Зара Шахрани
В его власти

Глава 1

С самого начала я чувствовала, что сегодня случится что-то очень плохое.

Иногда самые страшные события в жизни мы ощущаем заранее, как если бы сама судьба шептала нам предупреждение. Только вот я её не услышала.

Всё начиналось нормально – Андрей, мой парень, пригласил меня в клуб. Мы редко бывали в таких местах, я не любитель ходить по клубам. Но Андрей очень хотел пойти, и я не смогла ему отказать. Он всегда умел заставить меня чувствовать себя особенной. Но сегодня было что-то не так.

Когда мы вошли внутрь, он без объяснений просто взял меня за руку и начал тащить за собой. Я не привыкла к такому его поведению. В его глазах мелькала тревога, скрытая за маской уверенности, как будто он сам не знал, что ждёт нас впереди. Но я доверяла ему, и этого было достаточно.

Он остановился у барной стойки и заказал коктейли. Мне не нравилось его поведение. Может быть, у него что-то случилось?

И только я собираюсь задать ему этот вопрос, как он поворачивается ко мне, держа в руках два бокала. Он протягивает мне бокал с ярко оранжевой жидкостью, а сам резко опрокидывает в себя стопку водки. С ним точно что-то не так.

– Пей. Тебе нужно расслабиться, – говорит он.

– Андрей, ну ты же знаешь, что я не люблю алкоголь. Мне не хочется, – протягиваю ему свой бокал, но он отталкивает его назад, выставляя руку перед собой.

– Детка, давай не будем портить вечер. Мы же пришли отдохнуть! Я просто хочу, чтобы мы были на одной волне. Всего один бокальчик, Мир, – его голос становится мягким и умоляющим. Он смотрит на меня взглядом полным нежности и я, растаяв под ним, поддаюсь на уговоры.

– Ну хорошо… Только один бокал.

Отпиваю немного коктейля и морщусь. Вкус странный. Но раз уж я обещала, придется хотя бы немного выпить.

Андрей подтанцовывает под музыку и смотрит на меня не отрываясь. Будто ждет, когда я закончу. Сегодня он действительно какой-то странный. И чем больше проходит времени, тем больше внутри разрастается тревога. Хотя что может случиться? Это же Андрей. Я знаю его год, и уже три месяца мы встречаемся.

Сначала, когда я только поступила в университет, я не хотела вообще ни с кем иметь отношения. Но Андрей так красиво ухаживал за мной. Дарил цветы и делал приятные сюрпризы. И вот после пары месяцев ухаживаний мы начали встречаться. До секса дело ещё не дошло, но мы достаточно долгое время вместе, поэтому скоро придется расстаться со своей девственностью. Я прекрасно понимаю, что Андрей мужчина и у него есть свои потребности. Если честно, мне даже страшно подумать об этом, но я не могу больше тянуть.

Нет, я не ханжа. Пусть я девственница, но это вовсе не значит, что я не знаю своего тела. Когда остаюсь одна, иногда позволяю себе слабость – закрываю глаза, прикусываю губу и ищу ту самую искру, которая разожжет меня. Я думаю, что в этом нет ничего постыдного. Но когда Андрей пытается перейти от слов к делу, у меня возникает проблема. Я не чувствую возбуждения. Поэтому все эти месяцы я отталкивала его. А вдруг я так и не смогу возбудится? Вдруг со мной что-то не так?

Блуждая в своих мыслях, я не замечаю, как выпиваю половину бокала. Кажется он слишком крепкий, потому что я начинаю чувствовать легкое головокружение. Ставлю бокал на барную стойку и, наклоняясь к Андрею, повышаю голос, чтобы меня было слышно за басами клубной музыки:

– Я больше не хочу! Что-то я неважно себя чувствую…

– Ладно, тебе хватит! – говорит он и, не говоря больше ни слова, он берет меня за руку и снова начинает тянуть за собой.

– Куда мы идем?! – задаю я логичный вопрос, но Андрей будто меня не слышит.

Проходя через толпу людей, я чувствую, как атмосфера вокруг становится напряжённой. Андрей ведет меня вперёд, пока мы не останавливаемся у одной из дверей, с охраной у входа. Охранников четверо. Что-то в этом настораживает меня, но я решаю не задавать лишних вопросов. Мы в клубе, где всегда много людей, и тут не может произойти ничего страшного.

Андрей что-то говорит одному из охранников, и тот молча кивнув, пропускает нас внутрь. В ту же секунду я почувствовала, как мир вокруг меня изменился. Воздух стал плотным, а давление в груди увеличилось. Вип-комната полна мужчин. Они сидят на диванах, у огромной стеклянной стены, открывающей вид на танцпол. Все мужчины восточной внешности, карие глаза и черные бороды делают их вид устрашающим.

Я невольно вздрагиваю, почувствовав, как холодные взгляды мужчин пронзают меня. Тревога нарастает, и я пытаюсь понять, что здесь происходит.

Вдруг Андрей обращается к одному из мужчин:

– Расул Асланович, вот. Она для вас. Сделает что скажете.

Я непонимающе смотрю на Андрея и просто не понимаю, что здесь происходит.

О чем он говорит?

Мои мысли путаются, я пытаюсь зацепиться хотя бы за одну из них, но ничего не выходит. Кто эти люди?

Я перевожу взгляд на того самого человека, с которым говорил Андрей и… Он смотрит прямо на меня. И в тот момент, когда наши взгляды пересекаются, я по-настоящему вздрагиваю. В его карих глазах отражается ад. Мой ад.

Он такой огромный. Широкие, крепкие плечи, большие руки, увитые татуировками. Острые скулы покрыты густой щетиной.

Неосознанно я опускаю взгляд в пол, будто по его приказу. Всё в его виде кричит что он здесь главный. Он пугает и меньше всего на свете мне бы хотелось находится рядом с ним.

– Посмотрите, она стоит этих денег! – говорит Андрей, и неожиданно толкает меня вперед.

От шока и ужаса я не чувствую свое тело. Будто оно раньше меня поняло, что здесь творится. Голова начинает кружиться ещё сильнее, и я прилагаю все усилия, чтобы не упасть.

– Андрей! Что ты делаешь?! Что происходит?! – наконец обретя дар речи кричу я. Я не узнаю свой голос. В нем читается весь тот кошмар в котором я оказалась.

Расул усмехается, и его улыбка вызывает лишь холодную дрожь по телу.

– Ты хочешь, чтобы я простил твой долг за неё? – говорит, не переставая смотреть мне в глаза.

Я замираю, почувствовав, как что-то внутри меня обрывается. Слёзы подступают к глазам, а горло будто сжимает тисками.

– Да! Она многое умеет и вы точно останетесь довольны, обещаю, – говорит он, не встречаясь с моим взглядом.

– Что?! Андрей? Ты же не серьезно, правда? Что ты сделал?! Почему я здесь?! – меня охватывает настоящая паника. Я кричу и слезы уже ручьем бегут из глаз.

Меня охватывает такой ужас, что в какой-то момент я понимаю, что не могу вдохнуть. Я не могу поверить, что это происходит. Они что дикари? Неужели сейчас, в самом центре столицы, меня продают какому-то бандиту?

Почему Андрей так с мной поступил? За что? Мы встречаемся уже три месяца, и он всегда был ласковым и внимательным. Я думала, что он любит меня. А теперь я стою здесь, среди этих мужчин, и не знаю, что мне делать.

Единственный человек способный мне помочь, стоит сейчас с жалким выражением лица, ожидая решения этого страшного человека.

В своей панике я не замечаю, как Расул оказывается рядом и грубым движением обхватывает своей пятерней мое лицо. Я дергаюсь будто от удара током, но двое охранников моментально хватают меня за руки, вырывая сумку с телефоном из моих рук и удерживают перед ним, как марионетку.

– Нет! Нет… Умоляю. Пожалуйста. Не надо, – голос дрожит так же, как и мое тело.

– Красивая… , – говорит он, едва слышно. Слезы струятся влажными дорожками по моим щекам, и я не в силах это остановить.

– Пошёл вон, – говорит он Андрею, отводя взгляд от меня. – Ещё раз увижу в своем клубе, убью.

Теперь я точно знаю, что он не шутит. Этот человек способен убить – я вижу эту жестокость в его глазах прямо сейчас.

– Как скажете, Расул Асланович! Спасибо! – Андрей услужливо склоняет голову и торопливо выходит из кабинета. Расул, всё ещё стоя передо мной, подаёт еле заметный знак своей охране и эти двое, отпуская меня, мгновенно покидают комнату.

Я остаюсь стоять в центре этого кошмара, полная боли и растерянности. Все мои мысли, все мои чувства слились в хаосе. Мне страшно. Мне безумно страшно.

– Все на выход, – вдруг произносит Расул, садясь на диван. Его голос холодный как сталь, он не оставляет ни единого шанса возразить.

Мужчины переглядываются, но послушно поднимаются и выходят, один за другим, будто их и не было.

Мы остаёмся вдвоём. Я стою посреди комнаты, прижимая руки к груди и чувствуя, как внутри поднимается очередная волна паники.

– Подойди, – его голос низкий, чуть хриплый. – Не заставляй повторять.

Я машинально качаю головой, отступая ближе к стене. Сердце гулко бьётся, в горле пересохло.

Он встаёт и делает шаг. Потом ещё. Каждое его движение будто давит на меня. Я вжимаюсь в стену, понимая, что отступать больше некуда.

– Попалась, – он останавливается совсем близко, нависая надо мной. Его ладонь резко ложится на стену у моего лица. Я чувствую его запах – терпкий, пряный, с ноткой табака. Он слишком близко.

– Ты думаешь, я поверю, что ты вся такая невинная? – в голосе насмешка, от которой у меня кожа покрывается мурашками. – Смотри на меня.

Я поднимаю глаза и тут же отворачиваюсь. Но он хватает мой подбородок, заставляя снова встретиться с его взглядом. Его пальцы сильные, грубые, сжимают кожу так, что мне становится больно.

– Боишься? – он улыбается дерзко, и от этой улыбки у меня по спине пробегает холод. – Правильно делаешь.

Я пытаюсь что-то сказать, но из горла вырывается только жалкий всхлип. Он будто наслаждается моей слабостью.

Я сжимаю кулаки, пытаясь взять себя в руки, но его палец проводит по линии моей нижней губы – дерзко, пошло.

– Пожалуйста… – хватаясь за последнюю надежду, шепчу я.

С его губ срывается хриплый рык, полный властного желания, и он резко хватает меня за шею. Он что собрался душить меня? Вот так я умру?

– Очень скоро ты будешь кричать это слово, когда я буду брать тебя снова и снова… , – шепчет он, касаясь губами моего уха.

И вдруг… я замечаю, что сердце бьётся уже не только от страха. Внутри зарождается другое чувство – непрошеное, предательское. Его близость действует на меня сильнее, чем я хочу признать.

– Ооо, я всё вижу, – произносит он тихо, глядя на мою вздымающуюся грудь. – Не ври себе, девочка.

Я закрываю глаза, задыхаясь. Голова всё ещё кружится, всё тело напряжено, но где-то глубоко внутри, под этим страхом, прорывается дрожь другого рода. Почему он так действует на меня? Я что, ненормальная? Это точно от страха. Я просто в шоке, поэтому мое тело не знает, как себя вести.

Он отстраняется на шаг, но не отпускает мою шею. Взгляд тяжёлый, властный.

– И никогда… Никогда не смей врать мне… , – он делает паузу и его взгляд сжигает все мои внутренности. О чем он говорит? – Ты здесь, чтобы отработать долг своего мужика. И даже если ты уже передумала и хочешь отыграть назад. Мне похуй. Теперь ты моя.

Моё тело леденеет от страха и осознания того, что я в ловушке. Мне не выбраться отсюда живой.

– Не прикидывайся невинной овечкой. Свою роль ты сыграла охуенно. Все мужчины в этой комнате завелись от твоей игры.

Что? Он думает, что я знала обо всем и добровольно пришла сюда?

– Но знаешь, что самое интересное? Твоя игра лишь прелюдия к тому, что я собираюсь сделать с тобой.

____________

Эстетика книги в моём ТГ канале zarashahrani

Глава 2

Машина мчится сквозь ночь. Двое охранников впереди молчат, будто их не существует. Я долго не пытаюсь заговорить с Расулом. Мне страшно. Особенно после того, как он пообещал убить меня, если я вдруг попытаюсь сбежать. Но я должна что-то сделать. Должна достучаться до него.

– Послушайте, я…

– Молчать, – его голос режет воздух, как нож. – Ещё одно слово – и я заткну тебе рот так, что сама пожалеешь.

Я замираю. Он не повышает голос, но в этой спокойной угрозе больше ужаса, чем в крике. От него веет таким холодом, что мне становится тесно в собственном теле.

Он смотрит прямо перед собой, будто меня рядом нет. Я чувствую себя вещью, которую везут туда, где решат её судьбу.

Я не понимаю, что со мной происходит. Всё тело будто вибрирует от его близости. Я смотрю на его огромную властную фигуру и не могу оторвать взгляд. Чёрная рубашка так натянута на мышцах рук, что кажется вот-вот ткань треснет по швам. Руки, увитые чернилами и рельефными венами, такие большие и сильные. Ноги широко расставлены. Вся его поза кричит о том, что он хозяин этой жизни. Сколько ему лет? Тридцать? Тридцать пять?

Внезапно из темноты возникает большой особняк. Высокие ворота, белые стены, тусклый свет фонарей. Дверь машины открывается и меня выводят наружу. Расул хватает меня, сжимая моё запястье так, что ноют кости. Я не решаюсь сопротивляться. В моей голове мелькают десятки вариантов развития событий, и я не готова ни к одному из них.

Мы поднимаемся по лестнице, коридоры бесконечны, и вот – массивная дверь захлопывается за моей спиной. Попалась. Теперь точно.

Я судорожно выдыхаю и оборачиваюсь:

– Зачем я здесь?

Его взгляд пригвождает меня к месту заставляя меня замолчать.

– Блять! – шипит он, приближаясь. —Ты и впрямь умелая актриса. Продолжай… Мне нравится.

– Я не притворяюсь, клянусь… Отпустите меня… Умоляю… – шепчу я.

Мои колени подгибаются и я вскрикиваю, когда он берёт меня за горло и прижимает к стене. Не душит, но силы хватает, чтобы я поняла: вырваться невозможно.

– Смотри мне в глаза, – приказывает он.

Я поднимаю взгляд и встречаю тьму, от которой становится ещё страшнее.

– Ты хочешь поиграть? – его голос низкий, грубый. – Давай поиграем. Только вот твоя игра закончилась. С этого момента мы играем по моим правилам.

Он всё так же удерживает меня, словно прибив к стене. Я пытаюсь пошевелиться, но его хватка железная, беспощадная.

– Ещё раз дернешься – и узнаешь что такое быть наказанной, – произносит он хрипло.

Я замираю, дыхание сбивается. Он давит на меня всем телом, и это давление не оставляет ни сантиметра свободы.

– Так-то лучше, – усмехается. – Быстро учишься.

Его пальцы скользят вниз, проверяя каждую линию моего тела, будто он уже хозяин всего, что принадлежит мне. Расул проводят по открытым ключицам, и замирают на линии декольте. Он тяжело дышит и ему требуется секунда чтобы продолжить. Он обхватывает своей грубой ладонью мою грудь, зажимая острый сосок между двух пальцев и стрела удовольствия пронзает меня насквозь.

Боже… Что это? Тихий полувсхлип-полустон срывается с моих губ, и я не могу до конца поверить, что это и вправду произошло. Я же не могу и вправду его хотеть сейчас? Ведь так? Я никогда не чувствовала ничего подобного рядом с Андреем. Я с ним вообще ничего не чувствовала. Тогда почему сейчас я чувствую себя до безумия голодной?

Пытаюсь отстраниться, но он мгновенно сжимает мою челюсть, заставляя поднять голову.

– Не смей отворачиваться, – рычит он.

Я не могу вдохнуть полной грудью. Его дыхание жжет мою кожу, и, несмотря на страх, я ощущаю, как тело предательски откликается на его грубую власть. Внизу всё горит.

– Шайтан, – он по-звериному морщит нос, будто бы принюхиваясь ко мне. – Я чувствую твой запах. Ты уже мокрая? А? Я прав?

Он отпускает мои руки, но только чтобы резко развернуть меня и прижать лицом к холодной стене. Его ладонь ложится на мою спину, удерживая меня неподвижно.

– Запомни: теперь у тебя нет воли. Есть только моя.

Я шепчу, не узнавая собственного голоса:

– Пожалуйста… Не надо…

Он прижимает меня к стене, удерживая одной рукой. Я такая хрупкая в его руках… У меня нет шансов. Сердце бьётся так, что, кажется, слышно в тишине комнаты.

Я пытаюсь ещё что-то сказать, но он резко кладёт ладонь мне на рот, лишая возможности возразить.

– Тише, девочка. Ты ещё скажешь мне спасибо, когда я вытрахаю их тебя всю твою фальшивую невинность, – произносит он, убирая ладонь и тут же скользя ею по моей шее. Пальцы обвивают горло, чуть сжимая, не давая забыть, кто здесь хозяин.

Я задыхаюсь от смеси ужаса и чего-то ещё – чего-то тёмного, запретного, что разгорается во мне, хотя я отчаянно пытаюсь это отрицать.

Вдруг он резким движением срывает с меня платье, и ткань падает на пол. Я вздрагиваю, пытаясь прикрыться, но он тут же перехватывает мои запястья и удерживает их у меня за спиной.

– Я говорил тебе не дергаться? Иначе накажу. Говорил? – Его губы касаются моей кожи, оставляя жгучие следы. – Я всегда держу слово, сладкая.

Резкая вспышка боли пронзает мое тело, и я вскрикиваю от неожиданности, когда он, размахнувшись, ударяет ладонью по моей голой ягодице. Он шлёпает меня? Стыд вперемешку со злостью обрушиваются на меня лавиной. Щеки горят, а место удара жжет тягучей болью, которая почему-то отзывается внизу живота. Это осознание заставляет меня закрыть глаза от унижения.

Я стараюсь уйти в темноту, и спрятаться от новых ощущений, но его голос возвращает меня обратно:

– Открой. Глаза. – Его тон не оставляет выбора. Я повинуюсь, встречаясь с его жестким взглядом.

За считанные секунды его рука оказывается в моих трусиках и его пальцы находят мое чувствительное место. Первое же касание запускает электрический разряд по всему телу. Боже… что со мной?

Я срываюсь на всхлип, но он только усмехается:

– Ты течешь, сладкая. Течешь прямо на мои пальцы. Маленькая лгунья.

Он прикусывает мочку моего уха, и по телу проходит дрожь. Я ненавижу себя за то, что ощущаю, как внутри разгорается жар, которого я не хочу признавать.

– Сейчас я покажу тебе насколько сильно ты на самом деле хочешь, чтобы тебя трахнули.

Вдруг, он толкает меня к кровати так, что я падаю, едва успевая упереться ладонями.

Я дергаюсь, собираясь встать, но он тут же слышу короткий приказ.

– Сидеть! – Его голос звучит грубо, и не терпит возражений.

Он срывает с себя рубашку, и достает из-за пояса брюк черный пистолет. От вида оружия я сглатываю и страх снова дрожью обрушивается на мое тело. Он кладет его на комод сзади себя, а затем принимается расстегивать ремень на своих брюках.

Я не могу пошевелиться завороженная этим зрелищем. Черт… У меня никогда не было мужчины, но откуда же я тогда наверняка знаю, что это тело лучшее из всех что мне доведется видеть в своей жизни?

Тело Расула будто высечено из камня: широкие плечи, рельефные мышцы, которые двигаются с каждым его вдохом. Ни капли мягкости – всё в нём жёсткое, выточенное, опасное. На коже – тонкие белые следы старых шрамов, и каждый из них будто рассказывает о том, что этот человек живёт в мире, где нет места жалости.

Я опускаю взгляд ниже, туда где из раскрытой ширинки торчит его член, и мои глаза расширяются. Рот открыт, грудь вздымается ещё сильнее и я будто начинаю изнывать от желания. Его член такой же огромный, как и он сам. Толстый стержень обвивают выступающие вены, а на самом кончике крупной головки выступает капля его желания.

Я схожу с ума… Я только что дрожала от страха увидев тот пистолет, а теперь не могу оторвать взгляд от его загорелого тела, от его идеального члена. Этот человек купил меня. Привез сюда силой. Я не должна чувствовать то, что чувствую…

Выдергивая меня из постыдных мыслей, Расул сжимает одной рукой мои запястья, а второй начинает срывать с меня нижнее бельё, не оставляя времени на протест. Ткань рвется, и я чувствую, как тело горит от стыда и ужаса.

– Вот так… – шипит он, скользя взглядом по моему телу. – И не смей закрываться.

Он проводит рукой по моему телу, заставляя меня быть полностью открытой перед ним. Внутри всё кричит от унижения, но вместе с этим приходит другая дрожь – предательская, горячая.

Его движения становятся всё жёстче, он владеет мной без малейшего колебания, будто я принадлежу ему изначально. Каждое прикосновение – вызов, каждое усилие – наказание за мой страх.

Он плавно очерчивает все изгибы моего тела шепча что-то на непонятном мне языке. Его член скользит по моему бедру, оставляя влажный след.

– Нет. Я не могу… Пожалуйста… Прошу тебя… – словно в бреду шепчу я, уже сама не веря в свои мольбы.

Я закрываю глаза, но он тут же хватает меня за скулы и рывком поворачивает к себе. – Я сказал. Смотри. Блять. Мне. В глаза, – по слогам выдает он.

Его дыхание обжигает губы, его вес не оставляет мне пространства. Всё, что остаётся – подчиниться, и в этом подчинении я вдруг нахожу трепет, который больше невозможно скрыть.

Я ненавижу себя за это, но тело дрожит и отзывается на его ласки.

Его губы будто всюду на моем теле, а его рука снова находит мои складки и я выгибаюсь, когда он вводит два пальца внутрь. Вспышки мерцают перед глазами, и я закатываю глаза от удовольствия.

– Вот так, – тянет он. – Такая отзывчивая, девочка. Умница.

Его пальцы продолжают ласкать меня, то трахая меня, то кружа по клитору и я чувствую, как моё тело словно в бреду извивается под его напором.

– Кончи для меня, татлым… , – с этими словами он вбирает в рот мой сосок и перед глазами начинает всё плыть.

Наслаждение, сильнее которого я никогда не испытывала раньше обрушивается на меня волной. Сквозь звон в ушах я слышу, что я громко и пошло стону и на этот раз не собираюсь себя останавливать.

Я не знаю, что со мной не так, и почему я испытала самый сильный оргазм в своей жизни с человеком, которого знаю несколько часов. С человеком, который несколько раз на эти несколько часов угрожал что убьет меня. Я больна. Точно больна.

– Даа… Блять! Видела бы ты себя сейчас. Охуенная девочка, – сквозь туман наслаждения до меня доносится его голос. Тяжело дыша, я прижимаюсь к холодным простыням, а тело всё ещё предательски дрожит от прошедшей волны. В голове – пустота и жгучий стыд. Как я могла позволить этому случиться? Его пальцы снова скользят по коже, но я рывком пытаюсь отстраниться.

– Нет! Не надо. Пожалуйста… отпусти меня, – шепчу я задыхаясь, будто оргазм меня отрезвил.

Он держит меня, будто я его собственность. Его пальцы впиваются в моё запястье, не давая ни малейшего шанса вырваться.

– Ты и правда думаешь, что я дам тебе уйти? – он склоняется так близко, что горячее дыхание касается моей щеки. Его взгляд становится черным от желания. – Этого не будет. Никогда. А сейчас, мы слишком далеко зашли, чтобы остановиться. Думаешь хоть один мужчина в этом мире способен остановиться в момент, когда женщина секунду назад страстно кончила на его пальцы? Ооо нет. Я далеко не джентльмен, татлым.

Моё сердце колотится в висках. Мне это не нравится, то что он называет меня так. Это что-то личное, то, что связывает нас. А последнее чего я хочу это быть связанной с этим человеком. Этот ужас закончится, и я сбегу. Обязательно сбегу отсюда.

Я трясусь, но чем сильнее он давит, тем больше чувствую предательское тепло внутри. Он видит это – и усмехается, наслаждаясь моей растерянностью.

Я дергаюсь, но он сильнее сжимает моё запястье, другой рукой грубо скользя по моему телу. От этого дыхание сбивается, и мне становится ещё хуже – потому что он прав, я не могу скрыть реакцию.

– Какая же ты… , – в его голосе жёсткая насмешка. – И не смей строить из себя святую. Я знаю, что такие, как ты, только и ждут, когда их трахнут.

Внезапно в дверь раздаётся глухой стук:

– Расул Асланович, Аваз говорит, что это срочно!

Расул застывает, а потом медленно оборачивается. Его лицо искажается такой яростью, что я невольно замираю.

– Пошёл нахуй отсюда! – рычит он. – Скажешь ещё хоть слово и я лично вышибу тебе мозги!

Тишина. Только моё сбивчивое дыхание. Господи… Этот человек зверь. Настоящий зверь. Он снова поворачивается ко мне и опускает голову, его губы почти касаются моего уха.

– Видишь? – шепчет он с издевкой. – Никто не заберёт тебя у меня. Ты моя игрушка. Моя. И сегодня я заберу все твои оргазмы.

Я закрываю глаза, ощущая, как он нарочно дразнит меня, заставляя чувствовать его силу, его желание. Его грязные слова прожигают меня, я краснею, но не могу пошевелиться.

Новый спасительный стук раздается в звенящей тишине комнаты. Более настойчивый.

– Расул Асланович, – теперь по ту сторону двери другой голос. – Есть одна проблема. Если бы это не было срочно, вы знаете – я не стал бы вас беспокоить.

Расул замирает. Его челюсть напрягается, и в глазах загорается ярость, ещё сильнее, чем прежде. Он медленно поднимается, бросает на меня взгляд – тяжёлый, обещающий продолжение.

– Молись, девочка, чтобы эта «проблема» оказалась настолько серьёзной как он говорит, – бросает он тихо, почти рыча. – Потому что если нет – я вернусь. И тогда уже тебе от меня не спастись.

Я быстро сгребаю тонкое одеяло прикрываясь им и сажусь на кровати. Он подбирает с пола рубашку, а затем идет к выходу.

Дверь открывается, и я вижу одного из тех людей, что сидели в вип-комнате клуба, в котором меня продали этому монстру. Я опускаю взгляд на его руки и замечаю, что все его руки в крови. Мои глаза расширяются, и я прихожу в такой ужас, что снова начинаю дрожать. Что они за люди?

– Если ты дёрнул меня из-за какой-то хуйни, я отрежу твой язык и скормлю псам, – яростно говорит Расул и дверь закрывается. Я слышу, как он приказывает кому-то запереть дверь и в ту же секунду в тишине раздается двойной щелчок.

Вот и всё. Теперь я пленница. Сердце колотится, и в этот момент я отчётливо понимаю – всё только начинается.

Глава 3

Открываю глаза и первые несколько секунд не могу понять, где нахожусь. Но затем осознание сжимает все мои внутренности. Точно. Как я могла забыть? Я в аду. В аду, в который меня затащил сам дьявол.

Вчера, после того как он ушел, я выключилась мгновенно. Видимо, так сказалось на мне всё то, что вчера произошло. Я зверски устала. Голова раскалывается, и я хватаюсь за неё, будто это поможет мне унять боль.

Оглядываюсь по сторонам и понимаю, что Расула нигде нет. Он так и не вернулся. И я этому рада. Вчера, будучи в безумном стрессе, я даже не понимала, где мы находимся. Сейчас я вижу перед собой огромную комнату. Явно это спальня Расула. Серые стены, черная мебель, имитация мрачно темной скалы на стене за кроватью. Интерьер спальни выглядит угрожающе холодно. Как, впрочем, и её хозяин.

Медленно встаю с кровати, закутавшись одеялом, и понимаю, что у меня нет одежды. Беру в руки то, что осталось от моего платья и в глазах застывают слезы. Как я могла так низко пасть? Почему моё тело откликалось на его грубые ласки?

В ту же секунду вспышка боли в голове заставляет меня сесть обратно на кровать. Почему так сильно болит голова? Я выпила вчера всего лишь пол бокала коктейля, который мне дал этот подонок Андрей. Не может же…

Андрей!

Мысль словно молния проносится у меня в голове и вызывает лишь ещё большую боль. Только теперь уже не только в голове, но и глубоко в груди.

Он ведь мог что-то подсыпать мне в напиток! Да я просто уверена, что он сделал это! Чтобы я была более податливая, чтобы не сопротивлялась, чтобы истекала желанием от прикосновений Расула… Так вот почему я так сильно вчера его хотела! Я не сошла с ума! Я не превратилась в развратную шлюху! Меня просто опоили!

Слезы застилают глаза, и я прикрываю рот ладонью. Бесшумные рыдания вырываются из груди. Как такое могло произойти?

Я просто ненавижу их. Ненавижу их всех! Андрея, Расула и… себя. Я ненавижу себя за то, что когда-то поверила Андрею. Именно из-за этого урода я оказалась здесь и теперь понятия не имею что мне делать. Он может вернуться в любой момент. И тогда он точно закончит начатое.

Страх снова ползёт под кожу ледяными мурашками. И когда дверь резко открывается я буквально подпрыгиваю на месте. Быстро отползаю к изголовью кровати и с ужасом смотрю на дверь. Там стоит пожилая женщина с подносом в руках. При виде безобидной старушки, мое тело мгновенно расслабляется, но я не шевелюсь, так как последние сутки доходчиво дали мне понять, что нельзя доверять людям.

– Здравствуй, дочка! Хозяин приказал принести тебе завтрак. Вот. Ты наверное голодная, – она ставит поднос на столик у окна и ожидая моих действий смотрит на меня. – Ну же, давай девочка. Нужно поесть.

– Нет. Спасибо. Я не хочу есть, – говорю я всё ещё сидя у изголовья кровати.

Женщина тяжело вздыхает и садится на край кровати.

– Меня зовут тетя Халима. Не бойся меня, дочка. Не знаю, что между вами с Расулом случилось, не знаю почему он приказал тебя запереть, но я тебе так скажу. Он тебя не обидит. Расул справедливый и честный человек. Зла женщине он никогда не причинит. Поверь мне. Я знаю его всю его жизнь и уверена в своих словах.

Я слушаю и не могу поверить в то, что она мне говорит. Разве может справедливый и честный человек купить женщину словно на базаре и запереть её в своем доме обозначая, что она теперь его собственность? Все её слова кажутся бредом. И, несмотря на это, я верю в то, что она действительно так считает. Но это не значит, что она права.

– Скажите, а где сейчас ваш хозяин? Я хочу с ним поговорить, – говорю я, несмотря на то что на самом деле меньше всего сейчас я хочу видеть его перед собой. Мне нужно объяснить ему всё. Нужно умолять его отпустить меня и тогда возможно он сжалиться. – И… мне нужна одежда.

– Сейчас, – она встаёт и берет с комода стопку с одеждой. – Иди, переоденься.

Я встаю и всё так же, закутавшись в одеяло, иду в ванную комнату. Быстро приняв душ и одевшись в светлое длинное, но простое платье, удивительно подходящее мне по размеру, смотрю на себя в зеркало. Платье закрытое, но очень мне идет. Поднимаю взгляд – и натыкаюсь на заплаканные глаза. Темные волосы в беспорядке, а губы налиты алым цветом. Очередное напоминание о том, что произошло. Но я справлюсь. Я обязательно найду выход.

Привожу себя в порядок и выхожу.

– Спасибо за вещи… Вы можете сказать, когда он вернется? – говорю я снова присаживаясь на кровать.

– Этого я не знаю, дорогая. Он мне не докладывает куда уезжает. Но к вечеру он обычно бывает дома, – говорит она и указывает взмахом руки в сторону тумбочки. – Ещё он сказал, что с тобой что-то случилось вчера, и, возможно, у тебя будет болеть голова. Поручил мне проследить чтобы ты обязательно это выпила.

Только сейчас на тумбочке я замечаю стакан воды и пару таблеток.

В ту же секунду на меня обрушивается весь кошмар вчерашней ночи. В голове вспышками проносятся десятки мыслей и пазл в голове начинает складываться. Он знал. Это сделал он.

Ужас сковывает моё и без того раненное сердце, и я застываю словно статуя. Слезам будто больше не за что держаться внутри меня, и они бегут по щекам утопая в белоснежной ткани его чертовой постели. Мелкая дрожь сотрясает всё тело и истерика начинает душить меня изнутри.

– Мирочка, что с тобой? Дорогая! Всё хорошо. Слышишь меня? – сквозь пелену я слышу голос тети Халимы.

– Уходите, – еле слышно шепчу я.

– Тебе нужно поесть…

– Уходите! – я уже кричу и из-за подступающей истерики перестаю вообще что-либо соображать.

Женщина встает и причитая поспешно выходит из комнаты.

Я не помню, что происходило дальше. Совсем.

Не знаю сколько прошло времени, но я обнаруживаю себя сидящей на полу посреди комнаты.

В то же время, когда мое сознание начинает проясняться, до меня начинают доноситься крики, раздающиеся на первом этаже. Через пару секунд дверь с грохотом распахивается, и я вижу его. Расул. Мои глаза снова застилают слезы, и я смотрю на него с такой ненавистью, которую ещё никогда и ни к кому не испытывала.

– Что ты блять здесь устроила?! – взрывается он.

Только сейчас я наконец замечаю то, что сделала. Вещи разбросаны по полу, осколки вазы разбросаны прямо у моих колен, а из мелких ран на руках струйками бежит кровь. Белоснежное постельное бельё теперь разорвано и валяется в разных концах комнаты. Это я сделала?

– Ты что, с ума сошла?! Ты могла навредить себе, идиотка!! – он срывается с места и идет в мою сторону. Но я встаю и бегу к нему на встречу и набрасываюсь на него с кулаками. Бью его в грудь, и его белая рубашка мгновенно окрашивается в красный цвет.

– Это всё ты! Ты! Это ты сделал! Ты заставил его! – я кричу что есть мочи, не разбирая куда попадают мои хаотичные удары.

– О чем ты говоришь? Ты с ума сошла?! Успокойся, я сказал!!! – естественно он легко перехватывает мои запястья и удерживает их у меня за спиной, а второй рукой берет меня за скулы, и я наконец вижу его глаза. В них столько злости, что я отшатываюсь, но он продолжает удерживать меня так, что я не могу вырваться.

– Спрашиваю ещё раз. О чем. Ты. Говоришь, – угрожающе тихо произносит он.

– Это ты заставил Андрея меня опоить! Чтобы использовать меня как куклу! Чтобы я не сопротивлялась! Ненавижу тебя! Слышишь?! Ненавижу! – я снова пытаюсь вырваться, но он не дает. И в ту же секунду я наблюдаю как в его карих глазах снова разгорается ад. Языки пламени ласкают радужку глаз, не обещая мне ничего хорошего.

– Если бы передо мной была любая другая, я бы свернул ей шею за эти слова. Никто не смеет говорить так со мной, – его рука сжимается сильнее на моей челюсти, и я издаю жалобный всхлип. – Я никогда не беру женщин против их воли. Мне не нужно подмешивать им наркотик для того, чтобы трахнуть любую из них! Ты поняла?! Если бы я знал, что в тебе находится хоть капля той дряни, я бы даже не прикоснулся к тебе!

– Ты врёшь! Ты всё врешь! Откуда тогда лекарства?! Откуда ты знал, что меня опоили?

– А вот это не обязательно знать твоей хорошенькой головке.

Я снова дергаюсь и начинаю кричать. Слезы не прекращают литься из глаз, будто кто-то сорвал предохранитель.

– Я не верю тебе! Понял? Отпусти меня! Я хочу уйти! Отпусти!

Он отпускает меня и внезапно комната начинает кружиться. В глазах темнеет, и последнее, что я чувствую перед тем как окончательно провалиться в пустоту – как меня подхватывают его сильные руки.

Глава 4

Я просыпаюсь от мягкого солнечного света, пробивающегося сквозь занавески. Комната наполняется золотыми полосами, и на мгновение я замираю, всматриваясь в знакомые очертания вокруг. Моё сердце словно пропускает удар. Я дома. В своей спальне.

Я сажусь на кровати, опуская ноги на холодный пол и оглядываюсь. На полке стоят книги в потрёпанных обложках, в углу всё так же сидит мой плюшевый мишка. Каждый уголок этой комнаты до боли знаком, и до слёз родной.

Я вдыхаю – и замираю. Воздух тянет запахом топлёного масла и свежей выпечки. Чепалгаш. Тёплое, масляное тесто, тающее во рту. Моё любимое блюдо с самого детства.

Мама всегда готовила их специально для папы. Его родители переехали в Москву ещё в его детстве, и он скучал по бабушкиной кухне, по тем вкусам, что остались в памяти. Мама – русская, но, зная, как важно для него не потерять ниточку с родными традициями, научилась готовить это блюдо. И у неё получалось ничуть не хуже, чем у настоящей кавказской хозяйки.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.