Руслан Насибуллин
ХАЯМАТ

Легендарное предисловие

Земли сурового солнца испепеленные жаром его больше никогда не воскреснут. Горы обуглились, Металлы растеклись и превратились в изорванную труху, а то, что могло жить умерло навсегда. Так гласит мертвая легенда, пересказанная бесконечными устами вечных старух. Но то было давно, а ныне…

…Живительный росток пробивался сквозь мертвый грунт. Молодому растению было неведомо, что земля вокруг бесплодна. Росток хотел жить и ничто другое не волновало его. Устремляясь ввысь к смертоносному солнцу в дали от голодных глаз, растение за столетия превратилось в высокое и необъятное древо. Волей своей плод жара и соли, омываемый теплом горячего ветра, вырвал себе свободу и подчинил прикосновения небесного светила. Крепкая его кора была похожа на камень, а листья, словно тысячи осколков большого зеркала, увенчивали крону прекрасного древа. Корнями он пророс на многие километры вглубь, питая тело свое драгоценной влагой грунтовых вод. Со временем бесплодная почва под лоном древа, защищенная спасительной тенью, покрылась россыпью травы и кустарников, став домом для заблудшей живности. Так зародилась жизнь там, где неистовствовало дыхание беспощадного солнца. И уже о могучем древе стали слагать легенды, как о Великой Матери, воспевая щедрость ее и уповая на безумную волю к жизни.

Вопреки рвению одних нести разрушение, другие используют это, чтобы созидать. Подобно Великой Матери, на просторах бесплодных степей зародилось небольшое государство. На заре своего существования оно состояло из нескольких кочевых племен. Но через терни столетий из своры воинственного сброда, подобного хромой кобыле, то государство превратилось в прекрасного племенного жеребца, галопом несущегося в пылу обжигающих ветров. И имя тому государству – Хаямат. Из жара и соли жители Хаямата воспитали цветущую культуру, которой был не чужд и кочевой образ жизни, как дань предкам. Подобно корням Всематери Хаямат пустил во все концы вереницы торговых караванов, неся людям из дальних краев свою культуру и ремесло. Именно так и начинается наша история…

Глава 1

Кроваво-красный рассвет встретил жителей Хаямата непривычной прохладой. За редким исключением здешние ветра одаривали суровые земли снисхождением. Именно таковым было это утро – утро, когда необычайные вести дошли до аксакалдов, а затем и до всех остальных – старшая жена олатая родила наследника. В обществе, где олатаем становился самый старый из аксакалдов и потому возможности иметь детей у правителя не было физически – это был прецедент. Что и говорить, ведь эсуйорт, старшей жене Тахрам-олатая Озгуль, на момент рождения сына было шестьдесят девять лет, а самому Тахраму за восемьдесят. Но, как говорится, все бывает в первый раз. Удивительно, что за многие столетия еще ни один олатай не становился отцом в период правления государством. К моменту, когда старший из аксакалдов, собрания глав родов первых семей-основателей Хаямата, становился олатаем он уже имел достаточное количество отпрысков, среди которых также были и взрослые сыны. Да и в общем и целом во главе государства аксакалды долго не задерживались, так как получали титул Первого отца уже к преклонному возрасту. Дольше всех, целых пятнадцать лет, продержался Ахияр из рода Ошхортов. Возможно он прожил бы и больше, но неизвестная хворь, бушевавшая тогда в окрестностях, забрала и Ахияр-олатая. И вот теперь, Тахрам из рода Рахаятов со своей Озгуль стали родителями в восьмой раз и не просто родителями, а родителями сына, рожденного в период царствования семьи. Никто и не предполагал, что старая Озгуль сможет выносить дитя или выжить после родов, но случилось то, что случилось.

Добрая молва пошла по государству. Люди славили плод любви царственной пары, называя это чудом. По традициям Хаямата имена детям давали родители, но чтобы обезопасить дитя от сглаза и темных духов совершался ритуал таинства имянаречения – ихимшу. Каждый вишит (служитель духовенства) в государстве считал честью совершать обряд ихимшу, где в тайне от всех шептал на ухо новорожденному то имя, которое считал нужным и никто о нем более никогда не знал. И через десять дней с момента рождения мальчика Первый отец созывает знатных гостей столицы и близлежащих земель на этот ритуал. Верховный вишит и хранитель зерна Великой Матери Алым с гордостью принимает от олатая просьбу даровать истинное имя своему пятому сыну.

В день имянаречения после всех обрядов состоялся праздничный ужин на котором присутствовали многие первые лица Хаямата. Стол ломился от яств, а музыканты грациозно извлекали из инструментов торжественные мелодии. Тахрам-олатай, в окружении трех младших жен, четырех сыновей и трех дочерей с добротой отзывались о своей эсуйорт, которая не смогла присутствовать на праздничном приеме по состоянию здоровья – она всё еще восстанавливала силы под присмотром придворных знахарей. Гости и члены семьи поднимали кубки с водой за здравие Озгуль, желая ей скорейшего выздоровления. И под самый конец торжества, когда луна и звезды с благодатной завистью заглядывали в распахнутые окна, наблюдая за веселыми гостями, в зал с пирующими вошел асхит Чарамнары, глава ордена летописцев. Никто не придал этому значения, ведь асхит, как и каждый член ордена, был более похож на тень в полумраке, чем на благородного гостя. Миссией членов Чарамнары было хранить великие знания и бережно стеречь Аяль, Книгу совести, закон над законами, старшую книгу Хаямата, в которой отражались законы, традиции и важные исторические факты государства. Поздравив Первого отца с тем, что обряд ихимшу состоялся, асхит без имени, попросил у олатая слово. В речи его звучали тревожные нотки. Днями ранее орден по случаю рождения сына у Первоотца в период царствования оного, обнаружил любопытные записи в Аяле. Никто и подумать не мог, что услышанное, а до этого прочитанное в книге совести членами Чарамнары пророчество Гали-олатая, мудрого старца, правящего Хаяматом сотни лет назад, сможет пошатнуть вековые традиции и в какой-то степени предопределить судьбу юного мальчика.

И сим было написано, дорогие гости, “Прошлогоднее зерно вновь прорастет и разродится урожаем, который даст такие же молодые зерна. Круговорот будет повторятся до тех пор, пока одно из зёрен не взрастает над остальными – выше, ярче и сильнее. Оно даст плод, ещё на исходе своего расцвета. И выродится прошлогодний урожай, под тенью новых высоких прекрасных потомственных побегов без солнца и влаги, а старое не приживется, зачахнет. И займутся некогда желтеющие просторы пышным зелёным покрывалом сочного разнотравья.” – Летописец обернулся к Тахраму – Далее, Гали-олатай расшифровывает свое видение “Не первый сын отца своего из множества других сынов, первым, среди равных себе посмотрит сверху вниз на Бескрайний Хаямат, словно Великая Матерь глядит под крону свою на благодатную ту тень, что дарует жизнь ищущим защиты от взора Сурового Солнца, и узрит новое величие рода своего во деяниях своих благородных и праведных. И свежая поросль покроет семенем своим каждый уголок испепеленных просторов от безымянного хребта до каменного моря во славу Всевышнего, неся слово его и воспевая волю Великой Матери”. – Безымянный закончил.

Что всё это значит, мой верный асхит? – Тахрам отложил кубок с водой в сторону и жестом попросил присутствующих соблюсти тишину из-за начавшейся суеты.

Первоотец, доселе никто не обращал внимания на слова Гали-олатая из книги совести, как на что-то значимое. Чарамнара восхищалась умению мудреца нести свое слово и не более. Но как оказалось, прозорливый олатай смотрел далеко вперед.

Я всё ещё не понимаю о чем ты говоришь. – Тахрам сделался строгим. Хоть он и был стар, но голос его звучал звонко и молодо.

Ваш пятый сын, Первоотец, юный принц Хаян рожден в период вашего царствования. Что со слов Гали-олатая мудрого, написанных почти шестьсот лет назад, можно истолковать, как то, что мы все присутствуем перед великим событием, когда сын царствующего олатая… – асхит без имени сделал небольшую паузу и затем закончил – …возможно унаследовал титул владыки над Хаямтом вслед за отцом.

Гости заверещали. Халу Берхам, аксакалд рода небесных кочевников с голубых земель и Рабан Сухтур, аксакалд рода сынов рассвета, восседающие рядом с олатаем недвусмысленно дали понять Первоотцу, что такой порядок дел их не устраивает. Еще ни разу в истории Хаямата титул олатая не передавалась от отца к сыну, так как владыку назначал Курултай, избирая последнего из числа самых старых аксакалдов в государстве. Торжественно начавшийся день в миг превратился в оголтелую сумятицу. Среди прочего звучали речи и о спланированном заговоре, ведь Чарманара подчинялась Первому отцу клятвой крови. Неважно, мудр или глуп был царствующий олатай – орден летописцев беспрекословно исполнял волю первоотца каковой бы она не была. Конечно же, ни один из правящих старцев не позволял себе использовать Аяль в своих целях, так как Книга совести считалась священной, только ситуация оказалась непреднамеренно беспрецедентной. Халу и Рабан будучи аксакалдами одних из самых крупных родов Хаямата в будущем могли претендовать на титул олатая и именно поэтому они потребовали от Тахрама в срочном порядке созвать Большой курултай дабы разрешить спорную ситуацию.

Дорогие гости! – Тахрам поднялся с царского ложа и похлопывающими жестами попросил тишины.

Видит Всевышний, я и сам об этом не знал. – Тахрам старательно подбирал слова, его опечалило то, что праздник был сорван, но протокол требовал соблюдения – Удивительно, как стремительно развиваются события. Мы только что воспевали чудо, которое даровала нам моя Озгуль, но сказанное асхитом вызвало среди вас негодование. И меня это безусловно тревожит. Великие аксакалды Халу и Рабан потребовали срочно созвать всеобщий совет на котором будут присутствовать главы всех сословий. Я обязан подчиниться. – Олатай крепко сжал ладони. – И сим объявляю, что через сорок дней на полную луну, как сегодня Желтый дворец Карим-Калы примет Большой Курултай. Торжество по случаю ихимшу закончено. Я благодарю вас, для меня и моей семьи это необычайно важное событие. Давайте не будем делать поспешных выводов, ведь то, о чем было сказано, может быть всё-таки неверно истолковано. – Тахрам бросил сердитый взгляд в сторону асхита, но тот был по обычаю своему непоколебим. – Уверен, лучшие умы Хаямата смогут найти этому достойное объяснение.

Соблюдая протокол, гости, кланяясь перед Первоотцом, покинули стены зала. Верховный вишит забрал новорожденного Хаяна. Через какое-то время в зале остались лишь члены семьи. Сделалось тихо.

Тахрам устало сел на свое царское ложе. Сыновья подошли к отцу и старший из них Тарым обратился к владыке:

Ты всегда был искренен в своих решениях и намерениях, отец. – Тахрам взялся за крепкую ладонь сына. – Я верю тебе, знаю, что то, о чем шептались в зале, всего лишь реакция на слова Безымянного и не более.

Сын, я еще никогда не был так подавлен. Мне бы радоваться, но что-то подсказывает мне, что всё это не просто так. Всевышний одарил нас чудом за наши деяния.

Да, отец! Именно! Не отчаивайся! – Тарым сел рядом. – Стоит обратиться к асхиту, чтобы внимательно перечитать эти строки в Аяле еще раз.

Мне кажется, я в тот момент казнил бы его собственноручно.

Не ты один. – Оба засмеялись. – Уверен, ты примешь единственно верное решение, отец. А сейчас, стоит немного отдохнуть, всё-таки тебе не двадцать лет.

Глава 2

Ровно с

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.