Кристина Кальчук
Училка

1

Словно сквозь толщу непроницаемой воды, до меня донесся грубоватый, немного нахальный голос:

– Сидеть! – приказной тон и вовсе оставил без слов.

Я нехотя подчинилась, медленно присев на твёрдую скамью в отделе полиции. Осмотрелась вокруг в поисках помощи, да только таковой не было и в помине.

– Гражданка Вероника Стоцкая, надеюсь, вы понимаете, в каком щекотливом положении находитесь?!

Захлопала глазами, пытаясь собраться и ответить хоть что-нибудь, да только, как назло, будто все слова растеряла. Смотрела на полицейского и понимала, что никто и ни за что не поверит, что я НЕ ВИНОВАТА!

Сглотнула собравшийся ком в горле и попыталась выдавить хоть слово в своё оправдание.

– Понятно, – махнул полицейский рукой, с особым рвением заполняя бумаги.

– Это все большое недоразумение, – осипшим голосом выдавила я, продолжая хлопать глазами.

Мужчина поднял голову, на секунду останавливая свою писанину, и с усмешкой воскликнул:

– Ну, конечно, конечно! Как я только мог такое подумать?! Хотя знаете, Вероника, действительно сложно поверить, что девушка с таким ангельским лицом и белокурыми локонами столь цинично, нагло и самонадеянно угнала полицейский автомобиль! – последними словами он буквально подавился, словно боясь произнести вслух.

Учитывая все обстоятельства и делая выводы, ясно стало одно: угнанный мною автомобиль с мигалками не принесёт особой чести отделению полиции. Я поняла, что бессмысленно что-либо доказывать, убеждать их в своей невиновности, лучше всего переиграть ситуацию и попробовать договориться.

Приподняв кулачок, легонько прокашлялась, привлекая к себе внимание. Мужчина в очередной раз вопросительно посмотрел на меня, и я, стараясь как можно шире улыбаться, произнесла:

– Понимаю, вы в недоразумение совершенно не верите, но я вашу машину не угоняла, – заметила его вновь насупленный взгляд и быстро проговорила, приподняв ладони вверх, – хорошо, хорошо! Я всего лишь хочу заметить, что для нас обоих лучше будет не выносить на всеобщее обсуждение этот инцидент, а попробовать договориться! Сомневаюсь, что вас украсит слава о том, как молодая женщина угнала полицейский автомобиль! – закидывая удочку, я безумно надеялась, что этими словами не сделала хуже.

Мужчина скрипнул зубами – мне было это отчетливо слышно. Стало ясно, что мои слова попали в точку.

– Вы только недавно прибыли в наш город, а уже успели отличиться, – скорее констатировал, нежели спросил он, – Что вам привело сюда и чем собираетесь заниматься?

– Я учитель…

– Кто?! – не сдержал он своего смешка.

Покачав головой, кинул на меня взгляд, в котором явно сквозило сомнение, и принялся дальше вносить в бумаги корявым почерком свою писанину.

– Да, старших классов, – я сделала вид, что не заметила его иронии.

– Да ну?! Сегодняшние подростки сожрут тебя в два счета! – он внезапно перешел на «ты», но я не стала ему возражать.

– Не сомневаюсь, что попробуют…

Не было смысла спорить с тем, кто заранее решил, что я – божий одуванчик. Нет, мне, конечно, лестно было считаться белой и пушистой, да только внешность обманчива.

– Бумажки эти видишь? Так вот, они благополучно перекочуют в мой собственный сейф. Можешь прочесть и подписать, – сунул он мне под нос свои каракули.

– Ну и что дальше?! – закатила я глаза, понимая, что так просто не отделаться.

– Можешь быть свободна. Это гарантия того, что не станешь распускать свой язычок. Ты права, недобрая слава мне ни к чему. К твоему огромному везению, выходка с угоном осталась незамеченной…

– Потому что это был не угон! – продолжала настаивать я.

– Свободна. Хотя нет, поможешь мне в одном деле.

2

Как объяснить человеку, что вовсе не собиралась угонять автомобиль?! Недоразумение настолько велико, что я буквально сдерживала смех от бессильного негодования. Так ловко меня еще не делали! Училка старших классов! А развели, как девочку. Смешно! Даже засомневалась в умственных способностях полицейского. Хотя, скорее всего, надо было поверить, что это подстава, и с серым веществом господина полицая все в полном порядке! А вот я, кажется, попала.

– Слушаю вас, – выдохнула, сжав челюсти.

– Да не боись ты! – хмыкнул он и продолжил: – Надо доставить небольшую посылку по точному адресу. Могу рассчитывать на твою порядочность?! – строго и как-то зло посмотрел на меня.

Хотелось спросить, почему сам не доставит, но я почувствовала, что вопрос сему фрукту не понравится. Нервно кусая щеку изнутри, все же уточнила:

– Почему я?!

– Потому что не я! – явно разозлился мужчина.

– Ну…

– Баранки гну! Тридцать первое декабря, а мне еще целую кучу бумаг оформлять! И ты здорово время урезала своей выходкой!

Я понятия не имела, как поступить, чтобы хоть как-то себя оправдать.

– Послушайте, может, не будем выходить за рамки приличий? – решила все же взбунтоваться.

– Мне плевать на твои рамки! Вот, – ловко протянул он небольшой сверток, – это ты доставишь вместо меня, сейчас адрес напишу. И чтобы без глупостей. Надеюсь, ты понимаешь, о чем я?!

Кивнула. Сглотнула. Его взгляд сейчас совершенно не казался полоумным, скорее, выглядел опасным. Как у хищника.

– Давайте, может, я завтра, ведь уже совсем поздно. А мне еще оливье…

– Подождёт тебя твой Оливье, а если нет, значит, он тебя не достоин. Сверток доставить сегодня – это срочно.

Я лишь тихо вздохнула, прекрасно понимая, что спорить бесполезно. Любые мои доводы будут им вывернуты наизнанку. Вместо салата оливье мне приписали некоего любовника с французским именем. Да о чем это я?! Даже сегодняшнее нелепое обстоятельство полицейский ловко выкрутил против меня. А я всего лишь отогнала на два метра автомобиль, и лишь потому, что под машину закатился так неудачно упавший брелок. Дорогой моему сердцу подарок покойного отца. Вот и нелепое недоразумение.

– Хорошо, – тяжело вздохнула, сжимая в кармане маленький брелок в виде новогодней игрушки.

Этот праздничный атрибут я таскала у себя в кармане или сумочке круглый год. Когда-то в старые добрые времена папа сказал, что новогодний шарик, который звенел при малейшем движении, – волшебный и приносит удачу. Я не знала, так ли на самом деле, но с любимым подарком больше никогда не расставалась.

– Умничка, училка. Надеюсь, ты понимаешь, что вскрывать чужие посылки…

– Не смейте меня унижать! – храбро перебила я его и продолжила: – Вы за кого меня принимаете?! Доставлю я ваш сверток в целости и сохранности.

– И правильно поступишь, – неожиданно серьезно проговорил он, – Думаешь, я испугался твоей угрозы?! У меня, как минимум, два свидетеля, и твои пальчики на баранке. Будешь плохой училкой, станешь зеков грамоте учить. Я понятно изъясняюсь?! – он навис своей огромной тушей над моей бедной испуганной душой. Понятно! Разве может быть иначе, когда тебе откровенно угрожают?!

– Понятно, – я осмелилась посмотреть в его злые глаза, скрывая дрожь во всем теле. Не стоит показывать свою слабость – этому меня успели научить, как бы ни звучало смешно, мои ученики. Иначе съедят вместо завтрака и не подавятся!

– Вот и славно! Кстати, ровно через две недели жду тебя у себя…

– А это еще зачем?! – нахмурилась я.

– Долг отрабатывать! Будет еще одна доставка, – выплюнул он.

Вот здесь бы включить, наконец, мозги и набраться храбрости отказать, но взгляд холодных серых глаз, напоминающий гранит, почему-то заставил проглотить поднявшееся возмущение.

Я неуверенно кивнула и решила, что пора давать деру. Пока небо не рухнуло на плечи, и мне еще чего не подкинули! Хороший подарок под Новый год, ничего не скажешь!

– Адрес, – протянул он сложенный вдвое листок бумаги, – вопросы?

– Мне что, просто прийти, ничего не говорить, не спрашивать? Должен же быть определенный человек, которому я отдам ваш сверток?

– Это адрес главного офисного здания в городе. Сейчас в кабинете будет лишь один человек, который ждёт посылку к новому году. Так что не подведи.

На согнутых ногах я пересекла полицейский кабинет, желая лишь одного: поскорее избавиться от груза, который мраморной плитой придавил мою грудную клетку. Сомневалась, что смогу дышать полной грудью, пока не доставлю злосчастный подарок. Время словно застыло, и, казалось, мои шаги вязли в параллельной реальности. Рука легла на дверную ручку, и я уже почти свободно вздохнула, как за спиной услышала:

– Училка!

Развернулась, выдавила дежурную улыбку, чувствуя себя школьницей в кабинете директора.

– С наступающим Новым годом, – подмигнул он мне, улыбаясь.

Злости как ни бывало. Выражение лица у полицейского вновь стало каким-то глупым, и я уже засомневалась во всем происходящем.

– С наступающим, – тихо ответила и убежала.

3

Задрав вверх голову, я с восхищением рассматривала высокое стеклянное здание. Интересно, из скольких этажей построен этот мощнейший гигант? Зимнее небо напоминало рваные огненные лоскутки. Уходящее солнце отражало оранжевые блики, и на занесенной снегом улице казалось, что на небе разлили вязкую пылающую лаву. Холодный воздух бодряще щипал нос и щеки, придавая натуральный румянец.

Время убегало с космической скоростью. Во многих окнах давно погас свет. Офисные работники разошлись по домам готовить тот самый оливье, который, видимо, мне сегодня не светил.

Уткнув нос в шарф, я решила более не медлить и двинулась вперед уверенным шагом. Стеклянная двухстворчатая дверь распахнулась передо мной, впуская внутрь и укрывая от предновогоднего мороза.

Нащупав в кармане листок бумаги, в которой раз решила убедиться, на какой этаж нужно подняться.

Двадцать пятый. Не хило и очень высоко. Особенно для тех, у кого полёт птицы не вызывает совершенно никакой радости. Скорее, наоборот, страх. Интересно, сколько нужно этажей для счастья?! Для моего личного хватило бы и одного. Поднимаясь на втором, третий, я уже чувствовала себя неловко и дискомфортно. Страх к высоте с годами перерос в самую настоящую фобию.

Пока веселила себя глупыми мыслями, ноги принесли меня прямиком к лифту. Очередной вздох – и рука нервно стянула шапку. Нетушки, ножками на двадцать пятый этаж я уж точно не добралась бы. Да и время поджимало. Набравшись храбрости, распахнула пуховую куртку – как будто мне от этого будет легче дышать! – и нажала кнопку вызова. Мучаясь от соблазна сбежать, буквально пританцовывала и замерла, как только двери лениво раскрылись передо мной. Прозрачные стены прямоугольной кабины лифта открывали вид внутреннего двора и идентичное здание напротив. Ну уж нет! Порывисто отскочив, я, словно испуганная зверюшка, завертела головой в поисках спасения – лестницы.

Лучше пройти двадцать пять этажей, чем оставить весь дух в этой стеклянной кабинке, которая словно издевалась, открывая и кидая к ногам всю высоту этого строения.

Радуясь, что здание почти полупустое, я бочком, маленькими шажками двинулась к двери, за которой предположительно находились ступени. Кинула настороженный взгляд на последних работников в страхе быть замеченной. Я не любила лишнее внимание, впрочем, как и миллион ненужных вопросов. Вообще не любила говорить о своих страхах, фобиях и недостатках. Хотя задержавшиеся сотрудники совершенно не обращали на меня никакого внимания. Все спешили домой, проводить старый год и встретить в кругу семьи новый.

У меня же семьи не было, и дома никто не ждал. Так что вполне спокойно можно было преодолевать двадцать пять этажей. И не помереть от страха, поднимаясь ввысь.

Идея покорить стеклянный Эверест, наконец, дала о себе знать. Дыхание сбилось, ноги не желали более подниматься, болели колени. Пришлось стянуть с себя всю верхнюю одежду. В итоге, когда я увидела заветную цифру этажа, ввалилась в коридор запыхавшаяся и растрепанная. Было уже плевать на то, что обо мне могут подумать. Скорее бы доставить новогодний подарок – и дело с концом.

На этаже, который я еще долго буду вспоминать, оказалось всего два офиса. Один – направо, другой – налево от лифта. Две величественные дубовые двери разделял коридор, покрытый ковролином. Осмотрев обе, я убедилась, что ни на одной из них нет таблички с именем и фамилией. Тот, кто поднимался на двадцать пятый этаж, точно знал, к кому прибыл в гости.

Я же растерялась и не представляла, куда пойти: направо или налево. Задача на миллион! Проклятый полицай не уточнил, а я по глупости не спросила. Желание сбежать было сильнее здравого рассудка.

Кажется, он говорил, что в офисах уже не будет никого, но вот меня дождутся. Отлично. Выбрав дверь, которая находилась слева, я осторожно прислушалась. Ничего. Хоть бы один шорох в подтверждение наличия хозяина офисного кабинета, который явно больше моей квартиры. Приложив к двери ухо, я молила о пощаде с небес.

– Ну же… – прошипела тихо под нос и отскочила, словно ужаленная, услышав позади себя насмешливое:

– Потеряли что или потерялись?!

Поспешно обернулась и увидела перед собой молодого мужчину. Слишком самоуверенного, с донельзя брутальным взглядом серых глаз. Ленивая и насмешливая улыбка вогнала мои и без того раскрасневшийся щеки в краску. Нахал смотрел так, словно раздевал своим взглядом, пробираясь под одежду. И, главное, не ради чего-нибудь постыдного, а так, из-за обычного любопытства. Не знаю почему, но это совсем выбило почву из-под ног, и я окончательно растерялась.

– Я…

– Да… – опять взгляд прошелся с ног до головы, и мне сразу захотелось спрятаться. Думать о том, насколько растрепанной выгляжу, было неприятно, – У кого-то знатно поменялись вкусы… Ангел по вызову? А что, самое то в новогоднюю ночь!

От этих слов стало не по себе. Поперхнувшись невысказанным возмущением, просто ляпнула:

– Я учительница…

– Училка? – внимательные серые глаза скользнули по моему лицу, а потом раздался громкий раздражающий смех.

4

Стараясь не обращать внимание на откровенное хамство, я повыше вздёрнула подбородок и с вызовом в голосе спросила:

– Не понимаю, что смешного?

Нахал вновь с интересом осмотрел меня с ног до головы и, словно заметив что-то важное, нахмурился. Смех оборвался. И уже внимательные глаза, которые напоминали своим цветом мокрый асфальт, более осознанно изучали мою персону.

– Ну, если присмотреться, ваша одежда действительно не похожа на ту, которую обычно… – он задумался, словно выискивая нужное слово.

– Носят прошмандовки? – окончательно разозлилась я.

– Можно и так сказать, или просто эскорт. Я так понимаю, вам сюда? – указал он на дверь, меняя тему разговора.

Неожиданная смена диалога, впрочем, как и само поведение незнакомого мужчины, озадачила. Присмотревшись внимательней, я сделала вывод, что незнакомец – примерно мой одногодка, может, на год младше или старше. Высокий, с темно-русыми волосами и глазами цвета свинцового неба. Выглядел он немного дерзко. Тот тип мужчины, которого, повстречав однажды, не сразу забудешь. Прямой лоб, высокие скулы и красивой формы губы, которые то и дело кривились в нахальной улыбке. Финансовый туз, как любила говорить моя матушка. Для себя же я его обозвала крестовым королем. Человеком, у которого явно никогда не было проблем с деньгами. Который не только знал себе цену, но и понимал, какое впечатление производит на противоположный пол. Играл чувствами хорошеньких легкомысленных девушек. Отогнав ненужные мысли, я включила учительницу и недовольным тоном произнесла:

– Не уверена, что именно сюда. Тут такое дело: меня настойчиво попросили доставить новогодний подарок. В адресе нет уточнения, какая дверь, налево или направо. Просто заверили, что меня ждут…

– Понятно. Значит, сюда, – еще раз окинув меня мимолетным взглядом, незнакомец уверенно взялся за ручку и, проведя электронным ключом, широко отворил дверь, пропуская вперед.

Стараясь не смотреть лишний раз на самоуверенного засранца, я вошла в огромный кабинет, оглядываясь по сторонам. Дорогая дизайнерская мебель, подобранная со вкусом, придавала помещению изысканности. Ничего лишнего: дубовый стол, заставленный офисными атрибутами, высокое кожаное кресло, в стороне кожаный диван шоколадного цвета, несколько таких же кресел и стеллажи с книгами и папками. На полу – ворсовый ковер кофейного цвета. Еще одна дверь, которая вела, скорее всего, в уборную. И больше ничего.

– Нравится? – раздался голос незнакомца позади меня.

Я еще раз осмотрелась в поисках хозяина кабинета. Не знала, кто пишет сценарий моей жизни, но чувство юмора у него явно имелось. Сколько ни вертела головой, никто так и не появился.

– Заурядненько, а хозяина нет? Может, мне напротив? – развернулась я к незнакомцу.

– Сомневаюсь, напротив кабинет секретаря, и он уже давно отсутствует. Вот большая двухстворчатая дверь и закрыта. Обычно в этот кабинет так просто не попасть, предварительно не побеседовав с Варей…

Получалось, двадцать пятый этаж полностью принадлежал одному и тому же человеку. Если я правильно поняла, дверь напротив была открыта в рабочее время, и там находился бдительный страх с именем Варя.

Собрав воедино информацию, я неуверенно спросила:

– Я правильно понимаю, сверток нужно было доставить вам?

– Нет. Моему отцу, – неохотно ответил наглец, прищурив свой взгляд.

– И что мне теперь с ним делать?! – совершенно растерялась я, не то от возникшей ситуации, не то от его изучающего взгляда.

Крестовый король надменно вздёрнул бровь, и уголки губ вновь насмешливо поползли вверх. Но это было уже не смешно. Подростки, конечно, здорово меня закалили, но всему существовал предел. Да и тот факт, что я находилась один на один в огромном кабинете, а может, и во всем здании с высокомерным молодым мужчиной, заставлял чувствовать себя не в своей тарелке. И вообще, это была далеко не привычная мне атмосфера школы. Там я чувствовала себя значительно проще. Каждый знал, что я педагог, и в случае чего придется отвечать за неподобающее поведение.

– Оставьте сверток на столе, думаю, отец спокойно может его открыть и после Нового года. Вы с ним разминулись, мне пришлось вернуться, я забыл свой мобильный телефон.

– Ну, не знаю, мне велели отдать в руки владельцу. И вообще заверили, что меня дождутся…

– Послушайте, на носу – новогодняя ночь, не думаю, что отец планировал встречать праздник в кабинете.

Озадаченная в конец, я бросила мимолетный взгляд на стол, где царил рабочий беспорядок, и, не придумав ничего лучшего, оставила сверток там, как и советовал наглец.

– Если вас не затруднит, я бы не отказалась от стакана воды.

Просить что-либо у этого напыщенного засранца, не было никакого желания. Вот только подъем своими ножками на двадцать пятый этаж возымел результат.

Незнакомец виновато закрутился вокруг стола.

– Простите, совсем не подумал предложить вам выпить, – почесав затылок, он взял графин с водой и, налив прозрачную жидкость в два хрустальных массивных стакана, один из них протянул мне.

– Спасибо, – я чуть было не облизывалась от жажды.

– Жаль, кроме воды мне больше нечего предложить, горячие напитки, впрочем, как и горячительные, находятся в кабинете секретаря.

– Да, помню, Варя, – ляпнула я, залпом выпивая прохладную воду.

Незнакомец слегка приподнял стакан, словно в мою честь, и медленно опустошил его.

– Спасибо, думаю, мне пора, – я вернула стакан владельцу и неуверенно улыбнулась.

– Пожалуй, мне тоже надо торопиться, – с этими словами мужчина осмотрелся в поисках своего мобильного и, отыскав гаджет, присвистнул.

– Пятьдесят два пропущенных звонка и десять сообщений! – недовольно пробурчал он и нахмурился.

– Видимо, вас с нетерпением ждут в эту волшебную ночь, – слетела с моих губ очередная глупость.

Продолжая хмуриться, незнакомец что-то раздраженно пробурчал. Разобрать нецензурное возмущение мне не удалось, но стало понятно, что он совсем не рад такому напору.

– Черт, батарея почти на нуле…

– Я пойду, – пробормотала неуверенно, чувствуя себя неловко.

Мужчина словно очнулся и поспешно заверил меня, догоняя возле двери:

– Я вас провожу.

– Что вы, я знаю, где находится выход, – мне сразу же захотелось избавиться от навязчивой компании. Неожиданно пришло осознание, что еще придется преодолевать нескончаемое количество ступеней вниз. Это, конечно, было не так сложно, как вверх, вот только я не знала, как на мой поход отреагирует крестовый король. Видеть в его глазах очередную насмешку не было никакого желания.

– И все же я настаиваю, тем более, мне пора, и спускаться с симпатичной учительницей куда приятней, чем в одиночестве! – с легкой издевкой в голосе произнёс нахал, открывая передо мной тяжелую дубовую дверь.

5

Влад

– Послушай, мы еще долго будем здесь торчать?! Ты меня, конечно, прости, но я рассчитывал на семейный ужин. Новый год все-таки.

Осмотрев с пренебрежением кабинет отца, я в который раз пожалел о том, что пришел. Наши отношения за последнее время ухудшились. Наладить хрупкое равновесие, видимо, стало невозможным.

– Ты зря пришел, – отмахнулся он. Голос у отца был властный: высокий, на одной ноте. Когда отец применял такой тон, казалось, он намеренно отгораживается.

Дурацкая идея попытаться склеить то, что давно уже разбито.

– Это важно для меня, я собираюсь сделать предложение Свете…

– Влад, ты издеваешься? – он посмотрел на меня, как на ребенка, и продолжил: – Послушай, не усложняй мне жизнь. Ты еще не созрел для брака. У меня сегодня законный праздник, и я его хочу провести в приятной компании двух цып. Лучше присоединяйся и набирайся опыта. В девятнадцать лет в наше время не женятся…

– Но ведь ты женился? – настаивал я.

– И что?! Где теперь мы с твоей матерью?! Каждый живет своей жизнью…

– Я – не ты! – вспылил, вскакивая с кожаного кресла.

– Вот именно, ты – не я и совсем еще зелёный. Наберись опыта, да хотя бы школу закончи! Жениться он собрался, – отмахнулся отец, переключая свое внимание на мобильный телефон.

– Школу я не окончил из-за тебя! Ты намеренно меня отослал к черту на кулички, когда решил развесить с мамой и поделить имущество!

Сжимая челюсти, я едва сдерживался от того, чтобы не вспылить. Умение вывернуть все наизнанку отец впитал с молоком матери, и если решал что-либо, изменить его мнение было не под силу никому.

Лениво отложив телефон в сторону, он бесстрастно посмотрел на меня и таким же равнодушным, как и взгляд, голосом сказал:

– Нахрена тебе эта школа, если твой красный диплом лежит уже у меня в сейфе? И я тебя на год отправил в наш филиал управлять фирмой. Поверь, там ты большему научился, чем в школе, где вас учат всякой фигне. Мне следовало не слушать твою мать и еще мальчишкой отправить тебя за границу, учиться по ускоренной программе. Тебе давно пора занять кабинет рядом…

В этом весь он. Слышит только себя, поступает, как считает нужным, не советуясь со мной. Так же случилось с моей командировкой в один из наших филиалов. Отец ловко ввёл меня в заблуждение. И короткая командировка неожиданно затянулась на год. Пока я пытался разгрести накопившиеся нерешенные вопросы и проблемы, мой предок благополучно развелся, оставляя маме наш семейный дом и некоторые средства на первое время.

Меня же он решил пристроить к себе в фирму, не выяснив, чего на самом деле хочу я. К семейному делу давно подключил, там я на самом деле чувствовал себя, как рыба в воде. С четырнадцати лет так и не начавшаяся толком подростковая жизнь закончилась. После школы я должен был сразу явиться к отцу, и он, как наставник, постепенно внедрял меня в святое святых. Только я не совсем хотел того, чего желал он. Для начала мне, как и всем моим ровесникам, хотелось окончить школу, потом поступить в университет и только потом взять за дело отца. Бунт особого результата не приносил. Понимая, что обязан помогать маме содержать дом, я не мог позволить себе плюнуть на отца и его уставы. Да и он сам никогда не позволил бы мне плыть своим течением. Я был единственным наследником, и на меня возлагались большие надежды. Так мы и пытались жить дружно и почти счастливо.

– Мы с тобой это уже раз обсуждали. Школу я закончу, и плевать, что пришлось остаться на второй год повторно. Но этот год я отучусь, а потом поступлю на заочное в университет. Найму репетиторов и с их помощью смогу работать и учиться…

– Всему, что нужно, я тебя сам научу! – настаивал он.

– Это я уже слышал. Будь добр, не меняй тему разговора. Еще раз, я могу на тебя рассчитывать сегодня?!

В кармане завибрировал мобильный. Сжав зубы, я достал телефон и мельком взглянул на экран. Звонила Светка. Переживала, наверное, все-таки впервые я собирался привести ее в наш дом. Официально.

– Не приду, – бросил отец.

Опешив, я положил телефон на дубовый стол и в очередной раз вскочил на ноги. Измеряя широкими шагами просторный кабинет, начинал злиться не на шутку.

– Неужели тебе плевать?!

– Как раз-таки наоборот! Мне не плевать! И Светка твоя эта – прошмандовка! Прежде чем заводить какие-либо отношения, наведи справки и только потом кидайся в пропасть с головой. Она только спит и видит, как окольцевать главного холостяка нашего города. Думаешь, она замуж хочет, эта малолетка сопливая?! Она твоих денег хочет!

Резко остановившись я уперся взглядом в предка и, не скрывая злости, отрезал:

– Нормальные люди не начинают отношения с проверки и наведения справок…

– А ты ненормальный и никогда не принадлежал к обычному народу. Ты – наследник многомиллионного состояния. Будущий владелец огромного холдинга. Твоя рожа в каждом журнале… Наша фамилия занимает не последнее место в форбс. У тебя вереница достойных невест, а ты на какой-то Светке решил жениться?!

Он вскочил, более не сдерживая себя. Упираясь кулаками в стол, буквально испепелял меня взглядом.

– Конечно, я ненормальный, и это – благодаря тебе! Даже не могу завести девушку, так как все время подозреваю, что нужен не я, а, как ты выразился, многомиллионный наследник. Твои девицы – такие же охотницы за лучшей жизнью, избалованные настолько, что дальше своего носа ничего не видят. Светка с самого начала была со мной честна, и, как ни странно, я ей доверяю!

– Доверие?! И это все?! А потом твоя гармонь взбунтуется, и ты запоешь о любви, при этом успев наградить парой-тройкой наследников? Знаешь, мне плевать, она не достойна войти в нашу семью. Это во-первых, во-вторых, ты слишком еще молод, чтобы связывать себя брачными узами. Тебе девок надо трахать и каждый день их менять. Жизнью наслаждаться. Кстати, об этом, я новогоднюю ночь проведу в замечательной компании и тебе советую.

– Ты неисправим. Хорошо, я понял, на ужин не приедешь и, когда пробьет двенадцать, тоже не явишься. А знаешь, – остановился я, взирая на предка, – мне не нужно твое благословение. Я хотел, как лучше, а оказалось, как всегда!

– Влад, этой свадьбы не будет! – сверкнул глазами отец.

6

Прокручивая в голове разговор с отцом, я не сразу заметил симпатичную блондинку, которая забавно приложилась левым ухом к двери, ведущей в кабинет. Решил, что нежелательный диалог со мной выкурил предка из офиса прежде, чем к нему успела прийти очередная игрушка. Я знал, что мой отец после развода с матерью не заводил серьезных отношений. В принципе он этого и не скрывал, откровенно заявляя, что предпочитает дорогой эскорт ванильным отношениям. Обычный секс и девочек, которые любят деньги. Никогда не доводилось ранее сталкиваться с представительницами прекрасного пола, которые дарили свои ласки за деньги, но был наслышан, что имеются дорогие агентства, где можно выбрать самых разных девушек, вплоть до прежде нетронутых девственниц.

Непонятно почему, но эта белокурая красотка именно такое вызвала впечатление. Ее заявление, что она училка и никакой не ангел по вызову, подбросило пикантных картинок. В паху неожиданно стало тесно. Чертовка в образе ангела, играющая в учительницу, здорово сумела разжечь к себе интерес. Захотелось узнать, насколько она хороша. Не зря мой предок пользовался услугами ночных бабочек. Испепеляющий взгляд и надменным голос еще больше подогрели интерес. Однако мысль о том, что я похожу на своего отца, тотчас охладила так некстати восставший пыл.

Белокурая девушка-ангел переживала за какой-то никчемный сверток. Непонятно, что там передали моему отцу, и почему она так суетилась в новогоднюю ночь. В принципе, мне было плевать. Пусть сам разбирается, что к чему, меня интересовало другое. Я продолжал глазеть на девушку и пытался понять: она хорошая артистка или действительно не узнала меня. Не то чтобы был в восторге, когда буквально при встрече мне вешались на шею, но обычно так и происходило. Особенно после того, как в СМИ вышла статья с моими фотографиями и подробным описанием будущего наследства. Эта выходка отца взбесила до такой степени, что захотелось уехать на край света. Хотя бы на первое время. Я даже выйти никуда не мог – тут же находилась кучка фанатов и соблазнительниц.

Так увлекся разгадыванием тайны белокурой девушки, что не сразу сообразил предложить ей стакан воды, пока она с раскрасневшимися щеками сама не попросила. В кабинете отца, к сожалению, не было бара, только вода в его личном графине на столе. Сознание в очередной раз полоснула противная мысль, что я не прочь угостить блондинку чем-то более крепким. Глядишь – растает ледяная броня, и ангел сама повиснет у меня на шее.

Странное желание, учитывая, что я собрался вечером сделать предложение Светке. Скорее всего, просто цепляло равнодушие в голубых глазах. Давно не встречал подобного. А вот когда незнакомка решила сбежать, не смог устоять, чтобы не броситься следом за ней. Впрочем, телефон я забрал, и мне давно было пора.

– Прекрасная незнакомка, постойте! – окликнул девушку уже в широком коридоре.

Блондинка замялась, украдкой поглядывая на дверь с пожарной лестницей. Она что, правда решила ею воспользоваться, чтобы сбежать от меня?! В другой бы ситуации я, наверное, порадовался. Но сейчас это почему-то задело самолюбие.

– Вы что-то хотели? – вежливо улыбнулась она.

Слишком вежливо, слишком холодно. Весь ее вид говорил об одном: чтобы я шел своей дорогой. Ну, или куда подальше, только в любезной форме.

– Я же сказал, что провожу! – получилось как-то грубо, хотя плевать, блондинка намеренно делала вид, что не узнает меня и что я ей безразличен. И это бесило, не давая покоя.

– И я вам ответила, что не надо! Сама найду выход, – она в очередной раз кинула взгляд на дверь.

Теряя остатки рассудка, я крепко схватил девушку за руку и потянул к лифту. Нажал на кнопку, и дверки тотчас уверенно распахнулись, словно нас и ожидали.

– Что вы делаете?! – запоздало возмутилась блондинка.

Девушка попыталась выскочить из небольшой прозрачной кабины, куда я силой ее затащил, но дверь легко закрылась прямо у нее перед носом.

Не теряя надежды выбраться, блондинка, словно в лихорадке, начала нажимать на все имеющиеся кнопки.

Озадаченный ее поведением я хотел было сказать, чтобы она успокоилась и что я не кусаюсь, только лифт как-то странно дёрнулся и остановился.

– Т-ты! – развернулась она лицом ко мне и ткнула пальцем. В ее глазах плескался самый настоящий ужас.

– Спокойно! – поднял вверх руки показывая, что не намерен делать ничего плохого.

Но не успел заверить, что все хорошо и скоро нас спасут, как блондинка накинулась на меня с кулаками. Такого я точно не ожидал. Маленькими кулачками она молотила по мне, пока ее взгляд не упал на стеклянную стену за моей спиной. Резкий вскрик – и она уткнулась лицом в мою грудь, разрываясь в истерических рыданиях. Озадаченный в край, я оторвал ее от себя и встряхнул за плечи.

– Эй, ты чего?! Только не плачь…

Незнакомка закрыла глаза и всхлипывала, как ребенок. Не придумав ничего лучше, я притянул ее к себе и настойчиво впился поцелуем в губы. Это единственное, что пришло на ум. Сначала ничего не изменилось. Казалось, незнакомка даже не поняла, что на самом деле происходит. Напирая губами, я захватил ее лицо в ладони и настойчиво ворвался языком в горячий ротик. Жгучая лава стремительно разлилась по венам. В груди перехватило дыхание, в паху задеревенело и мучительно запульсировало от безумного желания. Оно было настолько сильным, что я даже позабыл о том, что собрался жениться. Девушка, кажется, затихла, с жадностью вкушая мои губы. Время остановилось. Мы так увлеклись, что вниз полетела наше верхняя одежда. Руки сжимали упругие ягодицы ангела, прижимая к затвердевшему паху. Поцелуи стали настолько дикими, что нам обоим не хватало воздуха.

Неожиданно громко раздалась телефонная трель, и я успел пожалеть, что включил звук на смартфоне. Не обращая внимания, мы продолжали целоваться с таким упоением, словно это были последние минуты нашей жизни. Желание сделалось слишком острым, слишком ярким и ненасытным, почти мучительным. Вслед за звонком прилетело два сообщения, и я, непонятно каким образом, все же разорвал объятия.

Смотрел в глаза порочного ангела и отчетливо видел в них необузданное желание. Поволоку в голубых глазах. Раскрасневшиеся губы немного припухли и, казалось, требовали продолжения. Теперь я понимал отца и его пристрастие к подобному типу женщин. Они умело манипулировали и разжигали огонь в крови с такой силой, что впору забыть собственное имя.

– Черт, – рваное дыхание со свистом вырвалось из груди. Желание обладать этой плутовской прямо здесь, на полу лифта, жгло с невероятной силой. Какая, к черту, Светка, когда эти пухлые губы сводили с ума, и единственная мысль, которая меня не покидала, была о том, чтобы увидеть их на головке моего члена.

– Черт! – повторно сорвалось с моих губ, пока блондинка смотрела в никуда и пыталась натянуть расстегнутую блузку.

Возбуждение не проходило. Наоборот, продолжало нарастать с губительной силой.

Чтобы прийти как-то в себя, я нервно достал мобильный: звонил отец. Черт! Надо было срочно выбираться из этой полупрозрачной коробки. На улице давно стемнело, и с высоты птичьего полета открывался потрясающий вид переливающегося огнями города.

Я набрал отца, но кажется, он уже вовсю развлекался, не дождавшись ответа. Длинные гудки раздражали, желание мучало, продолжая жечь пах. Вскрыл сообщения, чтобы отвлечь себя хоть как-то и обуздать нереальное влечение.

Посмотрел на экран телефона, пытаясь разобрать буквы, и, наконец, справившись с этой проблемой, в очередной раз громко выругался:

– Твою ж…

Опустив руку с мобильным, вновь уставился в ироническое сообщение отца: «Влад, тебя только за смертью посылать! Я уехал, меня ждут мои крошки. Кстати, из-за твоей выходки совсем забыл о главном, так что, если не желаешь пахать всю ночь вручную, не пей водицу из пруда, не то станешь козленочком» Насмешливые эмодзи и продолжение: «Там хорошая порцайка виагры, а твоя хиленькая Светка сделана не из того теста!» В конце – опять смеющиеся и плачущие эмодзи.

Экран вновь ожил, звонила Света. Но не успел я нажать на кнопку принятия вызова, как телефон нагло потух, окончательно разрядившись. Виагра! Я почему-то почувствовал себя тем самым эмоджи, который смеялся и плакал, а желание разрывало так, что впору было спустить штаны и пахать вручную.

7

Такое чувство, что я канула в губительную пропасть. Покорно, головой вниз, до самого донышка. Что именно привело к такой реакции: страх высоты, адреналин или, может, этот молодой мужчина? Жаркие губы, настойчивые руки и запах парфюма с легким оттенком едва уловимого амбре кожи и сигарет.

Сложно объяснить то безумие, что накрыло нас обоих. Могла сказать только одно: телефонный звонок, который остановил пьяное исступление, не принес облегчения. Желание, словно огненный жгут, свернулось кольцом внизу живота и не отпускало. Наоборот, нарастало с немыслимой силой.

– Черт… – в который раз выругался незнакомец, отбросив с лица волосы.

Я с жадностью ловила каждое его движение. Яркие вспышки возбуждения приносили негу и словно били небольшими разрядами тока, но не давали совершенно никакой разрядки. Я нуждалась в большем. В удовлетворении. В горле опять пересохло. Безумно хотелось пить, но в моей сумке кроме советского шампанского ничего больше не было. Хотя нет, еще была надкушенная черная шоколадка.

– Мы надолго застряли? – не узнала я свой охрипший от страсти голос.

Незнакомец нажал на кнопку вызова диспетчера, вот только тщетно. Тридцать первое декабря – какой там диспетчер?

– Диспетчер не отвечает, мой телефон отключился, так что придётся воспользоваться твоим. Если не возражаешь.

Когда только мы успели перейти на «ты»? Когда целовались, как безумные, или поспешно пытались сорвать с друг друга одежду?

В этот самый момент мне нужно было бы, как минимум, покраснеть, остановиться, но все происходило ровным счётом наоборот: в груди заныло, а внизу живота разразился самый настоящий пожар.

Что со мной?! Почему единственное, о чем я сейчас могла думать, – это о продолжении плотских утех? Даже не сразу поняла, что мужчина попросил мой мобильный. Тело настаивало на немедленном продолжении, не в силах сопротивляться. Возможно, виной тому был губительный страстный взгляд. Мужчина будто вместе со мной находился в ловушке запретного желания. Серые глаза медленно блуждали по моему лицу, словно касаясь губ, потом скользили по скулам и спускались вниз к бешено пульсирующей жилке на шее.

Я так же, словно помешанная, следила за ним и от предвкушения приоткрыла губы. Казалось даже, издала при этом едва уловимый вздох. Мужчина сделал резкий шаг навстречу, но сдержал себя, и я заметила, как сильно он сжал кулаки. Очевидно пытается бороться с тем, в чем я уже проиграла, – с желанием.

Понимая, что от меня чего-то ждут, я опустилась на колени и начала вытряхивать сумку в поисках телефона.

Вначале выпала и опасно булькнула бутылка шампанского. Вслед полетели разные мелочи: помада, записная книжка, надкусанная шоколадка, ключи от квартиры и несколько пустых фантиков от леденцов. Телефона не было. Я быстро ощупала карманы, но и там оказалось пусто. Сглотнув, понимала мрачность ситуации, в которую попала. Заперта в двух квадратных метрах с мужчиной, от которого буквально било током. Током наслаждения и страсти. Тяжело дыша, я медленно и нехотя подняла свой взгляд на незнакомца. Он стоял, широко расставив ноги и так же тяжело дышал. Смотрел на меня, покорно сидящую на коленях, и громко сглатывал, шумно вдыхая воздух.

– Скорее всего, я забыла его в отделении полиции.

Непонятно, оправдывалась я или просто вслух сделала вывод. Незнакомец крепче сжал зубы и произнёс загадочную для меня фразу:

– Ясно, значит, я не ошибался…

Было в этих его словах что-то болезненное. Как будто он слегка разочаровался. Только в чем? Быть может, у него имелись совсем другие планы на новогоднюю ночь. И просидеть закрытым в лифте с незнакомкой в эти планы не входило. Некстати вспомнилось, что именно по его вине я оказалась в ловушке. Мужчина намеренно втянул меня. Поднявшись, я со страстью в голосе, которую все никак не могла преодолеть, сказала:

– Вашей ошибкой было насильно затащить меня в лифт! – нарочно решила продолжать наш диалог на «вы».

– Я… – сделанный шаг сократил губительное расстояние между нами, и я снова ощутила на губах его жаркое дыхание.

Мы словно продолжали сражаться взглядами. Адреналин гнал лаву по венам, и я не знала, каких сил мне стоило не наброситься на мужчину с новыми поцелуями.

– Вы правы, простите, – сорвалось с его губ, и он отвернулся.

В последний момент успела заметить, что ему это далось нелегко. Казалось, он так же сильно желал продолжения безумию, но что-то его остановило. Не дало накинуться на меня с тем голодом, который успела почувствовать ранее.

Устремив свой взгляд на ночной город, мужчина продолжил:

– Как бы там ни было, я виноват.

Неужели в голосе прозвучало сожаление? Сложно судить, когда в лифте не хватало воздуха, чтобы свободно дышать полной грудью. Витал соблазнительный запах, продолжая дурманить голову. Где-то глубоко внутри была задета капризная струна души, и виной стало не то, что он затащил меня сюда, а то, что сейчас отвернулся и боролся с собой. Это задевало. Даже если в трусиках все намокло, я старалась призвать самообладание и вести себя так же: попытаться игнорировать мужчину.

Развернулась к панели с кнопками, сделав вид, что внимательно ее изучаю. Отыскала кнопку диспетчера и нервно нажала. Ничего. Повторяла и повторяла нажатие, только все было тщетно.

– Нет никого, это и неудивительно, скоро полночь… – раздался за спиной глуховатый голос, и по позвоночнику поползли мурашки. Хрипотца царапнула слух. Дыхание снова сбилось, а сердце понеслось галопом.

Я медленно развернулась. Меня уже не пугала высота, наоборот, ночной город завораживал и, казалось, еще сильнее разжигал полыхающий внутри пожар. Я видела в глазах незнакомца отражение того же огня и понимала, что он горел ничуть не меньше моего. Сдерживался, тем самым вынося приговор нам обоим. Будто подкидывал в пламя сухого хвороста.

– Сколько осталось до Нового года?.. – сорвались мучительные слова с моих губ. Продолжая смотреть мне в глаза, мужчина поднял запястье с дорогими часами и, лишь на мгновение оторвав взгляд, произнес:

– Четыре минуты…

Четыре минуты до полуночи. Я медленно опустилась на колени, скованная юбкой-карандашом. Снова увидела, как мужчина сглотнул и в два счета оказался передо мной. Перехватил мою руку, которой я взялась за бутылку шампанского.

– Я сам…

Откупорил уверенным движением, зажимая ладонью пробку. Где-то вдалеке раздался приглушенный бой часов. Полночь. Разорвался первый фейерверк, осыпая яркими огнями бархатное небо.

– С Новым годом, – прозвучал совсем рядом тихий шепот незнакомца.

– С Новым годом, – так же тихо повторила я.

Его ладонь разжалась, отпуская пробку, и маленькое пространство заполнил громкий выстрел шампанского, а затем последовал неминуемый фонтан брызг. Теплый, хорошо взболтанный золотистый напиток окатил нас с ног до головы, срывая последний предохранитель.

8

Влад

Сложно устоять перед опытной соблазнительницей, а под эффектом возбуждающего препарата – и подавно.

Еще в кабинете отца я успел отметить пикантные формы незнакомки. Даже верхняя одежда не смогла скрыть пышной груди и округлых бедер. Целуя ее в первый раз, чуть не сдох, когда мои руки сначала сжали тонкую талию, а потом переместились на бёдра. Белокурая соблазнительница не возражала, и, продолжая утопать в ее поцелуях, я позволил себе скользнуть руками к шелковой блузке. Восхищению моему не было предела. Девушка с лицом ангела обладала поистине телом настоящей порочной соблазнительницы.

Мысли о Светке иногда отрезвляли мой воспаленный мозг, но нижнее воспаление было неизлечимо. Водица из графина отца давала побочный эффект, и, как я ни старался удержать своего цезаря, был просто не в силах сопротивляться естеству.

При этом девица здорово добавляла перца. Оставшись в одной шелковой блузке и узкой юбке до колена, она выглядела так порочно, словно выпрыгнула из порнофильма. Настоящий профф в ролевых играх. Для полной картины не хватало длинной указки вместо гибкого жгута.

Я всегда считал, что такой вид секса не для меня. И не испытывал совершенно никакого интереса к проституткам, пусть даже дорогим и элитным. Вот только отцу, как всегда, удалось пошатнуть мой мир. Словно нарочно все подстроил. Устоять перед этой искусительницей оказалось очень сложно. Я видел страсть в ее глазах. Страсть на губах. Она дышала громко и тяжело. С ее губ срывались вздохи, которые щекотали мои и без того бедные яйца. Сдерживать себя становилось не только тяжело, но и болезненно.

Бутылка шампанского и то не выдержала, излилась почти полностью на грудь порочного ангела. Мокрая блузка прилипла к ее телу, выставляя напоказ все то, что я успел нарисовать у себя в голове.

Посмотрев в бутылку, я взболтал остатки напитка, разочарованно вздохнув. Похоже, напиться не получалось.

– Осталось всего ничего, буквально по глоточку, – произнесла незнакомка с сожалением, закусив нижнюю губу.

О ее губах я мог бы написать отдельный рассказ. Пухлые, они напоминали сочную клубнику. Были такими же сладкими и душистыми. Вкушая их снова и снова, я, тем не менее, не представлял, как утолить голод.

– Держи, после тебя, – протянул ей бутылку.

Незнакомка подняла на меня свои огромные голубые глаза. В свете ночного города и полумрака лифта на ее бледном личике они сияли, словно звезды. Красивая. Жаль, что продажная. Неужели так сильно любила секс, что решила выбрать самую древнюю профессию? Я не привык судить людей за их выбор и то, как они предпочитали устраивать свою жизнь, но и принять некоторые вещи был не в силах.

– Спасибо. Кстати, где-то тут у меня имеется надкушенная шоколадка…

И эти ее слова про надкушенную плитку шоколада затащили в очередную сексуальную фантазию.

Перехватив запястье, я поднес к губам и нежно поцеловал в центр ладони. Порочный ангел затаил дыхание в ожидании моих действий. Пышная грудь волнительно вздымалась, провоцируя все мое естество. Понимал, что этот бой проигран. Больше не было сил сопротивляться безумному влечению. Смышленая незнакомка явно читала в моих глазах все то, что я собирался проделать с ней. Поспешно приложив к розовому ротику горлышко бутылки, она сделала глоток и поспешно протянула мне.

А я не мог оторвать от нее своих глаз. Видел один огромный соблазн. Мокрая блузка, пышная грудь, приоткрытые губки и глаза кометы.

Опрокинув в себя теплое шампанское, откинул в сторону бутылку и, притянув чертовку к себе, припал губами к ее шелковистой шее, слизывая вкус напитка. Кто сказал, что не получится напиться? Да здесь непочатый край работы!

9

Быстрыми ловкими движениями незнакомец расстегнул пуговки на моей блузке. Жадное дыхание щекотало не только ставшую слишком чувствительной кожу, но и нервы. Прохладные пальцы скользнули под ткань, нежно касаясь ложбинки, потом поверхности груди и, не робея, проникли в кружево бюстгальтера.

Волна наслаждения прострелила позвоночник, кидая от удовольствия в дрожь. Негодяй, довольный моей реакцией, сжал отяжелевшую грудь и вновь припал жадными губами к шее.

Острые яркие ощущения накрыли с головой. Откинув голову назад, я простонала, понимая, что назад уже дороги нет. Происходящее пугало и в тоже время безжалостно затягивало, словно в бездонную воронку страсти. Похоть раздирала напополам все заложенные с детства уставы. Каждый раз, когда где-то отдаленно пробегала мысль, что надо остановиться, внизу живота вспыхивало пламя похлеще прежнего. Запретный плод сладок.

– Сладкая и такая вкусная… – тихо шептал мужчина.

Его слова подчиняли, и я, словно послушная девочка, выгибалась под умелыми и настойчивыми ласками. Закусив губу, старалась сдерживать рвущиеся из груди стоны. Безумно хотелось поцелуев, таких, что сносит башню. Так, как целовал меня, впервые подчиняя своей воле. Правда, он не спешил срывать поцелуи. Его губы исследовали грудь, а руки постепенно подбирались под юбку.

В очередной раз в мозг ворвалась трезвая мысль, что если я не собираюсь останавливаться, то надобно хотя бы воспользоваться презервативами. Умелые пальцы коснулись моего лона, срывая очередной стон.

– Постой, – прохрипела, слегка отталкивая его.

– Не могу… Я хочу тебя…

И эти слова, словно выстрел в пустую бутылку, снесли какие-либо сомнения, превращая в миллион осколков.

– Хорошо, только с защитой, – выдохнула я и утонула в его бесовских, затуманенных страстью глазах.

На секунду он растерялся, а потом, осознав, о чем я, слегка отстранился и, недолго думая, поднялся на ноги. Из заднего кармана достал презерватив в яркой упаковке.

– Ты об этом? – повертел в правой руке резинку, расстегивая левой рукой штаны.

Затаив дыхание, я, словно обезумевшая, смотрела на него снизу и буквально облизывалась, ожидая продолжения. Приподнявшись слегка, села на колени. Распахнутая нараспашку блузка открывала вывалившуюся из кружева грудь. Соски затвердели, напоминая маленькие пуговки.

Мужчина неспешно расстегнул ширинку, высвобождая своего гиганта. Я ошеломленно смотрела на довольно-таки большой мужской орган с приоткрытым от изумления ртом.

– Прежде чем я натяну эту гадость, хочу почувствовать твой шаловливый ротик у себя на члене, – произнес приказным тоном, да так, словно сдерживался, чтобы не накинуться и не подмять меня под себя.

Играл. Впрочем, судя по всему, нам некуда было спешить, да и ласки – одна из главных составляющих качественного секса.

Неожиданное стечение обстоятельств подарило мне страстного любовника в новогоднюю ночь. Какой существовал процент того, что это может случиться повторно? Нулевой! Страсть, поглотившая нас в тесном помещении, была сравнима с безумием, от которого сложно отказаться. Здесь и сейчас находились только он и я, и больше наши дороги не пересекутся. Так почему не кануть на самое дно, отведав запретного?! Сделать раз в жизни то, что в нормальном цивилизованном обществе недопустимо? Стянув с себя блузку, я наклонилась вперед, захватывая в рот головку члена и осторожно начала посасывать. Расставив шире ноги, мужчина довольно засопел. Понимание того, что ему нравится, прибавили смелости и, отогнав окончательно смущение, я принялась делать минет мужчине с таким упорством, что сама почти достигла оргазма. Чувствуя себя самой настоящей порнозвездой, набрала такие обороты, что даже не подозревала, что умею такое.

Тихое сопение мужчины перешли в рычание.

– Достаточно, – резко отстранился он и одним движением поднял меня на ноги.

Развернув к себе спиной, заставил упереться о стенку лифта и медленно провел ладонью по ягодицам, обтянутым юбкой.

– Что тут у нас? Обалденная задница… Раздвинь ножки, принцесса, теперь моя очередь доставлять тебе наслаждение.

Я повиновалась его приказу, полностью отдаваясь во власть. Расставила ноги и слегка прогнула спину от удовольствия. Одним резким движением незнакомец задрал вверх юбку и, довольно присвистнув, сказал:

– Чулочки… Неожиданно, хотя… Порочная сладкая девочка…

10

Чулки. Несмотря на время года, я предпочитала носить именно их. Привычка и, главное, удобно. Всегда старалась придерживаться дресс-кода, и блузка с юбкой до колена, а то и ниже, были неотъемлемой частью меня. Мой гардероб состоял из разнообразного количества юбок и разных блузок пастельных цветов. Изредка натягивала брюки, но не особо жаловала.

– Да ты настоящая соблазнительница. Такая скромная и порядочная… – обжег горячий голос в области шеи.

Смелые касания этого мужчины воспламеняли животное желание, пробуждая что-то древнее и естественное. Смущение или неуверенность уступили место соблазну, желанию получить, наконец, наслаждение…

Хотелось впиться в молодое тело и зарядиться сексуальной энергией партнёра. Казалось, мне не хватает его настойчивых и умелых рук, жадных и требовательных губ. Тело словно обезумело и требовало большего.

Руки наглого и порочного незнакомца гладили и сжимали ягодицы. Плавным движением он подцепил бикини и оттянул, резко отпуская. Кожу слегка обожгло, и новая волна наслаждения накатила с такой силой, что я сильнее отодвинула попу. Массируя ягодицы, он одним безумным движением разорвал мои трусики и уперся большим пальцем в анус. Задохнувшись от такого напора, я закусила губу, проглатывая рвущиеся надрывные стоны. Очередное нажатие на попку – и я уже не могла сдерживать себя. Просто не могла, стоны срывались сами по себе, как ни кусала губы в попытках удержаться. Мужчина гладил и продолжал сжимать мою попку и неожиданно легонько, но настойчиво шлепнул по заду. Ошалевшая от таких игр, я хотела возразить, но он ловко вбил ступню меж моих ног, разводя их пошире. Свободной рукой нажал на поясницу, прогибая меня в спине, и я послушно наклонилась. Рука скользнула по открытому лону, он довольно зарычал и одним яростным движение ворвался внутрь.

У нас обоих вырвался стон облегчения. Сильнее выгнув спину, я сжала вагину от удовольствия, чувствуя его пульсирующий член.

– Никогда не думал, что игры могут быть такими безумно сладкими. Твоя попка и стройные ножки в чулках мне будут сниться… Скажи, что хочешь меня, – требовательно отдал он приказ. Не просил, а именно приказывал.

Промычав что-то невразумительное, я продолжала кусать губы.

– Говори, иначе наслаждение станет сладостной пыткой! – прозвучал очередной приказ, а потом мужчина медленно вышел, покидая мое лоно.

Шлепнул по ягодицам – и опять одним движение ворвался, наполняя меня собой.

Хотелось кричать от наслаждения и стонать так, словно я обезумела, только слова все никак не желали срываться с моих губ.

– Не слышу! – он снова медленно покинул лоно и так же медленно вошел, будто испытывая нас обоих на прочность.

– М-м-м… – продолжила я свою игру, не собираясь говорить тех слов, которые от меня требовали.

Очередной хлопот по ягодицам оказался немного сильнее прежнего. Волна наслаждения пронзила все тело, и я, двигая попой, закричала:

– Еще! Не останавливайся…

– Как знаешь, детка!

И мужчина выполнил просьбу, с рычанием сквозь зубы начав в бешеном ритме вбиваться в меня на всю длину.

Яркая и незабываемая новогодняя ночь. Разве могло быть иначе в обществе красивого нахала?!

Я не знала, сколько мы резвились, убивая друг друга. Кажется, я рухнула без сил, когда на горизонте показалась полоска рассвета. Ночь уступила место новому дню в новом году.

В голове неожиданно пронеслась мысль о глупой поговорке: как встретишь Новый год, таким будет весь последующий. Сказать, что я этого желала, было бы откровенным лукавством. Незнакомец оказался хорош и страстен, но совершенно неутомим. Собравшись с последними силами, я, прежде чем отключиться, все же натянула на себя одежду, напоследок закутавшись в куртку. После того, как все же боги смилостивились и лишили нас, наконец, сил, в кабинку постепенно начал пробираться холодный воздух.

Незнакомец лениво оделся, следуя моему примеру, и сел рядом на пол. Усталость свалила нас обоих буквально сразу. Я не знала, сколько мы проспали, но проснулись от того, что кабинка неожиданно резко дернулась и плавно поплыла вниз. Вскочив на ноги, удивилась, что они меня еще держали. Ночка-то была жаркая! Незнакомец потер глаза и громко зевнул. Нехотя поднимаясь на ноги, пару раз выругался себе под нос, расправляя затекшие мышцы, и пробормотал:

– Лучше бы продолжали изучать камасутру! Отдых на полу, кажется, отнял у меня больше сил, чем славный секс с порочным ангелом, – после этих слов дверки лифта медленно расползлись в стороны, и я увидела ошарашенное лицо девушки в больших круглых очках для зрения. Она смешно поправила их, словно не веря в увиденное, и промямлила:

– Утречко. С Новым годом, – переводила она взгляд с меня на нахала, который медленно поправлял одежду и, – о, боги! – кажется, застегивал штаны.

Щеки девушки заалели, да и мои тоже. Пряча взгляд, я подняла свою сумку и решила убрать улики нашего праздника, запихнув туда пустую бутылку.

– И тебя, Варя, с Новым годом. Я уже думал, мы здесь числа до второго просидим. Ты-то что забыла первого января в офисе? Праздник все-таки…

Варя растерянно продолжала смотреть на нашу парочку, и на ее лице отчетливо были видны сделанные выводы. Мне же хотелось сбежать, да поскорее. Правда, воспитание не позволяло оттолкнуть девушку и открыть проход.

– Забыла кое-какие бумаги, – в очередной раз поправила она нервным движением очки.

– Хм, недопустимая оплошность, Варенька, правда, я тебя за это готов расцеловать!

Собрав все, что могло говорить о порочной ночи, я ступила вперед и, стараясь не смотреть на незнакомца, робко сказала:

– Счастливого Нового года, пропустите, пожалуйста, – и, не дожидаясь, пока она отступится, легонько отпихнула ее, вырываясь на свободу.

11

Утро вечера мудренее. Меня же словно, наконец, нагнал здравый рассудок, так что с уверенностью можно было сказать, что это оказалось мое самое безрассудное и постыдное утро. Я выскочила на улицу, свежий воздух умыл мои раскрасневшиеся от смущения щеки, и в полной мере стало понятно, что произошло этой ночью. Меня словно подменили. Чтобы я когда-то в здравом уме отважилась на такое?! Да никогда! Закрыла глаза и рвано втянула колючий воздух. В голове начало проясняться, а на щеках выступил еще гуще румянец. Вероника Сергеевна, как вас угораздило?!

Звук подъезжающего автомобиля вывел из затянувшегося самобичевания. Открыв глаза, я безумно обрадовалась своей удачи, завидев такси. Махнула рукой, привлекая внимание, и когда машина замедлила свой ход и остановилась, я, довольная, побежала к своему спасению. Распахнув дверь, услышала позади себя: «Постой, ты куда?!» Но, вместо того чтобы остановиться или хотя бы развернуться, прибавила ходу. Поскользнулась, но устояла, правда, каблук жалобно крякнул, надломившись. Печалька, но не смертельно.

– Поехали, – сказала чуть громче, чем полагалось, и уже в машине оглянулась. Незнакомец словно не поверил в мое бегство, сначала замер и спустя секунду-другую прибавил шаг.

– Гражданочка, и вас с Новым годом! – прозвучал веселый голос с акцентом.

– Какая я вам гражданочка? Поехали уже, – нервно оглянулась, – И побыстрей! Пожалуйста…, – взмолилась я.

– Как прикажете, правда, кажется, вы забыли своего…

– Быстрее!

– Понял, не маленький, надо слить нежелательного человека, – с этими словами слишком любопытный водитель нажал на газ, и машина рванула с места.

Оглядываться больше не хотелось. Сжав кулаки, я досчитала до десяти и лишь тогда посмотрела в зеркало заднего вида. На полупустой заснеженной улице стоял незнакомец и провожал своим взглядом такси.

Что ему надо было? Может, он вообще ничего не хотел, всего лишь, чтобы его подкинули? Время еще ранее для первого января, и разъезжающих машин совсем мало. Правда, не вздумал же он попросить мой номер телефона, или еще чего? Даже если так, для себя я решила, что продолжения не будет. Надо поскорее забыть произошедшее, словно этой ночи не было совсем.

А вот что делать с другой доставкой? Которую я должна сделать через две недели? Ума не могла приложить. Закрыв глаза, вздохнула и съехала на сиденье, как будто прячась от всего мира.

– Гражданочка, ехать-то куда?

– Что, простите? – открыла я глаза и посмотрела в зеркало, где внимательные карие глаза за мной наблюдали.

– Говорю, погони нет, адрес ваш останется в секрете, ехать-то куда? Или просто покружим?

– Какой погони? – не поняла я.

– Что, ночь совсем бессонная была, да? Оно и видно…

– Ничего не видно, – заморгала я, в край смутившись.

– Пункт назначения назовете или как?

Поняв, наконец, чего от меня требовали, я назвала свой адрес. Потом полезла в сумку и, отыскав блокнот, перепроверила. Не то чтобы страдала плохой памятью, но в городе этом находилась всего ничего, да и жилье было новым.

Господи, не успела приехать, как уже отметилась! Так глупо и в то же время незабываемо! Оставалось надеяться, что незнакомец меня забудет и не станет искать. Что делать со следующей доставкой, пожалуй, я подумаю завтра. На сегодня с меня хватит. Размышлений и так себе нажила на год вперед. Сейчас хотелось только принять душ, перекусить и спрятать голову под подушку.

12

По дороге домой я вспомнила о своем забытом мобильном телефоне. Засомневалась, есть ли смысл ехать в отделение первого января. С другой стороны, это же полиция, и никакие праздники ее не закроют. Было маловероятно, что я могла встретить именно того полицейского, стоило рискнуть. Поэтому на полпути я назвала адрес полицейского участка. Удивлённо приподнятую бровь водителя проигнорировала, делая вид, что не заметила его вопросительных взглядов.

В отделение заходила, настороженно оглядываясь по сторонам. Помещение было полупустым, и я до конца не понимала, это везение или наоборот. Стараясь не попадаться на глаза сотрудникам, шла в нужный кабинет. Впрочем, те немногие, которым сегодня выпала судьба работать, не обращали на меня совершенно никакого внимания. Более того: у многих вид был уставшим. Сказывалась новогодняя ночь. Радуясь такой удаче, я без препятствий подошла к нужной двери и, перед тем как открыть ее, в очередной раз оглянулась. Убедившись, что никто с криком не преграждает мне путь, смело вошла внутрь.

Хозяина не было. Растерянно посмотрела по сторонам, и мой цепкий взгляд выхватил знакомый предмет. Боги, какая же радость! Мой телефон лежал там, где я его оставила. Мысленно потирая руки, в два шага оказалась рядом со столешницей. Убедилась, что никому нет до меня дела, и быстро схватила телефон.

Осталось дело за малым: улизнуть так же незаметно, как и появилась. Я осторожно выглянула за дверь и, наконец, выдохнула. Казалось, судьба-злодейка сегодня была на моей стороне.

Уверенной твёрдой походкой вышла из здания и, только когда села в такси, окончательно расслабилась.

До нового дома водитель довез меня быстро. Расплатившись, устало поднялась на второй этаж. Отворила дверь и зашла в полупустое помещение, с сожалением оглядывая нераспечатанные коробки. Потом перевела взгляд на раскрытый большой чемодан, который так и лежал на полу неразобранным. Сил разложить вещи не было. Хотелось только одного: помыться и упасть на кровать. Первым делом я решила подзарядить телефон, но не успел экран загореться, как на мою бедную голову обрушился входящий звонок.

– Ника, паршивка такая! Можно узнать, куда ты пропала?! Я уже вся извелась! Разве так поступают с лучшими подругами?!

– Алусик, прости меня, пожалуйста, я не специально. Так получилось, – попыталась оправдаться я.

– У тебя всегда получается как-то так! Я, между прочим, волновалась, всю ночь не спала! – укорила меня подруга.

– Новогодняя ведь, да разве спит кто-то в эту ночь? – виновато пискнула я в телефонную трубку.

– Ты мне зубы не заговаривай! Колись, где всю ночь шлялась?! – угрожающе прошипела она.

– Алла, ну где я могла быть?! Я без году неделя в этом городе. Никого и ничего не знаю. Успела в школу устроиться, да чемодан разобрать. Собственно, им и занималась в новогоднюю ночь: чемоданом и коробками с моими вещами. Телефон разрядится, а я и не заметила! И знаешь, так устала, что просто с ног свалилась. Ну, не до нового года мне! – складно соврала я.

Алла была моей лучшей подругой. До сегодняшнего дня от нее не существовало никаких тайн, как и у нее от меня. Дружили мы еще с садика, когда совсем малявками были. Как-то так сложилось, что наша дружба стала очень крепкой и ценной для нас обеих.

Всю жизнь мы друг друга не только поддерживали в сложных ситуациях, но и искали вместе выход. Если у кого-то была проблема, значит, мы не делили ее на двоих. Несмотря ни на что. И сейчас ложь больно полоснула мою душу. Понимала, что поступаю нечестно по отношению к подруге, но почему-то эту дикую и пылкую ночь хотела оставить только для себя. Как самое сокровенное. Моя тайна, которая должна была затеряться в прошлом со вкусным воспоминанием хорошего и безумного секса. Может, причиной моего молчание было еще и то, что произошедшее совсем не вписывалось в мою жизнь. В мои уставы и правила. Такое, скорее, могла выкинуть Алка, но не учитель старших классов.

Подруга не раз сетовала по поводу выбора моей профессии. Она считала, что я зря трачу себя и свою молодость на обучение нахальных подростков. Конечно, в свои двадцать пять лет я выглядела на девятнадцать, и старшеклассники меня не принимали всерьез. Но я долго билась за уважение класса и, главное, добилась. А потом случилось то, что случилось, и мне пришлось уехать. Далеко. И, скорее всего, возвращение в родной город мне не светило. Все этапы надо было проходить заново. Я была больше чем уверена, что придется вновь терпеливо доказывать свой авторитет и стараться наладить отношения с учениками. И это окажется непросто.

Незнакомец в лифте стал чем-то вроде разрядки. Выбил меня из привычной жизни, хорошенько встряхнув. Может, стоило пересмотреть свою жизнь и начать ее с нового листа с новыми правилами?

– Ты неисправима! Разве можно Новый год-то профукать? Вот так и пройдёт твой год в постели! – продолжала сетовать подруга.

Ее слова заставили улыбнуться. Знала бы моя Алусик правду, наверное, и не поверила бы. Может, когда-нибудь я решусь и ей все расскажу.

– Не дай бог! Тьфу-тьфу-тьфу… – суеверно поплевалась я и постучала по дереву. Искренне надеялась, что больше не увижу наглого незнакомца. Город большой, да и положение у нас разное. Я – учитель, он – сын какой-то шишки, однозначно. Как любили называть в народе: мажор с золотой ложкой во рту.

– Ладно, Ника, только прошу, больше так не делай! Я очень соскучилась по тебе и считаю, что ты зря уехала! Тебе надо было оставаться и бороться…

– Зачем?! Мне и так никто не поверил! Да и с чем бороться-то?! Мы это не раз обсуждали. Семья Тихого не только богата, но и с кучей связей. Куда мне с ними тягаться? А после этого случая я не могла оставаться в городе. Да и в школе мне намекнули, что лучше по собственному. А потом, ты же сама знаешь, как в нашем городишке быстро слухи распространяются.

– Ну да, как лесной пожар, ей-богу!

– Ну вот, знаешь… Я понимаю, ты расцениваешь это как бегство, но, Аллусь, чем больше я буду бороться, тем ярче и губительной окажутся слухи. А так, почешут еще недельку языками, да и забудут. Ведь совсем не интересно обсуждать человека, когда его нет рядом. Удовольствие сразу пропадает, раз обсуждаемый предмет не слышит и не знает, как знатно ему перемывают косточки! А так я бы долго еще терпела все это, и очень может быть, дошло бы до того, что меня больше ни в одну школу не приняли.

– Твари эти Тиховы! Разве можно так молодой девушке жизнь портить?! – зло бросила подруга.

– В жизни и не такое бывает…

Антон Тихий, золотая молодежь. Единственный сын мэра города Александра Тихого. Избалованный и эгоистичный, несовершеннолетний подросток, который пытался не только скомпрометировать меня – своего учителя, но и обвинил в обратном. Уж слишком сильно я задела его эго. Парень придумал, что влюбился, и последние полгода не давал мне проходу. А потом… Потом нагло подставил меня. Попросил, чтобы я ему объяснила новый материал после уроков, а сам… Надо же, все продумал…

– Этот малолетний засранец до сих пор тобой бредит, – неохотно сказала моя подруга.

Сердце больно сжалось и понеслось галопом. Вот только не от приятного волнения, а наоборот.

– Не знаю, каким образом он вышел на меня. Представляешь, домой ко мне явился и потребовал, чтобы я немедленно ему сказала, куда ты подалась! Ну не наглость?!

Я сглотнула и буквально завыла в трубку. Как только могла упустить момент, когда простое влечение переросло в нечто большее с его стороны? Как могла не заметить больного интереса?!

– Эй, подруга, ты в порядке? – насторожилась Алла.

– Да-а… Просто устало от этого всего. Знаешь, я сначала думала, что все пройдёт, парень просто не умеет принимать отказы. И еще, – сделала паузу, потому что собиралась сказать то, что скрыла от подруги, – отец Антона приходил ко мне после скандала.

– Почему не сказала?

– Не хотела тебя еще больше расстраивать, – ответила я ей понимая, что больше не могу держать это в себе.

Знала Аллу и ее горячий нрав: она бы точно подняла скандал, а я как раз хотела, чтобы все поскорее забылось.

– Ну, говори уже, что он хотел!

– Чтобы я переспала с его сыном! Мол, гормоны, то да се – и у пацана пройдёт, когда он получит то, что хочет!

– Вот же гад! А ты? Нет, не то, чтобы я могла подумать, что ты согласилась…

– Нет, конечно! Сказала, что ему срочно надо пересмотреть способ воспитания сына. Что если удовлетворять любой каприз, в будущем это не приведет ни к чему хорошему.

– Представляю его лицо…

– Не представляешь! Впрочем, как и то, что он сказал! Да ладно, Ал, не хочу больше лиризма вспоминать. Ты только-только вздумай проговориться, куда я уехала!

– Да ну тебя! Я малому под зад буквально дала, он там что-то угрожал, потом плакался, что любит тебя. Ну, я ему и объяснила, что настоящие мужики ждут и завоевывают, а не подло пытаются затянуть в ловушку!

– Зря ты его наставляла, надо было просто не открывать дверь. Не хватало, чтобы он подумал, что у него есть шанс. Ты же ему так только ложную надежду вселила…

– Ничего я ему не вселила! – перебила она меня. – По шее надавала и сказала, что он скотина! Ну кто-то же должен был это сделать!

– Слушай, Ал, а может мне стоит пойти работать в младшие классы?

– Ой, Ника, ты же знаешь, как я отношусь к твоей работе! Ты могла и другое место оторвать, с твоим-то красным дипломом! Вот только тут уже дело принципа, так что-либо тебя сожрут, либо ты зубки нарастишь и начнёшь кусаться! А там можешь и переводиться…

13

Подруга права, не стоит, упав однажды, сдаваться и прятаться, словно улитка. Наоборот, надо подняться, элегантно отряхнуться и идти дальше своим путем, при этом гордо подняв голову.

Клятвенно пообещав Алле, что буду звонить чаще, кинула обреченный взгляд на чемодан и принялась развешивать вещи в шкаф.

В приоритете была ванная и кровать, но я все же решила разобрать хоть что-то, а потом все остальное.

Остаток дня так и провела: разбирая вещи, раскладывая по своим местам. Порой воспалённое сознание затягивало в пучину воспоминаний. Настойчивые умелые руки, пылкие жаркие поцелуи. Ненасытный молодой незнакомец, который знал, чего хочет, и умел доставлять наслаждение. Все это вихрем проносилось перед глазами и заворачивалось тугим жгутом желания. Дыхание прерывалось, и я понимала, что закрываю глаза и улетаю. Туда, в тесную кабинку лифта, где наши тела сладостно и жадно сплетались. Где мы пытались испить до донышка весь хмель, вскруживший голову.

Как ни старалась прогнать ненужные воспоминания, они сами предательски всплывали и заново будоражили. То с каким пристрастием он смотрел, словно хотел что-то сказать, потом жадно целовал, надламливая секундное сопротивление. Касался своими чувственными пальцами моего разгоряченного тела, оставляя жжение на коже. Сминал пальцами бедра, сильно, до посинения, и врывался сзади, наполняя меня собой до краешка. Всхлипы, стоны и единственные слова, звучащие в эту ночь: еще! Нам было мало. Сколько бы ни повторялся яркий оргазм, мы словно и не замечали его, продолжая дальше сливаться, сплетая в один узел всю свою сущность.

Тряхнув головой, я поплелась в душ. Пора было смыть с себя остатки безумной ночи. Запах незнакомца, оставленный на моем теле, впрочем, как и жаркие поцелуи, не переставали напоминать о произошедшем.

В ванной комнате я осмотрела свою шею и ахнула. Подсознательно боялась проводить осмотр, понимая, что увиденное не понравится. И вот теперь смотрела на следы пылких прикосновений и понимала, что с блузкой придется повременить.

Горячие упругие струи воды принесли облегчение. Тело словно ждало награждения за продолжительную работу. Мышцы расслабились и приятно ныли. Упав на свежезастеленную кровать, я блаженно потянулась и буквально сразу провалилась в сон.

Спала сладко и без сновидений, пока в дверь не начали громко и настойчиво стучать. Нехотя поднялась и, как была в одной длинной футболке, так и поплелась в коридор. Какого лешего?! Кого нелегкий принёс?!

Потирая глаза, я зло распахнула дверь, собираясь высказать все свое негодование. И плевать, что была почти полуголой. Рассудительная натура учителя предала меня, помахав ручкой еще накануне перед сном. Втянув побольше воздуха в грудь, я на одной ноте рявкнула:

– Какого?!.. – и оборвала фразу, буквально подавившись невысказанный упреком. В груди сладостно сжалось. Сердце сорвалось и ухнуло в пятки. Дыхание перехватило, и, кажется, я приоткрыла рот в нелепом ожидании.

На пороге стоял незнакомец. Мой незнакомец из лифта.

Волосы его были растрепаны в небрежном беспорядке, на лице играла довольная, немного насмешливая улыбка, а в глазах полыхал огонь. Огонь страсти.

Не проронив ни слова, он жестко оттолкнул дверь и впился в мое тело. Поцеловал настойчиво и жадно. Его руки пробрались под футболку, сжимая мое тело. Совершенно потеряв рассудок, я зарылась ладонями в его шевелюру и откинула голову, подставляя шею под его немного обветренные губы. Они шершаво мазнули по нежной коже, оставляя сладость во всем теле. Внизу живота запульсировало и отдалось такой силой, что я не сдержалась и громко застонала. Мужчина пробирался вглубь квартиры, торопливо подталкивая меня вперед и не разрывая наши сплетенные тела.

14

Следуя слепому голодному инстинкту, я делала назад шаги, пока не уперлась в кровать. Незнакомец разорвал наш поцелуй и насмешливо посмотрел в глаза, толкая меня на застеленную постель. Полетела на мягкий матрас, вздрагивая всем телом, только вместо мягкого приземления почувствовала твёрдую поверхность. Сонно огляделась по сторонам, отмечая, что свалилась на пол, а пылко целующий мужчина оказался всего лишь сном. Слишком реальным. До безумия правдоподобным. Да что там, меня до сих пор трясло от страсти, и внизу живота тянуло томное неудовлетворенное желание.

– Черт! Это же надо, чтобы такое приснилось!

Покусывая губу, я с явной досадой вздохнула, поднимаясь на ноги. Терпеливо потерла ушибленное место и поплелась в туалет. Жестоко, ничего не скажешь. Мое сознание решило поиграть в игры без правил. Заснуть больше не удавалось, как ни старалась. Крутилась, поворачиваясь с одного на другой бок. И главное, чем больше я крутилась, тем сложнее было заснуть. Куда там, в голову полезли яркие воспоминания, и, поняв, наконец, что все тщетно, я резко приняла сидячее положение, выругавшись вслух.

– Ну вот, дожилась, Вероника, ругаешься как… Прости, Господи…

Вскочив с кровати, я решила сделать чай с ромашкой, вдруг поможет! Вот же влипла, по самое не хочу! Не успела толком поменять свою жизнь, как очередной поворот судьбы сыграл со мной коварную шутку.

После сна и отдыха разум, кажется, прояснился, и теперь я с реальной точки зрения осознавала, что произошло. Сказать, что мне было все равно, и этот день необходимо просто вычеркнуть из жизни, я не могла. Вычеркнуть – да! Сто процентов, ну, а насчет хорошей взбучки самой себе, так это не помешало бы. Чем, собственно, я и решила заняться. Все равно сна ни в одном глазу, так почему не приступить к самобичеванию и не поучить себя на будущее? На всякий пожарный, а то так и продолжали лезть в голову непристойные картинки и воспоминания, которые стоило забыть. И этот незнакомец все время находился перед глазами. Да и тело мое реагировало, словно возродилось и зажило своей собственной жизнью.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.