Джерри Вэй
Связанная мирами

Всем мечтателям, кто не утратил веру в волшебство

Серия «О-де Гельсия. Мир за гранью реальности»

© Джерри Вэй, 2025

© Оформление. ООО «Издательство «Эксмо», 2025

Это был сон? Видение? Образ мыслей? Нет. Это было никогда и нигде… Но в тот момент я поняла, почему так сильно желала сбежать отсюда, унестись вслед за этим свободным изгнанником, бежать без оглядки только вперёд, по бескрайним полям, к неизведанным горизонтам и таинственным звёздам, туда, где утренняя роса омывает свежую траву, а рассвет кажется таким непостижимым. Бежать и никогда не возвращаться. Я поняла: мне просто… было одиноко среди и без того одинокого человечества…

Из забытых воспоминаний.

Пролог

Здесь, на границе вечности, в краю, где время не властно над течением реки, а воздух пронизан застывшим холодом и безмолвной пустотой; здесь, куда тропа проложена не всякому магу, а обычному взору путь и вовсе заказан; здесь, где каждый миг уподобляется бесконечности, а бесконечность обманчива и коварна, – именно здесь состоялась встреча Тёмных магов О-де Гельсии.

Издревле так сложилось, что сакральная аура отсеивала всякое смирение и подчинение: каждый из Тёмных был покорён только своей воле и властен над собой сам. Однако здесь, в чертогах мглы и сумрака, где играет колыбель не́были, объединило властелинов одно: обращение Лорда Смерти, чернейшего из всех магов. Чернейшим его считали, потому что он был единственным, кто способен подчинить на останках мироздания губительную магию – воскрешение и призыв из мёртвых. И имя его звучало подобно зову необратимой смерти, так же коротко и скоротечно.

Зен.

Никто не знал, как он выглядит, сколько веков предводительствует на древних землях, равно как и то, какие резоны преследует. Людская молва утверждала, что Тёмного мага попросту не существует, а образ и недобрые поверья сложились из кривотолков и пугающих сказок предыдущих поколений.

Но, вопреки всем человеческим небылицам и россказням, Лорд Смерти отворил огромные двери и прошествовал в мрачный грот, опоясывающий выдолбленную в скале залу. Врата заскрежетали. Ворвавшийся следом могильный холод зашевелил огни настенных факелов. Тени выросли и испуганно разбежались по влажным скалистым шапкам. Умолкла мелкая капель. Его лица не было видно. Вместо него свет луны выхватил изувеченную сталь, вросшую в кожу, а вместо глаз вычертил тёмную бездну прорезей.

Единственное пустующее каменное кресло спрятало могучий стан в своей тени. Остальные тёмные фигуры не шелохнулись, не проявили какой-либо заинтересованности, лишь холодные глаза полыхнули льдистым стеклом, обнажая их страшную истинную сущность.

Все молчали, ожидая слова Лорда Смерти, но тот не спешил, позволяя статуям сбросить излишнюю спесь. Каменная глыба стола, отделяющая их всех, треснула надвое.

– Заря эпохи – вот почему мы сегодня здесь. – Голос его зазвучал набатом меж глубоких пещерных стен.

Молчание крепло, врастая в древние расщелины и сырые впадины мёртвым эхом. Никто не считал нужным тратить время на пустые бравады – они желали понять, с какой целью был созван первый в истории мироздания совет Тёмных магов.

– Вам ведомо, что на заре эпохи грядёт битва, исход которой пророчество ознаменовало моей смертью. – Он взмахнул рукой, и тень на скалах повторила жест за своим хозяином.

– На бессмертного повелителя смертных нашлась управа? – Ледяной голос фыркнул. Принадлежал он на вид самому молодому из собравшейся коалиции – Лорду Демонов. Бесстрастное лицо светилось белизной, алые глаза были преисполнены презрения и смотрели хладнокровно, а длинные иссиня-чёрные волосы угрожающе распарывали рога цвета беззвёздной ночи.

– Тебе ли не знать, что всему на свете есть конец, равно как и всякому бессмертию, Мерольд. – Стальная маска Лорда Смерти повернулась в сторону Лорда Демонов, но тот не повёл и бровью. – Вопрос в другом. Как помешать тому, в чьих руках моя погибель?

– Для начала неплохо бы узнать, кто он, – ворвался новый голос, звенящий пренебрежением и открытой насмешкой. Он принадлежал Лорду Теней, магу, что не был надменен, как все остальные, и выглядел молодо, однако в его жестоком лице, словно вытесанном из гранита, не проскальзывало ни намёка на пощаду.

– В этом есть смысл, Федоил, – с удовольствием подхватил Лорд Смерти. – Священный талмуд, которому известны исходы всего сущего, утверждает, что губитель этот прибудет с далёких, неведомых нам земель. Оттуда, где время течёт по-иному, законы природы исковерканы и непонятны нам с вами, а магия и вовсе не имеет веса.

– Земля, на которой не имеет власти сама магия? – Наконец и Лорд Войны покинул покрывало тени. Он оказался старше остальных, о чём свидетельствовали густая борода и цепкий, тяжёлый взгляд под низким лбом. – Не иначе как по ту сторону О-де Гельсии?

– Вполне возможно, Чебальд. Твоё всеведение, как всегда, проницательнее моего.

Лорд Демонов, не терпящий бесполезных рассуждений, вмешался:

– Каким же неведомым образом он предстанет перед твоим взором, Зен, если ему чужда магия?

– Ты мыслишь в правильном ключе, – высокопарно заметил Лорд Смерти, точно с самого начала ждал этого вопроса. Его безумная ухмылка ощущалась даже под стальной личиной. – Попрошу предоставить возможность разгадать эту загадку Федоилу.

Взгляды приковались к Лорду Теней.

– Через межпространственные врата? – безучастно предположил тот. Лорд Демонов насмешливо приподнял бровь, а вот Лорд Войны, напротив, заслышав столь необычное суждение, заинтересовался сильнее.

– Имеет место, – кивнул Лорд Смерти. – Отнюдь не многим магам даётся освоить открытие проходов между мирами, коих бесчисленное множество, однако такое хоть и в редких случаях, но бывает. Вот только из какого мира прибудет сей избавитель, не ведает даже пророчество.

– Хоть о чём-нибудь твоё пророчество ведает? – язвительно изрёк Мерольд.

Лорд Смерти усмехнулся, не отрывая взгляда от Лорда Теней, а затем промолвил:

– Оно гласит, что искать нужно среди инквизиторов Священной Канцелярии.

– Вздумал играть со мной в свои поганые игры, мёртвый сыч?!

Раздался грохот. Верхние скалы обрушились, и пыльная занавесь окутала пространство.

– Угомонись, Федоил. – Лорд Смерти поднял руку вверх, давая понять, что в любой момент остановит камнекрушение, но сейчас его заботит иное. – Я лишь хочу предоставить тебе возможность отомстить ушлым выродкам.

– Я не твой цепной пёс и сам решу, когда воздавать им за их грехи! Без твоих хитроумных сетей!

– Как угодно. Я просто предложил тебе выгодную сделку, где не нужно будет… Я не скажу «марать руки», скорее выражусь на твоём языке: «тратить своё бесценное время». Уничтожить врага, не прибегая к лишней возне, ведь лучшая битва – та, которой не было. Лишив противника главного преимущества, мы заведомо одерживаем верх в ещё не начавшейся, но уже оконченной войне.

– И что ты предлагаешь? – Лорд Теней без церемоний вмешался в эти философские рассуждения.

Лорд Смерти сорвал со своей шеи серебряный амулет и швырнул его в сторону нового потенциального союзника. Талисман с железным стоном прокатился по камню и был перехвачен рукой того, кому предназначался.

– Найти и убить, – поймав яростный взгляд, пояснил Зен.

– Почему же сам этого не сделаешь? – Федоил не спешил разглядывать сомнительный магический артефакт.

– Кому, как не охотнику за инквизиторами и первосоздателю крахнийцев, дано знать обо всём, что связано с восточными землями О-де Гельсии?

– Что мне с этого будет? – сквозь зубы процедил Федоил, больше всего ненавидящий вступать с кем-либо в сделки, которые обрекают независимого Тёмного покровителя на зависимость.

– Тебе представится шанс поквитаться с Канцелярией. Не об этом ли ты грезишь всю свою жизнь? А уж если тебе будет предначертано уничтожить того, в чьих руках моя смерть, представь, как сладко будет отмщение всем земным карателям.

– Как заботливо с твоей стороны.

– И какой же прок уничтожать всех карателей? – Лорд Демонов, всё это время наблюдавший за словесным столкновением, устал слушать метафоричные речи.

– Абсолютная власть, – спокойно объяснил Зен, не призывая соглашаться со своим суждением, но давая над ним поразмыслить. – Да и, быть может, вы не поняли, но если избавитель способен уничтожить меня, самого Лорда Смерти, то ему не составит труда сделать то же самое с вами. – Он выжидающе посмотрел на всех собравшихся.

– С этого и надо было начинать, – кивнул мудрый Лорд Войны, почёсывая бороду. Лорд Демонов ограничился пренебрежительным молчанием.

– Дальнейшие действия? – процедил Федоил.

– Отправляйся на восточный континент О-де Гельсии, разыщи врата и избавь земли от появления нашего сокрушителя этим апотропеем. – Лорд Смерти указал ладонью, спрятанной под изувеченной сталью, на серебряный амулет.

– Совет окончен? – не выдержал Мерольд.

– Сейчас да. А дальше покажет время.

Громоздкие двери оглушительно хлопнули.

1. Загадочное урочище

Ручка не желала поддаваться, но после недолгих колебаний дверь автомобиля всё же оглушительно хлопнула. Будь неладен тот день, когда Диана решила принять предложение подруги отправиться на майские праздники за город, чтобы отдохнуть на даче её родителей.

Через открытое окно в машину залетали мелкие насекомые, разрывая тишину жужжанием. С речки тянул прохладный ветер, путавшийся в лапах хвойных ветвей и цеплявшийся за волосы. Зелень искрилась под утренним солнцем, дыша свежестью горного леса, и наплывающее марево как нельзя кстати напоминало о приближении лета. Пожалуй, гармонией деревенской глуши можно было бы насладиться сполна, если бы не ноющая боль в ногах и усталость, разбавленная едва заметным страхом перед предстоящей дорогой. Диана не любила автомобили, особенно после того случая, но выбирать не приходилось.

С противоположной стороны машины дверь захлопнулась куда спокойнее. Дарина окинула порядком измотанную подругу виноватым взглядом и аккуратно дотронулась до её плеча:

– Ди, ну ты чего, расстроилась?

Диана распахнула сухие веки и сдержанно выдохнула.

– Мягко сказано. Что-то не припомню, чтобы я нанималась в домработницы. Ты звала меня отдохнуть и запастись силами перед грядущей сессией, а что вышло?

– Прости. – Дарине стало совестно. – Я понятия не имела, что родители попросят помочь разгрести завал.

– «Попросят»? – недоверчиво фыркнула Диана. – Да если бы они попросили! «Заставят» – ты это хотела сказать?

В первый же день приезда в деревню, даже не успев толком изучить местность, девушки получили перечень работ: вырвать сорняки, расчистить завал в доме, протереть пыль, вымести опилки, убрать прошлогодние листья из беседки, выбить ковёр и так далее. Без остановки. Впрочем, отдых тоже был, но какой-то суетной, дёрганый.

– Я правда не думала, что так выйдет. – Дарина откинулась на спинку сиденья. – Ты сердишься на меня?

– Ничуть. Просто нервы сдают перед экзаменами. Думала, хоть на свежем воздухе удастся отвлечься от городской суеты.

– Да ладно тебе, – улыбнулась подруга, глядя в окно на копошившихся родителей. – Ты учишься в университете, а значит, полпути пройдено. Следовать течению, когда ты уже приспособился к нему, гораздо проще, чем выходить из школы на перепутье, пытаясь угадать нужное направление. К тому же, насколько я знаю, сессия не так страшна по сравнению с выпускными экзаменами в школе.

– Ты, кстати, решила, на кого поступишь?

Дарина кивнула, но тут же проглотила едва не слетевшие с языка слова, потому что передние двери открылись, запуская в салон её родителей. Машина покачнулась. Отец завёл мотор, и внедорожник с грохотом тронулся с места, оставляя позади одинокий уютный особняк, возвышавшийся на холме возле реки.

«До следующего раза», – с грустью попрощалась Диана. Яркие блики прорвались сквозь ветви, словно прощаясь в ответ, и ненадолго задержались на её обереге, сверкнувшем между тонкими лямками, но вскоре убежали, точно их что-то спугнуло. Колёса поднимали пыль, мешая наслаждаться смолистым воздухом, так что пришлось закрыть все окна. В салоне неприятно пахло бензином, и этот запах настойчиво напоминал, что совсем скоро придётся вернуться в привычный городской режим.

– Ну как, хорошо отдохнули, девчонки? – Мама Дарины, миниатюрная женщина со смешной завитушкой на виске, обернулась к ним. С её лица не сходила восхищённая улыбка, несмотря на то что сумки, придерживаемые ловкой рукой, так и норовили соскользнуть с колен из-за тряски.

– Да-а, – протянула Дарина, искоса глянув на подругу, и незаметно её пнула. – Прекрасно отдохнули, мам. Спасибо вам.

– Почаще бы приезжать в деревню. – Диана не хотела стать причиной ссоры, которых и так случалось слишком много в последнее время, поэтому улыбнулась совершенно искренне. Ей ли не знать, какой это стресс – не соглашаться с установленным мнением в семье.

– Да-а, верно говоришь! – блаженно подхватил отец Дарины, резко крутанув руль так, что автомобиль подпрыгнул на кочке. У Дианы замерло сердце. Только бы не снова… – Деревенский дух – это вам не жалкое городское подобие, сплошь пропитанное выхлопными газами и прочей дрянью!

За окном мчались деревья, еловые кроны пушились и наверняка скрипели под ветром, вот только за пыльными окнами их невозможно было услышать: безустанный скрежет колёс заглушал голоса природы. Сквозь лесной шатёр летели солнечные стрелы, целясь в усыпанную шишками молодую поросль. На старых щербатых стволах скользили тени от игриво шелестящих веток.

Оторвавшись от пейзажа за окном, Диана повернулась к подруге и задержала взгляд на её задумчивом профиле: солнечный блик затерялся в светло-русых локонах, остриженных ровной линией чуть выше плеч. Не чета её обыкновенным ореховым волосам. Не то чтобы Диана завидовала подруге, скорее считала себя до того нескладной, что никакой причёской не исправишь. Однако ей было больше всё равно, чем досадно. Какая есть.

Внешность Дарины же была наполнена утончённостью и воздушностью, сквозящей в каждом неспешном движении, точно она являлась благородной девой, ради которой совершают рыцарские подвиги. И голос у неё был мелодичный, а у Дианы только и получалось, что резать слух вороньим карканьем. Она всегда считала свою подругу идеальной героиней романтической баллады. Что же касалось её самой, то её предназначение крылось в энергичной работе, предполагающей быстрые действия и погони (только не за сорняками в огороде!), о чём свидетельствовал огонёк в ярких медовых глазах.

Петляя от пригорка к пригорку, они съехали в густую рощу, затянутую высокими соснами и кряжистыми дубами. Утренняя роса ещё не сошла и сверкала крупной россыпью на траве. Где-то вдалеке приветливо голосили лесные пташки.

Диана всё же не сдержалась и открыла окно – ветер дохнул желанной прохладой в лицо. Хотелось заглушить тоску динамичной песней в наушниках, но какая-то внутренняя часть продолжала жадно ловить прощальную мелодию леса. Медленно накрывало осознание: как же печально расставаться с этим тихим местом и как же не хочется возвращаться в университетские будни, полные суеты и бестолкового мельтешения.

Ещё и встреча с тёткой Роксаной неизбежна: снова выслушивать аргументы в пользу того, что ей, как малоимущей и несчастной одиночке, положено всё наследство, несправедливо оставленное другим. После смерти деда тётка зачастила с неожиданными визитами, а в последнее время и вовсе принялась таскать за собой всю родню, словно те нанялись её адвокатами. Бабушка ведь не придумала ничего лучше, чем записать свою сеть книжных лавок на того, кто вскоре ушёл вслед за ней. А у мамы не осталось сил бороться за то, что по праву принадлежит ей. Слишком мягкая. Папа и вовсе никогда не встревал: какое ему дело до полоумных тёток? Он человек занятой. Диану, конечно же, слушать никто не собирался – нечего лезть во взрослые разборки. Лучше вообще спровадить её во внеплановую поездку, чтобы не мешалась со своим неокрепшим мнением…

Надоели.

Стараясь отвлечься на другие мысли, она согласилась со справедливым замечанием отца Дарины: гармония и тишина природной глуши ни за что не сравнятся с суматошной жизнью города. А тот с каждым часом становился всё ближе, готовясь разорвать тенистый лес бездушной магистралью и обратить живую природу в бетон и мрамор. Оставили бы её где-нибудь в лесу. Лес ничего не требует и не ждёт, он просто принимает… Слышит.

Бесполезные мысли.

– Помню тот день, будто он был вчера, – не умолкал отец Дарины. – Мы тогда решили с деревенскими мальчишками яблок нарвать из чужого сада, а когда нас поймали…

Внезапно что-то произошло, и Диана вцепилась в локоть подруги. Это заставило Дарину вынырнуть из полусонного состояния и вопросительно повернуться. Однако Диана не спешила пояснять и заворожённо смотрела в окно. Затем снова настойчиво сжала предплечье подруги, будто призывая к чему-то. Дарина всмотрелась внимательнее, выискивая животное или предмет, вызвавший у Дианы такой интерес.

– Ну, а он такой говорит мне, значит…

Воодушевлённая тирада оборвалась резким возгласом Дарины:

– Пап, останови машину, пожалуйста!

Автомобиль затормозил, отец Дарины пристроил его на обочине и обернулся в ожидании объяснений.

– Что случилось? – Мама Дарины дёрнулась от неожиданной остановки и тоже взволнованно обернулась к подругам.

– Нам очень срочно нужно выйти! – Диана выпалила первое, что пришло на ум, и единственное, что показалось бы правдоподобным.

Отец Дарины тяжело вздохнул, не переставая разминать затёкшую от неудобного положения шею.

– Не могли сходить перед дорогой? Я же предупреждал: путь неблизкий.

Мама Дарины беспокойно оглядывала окрестности дремучего леса, словно ожидала увидеть недоброго путника, притаившегося за кустом.

– Никак не дотянете до автострады? Осталось не так долго. Что-то места здесь страшноватые…

– Боюсь, что нет, – жалобно протянула Дарина, сгорая от любопытства. В мыслях они были уже далеко от треклятой машины.

– Хорошо, – обречённо сдалась родительница, еще раз бросив на дикую местность опасливый взгляд. – Только давайте быстро. И пожалуйста, аккуратно!

Не успела она договорить, как двери автомобиля захлопнулись с разных сторон и подруги взволнованно понеслись к предмету, который искушал и манил их.

В пути Диана не отрывала глаз от мелькающих за окном пейзажей и с трудом держала веки, норовившие сомкнуться под усыпляющий баритон отца Дарины, как взор её неожиданно зацепился за странного вида урочище. Его с трудом удавалось разглядеть сквозь мозаику стволов, и не обладай Диана скрупулёзным вниманием к деталям, они бы так и проехали это место.

Пролезая сквозь ветви кустарников и отгоняя назойливых мошек, девушки не выпускали из вида загадочную кромку леса. Под ногами то и дело путались корни, вспарывали кочки сныть и чертополох и неожиданно вырастали овраги. К счастью, подруги миновали все препятствия без происшествий и вскоре оказались на небольшой опушке, выстеленной клокастой травой.

– Подожди! – Диана едва поспевала за стремительным шагом подруги.

Вблизи урочище одновременно и завораживало, и пугало каким-то странным, непомерным величием. Ветви низкорослых деревьев смыкались над головой, образуя мрачные своды, напоминающие тоннель или пещеру. Болотно-зелёные и кое-где желтоватые заросли вились лозами и свисали словно косы, раздуваемые ветром. Так и хотелось сорвать лист на память, но трогать это прекрасное творение девственной природы казалось кощунством.

– Ничего себе… – первой заговорила Дарина. – Неужели природа сама создала такую красоту?

Диана не ответила. Она зачарованно всматривалась в проход лесного тоннеля, чернеющего холодной непроглядной бездной. Тот словно манил, зазывал, опьяняя разум и вгоняя в беспамятство. Она всё пыталась разглядеть конец, но взор тонул в темноте. Пахло сыростью. На мгновение ей показалось…

– Пошли посмотрим? – предложила Дарина.

Диана вырвалась из странной прострации и испуганно посмотрела на подругу.

– С ума сошла! – От одной только мысли пройтись по этому проходу, куда не проникает даже луч света, ей становилось зябко, и она невольно поёжилась.

– А тебе разве не интересно, что там, по ту сторону?

– Интересно, но… твои родители. Они ведь будут волноваться.

Они обернулись. Автомобиль семейства Дарины не удавалось разглядеть сквозь лесную стену.

Дарина шагнула на заросшую дорожку, ведущую в глубь дремучего тоннеля.

– Дар! – Диана растерянно схватила подругу за руку, сама не понимая вспыхнувшего страха, а Дарина словно и забыла, зачем они тут. – Да стой же ты!

– Мы быстро. – Дарина обернулась и с каким-то ехидным взглядом склонила голову набок, русые локоны упали на правое плечо. – Одним глазочком глянем, что там, и вернёмся. Скажем, что слегка заблудились.

– Не знаю… – Диана ещё раз прошлась взглядом по мрачным сводам. Нутро подсказывало, что нужно немедленно уходить, но разве совладаешь с горячим желанием, заглушающим разум?

Из пустоты хлынул влажный сырой ветер, взъерошил непослушные волосы и приятно остудил щеки, предлагая подумать о чём-то другом. На сердце легла тоска, будто что-то ждало её там, по ту сторону тоннеля, что-то важное, давно забытое и вместе с тем пугающее. Но как ни старайся, суть ускользала, потому что разум убаюкивало безмятежное спокойствие. Колдовство сделалось чётче, выразительнее. И, подчиняясь зову сердца, наперекор предубеждениям, Диана шагнула навстречу приветливой тьме.

– …Вот сама же тянешь время… – Нотации Дарины остались неуслышанными. Когда Диана молча слилась с пустотой, она тут же сорвалась вслед за ней, не то сгорая от нетерпения, не то желая уберечь от мнимой беды.

Внутри не было холодно. Скорее неестественно пусто. И тихо. Ни стрёкота насекомых, ни шелеста ветра – только собственные шаги и учащённый бой сердца нарушали ватное беззвучие. Темнота сгущалась, оплетала со всех сторон, участливо толкала вперёд и не позволяла оборачиваться. Проход дышал сыростью. Не хорошо и не плохо – никак. Сквозь переплетённые ветви едва пробивался хилый лучик света, и девушкам приходилось полагаться на собственное чутьё.

Свет не ослепил: он втиснулся так естественно и плавно, будто ему полагалось встретить заблудших путниц и вывести из тёмного древесного перехода. Дарина и Диана ошеломлённо застыли. Перед ними раскинулась долина, выстланная одеялом пёстрой травы. Кое-где виднелись полевые цветы, толкавшие друг друга и тянувшиеся к солнцу. В воздухе витал аромат желанного одиночества.

Диана будто разучилась связно мыслить. Затаив дыхание она прошептала:

– Немыслимая красота. Это… Такое возможно?

– Наверное. – Дарина глядела на бескрайние пейзажи не менее поражённо. – Здесь же кругом турбазы, дачные посёлки… Не припомню, чтобы поблизости была долина. Но это ещё интереснее!

Она оживлённо повернулась к Диане и схватила её за руку:

– Идём посмотрим, что там дальше!

– Ты уверена? – Диана плелась вслед за подругой, не особо возражая. Дарина не ответила, продолжая шагать по заросшей тропе. В знойном мареве русые пряди переливались белым шёлком – даже было страшно, что выгорят под пеклом.

Вместе с тёплым дуновением тянулась пряность – Диана словно ощущала, как чистейшие кристаллики воздуха с ярко выраженными оттенками диких трав оседают на языке. Такой воздух опьянял разум, навевая мечты о далёком.

Ухабистая дорожка совсем затерялась в плотных зарослях, и теперь девушки аккуратно ступали по траве, оглядываясь по сторонам. В изумрудную шаль вплетались ростки тысячелистника, как драгоценное украшение, вдалеке беззаботно покачивались высокие стебельки.

– Как же тут прекрасно! – восторженно пролепетала Дарина, приложив руки к груди. – Здорово было бы устроить здесь пикник.

– Точно. – Диана ощущала нарастающую свободу этого места. От страха не осталось и следа. – Жаль, я не взяла с собой фотоаппарат.

Впрочем, никакой оптический глаз не сравнится с настоящим, созерцающим красоту наяву.

– Можно будет летом после экзаменов собраться. Позвать Глеба и Софу.

– Вот обязательно нужно было вспоминать об экзаменах? – Диана поморщилась. – В таком-то замечательном месте.

Лишь одна мысль о том, что вскоре придётся покинуть эту нетронутую человеческой рукой благодать, вводила в тоску.

– Прости-прости, больше не буду!

– Кстати говоря, – спохватилась Диана. Дарина оторвалась от раздолий, приготовившись слушать. – Тебе не казалось поведение Глеба в последнее время странным?

– Есть немного, – кивнула она.

– Взять хотя бы недавно. Когда я сказала, что мы едем к тебе на дачу, он мне просто вздохнуть спокойно не давал: всё время названивал, спрашивал время, а перед самой поездкой ещё раз написал и уточнил, точно ли всё в силе. Но по итогу в последний момент заявил, что не сможет с нами поехать. Не похоже на него.

– Ой, – отмахнулась Дарина. – Это наверняка из-за его новой подружки.

– Подружки?

– Ну посуди сама. Он же вообще перестал с нами видеться, хотя раньше мы все были не разлей вода. И вылазку на дачу уж точно бы не пропустил! Наверняка контролирует беднягу. – Она сочувственно покачала головой, заведомо наделяя девушку Глеба званием тирана.

– И ты уверена в этом? – со всей скептичностью уточнила Диана. Решительный кивок подруги вызвал усталый вздох, и тогда она добавила с нескрываемой иронией: – А что насчёт Софы? Тоже во власти ужасного парня-монстра?

– А как же ещё? – удивлённо отозвалась Дарина.

– Да как ни посмотри, у тебя кругом виноваты вторые половинки.

– Потому что от них одни проблемы. Ведь раньше мы были так дружны! А сейчас что? Ты-то, надеюсь, не бросишь меня?

– Да куда уж мне… – Диана потянулась к высоким стеблям, раздуваемым ветром. Те неестественно резво качнулись в ответ, словно предупреждая о чём-то, но она не обратила на это внимания.

– Вот и славно. Кстати! Раз уж мы заговорили о вторых половинках…

Диана отвлеклась от цветов и посмотрела на лучшую подругу.

– Твой возлюбленный больше не приходил?

Наваждение разбилось вдребезги. Диана споткнулась о раскидистую кочку и едва удержалась на ногах, чуть не полетев в травянистый ковёр.

– Хватит его так называть! – воскликнула она, потирая место ушиба и морщась от боли. – Говорила же: он просто показался мне необычным, поэтому и обратила внимание. Только и всего.

– То-то ты не вылезаешь из библиотеки, – мечтательно протянула Дарина. – В надежде, что он снова заглянет туда…

– Вот ещё! Я всегда там к экзаменам готовлюсь. И вообще, это было так давно, классе в десятом… или одиннадцатом? Не помню. Столько лет уже прошло, но ты всё никак не можешь забыть ту историю. Вот и рассказывай тебе после этого.

– Просто я надеялась, что ты встретишь его ещё раз. Всё не оставляю надежды, что это настоящая любовь с первого взгляда. Как в книжках. Ты ведь и песню ему спела! Как там? Да, точно: «Как лилия средь камышей, возникший ангел средь чертей…»[1]

– Хватит! – Диана тут же стала краснее мака. – Не напоминай об этом позорище.

– Прости… – растерялась Дарина. Она всей душой верила, что судьбе положено сводить любящие сердца, несмотря на преграды, поэтому её горестный вздох можно было расценить как дружеское сочувствие.

– Не волнуйся.

Диана давно привыкла успокаивать других людей, которые почему-то считали, что ей непременно плохо в одиночестве. Вот только сама Диана неполноценности от этого не ощущала – ей было более чем комфортно. Но она всё равно свыклась с тем, что другие её… жалеют? Или правда желают счастья?

Она ободряюще дотронулась до плеча поникшей подруги:

– Меня давно уже не тревожит история минувших времён. Это было сто лет назад. А ты вот увильнула от моего вопроса.

– А, ты об этом. – Потягиваясь, Дарина вдохнула воздух полной грудью и улыбнулась. – Просто не хотела при родителях говорить. Они не одобряют моих «вольностей», считая, что девушке положено…

Она резко замолчала. От воспоминания о родителях, вспыхнувшего каким-то странным огнём в груди, стало не по себе. Показалось, что в этой безмятежности недостаёт какого-то важного фрагмента, словно несколько кусочков покинули зыбкую память. Автомобиль… Автомобиль, что ждал их. Где? В лесу. И дача. Там они совсем недавно отдыхали. Город, заволакивающий непреодолимой тоской… Родители, опять же. Всё, что осталось снаружи, как будто выветривалось из головы, а чужая, дальняя сторона распускала нити, плела узоры, с радостью встречая потерявшихся путников.

Не сговариваясь, подруги обернулись. Сердце ухнуло в пятки. Их накрыл немой ужас. Такой, что невмоготу ни кричать, ни как-либо ещё выражать замешательство. Обе бледнели и зеленели попеременно.

Тоннель пропал. Как и бесконечный тенистый лес вместе со всеми соснами, зарослями и бурьянами. На горизонте, откуда они совсем недавно пришли, расстилалась бескрайняя пустошь, обрываясь холмистой грядой на стыке с небом. Солнце беспощадно резало глаза.

2. Нападение и новые союзники

-Что происходит? Мы не могли так далеко уйти! Куда всё делось?

Дарина дёрнулась вперёд, чтобы разрушить обманчивый мираж, но Диана остановила её рывком, призывая к здравомыслию.

– Это очень странно… – рассуждала она, потирая виски. Непослушные ореховые пряди упали на глаза. – Так не бывает. Сколько мы тут находимся?

– Я не уверена. Ощущается как минут двадцать, но… Послушай, у тебя не было чувства, будто ты забыла о том, что нам нужно немедленно возвращаться?

– Было! – с жаром подтвердила Диана. – У меня это будто из головы вылетело.

– И что теперь? Мы заблудились?

– Похоже на то. Но даже если и так, мы не могли уйти настолько далеко, чтобы целый лес пропал из виду. Куда же он провалился?

– А что, если за холмами? – предположила Дарина, указав в ту сторону, откуда, как им казалось, они пришли. – Наверное, мы сами не заметили, как перешли их.

Они обе понимали, что всё это звучит нелепо, но других логичных объяснений попросту не находилось. Так и застыв посреди небольшого склона, они осматривали чужие земли, пытаясь определить, куда двигаться дальше. Ветер раздувал волосы, шевелил края летней одежды. В воздухе витало цветочное благоухание, словно ничего страшного не случилось.

От зоркого глаза Дианы не укрылся тоненький столб фиолетового дыма, вившийся меж холмов впереди. Она воскликнула, указав в ту сторону:

– Дар, смотри! Может, там деревня?

– Да, похоже, – откликнулась та.

Подруги сошлись на том, что разумнее всего добраться до ближайшего села и разузнать точный путь, ведущий к дороге в город, чтобы вновь не заблудиться. Однако, если быть совсем уж честными, каждая пребывала в смятении, подозревая, что ничего сносного из этого не выйдет. Произошло что-то странное, необъяснимое, но они не осмеливались озвучить догадки вслух. Проговорить такое – значит поверить, а пока молчишь, сохраняется зыбкая надежда на то, что ещё можно что-то исправить.

Выжженная зноем трава окончательно съела тропу и вскоре возвышалась уже по голень. Девушки шагали вперёд, держась расплывающегося в яркой голубизне дымка. Отгоняя приставучих насекомых и щурясь от слепящего солнца, они миновали склон. Округу накрывала всё та же спокойная тишь. Если бы только не чувство вины, что давило в груди непреодолимой тяжестью…

– Бедные родители, – горестно вздохнула Дарина, когда они остановились. – Места себе не находят, наверное…

– Сейчас-то что об этом говорить. – Диана устало плюхнулась на мягкую полевицу. Поправив подол джинсового сарафана, она начала растирать икры. – Я говорила тебе, что не стоит туда ходить. Говорила? Предупреждала, что твои родители ждут нас?

– Как будто я знала, что произойдёт такое!

Словесная перепалка продолжалась недолго: девушки вмиг умолкли, когда тишину вспорол глухой звериный рык. Диана дёрнулась. Вскинула глаза на лучшую подругу и тут же поднялась, забыв об отёкших ногах. Она отыскала Даринину руку и схватила её похолодевшие пальцы. Подруги растерянно оборачивались по сторонам в надежде, что это был обман слуха.

– Что это было? – шёпотом спросила Дарина.

– Собаки?.. – неуверенно предположила Диана.

Они почти поверили в это разумное и безобидное объяснение, но рык повторился, размножившись угрожающим эхом. Звук становился ближе. Зашевелились стебли полыни, какофония воев смешалась, зашлась визгливым лаем. В тревожном предчувствии девушки попятились назад, но ноги словно приросли к земле. Мышцы и вовсе сжимались противной судорогой.

Стебли вздыбились и разошлись. В первую секунду удалось выхватить лишь едва уловимое движение, но тут из зарослей вырвалось несколько крупных существ. Подруги громко взвизгнули. Страх прополз по телу холодной змеёй. Существа, отдалённо похожие на чертей из страшных сказок, скалились и мчались прямиком на свою добычу. Алые глаза, налитые кровью, сверкали пустотой. Их можно было бы принять за одичавших собак, вот только изогнутые рога ломали всю картину.

Очередное утробное рычание обрушилось на плечи молотом и отрезвило Диану. Она наконец пришла в себя. Схватила остолбеневшую подругу и понеслась стрелой куда глаза глядят. Чудища нагоняли, истошно рыча, и каждый удар лап отскакивал от сердца, впивался в гортань когтями, пытаясь разодрать мягкую плоть.

Прежде чем кто-либо успел что-нибудь понять, Диана с воплем рухнула на землю. Дарина обернулась, её взгляд на несколько долгих секунд ослепила промелькнувшая молния. Чудище схватило Диану за ногу, с лёгкостью впилось зубами в кожу, и тотчас же поляну накрыл душераздирающий крик.

Злая режущая боль вспыхнула где-то внизу, парализуя всё тело. Диана продолжала истошно кричать, бездумно отмахиваясь. Зверь отцепился, вырвав несколько кусков мяса. Тёмно-алая кровь оросила зелень небрежными пятнами. Перед глазами всё расплылось, Диана впала в агонию и скорчилась в мучительных судорогах. Сердце лихорадочно скакало. И прежде чем беспамятство утянуло в топкую бездну, заплывший взгляд успел разглядеть Дарину, исступлённо рыскавшую по земле в поисках «оружия».

Звуки слышались отдалённо, словно через плотный пузырь. Казалось, тьма накрыла со всех сторон, приятно остудив сознание, и душа готова была отдаться в желанные объятия, как вдруг чернота рассеялась. Тёплый прилив растёкся по груди. Понадобилось время, чтобы сообразить: тепло исходило от серебряной цепочки под футболкой. Оберег… Странный, незнакомый раньше жар ласково рассосал жгучую боль, упрятал страх на задворки сознания.

Резкая вспышка света отбросила чудищ на большое расстояние.

Комок на груди раскалился до того, что казалось, там навсегда останется ожог. Преодолевая слабость, Диана опустила взгляд, и в раздвоившихся сетях морока увидела витую рукоять меча. Впору было испытать смертельный ужас, ведь это странное нечто торчало прямиком из груди, однако она почувствовала лишь недоумение. И облегчение, потому что никаких следов ожога не осталось. Диана вдруг чётко осознала, что оружие вовсе не пронзило её насквозь – оно появилось из серебряного амулета, который всегда был рядом с ней в роли оберега от неудач!

Диана из последних сил встала. Рана яростно горела, кровь стекала по ноге. Плевать. Она должна спасти их жизни, пока не стало слишком поздно. Иного выхода не было. В беспамятстве Диана схватилась за холодную рукоять, вызволила меч из серебряного камня и рассекла им воздух. Монстр, подскочивший к испуганной Дарине, и оружие растворились в пространстве, словно их и не было.

Для Дарины время шло иначе. То замирало, то тянулось отвратительно долго. Перестав различать реальность, она поняла лишь то, что каким-то чудом осталась цела, и заковыляла к Диане на дрожащих ногах. Та находилась в полуобморочном состоянии и едва дышала, сжимая ладонью нагретый оберег. На болезненно-бледном лбу проступила испарина.

Дарина кое-как разодрала подол своей туники, скатала валиком пару бесформенных тряпок и зажала рану, из которой безостановочно хлестала кровь.

– Что же делать… Что делать?!

Диана отдалённо улавливала звонкий голос подруги, тающий в бессознательном вакууме. Она тяжело закашлялась.

– Господи! Ты жива! – вскричала Дарина, не веря своим глазам.

Но радость оборвалась очередным рыком. Всё кончено. Они не успеют ни убежать, ни хотя бы увернуться. Дарина беспомощно прижалась к подруге, и обе поняли: это конец. Всему. Их спасению. Их будущему. Их жизням. Никто не поможет им выбраться из этой передряги. Смерть неминуемо приближалась с утробным рыком и тянулась слишком медленно, слишком мучительно. Ожидание смерти хуже самой смерти. Как оказалось, умирать вовсе не страшно – страшно ждать. Когда последние мгновения растягиваются, отчаянно цепляясь за поверхность, а холодный замогильный спрут уже ползёт, не оставляя шанса. Ещё немного, и он схватит своими ледяными щупальцами, утянет в бездну навсегда.

Беспощадный конец всё не наступал, и с осознанием этого до ушей перепуганных девушек донёсся бодрый клич:

– Пшли вон!

Затем показалось шевеление и раздался треск.

– Прочь, – презрительно отрезал второй голос. Баритон этот был более сдержан и холоден.

– Доигрались, скоты! – задорно поддержал первый, после чего снова поднялась волна шума, сопровождаемая яркой вспышкой.

Диана приоткрыла свинцовые веки и повернула голову, пытаясь разглядеть сквозь расплывчатую пелену два силуэта. Увиденное мгновенно вырвало её из оцепенения. Для верности она поморгала несколько раз, но странное видение не исчезло. Напротив, явственно подтвердило реальность происходящего.

Двое юношей храбро и – как могло показаться в горячечном бреду – с удовольствием сражались с монстрами. И всё бы ничего, да только у одного из спасителей за спиной были белоснежные ангельские крылья, а у другого – чёрные, как беззвёздная ночь, демонические. Ладони ангела светились голубым пламенем, и яркие всполохи окружали надоедливых чудищ плотным кольцом. Демон же направлял на обезвреженных его напарником монстров рыжий огонь. Существа безжалостно сгорали, крошась пеплом, словно чахлая осока.

Дарина, всё ещё не понимавшая, почему до сих пор жива, ошарашенно уставилась на пришельцев. Раскрыла рот, пытаясь что-то спросить, но язык сделался неподатливым. Диана же давно перестала чувствовать боль из-за мощного всплеска адреналина, накрывшего тело шоком, но нарастающая слабость мешала ей отчётливо понять, что происходит.

Внезапно боль вернулась, в глаза словно бросили горсть колючего песка. Диана уронила голову на землю, сжав зубы. Дарина, кажется, успела забыть об увечьях подруги и повернулась на слабый стон с удивлением.

– Что же делать… – Дарина отбросила пропитанную кровью тряпку и зажала кровоточащую рану пальцами. Она умоляюще воззвала к подруге: – Ди, пожалуйста, только держись! Слышишь меня? Нельзя уходить… нельзя…

Диана прерывисто дышала, теряя сознание. Лихорадка сдавила её, ослабила пульс. Тело покрылось по2том.

– Пожалуйста, пожалуйста, пожалуйста! – повторяла Дарина как заклинание. Русые пряди испачкались чернотой, рассыпались по красному от слёз лицу. – Прошу тебя!

Всплеск.

Кончики пальцев вытянулись, зажглись теплом под яркими лучами солнца. Дарина испугалась, но не убрала ладони. Ведь в них, сжимавших распоротую рану пальцах, оставалась последняя надежда! И пока они оттягивали исход, можно было верить, что всё ещё наладится. Обойдётся. Не убирать руки. Не убирать. Держать до последнего, что бы ни произошло.

И тут Дарина заметила поразительную вещь: рана начала затягиваться как по мановению волшебной палочки. Медленно между собой сплетались сухожилия, затем сцеплялись мышечные волокна, а когда начал сужаться кожный покров, Дарина ощутила в теле необъяснимую силу и направила поток энергии на заживление оставшихся рубцов. Кожа стянулась, оставив вместо кровоточащей раны шрам. И он был таким безобидным, словно остался после неудачного падения на штырь. Дарина дёрнула пострадавшую подругу за плечо, сомневаясь в ясности своего сознания.

– Что за…

За спиной всё ещё раздавались звуки разъярённой битвы. Чудовищ отбрасывало в разные стороны, и перед тем, как сгореть в огне, они заливались жалобным воем. Первый юноша был возбуждён и сражался с азартом, а вот движения его напарника, напротив, оставались бесстрастными, точно он делал всё это для галочки.

Когда всё стихло и вокруг не осталось ни одного монстра, подруги всё ещё сидели на земле, затравленно наблюдая за спасителями, облик которых не поддавался разумному описанию.

Юноша с ангельскими крыльями выглядел невозмутимым. Волосы удивительного пепельного цвета были взъерошены, серые, почти прозрачные глаза сверкали беспечностью, а кожа светилась белизной, ещё сильнее подчёркивая серость глаз. И белизна эта казалась не болезненной, как у пострадавшей Дианы, а какой-то… благородной. Одежда и вовсе была странной, напоминающей старинную: длинный плащ, болотный камзол с высоким воротником и неудобными пуговицами, холщовые штаны, чересчур свободная обувь.

Второй же юноша являл собой полную противоположность первого. И если крылья ангела выглядели величественно, то его, угольные, нависали словно скалящаяся пасть. Благо хоть экипировка была проще: свободная рубаха с высоким воротником да обычные штаны. И никакой обуви. Босые ступни шли по земле твёрдо и бесстрашно, что казалось чем-то революционным. Смоляные волосы прикрывали часть бескровного лица, и на фоне этих мрачных очертаний особенно чётко выделялись ярко-жёлтые глаза, в которых сквозила холодная неприступность.

Оба были решительны, смелы и самоотверженны. И совсем не походили на обычных парней-подростков, хоть и выглядели довольно молодо. Прям под стать героям книги, по-другому и не скажешь. Когда юноши приблизились к девушкам, крылья за их спинами растворились в воздухе.

– Вы как? – спросил пепельноволосый.

Подруги не сразу поняли, что вопрос адресован им. Они толком не успели отойти от пережитого ужаса, как на них снова обрушилось что-то невразумительное. Когда молчание затянулось, первой решилась заговорить Диана:

– Н-нормально. – Она запнулась сразу же на первом слове. – Спасибо вам… я… мы… они…

Да, над речью стоило поработать. Всё-таки не каждый день чудом избегаешь смерти.

– Ой, да не стоит, – отмахнулся юноша-ангел, как будто это было для него обычным делом. Диану изумила эта уверенная лёгкость в его словах.

Тяжёлый взгляд демона заставил его умолкнуть и виновато взлохматить пепельную шевелюру.

– Ранены? – Если бы не сильное потрясение, девушки разглядели бы в его лице заледенелую сухость и вряд ли бы осмелились отвечать. Но Дарина вскочила, забыв обо всех странных вещах, которые на данный момент отодвинулись для неё на последнее место.

– Да! Её ногу сильно поранили! Пожалуйста, помогите нам…

Пепельноволосый приблизился к Диане и уселся прямо на землю, деловито осматривая шрам на её ноге от коленки до щиколотки. Серые глаза скользнули чуть выше и задержались на её лице. Он смотрел с хитрым прищуром, за которым Диана разглядела задорное лукавство, будто тот удостоверился в чём-то. Юноша провёл пальцами вдоль затянутой раны, и Диана дёрнулась.

– Ай! – Вспыхнувшая боль полностью перекрыла мысль об этом странном уделённом ей внимании.

– Больно? – виновато спросил он, убрав руки.

– Больно…

Пока ангел изучал то, что раньше было разорванным ранением, демон обратился к Дарине:

– Ты лекарь?

– Я? – искренне изумилась она. – Нет, что вы, я не… Слушайте, я не знаю, как это вышло, но, когда я дотронулась до раны, она начала затягиваться. И после этого образовался шрам. Та тварь вырвала из её ноги часть мяса…

От воспоминаний к горлу подкатил тошнотворный ком, и Дарина всеми силами старалась проглотить его. Впрочем, демон проигнорировал её реакцию.

– Это же целительная магия. – Ангел оторвался от ранения и поднял взгляд на Дарину. Угрюмый напарник подтвердил его вывод сдержанным кивком.

– Магия? – Диана переводила недоумённый взгляд с подруги на спасителей. – Вы шутите?

Всё увиденное ранее она считала бредом, настигшим её в лихорадке.

– Нет, – ответил немногословный демон, по виду которого нельзя было сказать, способен ли он вообще шутить. – Ей удалось вылечить тебя благодаря своей силе.

– Ничего не понимаю… – растерянно пробормотала Диана.

– А ты, как я погляжу, инквизитор? – Ангел приблизился к Диане вплотную, разглядывая серебряный амулет на её шее. В другой раз она бы сочла это неслыханной наглостью, но сейчас лишь удивлённо повторила:

– Инквизитор?

– Ага, кто ж ещё! Мы издалека почуяли магию инквизитора и поспешили на её зов. Так мы вас, собственно, и нашли.

– Точно! – Диана уставилась на пепельноволосого, который казался более благосклонным, и это подсознательно вселяло доверие.

Она аккуратно сняла с шеи оберег, с которым не расставалась со школы, и передала ему в руки. Ангел внимательно осмотрел украшение. Вещица выглядела как обычный амулет: поверх серебряного камня вырисовывался заострённый выпуклый меч с огранкой из витиеватых символов на ребристой рукояти.

– Перед тем как потерять сознание, – продолжила она, – я почувствовала, как серебро нагрелось. Возникла вспышка света, и чудища отлетели. А потом…

Она поколебалась, не зная, стоит ли озвучивать всё, что выдумало её воображение в полубредовом состоянии. Вдруг сочтут сумасшедшей? Хотя какая разница? Они все тут сумасшедшие, судя по увиденному.

– Потом появился меч… Настоящий! Из амулета! Как в сказках!

Ну вот, теперь они рассмеются и скажут, что в их планы не входило помогать двум умалишённым… Куда им тогда пойти?

– Ну, что я говорил? – Ангел повесил оберег обратно на шею Дианы. И откуда он взялся, такой самоуверенный? – Это и есть магия инквизитора. Ты так удивляешься, как будто никогда не использовала её.

Диана не нашлась что ответить.

– А что это были за существа? – подала голос Дарина.

– Крахнийцы, – пояснил демон. Таким тоном обычно произносят слово «падаль».

– Крахнийцы? – снова беспомощно повторила Диана, которой уже становилось стыдно за то, что она постоянно переспрашивает, казалось бы, очевидные для этих людей вещи. Вероятно, они сочтут её необразованной и глупой, но что ещё оставалось? Она действительно ничего не понимала!

– Так… – с сомнением протянул демон, одарив девушек надменным взглядом. – Вы кто?

– Мы оказались тут случайно, – принялась оправдываться Дарина. – Гостили в соседней деревне. Вышли прогуляться по лесу, когда ехали в город, и наткнулись на лесной тоннель. В общем, мы заблудились. Вы подскажете нам, как найти обратную дорогу? Или, может быть, поблизости есть больница?

Юноши взглянули друг на друга, вскинув брови. Ангел виновато понурился, а демон ограничился безразличным выражением лица. Диану насторожила их реакция. Она попыталась встать, но ноги тут же подкосились. Ангел в последний момент успел подхватить её под руку и аккуратно усадил обратно на землю.

– Видимо, мы опоздали, – сказано это было в адрес демона.

– Что я могу сказать? Нам конец. – Тот устало потёр переносицу.

Подруги ничего не поняли. Пепельноволосый повернулся к Диане спиной.

– Запрыгивай.

– Что? – смутилась она. – Не стоит, правда. Я сама могу…

– Да прыгай уже! – перебил он, не желая церемонничать. – Для начала нужно доставить тебя к лекарю.

Диана забралась на спину спасителя и, обхватив его плечи, неловко буркнула:

– Спасибо…

– Как зовут-то вас? – оживился он.

Девушки только сейчас поняли, что до сих пор не знают имён своих спасителей, и поочередно представились, а затем уточнили, как к ним можно обращаться.

– Алексайо Кайлестис[2], – с достоинством назвался ангел, подкинув свою ношу на спине. Но как только выпрямился, гордыня пропала и он дружелюбно добавил: – Можно просто Алекс.

– Сергиус, – прозвучал лаконичный ответ демона. Подруги уже догадались, что он не был склонен к оживлённым разговорам.

– Алекс и Серёжа, значит… – задумчиво сказала Диана, которую начало клонить в сон от усталости.

– Что за нелепое имя? – Впервые на неживом лице демона проступило негодование.

Дарина смущённо пожала плечами, что-то ответив, но Диана уже не услышала. Голоса попутчиков доносились до неё отдалённо, смешиваясь со странными тягучими образами в голове. Она крепче обняла шею спасителя и уткнулась в крепкое плечо. Сквозь дремоту она улавливала запах мяты и чего-то родного, будто давно забытого. Запах, который действовал на неё успокаивающе и словно оберегал от всего плохого на свете. С этими странными мыслями Диана провалилась в сон.

3. Тёплый приём

Путь оказался неблизким. Сквозь полудрёму сознание так и норовило расписать отчётливые картины собственной комнаты и очертания лиц давно заждавшихся родителей. Обрывки доносившихся слов, свежесть долины и дух свободы бескрайних земель разбивали мираж вдребезги. Зажившая рана пульсировала, отдаваясь ноющей болью вдоль ноги. Раскрыв глаза в очередной раз, Диана обнаружила, что ставший привычным пейзаж сменился холмистой местностью. Солнце постепенно уползало к лиловому горизонту, оттуда же налетели рыхлые облака, расплескавшись по небу.

Судя по всему, шли они уже довольно долго. Однако на то, чтобы засы́пать странных попутчиков вопросами, у Дианы не оставалось сил. Под укачивающую тряску и монотонные голоса сопровождающих она то и дело проваливалась в лёгкое забытьё. Лишь когда они миновали холмистый перевал и впереди показался тот самый дым, Дарина заговорила:

– Я всё же хотела бы спросить: куда именно мы идём?

– В паре лиг отсюда находится наша гильдия. – Алекс взглядом указал в сторону дыма. – У нас есть лекарь, самый талантливый и лучший во всех окрестностях. Он вылечит ногу Дианы, а заодно и посмотрит на твой дар.

– «Лиг»? – только и переспросила Диана.

– Подождите, вы сказали «гильдия»? – Дарина с опаской посмотрела на ребят. – Но ведь в наше время их давно уже нет… Что происходит? Где именно мы находимся? И вы можете объяснить, куда исчезло то лесное урочище, откуда мы пришли?

– Знаешь, как бы правильно сказать… – Послышался настолько унылый вздох, будто он собирался с духом, чтобы признаться в краже. – Сейчас вы находитесь уже не в своём мире.

– Что?.. – Дарина побледнела.

В мыслях Дианы кружил водоворот, разговор доносился до неё отчётливо, однако что-то выспрашивать не было сил.

– Вы на О-де Гельсии, – пояснил Сергиус, бросив на Дарину сдержанный взгляд жёлтых глаз, отчего та слегка вздрогнула, сама не понимая почему. – Тоннель, по которому вы решили прогуляться, – ей показалось, что сказано это было с упреком, – это проход между вашим миром и нашим.

– То есть вы хотите сказать, что мы попали в волшебный мир? – Дарина потёрла виски, пытаясь осознать сказанное. – Простите, в такое трудно поверить вот так сразу. Мне казалось, что волшебники, ангелы, демоны – это всё просто фантазии людей.

– В вашем мире нет магии? – Алекс уставился на неё так, словно она сообщила об отсутствии кислорода в мире людей.

– Нет, – пожала плечами Дарина.

– Какая суровая реальность… – ужаснулся он. – Как же вы тогда живёте?

– А разве без магии нельзя жить? – растерянно спросила та.

– Не могу себе представить. Ведь только на ней держится баланс между природой и человечеством!

Дарина и приоткрывшая веки Диана переглянулись, но так и не придумали, что ещё можно сказать.

– Значит, врата ведут в обычный человеческий мир, – вмешался Сергиус явно не из желания объяснять, скорее ему надоел этот пустой разговор. – В технический, поэтому магия там не важна.

Алекс покачал головой и окинул Дарину полным сострадания взглядом.

– Наверное, глупо такое спрашивать или, скорее, поздно, но… Ребята, а кто вы такие?

– Даже не знаю, что ответить. – Алекс подкинул свой груз, вновь растормошив Диану. – Как-то я не привык представляться. Обычно нас всегда узнают и принимаются вопить, стоит нам появиться. – Тут он усмехнулся: – Если так подумать, то вы первые, кто с нами вежливо разговаривает. Даже необычно!

– Это потому, что мы правда не знаем, кто вы, – улыбнулась Дарина, на что Алекс посмеялся.

– Демон, рождённый в огне, – бесстрастно сказал Сергиус, в голосе которого не слышалось ни намёка на бахвальство. Он был словно насквозь пропитан жгучим отвращением ко всему миру.

– Ох… – только и смогла выдавить из себя Дарина. Хоть эти слова ей ни о чём не говорили, однако неосознанно заставили проникнуться уважением к юношам.

– А почему у тебя нет рогов? – поинтересовалась Диана.

– По-твоему, если я демон, то у меня из головы должны торчать рога? – в раздражении отрезал он, метнув пронзительный взгляд.

«Грубиян», – сонно подумала она.

– Не путай с дьяволом, – вмешалась Дарина. – Это у дьяволов есть и рога, и хвост, и даже кожа красная. Дьяволы – повелители ада, а демоны – прислужники, несущие в себе их волю. Они более коварны и хитры, а ещё очень умны. Могут принимать такой облик, который захотят. Зачастую человеческий.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.

Примечания

1

Стихотворение Оксаны Захаровой.

Вернуться

2

Caelestis в переводе с латинского – «небесный».

Вернуться