Катрин Малниш
Чародей XXI века: Увидеть "Париж"– и не умереть

Глава 1

В ту ночь Натану долго не спалось.

Он постоянно ворочался, перемещаясь то ближе к стене, то наоборот – к краю кровати, не в силах отыскать именно то положение, которое бы ему подарило блаженное спокойствие.

Оборотень долго боролся с желанием разорвать подушку и матрац, а когда все – таки нашел более – менее нормальное положение, почувствовал странный больной укол в груди.

Словно сердце проткнули тонкой иглой – а затем резко выдернули.

В итоге, сев на кровати, парень посмотрел в темное чистое небо, увидел в ореоле звезд сверкавший диск луны – и, взглянув на часы, ужаснулся.

Три ночи, а ему послезавтра выходить в первый раз на службу.

После того, как Ред исцелил ему руку, Натан сразу потребовал от отца разрешения на досрочное закрытие больничного, на что сначала был получен ответ в самой грубой форме, а уже потом Яков Денисович, под напором коллег Натана, которым оборотень сообщил о своей задержке с выходом на службу, тут же начали просить у исполняющего обязанности директора свободы для собственного сына.

И потом уже Яков Денисович, увидев, как Натан тайком пробирается в офисные тренажерные залы и приводит себя в форму после двухнедельного заточения в четырех стенах, скрепя сердце подписал приказ о выходе сына на работу.

И Натан, предвкушая последний декабрьский понедельник, как свой второй триумф, подготовился и, желая встать пораньше, даже с вечера подготовил свой деловой костюм и лег раньше обычного – но сон подкачал.

Парень долго сновал по квартире в полной тишине, то беря в руки графин с водой, то уходя к балкону подышать морозным воздухом.

Что его тревожило, оборотень и сам не понимал, пока его мобильный не сверкнул вызовом – и по квартире не прокатилась веселая мелодия, которую Натан давно хотел сменить, но все руки не доходили.

– Чего тебе? – уточнил сурово оборотень, все – таки ложась в постель.

– Натан, у нас беда, – вырвалось у Адольфа с трепетом. – Праска сбежала.

– Что?!

После этого сон как рукой сняло.

Оборотень включил в зале свет и, засев за ноутбук, сразу просмотрел все материалы с видеокамер и отчеты, которые уже успели впопыхах наклепать некроманты.

– Как это получилось?

– А ты не видишь? Она просто исчезла!

– Но это был портал, – заметил Натан. – Однако тюрьма – изолирована. Там все отделано обсидианом.

– Именно! – воскликнул Адольф, заливая свои нервы водой. – Но Натан, это случилось… Ей кто – то явно помог, потому что сама она была не в состоянии даже сферы создать.

– Это может быть только тот, кто знает механизмы тюрьмы. А таких у нас немного.

– Но у всех алиби – и все чисты, – Вихров начал куда – то идти, из – за чего на заднем плане раздался цокот его сапог по металлу. – Натан, не хочу этого говорить, но поднимай Реда. Тут только он будет полезен.

– Но он только вышел в новогодний отпуск, – заметил оборотень, невольно посмотрев на их фото с братом, где они стояли в форме офиса на вручении им званий капитана и майора. – Поэтому…

– Повиси, – вдруг попросил парень, – у меня вторая линия с вызовом.

Натан отложил мобильный, не сбрасывая, а сам, уже думая, как бы к этому делу действительно привлечь Реда, упирался в самую толстую стену, которая официально давала магу право отказаться: у него в команде появился ребенок.

Которого Натан спихнул младшему брату самолично.

Однако слушая возгласы Адольфа и понимая, что иного выхода нет, он уже взял с базы городской телефон, чтобы дозвониться брату, как вдруг услышал голос Вихрова из динамиков:

– Не верю, что говорю это… Вызывай Реда. Срочно!

– Да что случилось – то? – изумился оборотень.

– В детском лагере похищены дети…

Натан не удержался на ногах и, упав на диван, шумно выдохнул.

Не нужно было быть гением, чтобы связать побег Праски – и пропажу подопечных из лагеря.

– Поднимай опергруппу, – приказал сурово Натан, беря из прихожей куртку и вставляя ноги в кроссовки. – Я выезжаю.

– Понял.

Вихров отключился, после чего Блейк нашел в контактах номер младшего брата – и тут же набрал Реда. В груди Натана теплилась крохотная надежда, что маг еще не спал – и смог бы выехать с ними на вызов.

Тем более такой серьезный.

Долгие пять гудков уже заставили Натана потускнеть, но скорый шорох и сонный голос Реда позволили парню возликовать: если взял, значит, еще не все силы покинули мага.

– Ты на часы смотрел? – уточнил с раздражением Ред. – У меня сегодня ночное…

– Ред, у нас тут кое – что случилось, – Натан закрыл квартиру и вставил в скважину ключ, – Праска сбежала и…

В этот момент, как назло, смартфон выпал и, грохнувшись на мягкий коврик у дверей, позволил Натану в тишине повернуть три раза ключ в замке, а затем взять трубку, приложить к уху и дослушать разъяренный голос брата:

–…ки! Кого ты там держишь около таких заключенных?! Дебилов вроде Вихрова?!…

– Ред, просто приезжай, – попросил тихо Натан, прекрасно зная, как разговаривать в таких случаях с магом. – Там по – любому есть следы Культа.

– Господи… когда же вы от меня отстанете…

Парень отключился, после чего Натан, выбежав в ночную зимнюю мглу, глубоко вдохнул северный ветер, который принес с соседней пекарни аромат выпечки, после чего ринулся к своей машине и, вальяжно нажав на кнопку ключей, с радостью услышал отозвавшуюся после ремонта ауди.

Сев за руль, парень сразу завел автомобиль и, только увидев, как вспыхнули все табло с показателями и электронная панель, надел свой наушник для связи с ребятами – и, словно мальчишка, с тупой радостной улыбкой выехал с парковки на центральную дорогу.

Адольф сбросил ему сообщением адрес, который Натан переслал Реду, после чего, свернув с Северного шоссе на второе Бульварное кольцо, слегка сбавил скорость, так как понимал: он еще не в том состоянии, чтобы гонять по достаточно оживленному центру с прежней скоростью.

К дому младшего брата он приехал через полчаса и, остановившись около ворот, стал ждать, когда Ред, проковыляв в полусонном состоянии по коридорам школы и взяв все необходимое, выйдет на улицу.

Как раз началась пурга, поэтому Натан не стал рисковать – и пускать брата за руль, ведь магу и без того досталось от Культа – и лишнюю нагрузку на него не стоило сейчас взваливать.

И, как считал Натан, если он уже может помочь Реду в бытовом вопросе, то парень быстрее поправится – и вернется на службу после долгого для него лично больничного.

В школе загорелся свет на кухне, где на пару минут мелькнули две фигуры, а затем из входной двери показался Ред в пальто нараспашку и намотанным на горло черным шарфом.

Маг быстро сел на пассажирское и, пристегнувшись, откинулся на кожаное сидение, закрыв глаза.

– Все в порядке?

– Да.

Натан завел ауди – и она унеслась на предполагаемое место происшествие.

Лагерь, под нескромным названием «Париж», находился за тридцать километров от города, около известных в округе изумрудных прудов в ивовой роще.

Ред не раз слышал об этом месте – и все пытался отправить туда Стаса на все лето, но каждая смена была всего по месяцу, и на вторую детей нечисти не брали. Даже, если они были примерными воспитанниками и тихими, как церковные мыши.

Ворота лагеря представляли собой кованую решетку с узорами в виде львов, державших солнце и луну в зубах, а само здание было выполнено в готическом стиле, украшено различными фресками и статуями маленьких детей в старинных одеждах, над которыми развевался флажок с эмблемой лагеря: Эйфелева башня на фоне луны.

– Зимняя смена уже началась, – пояснил Натан, – на новогодние каникулы ученики разъедутся домой, однако до этого еще целая неделя, поэтому нас попросили приехать.

– А сколько детей пропало? – уточнил сонно маг, скрестив руки на груди.

– Трое. Мальчишки по десять лет.

– Из одного отряда.

– Вроде да.

– Ну хоть тут легче.

Перед белой ауди открылись ворота и, как только машина въехала на внутренний двор, из – за массивных деревянных дверей, находящимся под колоннадным портиком, выскочила худощавая женщина в огромных очках и жуткой прической на голове.

Она куталась в шаль, носила старомодное платье с корсетом поверх основного костюма, а также прятала руки под вельветовыми перчатками, на которые еще натянула золотые и серебряные кольца.

Не успели Ред с Натаном выйти из машины, как женщина тут же подбежала к ним.

– Господи, как хорошо, что вы так быстро приехали, – расчувствовалась она.

– Поступил сигнал, что пропали дети, – сразу перешел к делу Натан. – Нам написали, что из вашего лагеря исчезли три мальчика.

– Д – да, – чуть не плача, пролепетала женщина. – Проходите, не стойте на морозе.

– Как вас зовут? – Натан достал свой блокнот и приготовил ручку.

– Серафима Родионовна, – представилась женщина. – Я завуч по воспитательной работе.

– Фамилия?

– Туранова.

– Хорошо, – Натан покосился на статуи детей в нишах, когда они подошли ближе к строению. – Старое здание?

– Очень. Построено аж в одна тысяча восемьсот сорок пятом году.

– Ничего себе, – присвистнул Натан.

Ред посмотрел на распахнувшиеся перед ними двери и, как только увидел длинный темный коридор с фотографиями и портретами, подумал сначала о доме с привидениями – или о каком – нибудь сиротском приюте, переделанном из дома богатого вельможи царской России.

Стоило Реду переступить порог дома, как его в грудь что – то укололо. Это было похоже на несильный тычок пальцем, однако маг не придал этому значения, списав ощущение на обычное волнение.

Цокот каблуков стал нарастать, ведь чем дальше они все продвигались вглубь здания, тем сильнее у Реда нарастала странная тревога, словно за ними кто – то наблюдает и одновременно следует попятам.

Как будто некто невидимый, кто не рад гостям, крадется за их тонкими тельцами, изучая слабости и предполагая, чем бы задавить, чтобы навсегда оставить в своих темных коридорах…

– Ред!

Маг тут же повернул голову – и увидел, что Натан стоит в прямоугольнике света вместе с Турановой.

Он быстро подошел к ним – и сразу переступил еще один порог, за чертой которого оказался огромный зал с кожаными диванами, милыми подушками, светлыми обоями и занавесками им в тон. На полу валялись раскиданные игрушки, на полках стояли книги для разного возраста, а в двух клетках мирно дремали попугайчики.

Туранова пригласила ребят сесть на два стоявших друг против друга дивана, после чего села напротив них и, утирая платком выступающие слезы истерики, приготовилась отвечать на вопросы.

– Скажите, когда пропали дети?

– Точнее – когда вы их видели последний раз, – поправил Ред брата, доставая собственный блокнот.

– Наверное… лично я видела их… за ужином. Да, они сидели за столом – и бедокурили.

– Что это значит? – не понял Натан.

– Миша за что – то ударил Никиту, а Даня вступился, – кратко пояснила женщина. – А больше я как – то и не знаю. Я же с группами не работаю. Вам лучше завтра спросить у нянечек и вожатых.

– Погодите – а разве вожатые сейчас не тут? – удивился Ред.

– Нет конечно. Они живут через пять километров отсюда. Каждое утро за ними приезжает автобус. Многие вожатые приезжают с семьями – ну не тут же им ночевать. У нас отдельный комплекс для них. Да и детям комфортнее – не двадцать четыре часа в сутки под наблюдением.

– Напишите мне имена и фамилии тех детей, которые пропали, потом напишите все об их родителях, в том числе адреса и номера телефонов, – потребовал Натан, пододвигая к женщине свой блокнот с ручкой.

– А мне расскажите, были ли у вашего заведения слухи или легенды.

– Вы думаете, тут мистика замешана? – ее лицо побелело окончательно, а рука с ручкой дрогнула.

– А что, есть повод ей тут вмешиваться? – сразу подметил Ред. – Если вы будете с нами откровенны, то мы очень быстро отыщем детей.

Несколько минут завуч молчала, а потом, начиная выводить имена ребят и их родителей, опустила плечи и тише продолжила:

– Не говорите только директрисе.

– О чем?

– О том, что я вам расскажу.

– Хорошо, – без промедления пообещал Ред, и даже укоризненный взгляд Натана его не остановил.

– В общем… я тут работаю уже больше пятнадцати лет. Повидала немало. Но лет пять назад тут случился инцидент… Пропала девочка.

– Так.

– Ника Алферова, – припомнила Туранова. – Как сейчас помню: такая пухленькая, с двумя светлыми косичками, на которых всегда были бантики.

– И куда она делась? Ее нашли? – уточнил Ред.

– Увы, – помотала головой завуч. – Никаких следов. И как мне кажется, неспроста это.

– Правда?

– Да. Мы не успели сообщить в полицию о ее пропаже, как нам пришел ответ. Ровно за день до нашего заявления, в полицию обратилась ее старшая сестра с просьбой отыскать пропавших без вести родителей.

– Не хочу показаться бестактным, – встрял Натан. – Так может это как – то связано?

– Следователи тоже взяли эту версию в разработку. Но потом, – Туранова помрачнела. – Всю семью нашли на берегу наших озер. Тела изуродованы, как будто их били всю неделю, пока шли поиски. Глаза выколоты, рты – зашиты нитями, а запястья – перерезаны.

Натан невольно поморщился, так как терпеть не мог подобных дел. Тем более, если там фигурировали дети.

А вот Ред, окончательно проснувшись, начал слушать куда более внимательнее. Все – таки дальнейшая история была как раз по его любимой части:

– Прошлый директор лагеря – мой муж, – однажды мне рассказал одну байку. Мол, изначально это здание было построено для сиротских детишек. Оно приютом, по сути, и являлось до пятидесятых годов прошлого века, – Туранова утерла выступившие вновь слезы. – И в те времена тут погибало много детей: от болезней, голода или драк… Ну сами понимаете, какие были годы.

– Понимаем, – кивнул Натан, невольно посмотрев на Реда, который не отрывал взгляда от женщины, пристально всматриваясь в ее ауру.

– Но был один случай. Он передается тут как история из поколения в поколение и служит страшилкой для детей, но… у нее есть своя правда. Дело в том, что в одна тысяча восемьсот девяносто пятом году в зиму тут пропала девочка. Говорят, она не была членом приюта – ее нашли на улице двое воспитателей.

– И пригласили погреться, – ляпнул Ред.

– Вроде того. Та пара не имела детей – опять же, по легенде, – поэтому они по – своему привязались к девочке. И собирались ее забрать. Однако… накануне подачи документов на опекунство… эта девочка бесследно исчезла из своей комнаты. Соседки ее не видели, как и служители приюта.

– И? Причем тут наше дело? – уточнил Натан.

– Да не торопи ты!

– Спустя некоторое время после исчезновения этой девочки в приюте стали умирать дети. Причем четко в указанные даты: двенадцатое и двадцать четвертое числа декабря.

– Сегодня двадцать четвертое, – протянул удивленно Натан.

– Двенадцатого кто – то пропадал? – сразу спросил Ред.

– Слава богу нет. Но Ника Алферова исчезла двенадцатого декабря.

– И до этого дети не пропадали? – удивился маг.

– Клянусь, что нет. За все сорок лет, что я тут работаю, ни одной пропажи, кроме вот этих двух.

– Дети находятся все в одном корпусе?

– Конечно. Сейчас они в корпусе С, а корпус А и В стоят пустыми.

– Почему так? – уточнил Натан.

– Мы специально переместили всех в корпус С, чтобы вам было проще работать. Мне сказала директриса, какими иногда вы пользуетесь методами, – она взглянула осторожно Натана, потом перевела взгляд на Реда. – Детям такого лучше не видеть. И вообще, будет лучше, если мы максимально тихо будем заниматься этим делом.

– Боитесь огласки?

– У нас уже был случай, нечего нам бояться, – заметила Туранова, положив ручку на блокнот. – Дети могут перепугаться. Поднимут шум, попытаются уехать домой. И еще кто – нибудь пропадет. К тому же… уж простите, что говорю о таком в последний момент. Но у нас тут два месяца назад появился новый вожатый.

– Так – так, уже интересней, – Натан сразу стал записывать на другой странице.

– Герман Феликсович Дюран, – припомнила с трудом Туранова. – Молодой, но такой странный. Уроки ведет просто загляденье – дети от него в восторге. Но вот даже за обедом… с ним сидишь… а от него будто холодом веет…

– Так может окна надо закрывать? – улыбнулся Натан.

– Клянусь вам, – она перекрестилась. – Не сойти мне с места. Кожа у него бледная – бледная, словно у ваших вампиров. А глаза… такие синие – синие, как океан. А как глянешь… так дрожь берет.

– А вы документы проверяли? Ну, я к тому, что… может, у него есть наследственность в наших кругах, – пояснил Блейк – старший.

– Проверяли мы его с головы до ног. В роду только духи. И потом – последние три поколения в его семье это полностью люди. Мы запросили у офиса на него сводку даже.

– Ого…

– Да. И прислали нам полную его карту. Ничего там такого и нет. Но вот… словно мертвец…

– Хорошо, мы посмотрим на него, – пообещал Натан, записав имя и фамилию учителя. – А что он ведет?

– Французский преподает у подростковой группы.

– В нее входили пропавшие? – уточнил Ред.

– Нет. Но сразу скажу, у него с ними был конфликт.

– Где же они пересеклись? – удивился Натан.

– Во дворе. Он же не только учитель, но и вожатый. С детьми постарше он неплохо ладит, как – то находит общий язык, а вот малыши для него – это пытка.

– А конфликт возник на фоне чего? – Ред закинул ногу на ногу и слегка отстранился от всех.

– Да вот… буквально из – за глупости. Мишка Андреев кинул в Дюрана снежком, а тот – сделал ему замечание, но… но на каком – то странном языке. Точно не на французском.

– И? – не понимал Натан.

– А Мишка начал отрицать, что он кинул снежок. Слово за слово, они сцепились, словно две вспыхнувшие спички. И Дюран, что греха уж таить, шлепнул его по спине. Несильно, но парень со злости так его обматерил… о ужас просто!

– И все? – удивился Ред. – Весь конфликт во взаимных оскорблениях?

– Да. Но Дюран чуть не положил на стол директрисе заявление по собственному. Только чудом она как – то уладила их конфликт.

– Родители знали об этом? – уточнил Натан.

– Нет – нет. Мы разошлись мирно. Правда Миша мне после долго жаловался ходил: то он говорил, что Дюран втайне практикует черную магию, то рассказывал, что Герман общается с кем – то невидимым в коридоре, смотря в темноту, то еще что выдумает. В общем, он еще тот фантазер.

– Дюран все еще тут? – спросил Ред.

– Да. Он в комплексе для преподавателей.

– Он приехал один?

– Вроде бы да. Сразу скажу – их часто видят вместе с директрисой.

– А она молодая? – удивился Натан.

– Моя дочка. Елизавета Туранова, – улыбнулась впервые за всю беседу завуч.

– У них роман?

– Нет – нет, что вы! – женщина смутилась.

И Ред с Натаном сразу поняли, что дело тут не только в репутации заведения.

– Лиза, конечно, уже большая девочка, но все – таки вряд ли она такого, как этот парень, выберет, – заметила Туранова. – Да и между ними конфликты были достаточно частыми.

– Ну… милые ссорятся – только потешаются, – усмехнулся Натан, записав слова Турановой. – Последний вопрос. У вас у самих в роду были кто – то с паранормальными генами?

– Нет – нет! – сразу отмахнулась женщина, вновь перекрестившись. – Никогда мы не связывали себя с вами. Не примите за оскорбление.

– Да что вы, – махнул рукой Натан. – Мы привыкли, не волнуйтесь. Что же, мы вернемся завтра утром.

– Да куда же вы поедете, – изумилась женщина. – Глядите, какая пурга… Мы вам приготовили комнату.

– В корпусе В? – усмехнулся Ред, беря в руки свой блокнот.

– Упаси господь. В нашем, административном. Идемте.

Натан и Ред быстро переглянулись и, пожав плечами, двинулись за Турановой по мрачным коридорам.

Более – менее часто используемый блок с кабинетами и комнатами был отремонтирован, однако вся лестница, как показалось магу, устояла в своем первозданном виде еще с девятнадцатого века.

Все ступеньки были обшарпанными, как и металлические перилла, которыми тут заменили каменные в советские годы. На чугунных элементах давно осел налет и пыль, а по стенам сползали остатки былой штукатурки.

Стрельчатые высокие окна, сквозь которые бил лунный свет, возвышались великанами над двумя пролетами лестниц, что заставило мага невольно посмотреть на круглый диск в черном небе – и свериться со своим календарем.

Время еще было, поэтому парень, глубоко вдохнув затхлый воздух помещения, поднялся следом за Натаном на второй этаж, но остановился, когда Туранова, обернувшись к ним перед высокими белыми дверями, попросила:

– Подождите тут пару минут. Я уточню, все ли готово.

– Хорошо, – кивнул Натан, отпуская Туранову в темный коридор.

Ред в это время оперся на перилла и, закинув назад голову, увидел старинную, сверкающую хрустальными капельками и позолоченными завитушками люстру.

Она была переоборудована так, что ее витиеватый ствол украшали ветки проводов, однако в канделябры не были вставлены лампы в форме свечей.

Это не насторожило Реда, но все – таки заставило его мозги пошевелиться.

Почему в подобное место родители до сих пор отправляют детей, если знают о случаях исчезновения?

– Веселый вызов, – заметил Натан, кутаясь в куртку.

– Да уж, – Ред посмотрел на брата, после чего подошел к дверям, приложив ухо к деревянной поверхности. – Хорошая звукоизоляция. Ни черта не слышно.

– Ничего, и без этого разберемся. Только тебе не кажется, что эта Туранова какая – то странная?

– А тебе не кажется, что дело странное? – парировал с язвинкой маг.

– Это да, но… ты не ощущаешь холода?

– Ну так тут нет батарей, – Ред кивнул на пустую нишу под двумя высокими окнами. – Отогреешься в комнате. Будем надеяться, что там пролегают хотя трубы с паровым отоплением. Кстати, как рука?

Натан с удивлением взглянула сначала на Реда, а потом – на поврежденное в аварии запястье. Кости срослись, а мышцы – полностью восстановились, правда врачи не рекомендовали поднимать тяжести и дергать рукой.

– Намного лучше, – Натан скрестил руки на груди, спрятав раненую под мышку. – Иногда болит. Обычно – перед дождем.

Ред невольно прыснул, и Натан тоже улыбнулся, так как находил в своих новых способностях только плюсы: кости никогда не обманывали – даже отец поражался, откуда в сыне проснулись пророческие данные.

Ребята уже успели замерзнуть, когда Туранова, показавшись из – за дверей, махнула им рукой – и пригласила внутрь.

Коридор административной части был ненамного богаче обустроен, чем все здание: старая штукатурка, приклеенные в далекие шестидесятые полосатые обои – и, словно отголосок далеких императорских веков, старые свечные канделябры, в которые были вставлены толстые светлые свечки – и сверкали маленькими искорками язычки пламени.

Полы скрипели так сильно, что Натан успел несколько раз тихо проклясть это здание, а Ред – поразиться: как это у Турановой выходит передвигаться так бесшумно. Единственное, что слышал маг, это цокот ее набоек.

– Прошу вас, – она толкнула деревянную дверцу – и открыла ребятам путь в двухместную комнату. – Две кровати – как раз для вас. Отдохните, а завтра – снова в бой. Только учтите – завтракаем все вместе в восемь тридцать.

– Хорошо, – кивнул Натан, забрав у женщины ключ.

Она успела лишь улыбнуться – и удалиться в темный коридор.

Но опять же – бесшумно. Словно призрак, которому были неведомы законы гравитации.

Комнатка оказалась более чем крохотной: две кровати в полуметре друг от друга, стоявшая между ними тумбочка, на которой уже завяли три ветки с какими – то пушистыми цветами, а также желтые, словно в больничной палате, занавески.

Ред терпеть такие не мог, однако они помогли ему уснуть, так как свет от фонаря бил таким ярким пучком прямо в глаза, что парень долго ворочался и прятался под колючим одеялом, пока со злости не задернул шторы – и не улегся на правый бок, лицом к холодной стене.

Напоследок он отправил Александре короткую смс с просьбой приехать утром на первом автобусе, оставив на хозяйстве Гарри.

Девушка прочитала – две галочки мелькнули в углу сообщения, – но ничего не ответила.

Может, обижалась, а может – просто устала и спала.

Магу это было неинтересно, однако все равно глупые вопросы лезли в его голову еще ровно полчаса, пока сон не взял вверх – и парень не провалился в темный омут собственных мечтаний и страхов…

Глава 2

***

Вопреки всем ожиданиям, Ред начал пробуждаться от прекрасного царства тьмы где – то в пять утра. Будильник он поставить забыл, однако организм, уже который год живя в бешеном ритме, привык отводить на собственное восстановление около двух – трех часов в сутки.

Реду нравилось такое, однако он понимал: сильно злоупотреблять такой диковинкой своего тела не стоит. Однажды ему это аукнется в самой неподходящий момент.

Натан еще спал, лежа на спине и закинув раненую руку на подушку, поэтому Ред, быстро натянув брюки и рубашку, взял в руки сапожки – и направился к выходу, пытаясь ступать как можно тише.

Ему не хотелось будить брата, ведь это был идеальный вариант поработать в привычной ему атмосфере.

Уже в коридоре он натянул сапожки и, ступая без особого стеснения, услышал в конце коридора журчание воды и чье – то мелодичное негромкое пение.

Парень уже предвкушал, что встретит обычную девчонку, которая зачем – то пробралась в административный корпус, однако из последней комнаты по правой стороне коридора вышла утонченная, похожая на струнку скрипки, девушка с огненно – рыжими волосами, которые струились по ее плечам и спине до самой поясницы. Ее тело было заковано в обтягивающее старинное платье серого цвета, которое застегивалось спереди рядом пуговиц и подчеркивало талию и бедра благодаря натянутому поверх чёрному корсету.

Ред нечасто, но видел, как дамы доводят себя до состояния селедок – и становятся похожи на настоящее пособие по анатомии в живом экземпляре. Однако тут его захватило зрелище, как двигалась незнакомка: движения плавны, словно их прорисовывает талантливый аниматор миллиметр за миллиметром, губы горят вишней на бледном исхудавшем личике, где к тому же помещаются огромные воробьиные глаза с пышными ресницами.

Маг даже не понял, как впал в ступор, а затем увидел незнакомку в пяти шагах от себя.

Она стояла против света, из – за чего казалось, что исходящие из – за спины лучи становятся крыльями.

– Вы – Натан Яковлевич? – уточнила она мелодичным, почти звенящим, как апрельская капель, голосом.

– Нет, – Ред сам удивился, как легко ответил, хотя минуту назад ему казалось, что голос исчез, а язык забыл, как ворочаться, чтобы преобразовывать мычание в слова. – Я – его младший брат. Ред Блейк.

– Неужели? – ее глаза засияли. – Тот самый? Который в городе известен, как целитель и некромант?!

– А вы так хорошо знаете обо мне? – удивился вновь маг, всматриваясь в бездну ее зеленых глаз.

– Ну конечно. Кто же не знает Реда Блейка, – улыбнулась она, выпрямив спину. – Поверьте, о вас ходят легенды.

– Никогда не слышал.

– Вы по поводу пропавших ребят?

– Да. Поступил вызов и…

– Могу я поговорить с вами наедине? – уточнила вдруг девушка, словно чего – то испугавшись.

– Ну конечно. Только давайте так: я отвечаю на ваши вопросы, вы – на мои. Идет?

– Ну разумеется.

Она провела парня в комнату побольше, чем выдали ему с Натаном, после чего, закрыв дверь, присела на старенький диван с золотистыми узорами на красной ткани – и, предложив магу сесть рядом, увидела его «покорное» подчинение.

– Могу я быть уверена, что расследование не получит огласки? – голос незнакомки сменился, стал более тихим и серьезным.

– Да, я могу гарантировать, что работаю конфиденциально, за что и получаю деньги, – заверил Ред, не отрывая взгляда от ее фигуры. – Однако, могу я узнать, с кем говорю?

– Боже мой, – она улыбнулась, и у мага потеплело на душе. – Конечно. Елизавета Михайловна Туранова – директриса этого лагеря. Вы вчера говорили с моей матерью, я права?

– Да, – Ред проглотил комок восхищения.

Такая молодая, красивая и статная, а почему – то решила работать тут, в глуши, в обычном лагере, хотя могла бы ходить по любому подиуму в роскошных платьях и иметь толпы фанатов.

Ред сжал непослушные пальцы в кулак, так как ощутил непреодолимое желание дотронуться до этого чуда. Аккуратно убрать за ухо кудрявую прядь, рассмотреть все изгибы шеи, ключицы и острые черты лица…

– Вы слышите меня? – повторила озадаченно Елизавета.

– Простите, – Ред протер глаза, но красота девушки не убавилась. – Не выспался, должно быть.

– Извините, что дернули вас в ночь. Просто боялись, что вновь началось – и пропадут еще дети.

– Началось что? – уточнил маг.

– Вам моя мать рассказала о легенде?

– О девочке?

– Да.

– И что вы думаете?

– Пока ничего, – честно сказал Ред, у которого вмиг из головы вылетели все истории и предположения, которые еще вчера мучали его все два часа перед сном. – Нужно осмотреть здание. Обычно оно само дает ответ на происходящее.

– Но она же вам наверняка наговорила гадостей про Дюрана.

– Откуда вы…

– Поверьте. Вы не первые, кто приезжает сюда, – директриса странно померкла, а косые серые лучи утра, пробившиеся сквозь окна, оставили на ее лице бледную, сверкающую серебром, полоску. – Многие пытались помочь – и столько же пропадали сами. И моя мать все сваливает на господина Дюрана. Поверьте!

Она так резко схватила Реда за руку, что парень чуть не шарахнулся в сторону. Но рефлекторно сам схватил девушку за запястье, ощутив, насколько мягка и идеальна ее кожа – от нее веяло ароматом цитрусовых и в то же время какой – то пыли и влаги, как после дождя.

– Поверьте мне, – повторила Елизавета, – Герман тут ни при чем! Вообще! Он – прекрасный человек и великолепный педагог. А то, что у них возник конфликт с Мишей – ни о чем не говорит. Андреев и сам – не ангел.

– Странно слышать такие слова от педагога.

– В каком смысле? – смягчилась девушка, крепче сжав руку мага.

– Я так скажу: любой талантливый педагог будет на стороне ребенка. Да, иногда стоит проявить выдержку и строгость, но нужно выяснить, что побудило ребенка пойти на то, что он натворил.

– Вы учились в педагогическом? – удивилась Елизавета.

– Упаси бог. Просто иногда читал кое – какие материалы.

– А правда, что вы видите ложь, просто смотря в глаза?

– Правда.

– Могу я привести к вам Дюрана, чтобы вы при моей матери сбросили с него всю грязь, которую она на него взвалила.

– А что конкретно она сказала? – уточнил маг.

– Постоянно твердит, что Дюран – крадет детей для каких – то своих целей. Мол, это он их закрывает постоянно в той чертовой комнате, мучает там, а потом – отпускает…

– Да о чем вы?!

– Она вам не рассказала? – уточнила вновь Елизавета. – Она ненавидит Германа. Представляете, просто потому что он – француз!

– Он же преподает французский, – неуверенно заметил Ред, еле сдерживаясь, чтобы не вырвать руку.

Нежная кожа стала вмиг какой – то твердой, но не стала от этого смотреться хуже: словно каменное изваяние, выточенное из цветочного мифического камня.

– Она не любит иностранцев. Говорит, что наши – в сто раз лучше. Но господин Дюран… он… он обожает нашу страну. У него есть тут семейные корни, поэтому он и вернулся преподавать.

– Это все прекрасно. Но вы говорили о комнате…

– Да – да. Комната. Она на четвертом – запретном! – этаже, – пояснила директриса. – Говорят, что много – много лет назад, там пропала первая жертва этого дома. А уже за ней каждое двенадцатое и двадцать четвертое число стали пропадать дети. Вчера было двадцать четвертое – и ребята пропали. И я не исключаю, что они забрели в ту самую комнату…

– Покажите мне ее просто.

Ред наконец – то смог совладать с собственными инстинктами – и вырвать руку, чтобы спрятать ее под перчаткой.

Елизавета виновато посмотрела на него, словно нашкодивший ребенок, понимая, что ее будут бить, отчего у нее тут же округлились глаза, сделавшие ее похожей на олененка.

– Не могу, – она отвела взгляд. – Без господина Дюрана я не пойду к этой комнате.

– Да что у вас этот французик прямо с языка не сходит! – возмутился Ред, чувствуя жгучую ревность внутри. – Правильно ваша матушка предположила: вы – любовники!

– Да!

Она встала – и ее стан тут же выпрямился, сделав из нее настоящую королеву. Фарфоровые статуэтки и греческие монументы истории не пошли бы ни в какое сравнение с той красотой, что открылась Реду.

Елизавету взял в свои объятия серый цвет, бьющий из окон, а ее глаза сверкнули изумрудами, словно были сделаны искусным мастером из настоящих драгоценных камней и частичек стекла.

На рыжие кудри легли микроскопические частички пыли, а половицы даже не посмели скрипнуть под невысоким каблучком девушки.

– Мы с Дюраном любим друг друга – и что? – она сразу сменила тон, скрестив руки в области живота и слегка согнув локти на уровне ребер. – Это запрещено в нашей стране?!

– Нет, не запрещено. Но у вас пропадают тут дети. Вы знаете о проблеме, даже предполагаете, где они исчезают – и до сего момента ни разу не вызывали группу офиса? – изумился Ред, не отрывая взгляда от фигуры Елизаветы.

– Я совсем недавно на посту директрисы, – пояснила Елизавета, немного успокоившись. – До этого должность занимал мой отец. Но я училась в городе – и жила там же. Я ничего не знала о происходящем в лагере.

– Тогда понятно, – протянул раздражённо Ред. – Что ж, тогда после завтрака предлагаю вам показать мне и Натану ту самую комнату. И желательно, чтобы с нами был ваш француз.

– Хорошо. У Германа как раз сегодня выходной.

– То есть, он не должен был сегодня приезжать? – сразу схватил Ред.

– Не должен, но мог бы.

Ред понимающе кивнул, после чего уже собрался покинуть комнату, как вдруг в дверь постучали.

Елизавета подскочила, словно ошпаренная, тут же посмотрела в запыленное стекло зеркало, стоявшее около ее кровати, после чего тут же двинулась к порогу и, буквально схватив тонкими пальцами ручку дверцы, повернула другой рукой ключ в замочной скважине – и распахнула свой мир для еще одного утреннего гостя.

Ред сразу понял, кто это мог быть.

Черноволосый, с отливающей серебристой каймой на кончиках, чистыми голубами глазами – характерная черта для более – менее чистокровных духов, рожденных земными женщинами, – а также это описанное многими писателями идеальное мужское тело: широкие плечи и узкая талия делали француза настоящей куклой.

И Ред вынужден был признать, что Дюран и Туранова смотрелись максимально прекрасно: два бесподобных образца одного умелого мастера, умеющего работать с фарфором, стеклом и красками.

– Герман, – Елизавета чуть не взмыла от восторга под потолок. – Почему так рано? У тебя сегодня нет уроков…

–Но я являюсь еще и вожатым у группы пять, так что для меня тут всегда есть работы, – протянул мелодичным и достаточно нежным голосом Дюран.

Реду его голос также понравился, однако чуть ли не схватился за волосы.

В такого Елизавета не влюбиться просто не могла: он подходит ей если не идеально, то практически во всех отношениях. И если ее не испугало его происхождение, как успел убедиться Ред, значит, помех в их отношениях не было.

– Кстати, – Елизавета повернулась к Реду и пригласила Дюрана в комнату. – Это новые сотрудники офиса. Но этот молодой человек работает еще и самостоятельно. Может, ты слышал: Ред Блейк…

– Слышал, – Дюран подошел к магу, но остался на расстоянии, словно почувствовал исходящие от мага чувства по отношению к нему.

Ред не мог в это поверить, но признавался сам себе: он видит в Дюране обычного соперника за понравившуюся девушку.

Однако Герман все – таки протянул парню утонченную, высеченную как будто из белого мрамора, руку с черным обсидиановым кольцом на безымянном пальце левой руки.

Маг ответил на рукопожатие, сразу оценив тем самым потенциал духа – и обрадовался. Дюран имел гены нечисти только в каком – то шестом или седьмом колене, то бишь его можно было считать обычным человеком. Если даже у него и были определенные магические способности – прорицание или способность видеть недуги, – то это можно было бы списать на его удачливость.

– Вы в трауре? – уточнил Ред, истолковав верно значение черного кольца.

– Десять лет назад умерла моя первая жена, – пояснил спокойно Дюран, играя голосом так, чтобы Ред расслабился.

Но мага было не обмануть: он знал эти интонации. И сразу понял, что француз хочет втереться к нему в доверие на подсознательном уровне. Желает усыпить его бдительность и нрав, если таковой почувствовался им при рукопожатии.

Елизавета при этом спрятала левую руку француза в свои тонкие пальцы, скрыв символ скорби молодого человека.

– Сочувствую, – осторожно сказал Ред. – Но, как я понимаю, вы нашли утешение.

– Если бы нашел, – вздохнул дух, посмотрев спокойно на Елизавету. – Можешь выйти на пару минут? – попросил вдруг парень.

– Конечно. Я буду внизу.

Герман кивнул ей и, проводив взглядом в коридоре, прикрыл за ней дверцу – и только в этот момент его глаза блеснули нужными стальными искрами.

Француз подошел к магу и, поравнявшись с парнем – они были почти одного роста, – схватил Реда за запястье, приложил больной палец к вене мага и заметил:

– Тебе стоит не увлекаться алкоголем. Сердечный ритм у тебя очень плохой.

Ред вырвал руку, расценив такой рывок со стороны Дюрана как проявление силы. Но не увидел в этой силе опасности: француз просто обозначил какой величины его дар.

– Ты спровадил ее только за этим? – уточнил Ред, потирая запястье. – Чтобы указать мне на здоровье?

– Конечно – нет. Она рассказала тебе про комнату на четвертом этаже?

– Да.

– Я пришел к ней, но раз здесь ты, то сама судьба предложила мне оправдаться, – заметил Дюран. – Я могу провести тебя прямо сейчас в этот ад, если ты не боишься, конечно…

– Не смеши меня, – Ред дьявольски ухмыльнулся.

После этого они вместе покинули комнату Елизаветы – и Дюран, идя вперед, провел Реда к заколоченным обшарпанным дверям четвертого этажа, а затем, поймав на себе недоуменный и суровый взгляд парня, снял две доски с гвоздей – и открыл им проход.

Маг неуверенно посмотрел в полумрак коридора, после чего шагнул первым в пыльную неизвестность – и вскоре, когда глаза привыкли к освещению, рассмотрел давно невиданную им картинку.

Похожее он видел после вспышки эпидемии среди оборотней пару лет назад, когда ему в группе патрулей приходилось осматривать разворошенные жилища, где вся мебель была накрыта серыми или белыми чехлами, на полу, стенах и потолке красовались следы от когтей и многочисленные размазанные и застывшие красные пятна, а окна были заколочены досками или завешены толстыми темными занавесками – в память о покойниках.

Ред аккуратно переступил через поваленный старый деревянный стул, который валялся прямо в коридоре, после чего заглянул в первую комнату.

Двери были везде сняты, поэтому парень спокойно мог узреть внутренний мир запретного коридора.

Ред вошел в помещение – и оцепенел.

Все ему напоминало о его прежнем доме, из которого он уехал вместе со Стасом ровно два года назад: такие же комнаты с огромными прямоугольными окнами, упирающимися практически в потолок, деревянными полами, которые скрипели громче несмазанных петель, и точно такие же серые обои с узорами и пятнами.

Маг несколько минут смотрел на помещение, в котором было нагромождение из мебели в белых чехлах, пока вдруг не приметил на подоконнике что – то сверкающее.

Дюран стоял неподвижно, однако по его лицу Ред понял: парень сильно нервничает и даже боится. Его руки постоянно елозят вдоль туловища: то в карманы пиджака сунет, то вцепиться тонкими пальцами в лацканы, то вообще – спрячет за спиной запястья и начнет их выворачивать с таким хрустом, что даже у мага начнется нервный тик от каждого щелчка косточек.

Ред осторожно поддел пыльную рамку с фотографией и, уже вытаскивая из – под доски, вдруг почувствовал, как его пальцы порезало.

Он шикнул, после чего вытащил фотографию – и увидел на безымянном и указательном пальцах правой руки неглубокие порезы и оставленную на подоконнике каплю крови.

Парень тут же зализал ранки, чтобы скорее зажили, после чего рассмотрел треснувшее стекло и увидел, что сама рамка тоже претерпела небрежное отношение:

– Ты знаешь тут кого – нибудь? – уточнил Ред, смотря на желтое фото.

Он был удивлен, что подобное могло тут сохраниться, однако еще больше его поразило, когда Дюран, взглянув на фото, широко распахнул глаза и выдал:

– Вот, – он указал пальцем на маленькую девочку в правом углу. – Она… точно. Можешь считать меня чокнутым, но она до сих пор тут.

Ред осторожно, чтобы не порезаться еще сильней, отделил рамку со стеклом от картонки сзади – и выудил фотографию, чтобы рассмотреть получше.

Несмотря на старость и белые трещины, Реду удалось увидеть в размытом силуэте незнакомки милую девочку с черными косичками, огромными бантами – и темном платье с белым воротником, какое носили гимназистки.

Взгляд девочки был обычным, ничем не выдающим ее принадлежность к нечистой силе или семье какого – нибудь мага.

От фотографии, как от таковой, тоже не исходило никакой ауры, несмотря даже на то, что вокруг нее крутился полупрозрачный шлейф из тусклых энергетик.

Ред, рассмотрев три из них – наиболее яркие, – тут же понял, что фотографию не трогали с того самого момента, как ее кто – то положил сюда лет сто назад.

И вдруг маг, уже складывая снимок пополам, чтобы спрятать в карман брюк, почувствовал мощную вспышку боли в голове. Он тут же схватился за правый висок, так как укололо где – то совсем глубоко, что свидетельствовало о воздействии.

Дюран тоже дернулся, однако не от боли.

Он обернулся и, ахнув от испуга, рванул в сторону, смотря в дверной проем.

Ред тоже посмотрел туда – и увидел точную копию той девочки, которая смотрела на него со старого фото.

– Это она…

Дюран оперся на подоконник и, шикнув от боли – он тоже напоролся на осколки, – вдруг еще громче ахнул, и на глазах Реда осел на колени, а затем и вовсе – рухнул без сознания, словно сломанная кукла, которой вытащили батарейку…

Сам же Ред, оставшись один на один с призраком, осмотрел ее с головы до ног, после чего почувствовал аромат гари.

Несмотря на то, что на этаже имелись опалины на обоях и маг видел черную штукатурку на лестнице, он четко ощущал: пожар тут был не так давно, чтобы это впечаталось в сознание призрака, однако в то же время не так недавно, чтобы аромат не смог выветриться.

Следовательно, гарью могло запахнуть только в одном случае: если этот аромат принес с собой дух девочки.

Однако Ред не видел на ней ни опаленных вещей, ни сажи на полупрозрачном личике.

И вдруг девочка, осторожно протянув к нему тонкую бледную руку, сжала четыре пальца в кулак, а указательный, выпрямив, показала на стену справа от мага.

Ред, обернувшись, чтобы увидеть обычную бетонную конструкцию, ощутил, как из дверного проема повеяло могильным холодом.

Удивительно, что это случилось спустя несколько минут после появления призрака. Обычно холод – предвестник прихода гостей из потустороннего мира. А тут он стал лишь некоторой сопроводительной единицей.

Но это и успокоило Реда: если холод появился несколько позже, значит, у призрака нет злых намерений.

Он не пытается напугать.

– Что там? – уточнил маг, осмелившись заговорить с девочкой.

Но она лишь опустила руку и, сделав шаг назад, растворилась в пустом коридоре, оставив после себя странный аромат из бергамота и лимона.

На этаже и так не топили, а после появления призрака здесь и вовсе стало невозможно находиться. Словно тело окунули в морозилку и стали уменьшать в ней температуру, дабы поскорее покончить с жертвой…

Однако Ред, переборов желание поскорее убежать, подошел к указанной стене – и, проведя по шершавым старым обоям оголенной рукой, не почувствовал чего – то сверхъестественного. Обычный бетон, за которым красного цвета кирпичи, а дальше – полость, в которой, однако, ничего нет.

Ред обошел стену вдоль и поперек, но не обнаружил ничего, что бы могло зацепить призрака.

Дюран, пришедший в себя только спустя пять минут после исчезновения призрака, поднял голову и, пытаясь сфокусироваться на фигуре мага, вдруг спросил слабым голосом:

– Она ушла?

– Да, – Ред на всякий случай выглянул в коридор, хотя прекрасно ощущал спокойствие помещения. – А ты чего, так реагируешь на всех гостей из Нави? – уточнил осторожно маг.

Он подошел к Дюрану, чтобы помочь, однако преподаватель сам поднялся и, отряхнув пиджак и брюки, с неподдельным страхом посмотрел на дверной проем.

– Странно, что она тебе ничего не сделала, – выдал вдруг Герман. – Обычно чужаков она не любит. Сразу начинает мучить головными болями или тошнотой.

– Это обычная реакция неупокоенной сущности на непрошенных гостей, – заметил Ред, возвращаясь к стене. – Скажи, ты не знаешь, что было на этом этаже до того, как он стал одним из учебных корпусов?

– По – моему, Лиза рассказывала, что здесь с момента открытия до революции был женский корпус. Тут жили воспитанницы, – пояснил зачем – то парень, потирая виски. – Но после революции тут сразу открыли гимназию – и все. Это стало аудиторией.

– А тебе знакомо это фото? – уточнил вновь Ред, показав фотографию.

Дюран еще раз посмотрел на снимок, но вскоре помотал головой и с досадой посмотрел на Реда.

– Увы, никого не знаю. Если разрешишь, сфотографирую – и покажу своим. Все – таки, у меня много предков, живших в России в те времена, – заметил с гордостью Герман, доставая телефон.

Он быстро зафиксировал камерой смартфона фотографию и, спрятав аппарат в карман, вдруг дернулся от оглушающего грохота башенных часов, которые пробили ровно восемь утра.

Стекла в помещении задрожали, оставшиеся клочки обоев и штор заколыхались, как от ветра, а пол завибрировал с такой силой, что Реду на секунду показалось, будто бы деревянные доски вот – вот разверзнутся, как пасть пропасти, и поглотят двух бедняг, решивших поиграть в одиночку в охотников на привидений.

Только если Ред привык после подобной асоциальной встряски идти дальше, то запас прочности Дюрана закончился там же, где и появилась девочка – призрак, то есть – около дверного проема.

Герман вновь упал в обморок, так как громкий звук часов, механизм которых находился в непосредственной близости от ребят – а точнее – прямо над ними в центральной башне, – ударил по его сознанию и утонченному слуху полудуха, который было потерять достаточно легко, а вот вернуть – весьма проблематично, с такой силой, что парень рухнул на пол, как подкошенный.

Увы, но даже в офисе и Департаменте еще не научились полностью восстанавливать способность духа слышать малейшие колебания пространства на сто процентов после ранений.

Поэтому Реду пришлось дождаться, когда последний удар колокола пронесется по всему лагерю, окутает внутренний двор и спугнет всех ворон с ближайших деревьев, а после, открыв окно, взять с карниза горстку снега, завернуть в собственный платок – и приложить ко лбу Дюрана.

Уж к чему, а к холоду духи относились с негодованием. Для них снег был настоящим испытанием воли, поэтому большинство представителей этой расы работали на юге или в непосредственной близости к нему.

И Дюран не был исключением.

Как только он почувствовал соприкосновение кожи со снегом, сразу же вздрогнул и, открыв глаза, пришел в себя, встал на ноги и уже собрался пойти вниз, чтобы присоединиться к остальным преподавателям, но вдруг уже Ред остановил его, схватив за запястье.

Минуты бессознательного состояния Дюрана хватило Реду, чтобы обследовать его.

– У тебя расшатаны все нервы. Пока сюда не смей ходить. Иначе – рискуешь сойти с ума.

Дюран спокойно убрал свою руку в карман и, посмотрев с уважением на Реда, ничего не сказал – и направился к лестнице.

Но только маг услышал, как хлопнули деревянные створки в коридоре, его шестое чувство, до этого сидевшее абсолютно спокойно, вдруг встрепенулось – и разрослось сначала в груди, а потом опутало и желудок, из – за чего живот скрутило с такой силой, что Реду пришлось ненадолго присесть на подоконнике и прислонить голову к холодной стене.

Настолько явный знак об опасности мог подать только дух этого здания, однако для Реда оставалось непонятным: почему девочка вдруг пошла к нему на контакт, если по словам Дюрана призрак не приветствует чужаков?

Этот вопрос мучил Реда оставшиеся три минуты, пока смартфон в кармане не издал противную трель – и на экране не высветился номер Натана.

– Да? – Ред сполз с подоконника, встал на ноги и, все еще пытаясь самостоятельно унять боль в животе, услышал безжизненный голос брата:

– Ред, там Саша приехала… просит провести ее.

– Почему она мне не набрала? – удивился маг, начиная двигаться к выходу.

– Сказала, что у тебя смартфон был не в сети.

Ред лишь глубоко вздохнул: если на четвертом этаже не ловит связь, несмотря на высоту и находящуюся рядом вышку связи, значит что – то блокирует любой радиосигнал – и аппаратура для наблюдения тут будет бесполезна.

–Хорошо, сейчас, – Ред вышел на лестницу и прикрыл деревянные створки, продев в ручки дверец длинную доску. – А с тобой что?

– Не знаю, – протянул устало Натана. – На завтрак иди один.

После этого парень отключился, а Ред, уже предполагая, что могло так воздействовать на брата, направился к выходу, где мерзла уже двадцать минут Александра.

Глава 3

– Значит, призрак девочки.

– Да, – Ред тронул ложкой комочки каши, но не решился есть. – И по – моему, она не виновата в исчезновении детей.

– Быстро, – протянула сонно Саша, ковыряя остывшую манку. – А с чего такие выводы? Или контакта с ней хватило, чтобы ты все понял?

Саша легко улыбнулась, а вот Ред, все – таки решившись съесть немного каши, вдруг снова почувствовал боль в животе. То ли желудок сразу понял, что ему грозит, то ли рецепторы сработали не так, как нужно, но больше парень не смог съесть даже дольку яблока, которое им полагалось в комплекте с кашей.

Он огляделся, но не обнаружил в полупустой столовой никого похожего на призрака. Девчонки сидели за отдельными столами – и их всех можно было рассмотреть в подробностях, а мальчишки вели себя и без того активно, чтобы отвести от себя любое подозрение: они живые, из плоти и крови, с эмоциями и разными целями, не зацикленными на единой мысли.

– Ред!

Голос Александры вывел мага из ступора, после чего он увидел, что комок каши, которую он держал на ложке, растекся по деревянному столу вязкой массой, похожей по консистенции на подошедшее тесто.

– Да что с тобой? – удивилась Саша, через силу доев манку. – Ред, ты сам не свой. Тебя что – то тревожит. Твоя аура вся полыхает голубым пламенем.

– Предчувствие нехорошее, – отмахнулся маг, хотя и понимал, что организм реагирует именно на находящийся рядом источник опасности.

Они просидели в столовой еще полчаса, пока воспитанники доедали завтрак и обсуждали планы на день, а после, сдав посуду на мойку, направились вновь к лестнице на четвертый этаж.

Натана с ними не было – он по – прежнему лежал в комнате, – поэтому Реду удалось спокойно рассказать Саше побольше и о месте, и о своих предположениях – и даже затронуть ощущения.

И вдруг Александра, когда они подошли к двери в коридор на четвертом этаже, неожиданно вздрогнула.

– Ты чувствуешь? – уточнил маг, убирая доску и открывая двери.

– Веет холодом, – Саша поежилась, хотя, в отличие от мага была в теплом свитере, – могильным холодом…

– Значит, я не параноик.

Ред взял фонарик и, вставив в корпус батарейки, включил. Пучок света вырвался в полутемный коридор, разрезал тьму – и показал Александре обшарпанные стены, следы крови и когтей на стенах, а также распахнутые двери, которые словно зазывали войти в комнаты…

Ред шел максимально тихо – под его ногами скрипнули от силы две или три доски, – в то время как Саша шарахалась каждого визга пола, хотя и старалась ступать осторожно, словно по стеклянной поверхности.

Маг подошел к той самой двери, за которой покоилась странная комната, после чего осторожно толкнул ее – и вошел первым.

Тут все осталось, как они с Дюраном и оставили, единственное, за что сразу зацепился взгляд мага – чистый подоконник. Парень точно помнил, что оставил тут несколько капель крови от порезанных пальцев.

Он осторожно подошел к пыльному подоконнику и, рассмотрев его в лучах полуденного солнца, вдруг обнаружил, что на бетоне появились царапины.

Такие обычно оставались на деревьях, когда по ним лазили кошки, или на дверях и полу, если у собак были неподстриженные когти.

Маг наклонился, и в тот же момент услышал аромат плесени, хотя в помещении, несмотря на затхлость и брошенность, не было ни одного потемневшего участка.

Это тоже насторожило Реда, но стоило ему увидеть ту же самую фотографию, которую он забрал пару часов назад, уходя с Дюраном из помещения, как у парня быстрее заколотилось сердце.

Рамка была нетронута, как и стекло, под которым лежал точно такой же снимок, как и в кармане жилетки мага.

Парень рефлекторно потянулся за снимком, как вдруг услышал вскрик Саши, почувствовал, как его пальцев коснулся могильный холод, обернулся – и увидел ту же самую девочку.

Она была по – прежнему в темном платье с белым воротничком и серых гольфах. Ее волосы были заплетены в две косы с белыми бантиками на концах, а на руках маг заметил такие же царапины, как и на подоконнике.

Незнакомка, которую Ред про себя решил называть Никой – ведь легенды ходили именно о пропавшей девочке, – уставилась на мага и Сашу, после чего сделала осторожный шаг по половицам – однако скрипа никто не услышал, – и, смотря на Блейка, протянула ему руку.

Такая тонкая, маленькая, похожая на белую веточку.

Она уже было раскрыла рот, как вдруг Саша уловила аромат гари – и Реду только оставалось насладиться оглушающим вскриком Александры, которая отскочила к окну, уперлась спиной в ледяную стену с оторванными кусками обоев и сползла на корточки, прикрыв рот руками, чтобы еще сильнее не заорать.

Маг отвлекся – а девочка успела раствориться в пространстве здания.

От нее остался лишь легкий аромат лимона, которому Ред не придавал особенного значения. У каждого призрака свой уникальный аромат – точнее, его оставляет аура, запечатлевшая самый яркий запах в последние секунды жизни.

И порой, чтобы понять, почему именно этот вкус остается, требуется быть некромантом высшей категории, дабы войти в прошлое призрака и узреть последние мгновения человеческой жизни.

Ред умел такое делать, но требовалась неделя подготовки, специальная диета и особый ритуал, в котором маг использовал способность своего организмы подстраиваться под волны призраков и духов, проникать в информационную оболочку их аур – и считывать данные.

Для него это было своего рода просмотром чужой кинопленки жизни, а для окружающих – настоящим чудом, ведь по их словам во время таких ритуалов они видели силуэты других людей, слышали голоса и даже иногда улавливали запахи.

И Ред поражался способностям своего тела становиться на краткие две минуты маячком в прошлое…

– Ты чего орешь?! – возмутился парень. – Что, в первый раз призрака увидела?

– Н – нет, – Саша начала заикаться, с трудом глотая затхлый воздух. – Т – там… был… п – пожар…

– Пожар? – удивился парень. – Где?

Саша осмотрела комнату, и Ред вдруг понял, о чем она может говорить.

Маг давно подозревал, что Саше передалось по наследству от кого – то в семье видеть прошлое умершего не применяя ритуалы и не настраиваясь на волны аур. Девушка сама по себе была каким – то образом связана с миром мертвых, поэтому имела неограниченный доступ в их «информационные архивы».

Ред осторожно подошел к Саше, присел перед ней на корточки и, взяв руку девушки, коснулся указательным и третьим пальцами запястья Александры там, где пролегали вены.

Сначала Саша дернулась от резкого тепла, заструившегося по крови, но уже через пару минут, когда сила Реда коснулась сердца и заставила его биться в менее бешеном темпе, девушка смогла глубоко вдохнуть – и спокойно выдохнуть, посмотрев магу в глаза.

– Успокойся, – приказал парень. – Ты видела только что прошлое призрака. Ты каким – то образом сама настроилась на волну умершей, а поскольку ее смерть случилась тут – ты увидела и помещение.

– Она умерла в этой комнате, – сказала спокойней Саша. – Она сгорела… заживо…

– Заживо? – удивился маг. – Но на ней… хотя… Расскажи, как ты ее увидела?

Саша несколько минут молчала, смотря то в потолок, то в пустоту за магом, но потом, встав и посмотрев еще раз на дверной проем, сказала:

– Она была в центре комнаты. Просто стояла… а потом… пламя вспыхнуло само по себе. Оно ее окутало, как паутина, начало сжигать дотла.

– И?

– Она стояла и смотрела мне в глаза, – Сашу передернуло, но руки Реда удержали ее ладони. – Смотрела – и как будто бы проклинала. Она прямо желала глазами мне смерти…

– Пожар не вспыхивает на пустом месте, – заметил Ред. – Либо это был поджег, либо какой – то очень странный несчастный случай.

– Не знаю…

Саша потерла глаза, после чего посмотрела на дверной проем – и вдруг снова увидела в противоположной комнате, у которой не было двери, еще чью – то фигуру.

Но она была явно не девчачьей. К тому же, Саша заметила, что низ фигуры расплывчатый, словно кромка воды, и явно не материальный, так как сквозь него был виден плинтус под окном и огромные трещины на стене ниши из – под батареи.

– Ред, – Саша дернула его за рукав и указала на фигуру.

По глазам мага девушка поняла: он тоже видит силуэт, но по расслабленному состоянию молодого человека было трудно предположить, что конкретно он чувствует или намеревается сделать.

Одно Саша ощутила наверняка: Ред не боится.

А фигура, словно почувствовав сильных соперников, растворилась в темном углу комнаты, проплыв к нему по воздуху и оставив после себя отдаленный аромат хризантем.

– Это еще кто? – уточнила Саша.

– Похоже, что девочка – не единственная хозяйка этого места.

– И что делать будем?

– Пока наблюдать. Детей сюда пускать нельзя, но что – то мне подсказывает, что призраки тут с нами играют не в одиночку.

– Почему?! – у Саши екнуло сердце.

– А это я тебя объясню в комнате. – он подтолкнул ее к коридору и, выйдя из комнаты, прикрыл дверь. – Пойдем. Долгий контакт с умершими может негативно отразиться на здоровье.

Они направились к дверям на лестницу, как вдруг с ужасом обнаружили, что стена, где был прорублен вход на этаж, замурована.

Саша сначала даже не поверила: протерла еще раз глаза, прошлась вправо и влево, думая, что они просто пропустили дверь, однако ни она, ни маг не нашли выхода.

Накатившая паника сменилась невероятным интересом, которого Саша испугалась еще больше. Почему ее прельщают подобные вещи? Почему ей стало интересно, как выбраться из ловушки, устроенной непонятно как и кем.

– Поиграть хотите? – отшутился в привычной манере Ред, положив руку на стену.

Саша увидела, как на оголенной руке парня увеличились светлые когти, а вены стали заметнее, словно приникли к коже с внутренней стороны плотнее.

Глаза мага загорелись золотом, а кончики волос побелели. Но светлый оттенок не ушел к корням, а остановился где – то на середине, что означало одно: полный контроль мага над собой и своими силами.

– Это материальная иллюзия, – вдруг сказал парень. – Призраки иногда выстраивают их с помощью связи с домами. И это служит доказательством, что умерла девочка именно тут, на этом этаже в той самой комнате. Только при этом условии силы могут быть в таком объеме.

– То есть, она слилась с домом?

– Да. Она и лагерь – одно целое. И знаешь, что самое интересное? – уточнил с улыбкой маг.

– Ну?

– Здание, которое отчасти виновно в ее смерти, выстраивает перед нами картинку ее прошлой. То есть дом, запомнив ее муки и страдания, воспроизводит ее более привычный для нас облик.

– А она в ответ? – уточнила Саша.

– А вот что она творит здесь – непонятно. Я не ощущаю ее какого – то воздействия на здание, – заметил Ред, отнимая руку от стены. – Возможно, тут еще работает фантом и наше с тобой восприятие.

– Чего – чего?

– Может быть здание Посылает нам видения в виде фантомов, чтобы мы узнали его историю.

– Ты хочешь сказать, что само здание просит помочь? – усмехнулась Саша, но жуткий скрип половиц справа заставил ее умолкнуть и осмотреться.

– Может быть и такое, – кивнул Ред. – Однако зданию нет смысла похищать детей. Они ему просто не нужны.

– Откуда такая уверенность?

– За два дня нахождения в определенной среде некромант или слабый маг почувствуют проклятие или еще какую гадость. Я тут нахожусь двое суток – и не ощущаю опасности, исходящей от дома. Плюс, в мою сторону говорят и твои слова – само здание просит помощи, всячески нас подталкивая к этой комнате, – он кивнул в сторону комнаты.

– А вдруг ты чего – то не ощущаешь?

– Не исключено, но маловероятно.

Саша уже хотела спросить кое – что о девочке, как вдруг и она, и Ред услышали аромат гари, жженных тряпок и дерева.

Затем до слуха Саши донесся до боли знакомый звук треска дерева под плавящими язычками пламени.

Ред закашлялся, как и Александра, что свидетельствовало о возгорании, причем вполне реальном, где – то на этаже.

Маг и Саша тут же ринулись осматривать комнаты, чтобы предупредить всех, однако, обежав весь этаж, осмотрев каждый класс, ребята не нашли ничего: ни пламени, ни дыма, ни даже намеков на пожар на третьем или втором этажах.

Но угарный газ, которым Саша была сыта по горло и от коего задыхался Ред, приложивший к лицу собственный платок, заставили ребят откровенно запаниковать.

Выход был один – в окно, однако с четвертого этажа упасть – не со скамейки спрыгнуть.

Однако выбора особо не было.

Двери так и не показались, коридор наполнялся невидимым газом, а за окном начинало смеркаться. Плюс, как назло, колокол в часах начал отчеканивать свои заветные два часа дня – сборы на обед.

У Саши и Реда не было иного выхода, кроме как вместе подбежать к окну, из последних сил потянуть застывшие от холода и старости несмазанных петель на себя – и распахнуть вякнувшие рамы, впустив в помещение морозную свежесть и ледяной ветер.

Ред первым встал на подоконник и, посмотрев вниз, с удивлением обнаружил среди белых комков снега незастывший бассейн с застоявшейся водой, замерзшими листьями и белоснежным кафелем на дней.

– Ты спятил? – ужаснулась Саша, смотря на воду внизу. – Ты не знаешь, какая там глубина!

– Чем больше, тем лучше. Допрыгнешь?

– Да, – Саша откашлялась и, приготовившись к не самому приятному времяпрепровождению в воде, с ужасом увидела, как Ред прыгнул.

Он ушел вниз и вошел в ледяную воду с минимальными брызгами, почти вертикально. Его тело ушло, как показалось Саше, к самому дну, но его маг явно не коснулся: он перевернулся, подплыл к поверхности и, вынырнув, убрал с лица воду и жестом приказал Саше прыгать.

Девушка покорно послушалась – и шагнула не глядя в пустоту.

Глава 4

***

Несколько часов прошли как в каком – то тумане.

Ей то казалось, что над ней кто – то стоит и его темный силуэт чем – то напоминает образ мага, то на белом потолке появляется фигура до боли знакомого старшего брата Реда, но потом и она испаряется, словно отогнанный воздухом пар…

Холод, который пронзил Сашу при падении в воду, заставил ее сразу отключиться, так как такая температура показалась ей запредельной, однако уже через полчаса она пришла в себя и, дойдя с Редом до корпуса, смогла сесть на кровать, а потом – рухнуть на подушку.

После этого сознание отключилось – и Саша могла лишь гадать, что с ней происходило до пяти вечера, когда разум отогрелся, тепло растеклось волной по телу – и девушка смогла вновь открыть глаза, посмотреть на мир трезвым взглядом и увидеть рядом с собой уснувшего за столом Натана.

Парень был кем – то укрыт пледом с кровати, а Саша обнаружила, что завернута в два шерстяных одеяла, под которыми еще находился плед мага, которым он укрывался в Лазунском, пожертвовав ради нее теплым местом у стенки.

Саша поднялась и, услышав жуткий скрип пружин кровати, увидела, что Натан дернулся, потерся лбом о сложенные на столе руки, но не поднял головы.

И это насторожило Александру: Натан спал не то, что чутко, а даже чересчур чутко, слыша каждый шорох и улавливая любое проявление опасности: слуховое, осязательное и обонятельное, а тут – даже ухом не повел…

Девушка встала и, чувствуя, как до сих пор дрожат коленки и руки, а пальцы еле сгибаются, накинула на плечи плед Реда, подошла к Натану и осторожно тронула его за руку.

Парень тут же поднял голову, но, увидев рядом с собой Александру, коротко улыбнулся и вновь уронил голову на руки.

– Натан? Ты чего? – Саша тронула его лоб, и почувствовала жар. – Тебе нехорошо?

– Просто устал, – пробубнил Натан, не открывая глаз. – Ред, если что, внизу в столовой.

– С ним все в порядке?

Натан промычал что – то нечленораздельное, и Саша поняла, что нужно сказать Реду. Конечно, маг не мог не видеть состояния брата – резко упавшую активность Натана трудно не заметить, – однако Саша сделала погрешность на недавно случившиеся события и неизвестную реакцию организма парня.

Саша спустилась в основной корпус и, оказавшись в холле, вдруг лоб в лоб столкнулась с Редом, который как раз направлялся наверх.

По взгляду парня трудно было сказать, что конкретно он хочет сказать ей, однако Саша не увидела в карих светлых глаза ничего, кроме тревоги, не отразилось.

– Ты в порядке? – уточнил осторожно Ред, словно репетировал эту фразу столько, что боялся ошибиться на единственной попытке ее произнести.

– В полном. Ты как? – Саша поймала себя на мысли, что беспокоится за него.

– Аналогично, – отыгрался уже привычным тоном маг.

– Что случилось после того, как мы…

– Прыгнули? Да ничего, – Ред скрестил руки на груди и слегка сгорбился, словно замерз. – Вынырнули, дошли до корпуса, а там нас встретил Герман – и отвел в преподавательскую ванную.

– Я не помню такого, – насторожилась Саша.

– Ты ненадолго отключилась. Пришлось тебя отогревать вручную.

– Что вы делали? – голос Саши одновременно и дрожал, и становился стальным.

Она готовилась защищаться.

Ред уловил эти интонации – и тут же улыбнулся так мягко, как однажды в Лазунском, делая соломенную куклу и смотря на Александру коньячными глазами, полными уверенности и решимости…

– Просто завернули тебя в полотенца – и оставили около труб с отоплением, – беспроблемно отчеканил Ред.

– И все? – Саша осторожно посмотрела на себя – и увидела, что она была одета также, как и до похода на четвертый этаж.

Магу явно стало неприятно – у него странным образом все выражали глаза, – однако он перетерпел и такое косвенное унижение со стороны Саши и заметил:

– Знаешь, не пойми превратно, но нам стоит поговорить.

– О чем?

– О тебе.

– У тебя других тем нет? – уточнила твердо Александра тем же стальным голосом, который выдавал ее напряжение с головой.

– Сейчас мне нужно понять, что с тобой происходит. Иначе дальнейшая наша работа может оказаться под угрозой.

– Если в твою работу не входит использовать меня как девочку легкого поведения, то никаких последствий не будет.

– Откуда вообще такие мысли? – откровенно изумился маг. – Сандра, сразу предупреждаю, после возращения домой тебя ждет серьезный разговор.

– Хорошо.

Саша заранее определила, как будет вести себя на этой будущей аудиенции, которая, как была уверена Саша, будет проходить один на один в кабинете Реда.

Позвать на помощь будет некого, но девушка полагала, что сможет справиться с такой нагрузкой, как вранье в глаза.

Немного освоившись в школе после ранения и полазив в кабинете мага при уборке, Саша отыскала пару книг по некромантии и физиологии магов, после чего нашла раздел, связанный с аномалиями зрения – и сразу прочла про «детектор лжи» зрительного аппарата, а также про способы обмануть мага с такими способностями.

Все было относительно просто, однако Саше все – таки казалось непосильной задачей думать не о том, что было на самом деле, а заменить картинку в памяти воображаемыми событиями так, чтобы даже подсознание на долю секунды подстроилось – и не выдало Реду ее вранье.

– Скажи, а дверь вернулась на место?

– Нет, – пожал плечами маг, сдерживая кашель. – Сейчас над этим думают технические службы здания, потому что более ста лет стены там не было – и вдруг, за один день, возникла.

– Не за один день, а за час! – вырвалось у Саши.

– Вот именно. Плюс, возникла странность, – усмехнулся Ред, и у девушки екнуло сердце. – Директриса утверждает, что сегодня после утренних занятий к ней подошли трое девчонок – и в один голос попытались убедить, что Дюран – спятил.

– Чего?

– Я не исключаю возможности, что Герман кого – то увидел – и вошел с ним в контакт, даже у полудухов есть такая способность, – пояснил коротко Ред. – Дюран видит призраков не хуже нашего и даже ощущает их энергетику, поэтому я хотел с ним поговорить.

– И как?

– Разговор придется отложить.

– Почему?

– Дюран лежит в административном медпункте с давлением.

– Совпадение? – уточнила с усмешкой Саша.

– Не думаю.

Они оба переглянулись – и тихо усмехнулись оттого, что каким – то неведомым образом поймали волну друг друга.

Часы над главным входом отсчитывали последние минуты перед вечерними семнадцатью ноль – ноль, поэтому ребята решили все – таки сходить на ужин с всеми, чтобы и сил набраться, и немного передохнуть после сегодняшнего инцидента.

В столовой были все воспитанники, которые устроили такой шум, что у Саши немного закружилась голова от количества голов мальчишек и девчонок, а у Реда на лице заплясало раздражение, когда один из пацанов врезался прямо в него и тарелку с картошкой пюре и котлетой…

– Простите! – тут же испугался мальчишка, подобрав очки, слетевшие с носа.

– Ну ты хоть смотри, куда бежишь, – процедил сквозь зубы маг, смотря на брюки и рубашку.

– Извините, пожалуйста! – он странно обернулся, и Ред с Сашей проследили направление его взгляда.

За столиком недалеко от них сидела компания старшеклассников в красных футболках и с черными браслетами на правых запястьях. Они смотрели в упор на мальчика, который забежал за фигуру мага и, быстро коснувшись его руки, несильно ударил.

Маг уже хотел рявкнуть на пацаненка, но того и след простыл, не успел Ред обернуться и сжать кулаки, дабы сдержаться от пощечины или крика.

– Ладно, – Саша не успела взять свою порцию, так как между ней и Редом влезли еще пятеро ребят, – пошли. Переоденешься, а потом спустимся, когда основной поток пройдет.

Ред нехотя, но все – таки пошел вместе с Сашей на третий этаж в административный корпус, и уже по дороге они снова столкнулись с тем мальчиком в очках.

На удивление ребят он сидел на лестнице, забившись в темный угол и рыдал так громко, что не услышать могли только глухие, ибо эхо в коридоре было просто одурманивающим: звуки могли идти как будто со всех сторон, поэтому источник было обнаружить крайне тяжело.

Саша осторожно посмотрела на Реда – и тот, глубоко вздохнув, достал свой платок и протянул мальчику, подойдя к нему ближе.

– Это вы, – еле выдавил из себя паренек, утирая слезы из – под приподнятых очков. – Простите еще раз. Я правда не хотел вам испортить одежду…

– Не волнуйся, – Ред успел остыть, пока они шли к комнате. – С кем не бывает. А чего это ты бежал как оглашенный? Вроде бы ужин – не самое страшное, что происходит в лагере?

Но вместо ответа паренек вновь разразился громкими воплями и слезами, из – за чего Ред ненадолго впал в ступор. Его брови впервые взметнулись в удивлении, а глаза посветлели настолько, что приобрели оттенок апельсинового сока.

– То ли я дурак, то ли…

– То ли его просто нужно расспросить, – заметила Саша, присев на корточки перед мальчиком. – Послушай, у меня есть конфеты и шоколадка с собой. Хочешь?

Мальчик еле успокоился, перестав рыдать и подняв на девушку красные глаза.

– Сандра, – Ред потеребил ее за плечо. – Я не имею право допрашивать ребенка без законного представителя или психолога.

– А кто сказал, что ты его будешь допрашивать? – показательно удивилась Саша. – Мы просто поговорим с ним. У тебя есть с собой чай?

– Ты меня под трибунал подвести хочешь?

– Да обычный! – вырвалось у Саши. – А не твои… специфические.

Ред еле сдержался, чтобы не ответить колкостью, но вдруг мальчик перестал рыдать – и магу пришлось впервые пойти на поводу у Саши, подчинившись ее намеку на чай.

Девушка протянула мальчику руку и, взяв его ледяную ладошку в свою теплую, повела в комнату к Реду.

Мальчик еще пару раз всхлипнул по дороге, но это уже были не те вопли, на которые попали Ред и Саша пару минут назад.

И с одной стороны маг был рад, что паренек успокоился и готов к диалогу, но с другой – он терпеть не мог работать с детьми без психологов или завучей, которых те боялись как огня.

Но мальчуган оказался более чем тихим и спокойным: как только оказался в комнате и был посажен на стул около стола, он сразу завертел по сторонам головой, начал прожигать взглядом мага, ищущего в сумке сменные джинсы и кофту, а также заваривающую обычный черный чай в электрическом чайнике Сашу.

На Натана он практически не смотрел. Оборотень был настолько вялым и необщительным, что паренек к нему не проявил никакого интереса, а вот Александра, еще раз заметив пассивность волка, сразу кивнула на него Реду.

– Устал, – махнул рукой парень, хоть и чувствовал, что дело тут не в бессонной ночи.

Ред ушел в ванную переодеться, а Саша, пододвинув к мальчику чашку с чаем, полезла к себе в дорожную сумку, чтобы выудить из бокового кармашка шоколадку, как вдруг услышала странный вопрос:

– Вы из офиса?

– Почти, – не стала скрывать девушка, роясь в вещах. – Ред – частный детектив. Его наняли, чтобы раскрыть ваши странные дела.

– А что у нас странного? – сразу уточнил мальчик, пробуя чай.

– Ты не в курсе?

– Нет…

– У вас тут призраки завелись, – вдруг влез Ред, вышедший из ванной в темно – синих джинсах и черной водолазке. – Вот мы и приехали их ловить.

Саша слегка удивилась реплике мага, но решила промолчать. Если Ред не сказал о пропаже сверстников мальчика, значит, ему и ни к чему это знать.

И тут незнакомец, до этого абсолютно спокойный и обычный, вдруг посмотрел на мага так, словно хищник на добычу.

Саша не видела такого взгляда никогда: зрачки заметно сузились, зеленые глаза мальчишки посветлели, обретя салатовый оттенок с золотым кружком на кайме радужки, после чего он сполз со стула и подошел к Реду.

Вновь его маленькие пальцы впились в руку Реда, пальцы которой были заклеены пластырями после случая с осколками в той злополучной комнате.

Мальчик с интересом рассмотрел руку парня, а затем, проведя по ладони тоненьким коготком, опасно оскалился.

Ред попытался вырвать руку, но в следующую же секунду услышал:

– Ты – меченный… она придет за тобой…

– Отпусти меня, – приказал твердо Ред.

– Она придет, – его коготь ушел глубже в ладонь и выдавил несколько капель крови, – она идет за тобой…

– Да больно мне! Пусти!

Ред дернул рукой, после чего несколько капель крови с его ладони попали на лицо мальчику.

Саша уже схватилась за салфетки, чтобы убрать последствия странного поведения паренька, однако в этот момент мальчик, встав со стула и, ничего больше не говоря, выбежал из комнаты – и пропал где – то в темных коридорах здания.

Ред тут же ринулся за ним, прихватив свой пистолет.

Саша такого испугалась, однако решила довериться магу, ведь и сама уже почувствовала: с этим мальчиком априори что – то не так.

Да и его прикосновения, как помнила Александры, были ледяными, словно паренек вылез вместе с ними из того уличного бассейна…

Ред и Саша выбежали в коридор, уловили мелькнувшую около двери на лестницу фигуру и ринулись следом.

Маг включил миниатюрный черный фонарик, который плавно лег на руки с оружием и освещал практически все пространство вокруг парня, исключая возможность врага подобраться незамеченным.

Саша следовала за ним попятам, держа наготове оголенную рапиру и озираясь по сторонам не хуже филина.

Они вышли на лестницу и увидели, как мальчик убежал наверх – и сразу, переглянувшись, кивнули друг другу, прекрасно поняв, что незнакомец как – то связан с загадкой этого места.

Ред и Саша подобрались к дверям четвертого этажа, которые были прикрыты, встали по обе стороны от створок, после чего маг, достав из сапога небольшой клинок, поддел приоткрытую дверцу со стороны Александры – и тут же посуровел.

Саша ощутила, как ее руки коснулся холод, которого не могло бы быть, если бы за дверью была стена.

Однако Ред ясно дал понять кивком, что проход открыт – и их явно ждут.

Саша ощутила, как по спине пробежали мурашки, после чего поняла, что ее коленки сами по себе дрожат, так как организм посылает сигналы: опасность!

Однако девушка делает усилие – и следует за магом дальше, мотивируя это очень просто: раз может он не бояться, то чем хуже она?

Все – таки ей нужно зарабатывать себе репутацию, ибо скоро ей уже предстоит войти в новое общество таких же, как и она, где родители – почетные служители Фемиды и Министерства, а детки – их дорогие отпрыски, которые знают и умеют все….

Стоило ребятам войти на четвертый этаж, как створки дверей за ними захлопнулись с таким грохотом, что даже Ред обернулся, направив луч фонарика и ствол пистолета на исчезнувшую замочную скважину и отвалившиеся на глазах ребят ручки.

Саша осторожно ударила по дверям, но вместо поддавшегося старого механизма, Ред услышал вскрик девушки и увидел, как она потерла лодыжку, в которую отдала боль.

– Придется остаться, – усмехнулся маг, повернув голову к окну, в которое они прыгнули днем.

И каково же было его и Сашино удивление, когда на месте проема оказалась свежая стена из кирпичей и еще не до конца застывшего бетона.

Некто даже и не заботился о косметическом виде, а просто напихал кирпичей, лишь бы закрыть проход на свободу.

Однако Саша себя успокоила: второе окно в другом конце коридора было не замуровано. И вряд ли бы его успели законсервировать за полчаса, которые девушка и предполагала тут провести.

Но у Реда были явно другие планы:

– Останемся тут до рассвета.

– Что?!

– Нас упорно сюда заманивают, а судя по тому, как некто перекрывает пути отступления, так невежливо отказываться от гостеприимства.

– Ты спятил?! – Саша схватила Реда за кофту. – Ред! Мы не знаем, с чем играем!

– Вот мне и хочется узнать. А ты – будешь помогать, – Ред так это сказал, словно готовился усугубить ситуацию специально для нее. – Все – таки ты должна хоть чему – то научиться, а не просто ходить за мной хвостиком. Или ты что, боишься?

Его взгляд прищурился, а глаза заиграли противными искрами издевательства.

Саша посмотрела ему в глаза с такой яростью, что магу было априори приятно: его губы изогнулись в дьявольской улыбке, а руки, спрятав пистолет за пояс, легли на запястья Александры – и убрали ее руки от кофты.

– Я не боюсь, – процедила сквозь зубы Саша. – Я просто не хочу умереть.

– А кто тебе сказал, что ты – умрешь?

– Ред, я знаю, что бояться смерти в моем случае глупо, но… если что, мы не сможем убежать.

– Заметь, пока ты была рядом со мной, ты всегда оказывалась в безопасности.

– Да, но…

– Вот и сейчас не бойся, – успокоил Ред, направив фонарик вглубь коридора, в стороны замурованного окна. – Если тебя это успокоит, опасность вокруг нас, но ее что – то сдерживает. Что – то не желает нападать.

– Это пока.

– Это да, – парировал маг, – но у нас есть время все изучить до полуночи.

– Почему до полуночи?

– Обычно нечисть выбирает это время, – Ред провел по стене рукой, осматривая следы когтей. – Была бы лаборатория… – он глубоко вздохнул, – но в любом случае, нам нужно остаться. От нас что – то хотят, а отказывать сущностям, которые так активно тебя добиваются, нельзя. Проклянут – не отмоешься.

– Иногда мне кажется, что у тебя с головой непорядок, – призналась Саша, также начиная осматривать следы от когтей на полу.

– Назови мне хоть одного адекватного на сто процентов гения.

– Дай время – назову.

– Что ж, – Ред поднял рукав на водолазке и уже собрался включить таймер на часах, как вдруг его лицо изменилось.

Саша это уловила, так как света фонарика вполне хватало, чтобы видеть лицо парня.

Он снял часы с запястья и, взяв в зубы фонарик, стал вновь их крутить.

– Опять встали? – уточнила Саша, подойдя ближе.

– Подержи, – Ред придвинул ее фонарик с рукой ближе к часам, свой положил рядом, чтобы освещать коридор.

– Ты их носил в ремонт? – Саша помнила, как маг грозился после «Обсидиана» купить новые, но так и не дошел до магазина.

– Дома они шли нормально, – Ред прокрутил стрелки, после чего нажал на клапан, но ничего. – Все, что ли? Отмучились?..

Он прислушался к механизму, после чего недовольно цокнул языком – и спрятал часы в карман джинсов.

– Ладно, приеду – разберусь.

– Откуда они вообще у тебя? И чего ты их так бережешь? Не легче купить электронные?

– Да дома лежат, – легко признался маг. – Все руки не дойдут зарядить.

– А эти откуда? – повторилась Саша.

– А это уже тебе знать не нужно, – вдруг выдал Ред.

Саша невольно почувствовала больной укол: маг сказал это абсолютно безэмоционально, однако девушка ощутила резкий дискомфорт, исходящий от парня.

Он не желал по каким – то своим причинам рассказать о чьем – то подарке.

Саша была почти на сто процентов уверена, что маг их купил не сам, потому как об электронных часах он сказал сразу и без особой заботы. Мол, лежат и лежат, а тут…

– Предлагаю осмотреть весь этаж, – сказал маг, посмотрев на экран смартфона. – Мне интересно, тут один такой класс или остальные в таком же состоянии.

Саша молча повиновалась – и направилась следом за ним, вглубь коридора, к тому самому замурованному окну, которое стало для Александры настоящим камнем преткновения.

Она воспринимала его как символ какой – то опасности, риска или даже неопределенной ловушки. Словно этим некто показывал: некуда теперь бежать, негде спрятаться…

Ред толкнул самую первую от окна дверь – и увидел за ней просторное помещение, абсолютно пустое, с пустыми нишами из – под батарей и со свисающей с потолка на толстой цепи кованой люстрой.

Саша невольно залюбовалась ею, так как даже не могла представить подобную красоту, а вот Ред, освещая себе пространство фонариком, подошел к нише под окном – и двумя когтями поднял с пола кусочек скотча.

– И зачем он тебе? – уточнила осторожно Саша.

– Это специальный скотч, – Ред поднес кусочек к носу, и тут же скривился. – Ну да, специфический запах аммиака и смешанных с клещевиной и аконитом.

– Чего?

– Это растения такие ядовитые. В древнем Китае раствором аконита обрабатывали стрелы. Его яд и сейчас опасен, но для нечисти, тем более для детей, у которых не выработался до конца механизм защиты от токсинов, эта смесь смертельно опасна.

– Погоди, ты думаешь…

– Почти уверен, – Ред осторожно завернул кусочек скотча в платок и положил в карман. – Хорошо, если им рты тут не затыкали этой гадостью.

– А руки?

– Останутся ожоги, может быть рвота, но это меньшее зло, если эта смесь попадет в организм через кожные покровы.

– То есть, у нас тут орудует не призрак?

– Вот похоже, что нет, – кивнул маг, осматривая еще раз нишу под окном. – Во всяком случае призраки выбирают более простые способы лишить сознания или подчинить себе жертву. Скотч, тем более разработанный Министерством, они вряд ли будут использовать.

– Так выходит, надо искать среди живых?! – изумилась Саша.

– Да. И причем – быстро. Если дети были тут, значит, их для чего – то тут держали. А значит – это не маньяк. Они сразу убивают, и зачастую по одной жертве. А мальчиков было трое.

Саша нервно сглотнула, после чего они с Редом обошли еще три кабинета, но только в четвертом девушка нашла около дверного косяка резиновый браслетик с люминесцентными рисунками черепков.

Ред осмотрел находку и приказал:

– Припрячь в карман. Я уверен, это от наших ребят осталось.

– Осталось два кабинета, – заметила Саша. – Но тебе не кажется странным, что здесь мы нашли браслет, а в первом – скотч? Или ребят держали порознь?

– Вряд ли, – Ред склонился к подоконнику и вновь выпустил когти, пытаясь что – то поддеть из – под нависающих деревяшек. – Скорее всего, их зачем – то перемещали из одного кабинета в другой.

Он сделал усилие – и все – таки выудил из – под досок клочок бумажки.

Это была обертка от жвачки, причем новая, выпущенная пару лет назад в продажу. Ред сам такие покупал на первых порах, а потом перестал: слишком сладкие они были. Аж скулы сводило.

Парень развернул аккуратно сложенную обертку, сам не понимая, зачем она ему понадобилась, и тут же увидел несколько кривых, написанных не пойми чем, букв.

– «Помогите», – прочел парень, свернув аккуратно обертку и спрятав другой карман джинсов. – Похоже, что дети верили, что на четвертый этаж кто – то придет.

– Погоди, но разве руководство, зная, что на четвертом этаже какая – то аномалия, не стало бы в первую очередь искать здесь? – уточнила Саша.

– Директриса и ее мать не имеют к нашему роду никакого отношения. У них нет способностей видеть призраков или еще как – то контактировать с тем миром. Они вполне могли сюда не ходить, опасаясь за жизнь. И это, кстати, объясняет тот факт, почему они не сказали нам о пропажах дверей.

– То есть, похититель держал детей прямо у них под носом – и она даже не вызвали офис, чтобы они осмотрели этот чертов этаж?! – возмутилась Александра.

– Похоже на то. Они верили, что во всем виновата девочка – призрак. Конечно, на это легче скинуть, чем на реального человека, которого нужно искать. А это значит: распускать смену, возвращать деньги, брать на себя позор за лагерь и еще раз очернить репутацию «Парижа».

– Логично, – выдохнула с печалью Саша.

– Единственное, что меня интересует: куда делить дети и почему пропаж не было почти полвека. А тут вдруг сразу – и трое?

– В каком смысле?

– В том, что пятьдесят лет все было тихо, а тут все соблюдено: даты, возраст детей, конфликт с преподавателем, внезапное исчезновение – ну прямо как под копирку дела минувших веков.

– Ты хочешь сказать, что кто – то сымитировал пропажу детей так, чтобы подумали на призрака?

– Думаю, что да, хотя доказательств мало. И то – все косвенные.

Ред еще раз обвел фонариком всю комнату, после чего они с Александрой уже собирались идти дальше, как вдруг девушку привлекла куча картонок на полу.

Саша никогда не переезжала, однако коробки в своей жизни видела не раз, как и их остатки после распаковки. Однажды у них в подвале почти год пролежали картонки – и настолько отсырели, что в них завелись жуки и даже плесень.

А тут – практически новенькие и сухие.

Ред навел фонарик на куски картона, после чего приблизился к Александре и, тронув свернутые коробки, попробовал их сдвинуть – и, приложив усилия, чуть не рухнул на пол, так как картонки быстро поддались, съехали в сторону – и открыли для Саши и мага странную картинку.

Небольшой люк, который не сразу можно было заметить впопыхах, на котором не было и грамма пыли и грязи. Скорее наоборот – пол вокруг люка был чистым, а из щели шел холодок, что свидетельствовало о еще одном помещении.

Ред взглянул на Сашу, после чего отдал ей пистолет и, сняв его с предохранителя, поддел клинком крышку люка – и, направив луч фонаря в темноту, вдруг ахнул.

– Быстро! Пошли!

Он взял фонарик в зубы, после чего спустился по деревянной прогнившей лестнице в помещение – и Саша, посмотрев во тьму, вдруг с ужасом увидела двоих мальчиков, лежавших друг на дружке валетом, с завязанными скотчем руками и ногами.

Ред сразу же разрезал скотч и, посадив мальчишек, попробовал привести обоих в чувство шлепками по щекам, но ничего не вышло. И маг, принюхавшись к их одежде и лицам, понял:

– Их накачали снотворным. Причем, судя по запаху, опять наше, офисное.

– Вытаскивай их!

Ред аккуратно взял первого мальчишку на руки, после чего направился с ним по лестнице, как вдруг вытаращил глаза на Сашу – и крикнул:

– Сзади!

Но Саша не успела.

Ее со всей силы ударили по затылку чем – то тяжелым, после чего девушка, почувствовав жуткую боль во всей голове, спине и глазах, в которых заискрилось, рухнула на что – то холодное – и окончательно провалилась во тьму.

Глава 5

***

Саша не помнила, сколько конкретно прошло времени и что случилось после того, как ее оглушили, однако очнуться ей пришлось на ледяных половицах, с мокрой щекой, на которую капала ледяная вода с труб, и порезанной рукой чуть ниже локтя.

Рана была неглубокой, но стоило Саше немного прийти в себя, как она ощутила жгучую боль во всей руке, а не только у локтя.

Она приподнялась, огляделась по сторонам – и с ужасом обнаружила, что находится в том самом помещении, в которое они с Редом успели проникнуть, но, как поняла девушка, откуда не успели удрать, пока не пришел хозяин.

Саша попробовала встать, но стоило ей попытаться опереться хотя бы на коленки, как мир пошел кругом, а очертания комнаты стали расплываться, как и длинные лампы, включившиеся во время ее отключки.

Саша упала на локти и, застонав, вдруг почувствовала, как ее рука коснулась чего – то мягкого и теплого.

Девушка осторожно повернула голову – и увидела тело Реда, лежавшее так близко к ее, что Саша сначала даже смутилась. Однако вскоре ударила себя по щеке так сильной, что пошли искры из глаз – и именно это смогло привести ее в чувство.

Она мгновенно подумала о том, что могли сделать с магом, который оказался один на один с опасностью, и вскоре увидела последствия своего промедления: у парня была разбита нижняя губа и струйка присохшей крови стекла по впалой щеке на шею, костяшки правой руки оказались сбиты, джинсы на левой ноге чуть ниже колена разошлись от удара лезвия и позволили клинку неизвестного полоснуть по коже.

Саша осторожно повернула голову мага – и с ужасом увидела рассеченный висок и слипшиеся от крови черные пряди парня.

На секунду Саше даже показалось, что Ред перестал дышать, однако стук его сердца, которое было слышно в оглушающей тишине помещения и ровное дыхание, от которого поднималась и опускалась грудь, успокоили девушку.

– Ред… вставай…

Саша поняла, что еле ворочает языком, поэтому говорить громко она не смогла. И единственное, что ей оставалось, это просто держать мага за плечо и немного потряхивать, чтобы привести в чувство.

– Ред, пожалуйста… проснись…

И в этот момент, словно маг и правда ее услышал, его ресница дрогнули, а брови нахмурились от боли и возвращающегося сознания.

Пальцы на руках сжались, а пульс увеличился, что не укрылось от Александры. Она осторожно убрала липкие, испачканные в крови, пряди со лба парня, после чего увидела приоткрывшиеся темные глаза.

Ред тут же попытался встать, но и его, судя по всему, серьезно чем – то огрели по голове, не ограничившись виском. Парня пошатнуло, когда он, используя стены, осторожно поднялся на ноги и попытался оценить ситуацию.

Но боль оказалась сильней – и он, упав на колени, прижал руку к больному виску.

– Где мы? – выдавил из себя парень, стиснув зубы.

– Похоже там, где держали мальчиков, – легко пояснила Саша, с удивлением поняв, что все помнит.

– Ах, да… припоминаю, – процедил сквозь зубы Ред, облизав пересохшие губы и тут же зашипев от боли. – Черт… серьезная у него сила…

– У кого? – удивилась Саша, наконец – то сев.

– Ты не видела лица? – в тон ей уточнил Ред, прислонившись к стене. – Похоже, что наш Дюран все – таки замешан тут.

– Дюран? – Саша тряхнула головой.

– Я тебе не рассказывал?

– Как всегда.

Ред вкратце поведал девушке о встрече с учителем французского и рассказал, как они вместе были в комнате, где вдвоем увидели девочку – призрака.

Сашу это не поразило, однако, ощущая, как сильно побаливает голова и как ломит спину, девушка была готова проклясть этого учителя при любой их будущей встрече.

– Но в защиту этого бедолаги я готов выдвинуть гипотезу, что он – во власти некоего третьего лица.

– Не мели чуши, – разозлилась Саша. – Если он дух, то он практически не может попасть под воздействие. Это даже в учебниках прописано.

– Да, только вот Фальковский в «Теории духа» не описывал полудухов, а также тех, кому дар передался спустя несколько поколений, – заметил с раздражением Ред, утирая с виска кровь.

– Откуда ты…

– Поверь, его книжку критикуют на всех уровнях – и вскоре запретят в школах. Потому что все, что он пишет – бред собачий.

– А к чему это ты?

– К тому, что Дюран – полудух. Так вдобавок к этому ему дар передался спустя три поколения, ибо все время до него в роду рождались девочки, которые не могли перенять дар крови предка по мужской линии. Вот и получилось, что на нашего бедненького французика обрушился весь шквал ответственности.

Саша лишь поджала губы: ей было отчасти досадно, что ей не удалось поймать Ред на незнании. Но еще больше ее восхитило, насколько парень образованный – он читает не только то, что ему нравится, но и то, что нужно. И даже ориентируется в современных исследователях.

– Так вот, я готов положить голову под топор, что Дюраном управляют.

– Головы не жалко? – усмехнулась Саша.

– Нет. Потому что я уверен: француз не причем. Его грубо пытаются подставить и при этом очень хорошо используют.

– Ты сказал, что у него не самая радужная репутация, – вспомнила Саша. – Не думаешь ли ты, что…

– Именно. К этому пытаются присовокупить и похищение. Кто – то очень хочет убрать с дороги Дюрана и при этом зачем – то крадет детей.

– Ред, а чисто теоретически, если ты предполагаешь, что Дюран – под воздействием кого – то третьего, то мог ли похититель сделать такое же с детьми?

– Подселение? – уточнил Ред, вскинув голову и посмотрев с минуту в потолок. – Чисто в теории это реально, только есть проблема.

– Какая?

– Мозг детей, рожденных от нечисти, менее уязвим к иллюзиям.

– А не наоборот? – удивилась Саша, подсаживаясь ближе. – Все – таки они – маленькие.

– Именно. И их защищает их неопытность. На чем строится подчинение? – Ред повел ладонью – и с его пальцев сорвался каскад искр, преобразовавшийся в полупрозрачные фигурки детей в пространстве. – Подчинение – это воспроизведение желаний того, кем управляют, тем, кто управляет. Проще говоря… Например, – он мельком посмотрел на Сашу, и фигурки в воздухе материализовались в ее с отцом силуэты. – Если ты потеряла отца – тот, кто желает тебя подчинить, чувствуя твою слабость в отношении семьи, сразу воспроизведет для тебя иллюзию счастья в семье. И будет управлять тобой, пока получится.

– Что значит «пока получится»?

– Рано или поздно подчинение кончается либо летальным исходом, либо психушкой. Иного – не дано.

Фигурки растворились в полумраке, после чего лампы странно замерцали, а Ред, взяв Сашу за руку, прижал к стене рядом с собой.

Саша сначала хотела ему заехать по щеке, однако вскоре услышала, как прямо над ними стучат каблуки мужских туфель. Причем цокот такой четкий, что сомневаться не приходилось: кто – то не особо шифровался и беспокоился, что пришедшие в себя жертвы услышат и подготовятся.

Ред быстро встал и, убедившись, что оружие до сих пор при них – оно валялось рядом с Сашей, – встал справа от деревянной лестницы, на которой остались красные следы и зазубрины от клинка.

Саша осталась лежать на месте, чтобы преступника не сразу смутил факт сразу двух сбежавших жертв, а Ред, приготовив пистолет, снял его вновь с предохранителя и стал выжидать, когда люк откроется и наверху покажется фигура похитителя.

Саша также прислушивалась к цокоту каблуков, и вдруг, услышав жуткий скрип и последовавший за ним оглушающий грохот дверей, услышала резкий аромат женских духов, от которых у Александры сразу зачесалось в носу.

Ред же, также услышав и аромат, и грохот дверей, различил среди цокота мужских туфель легкую поступь по скрипучим доскам женской персоны. Конечно, маг не исключал, что аромат мог быть подменным, однако почти на сто процентов был уверен, что к ним пожаловал не только исполнитель, но и манипулятор.

Саша уже легла, приготовившись изображать жертву без сознания, а Ред наставил пистолет на люк, как вдруг оба услышали женский вскрик, а затем уловили кислый аромат какого – то газа, от которого вдвоем закашлялись.

Это и позволило им выбраться.

Точнее, помочь им той, которая проследовала за Дюраном – и смогла изобличить, как ей казалось, преступника и помочь детективам.

Люк распахнулся, впустив тусклый свет от обычного фонарика на батарейках. Свет тут же выхватил из темноту лицо Реда, а затем Саша и маг услышали взволнованный вздох:

– Господи! Вы?!

– Серафима Родионовна?! – еще больше изумился Ред, убрав пистолет. – Вы тут что делаете? И как вы вошли?

– Через дверь…

Она помогла ребятам выбраться из подвала, после чего, осмотрев обоих, приказала:

– Немедленно в медпункт! Скажите, а дети там? – вдруг спросила Туранова, светя фонариком в пустой подвал. – И вообще – откуда тут эта комната?

– Вы серьезно? – Ред стряхнул с джинсов грязь и пыль. – Вы не знали об этом месте?

– Да упаси боже! – Туранова закрыла люк. – Мы все так испугались, когда вы проследовали за Хвориком, что и представить страшно!

– За кем? – не поняла Саша. – Погодите, вы как сюда пришли?

– Да говорю же: мне пацанята за ужином рассказали, что вас увел на четвертый этаж Хворик, а ваш приятель, Натан, выйдя к нам, уточнил, где вы и что с вами, а мы с Лизой, как услышали про Хворика, так сразу и бросились за вами! А тут еще и этот Дюран, будь он проклят сто раз!

– Погодите! Стоп! – Ред схватился за висок и зажмурился от головной боли. – Вы сказали, что проследовали сюда за Дюраном после того, как мы пошли на четвертый этаж за кем?!

– За Хвориком! – повторила Туранова. – Как знала, что нужно вас предупредить.

– О чем?

– Ред, – Саша дернула его за руку, – тебе надо лечь.

– Погоди, – маг приложил к кровоточащему виску ладонь, чтобы кровь не стекала по лицу. – С самого начала. Прямо сейчас. Кто такой Хворик?

Туранова вздохнула и, сунув руку в карман пиджака, выудила оттуда сложенную в восемь раз фотографию: ту самую, которую нашли Ред и Дюран в той комнате с девочкой.

Реда пошатнуло от волнения, но Туранова и Саша удержали ее, схватив за руки. Парень несколько минут моргал, чтобы глаза вновь сфокусировались на фотографии, однако слабость и сильный удар по голове клинком заставили его немного поумерить свой пыл и уверенность.

– Вот, смотрите, – Туранова указала на рыжеволосого мальчика в огромных очках и в пионерской форме: черных шортах и белой рубашке с красным галстуком. – Он пропал в семьдесят шестом, во время летней смены.

– Это он, – только и смогла выдохнуть Саша, увидев знакомое лицо. – Только…

– Серафима Родионовна, – Реду стало тяжело дышать, он потер горло, что заставило Сашу занервничать. – Как представитель офиса я требую, чтобы детей отправили на досрочные зимние каникулы по домам.

– Это невозможно, – уверенно сказала женщина.

– Речь идет о жизни детей! – воскликнул маг, посмотрев в глаза Турановой. – Жертвами неизвестного похитителя могут стать другие ребята!

– Погодите, двадцать четвертое прошло…

– Да ничего не прошло. Похищение просто подстроили так, чтобы выдать вам злодеем призрака, – Ред уловил холод, коснувшийся его руки, но не придал этому значения, а лишь глубоко вздохнул. – Похититель – живой человек, из плоти и крови.

– Я даже знаю, кто именно ему помогает! – воскликнула вдруг Туранова, ослепив лучом фонаря лицо Реда. – Это Дюран! Я только что видела, как он прокрался сюда, прошел в эту комнату, но…

– Но?

– Я только вошла и хотела уже схватить его за руку, как он тут же юркнул в окно. А тут четвертый этаж, все – таки…

И тут Ред, бросившись к раскрытым оконным ставням, высунулся на улицу, опасно перегнулся и, крикнув Турановой и Саше, заставил их подойти, после чего выхватил из рук женщины фонарь – и направил свет вниз.

Саша вскрикнула, а вот Туранова, ахнула и, задрожав, приложила руку к лицу. Ее глаза выражали такой ужас, что у Александры возникли к ней смешанные чувства.

– О бог мой…

– Скорую сюда! Срочно! – крикнул Ред, ринувшись к выходу.

Саша побежала за ним, еле успевая из – за раненой ноги, а Туранова, оставшись стоять у окна, словно вкопанная, вдруг вздрогнула, сгорбилась и, закрыв двумя руками лицо, всхлипнула.

Дело было в районе одиннадцати вечера, поэтому скорая приехала относительно быстро – учитывая, что до ближайшего медпункта было километров десять по проселочной дороге, – и, обнаружив Германа на диване в холле, где ученики обычно собирались на вечерние посиделки и разговоры, осмотрели еще живое, но находящееся на грани, тело преподавателя.

Ред, обнаружив Дюрана в сугробе у подножия здания, наскоро осмотрел Германа, сделал для себя каике – то выводы, а после, помогая проснувшейся от криков Елизавете и двум охранникам перенести парня в тепло, стал дожидаться врачей.

Елизавета сидела около Дюрана даже во время осмотра, но ее мать стояла в стороне и, хоть и вслушивалась в слова медиков, никак не реагировала.

Она была до того напугана, что Саше невольно ее вновь стало жаль. Только для девушки было загадкой: что так повлияло на Туранову? Если она не побоялась вступить в бой с Германом, значит, вид его распластавшегося на земле тела не должен был ее испугать или оттолкнуть.

Но поведение завуча говорило об обратном.

И Саша видела по ауре, что эмоции женщины отнюдь не наиграны.

– Черепно-мозговая, – констатировали врачи, перебинтовывая голову Дюрана и кладя его на мягкие подушки, принесенные Елизаветой. – Мы должны забрать его для исключения кровоизлияния.

– Я поеду с ним, – сразу заявила Елизавета, но тут вмешалась мать:

– Нет! Я поеду.

Все с удивлением посмотрели на Туранову – старшую, после чего она кратко пояснила:

– Он пострадал от моих рук. Значит, я его сопровожу в больницу.

– И добьешь там! – вдруг вырвалось у Елизаветы сквозь слезы. – Никогда я не доверю его тебе. Оставайся тут за директора, – заявила строго дочка, – а я еду с врачами. А ты, будь добра, расскажи детективам, как все произошло.

– Простите, но мы забираем и его.

Врач кивнул на Реда, которому также перебинтовали голову и руку. Но маг тут же стал сопротивляться, осторожно замотав головой и заявив:

– Со мной все будет в порядке. Не волнуйтесь. Спасите его, ведь Дюран – важный свидетель.

Елизавета тут же уколола мага недоумевающим взглядом:

– Свидетель чего?

– Свидетель похищения детей и нападения на нас с Сандрой.

После этого медики, переложив тело преподавателя на носилки, повезли его в машину, припаркованную во внутреннем дворе.

Елизавета, сняв теплое пальто с матери, набросила на плечи и, выйдя следом за докторами и сев в салон белого микроавтобуса, скрылась вместе с Дюраном в ночной мгле.

Туранова – старшая, упав на диван, вновь сгорбилась и, потеряв все свои лоск и элегантность, утерла платком хлынувшие из глаз слезы и вдруг обратилась к магу:

– Я не хотела… не хотела, чтобы он… чтобы он головой… я лишь толкнула его…

– То есть, он не сам прыгнул, – подметил Ред, но без вопрошающей интонации, а как бы поддевая завуча и ловя ее на вранье.

– Но на подоконник он сам прыгнул! – сразу сказала женщина. – Клянусь вам! Он сам хотел прыгнуть!

– Но вы ему помогли, – вырвалось невольно у Саши.

Туранова тут же зыркнула на Александру одновременно со страхом и негодованием. Но девушку было так легко не взять: Ред иногда прожигал ее своими дьявольскими глазами, поэтому у Саши, можно сказать, постепенно вырабатывался иммунитет.

– Скажите, вы не замечали за ним странностей? – уточнил тихо Ред.

– Он всегда странный, – продолжала тем же напуганным тоном Туранова, но не смотря на Реда, словно ощущала его силу и власть над собой. – Но если вы о чем – то другом – то нет, не замечала. Он был как и обычно. Только почему – то жаловался на давление. И знаете – отказался сегодня вести два последних урока у третьей и четвертой подростковой группы.

– Когда они должны были заниматься?

– С четырех до семи.

– Как раз, – вспомнила Саша.

Ред кивнул ей в ответ, после чего оба услышали глубокий вздох Турановой, а затем увидели, как глаза женщины наполнились слезами.

– Не думаю, что Дюран будет писать заявление, – вдруг выдал Ред, упершись в спинку дивана. – Он просто не вспомнит об инциденте. Но это при условии, что вы нам все расскажете.

– Хорошо, – дрожащим голосом сказала Туранова, – пишите в протокол все.

– Успокойтесь, – приказал Ред. – У меня нет с собой бланков, так что сейчас мы просто поговорим. А уже потом Герман сам решит: наказывать вас или отпустить с миром.

– Рассказывайте, – поддержала Саша, сев в кресло около мага.

– Когда вы ушли из столовой, я подумала, что с вами сделали что – то сорванцы из седьмой группы, – начала Туранова, утирая слезы платком. – Потом я увидела, как из столовой выбежал Хворик…

– Так, вот здесь остановитесь, – попросил Ред. – Хворик – мальчик, который погиб в семьдесят шестом. Но почему вы его так зовете? Вы знаете, отчего он погиб?

– Нет. Просто… он тут как постоянный гость, – выдала Туранова спокойно. – Его видят часто дети, играют с ним и даже передразнивают. Хворик безобиден. Но лишь для некоторых.

– В каком смысле?

– Мы не знаем истинное имя мальчика, – пояснила женщина. – А имя возникло из его особенности, как призрака. Он может притрагиваться к живым, и многие могут его чувствовать. Однако Хворик часто предсказывает чью – то болезнь или смерть. Он делает характерный символ на больном: рисует линию на ладони до крови.

Ред сразу сжал правую руку, на которой был знак Хворика, а Саша, вздрогнув от объяснений Турановой, посмотрела на мага – и увидела его ответный взгляд темных глаз.

Парень как будто бы искал в девушке поддержку, но не мог отыскать и толики понимания, потому что Саше самой стало страшно: Ред только оправился от Лазунского и «Обсидиана», а сейчас ему предлагают эту пытку в виде болезни?!

Она невольно рыкнула, и Туранова странно дернулась, прижав руку к груди и тяжело задышав.

Ред тут же положив на ладонь Александры свои ледяные пальцы и крепко сжал ее руку, взяв ее агрессию на себя.

– Не смей ее ненавидеть, – тихо прошептал Ред, приблизившись к Саше. – Твоя агрессия может причинить ей боль.

Саша глубоко вздохнула и, представив, что ничего не случилось, осторожно сомкнула свои пальцы на ледяной руке мага.

Она не почувствовала в парне ничего, кроме усталости, к тому же по всему ее телу растеклось такое приятное тепло, что Александра невольно мысленно поблагодарила Реда.

Даже в такие мгновения он думал не о себе, а о ней.

– Я увидела, что вы пошли за Хвориком, а затем встретилась с Елизаветой, – она вновь всхлипнула, но быстро успокоилась. – Она попросила меня посидеть с Дюраном в медпункте, так как у нее был урок. Я пошла. А когда пришла в палату, мне в один голос все врачи сказали, что он встал и ушел. Я, естественно, пошла его искать, как вдруг вижу: он поднимается по лестнице наверх. Я его окликнула, но он даже ухом не повел. Делать нечего: пошла следом за ним. Потом вижу, у него из кармана что – то торчит, а это вот, – она вдруг выудила из кармана пиджака браслетик, похожий на тот, что нашли Саша и Ред. – Такие носили все три мальчика.

Ред и Саша вновь переглянулись, после чего маг наклонился, чтобы взять браслет – и тут вдруг Александра, уловив аромат горелого, с ужасом увидела рядом с ними девочку и того самого Хворика, который, улыбаясь, смотрел на мага, застывшего в наклоне.

Туранова присела ближе, чтобы парень не тянулся, но Ред, встав и вновь пошатнувшись, вдруг сам обнаружил сразу двоих призраков, которые смотрели прямо на него.

Но если Ника хоты бы сохраняла хладнокровие и глядела безразлично на всех, то Хворик наоборот – улыбался так широко, что Ред смог обнаружить у него призрачные два клыка, которые даже не выпали, чтобы на их месте выросли поострее – коренные.

– Что с вами? – испугалась Туранова, подойдя к магу. – Вам плохо?

Но Ред смотрел только на детей – призраков и не понимал: чего они хотят. Чего ждут два маленьких создания, которые никак не могут успокоиться на том свете?

– Нет, – выдохнул наконец – то Ред. – Все нормально…

– Ха – ха, нормально! – вырвалось у Хворика, как у живого ребенка. – Не беспокойся, она скоро придет за тобой. И ты утонешь в огне!

– Ты что несешь? – не выдержал Ред.

– О чем он? – испугалась Туранова, видя, как маг разговаривает с пустотой перед собой.

Саша видела истинную картину, однако ее это не успокаивало.

Она не желала объяснять Турановой, что происходит с Редом, однако и сама не могла понять до конца, зачем маг говорит с призраками. Во всех книжках написано, что без специальной защиты и ритуала это делать категорически запрещено.

Но Ред, пренебрегая собственным здоровьем, вошел с ними в контакт.

– Я не несу! – взорвался смехом мальчик. – Я говорю: скоро ты сгоришь! И будет тут все гореть!

– Пожар будет? – уточнил маг осторожно.

– Огонь! Будет огонь! – рассмеялся Хворик, хлопая в ладоши. – Всегда мечтал увидеть огонь!

Саша вздрогнула и распахнула широко глаза, услышав такое, однако Ред, все – таки упал на колени, так как голова гудела сильнее, чем после пьянки, а ноги стали ватными и не могли держать тело, что также стало для мага некоторым знаком.

Он тут не хозяин. И даже близко не сможет приблизиться, так как кто – то невидимый управляет даже этими двумя призрака детей, не говоря уже о живых…

– Ред, – Саша подошла к нему и положила руку на плечо. – Не говори с ним.

– Уйди! – шикнул мальчик, надув губы. – Ты – неинтересная!

– А ты прямо собеседник! – вырвалось у Саши со злостью.

И тут призраки странно пошли рябью, словно вода, в которую бросили камешек, а потом и вовсе – сделали несколько шагов назад, сгрудившись около лестницы.

А Ред, вскрикнув, сжался, словно от боли в животе.

– Да что с тобой?! – изумилась Саша. – Ред, посмотри на меня… Ред!..

В этот момент на лестнице показался Натан, который, обойдя детей, так как принял их за живых, увидел ситуацию с Редом и Сашей, направился к ним, как вдруг сам, вскрикнув, осел на колени и, чувствуя себя и так неважно все два дня, стиснул до скрипа зубы и сжал пальцы в кулаки…

– Это вы делаете?! – возмутилась Саша, смотря на призраков.

Но Хворик и Ника так и жались друг к другу, словно видели опасность за спиной Александры.

– Я вызываю врачей, – заявила Туранова, испугавшись не на шутку. – Сначала Дюран, теперь вы…

– Прекратите эту пытку! – рявкнула Саша на призраков.

– Это не мы! – возмутился Хворик. – Это она… она пришла…

– Да кто она?! – изумилась Саша.

– Хворь, – сурово процедил Хворик, зажмурившись и прижавшись к гимназистке.

И вдруг Саша увидела сквозь высокие панорамные стекла окон, как прямо перед ним, на улице, стоит та самая темная фигура, которую они с Редом увидели после встречи с девочкой на четвертом этаже.

Саша вытаращила глаза, после чего уже приготовилась вытащить из ножен рапиру, как вдруг темная фигура, стоило полыхнуть в ночном небе молнии, исчезла, словно ее там и не было.

Скрючившиеся на полу Натан и Ред магическим образом вырвались из оков боли и, смотря друг на друга с недоумением и одновременно нескрываемым страхом, обернулись к окну.

– Если не распустите учеников сегодня же – у вас будут проблемы, – пригрозил маг, поднимаясь на ноги.

– Но большинство родителей за границей или на выездах, – пояснила Туранова. – Детей некому забрать.

– Значит, увозите их в другой лагерь, – потребовал Натан. – Насколько я знаю, в «Совушке» сейчас никого нет. Все корпуса свободны и будут заселены только после новогодних праздников.

– Но там ничего не готово. Перевозить все спонтанно туда сейчас – нереально, – возразила снова Туранова.

– Вам прислать бойцов из офиса? – пригрози Натан, – Я распоряжусь. Только это уже будет с протоколом о «неповиновении сотрудникам госструктур».

– Да делайте, что хотите, – вдруг вырвалось со злостью у завуча. – Только оставьте нас в покое! Мы вас вызвали, чтобы хоть вы помогли нам, а вы только и делаете, что шляетесь по зданию и по подвалам лазаете!

– А как по – вашему мы должны искать похитителя? – удивилась Саша. – Наше «шляемся по зданию» помогло понять, что мы имеем дело не с призраками, а с вполне реальным человеком!

Туранова хотела что – то возразить, как вдруг ставни около входных дверей распахнулись – и в помещение ворвался лютый холод и снежинки пурги, ударившие по лицам ребят не хуже, чем кислота.

Они так обожгли всех, что даже магу пришлось прикрыть лицо, дабы не чувствовать этих ледяных прикосновений неизвестности.

Лампы в люстрах замерцали, огонек в камине дрогнул, словно по нему кто – то провел рукой, погладив, как питомца, а уже после Ред и Саша с Натаном увидели, как в помещение влетело нечто темное, с дымчатым шлейфом позади себя, ринулось к ребятам и, обогнув Туранову, кинулось к магу.

Ред успел отскочить первый раз, но второй оказался фатальным: маг двинулся снова вправо, чтобы уйти от сущности, но в этот момент сзади его толкнули чьи – то ледяные руки – и парень шагнул прямо навстречу негативу.

Сущность, пройдя его тело насквозь, заставила мага рухнуть на ледяной паркет, а сама, утащив с собой тот самый браслет, который нашли Саша и Ред в одной из комнат на четвертом этаже, юркнула в дымоход – и затушила огонь.

Дрова отозвались жутким треском и шипением, как и лежавшие раскаленные угли, а Саша и Натан, не веря своим глазам, подбежали к Реду, чтобы помочь, но в этот момент услышали со стороны всхлипывания и короткие хлопки.

– Не правда ли она прекрасна? – уточнил Хворик, с восхищением смотря на тело Реда. – Сразить такого сильного колдуна… да она великолепна!..

– Исчезни!

Натан выпростал руку к призракам – и девочка с Хвориком, вскрикнув, растворились в пространстве, словно брошенный в воду рафинад.

После чего оборотень, упав на одно колено, приложил ладонь к деревянным доскам пола – и, закрыв глаза, стал вслушиваться в импульсы здания.

Саша же, подойдя к Реду, с ужасом увидела, что лицо парня пожелтело, под глазами залегли тени, а пульс на шее чувствовался с таким же трудом, с каким девушка улавливала неглубокие вдохи и выдохи мага.

– Соберите детей в актовом зале, – потребовал строго Натан, отнимая руку от пола и вставая с прямой спиной. – Я вызову вам автобусы – и вас отправят в временную гостиницу при офисе. Потом вы отправитесь в «Совушку» или «Балтийца». Но учтите – пропажа ребят будет на вашей совести, а в худшем случае – и их жизни тоже.

Глава 6

***

– Еще пять машин – и можно будет выдохнуть, – заметил Натан, стоя около входа и подписывая документы солдат.

Как и обещал парень, машины офиса прибыли буквально через два часа после его заявки и, забрав большую часть в два вместительных микроавтобуса, отвезли в город, несмотря на начавшуюся на улицу метель и гололед.

Казалось, что само провидение не желает отдавать ни в чем невиноватых пленников «Парижа» в руки офиса, однако Натан, вопреки даже погоде и собственным дурным предчувствиям, все равно решил убрать детей подальше от этого места.

Лучше пусть в гостинице при офисе побудут пару дней, чем будут находится по прицелом невидимого преступника.

Туранова была не в восторге и постоянно звонила дочери в больницу, чтобы та сорвалась – и приехала к ней, поддержав ее в решении оставить малышей в корпусах до возвращения их родителей, однако у Елизаветы хватило благоразумия мягко отказать – и отключить мобильный.

С одной стороны, Натан готов был разорвать эту женщину на клочки – он вырос в семье, где защищать младших было приоритетом, – поэтому не мог понять Туранову – старшую, но с другой – он не желал вмешиваться в этот скандал: ему и без того хватало собственной больной головы, неизвестного маньяка на объекте и затянувшейся миссии вдали от города.

– Это последний, – Адольф отдал на подпись Натану документы со всеми фамилиями учеников, которые подписались лично под своими инициалами. – мы сообщили родителям. И знаешь, что? – на лице Адольфа заиграла победная улыбка.

– Ну?

– Половина сегодня ночью и завтра утром прилетят из – за границ, остальные будут готовы забрать детей после дежурств.

– Почти все ночные?

– Да.

– Ты предлагал им замену лагеря? – уточнил с беспокойством Натан, смотря на закрывающуюся дверцу микроавтобуса.

– Сто раз. Они ни в какую. – Адольф цокнул языком, после чего взглянул на стоявшую рядом тусклую Александру. – А ты – то чего нос повесила? Смотреть на тебя такую неприятнее, чем на абрикосовый пирог.

Саша осторожно усмехнулась.

Несмотря на то, что Адольф язвил, в его голосе не слышалось издевки, что было немаловажно для девушки. А насчет сравнения с абрикосовым пирогом – она и сама не очень – то любила фруктовые начинки в выпечке.

– Езжай в город, – приказал Натан, отдав Адольфу документы. – И завтра же пришли мне на ноутбук досье на всех преподавателей и сотрудников техперсонала лагеря.

– Хорошо, – Адольф закрыл папку с документами, после чего галантно повесил ручку на нагрудный кармашек и, затянув потуже шарф на шее, махнул водителям микроавтобусов.

После этого кивнул Натану и направился к собственному темно – синему джипу – впервые Саша смогла разглядеть его цвет и марку, – и, включив фары, выехал с территории «Парижа», направившись в город за колонной микроавтобусов.

Саша и Натан, проводив их взглядами, заперли двери на засов, прошли в холл отогреться около камина, но в этот момент к ним подошла Туранова:

– Лагерь закроют?

– Пока мы не найдем похитителя и пропавших мальчишек – да, – безропотно отрапортовал Натан, садясь на дивна около огня. – А вы что, совсем не боитесь новых жертв?

– Прошло двадцать четвертое число…

– Прошу, прекратите, – прошипел вдруг зло оборотень. – Иначе я начну процесс лишения вас преподавательского статуса.

Саша изумленно посмотрела на всегда спокойного оборотня и впервые увидела в его глазах одновременно и тревогу, и ненависть, и отчаяние… Все эти эмоции поразительным образом играли в его глазах, заостряли черты молодого лица, а также позволяли Натану уже не носить на себе маску примерного сотрудника офиса, у которого нет ни эмоций, ни чувств…

Саша аккуратно притронулась к его руке, чтобы считать по ауре степень его беспокойства, но парень, почувствовав на своих пальцах ладонь Александры, лишь поднял на нее свои изумрудные глаза – и с удивлением выгнул бровь.

– Ред научил? – уточнил вдруг парень, мягко сомкнув тонкие пальцы на ладони Германовой.

– Нет, мама. Она всегда так считывала людей.

– Твоя мама была целителем, я прав?

– Вообще, по словам отца, она работала в косметологической клинике, – вспомнила Саша. – Но я верю, что она могла исцелять, потому что однажды срастила мою руку за два часа.

– Ого, – Натан был явно впечатлен, откинувшись на спинку кресла. – Значит, твой дар от нее?

– Нет, увы, – Саша чуть не заплакала, но сдержалась, – Жанна, оказывается, не была моей биологической мамой.

– Это не имеет значения, – вдруг заявил Натан, смотря на огонь.

– Как так? Разве дары не передаются по крови?

– Вообще не всегда, – по лицу парня было видно, что он пытается ободрить Сашу, и девушка была ему благодарна за это. – Департамент давно доказал лабораторными исследованиями, что некоторые таланты родители передают перед самой смертью своим преемникам. Например, мне каким – то образом передалась сила матери. Хотя я даже не видел, как она умерла.

– У тебя умерла мама? – вцепилась в главное Саша, с ужасом посмотрев на парня, но Натан спокойно отреагировал.

– Это было давно. Больше десяти лет назад. Так что не беспокойся.

– То есть тогда с призраками… ты…

– Мама обладала силой управления энергиями, – пояснил Натан, – не самый сильный, но полезный дар в нашей работе.

Саша закусила нижнюю губу, чтобы больше не расспросить, что чувствует Натан, живя без мамы, так как поняла, как глупо это будет выглядеть. Блейки явно уже переросли тот возраст, в котором им это причиняло боль, однако Саша не хотела сделать еще больнее, чем неведомые обстоятельства, отнявшие у ребят любимого человека.

– Пойдем, – он встал и, завернувшись в накинутый ему на плечи плед, направился к лестнице.

Саша встала и пошла за ним, чтобы проведать мага.

Теперь, когда большая часть обитателей здания были вывезены в город и в административном корпусе остались пара человек из медперсонала и техобслуживания, до Александры начали долетать даже малейшие скрипы, шорохи и потрескивания особняка.

Казалось, что громадина, построенная неизвестным архитектором в далеком девятнадцатом веке, вдруг ожила и начала открыто выражать свои эмоции.

И судя по звукам, Саша предположила, что дом злиться. Он уже выплеснул агрессию, когда впустил к себе темную сущность и ранил Реда, однако Александре показалось, что такой шаг здания был лишь особым предупреждением.

Только к чему?

– Ред, ну ты как?

Натан подошел к брату и, тронув лоб парня, убедился, что жар только усилился. Скулы мага горели больным румянцем, а на лбу до сих пор лежало холодное полотенце, которое Натан оставил после того, как принес брата в комнату.

– Может, правда в скорую? – уточнила обеспокоенно Саша, смотря на неподвижного мага.

– Не волнуйся, – Натан убрал со лба брата полотенце, после чего взял со стола чашку с каким – то раствором. – Сейчас вылечим.

Саша хотела сесть на противоположную кровать, чтобы немного перевести дух, но в этот момент услышала над головой такой топот, что невольно вздрогнула и, посмотрев наверх, с опаской прислушалась.

На четвертом этаже явно кто – то бегал, а как смогла представить Саша, над их комнатой находился тот самый класс, где они с Редом видели девочку и темную сущность.

– Что за…

И вдруг Натан вскрикнул, когда Ред, схватив его сначала за запястье, а затем и за горло, выбил из пальцев чашку, прижал к полу и, насев сверху, посмотрел обезумевшим взглядом.

– Ред! Хватит! Приди в себя! – рявкнул Натан, пытаясь спихнуть с себя брата. – Ред!

– Ред! – Саша впилась ему пальцами в плечи и попыталась оттянуть от Натана. – Оставь его в покое! Ред!..

В этот момент Александра почувствовала, как ее сила рвется наружу, желая впиться огненным вихрем в тело мага, искоренить из него негатив – и поглотить, раскрошив зло в пространстве на мелкие крупицы.

Девушка сопротивлялась до последнего, понимая, как магу может быть больно, но, когда пальцы Реда стали сжимать горло Натана с такой силой, что оборотень застонал и стал хрипеть, Саша позволила своеу дару выплеснуться.

Золотое свечение, разгоревшееся сначала в глубине груди, а потом ушедшее в живот, вскоре заставило сиять все тело девушки, образовав вокруг него своеобразный светлый ореол.

Чтобы эффект был более долгосрочным, Саша прижалась к магу сзади, обняла его за шею и, сложив ладони у него на ключице, попробовала направить свой свет прямо к сердце парня, но в тот же момент получила резкий отпор в виде удара в живот локтем.

Саша вскрикнула, ослабив хватку, поэтому и отлетела к столу у окна, стукнувшись спиной об угол.

– Хватит!

Натан схватил брата за шею сзади и, прижав к полу, словно преступника, попробовал самостоятельно изгнать негатив, который сущность поселила в маге, но не вовремя вспомнил, что Ред недавно только пережил сразу два нападения и ранения. Хоть швы и затянулись, а раны не кровоточили, Натан представлял, какую боль заглушает маг каждый день обезболивающими.

И также смог поздно представить, чем конкретно питается сущность, пока сидит в парне. Каким образом поддерживает состояние жертвы и как конкретно действует на сознание парня.

Саша успела метнуть золотую молнию в тело Реда, но маг, обернувшись к ней, выпростал вперед руку и, вопреки ожиданиям Натана и Александры, перенаправил молнию в потолок.

Несколько секунд, яркая вспышка, оглушающий треск и грохот досок, а уже затем – крик Александры, которая поняла, что сотворил Ред, на мгновение придя в себя.

Натан успел отскочить в сторону от упавшего каркаса потолка и чуть не придавившей его балки, однако Ред не собирался этого делать.

– Ред!

– Черт…

Натан подскочил к придавившей парня тяжелой деревянной балке и паре досок от пола четвертого этажа, схватился за край и, напрягая все свои мышцы оборотня, которые не подвели его даже в больном состоянии, отбросил балку в сторону – и смог увидеть тело брата.

– Ред…

Натан аккуратно подхватил его под мышки и, оттащив от завала, переложил на свободную кровать.

Саша подошла, но так тихо, что Натан сначала даже не услышал ее, а уже потом, посмотрев с мольбой, попросил:

– Поможешь?

– Конечно. Чем?

– Попытайся еще раз, – Натан сразу так поник, что Саше стало его жаль. – Твоя сила может привести его в чувство и изгнать эту дрянь.

– А что это конкретно?

– Некоторые сущности могут разносить болезнь, – пояснил коротко оборотень, взяв брата за запястье. – И когда они вселяются в тело или хотя бы входят на мгновение в контакт с ним, они легко могут заразить любой заразой. А потом, за счёт такой своеобразной метки, питаться энергией жертвы и использовать ее в своих целях.

Саша положила руку на грудь магу, после чего прикоснулась пальцами к виску парня и, осторожно присоединившись к его нервной и кровеносной системам, быстро нашла источник болезни – желудок, – и, криво усмехнувшись, направила туда силу.

Свет под руками девушки ослепил Натана – и ему пришлось прикрыть глаза рукой, а Александра, увидев, как золото, ударяя по негативу невидимыми без микроскопа молниями, уничтожают болезнь и возвращают парню здоровье.

Лицо Реда начало на глазах обретать нормальный оттенок, ресницы задрожали, а дыхание участилось, что не могло не радовать Александру: в легкие начал проникать свежий воздух, помогая девушке исцелять.

Саша и сама не заметила, как покрылась испариной, как зрачки глаз расширились и зрение начало отчего – то терять фокус на маге и как позвоночник заныл от странной боли, словно Александра перекопала несколько гектаров земли лопатой…

Свет начал угасать, и Натан, увидев, что девушке тяжело стоять, подхватил ее на руки, чтобы Саша не упала на ледяной пол. В это же время Ред приоткрыл воспаленные глаза и, странно дернув правой рукой, где был знак Хворика на ладони, поднял ее и внимательно осмотрел.

И Натан был шокирован: силы Александры помогли не то что отогнать болезнь, а полностью изгнать негатив из организма. Ред был абсолютно здоров, а слабость Блейк – старший умел купировать правильными дозировками препаратов.

– Натан…

– Все? Желание придушить нас отпало? – уточнил с издевкой Натан, сажая Александру в уцелевшее после обвала кресло.

Ред быстро встал и, присмотревшись к пространству и увидев Сашу, находящуюся на грани потери сознания, немедленно подошел к ней и, осмотрев, странно понурил голову и отвел взгляд.

– Сколько раз я тебе говорил, – выдавил тихо маг, убирая выбившиеся из хвоста пряди волос Александры, чтобы они не мешали ему смотреть ей в глаза. – Не смей использовать так часто свои силы. Ты не умеешь их контролировать. Не знаешь своей лимит…

– Вместо того, чтобы отчитывать ее, лучше бы помог, – заметил с укором Натан, набирая в шприц энергетика. – Сколько ей колоть?

– Одного миллилитра хватит, – сразу заявил Ред, беря Сашу за руку и поднимая рукав кофты.

Саша это почувствовала, сразу же ощутила болезненный укол не от шприца, а от воспоминаний из детства, и тут же опустила рукав, прижав руку к себе.

Натан слегка удивился, подумав, что Саша испугалась уголки, однако в тот же момент Ред, подняв руку и сделав жест, приказал брату убрать шприц.

– Извините, – Саша самостоятельно закатала рукав и подставила прямую руку. – Колите.

– Если боишься иголок, то не волнуйся, – Натан приблизился с спиртовой салфеткой. – Я проходил курсы. Делаю не больно. И если хочешь – отвернись. Говорят, когда не видишь опасности, не чувствуешь боли.

– Вранье.

Натан аккуратно вонзил иглу, сразу попав в вену, но Саша и так ничего не ощутила. После исцеления руки слегка дрожали, так как мышцы затвердели от напряжения, поэтому ей отчасти повезло: прошлое не ворвалось в ее настоящее еще и на физическом уровне.

– Извините еще раз, – попросила Саша.

– Это его реплика, – усмехнулся Натан, кивнув на сидевшего смирно Реда.

Саша была даже слегка удивлена: чтобы Ред не рвался куда – то больше пяти минут – это было нонсенсом.

– Он не виноват, – сразу сказала девушка, согнув руку в локте. – Это же та самая сущность… Помнишь, Ред? Мы ее уже видели…

– Да. – он обернулся к ней, – А еще эта же сущность сидела в Дюране и использовала его все это время. Кстати, я тут сейчас подумал… а вам это не напоминает дело Славинского?

Саша и Натан с удивлением для себя обнаружили, что маг прав.

Славинский был полудухом и обладал магией Пространственных изменений. И здесь была такая же ерунда: некто, вселившись в Дюрана, использовал его, как рабочие руки, чтобы красть детей, держать их на запретном этаже, а также пугать остальных воспитанников своим странным поведением.

– Думаю, в поведении Германа не было ничего странного, – заметил Ред. – Мне кажется, тут все проще. Дюран, имея способность видеть сущности, сразу обнаруживает в лагере чужака. Входит с ним в контакт, желая, скорее всего, просто понять, что похититель из себя представляет.

– Но попадает под влияние, – поняла Саша. – И таким образом, подозрения Турановой для кого – то становятся прямо вишенкой на торте. Она убеждается, что Герман – преступник, пишет заявление и отправляет его под трибунал.

– А не слишком ли жестоко? – уточнил Натан. – Все – таки, насколько я понял, ее дочь любит этого француза.

– А ты не слышал о властных родителях? – усмехнулся горько Ред. – Туранова – собственница. И явно – очень императивная. Как она пыталась нам приказать оставить все так, как есть.

– Я, кстати, вообще не понимаю: на кону репутация лагеря, в который мало кто поедет после инцидента, и ее собственная, – заметила Саша. – А она упорно не хотела спасти детей.

– Ну, иногда у таких людей может снести крышу, – пояснил коротко Ред. – Они выстраивают вокруг себя собственный мир, где они – повелители, а остальные – их слуги, играющие по правилам, выстроенным ими. Но ты права: Туранова слишком настаивала на оставлении детей в опасности.

– Ни один завуч не подставит так свою шею, – согласился Натан, и вдруг изменился в лице. – Погодите, а что, если она…

Ред понял его с полуслова, и в этот момент все услышали, как в коридоре прозвучал звук каблуков.

Тяжелая женская поступь приближалась к их комнате так быстро, что ребята одновременно, не сговариваясь, потушили свет, схватили оружие – и юркнули в дырку на потолке.

Сашу подтянул Ред, после чего Натан, включив неяркий свет на фонарике, посветил в дверной проем – чисто.

Он сделал знак рукой – и Ред с Сашей пошли за ним.

Но, выйдя в коридор, они оба раскрыли рты от шока: второе окно оказалось замуровано тем же способом, что и первое. Правда цемент уже явно застыл, а с другой стороны – схватился морозом.

По прогнозу этой ночью обещали минус тридцать.

На четвертом этаже не было отопления, поэтому Саша сразу ощутила, как по коже под кофтой бегают мурашки, а волоски на руках становятся дыбом, когда пальцев и щек коснулся могильный холод.

Ред сразу поставил руки с пистолетом, а Натан оскалившись, как волк, позволил своим глазам засиять изумрудами во тьме, а зрачки сузиться до узких звериных прожилок. Его спина вся напряглась, как и руки с рапирой, и Александра сразу увидела, как у Натана в прямом смысле, вздыбились волосы на голове.

Сама же девушка смогла лишь схватиться за рапиру, принять боевую стойку – и ожидать удара с любой стороны.

– Не расходимся, – приказал Натан. – По одиночке нас тут прикончат.

– Очень вовремя ты это сказал, – оскалился маг, водя фонариком по стенам коридора и следя за малейшими шорохами.

– Не ссориться, – в тон Натану, заявила Саша. – Мы не знаем, кто с нами воюет. И не можем в полной мере оценить силы.

– Твоя школа? – уточнил с гордостью оборотень.

– Самообразование не запрещено, – заметил Ред, отчего у Саши прибавилось уверенности.

Она и правда изучала некоторые материалы самостоятельно. Ред ее по ним никогда не экзаменовал, однако явно видел, что из библиотеки пропадают книжки.

И вдруг, со стороны самой дальней комнаты, раздался такой грохот, словно на деревянные половицы рухнул платяной шкаф, заполненный кирпичами.

Маг направил туда фонарик – и все увидели, как комнаты показалась вполне материальная фигура какой – то девушки в старинном платье, черных туфельках на каблуке, а также с заплетенными в две косы белоснежными волосами.

Ред и Натан сразу насторожились, а вот Александре стало интересно, кто это такая. В последней комнате не было люка, это точно, они с Редом там все осмотрели…

– Вы кто? – крикнул Натан.

Но девушка не ответила.

Казалось, она даже не сразу увидела незваных гостей.

Лишь после крика парня ее голова повернулась под настолько неестественным углом, что у Саши дрогнула рука, а Ред, скривившись, невольно снял пистолет с предохранителя, готовый стрелять.

Он навел фонариком сначала на фигуру девушки, прошелся светом по истощенному контуру ее тела, а уже потом достиг сморщенной серой шеи – и лица, в котором не было ничего человеческого.

Обвисшая кожа, испещренная точками и шрамами, глаза на выкате, яблоки которых пожелтели не то от старости, не то от болезни, а также раскрытый как будто бы в немом крике рот.

Рука Реда дрогнула, после чего незнакомка, протянув к ребятам руки, побежала на них так быстро, как молоденькая девчонка кросс.

Палец мага сам нажал на курок – и выпустил несколько пуль в тело женщины, но ничего не произошло: она дернулась в те мгновения, когда пули разорвали кожу под платьем и вонзились в органы, но не издала даже стона.

Реда и Натана это поразило, а Александра, от нервов и страха, который на нее произвела эта женщина, пустила в нее молнию – и, не промахнувшись, смогла узреть картину, как золотистые искры, словно огонек, выжег на животе неизвестной ткань платья, оголил сморщенный живот и обвисшие контуры груди с пулевыми отверстиями.

– Что это? – выдохнул со страхом Натан.

– Похоже, упырь, – заметил Ред, выхватив рапиру. – Натан, прикрой.

– Хорошо.

Оборотень приготовил рапиру, после чего Саша увидела, как маг, скользнув к стене, привлек внимание женщины к себе и заставил вновь идти к дальней комнате за собой.

Ред держал перед существом рапиру, при этом иногда ею размахивал, словно дразня зверя, сидевшего в женщине.

Натан шел за упырем и, также страхуя себя вытянутой вперед рапирой, увидел, как Ред, выключив свой фонарик, заставил существо остановиться.

Это послужило сигналом.

Натан молниеносным движением проткнул лезвием женщину насквозь, а Ред в это же время, полоснув себя по только что зажившей руке, приложил ладонь ко лбу упыря – и громко и быстро зачитал некий текст на латыни.

Существо тут же начало сопротивляться и брыкаться, но Натан, схватив женщину за шее, крепко сжал пальцы и позволил брату довершить ритуал.

Саша увидела, как аура вокруг женщины быстро погасла, а после полупрозрачный силуэт молоденькой девушки, закутанной в какую – то простыню, отделяется от уродливой оболочки, смотрит на Александру, одобрительно кивает – и устремляется к замурованному окошку, скрываясь за пределами кирпичей и бетона.

Тело же, потеряв, как думала Саша, душу, рухнуло на пол и, стоило Реду включить фонарик, начало разлагаться с такой скоростью, что даже у Натана это вызвало рвотный рефлекс, который, однако, майор сдержал по долгу службы.

– Оскверненная, – поправился Ред, освещая остатки и кости, показавшиеся спустя три минуты. – Должного содержания после смерти не было около шестидесяти лет.

– Она умерла шестьдесят лет назад?! – изумилась Саша.

– Нет, умерла она раньше. Я лишь сказал, что должного ухода за телом никто не осуществлял более полувека. Да и это видно по ее поведению.

– Она одичала, что ли? – уточнила Саша, вспомнив Даниила из поселка, где препарировал людей Мельбург.

– Можно и так сказать. Она откуда – то вырвалась, – Ред направился с фонариком к распахнутым дверям кабинета.

Натан же, превозмогая отвращение и сдерживая позывы рвоты, присел на корточки около останков и, осторожно трогая все кончиком карманного ножа, вдруг обнаружил что – то блестящее в куче мяса.

– Саш, посвети, – попросил он, натягивая ворот свитера к самому носу.

Девушка направила луч фонаря на тело – и тут же вместе с Натаном увидела уцелевший кулон.

Оборотень тут же поддел его клинком, дернул на себя – и порвал тоненькую цепочку, после чего протерев платком, поддел лезвием – и открыл.

И Саша была в ужасе: с фотографии в кулоне на нее смотрела Ника Алферова – та самая девочка, которую они с Редом неоднократно видели, – а также ее родители в красивых одеждах конца девятнадцатого века.

Натан завернул находку в платок, после чего и он, и Саша услышали свист мага из дальнего кабинета – и пошли к нему.

И стоило обоим переступить порог, как взгляды разбежались: до этого целая комната была разгромлена. Все стены изрезаны, на обоях и досках виднелись следы крови, половицы испачканы в чем – то липком и темном, а окно над пустой нишей – забетонировано полностью. Даже швов не видно между стенами и возведенной заслонкой.

– Да какого черта?! – вырвалось у Натана.

И в этот момент все трое ощутили, как позади них пронеслось что – то горячее, оно же ворвалось в комнату, окружило и тут же коснулось их одежды и обуви.

Огонь появился так быстро, что Натан откровенно запаниковал, когда увидел на брюках пламя, как и Саша, у которой огонь схватился за хлопковую кофту, а затем и кожи.

Лишь Ред сохранил самообладание и, убрав рапиру в ножны, странно сгорбился, совместил ноги так, чтобы обе были ровными, а руки – сложил на уровне груди.

Саша сначала даже не поверила, но потом, увидев, как маг, расправив руки, словно птица крылья и согнув правую ногу, которая стала опорной, заставил пламя расступиться перед ребятами и сойти с одежды, чуть ли не зааплодировала.

– Уходим! – рявкнул маг. – Быстро!

Ред сделал такие же манипуляции в коридоре, безропотно сначала шагая в огненный вихрь, а уже затем расталкивая языки пламени, освобождая Натану и Саше проход.

– Во второй кабинет!

Они ринулись туда и, с ужасом обнаружив и там заделанное окно, в панике ринулись к третьему, четвертому, пятому и следующим кабинетам, в надежде, что там будут не замурованные рамы со стеклом, которые выбить – легче легкого.

Однако каждый раз их встречала тьма, огонь, удушливый аромат гари, а также критическая нехватка свежего воздуха, из – за которого даже у Натана вскоре закружилась голова – и он чуть не упал в огонь, опершись на стену всем корпусом.

Саша также чуть не упала на колени прямо перед шлейфом огня, который сразу бы схватился за ее одежду, но Ред, отогнав пламя, сразу понял: долго так они не протянут.

Проход с четвертого этажа, как и ожидали Саша с Редом, был замурован вновь неведомой силой.

Маг и сам уже пошатывался и откашливался от угарного газа, однако пытался отгонять пламя, которое, как поняли все, жило не только за счёт досок пола и потолка, но и благодаря разлитому в кабинетах бензину.

– Дети…

– Что? – Ред прокашлялся, подойдя к Натану, чтобы отделить его от стены и поставить ровно.

– Дети, – парень поднял голову и, закрыв лицо рукой, указал в потолок.

Ред и Саша подняли головы – и сразу поняли: чердак.

– Черт, – прошипел маг, присмотревшись к уже обугленным доскам, которые вот – вот бы осыпались, но балки пока держали.

И вдруг и Саша, и Ред услышали детский визг такой силы, что даже сквозь потолок у ребят чуть не свернулись уши в трубочки. Видимо ребят действительно что – то так сильно испугало.

– Они что, на чердаке?! – изумилась Саша, понимая, что дети могут просто задохнуться.

Ред подошел к стене, где должна была быть дверь и сразу выход из этой огненной ловушки, приложил обе руки и, в отличии от ожиданий Саши, подозвал Натан и, приложив его ладони к бетону, уточнил:

– Здесь сантиметров десять. Сможешь пробить?

– Попытаюсь…

Натан, опершись на стену, напрягся изо всех сил – и Саша увидела, как на затылке парня проступает черная шерсть.

Она уже видела парня в обличии волка, однако ни разу не могла узреть ни одного оборотня в промежуточной ипостаси.

Натан покрылся весь темной шерстью, его лицо вытянулось, приобретя звериные черты, показались клыки, брюки на коленках порвались, как кости видоизменились под мощные волчьи лампы, а вот верхняя часть тела осталась почти такой же, как и была.

Натан откинулся – и потом со всей силы ударил по стене.

Саша всем телом ощутила, как даже по ней прошелся импульс, который отдал ей дребезжащий пол. Ред, пошатнувшись, схватился за стену рядом, после чего вскинул голову – и, прислушавшись, все – таки услышал крики детей где – то в глубине чердака.

Натан ударил еще раз – и крики стаи слышны отчетливее, словно оборотень ломал стену не к выходу, а как раз на тот самый чердак.

Ред еще раз взглянул на трещащие доски потолка, затем посмотрел на усилия Натана, которое удалось проломить первый слой кирпичей, а уже потом принял решение.

Он взял Сашу за руку и, кивнув на потолок, сказал:

– Пробей молнией.

– Но он обвалится на нас, – дрожащим голосом, прохрипела Саша.

– Не бойся, не обвалится.

– Ред…

– Верь мне.

– Не могу, – честно сказала девушка. – Я не хочу умирать…

– Пока я рядом, ничего не случится, – вдруг заметил он тихо. – Просто сделай, как говорю.

Саша посмотрела ему в глаза – и не нашла в карем омуте ничего, кроме уверенности.

Маг знал, что делает, поэтому девушке ничего не оставалось, кроме как подчиниться – и со всей силы швырнуть в потолок золотую молнию, после удара которой Саша почувствовала, как подкашиваются ноги и как горячая рука Реда подхватывает ее под талию.

А в следующую секунду над головой разверзается настоящая адская бездна: горящие балки, испепелившись под действием огня Александры, крошатся прямо на нее, жалят своим жаром, кусают и оставляют ожоги, а затем и вовсе – летят прямо на нее и Реда.

Саша взглянула на мага, чтобы хоть перед концом с укором посмотреть на него, но не успела: парень выпростал наверх руку и вокруг них возник красный купол, контур которого окружал обруч из различных рунических знаков.

– Я же говорил, – выдохнул устало Ред.

Обломки потолка растворились над куполом, словно грязь от чистящего средства, после чего маг, опустив руку, убрал купол и, рассмотрев дыру, которая проделала молния Александры, крикнул Натану:

– Подсади!

Оборотень, подставив ладони магу, буквально втолкнул парня на чердак, а Сашу, аккуратно взяв за талию, передал магу с такой осторожностью, что девушка невольно залилась краской.

На чердаке было намного прохладнее, чем на этаже, однако дышать оказалось крайне сложно. Даже Александре, которая могла переживать любые ситуации и условия, было практически невыносимо вдохнуть полной грудью и не заслезиться от дыма и газа.

– Миша! Даня! – рявкнул маг, но тут же закашлялся и прикрыл лицо платком. – Никита! Вы тут?!

Он снова закашлялся, после чего осел на одно колено и, не в силах больше кричать, посмотрел во тьму и, схватившись за фонарик, стал водить лучом по косым балкам и по серым дымчатым клубам, которых с каждой минутой становилось все больше и больше.

– Мы из офиса! – крикнула Саша, что было мочи. – Мы пришли вам помочь!

Но в ответ вновь тишина.

Тогда маг и Саша начали быстро осматривать весь чердак на наличие тел, однако нигде никого не обнаружили. Но они же слышали крики! Детские крики! Значит, хотя бы двое мальчиков, но тут! Тем более, что Саша помнила: они с Редом уже нашли двоих тогда, в замурованной комнате на третьем этаже.

И вдруг Ред, что – то крякнув, поманил Сашу рукой за балку в самом углу чердака.

Девушка тут же подбежала и с ужасом увидела тело одного их трех мальчиков. Он был коротко стрижен, блондин, с впалыми щеками и таким худощавым телом, что страшно было смотреть.

Ред сразу же проверил пульс, а затем, склонившись и прослушав грудную клетку, выдохнул.

– Живой. Газа наглотался. Живо! – он подхватил ребенка на руки, – Уходим отсюда!

Внизу послышался оглушающий грохот, после чего пол под ногами Реда и Саши завибрировал – и ребята почувствовали, как доски просто прогибаются.

Ред, взяв девушку за руку, потащил к отверстию в полу, через которое они проникли на чердак, но в этот момент отверстие завалили не выдержавшие веса деревянные балки и разрушившейся от времени шифер крыши, что и дало ребята шанс.

Свежий воздух, проникнув в легкие, помог и Реду, и Саше добраться до образовавшейся рваной дыры, залезть по обломкам балок и досок на уцелевшую часть шифера – и оказаться как раз на карнизе часовой башни.

Ред придержал Александру, чтобы она не свалилась, после чего первым пошел по достаточно толстому, но покрытому снегом карнизу. В сапожках магу было явно неудобно, он делал мелкие шажки, в то время как огонь начал подбираться к шиферу на крыше, вырываясь изнутри чердака.

Саша пыталась идти след в след за магом, чтобы не споткнуться, однако в этот момент в ночной мгле раздался оглушающий звон часов за стеклянным циферблатом.

Это сразу вывело из равновесия и Реда, и Сашу, и заставило одного прижаться к ледяному дрожащему фундаменту здания и терпеть жуткие удары по барабанным перепонкам, а вторую – свалиться вниз и, чудом ухватившись за карниз третьего этажа, повиснуть на нем.

– Ред! – заорала Саша со страха, посмотрев вниз. – Ред!

Но маг, конечно, не услышал из – за оглушившего его звона часов, которые отчеканивали ровно двенадцать.

Саша тем временем с ужасом увидела, как по коридорам третьего этажа мимо окон плывет темная фигура Турановой, которая увидела Александру на карнизе – и явно не была рада, что помощница офисных крыс выжила.

Саша начала лихорадочно соображать: как ей спастись?

Прыгнуть? Но она себе все кости переломает и точно не сможет помочь Реду дальше.

Попробовать забраться по карнизу в здание? Но там Туранова и, может быть, еще кто – то. Никто не знает, что у них на уме, а потому лезть без подготовки опасно.

Но тогда куда?!

И в этот момент Саша услышала, как прямо под ней распахнулись деревянные ставни – и девушка, опасливо опустив взгляд, готова была радостно крикнуть.

– Прыгай, – приказал Натан, подставив руки.

– Но…

– Поймаю! Давай, быстрее! А то у меня на хвосте двое!

Саша вдохнула и, расслабив хватку онемевших пальцев, упала прямо в руки оборотня, который втащил ее в помещение, быстро перегруппировался, взял Александру вновь на руки, но уже подхватив не только под спину, но и под коленки, запрыгнул на подоконник.

– Ты разобьешься, – прошипела со страхом девушка, смотря на каменную расчищенную дорожку рядом с сугробами.

– Не волнуйся, – Натан явно примеривался, так как его корпус был в движении, – как говорит Ред: кто не рискует, тот не забирает шампанское бесплатно!

– Натан!

Саша впилась пальцами ему в свитер, после чего прижалась головой к груди и, ощутив, как ее волосы взметнул верх северный ветер, готова была крикнуть, но в этот момент Натан, спружинив от земли, перевалился с ноги на ногу, поймал равновесие – и тут же опустил Александру в сугроб.

С волнением и страхом Александра открыла глаза – и тут же увидела, что сидит на огромном сугробе, ее ноги по колено в снегу, а на лицо и волосы падают снежинки поднявшейся пурги.

Часы все еще мерно отбивали свои двенадцать ударов, а темная фигура мага, силуэт которого был четко виден на сияющем желтом циферблате, до сих пор стояла, прижавшись к ледяным кирпичам, и, скорее всего, смотрела вниз в надежде отыскать помощь.

Саша с ужасом представила, что ощущал Ред, но в этот момент поняла: она готова броситься за ним в огненный ад. Она готова сейчас пойти внутрь, миновать все этажи – и подняться в часовую башню, чтобы он…

– Ред! – рявкнул Натан, зная, что маг услышит. – Ред! Прыгай! Я поймаю! Ред!..

Но парень оставался неподвижным, в отличии от языков пламени, которые так и норовили тронуть новые участки шифера крыши или балки под ним, дабы насытиться хоть и прогнившим, но каким – никаким деревом.

И тут Саша решилась.

Она рванула к входным дверям, ворвалась внутрь, пробежала вдоль всего холла, буквально вспорхнула, словно птица, по четырем пролетам, оказалась на втором этаже, где была неприметная витиеватая лестница в часовую башню – Ред ей показал ее невзначай, когда они шли вчера на завтрак, – и, недолго думая, метнулась наверх.

Саша уже не слышала, как процокали каблуки ее сапожек по чугунным ступенькам, как она ворвалась в пыльное помещение, где повсюду крутились с жутким скрежетом и лязганьем механизмы уже притихших часов и как рванула к огромному циферблату, который больше напоминал ей диск луны на черном небосводе…

Девушка пробралась к цифровому кругу, сразу обнаружила темную фигуру мага по ту сторону, в морозной мгле и, выхватив из ножен рапиру, отошла немного левее – и со всей силы ударила по желтому стеклу.

Осколки так громко звякнули о промерзлый каркас здания, что Саша сначала даже испугалась, но потом ударила еще раз, выбив несколько сантиметров циферблата так, чтобы не задеть мага и дать ему возможность пролезть внутрь.

Но Саша не сразу услышала, как по чугунным ступенькам в их сторону движется фигура Турановой, чью поступь Саша не перепутала бы ни с чем.

Девушка уловила своим демоническим обонянием мерзкие тяжелые духи Серафимы Родионовны, после чего, присмотревшись, увидела рядом с собой какие – то доски, схватила одну – и приложила максимум усилий, чтобы удар выбил как можно больше стекла.

В этот момент Туранова показалась из узкого прямоугольника проема в полу, а Александра, высунувшись на улицу, рявкнула:

– Иди сюда!

Магу не потребовалось повторять.

Он привык выполнять команды, тем более в экстренных ситуациях, когда лишние вопросы могли погубить не только его жизнь, но и будущее подзащитного.

Ред соскользнул в помещение, после чего Саша увидела, что у него слегка подпалены брюки на правой ноге, на волосах осел толстый слой инея и снега, а щеки загорелись румянцем, который появляется при долгом нахождении на морозе.

– Ты как? – уточнила со страхом Саша.

– Все нормально, – Ред быстро отошел от холода и, увидев Туранову, которая стояла и смотрела на ребят пустым взглядом, выхватил из ножен рапиру. – Только приблизьтесь, – заметил парень, – и я вы не уйдете отсюда, а труп я оформлю как попытку сопротивления…

– Что вы хотите? – безжизненно уточнила Туранова, не моргая и смотря как будто сквозь мага.

– Отпустите нас – и похищенных детей. А еще скажите – с кем я говорю. Если вы живой человек – то назовите имя. Если призрак – тогда укажите место вашего последнего пребывания…

Туранова молчала несколько минут.

За это время она не сдвинулась с места, не подала ни единого признака какой – то мозговой деятельности и даже движениями не помогал ребятам понять, что творится у нее на уме.

Она просто смотрела в пустоту, словно видела кого – то другого позади Александры и Реда, но в какой – то момент ее голова слегка опустилась, а взгляд сфокусировался на маге.

Тонкая рука в обтягивающем рукаве поднялась, а указательный палец указал четко в Реда, в то время как губы задрожали:

– Ты… сильный маг…

– Достаточно, – подтвердил Ред, не убирая рапиру. – С кем я говорю?

– Вы пришли за детьми? – уточнила более уверенно Туранова.

– Именно.

И в этот момент механизмы часов зашевелились быстрее, словно кто – то стал крутить цепи и шестеренки, а где – то под ногами ребят послышались стуки, похожие на переваливание чего – то тяжелого от одной стены к другой.

– Отдайте Мишу…

– Что? – удивилась Саша, прижав мальчика к себе.

– Отдайте Мишу… отдайте… он наш… он так похож на нее… так похож…

– Ред, не подпускай ее, – попросила Саша.

– Без сопливых знаю, – не выдержал парень, смотря на Туранову, как на зверя. – Мальчика ты не получишь. Ни за что.

– Отдайте… он наш…

– Наш – это чей? – уточнил маг.

– Отдайте… Никите без него скучно…

– Никита жив? – изумилась тихо Саша.

– Я ничего ему не сделаю… ничего… отдайте…

– Отдадим, – вдруг выдал маг, и у Саши широко распахнулись глаза. – Но при одном условии: ты покажешь нам, где Никита и Даня. И тогда мы лично передадим Мишу им.

Туранова вновь погрузилась на несколько минут в своеобразный анабиоз, и в тот же миг, когда Ред уже собирался что – то сделать – его рука с рапирой слегка ушла вправо, словно в замахе, – у парня завибрировал в джинсах смартфон.

Странно, но маг, быстро схватив аппарат и увидев номер, взял трубку:

– Что?.. – минутная тишина, нарушаемая только треском шестеренок, – Понял. Он сможет приехать сюда сегодня?.. Отлично. Везите. Такси я оплачу.

Туранова дернулась, словно от судороги и, повернув голову куда – то вправо, вдруг взмолилась:

– Не надо… он отпустит его… не надо!..

И в следующую секунду ее тело выгнулось так, что хрустнули кости позвоночника, голова запрокинулась назад, а руки, упав в разные стороны, напомнили птичьи крылья.

Нечто, удержав Туранову в такой позе несколько секунд, со всей силы отшвырнуло к шестеренкам, которые только чудом не зацепили ни ее платья, ни прически – и не затянули в механизм.

Саша напряглась, а Ред, прислушиваясь к пространству, неожиданно швырнул влево красную молнию – и попал.

Саша увидела, как из пространства, словно из – под ткани, показывается полупрозрачная фигура незнакомой никому блондинки, с заплетёнными в две косички волосами, голубыми, как сапфиры, глазами и миловидным личиком.

Она была одета в черную мантию, на которой были видны швы и заплатки, серые брюки и красную рубашку, под воротником коей висел истрепанный платок с болтающимися кончиками.

Незнакомка держалась за правый бок, так как именно туда маг и угодил молнией, однако на ее лице не было и толики боли. Она была совершенно спокойна и невозмутима.

– Ты еще кто? – вырвалось у Реда со злостью.

– Хозяйка этого места, – без зазрения совести прошипела девушка. – А вы – чужаки!

Она подняла руку – и на ней заискрилась желтая сфера, но Ред, тут же подняв правую ладонь, загасил ее энергию и заставил упасть на коленки, упершись руками в пол и склонив перед ним голову.

Он убрал рапиру в ножны и, приблизившись к незнакомке, осторожно взял ее подбородок двумя пальцами, поднял ее глаза на себя и сразу уточнил:

– Хозяйка, значит? А что же ты такая негостеприимная? И вообще – кто дал тебе право творить тут беспредел?

– Тот же, кто и тебе – твои силы.

– Что ж, – Ред взял ее за руку и поднял на ноги, – пойдешь с нами.

– На каком основании?! – возмутилась девушка.

– Ты арестована по подозрению в убийстве. Помимо этого, на тебе висит похищения мальчиков.

Незнакомка никак не отреагировала.

Молча повиновалась – и пошла следом за магом к выходу, как вдруг, обратив внимание на Александру, изменилась в лице.

Миловидные девичьи черты ушли, оставив вместо себя сморщенный лоб и скривленные в презрении губы.

– Трилистник… Дьявольское отродье… А я уж думала, что всех вас перебила.

– Пошла! – приказал Ред, заставив незнакомку следовать впереди себя.

Глава 7

***

– Ты либо съешь, либо я тебе эту кашу запихну в другое место!

– Попробуй! И я тебе все горло исполосую!

– Что ты сказал?!

Гарри схватил Стаса за ворот футболки и уже бы ударил, но в этот момент у него завибрировал в кармане смартфон, и вампиру пришлось отпустить паренька, чтобы ответить на звонок мага.

– Да!

– Пробей мне информацию по лагерю «Париж» за последние пятьдесят лет, – приказал сухим тоном Ред. – И предоставь сведения о семьях Андреевых – наши здешние Охотники, – Лерсовецких, ты их должен знать, и о некоей семейке Ожогиных. Знаю только то, что отец работает в управлении по Департаментам, а о матери известно также мало, как и об устройстве галактики. А также отыщи в любых архивах данные о пропаже Ники Алферовой. Примерно из конца девятнадцатого века.

– Ред! – возмутился Гарри, не успевая записывать. – Ты хоть в курсе, что данные могли быть утеряны? Я тебе не волшебник.

– Подключи к делу Кирито, – последовала странная пауза, после чего Гарри услышал какую – то возню на фоне. – А то он стал слишком часто захаживать к нам без дела.

– Будто ты не знаешь, по какому конкретно поводу он тут ошивается, – буркнул недовольно Гарри, отпивая немного нетронутого Стасом какао.

– А вот в это тебе лучше не соваться, – сразу погрозил маг стальным тоном. – Иначе мне придется и тебя отучить от нашего дома.

– Ред, – Гарри сжал сильнее столешницу, царапнув ее когтями. – Я на твою Сашу видов не имею и никогда…

– Ты не туда идешь, – голос чародея изменился до того, что вампиру пришлось умолкнуть.

– Понял, – Гарри схватил за руку Розу, пытающуюся спереть со стола конфеты. – Ред, а вы скоро вернетесь? – решил изменить тему парень.

– А ты что, соскучился? – с язвой отметил маг.

– Очень, – парировал Гарри, отпихнул Розу от стола. – Твои детишки мне уже на голову сели!

– Ну извините, вы сами пожелали быть моим заместителем, – откровенно насмехаясь, заметил Ред. – Терпите.

– Пошел ты.

Гарри отключился и, бросив смартфон на стол, рыкнул на оборотня – и девочка убежала в зал, громко смеясь.

Парень был таким злым, что и забыл совсем о том, что сварил ужин только на Стаса – чисто по привычке, – а о новоиспеченной опекаемой Редом девочке совершенно не подумал.

– Эй! – рявкнул в зал Гарри. – Роза, иди ужинать.

– Сам ешь свою кашу, – вырвалось у девочки.

– Ну ты – то чего упрямишься?! Ладно этот… идиот… Но ты – то!

– Мне в больнице вот так эта каша надоела! – Роза провела по горлу пальцем. – Так что придумай что – то поинтереснее! Себе вон – рагу кладешь, а нас кашей пичкаешь!

– Ты хочешь рагу? – удивился парень. – Я положу тебе.

– Правда?! – глаза девочки загорелись. – А оно с мясом?!

– Да. Готов даже отдать тебе газировку, если только поешь.

– Но Ред запретил…

– Реда пока тут нет, – уклончиво отметил Гарри, радуясь, что хоть один ребенок будет сыт и доволен.

Он наложил Розе побольше рагу и, достав из холодильника лимонад, отдал девочке всю бутылку, вопреки запрету Реда пичкать детей сладостями и газировкой.

После чего, выйдя в холл, сел за стол так, чтобы Роза оставалась в поле его зрения, открыл ноутбук и, вставив флешку с ключом от базы данных офиса, вошел в систему – и тут же начал искать информацию по записанным на салфетке фамилиям.

По Лерсовецким Гарри нашел все достаточно быстро, так как это были известные среди нечисти люди, по Андреевым было сложнее, но все – таки базы данных нашли и о них сведения: ничего криминального там не было, если исключить тот факт, что Андреев – старший каким – то образом заключил брак с несовершеннолетней девушкой, не принадлежащей к офису. Тогда, в далеких восьмидесятых, когда офис тогда формировался, его законы были особо жестоки – и Андреев, не имея связей и убежища, в глуши Алтая, где его и обнаружили впоследствии, отправился бы под трибунал, но, на удивление Гарри, его вытащила та самая девушка, с коей он успел уже нажить мало того, что два дома в пригороде их мегаполиса, так еще и шестерых детей – но на тот момент их было только двое.

Гарри внимательно изучил все обстоятельства и подробности их дела, после чего слегка удивился: суд отказал в рассмотрении смертной казни только на основании, что девушка не имела к Андрееву никаких претензий.

Для Гарри, который благодаря Реду изучил максимально подробно законы офиса, было дикостью, что в те запретные и по – своему жестокие года Андреева просто отпустили с условным сроком и штрафом.

А также Гарри обнаружил в протоколах один интересный момент: это показания отца Вероники – так звали в документах вышедшую за Андреева девушку, – из которых следовало, что тесть люто ненавидел избранника своей дочурки. Он так и заявил в ходе заседания: «Ему не жить! ».

Гарри не привык верить обезумевшим от горя или радости людям, ненавидящим нечисть, но в данном случае записал на листке бумаги эти слова и подписал, из какого дела эта фраза и кто конкретно ее сказал.

После чего закончил с этими сводками и приступил к Ожогиным.

И вот здесь оказалось труднее.

Они не принадлежали к офису, как служащие, хотя в роду у них фигурируют вампиры. Гарри удалось найти записи, оборвавшиеся в девяносто седьмом, в которых говорилось о героически погибшем Аркадии Ожогине, а также об оставшихся на государственном обеспечении супруги Илоны, старшего сына и двух дочерей. Но и тут Гарри ждала странность: все четверо в двухтысячном году покинули Россию и переправились в Арабские Эмираты, следом за новым супругом Илоны.

И далее об их семье ничего не было известно.

– Ничего не понимаю, – Гарри еще раз посмотрел салфетку с фамилией – и попробовал иные интерпретации фамилии, думая, что впопыхах мог забыть правила русского языка и записать фамилию неверно.

Вампир так увлекся поиском, что даже не заметил, как окно в холле скрипнуло, заглушка отодвинулась при помощи клинка, а на подоконник скользнула знакомая тощая фигура с зелеными волосами и бесящей вампира косой челкой, скрывающей половину лица коллеги.

Кирито соскочил на паркет и, отряхнувшись от снега, ударил пальцами по выключателю.

В холле вспыхнул яркий золотой свет, а огонь в камине странно сжался, словно обидевшись на такое неуважение к своей второстепенной функции освещения территории комнаты.

Гарри поднял глаза на Кирито, после чего попытался закрыть ноутбук, чтобы не впутывать в это хакера, но он уже все услышал:

– Ты всегда был пресмыкающимся, – вырвалось небрежно у Кирито. – Он прячет ее, так и тоже будешь не подпускать?

– Я исполняю приказы, – заметил Гарри. – И вообще – раз слышал все, так и иди и работай. Информацию предоставишь через час.

– Раскомандовался он тут, – передразнил его Кирито, опершись на спинку кресла. – А ты хоть раз испытывал к человеку настоящие чувства?

– Прекрати! – рыкнул Гарри, закрыв крышку ноутбука. – Аж слушать тошно! И вообще – ты не мне эти дифирамбы пой, а Александре.

– И ты не будешь мешать? – усмехнулся Кирито, оскалившись.

– Да триста лет вы мне сдались, – Гарри налил себе воды и откинулся на диване. – Не мешай работать. А если хочешь помочь – подключи свои глаза и уши в городке и пускай они узнают о личной жизни Аркадия Ожогина.

– Кого? – не понял Кирито. – Не слышал о таком.

– Я тоже. Но его ребенка так и не нашли в лагере. А учитывая, что там по документам фигурирует некий Даниил Ожогин, а у Аркадия не было сыновей, возникает вопрос – откуда он и чей.

– Ты совсем тут с этим детским садом канарейкой поехал? – уточнил в своей манере Кирито. – Однофамильцев в мире знаешь сколько…

– Я пробил все базы, Ожогины не числятся ни в одной. В данном случае однофамильцев нет. – Гарри отпил еще воды, чувствуя голод, который нереально было заглушить без подавляющих таблеток.

Кирито помедлил минуту, после чего выудил из собственной сумки ноутбук, подключил его к сети школы и, вставив сразу две флешки в порты, стал копошиться в неизвестных никому, даже Реду, базах данных, одновременно переписываясь с кем – то в незнакомом Гарри чате.

– Если Ожогин в лагере, значит, он причастен к родителям с аномалиями, – заметил справедливо Кирито.

– Но Аркадий умер в девяносто седьмом, а супруга с тремя детьми уехали с другим в Эмираты.

– Прошла любовь, завяли финики, – усмехнулся Кирито, стуча по клавиатуре тонкими бледными пальцами. – Что тебя смущает?

– Тот факт, что сын покойного Ожогина каким – то образом очутился мало того, что в России, так еще и оказался похищен. Мне кажется, это неспроста.

– Ну вернулась мамаша после шейхов к нашим русским парням. Чего ты такой неугомонный? – рассердился Кирито, клацая по клавиатуре.

Но Гарри все равно чувствовал: тут что – то не так.

Ожогины уехали не так давно, и возвращаться им не имело смысла, тем более зимой, когда в их краях отморозишь себе все, даже душу. Тут климат не щадил даже вампиров, не говоря о людях, поэтому для Дербь было странностью возвращение матери, да еще и с детьми.

Он стал копать еще глубже, чтобы понять причину похищения хотя бы одного из троих детей, как вдруг обнаружил у Лерсовецкого – старшего в биографии не самое радужное пятно для преступников, но почетную печать для служащих в офисе.

Гарри откинулся на спинку дивана и, обмозговывая найденное, приказал Кирито:

– Попытайся найти у Ожогиных и Андреевых нечто, что бы связывало их с Сардамской охотой.

Кирито переменился в лице.

Он слышал о девяностых, об офисе и о том, что означал сей термин в те года, но все время вздрагивал от мысли, что уже в достаточно цивилизованном мире возможно нечто подобное.

– Но Лерсовецкий же клялся, что завязал с таким.

– Духи так же лживы, как и оборотни, – заметил Гарри. – К тому же, мы говорим о старом поколении клана. К Даниэлю и его детям сие не относится.

– Но Гарик, ты в своем уме? Прошло почти тридцать лет. Вряд ли хотя бы один из рода Сардамов жив…

– Похоже, что так оно и есть.

Гарри открыл файл, который переслал ему по почте Ред со своего смартфона – и тут же узнал в белокурой голубоглазой красавице давнишнюю знакомую.

Кирито, взглянув на снимок, тоже признал девушку, однако нервно сглотнул и, отведя взгляд от пронзительных насмешливых воробьиных глаз, отошел вновь к ноутбуку и, взяв его на коленки, стал искать куда упорнее.

– Сардамы…

– Сардамы? Кто это такие?

– Ты не в курсе? – удивился Натан, вяло прохаживаясь по комнате. – Сардамы – известный колдовской род, который заключил сделку с тремя дьяволами в обмен на долголетие клана, красоту потомков и состояние всех семей.

– Ничего себе, – присвистнула Саша. – И эта девушка…

– Прямой потомок этого рода. А точнее – наследница всего состояния, Анна Сардам.

Ред налил себе немного прихваченного из школы портвейна в рюмку и, залпом осушив ее, приложил заранее смоченный сладковатым раствором платок к лицу, осторожно вдохнув при этом одурманивающие пары энергетика.

После пожара они все втроем перебрались в жилой корпус, располагавшийся в новом красивом здании с панорамными окнами во двор, тихими коридорами и современной защитой, разработанной офисом в начале нулевых для детских и школьных учреждений.

Отсюда были видны черные острые шпили старого корпуса, с застывшими часами в башне, приоткрытыми ставнями в нежилых комнатах на третьем и четвертых этажах, а также нередко виднелись полупрозрачные силуэты в том самом помещении, где Ред и Саша по очереди увидели девочку в черном платьице.

– И зачем ей понадобилось тут творить такие вещи? – вновь спросила Саша, с благодарным кивком приняв из рук Натана заваренный чай. – Тем более, что убивать их она явно не желает.

– Детская кровь нужна для многих ритуалов, – заметил Ред, сидя на подоконнике и съежившись то ли от холода, идущего из коридора, то ли от нервного комка в животе. – Слышала же, что кровь девственниц – на вес золота?

– Эти легенды правдивы? – с улыбкой уточнила Саша. – Ред, я надеялась услышать от тебя развенчание сего мифа.

– Я был бы рад его развенчать, но наука стоит на моем пути глухой стеной, – парень не повернулся ни на секунду к брату и Саше, тупо смотря в ночную мглу и чернеющие стены старого корпуса. – Детская кровь подходит для многих ритуалов, связанных с воскрешением или восстановлением. В крови детей, не подростков, – сразу поправился маг, – не вырабатываются гормоны, отвечающие за перестройку.

– Мы их называем «порочные» гормоны, – усмехнулся Натан. – Они, в каком – то роде, отвечают за сексуальное влечение и за все подобное, следовательно, кровь меняется. Становится менее пригодной.

– И менее податливой. Такая кровь еще годится, но только до первого полового контакта. Затем все идет крахом.

– То есть, этой Сардем нужны были зачем – то кровь невинных детей?

– Причем тех, кто еще не вошел в подростковый возраст.

– Поэтому она отдала Мишу?

– Да. – Ред кивнул на лежавшие на столе распечатки с формулами и заумными словами. – У Миши начался переходный возраст, так как ему уже тринадцать.

– Никите и Дане только десять и двенадцать.

– Единственный вопрос: что конкретно ей нужно? – словно с самим собой, смотря в мутное отражение, размышлял маг. – Если детей она не убила, выходит, она готовилась к ритуалу. Но она отдала Мишу, у которого только – только начала меняться кровь. Значит, ей нужен абсолютно чистый продукт.

На мгновение повисла гробовая тишина, которую в конце концов прервал сам Ред.

Он обернулся к Саше и Натану, посмотрел на обоих своим безразличным холодным взглядом палача, после чего зачем – то сполз с подоконника, подошел к своему ноутбуку и, еще раз посмотрев на фотографию Анны Сардем, вдруг произнес:

– Есть только один вариант, зачем ей мальчики.

– Ред?..

– Сандра, – он поднял на нее взгляд, – помнишь, мы пришли с тобой к выводу, что здание как будто само пытается спасти кого – то, не желая отпускать нас?

– Ну и что?

– А то, – Ред вывел на экран картинку с отсканированной фотографией, которую ему передал по социальной сети Дюран незадолго до своей госпитализации.

Саша вновь присмотрелась к прямоугольному снимку, сделанному в далекой царской России, после чего вдруг увидела, что дети стоят на фоне панорамных старинных окон, испещренных деревянной сеткой ставен, а за пыльными стеклами виден сквозь туманную дымку какой – то особняк с не менее пугающим фасадом.

– Поняла?

– Почти…

– Я не сразу понял, что с фотографией не так, пока не увидел задний план.

– А что там? – удивился Натан, присматриваясь в очередной раз к снимку.

– Да ничего такого. Просто я сильно сомневаюсь, что корпус, который был возведен в двухтысячных, мог сквозь века проскользнуть на фотоснимке, сделанном в конце девятнадцатого века.

Брови Натана взметнулись вверх – и он, подскочив, подошел к ноутбуку, увеличил изображение и тут же ахнул, упав на кровать. На снимке действительно была видна часть нового корпуса, которого в те года просто не могло быть.

– Ничего себе…

– Все это время нас и администрацию лагеря водили за нос, – заметил с явным недовольством Ред. – Может быть тут и обитает призрак какой – то Ники Алферовой, по тем или иным причинам выбравшей себе пристанищем сие здание, но легенда о ней никак не вяжется с творящимися тут событиями.

– Ты хочешь сказать, что все это время с нами играла Сардем? – удивился Натан.

– Именно. Я кое – что нашел в архивах, – Ре вывел на экран несколько отсканированных страниц печатного текста. – Перевод может быть неточным, но суть простая: в далеких девяностых годах девятнадцатого столетия в эти земли прибыл неизвестный никому торговец, фамилия которого была Сардем.

– Ты будешь мне пересказывать легенду о них? – усмехнулся Натан.

– Вообще – то, я для Сандры это говорю. – он мельком взглянул на девушку, но та уже слушала, затаив дыхание. – Так вот. Сардемы прибыли на наши земли еще до двадцатого века. И с того момента начался их путь от торговцев к князьям, потом в высшие чины советской власти, а уже потом – во влиятельные слои населения через бандитизм, торговлю органами и кровью для служащих офиса, а также через сбыт не самых полезных веществ.

– Ужас…

– Да. Все это время род Сардемов активно сотрудничал с родом Лерсовецких, которые всегда были при деньгах благодаря своим писательским дарованиям и склонностям к меценатству.

– Лерсовецкие… Погоди, а Даниил Лерсовецкий – это не…

– Да, – сразу сказал Ред, – быстро соображаешь. Даниил – потомок этого рода. Он имеет троих детей, младший из которых сейчас скрыт где – то в стенах этого чертового «Парижа». Через далекого предка Лерсовецких, который связался с колдуньей из рода демонов, Сардемы заключили сделку с первым демоном, который ознаменовал их вечное процветание как рода.

– Второй семьей, связавшей Сардемов с дьяволами, были Авдотьевы, – продолжил Натан. – Они были сильным родом духов до восьмидесятых, пока их род не прервался на покончившем с собой старшем сыне. У младшего не было возможности заиметь наследников, поэтому он взял из приюта мальчика – и отписал ему все. Дальнейшая судьба этого наследника нам неизвестна, так как он официально открестился от офиса из – за отсутствия в себе магических генов.

– Третий род, подаривший Сардемам могущество, был как раз Ожогиными. Но другими, – сразу поправился Ред, посмотрев задумчиво в темное окно. – Те Ожогины были вампирами, владели многими секретами покорения разума, но использовали лишь мизерную часть, так как служили офису и, как они сами выражались, солнцу.

– Так сейчас у нас в руках Ожогин – младший! – воскликнула Саша. – Может быть он как – то и причастен к тому роду…

– Возможно, но не факт. Однако мальчик интересный, – Ред мельком взглянул на соседнюю комнату, где в свете свечей дремал Миша. – Либо Илона была неверна Аркадию Ожогину, либо же… Черт, тут нужны сотни экспертиз…

Ред упал в мягкое кресло около кровати Александры, после чего устало вытянул ноги и посмотрел в белоснежный потолок, который сейчас отливал желтизной из – за тлеющих на тонких фитильках язычков пламени.

Его лицо было настолько отрешенным, что Саше на мгновение показалось, что у парня замерзла душа. Будто бы все естество Реда покрылось невидимой коркой льда, из – под которой он никак не может выбраться.

Только безуспешно бьется о нее изнутри своим огоньком…

– Натан, – Ред взглянул на брата со злостью и в то же время с решимостью. – Мне нужен твой крест. И, если позволишь, немного крови.

– Ты что задумал? – забеспокоился брат.

– Хочу поговорить с этой Сардем так, как полагается.

– Ред!

– Я смогу ей развязать язык, – Ред посмотрел на Александру, и тут же утратил свою жесткость. – Только ты уйди подальше. Тебе рано такое видеть.

– Он прав, – неохотно признал Натан, смотря на Сашу, как на ребенка. – Не пойми превратно. Ты многое уже увидела, поняла и прочувствовала, но такое… поверь, лучше останься пока в стороне.

– А если я скажу «нет»?

– Тогда мне придется применить силу, – заметил строго маг, встав и оказавшись против света темной фигурой без лица и четких очертаний. – Но поверь, я не желаю причинять своим людям напрасную боль.

– Он прав.

Саша ничего не стала говорить.

Молча встала и прошла в свою комнату, где и заперлась, понимая, что сейчас на кону стоят жизни детей. И то, что они с Редом поругаются и встанут в позы, не желая уступать друг другу, только усугубит ситуацию и отнимет время.

Поэтому, тихо сев в своей комнате и достав из рюкзака старенький учебник по демонологии, который Саша по счастливой случайности нашла в общем бардаке в кладовке, принялась изучать желтые страницы с красивыми картинками, которые описывали различные легенды и ритуалы не как что – то ужасное и кровавое, а как нечто возвышенное, неподвластное человеческому разуму априори.

Первые несколько минут прошли в томительном ожидании, похожем на чувство тревожности при уходящем поезде: ты боишься на него не успеть, хотя стоишь в двух шагах от лестницы в вагон.

Затем потянулась вереница отдаленных вскриков и шорохов, вздохов и грохота, который Саша сравнила с упавшими на четвертом этаже при пожаре балками. Девушка не хотела знать, кто и в какой момент издавал какой –то конкретный звук, но была уверена, что все под контролем.

Ред работал давно, знал каждый миллиметр учебников по различным ритуалам и теориям, мог спокойно цитировать авторов и преподавать самостоятельно – если бы имел больше терпения к другим, – поэтому Саша не боялась.

А стоило ей услышать гулкие шаги, раздавшиеся около ее двери, как Саша, быстро отперев, увидела бледного, напуганного до ужаса Натана, у которого прилизанные рыжие волосы встали дыбом, а губы задрожали, словно от мороза.

За ним, почти как тряпочка, плелся Ред.

Он опирался руками на деревянные доски, часто дышал и что – то бормотал про себя, но Саша, пока не подошла ближе и не прислушалась, не осознала, что маг, по инерции, нашептывает слова какого – то то ли заговора, то ли заклинания.

– Вода, – прошептал Натан, словно потеряв голос.

– Сейчас.

Саша взяла Реда за кровоточащую руку, в которой парень что – то крепко сжимал и, проведя к себе и усадив на диван, налила из графина ледяной воды.

Но если Натан выпил все почти залпом, то Ред, упав на мягкое, сидел как кукла: глаза стеклянные, лицо бледное, как у покойника, а руки – дрожат, как в агонии.

Саша сначала даже испугалась, что маг умирает, но Натан, придя в себя намного быстрее и пригладив непослушную шевелюру, осторожно взял брата за плечи и, слегка склонив вперед, надавил на шею двумя пальцами так, чтобы Ред сначала вздрогнул, а потом, вскрикнув, очнулся, разжал пальцы – и выронил окрасившийся в алый золотой крестик, отнятый у брата.

Саша шарахнулась, но ничего не сказала.

Она молча взяла Реда за ледяные ладони и, пытаясь согреть его пальцы, начала осторожно прощупывать суставы под кожей, отчего у мага стало быстрее колотиться сердце.

– Да что с вами? Ребята…

Но оба молчали.

Натан напивался водой, а Ред, поджав под себя ноги и съежившись в кресле, стал быстро осматривать углы комнаты, словно не был тут до этого.

– Ред…

Саша аккуратно подняла рукав его водолазки и, прикоснувшись к запястью, попыталась немного растормошить нервную систему мага, но в тот момент, когда ее руки засияли золотом, Натан странно вздрогнул, а Ред, до этого сидевший неподвижно, резко поднял взгляд на девушку, посмотрел ей в глаза с испугом и уже потом осторожно убрал руку.

– Не надо.

Он посмотрел в окно – и в этот момент Саша почувствовала, как ее кожи коснулся могильный холодок, а затем, не прошло и секунды, как тело сковала боль в животе и раненой спине.

Девушка глубоко вздохнула, рефлекторно желая унять боль, но маг, только увидев, что с ней что – то не так, встал и, уступив место Александре, набросил на ее плечи теплое одеяло с кровати, а после – заварил горячий чай и передал в белой чашке с розой в замерзшие руки Германовой.

– Не позволяй страху взять вверх. Смотри прямо. Прими вызов.

Его голос был монотонным, лишенным любой эмоции, однако именно такой тон заставил Сашу поднять взгляд, посмотреть в глубокий темный омут его карих радужек – и увидеть в них настоящую искру света, которая теплилась в любом живом существе, кого не оставила надежда.

Эта искра, словно пуля, понеслась к Александре – и уже через секунду в душе потеплело, а боль, съежившаяся в животе, прошла, уступив место лишь приятной пустоте умиротворения и тишине спокойствия.

– Учись брать над темнотой вверх, – руки Реда легли на ладони Александры, – иначе однажды ты станешь ее рабыней.

Саша неуверенно взглянула на мага, после чего обратила внимание на темный корпус за стеклом окна – и, почувствовав онемевшими пальцами чашку, смогла прикоснуться к горячему напитку, в котором чувствовались травы, какими пользовался Ред, чтобы успокоиться.

После чего парень, выпрямившись, подошел к столу и, бросив в сторону телефон, достал из – под кровати дорожную сумку, расстегнул молнию и начал копаться в ее содержимом, звеня склянками и постоянно выкидывая на пол потрепанные блокноты.

– Ты чего ищешь? – уточнил брат, подключая телефон мага к ноутбуку и открывая на устройстве раздел электронной почты.

– Реагент, – буркнул Ред, достав из сумки целый пенал с различными пробирками с жидкостями. – Если сейчас удастся выявить в ее крови инородные клетки – это будет началом громкого дела против Сардемов!

– Смотри, чтобы это не стало громким делом против тебя…

Саша тут же вскочила с места, Натан оскалился и утробно рыкнул, хоть и остался в обличии человека, а Ред, подняв голову, крикнул:

– К выходу!

Натан рванул, схватив Сашу за руку, а Ред, за секунду схватив ноутбук и телефон, вырвался к ним в коридор и, толкнув дверь, повернул ключ.

После чего кивнул к лестнице – и ребята, кинувшись к заветному пути спасения, вовремя услышали противный треск над головами, притормозили – и Саша, бежавшая первой, только чудом не сорвалась вниз, когда деревянные ступеньки на ее глазах разъела неизвестная магия, похожая по консистенции на кислоту и напоминавшая по запаху лимонный сок.

Деревянные щепки осыпались на первый этаж словно труха какого – то порошка, в воздухе запахло горелым, а прямо перед ребятами из потолка выплыла полупрозрачным силуэтом темное нечто, лицо которого было скрыто под призрачным черным капюшоном, а туловище уходило в дымчатый шлейф, делая тем самым сущность похожей на призрака.

Саша вскрикнула, Натан сделал шаг назад, но Ред, прижав к себе технику, посмотрел в упор на распахнувшиеся два красных глаза без зрачков и радужек, после чего резко выпростал руку – и отразил выпад сущности фиолетовой магической волной.

Саша не раз видела подобное в фильмах и в документальных фильмах про офис и Департамент, однако, стоило ей столкнуться с подобным наяву, как все ее естество покрылось мурашками, душа ушла в пятки, а в нос ударил удушающий аромат горелых тряпок.

Ред, отпрыгнув в сторону, пропустил еще один выпад энергетической волной мимо себя, после чего, сунув ноутбук и телефон Натану в руки, толкнул его в распахнутые двери ближайшего кабинета и достал из ножен рапиру.

Саша, не получив иного приказа, также оголила клинок и, приготовившись к любому указу Реда, посмотрела на напряженного мага решительным взглядом.

Ред тоже взглянул на девушку и уточнил:

– Помнишь последнюю тренировку?

– Где я тебя чуть клинком не укокошила?

– Именно, – усмехнулся маг.

– Применить на практике? – улыбнулась девушка.

– Да. Берегись!

Ред выпростал руку – и перед Александрой возник полупрозрачный красный барьер с рельефом пентаграммы и сияющими знаками на латинском языке.

Черная струя магии отразилась – и улетела в высокое стрельчатое окошко, после чего Саша и Ред увидели, как стекло раскрошилось на мелкие осколки, упав стеклянной крошкой вниз, а призрак, наконец –то обретя формы лица, напоминавшие Саше очертания Анны Сардем, распахнул пасть и оголил испачканные в крови клыки.

– Не верь! – рявкнул Ред. – Это иллюзия!

– Заткнись! – прошипело нечто.

И в ту же секунду Реда подняло в воздух – и бросило в конец коридора, где маг, хоть и успел перегруппироваться, все – таки приземлился в груду коробок и на несколько секунду выбыл из игры.

Секундная паника, возникшая в душе Александры, стоило ей оказаться один на один с неизвестной тварью, спряталась глубоко внутри, когда Сардам, вытянув к девушке черную руку со сморщенной кожей, чуть не полоснула Германову по животу когтями.

Саша увернулась и, встав в боевую стойку, почувствовала, как в груди загорается то самое правильное пламя, которое ей и следует перенаправить на сущность.

– Германова…

Сардам странно склонила голову и, прикрыв рот, прошептала что – то неразборчивое, при этом смотря на Александру в упор несколько секунд.

– Глаза… голубые… Как у него…

– Чего? – Саша почти была готова, но решила потянуть время. – Ты о чем?

– Твои глаза… твоя сила… Та самая… Трилистник!

Последнее слово она произнесла с примесью ультразвука в голосе, из – за чего Саша услышала вскрик Натана, ругательство Реда позади, а сама ощутила противную вспышку боли в голове.

Но Саша была готова.

Она выпрямила руку с рапирой и, направив всю энергию в лезвие, увидела, как гладкая поверхность засияла золотом, не оставив Сардем никакой возможности убежать или спрятаться.

Саша попыталась сконцентрировать всю свою силу только на клинке, однако в последний момент почувствовала, что не может удержать энергию – и позволила собственной магии проклюнуться и избавить этот лагерь от такого проклятия, как демон.

– Нет!!!

Ред не успел.

Золотое сияние вырвалось из тела Александры настоящей энергетической волной, которую девушка не смогла удержать.

Свет, покоившийся так долго внутри, наконец – то обрёл свободу и, материализовавшись в пространстве в образе еще одной Александры, только полностью золотой, без очертаний лица и четких изгибов тела, ринулся к духу Сардем.

Демон тут же дернулся, чтобы увернуться, но золотой образ, остановившись около Сардем, стал ждать дальнейших указов разума.

– Саша…

Ред оказался рядом как нельзя кстати.

Подхватив Сашу и не дав ей упасть, он осторожно тронул ее запястье и, двигая руку девушки, словно кукольную, показал Александре то, о чем Германова и так догадывалась, просто боялась признаться самой себе, что она может куда больше, чем зажигать свечи искрами или исцелять порезы от ножа.

Девушка с радостью принялась двигать руками, удерживая демона, словно скакавший футбольный мяч, который желал вырваться в пустующую оконную раму, навстречу надвигающейся заре.

– Сконцентрируйся, – приказал Ред, поддерживая руку Александры. – Представь, что одевает перчатки и пропускаешь магию сквозь них. Давай.

Саша попыталась сделать все, что ей приказали, но она почувствовала лишь легкое покалывание в кончиках пальцев, но не более того.

В это время Сардем, ударив по золотому силуэту, получила мощный отпор в виде светлого щита ромбовидной формы, который, приняв в себя Тьму, отдал демону назад сверкающую оранжевым пламенем сферу.

Огонь проскользнув в Сардем, отчего демон закричала, однако вскоре, успокоилась и вновь принялась бить по щиту своими когтями, оставляя на защите Александры глубокие красные порезы.

Саша все чувствовала, но максимально стискивала зубы, чтобы не закричать от боли в животе, ногах и вытянутой руке, пальцы которой начали неметь.

– Давай, Сандра, старайся, – приказал маг, сжимая сильнее руку девушки.

Саша изо всех попыталась достучаться до своего второго я, как вдруг представила, что она смотрит на себя в необычное зеркало – и, словно по щелчку, девушка увидела себя, Реда и Сардем глазами собственного духа.

– Ред…

– Продолжай, – приказал строже маг, – не смей сдаваться.

И Саша, только услышав его стальной тон, а также почувствовав, как вторая руку парня оказалась у нее на спине – он подарил ей долгожданную опору, – тут же сконцентрировалась на силе, и ровно через пять секунду увидела отклик.

Золотая фигура, создав на ладонях молнии, бросила их в Сардем, отчего та заверещала, словно ее разорвали в клочья.

Ред улыбнулся и, направив частичку своей энергии в руку Александре, с загоревшимися глазами увидел, как по золотистой корке силуэта пошли мелкой сеточкой сиреневые узоры, благодаря которым фигура смогла двигаться и даже поднять длинный осколок металлической конструкции разрушенной лестницы.

– А вот теперь – баста…

Ред резко дернул рукой Саши – и девушка, схватив его за ворот кофты, повисла на парне, словно тряпочка, а он, управляя ее рукой, смог заставить золотой силуэт ударить двумя молниями сразу по Сардем.

Они пронзили демона насквозь, после чего она обернулась и, мельком взглянув в окна, где уже виднелась голубовато – зеленая полоса рассвета, поняла, что пора торопиться.

Поэтому, забыв о противнике, ринулась на ребят, но и тут Саша и Ред сработали одновременно.

Девушка приказала духу защитить ее, выставив при этом его руками щит, а маг, создав перед ними свой фирменный барьер с пентаграммой, смог уловить на лице Сардем такое изумление, от которого глаза парня загорелись золотом.

– Попалась! Давай!

Саша ударила со всей силы прямо в голову Сардем и, увидев, как красные глаза демона начали мерцать, то потухая, то вновь загораясь алым, пустила еще одну молнию в лоб сущности – и сразу же увидела эффект.

Морок спал, истинная ипостась Сардем показалась без дымовой завесы и иллюзий, после чего Саша и Ред, отделившись друг от друга, схватились за клинки и, притянув зависшую в воздухе над пропастью Анну к себе, бросили девушку в ту же кипу коробок, что и она Реда пару минут назад.

– Ну вот и все.

Ред коснулся лезвием рапиры горла Анны, и демон, посмотрев на мага своими злыми синими глазами, рыкнула на парня.

– Ты никогда не задумывалась, что видят люди с повернутыми мозгами? – усмехнулся Ред, склонившись к Анне.

– Это моя реплика, родной…

– Мда?

Ред схватил девушку за растрепанные косы, приблизил лицо Сардем к себе – и, ухмыльнувшись, позволил показаться своим силам.

Волосы мага вновь побелели, кожа обрела желтый оттенок, а глаза засияли уже не золотыми радужками, а настоящей тьмой, в которой можно было по – настоящему утонуть.

– Ты… нет…

– Она – Трилистник, но я – кое – что пострашнее…

И в следующую секунду Саша увидела, как Ред, тронув двумя пальцами лоб Сардем, заставил ее глаза закатиться, а тело задергаться, словно в эпилептическом припадке. Ее золотые локоны истончились, укоротились и поседели, став похожими на солому, кожа ссохлась, сморщилась и стала вязкой, словно расплавленный воск, а тело скрючилось, как будто девушку согнули пополам и зафиксировали в таком положении невидимыми скобами.

Анна не кричала, не пыталась вырваться, она молча обмякала в руках Реда, который в конце процедуры стал постепенно придерживать тонкое тело старушки, чтобы завершить начатое.

После этого, когда Сардем полностью обмякла в руках мага, он положил ее на пол и, аккуратно, словно имел дело со стеклом, расстегнул ее платье на груди, оголил кожу на солнечном сплетении и под ключицей, достал пистолет – и, проверив обойму, прицелился и нажал на курок.

Саша успела зажать уши руками, однако не смогла закрыть глаза – и увидела, как пуля вошла в тело старухи Сардем, после чего демонесса, крякнув и дернув несколько раз руками, словно от кого –то защищаясь, застыла с выпростанными вперед руками и испуганным лицом, искаженным безумной полуулыбкой.

Ред же, молча убрав пистолет в кобуру, снял с брюк кожаный ремень с серебряными вставками для игл, присел около демонессы и, прилагая максимум усилий к занемевшему телу, стянул руки Сардем так, чтобы она не смогла выпутаться.

– Ну вот и все, – выдохнул парень, выпрямившись. – Натан, вызывай наших… пусть забирают эту дрянь.

Оборотень неуверенно вышел из класса, куда его запихнул Ред с ноутбуком и телефоном, после чего так же осторожно взял свой смартфон и, взглянув на экран, поднял глаза на мага и уточнил:

– Только группу?

– А кого ты еще хочешь сюда пригласить?

Он усмехнулся, но потом посмотрел на прижавшуюся к ледяной стене Сашу, которая была в сознании, но осознавала, что ничего, кроме как говорить, больше не может.

Золотой дух давно растворился в воздухе, вернувшись частичками силы в тело Александры, однако девушка не могла даже подняться и, опираясь на стены, дойти обратно в свою комнату.

– И Владислава, – дополнил маг, подойдя к Саше и присев около нее на корточки. – Ну что, героиня… Совсем плохо?

Саша помотала головой – и тут же прижала руку ко рту, чтобы недавний ужин не вырвался из желудка.

– Понятно, – Ред тут же обошел девушку и, аккуратно взяв ее на руки, поднял. – Отлежишься – и поедем домой. А то салон после тебя еще мыть я не хочу.

– Как тебе не совестно, – рыкнул злостно Натан, уже набрав номер и ожидая ответа.

– Действительно, – улыбнулся маг, посмотрев на Сашу с ухмылкой. – Мы же приехали на твоей. Вот и замечательно.

– Не надо, – протянула Саша, прижавшись к ледяной рубашке мага лбом и закрыв глаза. – Дай мне час.

– Час? – Маг мельком посмотрел на наручные часы, – Ну что же, отсчет пошел.

Глава

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.