глубоко вздыхаю и иду в гардеробную, замечая чехол с выбранным платьем. Дёргаю молнию и наблюдаю коктейльное платье голубого цвета.

Печальная усмешка оседает на губах, потому что я уже говорила, что не переношу этот цвет. Но мама считает, что он мне идёт из-за цвета моих глаз.

Телефон в руках вновь заходится трелью, и я бегло просматриваю сообщения, полагая, что это ошибка. Вряд ли информация, что обсуждают в чате, верна.

Перевожу глаза на зеркало, рассматривая веснушки, ставшие вдвое ярче благодаря прошедшему лету. Подхожу к туалетному столу, беру расчёску и принимаюсь расчёсывать копну рыжих волос, чтобы сделать самую странную для нынешних времён причёску – ракушку.

Глава 3

– Мне кажется, ты ошибаешься, Ром, – всё ещё пытаюсь доказать ему, что это неправда.

Вчера сообщения, помимо обсуждений в общем чате, были и от него. Я выпала из социальных сетей, уехав с родителями на очередное выступление отца, и пока я была не в сети, Рома прислал, что один из тех, кто был на парковке, учится среди нас.

И если откровенно, я и представить не могу, кто это может быть, учитывая, что они практически все были в шлемах.

– Нет, я знаю всё, что происходит в стенах этого заведения, – с привычной ухмылкой говорит он и кладёт руку мне на колено.

Пожимаю плечами, в принципе, неважно.

– И какая разница? – пытаюсь я отмахнуться от мысли, что крутится в голове.

– Дах, они устроили настоящий наезд! – тут же ерепенится он.

Так что даже отталкивается от сидения, будто у него зудит что-то.

Молчу, потому что не хочу принимать в этом участие.

К тому же, он очень ревностно относится ко всему, что связано с его универом. Почему он так считает, никто не знает. Вероятно, те суммы, которые отчисляет его отец, делают своё дело.

– Забудь, – мягко прошу я: – К тому же видишь, сейчас всё спокойно.

Темперамент Золотова бывает настоящей рулеткой. Но за те полтора года наших отношений я уже прекрасно знаю, что спичка загорается так же быстро, как и гаснет.

Он паркует автомобиль на своём привычном месте, и мы вылезаем из машины. Автомобиль Нины я ещё не вижу, и предполагаю, что подруга просто забылась в охоте на новую жертву… Как бы она сама не стала жертвой Влада.

Отмахиваюсь от мыслей, но в этот момент мы слышим рёв мотора, как раз тогда, когда подходим ближе к нашей тусовке. А точнее, к товарищам по команде Золотова, что группой стоят у металлических ограждений.

Все, как по указке, оборачиваются, а я отчего-то замираю. Наверное, боюсь увидеть того, кто застрял мёртвой картинкой в глазах.

– Твою мать! Это тот самый! – рявкает кто-то из парней.

Чувствую, как Рома кладёт руку мне на плечи, и слышу самодовольную ухмылку.

– Окажем нашему новичку тёплый приём!

Веду глазами и наблюдаю, как владелец мотоцикла ставит его на подножку и, стоя спиной, фиксирует своего зверя, а потом поворачивается.

Он идёт вальяжно уверенной походкой, в то время как все оборачиваются в его сторону. Тёмные глаза будто смотрят мимо каждого, а сам он не реагирует ни на шепотки, ни на то, что на него указывают пальцами.

– Погоди, малыш, минутку, – отталкивается Золотов, и его прихвостни следуют за ним.

– Ром, не надо… – мой голос тонет в триумфальном смехе его товарищей.

Нервно закусив губу, наблюдаю, как они заставляют Влада остановиться и обступают со всех сторон. Топчусь на месте, пытаясь увидеть, что там происходит.

– Эй, что за кипиш опять?! – слышу Нину.

– Не знаю, – говорю правду, кроме того, что это тот самый, на кого подруга положила глаз.

– Чёрт! Это же он! – слышу её возглас, и она тут же двигается вперёд.

– Нина! Стой! – шиплю, хватая её за руку.

– Да брось, идём знакомиться, – тянет меня за собой.

Ощущаю онемение во всём теле, тем не менее двигаюсь вместе с Фетисовой. А когда до парней остаётся пара метров, слышу то, что они говорят.

– Здесь тебе не банда отбросов. Веди себя тихо и не высовывайся, иначе твоя жизнь превратится в ад.

– И это ты его на своей золотой игрушке устроишь? – низкий гортанный голос с усмешкой лениво тянет ответ.

– Слышишь, ты…

– Мальчики, привет, – подруга машет рукой, при этом томно улыбаясь: – Я Нина.

Она тут же двигается к Владу, он чуть щурит взгляд и с едкой улыбкой вздёргивает брови.

– А это Даша, – указывает на меня.

Смотрю на парня, а рваное дыхание не удаётся скрыть.

Он медленно ведёт своими глазами в мою сторону. Но ощущение, что делает это только для вида, потому что он будто не видит меня. Нет тех же самых ощущений, которые я испытала вчера, стоя напротив него.

– Влад, – он отвечает, снова разглядывая подругу: – Посвящение закончено?

Нарочитая издёвка в голосе и вскинутая бровь, с которой он обращается к Роме.

– Я тебе…

– Ром, – хватаю его за руку и тяну к себе: – Не надо.

Стараюсь не смотреть в сторону байкера, но в этот миг я чувствую.

Он пронизывает и, вероятно, расчленяет меня на атомы. А я же даже и не скажу, благодаря чему держусь.

– Тебе повезло благодаря моей малышке, – самодовольно отвечает Золотов, обнимая меня за талию.

Сейчас отчаянно хочется провалиться на месте.

– Верь в это, Кен, верь, – дерзко звучит в ответ, и я сглатываю.

Влад уходит вперёд, и все оборачиваются ему вслед.

Все, кроме меня.

Это определённо будет сложное время. Хотя, может, настал момент поговорить и попросить друг у друга прощения за прошлое. Может быть, хотя бы так закончатся мои сны и мысли о лучшем друге детства?

Глава 4

Сижу на паре по менеджменту, а сама буквально пропадаю где-то не здесь. Преподавателя ещё нет, поэтому часть старшекурсников галдят, Золотов со своими товарищами стоит группой, лениво обводят аудиторию высокомерными взглядами.

– Как его фамилия, интересно? – рядом судорожно роется в общих чатах Нина.

– Бойцов… – тяну я тихо, на что она резко вскидывает глаза на меня: – Услышала, когда мимо деканата проходила.

Я и сама не знаю, зачем вру.

– Класс! – тянет подруга: – Спасибо! Сейчас найду его социальные сети!

Воодушевлённая, она штурмует свой смартфон, а я наблюдаю, как именно Бойцов лениво входит в аудиторию. Смотрю на парня, не скрывая взгляда. Он ведёт глазами по тем, кого видит, но на мне даже не останавливается.

Будто мы и не знакомы вовсе.

Влад двигается по аудитории, а я украдкой смотрю на то, куда он садится. Подпирает рукой подбородок, и мне кажется, что едва ли он хочет находиться тут.

Хотя нас таких, конечно, большинство.

Преподаватель влетает в аудиторию и привычным рявканьем приказывает отставить любые разговоры и включиться в работу.

Студенты нехотя расходятся по своим местам, Рома садится рядом и кладёт руку на спинку скамейки сзади меня. Ёрзаю, чувствуя дискомфорт.

Но ведь моя жизнь не поменялась с появлением бывшего друга. Только отчего-то кажется, что всё резко изменилось.

В течение следующего часа с небольшим мы пытаемся вникнуть в тарабарщину нашего Медведева. Кто-то включает диктофон, не намереваясь успевать писать рукой, кто-то и вовсе даже не пытается понять и разобраться.

Когда пара заканчивается, Влад в первых рядах хочет покинуть аудиторию, но его останавливает препод.

Нина спешит успеть дойти за кофе, чтобы застать новичка на перерыве, поэтому вылетает первой. У Золотова сейчас тренировка, поэтому он со своими тоже быстро исчезает из аудитории.

В голову закрадывается мысль, и я как можно дольше тяну время.

Медленно выхожу из-за стола и двигаюсь к доске, пока ещё Бойцова удерживает Медведев. А в момент, как я наблюдаю, что они прощаются, прокашливаюсь и окликаю его.

– Влад, – переминаюсь с ноги на ногу, пока парень останавливается, а преподаватель забирает свой портфель и прощается с нами: – Не ожидала тебя увидеть здесь… – глухо продолжаю я, глядя на эмблему его куртки во всю спину.

Он поворачивает голову, но корпусом даже не двигается.

– Да, – тянет он и оборачивается со сведёнными бровями: – Недостоин ведь стоять в одном ряду с Барби и Кеном, так? – злая усмешка оседает на его губах.

Скверный характер – это, видимо, приобретённая функция.

А может быть, и природная. Просто за счёт дружбы это ко мне раньше не относилось, в отличие от настоящего времени.

– Я так не считаю, – качаю головой, потому что, несмотря ни на что, Влад, он единственный, кто знал меня настоящей: – Я рада тебе, – искренне добавляю я.

Он удивлённо вздёргивает брови и отводит взгляд в ехидной усмешке.

– Мир оказался очень тесен, – подходит он ближе и всматривается в меня не моргая: – Сделай одолжение, Аксёнова. Представь, что меня нет.

Едко бросает парень и разворачивается, чтобы выйти из аудитории.

– К слову, это ж у тебя коронное. Достаточно просто вспомнить, – слышу вдогонку, когда он выходит из аудитории.

Шумно выдыхаю и качаю головой.

Какой реакции от него я ещё могла ожидать?

Глупо было вообще идти на поводу у этого безумного порыва.

Он ведь прав, мы незнакомы.

Мы уже определённо не те, кем были раньше. И да, это прошлое навсегда развело нас по разным сторонам и будет между нами.

На душе тоскливо, ведь на одну минутку я понадеялась, что, может быть, с его появлением моя жизнь…

Отсекаю мысли, потому что знаю, что если раньше мне нельзя было с ним общаться, то что уж говорить теперь, когда отец – грёбаный мэр этого города.

Выхожу следом за ним и вижу, как он скрывается на лестнице, ведущей на второй этаж. Мажет по мне тёмными, как ночь, глазами, как и всем, кто попадает в поле его зрения.

А раньше было бы иначе…

Раньше он бы дождался, окликнул, остановил. Спросил бы, как прошёл мой день, и придумал, чем бы мы заполнили остаток дня.

Глава 5

Смотрю на часы и понимаю, что пара уже началась.

Чёрт.

Снова пытаюсь посигналить впереди ползущему внедорожнику. Разве можно на такой машине ездить так медленно?

Наконец, сворачиваю на нужном повороте, чтобы подъехать к университету. Только вижу, что недалеко от въезда стоят два мотоцикла.

Это уже срабатывает как триггер, и я везде ищу невозмутимое лицо Влада. И тут как раз его нахожу.

Оба владельца «зверей», широко расставив ноги, стоят, не вставая со своих железных коней.

Бойцова узнаю сразу, а вот рядом тот самый мужчина, который с баллончиком был у машины нашей Мегер.

Неосознанно притормаживаю, чтобы разглядеть. Мужчина выглядит всё также опасно, хотя Влад от него далеко не ушёл. Они о чём-то хмуро разговаривают, даже скорее этот жёсткий тип говорит, а Влад лишь серьёзно кивает.

Проезжаю мимо, стараясь не смотреть в зеркало заднего вида. Но с треском проваливаю собственные попытки и вижу, как, кивнув и не надевая шлем, Влад заводит байк и направляется к въезду за мной.

Судорожно увожу глаза вперёд и дышу короткими вдохами. Смысл нервничать и волноваться, он же попросил сделать вид, что мы незнакомы, вот я и сделаю.

Ёрзаю на сидении, выпрямляя осанку, и жду, пока впереди стоящая машина проедет через пропускной пункт и шлагбаум.

Он сначала останавливается сзади, а потом выезжает по левую руку.

Смотрю прямо вперёд, сжимая руль.

Водитель машины передо мной разговаривает с охранником, а шлагбаум всё ещё закрыт. Вдыхаю, бросая взгляд на часы на панели, и в этот момент будто чувствую прострел.

Увидел, значит.

Сглатываю, не поворачиваясь, но в какой-то момент, глядя на себя в зеркало заднего вида, думаю, а почему я должна себя так вести.

Медленно веду головой в его сторону и наблюдаю, как парень давит стекло темнотой своего взгляда.

Смотрим друг на друга.

Он тяжело и колюще, я же с затаённым дыханием в попытке разглядеть в нём ту часть, которая приобрела этот бронебойный панцирь.

Он резко уводит голову и, газуя, уносится вперёд.

Только в этот момент, кажется, я позволяю себе дышать. Нажимаю на педаль газа и проезжаю вслед за ним.

Вижу машину Ромы и Нины, паркуюсь рядом, в то время как Бойцов останавливается в углу парковки и уже двигается, пересекая её по диагонали.

Беру сумку и огромный талмуд по стратегическому управлению и вылезаю из машины. Тут же иду по дорожке между газонами, чтобы войти в нужный корпус.

Учитывая, что мы на одном факультете и курсе, нам по пути, и я прямо чувствую облако неприязни некогда друга, идущее следом за мной.

Студенты, что встречаются на пути, кивают и здороваются, а я лишь реагирую с подобием улыбки. Ноги будто онемевшие, но я старательно передвигаю ими, молясь не споткнуться и спокойно дойти до аудитории.

Только стоит об этом подумать, как я оступаюсь, а каблук застревает в брусчатке. Учебник падает, раскрывая страницы, потому что я пытаюсь устоять на ногах.

Глубоко вдыхая воздух, опускаюсь на корточки, чтобы его поднять, и вижу, как мимо меня проходят тёмные потёртые джинсы Бойцова.

Тут же перед глазами линейка первого класса. Момент нашего знакомства, который сейчас заставляет глаза наполниться влагой.

Но я быстро смахиваю ненужные эмоции и поднимаюсь.

Теперь уже я иду вслед за ним. Замечаю взгляды студенток в его сторону и недобрые оскалы парней-студентов.

Часть здоровается со мной, я же игнорирую и двигаюсь дальше.

Когда я подхожу к аудитории, дверь в неё уже закрыта, а Влад стоит перед ней, прислонившись к стене. Его руки скрещены на груди, и он с усмешкой смотрит прямо в меня.

– Воспользуюсь твоими привилегиями, давай, – указывает головой на дверь.

Хмурюсь, не понимая, о чём он.

– Хоть раз получу выгоду от того, что оказался рядом с тобой, – с неприязнью озвучивает он.

– Влад…

– Это же то, чего ты так хотела, верно?! – едкая, ненастоящая улыбка расплывается на его лице.

– Бойцов! – шиплю я с нарастающим раздражением: – Так задело, что тебя оставили за бортом?!

Он склоняет голову набок и отталкивается от стены. Прикрываясь учебником, расправляю плечи.

Однако парень возвышается на голову и смотрит со снисходительной усмешкой сверху вниз.

– Я никогда и не хотел на этот корабль, – чеканит стальным голосом.

– Обманывай себя сколько хочешь…

– Ты, видимо, путаешь меня со своим Кеном, – дерзко перебивает меня.

– А ты не отходи от своего плана, – парирую в ответ с вызовом в интонациях: – Мы незнакомы, так ведь?!

Он являет злую улыбку и проводит языком по верхним зубам.

Стараюсь не вдыхать аромат парня.

Когда мы были подростками, я не придавала этому значения. А сейчас это навевает ностальгию. Правда, все же нотки парфюма добавились к его природному запаху, и они кажутся ядерными и тяжёлыми.

– Именно, – кивает он, прищуривая взгляд: – Таких, как ты, я знать не хочу.

Влад бьёт словами в самую суть, и ему удаётся ударить.

С извращённым удовольствием в глазах наблюдает, как доставляет боль, и питается этим триумфом.

Невольно ощущаю, как мутнеют глаза от слёз, но я киваю с нелепой улыбкой.

Образ того мальчика из прошлого мгновенно улетучивается из головы, а на смену ему приходит эта повзрослевшая и агрессивная версия.

– Прости, – тяну, пытаясь спрятать то, насколько это меня задело: – Но придётся терпеть. Я ведь дочь мэра, и я в твоей группе.

Отхожу к аудитории, стараясь прийти в себя и привести в чувства. Стучусь и чувствую, как сгущается воздух, потому что он смотрит в мою спину.

– Извините, Станислав Юрьевич, мы опоздали, – открываю дверь.

– А, Дарья! С кем вы там? – тут же реагирует наш препод.

Оборачиваюсь, но вижу лишь, как, засунув руки в карманы и разминая шею, парень удаляется прочь по коридору.

Ты прав, Влад.

Было слишком по-детски оберегать наши воспоминания. Надо было сделать так, как ты, вычеркнуть и забыть.

– Я и дух мэра, Станислав Юрьевич, – возвращаюсь глазами в аудиторию и театрально выдаю преподавателю, закатывая глаза.

Он не реагирует, зато студенты выдают смешки. Вижу, как машет рукой Нина, а на галёрке подмигивает Рома, и иду в сторону подруги.

Глава 6

День проходит относительно неплохо, кроме того, что утром был неприятный обмен колкостями с Бойцовым.

– Слушай, а этот Бойцов, как думаешь, он будет на вечеринке у Рейгиса?

– Нин, серьёзно?! – устремляю в неё взгляд, а девушка жмёт плечами.

– А что?! С Золотовым всё понятно, и так бесился бы, тут же внимание к новичку, как же… Но я бы не отказалась зажечь с ним там, – с каким-то даже предвкушением заявляет.

Стараюсь не обращать внимания на её слова.

Какая мне разница? Мы ведь совершенно не те, кто вновь начнёт общение.

Ощущение, что между нами пропасть, и дело не только в разнице социальных слоёв. Хотя, на моей памяти, Влад всегда презирал тех, кто кичится своим богатством.

– Что с тобой? – одёргивает меня Нина, а я растерянно перевожу глаза на неё.

– Всё в порядке, – тяну с фальшивой улыбкой.

Правда, кроме меня самой, едва ли это кто-то понимает.

– Или в гавани шторм? – толкает она меня плечом: – А вот и бойфренд!

Указывает подбородком вперёд, и я вижу компанию Золотова.

– Привет, – оказываясь около меня, он тут же притягивает меня к себе, чтобы оставить поцелуй.

– Вы сейчас куда? – влезает Нина, спрашивая у остальных, я же немного смущаюсь проявлениям Ромы.

На этот счёт у нас давно споры, я не считаю, что нужно так активно демонстрировать степень наших отношений, но этот парень считает иначе.

– Идёмте в кафетерий, – предлагает он, обнимая меня за плечи.

Становится неудобно, и я пытаюсь поправить волосы, но он будто даже не замечает моего дискомфорта. Прикрываю глаза и свожу это всё на то, что сегодня просто не мой день.

Завтра будет лучше, чем сегодня.

– У нас дальше тренировка, так что пойдём вместе, – командует Рома, а Нина кивает, и все двигаются в сторону к университетскому кафе.

Ребята о чём-то говорят, а я вновь пропадаю из своей реальности. Пропускаю мимо ушей, кажется, всё, что они обсуждают.

В основном это как раз то, что меня не интересует.

Очередная вечеринка, теперь уже у Кирилла Рейгиса, сына прокурора. Знаю, что он не учится у нас, а знаком с Ромой благодаря отцам, не более.

Заходим в общий зал, что кишит студентами.

Кто-то кивает, кто-то зовёт нашу компанию. Я реагирую, а ребята даже не обращают внимания.

Привычная ситуация, однако глаза цепляют силуэт в чёрной кожаной куртке. Он стоит рядом с одним из студентов другого факультета.

– Это чё?! – слышу, как ерепенится Рома: – Какого чёрта Бес с ним делает?!

– Какая разница? – тут же парирую я.

Золотов удивлённо вскидывает брови, а я вопросительно смотрю на него.

– Ром, ты серьёзно думаешь, что с новичком не будут общаться, потому что вы закусились? – иногда его выводы и уровень своей значимости вводят меня в ступор.

Он неплохой парень, но подобные замашки за последний год усилились, и я не могу понять почему. Он всегда был тем парнем, у которого в любом случае есть трон благодаря родителям.

Однако в прошлом году я подобного не замечала. Или, может быть, это со мной что-то случилось, а не с ним…

Вижу, как Влад отходит от Бестужева и двигается в сторону на выход.

Руки засунуты в карманы, а мрачный взгляд смотрит вроде на всех, и ни на кого в то же время. Он ведёт головой чуть вбок, замечая нашу компанию.

Выпрямляю спину, а рука Ромы на плечах становится невыносимо тяжёлой.

Чёрные глаза из-под нахмуренных бровей останавливаются на мне, а в груди будто спазм берёт.

Смотрю в ответ, не желая уводить взгляд, и эти несколько секунд мы пытаемся либо сжечь друг друга до тла, либо найти несуществующие ответы.

– Эй! – слышу рявканье Ромы, и убирая руку, он двигается прямо к Бойцову.

Чёрт.

Перевожу растерянный взгляд на Нину, а та обескураженно разводит руками в воздухе.

Иду за Золотовым, тогда как его товарищи встают по стойкам неподалёку в ожидании дальнейших действий.

Золотов перекрывает дорогу Владу, буквально толкая его плечом.

– Что-то не так?! – насупившись, встаёт он напротив байкера.

– Ром… – тут же тяну я.

– Подожди, Даша, – чеканит, а я даже брови вскидываю от удивления.

Вижу, как Влад, чуть задирая голову выше, ухмыляется.

– У меня всё отлично, у тебя как? – издевательским тоном он отвечает.

– Так, градус явно надо снизить, – слышу голос подруги, которая встаёт к Владу и берет его под руку: – Ты, красавчик, лучше не зли его.

Говорит она с искренним участием.

Медленно и хищно голова парня поворачивается на подругу, и окидывает её взглядом снизу вверх. Она стоит, закусив губу, в то время как я ловлю себя на мысли, что они красиво смотрятся вместе.

Как бы то ни было, это совершенно не должно меня задевать.

– Думаешь, я не видел, – наконец, Рома подаёт голос, вставая ещё плотнее к Бойцову: – Тебе не по зубам, – ухмыляется он: – Нищета…

Влад с секунду молчит, а затем медленно кивает и освобождается от хватки подруги.

– А давай лично у Барби спросим… – встаёт рядом со мной, так что мне приходится поднять голову выше, чтобы видеть его глаза.

Между нами буквально несколько сантиметров.

Дыхание пропадает, и мне оно словно не нужно в эту секунду.

Вожу по нему взглядом в полном замешательстве.

У него удивительная способность отключать меня от этого мира, концентрируя своё внимание только на себе. В эту секунду я вижу лишь хищные и давящие глаза моего бывшего лучшего друга.

– Влад, – шепчу: – Что ты делаешь?

Он тянет губы в едкой усмешке, а потом я замечаю, как его рука тянется ко мне.

Он берёт прядь моих волос, пропуская её между пальцев.

– Будем дружить, Белка?

Глава 7

Изумление переплетается с ностальгией, когда я слышу его обращение. Раньше он всегда называл меня бельчонком, благодаря цвету волос, и сейчас пусть это не та же форма, но это вызывает какую-то нелепую надежду.

Он ждёт ответа, и я не могу распознать его выражения лица. Раньше я могла понять по некоторым знакам.

Например, когда он нервничал, его большой палец всегда отбивал какой-то ритм. Или если он был счастлив, то его глаза улыбались. Не объясню, как это, но я будто видела этот блеск наяву, тогда как губы оставались неподвижны.

– Ты сейчас забудешь, как тебя зовут, мать твою! – в один момент я возвращаюсь в реальность.

Резко вокруг становится шумно, и я вижу лишь то, что Рома уже отталкивает меня и заносит кулак в воздух.

Нина в секунду оказывается около меня, и я вижу невысказанные вопросы на её лице.

Как буду объясняться перед ними, не раскрывая нашего давнего с Бойцовым знакомства, не знаю. Но сейчас меня больше волнует удар, который прилетает во Влада.

Он сплёвывает кровь, и я вижу, что его губа разбита.

– Рома! – повышаю голос, и мне кажется, что я доселе ни разу такого себе не позволяла.

Однако в эту же секунду смачный хук прилетает и в Золотова.

– Ещё раз тронешь меня, – цедит Бойцов, – придётся потратиться на пластического хирурга.

Не обращая ни на кого внимания, он уходит, а я провожаю его взглядом.

– Ты что творишь?! – тут же подлетает ко мне разъярённый Золотов.

Сглатываю. В таком тоне он никогда со мной не говорил.

– Ты намеренно его задираешь?! Это же опасно! – с одной стороны я говорю полную правду: – Перестань уже считать, что тебе все должны, Ром.

Стремительно оставляя позади всю ошарашенную компанию, хочу успеть извиниться перед Владом.

Иду по коридору, не наблюдая парня, куда он мог деться. Если сейчас тренировка, значит, точно в сторону раздевалок.

Поправляю сумку и, пользуясь тем, что все на перерыве, заглядываю в спортивный зал.

Однако там пока пусто, поэтому придётся зайти в раздевалки.

Вдыхаю в грудь побольше воздуха и, тихонько открыв дверь, вижу, как он, стоя в одних джинсах, с силой захлопывает шкафчик.

Кажется, что моё сердце только от частоты ударов остановится. Снова вдох, и я вхожу, намеренно закрывая дверь, отрываю нас от остального мира.

– Извини, Влад, – подаю осторожно: – Но ты тоже его провоцируешь.

Он застывает, так и не сменив позу, а сам поднимает голову к потолку.

Взгляд сам собой ползёт по очертаниям мышц спины, и… Мягко говоря, она выглядит не так, как я помню.

– Зачем пришла? – прислонившись к шкафчикам вполоборота, хрипит он, наконец.

– Я ведь не ответила на твой вопрос, – я буквально чувствую исходящие пары агрессии от парня.

Он усмехается и опускает глаза в пол. А потом, нахмурившись, вновь резко вскидывает взгляд исподлобья.

– И? Что же ты думаешь?

Растрёпанная чёлка ниспадает на лоб, чуть закрывая его лицо. Парень отталкивается и шагает ближе, насквозь пронзая меня своими тёмными омутами.

– Я бы хотела общаться, Влад, – отвечаю то, что действительно думаю: – Да, может быть, в прошлом…

Он щурит глаза.

– Что?! Случилось недоразумение?! – едкие интонации игнорирую и сама делаю шаг к нему, вставая вплотную.

Вижу, как его желваки гуляют по скулам, но он не двигается.

– Нет, случилась ошибка, – противостою, настроенная решительно.

На секунду Влад прикрывает глаза и качает головой, а мне становится очень жарко.

Будто его тело – это настоящая печка, от которой исходит пламя, опаляющее мою белёсую кожу.

– Знаешь, Аксёнова… – открывает он их вновь.

– Это ты ведь предложил? – перебиваю, потому что не хочу вновь слушать колкости.

Хочу понять, что у него в голове. Отчего он считает, что я злодейка.

Да, наши мнения не сошлись, но это ведь было четыре года назад. Мы оба стали взрослее, и…

– …Позлить твоего Кена, не более, – нагло усмехается он с неприязненным взглядом.

– А… – спустя паузу поджимаю губы в разочарованной улыбке: – Я просто подумала, что ты… Впрочем, неважно, я ошиблась.

Поднимаю взгляд, стараясь скрыть печаль и сожаление, а Влад стоит с плотно сжатой челюстью.

Уводит глаза в сторону, и я понимаю, что как бы я ни пыталась сделать из точки запятую, у меня не получится. Потому что этого хочу только я одна.

– Хорошего дня, – разворачиваюсь и выхожу из помещения.

Когда уже оказываюсь в коридоре, а дверь медленно закрывается, невольно оборачиваюсь.

Он стоит ровно в той же позе, замечаю, как шумно он дышит, потому что грудная клетка ходит ходуном. А его жестокие глаза все так же разбирают меня на атомы, делая больно.

Да, именно это я чувствую каждый раз, когда он смотрит на меня.

Снова посылаю нелепую улыбку с поджатыми губами и прячу тот факт, что в уголках глаз собираются слёзы.

Глава 8

– Нина, я не знаю, мне не хочется!

– Ну, Даш! – она уже пять минут канючит мне в трубку, взывая меня к разуму, чтобы я пошла на вечеринку.

– Сходи с нашими, там же все будут? – предлагаю я без надежды.

– Мы с тобой ещё ни одной не пропускали! Надо хоть разбавить начало учебного года!

– Я подумаю, ладно?

– Даш! – снова начинает она: – Уже пять, надо собираться, а не думать…

Прикрываю глаза, поглядывая в сторону гардероба.

– Я приеду ненадолго, Фетисова! Ты потом всё равно найдёшь, кем себя занять, – намекаю на то, что уж эта дама точно не затеряется среди тестостерона.

– Ой, мне нужен только один… Я, кстати, так и не нашла его в социальных сетях, представляешь?

Знала бы ты, что, скорее всего, он там никогда и не появится.

– Не у всех есть талант к блогерству, – отвечаю, лишь бы замять эту тему, а она фырчит на том проводе.

– Нет, ну слушай, внешность у него огонь! Он мог бы стать моделью, правда.

Я почти закатываю глаза, но молчу. Потому что если открою рот, то придётся рассказывать, откуда я его знаю. Да и, может быть, он уже пересмотрел свою точку зрения на окружающий мир.

Хотя наши немногочисленные разговоры дают понять, что он только укоренился в своих взглядах.

– Ладно, Нин, на связи, – останавливаю попытки продолжить болтовню.

– Подожди! – тут же восклицает она: – Я хотела спросить по поводу той стычки в универе…

– Что?! – мгновенно тон меняется, потому что я ещё от разговора с Золотовым не отошла.

Он, например, заявил, что я дала повод новичку. То есть из-за меня он так отреагировал. Есть в этом доля правды из-за прошлого. Однако, как раз моего общения не хотят, и когда я это озвучила, то он мне не поверил.

– Думаю, ты ему понравилась, – озвучивает она настороженно, а у меня это вызывает взрыв смеха.

– Нин! – не скрываю того, что это до абсурда смешно: – Ты в своём уме! Этот парень меня на дух не переносит, так что не неси чушь.

– Не знаю, Аксёнова, не знаю, – подозрительно она тянет: – Он так смотрел…

– Позлить Золотова и всё, – выдыхаю устало.

Когда-то я была уверена, что у нас с Владом крепкая дружба. Потом неожиданная симпатия, которой я испугалась, а потом резкое ничего. И тут мы оба постарались.

– А это, кстати, похоже на правду, – возрастающий энтузиазм подруги я уже слышу: – Я думаю, он будет у Рейгиса…

– С чего вдруг? – хмуро спрашиваю, игнорируя то, что эта правда мне не по нраву.

– Потому что я его пригласила.

Застываю, переваривая услышанное. И понимаю, что внутри будто что-то царапает. Но, глубоко вдохнув, с улыбкой отвечаю:

– Значит, если придёт, у тебя зелёный цвет.

Нина на том проводе активно тараторит про то, что она оденет, а я делаю вид, что мне это интересно. Пока, наконец, она не вспоминает, что у неё запись на маникюр.

Откидываю голову на подушку и закрываю глаза.

В то время, когда мы дружили, Влад был из семьи невысокого достатка. Вещи ему покупали только по необходимости, а денег на карманные расходы было меньше, чем у любого в нашей школе.

Мы жили в соседних районах, а учились в одном классе с первого сентября первого класса.

На своей первой линейке мы и познакомились. Эти воспоминания до сих пор вызывают тепло.

Я споткнулась и упала прямо на площадке перед школой, а учесть ещё огромный букет, который был у меня в руках, это явно выглядело нелепо. Влад единственный, кто вызвался помочь. Он просто подошёл, помог подняться и донёс этот букет за меня.

С того момента темноволосый хмурый мальчик стал мне близким другом. Ни разу он не припоминал мне этого с издёвкой, как делали некоторые первоклашки. Мог пошутить, но от него это всё равно веяло добром. Впрочем, сейчас это слово непримиримо с парнем.

Наши пути разошлись, когда отца выдвинули на высокопоставленную должность. И без того разница в наших жизнях была очевидна, а после мы будто стали катастрофически несовместимы.

Помню, как, будучи подростком, радовалась и рассказывала, что буду круче всех крутых. Сейчас я считаю это всё не от большого ума, а тогда обижалась на друга, что он не разделял моих восторженных воплей.

Останавливаю всплывающие картинки в своей голове, потому что он чётко дал понять, что он думает по поводу нашей дружбы и общения. А мои глупые порывы он воспринимает не более чем возможность поиздеваться.

Глубоко вздохнув, встаю с кровати, чтобы собрать себя на вечеринку к Рейгису, и старательно заглушаю сознание чем-то другим.

Если он и вправду придёт, мне надо научиться не обращать на него внимания. Словно это не тот Влад Бойцов, с которым я когда-то могла без стеснения говорить обо всём.

Глава 9

Влад

Всматриваюсь в огромный домище, в котором и потеряться можно. Неопределённо хмыкаю, снимая подножку на байке. Желания особого идти нет, но посмотреть на эту жизнь, чем чёрт не шутит.

Глаза сканируют парковку, забитую новомодными дорогущими тачками, но её машины я так и не вижу.

Надо было, чёрт возьми, так попасть.

Я и знать не знал, что она в этом универе учится, иначе бы точно послал Халимова с его помощью.

Прохожу по газону, не заботясь о том, что помну идеальную ярко-зелёную траву.

Интересно, она об этом же мечтала?!

Сплёвываю на асфальт, стараясь прогнать рыжеволосый образ. Завтра, по-хорошему, на могилу отца надо съездить. Всё-таки дата смерти, хотя не был там с прошлой даты.

Не сказать, что он был идеальным родителем, но и на том спасибо.

Достаю сигарету, вставая у крыльца, и рассматриваю огромные ворота, что открыты по причине громкой тусовки прокурорского сына.

Сейчас добавим красок в этот дом. Желание немного побарагозить уже зудит на кончиках пальцев. Вряд ли это понравится всем этим снобам, что только и знают, как мериться своими покупками.

Смотрю, как несколько парочек поодаль готовы друг друга сожрать. Видимо, уже в кондиции, а затем наблюдаю, как из дома выходит брюнетка, уже знакомая.

Нина или Надя, чёрт его знает.

– О! – завидев меня, расплывается в кошачьей улыбке, а я вздёргиваю бровь: – Владик…

Прикрываю глаза и шумно выдыхаю. За такое, вообще-то, и по мордасам можно получить.

– Я тебя уже заждалась, – мурлычет она, а я всматриваюсь в её лицо, стараясь оценить степень адекватности.

Когда ты трезв, забавно наблюдать за пьяными. Благодаря отцу, алкоголь – это то, чего нет в моей жизни, иначе дебошир – самое мягкое определение, которое соответствовало бы мне.

– И зачем же ждала? – тяну с мнимым любопытством, втягивая никотин в лёгкие.

Она подходит ближе, встаёт плотнее, и, вероятно, я должен расценить это как «съем».

– Ты такой… – она рукой водит в воздухе, а я выжидательно молчу: – Брутальный.

Ага, ясненько.

Снова тяну дым и выщёлкиваю окурок из пальцев.

– Идём, провожу, – подаю локоть, на что она активно цепляется к моей куртке.

Басы уже вовсю орут, и, судя по трекам, там настоящий диджей. Толпа сходит с ума, превращая дом в нечто содрогающееся.

Сейчас узнаем, как веселится элита.

Бросаю взгляды на вылизанных мальчиков в поло и полуголых студенток. Первокурсников можно сразу узнать. Слегка в отрыве и шоке одновременно.

Ну и конечно, куда без стаи вожаков.

Глаза останавливаются на девушке, что восседает на коленях своего бойфренда.

Разминаю шею, цепляя челюсти, и делаю самый незаинтересованный вид.

Подумаешь, нравилась… Сейчас всё иначе.

Её подруга, что приклеилась к рукаву, даже не пытается отпустить. Указываю ей подбородком, что иду в другую сторону. Надувает губы в театральной обиде, что я напрочь игнорирую.

Сам встаю чуть дальше, наблюдая, как она идёт к своим.

В центре и на лестнице на второй этаж толпятся люди, пытаясь танцевать, и, уверен, считая, что это красиво, сексуально и модно.

Я же, прислонившись к выступу в стене, наблюдаю.

Вожаки сидят на диване и рассматривают всю эту вакханалию с видом жюри. Даже она строит такое лицо, будто это она пропустила всех сюда.

Противно до одури.

В кого она превратилась?

Хотя, она всегда была ею. Белоручка, которая удачно маскировалась, пока её никто не видел. А когда её заметили, ей стало абсолютно плевать на всё.

Вижу, как кто-то из их компании снимает видео на телефон, и прищуриваюсь. Кен уже лапает её оголённые ноги, и уверен, что сейчас начнётся прелюдия.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.