Марк Рауль
Вторжение: Осколки внутри моего сердца

Глава 1. Этап первый.

Туман густел, скрывая небесные светила. Барьер, который подобно прочному щиту обволакивал нашу планету, порой, волнами блестел, размазывая очертания Солнца и Луны.

Я почувствовала на своей щеке каплю, упавшую с неба. Она стекла к подбородку и упала, впитавшись в мою одежду.

Стоять на улице в дождь не самая лучшая затея, ведь, как всем известно на Земле, вода, падающая с неба, стала немного токсичной, но у меня была веская причина.

Я нервничаю.

Позади меня большое здание и я пытаюсь решиться. Вернее, я давно решила, просто я пытаюсь приказать телу не дрожать от волнения. Судорожно вздохнув и мотая головой, я пыталась избавиться от последней частички своих сомнений.

Гром привел меня в чувства быстрее, чем мои мысленные уговоры и я влетела в "Военную Академию имени Эшта".

Мужчина в синем костюме, больше напоминающим комбинезон с вшитыми неоновыми лентами по бокам, любезно остановил меня.

– Девушка, вашу руку, пожалуйста, – сказал охранник, выставив сканер над тыльной стороной моей кисти, которую я как раз подала ему.

Чип, вживленный под кожу еще в младенчестве, среагировал и выдал на экране его сканера всю информацию обо мне.

– Причина вашего визита? Ева, – спросил он, взглянув на меня.

– Хочу поступить в Академию Сайадов*1, – уверено произнесла я.

Мужчина улыбнулся и достал небольшой планшет. Пару кликов по экрану, и он ответил:

– Вам нужно в левый сектор. Номер здания 7. Как войдёте в зал, поверните налево. Вам нужно выйти на улицу, а там вы уже поймёте, куда идти.

Поблагодарив его, я вошла через огромные металлические двери, которые открыли мне всю масштабность главного зала. Меня встретил высоченный потолок, много дверей и рам по стенам, широкая неоновая лестница в центре, которая виднелась далеко от входной двери. Мне казалось, она движется, но вниз или наверх, я не могла разобрать. В зале было много людей, они хаотично передвигались, заходя то в одну дверь, то в другую. В центре здания было большое количество достопримечательностей, связанных с военным делом. Видимо первый этаж был своеобразным музеем.

Из любопытства я подошла к одной из стеклянных витрин, которая располагалась ближе ко мне. В поле моего зрения оказалось изделие, похожее на то, что используют некоторые солдаты.

– "Автомат Калашникова", – прочитала я на табличке. – 1949 год по 2076 год.

Таким оружием пользовались наши предки. На сегодняшний день этими пулями не пробить одежду человека, но выглядит довольно устрашающе.

Долго не думая, я направилась в левую дверь. Впереди меня и сзади уже шли люди. Скорее всего они направляются туда же, куда и я. Пройдя через длинный коридор, я вышла на улицу. Ярко-зеленый газон на секунду ослепил мои глаза. Конечно же он искусственный. От такого количества пластика и имитации природы можно задохнуться. Вокруг вились дорожки, их окружали здания с большими номерами. Чуть правее, на 120 градусов от меня находилось то самое здание с большим номером 7. Видимо его построили недавно. От него даже пахло свежими строительными материалами, не говоря уже о внешних данных. Строение со стороны было похоже на огромный черный куб.

Разжав кулаки, я почувствовала холодок в ладонях – они вспотели.

Стать сайадом было моей мечтой с пяти лет. Я не могу вот так просто уйти, потому что боюсь, что не пройду предварительные экзамены или что меня вообще с самого начала не возьмут. Мой рост составляет 165 сантиметров, а тело довольно худое и хрупкое. Хоть я и старалась с детства усиленно тренироваться, мышечной массы я набрала немного, но это уже результат!

Зайдя в здание, я наткнулась на большого робота, который преградил мне путь.

– Пожалуйста, оставайтесь на своем месте и не двигайтесь. Ожидайте дальнейшей команды, – проговорила техника.

Я застыла и глазами начала рассматривать все вокруг. Я искала людей, но ни одного живого человека в приемном зале не было.

Почему я должна остановиться? Это еще один контроль?

Напряженная ситуация и страх заставили меня случайно двинуть рукой. Через секунду робот наставил на меня красный луч, готовый вот-вот пробить мой череп.

Задержав дыхание, я зажмурила глаза, мысленно прощаясь с жизнью.

– Нарушитель! Нарушитель! – повторял тупой робот.

– Лекс, отмена! – донеслось мужское эхо откуда-то издалека.

Я открыла глаза и увидела, как робот убрал луч и принял обычное положение.

К нам подбежал высокий мужчина в черном костюме, похожим по дизайну на одежду того охранника в центральном здании.

– Простите, я уходил на пять минут и оставил его сторожить дверь. Он немного перестарался, – сказал незнакомец, еле дыша.

Видимо, он бежал к нам из-за всех сил.

– Опоздали бы вы хоть на минуту, и мои мозги украшали бы вашу дверь. – Вымучено улыбнулась я.

– Уверен, они у вас красивые, – посмеялся мужчина, почесав свои золотые волосы на затылке. – Вы новенькая. Я так понимаю, хотите поступить на защиту от внеземной цивилизации?

Короче говоря, сайад. Ну и зачем такое длинное название выговаривать?

Я кивнула и показала руку. Он про сканировал и выдал мне серебряную бумагу с иероглифами нового языка программирования.

– Вам нужно на второй этаж, в 789 кабинет. Советую вам поторопиться, – вежливо улыбнулся охранник.

Я поспешила на второй этаж по двигающиеся лестнице. Уже в коридоре меня начал обгонять парень в сером худи и накинутом на голову капюшоне. Не уступая, я пыталась обойти его, но мы оба оказались в пролете, когда заметили большое скопление людей возле той самой двери.

Молодой человек резко остановился и тяжело вздохнул. Здесь было примерно тридцать человек.

– Вы хотите сказать, что вы все в 789 кабинет? – недовольно выкрикнул он, и меня будто облили ледяной водой от его голоса.

До боли знакомый голос. Чей…

Я пыталась вспомнить. В голове было слишком много воспоминаний. Я не могла разобрать, откуда знаю его.

Все разом оглянулись и подтвердили его догадку. Он цокнул и вновь тяжело вздохнул.

– Черт возьми, на дворе 2276 год, а проблему с очередями еще не решили! Кто последний?

– Я! – выдала я, стоя справа от него.

Молодой человек обернулся, и меня будто снова окатили водой.

Ин Карит- мой бывший одноклассник из средней школы.

Он обсмотрел меня с ног до головы, затем как-то наивно заморгал. Парень словно растерялся, хотел что-то сказать, но будто передумал, опустил голову и еле слышно проговорил:

– Тогда я за тобой.

Мы сидели на скамьях напротив друг друга и ждали, когда рассосется очередь, нередко встречаясь взглядом. Возможно, мы и здесь будем в одной группе. На самом деле эта встреча была неожиданной, ведь в школе Ин не упоминал о том, куда он хочет поступить. Я бы не хотела быть с ним снова в одной группе.

– Думаешь, поступишь? – спросил Ин, смотря четко в мои карие глаза.

– Не думаю. Я знаю, – уверенно высказала я, скрестив руки на груди.

Он ухмыльнулся и отвел взгляд.

– Ты не изменилась. Все так же рвешься стать сайадом.

Последний раз я видела его четыре года назад в школе. Он был лучшим в любом виде спорта и достаточно популярен среди девушек, но особо ни с кем не встречался. Честно говоря, он нравился мне. Высокий брюнет с аккуратными чертами лица. И эти большие серые глаза свели с ума не одну девушку. Харизма из этого парня всегда сочилась, как нескончаемая река. Он не слишком изменился. Возможно, стал более взрослее и всего-то.

Я отвернулась, сделав вид, что мне больше интересна толпа, которая переговаривалась друг с другом.

Спустя года, я начала понимать. Мне больше нравилось то, что он очень сильный и выносливый, чем я не могла похвастаться. Наивно предполагала, что он будет дополнять меня. Ину не нужно особо прикладывать усилия, его и так возьмут в академию, а вот меня…

– Почему розовый? – донёсся до моих ушей знакомый нагловатый голос.

Я обернулась и вопросительно выгнула бровь, осведомив, что не поняла его. Ин показал на свои волосы. На самом деле я поняла его вопрос. Просто захотелось, чтобы он повторил.

В 5 лет со мной произошел один неприятный случай, который оставил след глубоко в моем сердце. Тогда-то я и увидела розовые блики. Для меня этот цвет является символом новой жизни.

– В салоне напутали, – пошутила я с серьезным лицом.

Он вновь усмехнулся, откинул голову на стену позади себя и посмотрел на людей. Его мощный кадык слегка выпирал. Парень нервно постукивал кроссами по полу. Осталось около пяти человек в коридоре. Когда очередь дошла до меня, я незамедлительно вошла в кабинет. Комната была серой и пустой, за исключением двух матовых черных кресел, стоящих друг напротив друга. На одном из них сидела стройная женщина с укороченными под каре темными волосами, у которой вместо правой руки был протез. На ней были ВС очки, через которые она могла увидеть все данные моей жизни.

– Присаживайся, Ева. Меня зовут Дана, – начала она.

Присев на кресло, я ощутила, что оно очень жёсткое. Вполне предсказуемо, ведь на войне нет комфорта.

– В детстве ты случайно встретилась лицом к лицу с инопланетным существом. Опиши мне этот момент. Что произошло?

– Оно хотело напасть, но меня спас сайад.

– Почувствовала ли ты жжение в сердце?

– Нет.

– А что ты чувствовала?

– Мне стало трудно дышать, и я потеряла сознание.

Женщина что-то отметила в планшете, и вновь взглянула на меня.

– Как ты оцениваешь состояние своего здоровья на данный момент? – продолжила Дана.

– Отлично.

– Проявлялись ли у тебя какие-нибудь сверхъестественные способности после встречи с пришельцем?

– Пока не замечала.

– Почему ты решила стать сайадом?

– Если бы не сайад, я бы не сидела здесь. Я хочу так же спасать людей, и помогать им.

Женщина сделала еще несколько пометок на экране. Затем она протянула руку, взяв мой лист, поставила печать.

– Для начала нужно пройти первый этап. Полное обследование организма. В листе есть направление в центральную больницу. У тебя неделя на это. Потом твой визит будет аннулирован. Удачи!

Я вышла из кабинета и встретилась взглядом с Ином. Он был взволнован.

– Ну как? – спросил парень, встав со скамьи.

– Первый этап – полное обследование, – не радостно проговорила я.

И он прекрасно понимал, почему я в таком подавленном состоянии. Ин не раз видел мои приступы в школе. Я старалась скрывать свою болезнь всеми способами. Последний раз я проходила обследование в детстве, сразу после встречи с инопланетянином. Тогда мне сказали, что у меня все показатели здоровья в норме, исключая шоковое состояние. Но со временем приступы начали проявляться. Я чувствовала головокружение и падала, а затем возникало ощущение, что мою грудь пронзают сотни острых игл. Это состояние обычно длиться до пяти минут, так что подозрений со стороны взрослых это не вызывало. Став старше, я начала привыкать к этому, и теперь я воспринимаю все как само собой разумеющиеся.

Я молча шла по длинному коридору в сторону выхода из здания.

Полное обследование включает в себя все уголки моего тела и органов. Они будут проверять всё. Если что-то выйдет наружу, мне обязательно это запишут в состояние здоровья, да ещё откроют историю болезни и заставят лечиться. У меня нет на это времени. Я должна поступить в Академию!

– Ну, как всё прошло? – улыбнувшись мне, спросил охранник на выходе из здания номер 7.

– Направление на первый этап. – Я помахала ему серебристой бумагой.

– О, поздравляю! Но это не самый трудный этап. Впереди еще два.

Какие бы не были сложные следующие этапы, первый – самый трудный для меня. Нужно молиться всем богам, чтобы меня допустили хотя бы до второго этапа.

Охранник был ко мне добр. По-видимому, он хорошо знает это здание. Возможно, работает тут достаточно долго. Если исключить момент с роботом, то в принципе мы с ним хорошо поладим. Мне нужны хорошие знакомые, особенно, если они из места, где я собираюсь осуществить свою мечту.

– Как вас зовут? – спросила я, остановившись возле двери, которая уже открылась сама.

– Ой, а я разве не представился? Элрик. – Вновь улыбнулся парень, показывая на свой бейдж.

Ну да, у него ведь имя на форме написано было. Видимо мои переживания затуманили не только разум, но и глаза. Через силу улыбнувшись и вежливо кивнув в ответ, я ушла. Чувство страха съедало меня изнутри, пока я ехала в центральную больницу в этот же день. Мне хотелось знать, что меня ждёт, и в то же время было дикое желание сбежать отсюда.

Абсолютно белое волнообразное огромное здание под наименованием "Центральная больница" с нетерпением ожидало встречи со мной. Подойдя на ресепшен, я протянула свой документ. Администраторы сидели в таких же ВС очках, как и Дана. Это весьма удобно для них. Не нужно постоянно сканировать руки, всё и так видно.

– По направлению на обследование.

– Секундочку, – ответила сотрудница, что-то активно печатая на большом экране компьютера.

Закончив через три минуты, она сказала:

– Вам нужно в первый кабинет на этом этаже.

Серебряную бумагу, по-видимому, мне отдадут после полного обследования. Я отправилась искать этот кабинет. К счастью, очереди почти не было, и я зашла в открытую дверь. Меня встретила женщина в белом костюме и неестественно светлыми волосами.

– Ева, верно? – спросила она, сидя за столом и заканчивая кликать по планшету.

– Да.

– Заходи в голубую дверь. Тебе нужно будет полностью раздеться и надеть специальную одежду. Она лежит на кушетке. Я зайду через пять минут.

Войдя в следующую комнату, слева от себя я обнаружила вещь с проводами, а прямо посередине стоял огромный аппарат с выдвинутым лежаком. По-видимому, я должна буду лечь туда, и меня поместят внутрь этой техники. Я быстро переоделась. Костюм хорошо растягивался. Скорее всего, он был безразмерный для всех типов телосложения. Пяти минут не прошло, как в комнату вошла женщина и принялась невозмутимо настраивать медицинскую аппаратуру.

– Ложись сюда. – Она указала на тот самый лежак, и я поспешила выполнить её указ.

Врач надела на меня шапочку с проводами и помогла устроиться поудобнее.

– Советую закрыть глаза и расслабиться. Также в ходе обследования ты можешь почувствовать, как что-то кольнуло твою кожу. Не переживай, это костюм будет брать у тебя из вены немного крови для анализов.

Я кивнула. И меня закатали внутрь белоснежного аппарата. Все-таки я терпеть не могу больницы. Мне не страшно из-за всех этих обследований. У меня нет клаустрофобии или боязни уколов. Мне страшно, что будет потом.

Что напишут в моем паспорте?

Если что-то найдут в моём организме, то я могу навсегда забыть о Военной Академии.

В целом общее обследование заняло минут тридцать. Я вышла из аппаратной комнаты и заметила серьезное лицо женщины. Она наклоняла голову в разные стороны, сосредоточенно изучая что-то на своем экране.

– Все хорошо? – нетерпеливо спросила я.

– Да. Только…

Повисла напряжённая тишина. Страх волнами начал биться об углы моего тела.

Что только? Что не так?

– Я дам тебе направление к кардиологу, – неуверенно сказала она, что-то печатая на световой клавиатуре.

– Что-то не так с моим сердцем? – спросила я, сдерживая тремор в руках.

– Я не могу понять. У меня есть догадки, но их должен подтвердить кардиолог. Не волнуйся. Ничего страшного не будет. Врач через час уходит на операцию. Как раз успеешь. Тебе нужно в девятый кабинет.

Я кивнула и в подвешенном состоянии вышла в коридор. Ноги подкашивались, и я присела на скамью. Люди увлеченно ходят туда-сюда и даже не понимают, в каком я сейчас состоянии. Моё сердце стучит с такой силой, что меня пошатывает от его ударов. Я запустила пальцы в волосы и сжала их. Затем откинула пряди и глубоко вздохнула. Постучав в девятый кабинет, я надеялась услышать хоть какой-нибудь голос, но в ответ была тишина. Я решилась зайти.

– Простите, можно войти? – спросила я, выглянув из-за двери в сам кабинет.

– Да, проходите, – послышался хриплый мужской голос откуда-то из угла комнаты.

Закрыв за собой дверь, я неуверенно направилась к пустому креслу на колёсиках, стоящим возле объёмного белоснежного стола. Из-за широких мониторов показался мужчина в лабораторном халате. Я присела и сразу почувствовала тот самый больничный комфорт. Сидение было весьма мягким. В комнате кардиолога пахло медицинскими препаратами, хотя в поле зрения их не было. Как и все кабинеты, этот был полностью светлым. На стенах располагались стеклянные полки с моделями сердца; некоторые выглядели как искусственные образцы, другие же напоминали настоящие органы. За спиной доктора возвышался крупный серый шкаф. Панорамное окно также находилось позади, но внешний мир был почти закрыт для кабинета из-за плотных жалюзи.

Врач увлеченно что-то печатал. Затем обратил внимание на меня.

– И так ты прошла полное обследование, – начал он.

Я наконец обратила внимание на самого специалиста и была готова признаться, что мое сердце перестало биться вовсе. Я даже дышать забыла. На бейджике кардиолога четко было написано «Доктор Алик Фарид». Глупо моргая, я пыталась осознать, где нахожусь.

– Как поживает твое сердце? Есть жалобы? – продолжил он.

Алик стал настоящим врачом, как и говорил мне когда-то. Черные волосы в причёске «каскад», густые брови и эти зеленые глаза вернули меня в самое детство.

Мне было 12 лет, когда я видела его последний раз. Узнал ли он меня спустя семь лет?

Мои глаза по привычке опустились к его рукам, на которых были приподняты рукава медицинского халата.

Эти глубокие шрамы – моя вина.

Заметив мой пристальный взгляд, он аккуратно приспустил халат и закрыл отметины.

– Простите, – поспешно выдала я, выпрямившись. – Какой был вопрос?

– Как твое сердце?

– Прекрасно.

– Уверена?

– Более чем!

– Смотрю твое обследование и мне так не кажется, – сказал он, серьезно всматриваясь в экран компьютера.

Я сжала губы в тонкую трубочку. Прошло всего минут пять после проверки моего здоровья, а он уже успел все изучить и сделать выводы.

– Я четко вижу осколки в твоем сердце, – продолжил он.

– Может, ваш аппарат глючит? – не сдавалась я.

Ну всякое бывает. Техника порой может сломаться. По крайней мере, я на это надеюсь.

Он незаметно усмехнулся. Затем достал стетоскоп.

– Подойди ко мне и подними верхнюю одежду, – сказал он, культурно опустив голову.

Я на ватных ногах подошла к Алику и подняла рубашку. Он приложил головку медицинского инструмента к моей груди и стал слушать биение моего сердца. Мужчина несколько раз менял положение своего аппарата, прежде чем уверенно снял его со своих ушей и сосредоточенно посмотрел в мои глаза. Я опустила одежду и взволнованно ответила на его взгляд.

– Ев, это не шутки.

Судя по тому, как Алик ко мне обращается, он узнал меня. От этого легче не стало.

– Все так серьезно?

– Осколки в твоем сердце мешают выбросу крови в твое тело. Хорошо, что они пока не вышли из сердца вместе с кровотоком в вены, но такое происходит и ты не исключение.

– Что от меня требуется? – Я вернулась в кресло.

– Лечь в больницу…

– Боже нет, – перебила я его. – Алик, пожалуйста. Ты ведь знаешь, как для меня это важно.

К черту вежливый тон. Я знаю его. Он знает меня. Зачем прелюдии? Тем более сейчас не до этого!

– Ты всё ещё стремишься стать сайадом?

– Я всегда буду к этому стремиться. Это мой смысл жизни!

– Ева, твоё сердце может отказать в любой момент! Ты понимаешь это? – строго, но тихим хриплым голосом высказал врач.

– Не откажет! Я чувствую себя хорошо. Со мной ничего серьезного не происходило.

– Пока не происходило.

Он развернулся к компьютеру и стал увлечённо печатать.

– Алик, ты открываешь историю болезни?

Он проигнорировал меня и лишь поправил прямоугольные металлические очки.

– Пожалуйста, не делай этого. Помоги мне пройти этот этап. Прошу! – взмолилась я, героически сдерживая слёзы.

Мужчина на секунду остановился, затем продолжил печатать.

– Алик, взамен я сделаю всё, что скажешь.

Он перевёл взгляд зелёных глаз на меня и нахмурил брови. Его челюсть напряглась, и были заметны нервно играющие жевалки. Он встал и вышел из кабинета. Его не было несколько минут. Страх съедал меня изнутри. Напряжение ощущалось во всём теле. Мне было ужасно стыдно перед ним за наше детство и за то, через что я сейчас заставляю его пройти. Но я не могу лежать в этой проклятой больнице, когда мне наконец выпал шанс исполнить то, к чему я долгое время готовилась.

Я беспощадно, до хруста мяла свои пальцы и ожидала худшее. Алик всегда был строг со мной и серьезен. Он очень редко шёл мне на уступки. Процент того, что он мне откажет может достигать девяносто девяти.

Вскоре врач спокойно вернулся в кабинет и сел за компьютер.

– Я не буду создавать тебе историю болезни и не укажу в обследовании проблемы с сердцем, но взамен ты будешь раз в неделю приходить лично ко мне и обследоваться, а также выполнять все мои рекомендации. Ты должна понимать, сделав это, я впредь несу за тебя большую ответственность и прошу уважительно относиться к моим назначениям.

Я широко раскрыла глаза и послушно несколько раз кивнула. От счастья я готова была бегать по комнате и кричать. Мне выпал этот несчастный один процент его милости.

– Большое спасибо! – громко выкрикнула я. – Обещаю, буду выполнять все твои рекомендации!

Алик всё так же сдержанно сидел и с безэмоциональным лицом водил пальцами по сенсорному экрану своего компьютера.

Мне хотелось в порыве радости обнять его, но я решила, что это будет лишним. Тем более всё, что было в детстве, там и осталось за громким шумом, самоотверженностью и розовыми бликами.

_______________________________________________________________________________

1* Сайад – термин, придуманный в 2222 году, означающий «защитник от внеземной цивилизации».

Глава 2. Этап второй.

Здесь меня точно не найдут.

Я торжественно хихикала, пролезая под ограждением. Это место самое недоступное, так что я выиграю эту игру. Спрятавшись за деревом, я начала думать о том, что меня может быть видно и решила поменять ствол на другой. Так я повторила несколько раз. И поняв, что теперь я победитель, затаилась.

Прошло много времени. Тишина давила на уши, но я не сдавалась. Вот ребята удивятся. Они, наверное, уже ищут меня повсюду.

Последний солнечный луч осветил кроны деревьев и скрылся вместе с дневной звездой за горизонт. В лесу воцарилась ночь. Стало прохладно. Я съёжилась и прильнула к древесине. Безмолвный лес по началу стал пугать своей темнотой, но потом я привыкла. Шелест листьев начал убаюкивать меня, и я задремала.

Непонятный свист и звук дрожащего железа, будто от удара, заставил меня разлепить глаза. Я сонно оглянулась в поисках неприятного шума и заметила вдалеке голубое свечение.

Встав с сырой земли, я побрела на этот притягательный свет. Ветер с каждым разом усиливался и уже начал управлять моими каштановыми волосами.

Огромная дыра в пространстве с зияющей пустотой внутри никак не гармонировала с лесной чащей. Завороженная этим явлением, я застыла на месте в пяти шагах от него. Края этого овала будто пилили и искажали пространство вокруг себя. Голубые искры летели во все стороны.

Запахло горелым, когда я услышала свое имя. Оно звучало издалека. Кто-то отчаянно искал меня.

Неужели ребята все-таки нашли меня.

Я обернулась на голос и увидела знакомого мальчика. Он смотрел в мою сторону с круглыми от удивления глазами. Я думала он подойдет ко мне, что бы мы вместе посмотрели на эту странную штуку, но он не двинулся с места, будто загипнотизированный. Послышался скрежет из этой дыры, и мальчик взволнованно открыл рот. Его губы так смешно двигались, будто в немом кино. Он стал бежать в мою сторону. Чем ближе он был ко мне, тем более чётче я видела на его лице сильную тревогу. Я резко обернулась и в мгновение почувствовала, как страх сжал мои внутренности и горло. Существо, пылающее иссиня-черным огнем с множеством белых глаз, выходило из пустоты и смотрело чётко на меня. Ноги примёрзли к земле, и кто-то толкнул меня назад. Пришелец замахнулся в тот самый момент и откинул в сторону мальчика, который секунду назад быстро закрыл меня своим телом. Я попятилась назад, плюхнулась на свежую траву с ужасом, ища и окликая пострадавшего. Господи, пусть он будет жив!

Непонятное создание тянуло щупальца ко мне, и я истошно закричала.

– Нееет!!! – выкрикнула я, резко открыв глаза, лёжа в своей постели.

Сердце бешено отбивало ритм, пропуская сквозь себя ледяную кровь. Я дышала так, будто пробежала без остановки десять километров. Резко подняв голову, я сжала тёмно-зелёную пижаму в области груди. Страх всё ещё был в моем теле.

– Ева? – послышался глухой голос из соседней комнаты.

Мама? Боже мой! Я напугала её.

Я резко встала с постели и побежала на голос. Мама уже перелезала с кровати на инвалидную коляску, когда я вбежала в её комнату.

– Не вставай, – пролепетала я, подбегая к ней ближе.

– Что случилось? – слабым и тихим голосом спросила она.

– Ничего. Всё хорошо.

– Ты так сильно кричала. Точно всё хорошо?

– Плохой сон приснился, – наигранно посмеялась я, – пустяки. Не переживай мамуль.

Она погладила меня по щеке и вновь посмотрела своими глазами сожаления. Я не любила этот её взгляд. Совершенно точно, она думала о том, что ей очень жаль, что она стала обузой для меня. Но это не так! Для меня мама была единственным близким человеком, и я буду бороться за ее жизнь всегда!

– Девочка моя, я чувствую, когда тебе плохо, – проговорила она.

– Поверь мне, мам, всё хорошо, – врала я.

Ей не нужно знать о моих проблемах. Однажды, я дала обещание самой себе, что буду рассказывать Лале только хорошие новости своей жизни. Негатив лишь опечалит её прекрасные, хоть и прошедшие через беспощадное время, оливковые глаза.

– Я не успела вчера рассказать тебе все новости, – начала я, лживо улыбаясь, – я почти поступила в Академию. Первый этап из трёх я уже прошла!

Посмотрев краем глаза на время, я принялась аккуратно усаживать маму на коляску.

Восемь утра. Пора пить лекарства и завтракать.

– Правда? – искренне удивилась Лале, – я никогда не сомневалась в твоих силах. Ты моя умница.

– Сегодня будет второй этап. Так интересно, что там будет…

Забалтывать людей у меня выходит лучше всего. Отвлекая маму позитивным диалогом, я и сама перестала думать о том, как начался мой день. Совесть порой охватывает меня с головой, когда я вру маме, но я просто не могу накладывать на больную женщину свои проблемы. Никогда так не сделаю. Пусть я буду самым лживым человеком на всей планете, я не стану печалить близкого человека.

Маме 54 года. Однажды, она вышла из дома и прогуливалась вдоль леса в сторону магазина. Голубая волна резко сбила её с ног и теперь в её сердце осколки души инопланетного существа. Они так и не мутировали. Вот уже десять лет они доставляют маме беспокойство. Доктора всей планеты ищут способ спасти людей, клетки организма которых не способны переработать осколки и преобразовать их в рейтроны. Примерно 95% людей, заболевших Кардооскилозом, не имеют достаточно сильную иммунную систему, чтобы войти в список везунчиков, относящих себя к 5% населения. Люди приблизительно через 10-20 лет после заражения умирают, а врачи ничего не могут с этим сделать, хотя в наше время любую известную человечеству болезнь можно вылечить.

Лале пьет лекарства, поддерживающие её сердце. А я молюсь во всех существующих храмах о её выздоровлении.

У меня больше никого нет.

Экран, мирно висевший на стене в гостиной, включился, заметив нас.

– Доброе утро. Сегодня 1 августа и прекрасная солнечная погода. Температура воздуха составляет 23 градуса по Цельсию. Днём температура достигнет 37 градусов, не забудьте надеть защитные костюмы. Радиоизлучение солнца сегодня особо сильное. Берегите себя, – проговорил электронный голос, показывая снимки солнца и различные места планеты Земля, – Карноус Кром выступит с речью через десять минут!

Я, не обращая внимания на экран, при поднесла лекарства Лале и принялась готовить завтрак.

– Интересно, какие новости будут за месяц, – проговорила мама.

«Всё как обычно! «Мы не сдаёмся. Военные уже видят результат. Наша задача охранять наш вид».» – подумала я, имитируя голос президента нашей планеты.

– Может наконец люди придумали защитный барьер для Земли по лучше, – пробормотала я.

Мама с надеждой посмотрела на меня, затем перевела взгляд на экран, в котором киношно показывали сайадов, героически спасающих людей от врагов с другой планеты.

На самом деле всё выглядит не так воздушно, как передают нам по новостям.

Я была там. Я знаю.

Переворачивая оладьи, я скривила лицо. Вторая сторона немного подгорела.

Я летаю в облаках.

Некоторые лепёшки подгорели не так сильно, их я отдам маме.

Зазвучал гимн Земли. Экран показал развивающиеся голубо-зеленый флаг планеты.

Мама положила морщинистую руку на сердце. Глаза её немного прослезились. Она от счастья и патриотизма. Я знаю. Не люблю видеть, как мама печалиться.

– Приветствую дорогие земляне, – начал Карноус Кром с экрана, – мы с вами сейчас находимся в нелёгком положении. Как вы знаете нашу планету окружили инопланетные существа. Мы всё ещё пытаемся понять причину их враждебности. Устанавливаем контакт. Для обоих сторон важно найти компромисс. Ну, а пока, мы не сдаёмся! Военные активно защищают наши границы и результат уже виден! – Мощные плечи старика, как по команде напряглись. Взгляд стал суровым.

"В который раз". – подумала я, закатив глаза.

– Наша задача всеми силами охранять наш вид!

Я раздражённо выдохнула, поливая оладьи клубничным сиропом и подавая на стол. Обратив внимание на маму, я не решалась прервать её прочный зрительный контакт с кумиром. Не часто её глаза так искрятся. Я даже ревную немного.

Закончив слушать этот уже приевшиеся, заученный всем человечеством стих, мама наконец обратила внимание на меня.

– Ух ты, – воскликнула Лале, – выглядит восхитительно Ева. Мне не терпится попробовать.

Я расплылась в улыбке и села за стол. Солнце падало сквозь прозрачные окна прямо на наш стол, создавая теплую атмосферу. Радужные блики заполнили всю кухню, плавно переходя в гостиную.

Экран вдруг громко стал проигрывать гимн Земли.

– Длюту заткнись! – рявкнула я в сторону гостиной.

Наступила резкая тишина, затем послышалось пение птиц за открытым окном.

– Зачем ты так? – недовольно спросила мама.

– Ну, а как ещё. Тебе громкие звуки противопоказаны.

– У тебя просто плохие отношения с Длюту, – заметила Лале.

– Мам, он искусственный интеллект. Ему всё равно, как я с ним общаюсь.

– Мне не всё равно, Ева, – послышался электронный голос из звуковой колонки, стоящей на деревянной столешнице рядом с нами.

– Тебе спать пора, – поморщилась я, пережёвывая очередную оладью.

– Я не сплю Ева. Я всегда готов помочь.

– Тогда помоги мне. Избавь меня от своего надоедливого голоса, – спокойно проговорила я.

– К сожалению, я не смогу этого сделать. Кто тогда будет говорить вам доброе утро? – Не сдавался искусственный интеллект.

Лале улыбнулась с удовольствием дожёвывая лепешку, облизывая тонкие губы, измазанные сиропом.

Я закатила глаза и усмешливо выдохнула.

– Всё хорошо Длюту. Ты молодец, – проговорила мама, сдерживая смех.

– Благодарю Лале. Всегда рад помочь.

Длюту был нашим персональным искусственным интеллектом. Он был с нами столько сколько я себя помню. Я стала недолюбливать его совсем недавно, когда он начал подслушивать мои разговоры и сливать все мои чаты и данные маме. Врать иногда не получалось. Лале узнавала о моих неприятностях раньше, чем я успевала придумать оправдания. Сейчас, я установила персональную защиту на все мои файлы, но он все равно подслушивает мои разговоры через домашние колонки.

Загрузив грязную посуду в посудомойку, я направилась в ванну умываться. Я начала невольно думать о том, что приснилось мне сегодня утром. Мне не часто снятся такого рода сны. Но если такое случается, то не запомнить их я не могу. Мне привиделось мое детство. Мой грех, который я не искуплю. Я знала, что в ту закрытую зону нельзя входить, но мне было важнее то, что я выиграю эту чертовую игру в прятки.

Я зажмурилась над прозрачной раковиной, пытаясь отогнать своё прошлое на второй, третий, десятый план.

То, что было не вернуть! Оно уже произошло, и я никак это не исправлю.

Плеснув в лицо ледяную воду я вздрогнула, по коже волнами поплыли мурашки.

Через час после того, как Алик заполнил моё состояние о здоровье, мне пришло сообщение от Академии Сайадов. Они ждут меня сегодня на второй этап в час дня.

Надев черные джоггеры и кофту с SPFclo защитой уровня 89, я взялась за распыление прозрачной защиты на волосы и открытую кожу. Днём обещали сильную радиацию и высокий градус, подстраховаться не помешает.

Выйдя из комнаты, я обнаружила маму, смотрящую ток-шоу. Обычно, если у меня днём дела, она вот так тихо сидит и смотрит на экран. Конечно, когда я прихожу, то отважу её куда-нибудь в парк или на мероприятие. Инвалидная коляска не должна сковывать её кругозор.

– Мам, я буду к вечеру. Не скучай. Если вдруг что, обязательно пиши. Чат*1 я взяла с собой, – проговорила я, показав ей маленькую прямоугольную технику и бросила её в рюкзак.

– Удачи Хэва и будь пожалуйста осторожна, – заключила мама, взволнованно провожая меня взглядом.

До Академии добираться достаточно долго. Примерно два часа. Поэтому я решила потратиться на магнитокоп. Этот транспорт доставит меня до центра города за тридцать минут. Стоит 110 ницей*2. Дорого, конечно, но ощущения незабываемые. И судя по времени, которое показывает мой ибрас*3, я могу опоздать.

Еле успев запрыгнуть в транспорт, пока двери не за стеклились, я села на место, указанное в билете.

Я облегчённо вздохнула, когда заметила свое пустое сиденье у самого панорамного окна. Отлично! Значит день сегодня будет проходить недурно.

Магнитокоп начал своё движение, точнее полет. Он летал сквозь магнитные кольца, расположенные на приличном расстоянии друг от друга, при этом в салоне никаких помех не наблюдалось. Внутри всё было так же тихо и удобно, как и до старта. Мимо проносились пейзажи центрального города планеты – Зегидрона.

Высоченные здания, пронзающие своими концами облака, сменяли друг друга. Множественные овальные корабли парили на нашем уровне меж высоток и так же стремительно скрывались за нашим транспортом. В салоне играла музыка. Я подавила смешок и уставилась в окно. В данный момент все слушали Бетховена. Засмотревшись на сидение впереди меня, я неосознанно вспомнила, как мама назвала меня «Хэва». Так она называла меня, когда хотела признаться, что любит. Я стала глупо улыбаться, уставившись в одну точку. На самом деле не многие знают это обращение ко мне. Так зовут меня, только избранные люди, когда хотят сказать, что любят.

Вскоре, выйдя из магнитокопа, я отправилась пешком в сторону Военной Академии.

Жарко совсем не было. Наша одежда имеет свойство охлаждать или согревать кожу в зависимости от внешней температуры.

Странно. Здание Военной Академии не было так заполнено людьми, как в прошлый раз. Пройдя контроль в центральном здании, я направилась в уже привычное, седьмое.

– Вашу руку, мисс, – невозмутимо проговорил Элрик.

– Неужели вы меня не запомнили? – спросила я, вежливо улыбнувшись, подавая руку.

Золотовласый парень внимательно посмотрел на меня, затем сделал лицо попроще.

– Запомнил, конечно. Но мне в любом случае нужно проверять каждого входящего, пока вы не поступите в Академию и у вас не будет свой пропуск.

Я поджала губы, но улыбку не убрала.

– Кажется вы выглядите лучше с нашей прошлой встречи. Новый парфюм? – добродушно спросила я.

Он зарделся, отходя чуть назад и уставился в планшет, делая серьезный вид.

– Кхм, Ева, – заикаясь проговорил он сам себе.

– Я могу идти на второй этап?

– Да, конечно. Тебя ждут в 540 кабинете на втором этаже.

Я устремилась к лестнице и краем уха услышала голос Элрика.

– Уд – ууу-дачи, – неуверенно прокричал он.

Я ухмыльнулась и показала ему большой палец вверх. Я находила Элрика забавным. Он казался довольно простым парнем.

Идя по уже знакомому коридору, я всё больше удивлялась. Абсолютно никого. Гробовая тишина.

Войдя в 540 кабинет я прищурилась от большого количества белого цвета в комнате. В центре помещения стояли два небольших стола друг на против друга и железные стулья. Оглянувшись по углам, я не заметила камер наблюдения.

– Пожалуйста поместите свою сумку, гаджеты и украшения в полку справа от вас, – послышался электронный голос из неоткуда.

Я послушно выполнила указ, предварительно вытащив из сумки серебряный лист.

– Присаживайтесь на стул, – скомандовал голос.

Сев на неудобный жёсткий стул, я поставила пропуск перед собой. Из стола напротив вышел костлявый робот. Он аккуратно взял бумагу и единственным большим круглым глазом взглянул на него.

– Вижу, первый этап пройден. Сейчас вы на втором этапе. Его смысл в том, чтобы понять ваши умственные способности.

Я скрестила пальцы между собой и глубоко вздохнула, ничуть ни нервничая.

– На вашем столе будут появляться задания. Ваша задача указывать нужные ответы.

Убрав руки со стола, я обнаружила на белой плоскости черные символы. Подняв глаза, я заметила, что огромный глаз приблизился ко мне достаточно близко. Он внимательно наблюдал за каждым моим движением.

В этот момент я поняла. В списке самых ненавистных вещей в моей жизни на первом месте это больницы, на втором – роботы. Терпеть эти тупые железки не могу. В наш век, к сожалению, эти твари везде!

Стараясь не обращать внимание на жуткий глаз, я приступила к первому заданию.

Задание: «Перед вами три палки разных размеров. Расположите их так, как считаете нужным.»

Мои брови в удивлении поползли вверх. Это только первое задание…что за бред?

«Так, ладно. Палки разных размеров. Из них ничего не соорудишь, разве что поставить в определённом порядке. По возрастанию или убыванию? Черт, это проверка на интеллект?» – подумала я.

Я решила тупо расположить их по убыванию, так как соорудить из этих палок ничего нельзя.

Каким-то образом стол понял, что я закончила и сразу же переключил себя на следующее задание.

Задание: «В каком году Карноус Кром издал указ о создании отдельной Академии для защитников от вне земной цивилизации?»

Ничего легче и не придумаешь. Ответ на этот вопрос знает любой уважающий себя сайад, ну или тот, кто стремится поступить в Академию.

На пустом пространстве я стала пальцем выводить ответ – «2225 год».

Задание тут же исчезло и появилось новое.

Вопрос: «На задании вы с напарником наткнулись на пришельца. В ходе битвы ваш напарник ранен. Ему угрожает опасность: его могут убить. Портал открыт. Чем вы займетесь в первую очередь: спасёте напарника или закроете портал?»

Краем глаза я заметила таймер в углу стола. Готова поклясться, что он появился только что.

Он отсчитывал 10 секунд.

«Черт возьми, что происходит?» – успела подумать я.

9 секунд.

«Серьезно?»

8 секунд.

«Так, ладно…»

7 секунд.

«Если оставлю портал, из него могут выбраться много пришельцев и тогда человечество окажется в ещё большей опасности.»

6 секунд.

«Если оставлю напарника, пришелец его убьет.»

5 секунд.

«Но ведь это же напарник.»

4 секунды.

«Пожертвовать одним, чтобы спасти тысячи.»

3 секунды.

«Но это ведь тоже человек…»

2 секунды.

«Если оставлю портал открытым, более дорогие мне люди пострадают.»

1 секунда.

Я с холодной головой сделала свой выбор и появилось следующее задание. Казалось, с каждым разом уровень сложности возрастал. Над некоторыми пунктами я могла сидеть по 10 минут, если того позволяли условия. Судя по тому, как сильно болела моя спина и ягодицы, я находилась в этой комнате минимум два часа и прошла около 150 заданий. В определённый момент, я отчаянно глазела в белоснежный потолок с мыслью, что возможно меня ждет бесконечный экзамен.

После того, как я перестала чувствовать указательный палец из-за постоянных тыканий, стол побелел и глаз вернулся к своему месту.

– Поздравляю! – торжественно проговорил робот, – вы успешно прошли второй этап. Вы ответили на 1000 заданий: из них на 799 вы ответили верно, 188 заданий вызвали интерес судей, 13 вопросов остались без верного ответа.

Я уставшими глазами наблюдала за роботом, ожидая, пока он закончит тараторить.

– Ожидайте сообщения на третий этап в скором времени. До встречи.

Железяка протянула мне серебряный документ.

Я молча встала и взяв документ, кое-как поковыляла за своими вещами.

«Полное издевательство. Как будто в тюрьме. Хотя бы стул сменили бы.» – проворчала я самой себе.

Выйдя из кабинета, я облегчённо вздохнула, увидев привычное освещение. В коридорах, по-прежнему, никого не было. Я почему-то думала, сдавать экзамен новички будут всем скопом, но видимо каждого вызывают в определённый день и по отдельности. Ещё это может зависеть от того, как быстро новобранец выполнил первый этап.

Измученная морально и физически, я спускалась по двигающиеся неоновой лестнице.

– Вид измотанный, – подметил Элрик, встречая меня у выхода из здания.

– Я сдала, – хриплым голосом проговорила я.

– Я знаю. Вся академия знает, – сказал охранник.

Я устало улыбнулась и кивнула.

– Но ты молодец. Так быстро выходят со второго этапа единицы. Тебе потребовалось на 1000 заданий всего два часа. Многие и за три не могут пройти.

Прекрасно. Я и так знала, что сдам этот этап. Я готовилась. Много читала. Проходила большое количество тестов, и не зря.

– Это. – Привлек мое внимание Элрик, – я на самом деле не пользуюсь парфюмами.

Это немного отрезвило меня, и я тупо уставилась на этого высокого парня, который от смущения рассматривал полы.

«Его так задели мои слова? Ну надо же.» – усмехнулась про себя я.

– Удачной работы Элрик, – заключила я, выйдя из здания.

Достав из сумки Чат, я заметила сообщения от мамы и друзей с работы, а также…

+1 сообщение от Доктора Алика?

Ответив на мамины сообщения, я открыла чат с врачом.

"Жду тебя сегодня в больнице. Нужно обсудить назначения" – писал он.

Смесь страха и ненависти к такого рода встречам, создавала водоворот внутри меня. Это неприятное ощущение волнами распространялось по всему телу.

Я поехала в центральную больницу.

Блестя на солнце и ослепляя мои глаза, это здание ещё больше начало мне не нравиться. Но я заставляла себя идти в это при-неприятное место. Я дала обещание и не могу нарушить его. Тем более, без Алика меня бы, наверное, и в саму Академию не допускали бы, не говоря уже о том, чтобы учиться там.

– К Алику Фариду, – безразлично проинформировала я администраторов на ресепшене.

Девушки нахмурили брови и с недоумением посмотрели друг на друга, затем начали активно клацать по клавиатуре. Потом не отходя мониторов одна из них на ровном месте начала говорить с врачом. Видимо на ней был микро-наушник.

– Доктор Алик, к вам девушка. Видимо без назначений, талонов и направлений. Пропустить? – она выдержала вежливую паузу, – да, розовые. Хорошо.

Я обижено сдула прядь волос с лица и уставилась на девушку.

– Доктор Алик Фарид ожидает вас в 9 кабинете.

– Благодарю, – мелодично и нагловато произнесла я.

Идя по коридору, мельком читая статьи и дипломы на стенах, я удивилась. Тут почти всё о достижениях Алика. В прошлый раз я настолько была в стрессе, что даже не заметила этого.

После двух стуков в дверь, я по-хозяйски зашла в кабинет кардиолога.

«Когда он так вырос?» – первый вопрос, что пришёл мне в голову.

Алик был весьма здоровый физически. Раньше он тоже был высок, но мышечной массы особо не наблюдалось.

Он был в маске и перчатках, когда я вошла. Заметив меня, мужчина, не торопясь снял перчатки, маску и сбросил в ярко-желтую урну. Скорее всего он после операции или осмотра. В любом случае вид у него уставший, как в прочем и у меня.

– Присаживайся, – послышался его хриплый и грубый голос.

Я без комментариев выполнила его просьбу. Он сел за свой стол напротив меня.

– Итак, начнём. Как ты себя чувствуешь?

– Отлично, – резко выдала я.

– Хорошо, тогда спрошу немного по-другому. Если отбросить глупые попытки врать мне. Как ты себя чувствуешь? – последнее предложение он проговорил угрожающее, с паузой после каждого слова.

Я напряглась.

– Сейчас я чувствую себя нормально, – сказала я, аккуратно обводя каждое слово.

– До сегодняшнего дня, что конкретно переживало твоё сердце? – Алик лениво раскрыл первые две пуговицы своего белоснежного халата и с уставшим видом рассматривал что-то в экранах своего компьютера.

__________________________________________________________________________

1* Чат – прямоугольный гладкий и компактный гаджет, предназначенный для сообщений и звонков.

2* Ницы – общепринятая на Земле онлайн валюта.

3* Ибрас – наручный тонкий браслет, полностью заменяющий телефоны прошлых веков. Единственное, что невозможно сделать на этом устройстве, это писать сообщение или звонить.

Глава 3. Приступ.

Под халатом у Алика была голубая рубашка. Судя по его общему состоянию, парню было жарко, но он не мог расстегнуть ещё и нижнюю часть одежды.

Странно. В кабинете было не так душно. Неужели он так усердно работал, что даже вспотел.

Длинные пальцы массивной руки, лениво водили по сенсорному столу. Он ведь не просто кардиолог, он еще и хирург. Эти изящные руки, скорее всего, провели не мало операций и спасли множество жизней.

Сегодня его лицо было бледным. Спал ли он вообще?

Его очки бликовали. Я не могла четко разглядеть контур его глаз, но я помнила их, когда мы ещё были школьниками. Тогда его ярко-зелёные глаза были очень серьёзными. Алик быстро вырос и поставил себе цель. Он шёл к ней несмотря ни на что. Любые преграды на своём пути он уничтожал.

Его черные густые волосы…

– Ева? – послышался хриплый мужской голос, который выдернул меня из раздумий.

Мой взгляд резко вернулся к выжидающему лицу доктора.

– Да? – суетливо переспросила я.

– Тебе нужно время, чтобы обдумать мой вопрос?

«А какой был вопрос? Черт, я забыла. Вернее, даже не обратила внимание.» – подумала я, неловко посмотрев на него.

– Я немного не поняла твоего вопроса. Прости, но ты можешь разъяснить его? – выкрутилась я.

Рядом с ним возникает четкое ощущение собственной неполноценности. Чувствую себя тем двенадцатилетним ребёнком, который в порыве гормонов признался ему в любви.

– Были ли случаи плохого самочувствия в твоей жизни? – переспросил он.

– Однажды, я напилась крепкого вина и выпила немного водки. Так плохо я ещё себя никогда не чувствовала, – увлечённо начала я.

Густые брови доктора в удивлении поползли вверх.

Я неловко улыбнулась.

«Неужели он не об этом спрашивал или я сболтнула лишнее?» – подумала я.

– Я спрашивал не про факторы добровольного саморазрушения. – Доктор на секунду опустил голову и нескладно сменил позу. – Были ли моменты, когда без вмешательства со стороны твое самочувствие ухудшалось?

Он так и намекает на это. Тот случай в школе, когда я первый раз чуть не потеряла сознание. Он был там и часто спрашивал об этом, но я упрямо твердила о том, что я здорова и, что все это со мной произошло по вине неуклюжести. Я просто не могла рассказывать всем подряд, что я чувствую. И не рассказала бы даже самому близкому человеку.

Я нервно бегала взглядом по столу доктора, поджимая губы. Я думала о том, как бы ему сказать правду, соврав.

– Был один момент. Когда маму поразило волной, я ощутила безысходность, страх и учащённое сердцебиение…

Взглянув на Алика я почувствовала, как уверенность в ту же секунду покинула меня.

«Ну зачем он снял очки? С ними он выглядел более безобидным.» – подумала я, пытаясь скрыть нервозное смущение.

Зеленые глаза, обрамленные короткими черными ресницами, напряженно смотрели четко в мои.

Нервно вцепившись в сидение своими тонкими пальцами, я слабо улыбнулась.

Он тяжело вздохнул и уставился на свои металлические очки, которые он держал в руках. Доктор задумался о чем-то. Наблюдая за ним, я не могла распознать, о чём конкретно были его мысли. В лице вроде как было сожаление или…раздражение.

– Это был единственный случай? – тихо спросил Алик, не подымая глаз.

Может рассказать ему правду? Он выглядит очень измотанным… Нет. Если я расскажу всё как есть, он будет пичкать меня таблетками и обследованиями. Находиться в больнице я буду намного чаще, чем сейчас.

– Да, – невинно ответила я.

Он вновь тяжело вздохнул, но еле слышно.

– Ев, – начал он, уставившись в экран своего компьютера, – я назначил тебе ЭКГ и 5-Дскан. Будь добра, сходи сейчас во второй кабинет и можешь идти домой.

– Зачем?

– Эти обследования дадут мне больше информации о состоянии твоего сердца.

– Я же сказала, что чувствовала себя плохо всего один раз, – не сдавалась я.

– Ты прошла второй этап? – вдруг сменил тему Алик, обратив взгляд на меня.

– Д-да, – растерянно ответила я.

– Поздравляю. – Доктор еле заметно улыбнулся. – Помнишь наш уговор?

Я кивнула.

– Так вот. Если ты отказываешься выполнять мои требования, я напишу письмо в Академию с информацией о твоём реальном состоянии здоровья. Думаю, смысла в поступлении уже не будет.

Сердце вдруг сжалось от страха. Он не глупый мальчишка. Это взрослый мужчина, который видит меня насквозь во всех смыслах.

«Боже, за что мне это.» – взмолилась я про себя.

– Я поняла тебя, – поспешно проговорила я, вставая с кресла, – второй говоришь кабинет?

Доктор победно кивнул.

– Я свяжусь с тобой, как просмотрю результаты обследования, – заключил Алик, вновь приступая к работе за компьютером.

В следующем кабинете меня уже ждали. Пришлось снять с себя всю верхнюю одежду. Далее на мою грудную клетку надели полу кольцевой аппарат, который изнутри подстраивался под мои формы, будто пластилин. Мне велели не двигаться и просто свободно дышать. Процедура заняла десять минут. Я даже ничего не почувствовала.

«Эти аппараты точно работают?» – задумалась я, но тут же застыла с полу надетой одеждой, смотря в экран диагноста.

Так четко свое сердце я ещё не видела. Оно даже двигалось: сжималось и разжималось.

И что там можно увидеть? Обычное сердце. Бьётся, как у всех. Вот если бы оно не билось, тогда можно было назвать это проблемой.

Почему-то я вышла из больницы подавленной. Неужели моя совесть решила дать знать о себе. На секунду, я даже подумала рассказать всю свою жизнь Алику. Наверное, ещё раза три, если он на меня так посмотрит, своими пронзительными глазами, я будто под гипнозом всё доложу.

Я встряхнула ибрас и он показал мне время. Было пять часов дня. Солнце уже скрывалось за высотками, отбрасывая их угрожающие тени на землю.

Сегодня у меня ночная смена. Я как раз успею, если сяду на магнитокоп.

Кафе «Дивный сад» – там я работаю. Оно находится в тридцати минутах пешком от моего дома и открыт почти круглосуточно. Я устроилась туда, будучи ещё школьницей. Конечно, меня вначале не хотели брать, но я доказала им, что могу выполнять свои обязанности и даже лучше. Когда с мамой произошло несчастье, я была в средней школе. По началу мы с мамой жили на её инвалидное пособие, но вскоре лекарства стали стоить дорого и все государственные деньги уходили на лечение. Так как нам нужно было что-то есть, я начала работать и по началу скрывала это от мамы. Поздние визиты домой, я оправдывала дополнительными занятиями в школе. С того момента я и начала всем вокруг врать, чем я не горжусь. Совесть очень часто пожирает меня изнутри. Например, как сейчас: я нагло врала доктору, который помог мне. Лгала близкому другу, хоть и бывшему…

Моменты из прошлого вдруг начали всплывать в моей голове, словно слайд на высокой скорости, и я, как назло, знала и помнила каждое пролетающее воспоминание.

– Наконец-то, а то я уже подумывала, что ты не придешь, – облегчённо выдохнула Ноами.

Девушка с короткими каштановыми волосами, резко сняла с себя кружевной белоснежный фартук и накинула на мое плечо.

– Я же обещала Ноа. – Улыбнулась я. – Ты же знаешь, я держу обещания.

– Ага, знаю я, как ты держишь обещания, – ответила она, закатывая глаза.

Я вопросительно взглянула на неё.

– "Ой простите, сегодня не получится, я после тренировки ног не чувствую", – с имитировала мой голос Жанна, появляясь из-за двери в подсобку, – "извините, лечу с Луны, не могу выйти на работу…"

Ну последнее предложение явное враньё.

Я возмущенно выдохнула, качая головой.

– Да, да. В самую точку попала. Даже тембр голоса похож, – подметила Ноа, переодеваясь.

– Жанн, причины были реальными. Ты уж точно знаешь, – заверяла я, надевая форму официантки.

– Нет, не знаю, – пожала плечами начальница.

– Да как ты можешь? Я даже доказательства тебе отправляла!

Девочки только посмеялись, будто ликуя над тем, что очередной раз вывели меня.

С ними я работаю достаточно долго. Особенно с Жанной. Это кафе принадлежит ей. Мы знаем друг друга почти пять лет. Моя начальница высокая женщина с весьма плотным телосложением и рыжими кучерявыми волосами.

– В зале пока работает Индира, – сказала начальница, провожая меня взглядом из подсобки, – сегодня нужно поднажать, народу многовато.

– Поняла, – ответила я, впопыхах входя в зал.

Привычный яркий и теплый свет на секунду ослепил меня. Я принялась за работу.

Кафе было довольно скромным. Помещение не большое. Много горшков с цветами украшали стены. Растения были настоящими. Редко в наше время встретишь настоящее растение на территории города. Иногда мне казалось, что именно из-за большого количества зелени, люди часто посещают это непримечательное кафе. Меню было самое обычное. Можно было даже случайно спутать это заведение со столовой. Деревянные круглые столики и стулья кружили по залу, будто рябь на воде. Светло-коричневые стены идеально гармонировали с изумрудными листьями растений. И мы, официантки, в зеленых шелковых платьях до колена, летали от одного столика к другому. Атмосфера здесь всегда была позитивной. Любой человек, войдя в наше кафе уже менялся в лице.

Я смотрела на это количество людей и понимала, что домой я вернусь очень поздно. Возможно даже к утру. Работали мы до последнего клиента, иногда и круглосуточно.

– Выглядишь уставшей, – остановила меня Жанна на пол пути к кухне.

– Жан все хорошо. Просто не выспалась, наверное, – улыбнулась я.

Дело было плохо. Жанна была тем человеком, который чувствует своих сотрудников, лучше, чем их матери. Она была доброй и отзывчивой, но и строгой могла быть. Ей бессмысленно врать, но я всегда пытаюсь, как в первый раз.

Начальница сощурила глаза. Её морщинка, меж рыжих бровей, стала заметна. Она будто через силу отпустила меня, принимаясь за работу на барной стойке.

Я продолжила бегать от столика к столику, расплываясь в улыбке.

– Ох, когда уже можно будет домой идти? – устало выдала Индира, массируя свои лодыжки.

– Не скоро, там ещё пять человек сидят, – ответила я, выпивая целую кружку холодной воды из кулера.

Понимаю ее. Она работала весь день и сейчас до последнего клиента. Индира новенькая. Работает с нами месяца два не больше. Она достаточно красивая девушка. Тёмная матовая кожа и европейские черты лица. Гены решили остановится на ней и одарить невероятным сочетанием черт. Волосы, конечно, у неё были крашенные, светлые, но это очень хорошо гармонировало с её внешними данными. Она была негейкой расы.

Негейцы появились относительно недавно. Они были зарегистрированы, как новая раса людей. Скорее всего из-за них негроидная раса скоро исчезнет навсегда, как это было с европейцами и азиатами в 2196 году.

Выпив всё содержимое кружки, я жадно вдохнула воздух и выдохнула. Я потянула посуду к деревянному столику рядом с куллером и в следующую секунду не могла понять, почему поверхность начала раздваиваться. Частые моргания не помогали. Теперь столов было до десяти, и они накладывались друг на друга. Я прижала кружку к груди и попыталась нащупать стену слева от себя. Мне нужно сползти по ней, чтобы не упасть – это была моя стратегия на такие случаи. Голова стала тяжёлой и начала беспомощно свисать с моей шеи. Я всё-таки нашла стену и спиной облокотилась на неё. Медленно сползая, я пыталась ровно дышать, но с каждым вдохом я чувствовала боль в сердце. Описать это чувство можно было только так, будто внутри сердца оставили тысячу игл, и они растут в размерах, протыкая его насквозь.

Единственно, о чём я могла думать это – «только не здесь, только не сейчас».

Я всё ещё пыталась вглядываться в предметы, окружавшие меня, но я не могла понять на что смотреть. Вещи двигались и размножались. Они кружили вокруг меня, будто танцуя и издеваясь надо мной.

Я перестала чувствовать своё лицо. Губы онемели. Я опустила голову и взглянула на свои руки. Они есть, но я не узнаю их. У меня было 10 или 7 пальцев на одной руке.

Сквозь туман в моём мозгу, я пыталась контролировать ситуацию и спокойно глубоко дышать.

Постепенно чувство и осязание возвращалось ко мне, а боль в сердце притуплялась. Предметы вокруг меня перестали извиваться, и я уже четко могла видеть перед собой знакомый силуэт. Напротив меня сидела Жанна, сжимая мои предплечья и гладя моё лицо своими горячими руками.

– Ты меня слышишь? – голос эхом доходил до моих ушей.

– Да, – хрипло произнесла я.

Начальница с облегчением выдохнула, на секунду опустила голову, затем повернулась к рядом стоящей фигуре.

– Индира, продолжай работать, я сама здесь разберусь, – сказала она.

Девушка поспешно скрылась за стеной.

– Ходить можешь?

Я кивнула и на дрожащих ногах с помощью руки Жанны поднялась с пола.

– Жанн все хорошо. Голова закружилась просто, – оправдывалась я сразу.

Она одарила меня гневным и переживающим взглядом.

– Ев, что с тобой происходит?

– Ничего.

– Знаешь сколько раз за все время работы с тобой я заставала тебя в таком состоянии? Раз восемь! И всегда одни и те же внешние симптомы! – строго произнесла она.

– Всего лишь усталость.

Жанна нервно поджала губы.

– Если не скажешь, что на самом деле с тобой происходит, я сокращу дни твоей работы и найду тебе замену!

И в чём она не права? Я прекрасно понимаю, ей нужно, чтобы бизнес процветал, а с такими работниками как я будет трудно этого достичь. Будто от того, что я скажу правду, она непременно позволит мне дальше работать.

Мысленно, я начала прикидывать, что буду делать, если начальница решит уволить меня.

Где мне брать ницы?

Я слышала, что в академии выплачивают стипендию и весьма недурную, а за хорошую учебу ещё и подбрасывают дополнительно. Ещё можно поискать работу в центре города. После академии могу подрабатывать…

– Я не гоню тебя Ева, – сочувственно проговорила Жанна, развевая мой мысленный поток и поглаживая меня по голове, – ты как сотрудник для меня очень дорога, я не могу по собственному желанию тебя выгнать. Я просто переживаю за тебя. Эти приступы «усталости» очень страшные.

Последняя ее фраза заставила меня напрячься. Я никогда не задумывалась, как приступы выглядят со стороны.

– У меня всего лишь кружится голова, неужели со стороны это выглядит по-другому? – спросила я.

Девушка жалостливо выгнула брови и тяжело выдохнула.

– Тебе нужно обратиться в больницу. Не обижайся, но в следующий раз я вызову врача.

Я ухмыльнулась и хотела вселить в нее сомнения по поводу моего здоровья, но она перебила меня.

– Сейчас можешь идти домой! – она резко встала и начала подавать мне одежду.

Я недоуменно взглянула на нее.

– Не спорь со мной. Я не позволю тебе в таком состоянии работать дальше. Отлежись дома или обратись наконец в больницу. Как отдохнешь, пиши, разберёмся с твоим графиком.

Она помогла мне одеться и сопроводила из своего кафе. Жанна хотела вызвать такси, но я убедила её в том, что сама в состоянии добраться до дома.

В голове смешались стыд, безысходность и подавленность. Я старалась не думать об этом.

В чём смысл моих действий? Почему я всем вру? Почему не хочу лечиться? Смогу ли выздороветь, если буду под наблюдениями врачей? Конечно, нет! Иначе бы моя мать давно была здоровой. Эти приступы мешают мне жить, но они ведь не такие частые. Такое бывает примерно раз в месяц. Главное, чтобы не в общественном месте. Вся моя ложь вертится вокруг одной цели. Стать сайадом! Я исполню свою мечту, а может и к тому времени найдут лекарство от этой болезни. Если я сейчас займусь своим здоровьем, то потеряю большое количество времени. Таблетки и бесконечные обследования никак не помогут мне избежать этих приступов.

На самом деле, я не отношусь к своему здоровью столь пренебрежительно. Я изучаю эту болезнь. Слушаю интервью врачей. Все они как один утверждают, что найти лекарство смогут, только нужно немного больше времени.

Я встряхнула ибрас и взглянула на время. Сейчас почти двенадцать часов ночи. Надеюсь, мама выпила лекарство и легла спать. Ей нужно соблюдать режим.

На улице было довольно тихо, только изредка слышалось эхо пролетающего магнитокопа и вибрации машин, летающих над магнитной дорогой.

Давно привыкнув, к тому, что ночью за барьером звёзды размытые, как солнце, если смотреть на него сквозь пленку, я даже не взглянула на небо. Я лишь шла вдоль колючей проволоки, из которой было сплетено высокое ограждение, и смотрела будто сквозь него. Длинные стволы деревьев с сухими жёлтыми листьями, будто ещё одна стена ограждали город от своих тайн. Я больше не входила в этот лес с того момента, хоть меня и тянуло исследовать его. Когда я стану сайадом, это будет моей работой. Я должна буду не только защищать город, но и расчищать лес, чтобы избежать нападения инопланетных существ. Когда я думаю об этом, моё сердце с благоговением замирает.

Наш с мамой одноэтажный дом, расположен неподалеку от железного ограждения. Он единственный такой. Нет, мои родители не строили его специально возле запретной зоны. Когда еще был жив мой отец, забор стоял намного дальше от нашего дома. Его территорию незаметно расширяют с каждым годом. Государство часто предлагает нам съехать из нашего дома, но мы с мамой очень упрямые. Его построил мой отец, как мы можем его бросить? Это определенно невозможно!

Аккуратно войдя в дом через темно-коричневую дверь, я вслушалась. Было очень тихо. Мама наверняка заснула уже. Не слышно, я прокралась в комнату мамы. Удостоверившись, что она сладко спит, я направилась в свою комнату. Переодевшись, я пошла в душ.

Теплые капли освежающей воды, ливнем окутали мою голову и обнаженное тело. Некоторое время, я просто стояла, вспоминая сегодняшний день. Пожалуй, самое жуткое, что со мной произошло это сон. Я всё не могла выкинуть его из головы. Это абсолютно точно был не сон, а воскресшее воспоминание.

Но почему сейчас?

В темноте моих закрытых глаз, показался нефритовый взгляд. Я резко разлепила веки, и вода тотчас залила зрачки. Я нервно поморгала и судорожно выдохнула горячий воздух.

«Это было давно! Когда я была наивной девочкой! Сейчас это не имеет смысла! Это отвлекает. Я не должна думать об этом.» – громко подумала я.

Но эти воспоминания один за другим, будто разблокированные файлы всплывали в голове. Я пыталась их стереть.

Выкинуть!

Вырезать!

Не получалось…

Сознание не слушалось меня. Сердце обдало холодом, затем чем-то раскалённым и я поспешила заканчивать купание, попутно отвлекая мысли на более простые вещи.

Лёжа в кровати с мокрой головой в полной темноте и еле входящим светом луны через панорамное окно, я нервно моргала, переводя взгляд, то в один угол комнаты, то в другой. Затем, я навела ибрас на белый экран, который был встроен в потолок над моей кроватью.

Тут же по потолку заскакали круглые значки. Держа руку в невесомости, я навела палец на нужный мне раздел и открылась страница.

На всей земле пользовались лишь одной социальной сетью – Вордстор.

Это приложение можно было использовать самыми различными способами: знакомства, фото, видео, новости, ведение бизнесов и многое другое. Моя страница была не особо примечательной: 58 публикаций и 897 смотрителей. Фотографировала я себя редко, чаще всего, я делала снимки того, что меня окружает. Открыв поиск, я принялась делать то, для чего я открыла это приложение.

«Алик Фарид» – ввела я в пустую строку.

Только один аккаунт с непонятной чёрно-белой аватаркой. Перейдя на страницу, я округлила глаза в удивлении.

2 публикации и 189 тысяч смотрителей. Первая была фотография макета сердца, который возвышался над большим количеством книг и бумаг. Подпись под публикацией: «наше с вами сердце перекачивает около 7600 литров крови каждый день. Вы знали, что это эквивалентно количеству топлива для поездки на Луну и обратно?».

Он буквально живет своей работой.

Я устало ухмыльнулась и перешла ко второй публикации. Моя улыбка тут же стерлась. Там была круговая карусель из нескольких фотографий. Первое фото это голубое небо с виднеющимся в нижнем левом углу козырьком крыши школы, которую мы закончили. На втором фото был большой, открытый школьный стадион в котором четко изображены бегающие мальчишки, среди которых был Алик. На третьем фото был изображен маленький стебелек растения, который буквально вырос из асфальта, пробивая его насквозь. На четвертом изображении был он сам, сидевший на ступеньках, освещенным жарким солнцем возле школы, сгорбившись над планшетом.

Моя кровь вдруг стала такой горячей, что я чувствовала, как она прожигает нежные стенки моего сердца. В данный момент я не понимала, были ли эти симптомы от болезни или от осознания того, что все эти фотографии делала Я.

Глава 4. Этап третий.

Нежный ветерок подул в его сторону и чёрные волосы всколыхнулись, оголяя гладкий бледный лоб. Он нахмурился. Что-то, что он прочитал в своём планшете, заставило его задуматься. Я робко села рядом, взглянув на чужой экран.

– Эволюция человека? – спросила я.

Он кивнул и продолжил изучать учебный материал.

Мне так хотелось, чтобы он обратил внимание на меня. Хотелось задать ему уйму вопросов. Завести диалог. Но я не решалась прервать его немую беседу с биологией.

Какое-то время, я всё ещё сидела рядом, изучая его профиль. Он был таким красивым. Девочки с моего класса не понимали это. Несуразный, худой очкастый мальчишка с плохим стилем в одежде и глупой прической. Никому он не нравился, кроме меня.

«Что, если я расскажу ему, что чувствую? Поймет ли он меня.» – думалось мне.

– Прекрати пялиться, – выдал парень, не сводя взгляда с планшета.

– Мне интересно, что ты читаешь. Можешь объяснить для меня эту тему?

Он удивленно посмотрел на меня. Солнце осветило половину его зрачка и глаз стал на тон светлее.

– Эту тему изучают в старших классах. Тебе до этой темы еще много чего проходить нужно.

– Когда я дойду до этой темы, ты уже закончишь школу.

– Само собой.

Он изучающим взглядом всматривался в моё лицо. Я вдруг зарделась и отвернулась, рассматривая окружающую обстановку. Мы сидели во дворе школы на перерыве. Шёпот ветра и пение птиц для нас были ближе, чем голоса учеников, которые доносились со школы. Я робко посмотрела в сторону друга и к счастью, он обратил всё внимание на планшет, но всё же я почувствовала лёгкое разочарование. Нет, я не стану ему говорить о своих чувствах.

– Ты мне нравишься Алик, – вдруг произнесла я.

Неожиданно стало тихо и даже ветер перестал развивать наши волосы. Он посмотрел куда-то сквозь планшет и затем перевел взгляд на меня. Я прикусила собственный язык в наказание за ослушание своего разума.

Моё сердце бешено колотилось в груди.

Что будет, если он тоже признается. Когда мы сможем пожениться? После школы или после его учебы в университете? Так долго ждать…

– Прости, Ева, у меня нет на это времени, – заключил он, всё ещё всматриваясь в мои глаза.

В моей груди образовалась дыра. Все органы и чувства вдруг водоворотом стало засасывать в эту бесконечную тьму сожалений и разочарований.

Понимающе кивнув, я встала собираясь уйти, но вдруг начался сильный ветер и полетели голубые искры. Позади нас образовался огромный кругообразный портал. Он искажал пространство вокруг себя и буквально распиливал ступеньки из мрамора.

Я испугано крикнула Алику, что бы он бежал, но он будто не слышал меня. Существо, вышедшее из темноты, вдруг потянуло щупальца к моему другу.

Резко разлепив глаза, я быстро дышала и вздрагивала всем телом. Моя пижама была мокрой. Я испугано оглядывала комнату и к-счастью в ней никого не было.

Это был всего лишь сон.

Закрыв лицо потными руками, я пыталась вспомнить детали сна. То были воспоминания вперемешку с ужасами неизвестности. Последние несколько дней мои сны стали странными. Я помотала головой и глубоко вздохнула, встав с кровати.

Экран на стене в моей спальне отражал время: шесть утра.

Я тихо прокралась в ванну и встала под холодный освежающий душ. Маме ещё можно поспать, а вот я уже не усну. От холодной воды кожа покрывалась мурашками, но мне было всё равно на температуру воды. Я так хотела избавиться от постыдного прошлого, что начала заставлять себя думать о следующем этапе в Академии. Скорее всего это будет связанно с физической подготовкой.

Выдержит ли мое хрупкое тело этой нагрузки?

С этим вопросом, я посмотрела на свое отражение в зеркале. Еле заметные кубики на животе, ямки от мышц на спине и хорошо развитые бицепсы внушили мне немного уверенности. Все-таки тренировки в течении нескольких лет дали свои плоды.

– Доброе утро Ева, – прозвучал электронный голос, когда я вошла в гостиную, – Лале еще не проснулась?

Я испуганно вздрогнула и зашипела в неизвестность.

– Она еще спит! Заткнись!

– А почему Ева встала так рано? – шепотом спросил Длюту.

– Не твое дело! – Я равнодушно вошла в свою комнату, чтобы переодеться в чистую одежду.

– Кто такой Алик? – послышался тихий электронный голос в моей комнате.

Я подозрительно осмотрелась, ища источник звука.

– Засранец, как ты пробился в мою комнату? – прорычала я.

– Понял, Алик-засранец! – невозмутимо произнес Длюту.

– Это ты засранец!

– Почему?

– Я поставила пароли на свои гаджеты, как ты вошел в мою систему?!

– Ваш пароль было нетрудно отгадать. – Готова поспорить, что в его голосе я даже уловила издевательскую улыбку.

Я тяжело вздохнула и плюхнулась на заправленную кровать. Через буквально пять минут надоедливый голос снова послышался в моей спальне.

– Поскольку Вы не отвечали на мой вопрос, я нашел Алика в сети. Алик Фарид – знаменитый молодой кардиохирург. В 20 лет провел первую удачную операцию по пересадке сердца своими руками, без помощи робототехники. Признан самым молодым талантливым доктором на земном полушарии. В 24 года он стал учёным четвертой степени. Не женат и не встречается. На интервью частенько говорит, что личная жизнь его не заботит, он полностью сконцентрирован на работе…

– Прекрати! – перебила я его.

Наступила долгожданная тишина и я прикрыла глаза, чтобы сконцентрироваться на внутреннем дыхании. Это успокаивало. Вскоре я нервно фыркнула и перевернулась на бок.

«Алик не меняется. Все такой же. Весь в учебе. А мне то что? У меня своих дел по горло!» – недовольно пробурчала я.

Я резко встала и пошла на кухню сердито готовить завтрак.

Лале я приготовлю овсяную кашу с фруктами, а сама чай попью. Крупы достаточно дорогие, поэтому лучше экономить.

Скрип двери, заставил меня обернуться. Из своей комнаты на коляске выезжала мама. Я взглянула на время и удивилась. Лале встала в 7:30 – рановато.

– Доброе утро мамочка, – улыбнулась я, подбегая к ней и целуя в морщинистую щеку.

Она сонно ухмыльнулась и так же поприветствовала меня.

Экран тут же включился.

– Доброе утро. Сегодня 2 августа и довольно пасмурная погода. Температура воздуха сейчас составляет 25 градусов по Цельсию. Днем температура будет такая же и опустится вечером до 15 градусов. Идеальная погода, чтобы прогуляться…

Единственное, что меня привлекало в утреннем приветствии Длюту это погода, остальное было как по шаблону. Я иногда правда задумывалась, точно ли Длюту не имеет души? Для мамы он был вежливым, покладистым, заботливым, а для меня… Наглый воришка данных и просто невыносимый саркастический негодяй.

– Отлично, мам. Прогуляемся сегодня, – проговорила я, подвозя её инвалидную коляску к кухонному столу.

– У тебя сегодня дел нет?

– Нет. Примерно неделю ничего не будет. Если, конечно, меня не пригласят на третий этап.

– Хэва, я так за тебя рада. Осталось совсем немного, и ты сможешь учиться в элитной Академии. Не представляешь, как я тобой уже сейчас горжусь!

Я смущенно потёрла щёки и подала на стол перед мамой кашу, а сама села напротив попивая чай. Спустя два-три глотка, я заметила, что мама пристально смотрит на меня и к еде даже не прикасается.

– Что случилось? – обеспокоено спросила я.

– Почему ты себе кашу не сделала?

– Так, я поела. Проснулась пораньше и поела, а тебе чуть позже приготовила. Вот, решила ещё чай себе сделать, – невинно соврала я.

Мама ещё минуту испытывающее сверлила меня взглядом, потом принялась за еду. Я облегчённо выдохнула.

– На фиолетовой площади сегодня будет представление. Думаю, было бы хорошо прогуляться туда. Как думаешь? – спросила я.

– Конечно. Было бы не плохо если бы мы прогулялись, – ответила мама, увлеченно прожёвывая кашу.

– Отлично.

Фиолетовая площадь, как ни странно, выглядела совсем не фиолетовой. В честь чего её так назвали, я без понятия. Но это единственный, так называемый, парк, который находился ближе к нашему дому.

Небо было пасмурное, но дождь сегодня пойти не должен. Я катала маму на коляске, но чаще всего Лале сама могла управлять своим инвалидным креслом, просто нажимая кнопки на подлокотниках.

Наша цель дойти до статуи президента. Под ней должно пройти некое представление. Пока что статуя находилась весьма далеко от нас.

– Хотелось бы мне дожить до момента, когда наша планета станет свободной, – вдруг проговорила мама.

– И доживешь, – заключила я.

Мама жалостливо взглянула на меня. Я начала нервничать. Как же я не любила, когда она говорила о смерти и смотрела на меня такими глазами.

– Выучилась бы ты в Академии и начала работать на престижной работе. Нашла бы себе хорошего парня, и тогда, я бы уже со спокойной душой ушла.

Я агрессивно взглянула на маму и сжала челюсти. Ненавижу, когда она так говорит. Ощущение, что она хочет бросить меня.

– Просто скажи, что я тебе больше не буду нужна.

– Хэва, ты не поняла…

– Все я поняла, – обиженно сказала я, отвернувшись.

– Доченька моя, люди не вечны. Рано или поздно я оставлю тебя и это зависит не от меня, а от решения Господа, – тихо проговорила мама, гладя меня по спине.

Если Он решит забрать тебя у меня, то это будет самой большой несправедливостью с Его стороны.

Столько моих молитв слышали стены храма, дошли ли они до Бога? Судя по состоянию мамы, которое ухудшается с каждым днём, Господь спит и не слышит ни чьи молитвы.

Мне не в первый раз приходится сдерживать слёзы, но любые попытки снова взглянуть на маму, только больше вызывают поток соленых капель в моих глазах.

Пока мы прогуливались до места назначения, ярко-красный цветок в палисаднике привлек моё внимание, и я решила почувствовать его аромат. Почему-то я не была удивлена, когда в начале ничего не почувствовала, а затем послышался запах пластика. В этом и вся прелесть города. Весь этот парк напичкан имитацией природы, которую сложно отличить от оригинала. По бокам от дорожек возвышались высокие, тонкие столбы на которых были специальные распылители в виде колоколов. Они контролировали концентрацию и запах воздуха, чтобы люди не могли даже и подумать, что они живут в полностью искусственном городе. Ученых не раз разоблачали, обвиняли в иллюзорности нашего мира и уничтожении естественной природы, на что они очень часто давали один ответ. Природные деревья являются проводниками энергии и земного поля планеты. Через эту взаимосвязь очень легко создавать порталы, поэтому чаще всего нападения происходят в лесах. Полностью уничтожить флору земли нельзя, поэтому пока решение не найдется леса ограждают, а на территории городов, контролируют, чтобы из земли ничего не росло.

Статуя Карноуса Крома была выше, чем я предполагала. Примерно на этажей 70. Говорят, люди всего мира сами спонсировали строительство данной достопримечательности в честь объединения всех стран.

Президент Карноус Кром очень знаменитая личность. Ему было 30 лет, когда на Землю напала неизвестная форма жизни. Он был командующим военной армией и единственный, который выстоял против внеземной жизни. Именно он и его отряд смогли преобразовать осколки душ в рейтроны и получили сверхъестественные способности. Он превосходный оратор, этим и привлек всех людей к своей личности. Люди объединились под его руководством и расовое, национальное, религиозное различие между людьми стерлось. Теперь есть только одна раса и национальность на планете и это – человек.

Под статуей располагался широкий подиум. На нем и должно быть сегодня выступление. Вскоре на площади было столпотворение. Люди отчаянно хотели занять самые первые ряды возле сцены, но мы с мамой пришли раньше.

Вдруг послышались резкие хлопки и небо стало взрываться неоновыми огоньками. Люди, не отрываясь смотрели на это сладкое зрелище.

Я опустила голову и увидела стоящих на подиуме людей в серебряных масках. Внезапно зазвучала музыка. Мотивы были похожи на древние звуки, когда человек ещё не знал, что такое компьютер и колонки. Я смогла узнать лишь арфу, остальные звуки были новы для меня, как для человека, живущего в 23 веке. Люди в масках выполняли странные плавные движения. Музыка менялась, то была веселая, то строгая, то совсем печальная. Где-то на середине выступления я поняла, что они танцевали национальные танцы всех исторических народностей и музыка была соответствующей. Народ ликовал, узнавая свою национальную атмосферу, а я понятия не имела, кем были мои предки.

В моей крови столько намешано, что я имею право сказать: «я просто человек».

Неожиданно, каждый из носителей масок, начал демонстрировать свои сверхспособности.

Под нашими ногами, стали извиваться зелёные неоновые веревки, словно змеи. Среди людей запорхали почти прозрачные бабочки. Дети пытались поймать эти чудеса, но при прикосновении они превращались в золотую пыль и осыпались. Одна из участниц хлопнула в ладоши и станцевала странный танец, по окончанию которого везде, где в воздухе были её пальцы появился свет, образовывая узор напоминающий знакомый силуэт.

Ну конечно, образ был похож на президента.

Площадь осветилась и пришлось прищуривать глаза, чтобы не ослепнуть. Вскоре в воздухе начали летать розовые пузыри. Расширив глаза и получая большую дозу ностальгии, я застыла на месте. С подиума к нам с мамой спустился парень в серебристой узорчатой маске. Он протянул мне руку, и я послушно положила ладонь сверху. Незнакомец перевернул мою ладонь и сжал. Я почувствовала, как она чем-то наполняется. Парень не сводил с меня взгляд синих глаз, и я услышала его бархатный голос.

– У тебя прекрасные волосы, – сказал он и поспешно скрылся вместе со всеми выступающими за статую.

Прекрасные волосы?

Я неосознанно взглянула на них и будто впервые для себя обнаружила, что они розовые.

Без сомнений, это был Рейн Каспи – восьмой по счёту ребенок Карноуса Крома и тот, кто спас меня в ту роковую ночь 14 лет назад. Мои волосы сейчас оказались такого же цвета, что и у него. Я проверила свою руку и обнаружила там небольшой розовый кулон. Кумир всей жизни прикоснулся ко мне, сделал комплимент и подарил что-то от себя. Глупая улыбка не сходила с моего лица. Я чуть ли не прыгала от счастья.

Неужели, он узнал меня?

Люди стали расходиться, а я все не могла поверить в то, что со мной произошло.

Уже возле дома, возвращаясь с прогулки, на мой Чат пришло сообщение. На экране высветилось «+1 сообщение от Доктора Алика». Улыбка тут же стёрлась с моего лица. Меня будто грубо скинули с небес на землю.

«Срочно приходи сегодня в больницу. Я просмотрел твои анализы» – писал он.

Белоснежные стены и запах лекарств в больнице вызывали тошноту. Я всегда старалась сохранять спокойствие в этом здании, но часто выходило очень нелепо. Ноги подкашивались через шаг, а сердце бешено билось о стенки моего тела, заставляя его содрогаться.

Дойдя до кабинета доктора Алика, я обнаружила дверь приоткрытой. Предварительно постучав, я затем заглянула внутрь. Из-за открытой дверцы шкафа выглянула неизвестная мне девушка.

– Да? Что вам нужно? – деловито спросила она.

– Я к Алику на осмотр, – поспешно и неловко произнесла я, подойдя ближе к столу за которым никто не сидел.

В кабинете его не было.

Девушка с русыми волосами заколотыми на затылке, белым крабиком и броскими ярко-голубыми глазами, нагло обсмотрела меня с головы до ног.

– Для вас он Доктор Алик Фарид, не стоит забывать о приличиях, даже если ваш вид крайне. – Она сделала небольшую паузу, резко окинув меня взглядом и фыркнула продолжая, – оригинальный. Вы записывались?

– Нет. Я…

– Нужно предварительно записываться на консультацию, – настойчиво перебила меня незнакомка.

Я нервно выдохнула горячий от негодования воздух и прошла к двери, чтобы покинуть этот злосчастный кабинет, но дверь открылась раньше, чем я до неё дошла. В комнату вошел Алик и удивлённо вскинул брови наткнувшись на меня.

– Здравствуй Ева. Почему возле двери стоишь?

Я хмуро бегала глазами в разные стороны, поджав губы. Я пыталась придумать, что ответить. Доктор посмотрел за мою спину и открыл входную дверь шире.

– Елена, благодарю за проделанную работу. Оставь меня наедине с моей пациенткой.

Девушка несколько раз переводила взгляд с меня на него и возмущенно закрыла шкаф. Взяв часть документов, она вышла, не прикрыв за собой дверь. Алик спокойно закрыл за ней дверь и последовал к своему столу, приглашая меня сесть напротив.

– Она тебе грубила? – начал он.

– Просто указала на мои ошибки.

Он тяжело еле слышно вздохнул и принялся искать что-то в компьютере.

– Елена моя ассистентка. Я забыл её предупредить о твоем визите. Прости, если она была дерзкой с тобой.

– Не страшно.

Алик снова выглядел уставшим. На этот раз чёрные волосы были немного растрёпаны, а кожа бледнее, чем обычно.

Я не знала, что у него есть ассистентка. Таких неприятных особ ещё надо поискать.

– Итак, я просмотрел твои ЭКГ и 5-Дскан, – продолжил он, – как я и предполагал. Я четко вижу следы осколков в твоём сердце. Пока что они находятся внутри сердца, но не исключено, что с потоком крови они будут выбрасываться в твое тело, доставляя большое количество проблем. Многие наши пациенты умирают именно из-за этого. Такого допустить нельзя, поэтому я назначаю тебе лекарства.

– Ты уверен?

– Полностью!

– Странно, я ничего серьезного в своем теле не замечала.

Доктор пронзительно взглянул на меня, показывая всем видом, что он знает меня лучше. Я не сдавалась и смотрела на него так же.

– Ева, ответь мне на один вопрос. Тебе часто доводилось скрывать что-то? Только честно.

– Эм, что мне скрывать? – ухмыльнулась я.

– Не знаю… – Он задумчиво посмотрел в потолок, затем на меня. – Например: свои частые обмороки?

Не буду скрывать, этот диалог меня напрягает.

– Ты это утверждаешь или предполагаешь?

– Констатирую, – резко ответил Доктор.

– Тогда твой вопрос не нуждается в ответе.

Алик улыбнулся и перевел взгляд зелёных глаз на компьютер. В моей груди стало горячо. Я пыталась дышать равномерно, но всякий раз дыхание сбивалось. Последний раз я видела его улыбку очень давно и сейчас чувства ностальгии меня захлестнули с головой.

Спустя две три минуты тишины, он вытащил из стола контейнер с металлическими пластинами.

– Это лекарства, – сказал Доктор, – на твою почту я отправил инструкцию, как пить их.

– Сколько стоит? – спросила я, рассматривая содержимое прозрачной коробки.

– Бесплатно. Лекарства с больницы.

Я недоуменно взглянула на него и подозрительно прищурилась. Эти лекарства от новой болезни. Лале приобретает их по баснословным ницам, даже несмотря на то, что прописала их больница. Все это выглядит очень странным.

– Прекрасно! – улыбнулась я, забрав контейнер со стола, – теперь я могу идти?

– Да. Прошу тебя пить лекарства строго по инструкции и без опозданий.

– Ага, – пробормотала я, открывая дверь из кабинета, – спасибо!

Это все очень подозрительно. В коробке как минимум пять разных видов лекарств и больница выдает их пачками бесплатно? Либо это все просроченные препараты, либо Алик просто очень хорошо умеет убалтывать коллег…или… Мне нужно просто перестать быть мнительной.

Судя по инструкции, которую доктор мне отправил по почте, лекарств действительно начитывается пять пачек. Они все в капсулах. Я медленно переворачивала их и наблюдала, как пузырьки воздуха в этих красных микрокапсулах медленно ползли, то вверх, то вниз. Кроме инструкций, он прислал мне рекомендации по образу жизни. Нельзя бегать, делать резкие движения, заниматься активным спортом, переживать сильные эмоции…

Я сильно посмеялась, находясь в своей комнате.

– Нельзя переживать сильные эмоции, – процитировала я голосом Алика, – как скажете Доктор, это все ведь мне подвластно.

Естественно, я скрыла от мамы тот факт, что пью таблетки. Она ведь даже про Алика не знает. Зачем ей лишние переживания. Теперь раз в неделю по зову Алика, я хожу на осмотр и обследования. Меня мучали вопросы, но я не решалась задать ему их.

Кому-нибудь ещё он так помогает кроме меня?

Моё больное воображение часто создавало мысли и картинки о том, что Алик просто злой гений, который нашёл себе розового подопытного кролика и теперь пробует на нем свои эксперименты. Вот, я выхожу из его кабинета, и он подпирает свои очки указательным пальцем, усаживая их на своём носу поплотнее. Они на секунду сверкают, и он начинает злобно смеяться. Затем подзывает свою ассистентку Елену, и они вместе обсуждают план по захвату моего здоровья и мира медицины. Гуляя с мамой, я периодически вздрагивала и кривила лицо в неприятной гримасе от того, что умудряется придумать мой мозг.

Кошмары о том, как инопланетные существа пытаются добраться либо до меня, либо до моих знакомых стали уже обыденностью. Хоть и удивляюсь я этому каждый раз, как первый.

25 августа я получила сообщение на почту от Академии Сайадов.

«Здравствуйте Ева, приглашаем вас на третий этап прохождения в ряды будущих защитников. Ожидаем вас завтра 26 августа в 12:00. Опоздавшие не будут допущены до экзамена. С уважением руководство АС!» – писали они.

Наконец-то. Я каждый день открывала почту, чтобы увидеть это сообщение.

На следующий день в Академии я была уже в 11:00, но почему-то Элрика это не удивило.

– Неужели не я одна прибыла так рано? – спросила я, подавая руку для сканирования чипа.

– К сожалению не ты одна, – улыбнулся он мне.

– Это не индивидуальное испытание?

Охранник украдкой мне кивнул.

На этот раз экзамен проходил на первом этаже, в тренировочном зале. Там уже стояло несколько человек, ожидая экзаменаторов. Огромное помещение, в которое я вошла было окружено со всех сторон колоннами и балконами на два этажа. Потолок имитировал ясное небо и будто естественно освещал зал. Полы были словно пиксельными. Серые мини-квадратики осыпали пространство под ногами, и при этом между ними не было швов или ямок. От соприкосновения с моими кроссовками, полы волнообразно светились неоново-голубым цветом.

Я неспешно подошла к толпе.

– Всем привет, – улыбнулась я.

Они доброжелательно поприветствовали в ответ. Конечно, преимущественно здесь были парни. Девушек, я насчитала две из восьми присутствующих. Все сдающие были довольно высокие и крепкие, даже женское меньшинство. Представляю, о чём они думают, смотря на меня.

Что-то типа: «что эта малявка здесь забыла?».

– Ого, ты прошла второе испытание, – послышался знакомый голос за моей спиной.

Я лениво развернулась и, естественно, увидела Ина. Стоило не забывать о нём. К большому сожалению, он тоже может поступить. Парень был в сером худи, чёрных шортах до колен, а под ними тёмные лосины с неоновыми чешуйками по бокам, облегающие мощные голени с коленями. Ничего необычного. Он так и в школе ходил. Из того, что о нём говорили, я знаю, что он любит спорт. Ему нравится адреналин от соперничества с тем, кто бросит ему вызов в любом виде спорта. Он хорош во всём. В это трудно поверить, но он действительно ходил на все возможные секции.

– Как видишь, – ответила я, поворачиваясь к толпе.

Будущие студенты обсуждали что-то между собой, а кто-то просто стоял и рассматривал зал.

– Подготовилась к этому экзамену? – спросил Ин, равняясь со мной.

– Иначе бы меня здесь не было.

– Как думаешь, ты сдашь?

– У меня нет выбора.

Краем глаза я увидела, как он прикрывает рот и пытается сдержать свой смех. Не знаю почему, но он стал раздражать меня после выпуска из школы. Кто-то из одноклассниц наплел ему, что я якобы в него влюблена без памяти, и он просто перестал со мной разговаривать. Перестал шутить и относиться как раньше. Это меня жутко взбесило. Я не старалась найти с ним ту волну, что была между нами раньше. Его попытки заговорить со мной сейчас такие жалкие, что в данный момент я удивлена от того, что вообще отвечаю ему.

С каменным лицом я наблюдала за толпой, скрестив руки на груди. Зал стал потихоньку наполняться людьми и вскоре их было не сосчитать.

– Слушай, я хотел…– недоговорил Ин.

Его перебил сигнал, раздавшиеся из каждого угла в помещении. Потом заговорил электронный голос. Я даже не посмотрела на Ина внимая голосу.

– Добро пожаловать! Будущие защитники за внеземной цивилизации! Третий этап поступления объявляется открытым!

В зале воцарилась гробовая тишина.

– Этот экзамен будет посвящён вашей физической подготовке. Просьба, обратить внимание на пол. На нём цифры и красная линия между ними.

Люди разошлись в стороны и окружили эти цифры. Я была ближе к цифре «1».

– Зал поделен на две части. Пожалуйста, все присутствующие перейдите на сторону цифры «1», – толпа послушно освободила второе поле, – теперь вам не разрешено выходить за красную линию. Тот, кто ослушается, будет дисквалифицирован и немедленно покинет помещение с правом повторного поступления через пять лет.

Толпа засуетилась.

– По бокам от вас открылись входы. Пожалуйста, проходите по одному человеку. Следующий человек может пройти за первым только через десять минут.

Справа и слева от нас открылось по две квадратные рамы и люди стали по одному в них входить. Стеклянные двери автоматически захлопывались за ними. Первая часть зала была весьма просторной, и мы могли даже присесть от большого количества места между каждым из нас. Вскоре, на второй части поля стали появляться люди, зашедшие в двери ранее. Они были в чёрных облегающих костюмах. Робот диктовал им, что делать и они это выполняли. Задания были похожи на обычные нормативы.

Спустя некоторое время, я всё же вошла в дверь и последовала по длинному белоснежному коридору. В конце меня ожидала просторная небольшая светлая комнатка, где стоял человекоподобный робот. Я почувствовала в комнате резкий запах пластика.

– Здравствуйте Ева. Я буду вашим личным помощником. Мое имя Себастьян, – поприветствовал он, заметив меня.

Я приветственно кивнула.

– Пожалуйста, снимите с себя всю одежду, гаджеты и украшения.

– Что прямо здесь? – спросила я, не веря своим ушам.

– Да, – уверенно ответил робот.

Эта ситуация заставила меня подозрительно оглядываться.

«Они серьезно думают, что я прямо здесь буду переодеваться?» – чуть не проговорилась я.

– Ой, простите. Я понял. Вы, возможно, стесняетесь. Здесь довольно много камер. Вы можете пройти за ширму справа от вас.

Я недовольно фыркнула и зашла за ограждение. Осмотревшись, я не нашла камер, которые могли бы зафиксировать моё обнажённое тело.

– Вы должны увидеть костюм. В него вам надо переодеться.

– Не вижу никакой… – запнулась я, выискивая что-то похожее на вещь и тут же заметила, как плита на полу рядом со мной поднялась, вместе с костюмом, которого рядом секунду назад не было.

Быстро переодевшись, я положила все свои вещи в специальную белую коробку, которую мне любезно подал костлявый робот.

– Теперь встаньте пожалуйста на квадрат передо мной.

Я послушно встала напротив него и ужаснулась. Эта железка была на две головы выше меня.

Он стал измерять мои параметры: рост, вес, наличие мышц и жировых отложений.

– Хорошо, – заключил робот, – возьмите мою руку.

– Что?

Он выставил свою механическую кисть.

– Просто возьмите мою руку и держите, пока я не скажу стоп.

Я с недоумением выполнила его требование. Прикоснувшись к нему, я ощутила холодную, гладкую сталь. Его клешня была легкой, но потом я почувствовала нарастающее давление. Он будто становился всё тяжелее с каждой секундой. Я, как могла старалась удержать его руку, но в скором времени вес его руки стал невыносим.

Глава 5. Этап третий: конец.

Его клешня стала намного тяжелее, я показывала это всеми своими эмоциями. Он резко поднял механическую руку, и я ощутила быстрое облегчение.

– Вы выдержали проходной вес. Поздравляю. Ева прошла пред этап к основному третьему.

Я тяжело дышала. Моё лицо стало влажным и скорее всего красным от перенапряжения.

– Теперь вы можете пройти на поле испытаний.

Вот оно! Решающий момент! Проходя по белоснежному коридору, я разминала руки и словила себя на мысли, что я голая. В страхе я начала рассматривать своё тело и обнаружила на себе тот самый черный костюм. Он точно повторял изгибы моего тела и совсем не ощущался. Я тяжело вздохнула и несколько раз про себя повторила, что я одетая.

Выйдя на второе поле, я неосознанно начала часто дышать. Переживания были нормой, и я это понимала, но это было не вовремя и могло привести к приступу. Сделав глубокий вдох, я прошла почти к середине поля.

– Ева Хэлен, добро пожаловать на третье испытание. Прошу вас встать на квадрат с цифрой 8, – попросил голос из колонок.

Увидев на полу эту цифру, я встала прямо на неё. Обернувшись вправо, где должна была быть толпа новобранцев, ещё не прошедших экзамен, я ничего не увидела, кроме своего отражения.

Силовое поле? Или что-то похожее на него. Значит толпа может видеть меня, но я их не могу.

Ну что ж наслаждайтесь моей победой!

– Теперь ваше имя восемь до конца испытания! – послышался электронный женский голос.

Я посмотрела в потолок и кивнула.

– Все участники должны встать на квадраты со своими цифрами.

Люди в костюмах выполнили повеление голоса и выстроились точно вряд.

– Ваши квадраты начнут двигаться, словно беговая дорожка. Оставайтесь на месте и старайтесь не выходить за границы квадрата. Ваша задача пробежать, как можно больше километров.

Мой квадрат вдруг начал медленно двигаться назад. Я сделала шаг вперед, затем второй и вскоре я шла на месте. Это было неожиданно для испытания, но я быстро привыкаю к переменам, поэтому для меня это слишком легко. Люди, стоявшие по правую и левую сторону от меня так-же умело ходили на одном месте, правда какой-то парень слева от меня вечно спотыкался. Возможно, его мозг не может воспринять этот пол, как дорогу.

Внезапно квадрат стал ускоряться. И вот, я и все новобранцы уже бежим со средней скоростью. Сколько это продолжается я уже и не вспомню, единственное, что меня сейчас волнует это пот стекающий с моего лба и сильная отдышка. Вскоре, я стала ощущать, как у меня горит сердце и лёгкие.

– Кто слетел с квадрата, просьба не возвращаться на него и проследовать на другой квадрат со своей цифрой, – эхом отдавал в зале вежливый электронный голос.

Краем глаза взглянув на соперников, я обнаружила, что из десяти человек на своих квадратах бегут только четыре включая меня. Сердце билось так громко, что я стала молиться, что бы его никто не услышал. Оно будто разрывается и кричит о помощи. Трое новобранцев не сдавались, хоть по ним и было видно, что они уже не в силах продолжать.

Какая дерзость и вызов с моей стороны оказаться одной девушкой среди оставшихся парней.

Один намерено сделал шаг назад и покинул квадрат. Теперь нас трое. Горло стало беспощадно драть от количества холодного воздуха, поступающего в горячие легкие. Пот стекал уже не только со лба, но и по моей спине. Встретившись взглядом с парнем справа от себя под номером десять, я вдруг услышала его обращение ко мне.

– Сдавайся! – выкрикнул он, сверля меня своими черными глазами.

Я улыбнулась краем губ и подмигнула. Десятый округлил глаза и раздул и без того широкие ноздри.

Ещё немного и скорее всего прозвучит сигнал к остановке этого испытания, успокаивала я себя. Но осознавая, что мои волосы уже почти были мокрые, я пришла к ужасному предположению. Они остановят испытание только тогда, когда последний из нас покинет свой квадрат. Горело теперь не только сердце, но и мое лицо.

Я так просто не сдамся! Я буду первой!

Я начала бежать с ещё большим усердием.

"Прекрати это, – послышался знакомый голос в моей голове, – неужели для тебя так важно победить, чем выжить?!"

Откуда он звучит?

"Почему? Зачем ты это делаешь? – вновь услышала я голос из глубин моего подсознания, – остановись! Хотя бы ради меня."

Я сделала шаг назад и вышла из квадрата. Стоя на обычном неподвижном полу и тупо смотря перед собой, я будто впала в транс.

– Номер восемь проследуйте на свое число, -настойчиво произнес электронный голос.

Я несколько раз моргнула, прежде чем понять, где я нахожусь. Еле дыша, я направилась в противоположную сторону зала, встав на своё число. Мокрые волосы липли к моему лицу, дрожащими руками, я пыталась откинуть непослушные пряди назад. Над моей головой появилась плита, которая спускалась прямо на меня.

– Номер восемь, удерживайте плиту! – услышала я голос робота.

Оглянувшись, я заметила, что все, кто покинул беговую дорожку с искаженными и потными лицами держат плиты над собой. Я протянула руки и так же стала держать её. Вдруг, я почувствовала, что она становится тяжелее. Пытаясь равномерно дышать, я удерживала плиту, пока вскоре она не стала невыносимо тяжелой. Упав на пол, я в ужасе задержала дыхание, ведь плита, поддаваясь законам земной гравитации, стала падать на меня. Но внезапно она остановилась всего в нескольких сантиметрах от моего носа. Затем она начала медленно подниматься наверх и вскоре стала частью потолка. Повернувшись к новобранцам по обе стороны от себя, я поняла, что не одна такая, которая не выдержала веса этой плиты. Почти задыхаясь, я всё ещё лежала на полу. Когда все испытуемые закончили с двумя нормативами, раздался голос.

– Осталось последнее испытание. Вам нужно подняться по верёвке и достать с верхних ярусов стены белый куб. С того момента, когда вы прикоснётесь к верёвке, начнется отчёт 5 минут. Если по истечению этого времени вы не дотронетесь до куба, то выбываете из третьего испытания.

На плоской стене, которая находилась напротив силового поля, ближе к потолку появились тонкие плиты, которые удерживали десять кубов, а с этих полок свисали белые верёвки. На вид расстояние было примерно в 3-4 этажа. Многие из соперников тут же побежали взбираться наверх. Я же, не торопясь, подошла к своему канату и глубоко вздохнула. Размяв пальцы, я крепко схватилась за верёвку и стала подниматься вверх.

Верёвка была довольно гладкой и если периодически не протирать потные руки об одежду, то риск скатиться очень высок. Посмотрев вниз, я поняла, что пробралась уже почти на третий этаж. Мой куб был примерно в четырёх шагах от меня. Чем ближе была я к цели, тем тоньше был канат. Вдруг, почти у самого финиша со стены стали выходить мини квадраты в хаотичном порядке. Они целились точно в меня. Мне пришлось несколько раз согнуться, что бы квадраты не попали мне в голову, но всё же некоторые из них несколько раз попадали в моё плечо, пытаясь столкнуть. Верёвка начала раскачиваться вместе со мной от ударов этих штук, но я всё равно карабкалась вверх, пока наконец не достигла полки и не нащупала куб. Я вцепилась в него мёртвой хваткой и ослабила тело всего на мгновение. Квадраты, продолжавшие меня сталкивать, добились своего. Я вместе с кубом полетела вниз, зажмурив глаза.

– Номер восемь, поздравляем! Вы вовремя дотронулись до куба, – эхом прозвучал голос робота в зале.

Я украдкой открыла правый глаз и увидела над собой толпу новобранцев и каких-то новых незнакомых мне людей в фиолетовой форме.

– Жива? – спросила девушка в лиловом комбинезоне и кепке.

Недоумённо открыв второй глаз, я привстала. Я приземлилась на что-то мягкое с кубом в руках.

– Как я…? – удивлённо вскликнула я.

– Эпично, – с восхищением произнес первый новобранец.

– Нигде ничего не повредили? – начали расспрашивать люди в формах и трогать мои конечности.

– Да вроде нет.

– Боже! Можно тебя за ручку подержать? Я твой кумир! – выкрикнул третий новобранец.

Первый слегка дал подзатыльник третьему и тот поджал губы, вернувшись на своё место.

– Можешь уже отпускать куб. Система засчитала тебе прохождение ещё в тот момент, когда ты до него дотронулась, – произнесла сотрудница, забирая у меня предмет.

– Боже, а вцепилась то в него как, аж следы на ладонях остались, – произнес второй работник, рассматривая мои руки.

– Со мной правда всё в порядке.

– Мы вынуждены сопроводить вас в комнату отдыха к остальным, пока все новобранцы не пройдут испытание. Там можно будет принять душ, и залечить раны, – сказал парень в фиолетовой форме и взял меня на руки, словно куклу.

– Подождите, я могу идти сама…

– Мы не можем так рисковать.

Я, парализованная от происходящего, весела на его руках пока мы не вошли в комнату отдыха. Он усадил меня на кресло и скрылся в коридоре, через который меня только что пронес. В этой комнате была только я и еще девять новобранцев. Я была весьма удивлена заботой Академии о своих новобранцах.

Помещение казалось довольно большим. Стены были приятного коричневого цвета. По углам стояли искусственные растения и цветы, а на любом свободном месте хаотично были расставлены одинаковые мягкие кресла. Из округлой рамы в стене стали выходить некоторые участники испытания, видимо они выходили из душа. Кто-то из них позволял себе не переодеваться и выходить в одном полотенце.

– Почему не идёшь в душ? – спросил незнакомец.

Это был тот самый первый новобранец. Невысокий смуглый парень со светло-коричневыми волнистыми волосами.

– Потом схожу.

– Потом может и не получиться. Мы здесь, пока не придут следующие десять человек.

Я смущенно взглянула на всех и обнаружила, что я единственная здесь девушка.

– Стесняешься? – заметив мой взгляд спросил парень, – не волнуйся, там закрытые кабины.

Я подозрительно посмотрела на него, прищурив глаза.

– Полностью закрытые, – заверил он.

– Че ты врешь, там как минимум можно задницу друга увидеть, – насмешливо произнес другой новобранец, кидая в первого полотенцем, а сам по хозяйски уселся на кресло рядом со мной.

Обсмотрев его, я вспомнила, что это был тот самый десятый новобранец, который несколько минут назад крикнул мне: «сдавайся».

– Рик, это не смешно. Она единственная девушка, среди нас. Прояви уважение.

– Уважение? В мужском коллективе? – парень иронично вскинул голову и сделал вид будто задумался, – ты хочешь уважения? – спросил он, наклонившись ко мне.

– А ты? – спросила я в ответ.

Он нагло осматривал моё лицо с приоткрытым ртом, а потом насмешливо отвёл взгляд.

Я решительно встала и направилась в душ, несмотря на любопытные мужские взгляды. Душевые и правда были закрытые. Они были полностью ограждены друг от друга стенами и плотными дверьми. На стене, справа от себя, я увидела ящики с номерами. Видимо, это наши оставленные вещи перед испытанием. Мне стоило дотронуться к восьмой коробке, как она автоматически открылась. Взяв свои вещи, я вошла в свободную кабину и раздевшись, включила холодную воду.

Эта вода приятно расслабляла тело и помогала прийти в себя после физически изнуряющих испытаний. Я дотронулась до своего сердца и стала спокойно и равномерно дышать.

«Боже, что это было? Чей голос я услышала во время пробежки?» – пробормотала я про себя.

Такой знакомый, теплый голос, но в то же время обеспокоенный.

Одевшись и высушив голову полотенцем, я вышла из душа и направилась в комнату отдыха. По пути я наткнулась на третьего новобранца.

– Извини, как тебя зовут?

Я озадаченно осмотрела его. Худощавый парень с бросающимися в глаза тёмно-зелёными волосами, смотрел на меня с таким восторгом, что мне стало не по себе.

– Ева.

Он удивленно вытаращил на меня свои большие глаза и застыл.

– Все хорошо? – я помахала ладонью перед его лицом, затем поняв, что он так и будет задумчиво стоять, аккуратно обошла его и продолжила идти к своему креслу от проблем подальше.

Усевшись по удобнее, я вздрогнула, заметив слева от себя третьего. Он благоговейно положил свою голову на руки, лежащие на высоких подлокотниках, и мечтательно смотрел на меня. Я дрогнула от навязчивого поведения незнакомца и уставилась на свой Чат.

– А меня зовут Адам, -послышался нежный голос третьего.

По моему телу прошлись неприятные мурашки, и я облокотилась о подлокотник кресла напротив, отодвигаясь от него.

– Никогда не видел таких маленьких, но в то же время сильных женщин, – продолжил он.

– Ну что же, теперь лицезрел, – ответила я, делая вид, что занимаюсь, чем-то супер важным.

– Ты выйдешь за меня замуж?

Я осуждающе посмотрела на него. Откуда-то не возьмись появился первый новобранец и снова дал Адаму подзатыльник.

– Отстань от девушки, – пробурчал тот, – прости моего брата, он еще мелкий, несет всякий бред.

Парень сел напротив и скрестил ноги.

– Меня зовут Май. Слышал, робот назвал тебя Евой. Будем знакомы.

Я дружелюбно кивнула и снова уставилась в Чат, тупо листая переписки.

– Это было красиво.

Резко подняв голову, я удивленно посмотрела на собеседника напротив.

– Ну, то, как ты держалась до последнего, а потом полетела вниз с кубом руках.

– Спасибо, – ответила я, – а вы с братом успели дотронуться до куба?

Он уверенно кивнул.

– Это было не просто красиво, это было потрясающе, – про мурчал Адам, – то как ты тянулась к нему… Будто от этого зависела твоя жизнь.

Я смущенно усмехнулась. Остальные парни сидели кучками и что-то обсуждали. Можно было подумать, что эти двое просто ищут себе компанию на время отдыха.

Ну что ж, мне тоже заняться нечем.

– Как думаете, вы прошли это испытание? – спросила я, убирая Чат в карман.

– Думаю да, – ответил Май.

– Я вот не знаю. Только в самую последнюю секунду дотронулся до куба, – грустно произнес Адам.

– Не переживай, уверена, ты прошёл, – ответила я, улыбнувшись.

– Выходи за меня, – будто околдованный сказал Адам.

Май громко недовольно цокнул и покачал головой, выжигая брата взглядом.

– Кажется, испытания были довольно жесткие, – произнес Май.

– Да, мне тоже так показалось, но глубоко внутри понимаешь, для чего Академия сделала испытания такими сложными.

– Эти инопланетяне беспощадные и на них сайады нужны сильные.

Мне не первый раз говорят об этом. Я отлично понимаю, что своим физическим здоровьем я не в силах завалить хотя бы одного человека, не говоря уже о существах с других планет. Но мои принципы таковы: даже самый слабый человек, может стать сильным, если искренне будет этого желать.

– Почему вы решили стать сайадами? – спросила я.

– Наши родители были защитниками и погибли на задании. Я считаю своим долгом занять их место и защищать свою человечество. Адама я не хотел брать с собой. Сам увязался. Тайком прошел два предыдущих испытания. Даже не знаю гордиться им или наказать.

– Это опасная работа, но если это его выбор, то останется только гордиться.

Адам расплылся в гордой улыбке и украдкой посматривал на брата. Май закатил глаза.

– А ты почему решила стать сайадом? С нами то всё ясно. Многие мужчины идут в защитники только по одной причине, а вот зачем это девушкам не совсем понимаю.

– Однажды меня спас сайад. С тех пор я мечтаю быть как он и спасать людей.

– Как его имя?

– На самом деле у меня лишь предположения, я не помню его лица и не знаю имени.

– И какие у тебя предположения?

– Возможно, это был Рейн.

– Рейн?! – выкрикнул Адам и все в комнате тут же обернулись на нас.

Я смущенно прикусила нижнюю губу.

– Тихо, Адам, – усмирил его Май, – так значит ты думаешь, что это мог быть Рейн. Вот откуда у тебя такие волосы? – он указал пальцем на свою голову, имея ввиду мою.

– Наверное.

– Да…многие хотели бы, чтобы их защитником был Рейн. Хоть у него и плохая репутация.

– Ничего подобного. Это всё слухи, – встрепенулась я.

– Думаешь то, что о нем говорят неправда?

– Я знаю! Он не может быть таким!

Таким, как его описывают в доступных сетях. Нежелательный ребенок со смехотворными способностями. Будто в отличии от своих одаренных братьев и сестер, он самый слабый и только позорит семью президента. Чушь полная! Он сильный и прекрасный. То, как он спас мне жизнь, я не забуду никогда. Это достойно уважения и любви, а сколько таких, как я он еще спас? Сотни? Тысячи?

– Видимо, он твой кумир, – подметил Май.

Я смущенно опустила голову, делая вид, что отвечаю в чатах.

– В этом нет ничего плохого. У нас с Адамом так же есть кумиры среди защитников. Это основа для поступления в Академию.

– Дашь свой чат? – спросил Адам.

– Зачем тебе? – поинтересовалась я.

– Когда ты станешь сайадом первого ранга, я буду всем хвастаться, что знаком с тобой.

– Ты просишь мой чат, чтобы потом хвастаться или дело в том, что ты хочешь жениться на мне? – усмехнулась я.

– А ты согласна? – Адам приблизился ко мне, и я заметила фантомные сердечки в его зрачках.

Я отстранилась всё ещё вежливо улыбаясь.

– Почему ты говоришь о том, что я буду сайадом первого ранга так уверенно?

– Я видел, как ты проходила третье испытание. Человек с простыми амбициями не может так изумительно всё пройти.

– Первый раз за все время, согласен с моим братом, – высказал Май.

Я безнадежно улыбнулась и поделилась с ним чатом.

Вскоре испытание следующих десяти завершилось. Нас попросили выйти из зоны спортзала и дожидаться в коридоре оглашения итогов третьего испытания.

Спустя время, коридор уже был переполнен новобранцами и нас толпой вновь призвали в спортзал.

– В очередной раз приветствуем поступающих, – заявил уже человеческий мужской голос из колонок, – это испытание было весьма трудным и многие справились с ним без особых потерь. Сейчас я буду объявлять баллы, которые вам выставляли судьи за время прохождения третьего испытания. Проходной общий балл 250.

Мужской голос стал поочередно перечислять всех присутствующих по именам и объявлять баллы. И вот очередь дошла до нашей команды из 10 человек.

– Май Шерик: выносливость 81 балл, сила 90 балла, скорость 95 баллов. Всего 266 балла. Прошел!

Май уверенно стоял, скрестив руки на груди и победно улыбался.

– Адам Гилл: выносливость 79 балла, сила 87 баллов, скорость 84 балла. Всего 250 балла. Прошел!

Май ободряюще почесал макушку радостного брата и подтолкнул к себе, крепко обняв.

– Ева Хэлен: выносливость 99 баллов, сила 85 баллов, скорость 96 баллов. Всего 280 балла. Прошла!

Многие начали аплодировать, свистеть и оборачиваться на меня. Я облегченно выдохнула и опустила голову, расплываясь в торжественной улыбке.

– Рик Уваль: выносливость 97 балла, сила 95 баллов, скорость 91 балл. Всего 283 балла. Прошел!

Даже не смотря на него, я ощущала на себе этот яростный взгляд. Обернувшись, я удостоверилась, что Рик будто представляет, как выстреливает мне в голову снова и снова. Я понятия не имела, почему он так агрессивно отреагировал. Он же прошёл и заработал баллов больше меня…

Немного погодя, мужской голос дошел до знакомого имени.

– Ин Карит: выносливость 100 баллов, сила 99 балла, скорость 99 баллов. Всего 298 балла. Прошел!

Народ с восторгом стал выискивать в толпе Ина. Еще бы, он пока единственный с таким общим баллом. Неудивительно.

Вскоре результаты закончили объявлять. Кто-то был расстроен, а кто-то от счастья не мог найти себе места.

– Всем спасибо за участие и поздравляем тех, кто прошёл. Теперь вступительные экзамены объявляются закрытыми. Вам скоро придёт письмо на почту, где Академия Сайадов сообщит об общем сборе и распределении по группам.

Народ стал расходиться, и я вместе с потоком вышла из спортзала. Кто-то сильно схватил меня за запястье и буквально откинул за угол, отбив от общей массы людей, грубо припечатывая к стене.

Под лампой, которая еле освещала угол, я смутно разобрала искажённое от ярости лицо Рика. Он твёрдо сжимал мои ладони над головой, своей одной большой лапой.

Страх волнами начал распространяться по моему измученному телу.

– Что ты делаешь? – осмеливаюсь спросить я.

– Скажи, почему у тебя за выносливость балл 99, а у меня 97?! Ты сошла с плиты раньше меня!

– Баллы ставят судьи, я понятия не имею, почему так произошло!

– Может у тебя просто есть связи?

– Что?! Бред полный! Отпусти меня!

Он снова грубо встряхнул меня.

– Уверенна? Кажется, к тебе здесь относились по-особенному, возможно, ещё потому, что ты девушка, – он издевательски посмотрел вниз на моё тело и улыбнулся, будто насмехаясь.

– Рик, отпусти меня! Будет возможность ещё встретиться с судьями, и мы спросим, почему они решили так выставить баллы.

– Успокаиваешь меня?

– Вразумить пытаюсь. Ты злишься, я понимаю.

– Знаешь, что я ненавижу больше всего? Когда слабые люди лезут туда, где им не место!

– Полностью согласен. Только вот, что тогда ты тут делаешь? – послышался знакомый нагловатый голос справа от нас.

Я испуганно заглянула в темноту и заметила знакомую фигуру. Присмотревшись, я, к собственному стыду, выдохнула с облегчением. Рик отпрянул от меня будто ужаленный.

– Ай-яй, причинять слабым людям боль, разве правильно? – продолжил Ин.

– Тебя это не касается, – не сдавался Рик.

По новобранцу было видно, что он ожидал увидеть кого угодно, но не Ина. Карит закрыл меня своей широкой спиной и продолжил выяснять с ним отношения.

– Касается, если это происходит на моих глазах. Не могу пройти мимо несправедливости, уж прости.

– Вот именно! Баллы расставили несправедливо!

– Она тут причем? Обращайся к судьям.

Ин на удивление был спокоен и непоколебим, как стена. Я, конечно, знала, какой он, но мне не давалось чести быть так близко в эти моменты. Обычно, на моём месте в школе стояли другие девушки.

– Ты её знаешь?

– Конечно! Это моя будущая жена.

– Че? Ты во время испытания головой ударл… – Ин прервал мою речь, незаметно придавив меня к стене своей спиной.

– Если у тебя всё, то я бы хотел побыть с невестой наедине.

– Боже. Сейчас стошнит, – в рвотном позыве высказал Рик и скрылся в коридоре.

Ин отошел от меня, и я жадно начала поглощать воздух, освободившись от мягкой стены в виде человека.

– Ты… – начала заикаться я, – ты в курсе, что тяжелый?

– Извини, только так он бы отстал от тебя.

– Знаешь, можно было много чего сказать, что бы он отстал, но ты выбрал именно тему с невестой.

– Первое, что в голову пришло.

Я на дрожащих ногах направилась в сторону выхода из здания. Подумать только, Ин Карит зовет меня невестой. Пусть даже в шутку. Мне, как школьнице в те времена определенно понравились бы его слова, но только не сейчас, когда я осознаю всю дебильность ситуации.

– Куда ты? – вдогонку окрикивал меня Ин.

– Домой.

– Нам лучше держаться вместе. Вдруг твой поклонник будет поджидать тебя на улице.

– Очень смешно. Это не поклонник.

– Но все же…

Конечно, я благодарна ему за защиту, но пытаться привязать его к себе из-за боязни, что этот сумасшедший меня где-то поджидает, не самое лучшее решение. Эта проблема только моя и решать её предстоит только мне.

– Ты была прекрасна. На самом деле, я отлично понимаю, почему судьи дали тебе такие большие баллы.

Я растерянно посмотрела на него, пока мы подходили к выходу.

– Ты всё видел?

– Всё.

– Ясно, – смущённо пробормотала я, опуская голову.

– Как твое самочувствие?

– Прекрасно, – соврала я.

Ноги всё ещё дрожали, то ли от экзамена, то ли от страха за свою жизнь. С той самой беговой дорожки я ощущаю, как сильно пылает в моей груди и нет, это точно не от любви.

– Уверена?

Я кивнула.

– Ты могла выиграть всех на беговой дорожке, почему остановилась?

– Устала.

– Нет. Ты устала уже на десятой минуте. То было другое. Твой взгляд изменился…

«Не капай глубоко Ин, тебе это не нужно. Я и сама не знаю на сколько глубоко мое подсознание и какие воспоминания можно там встретить.» – хотела произнести я, но только подумала.

– Поздравляю с поступлением! – громко и радостно проговорил Элрик на выходе из здания.

– Большое спасибо, – ответил Ин, обнимая охранника.

– Спасибо Элрик, – улыбнулась я и уважительно кивнула ему.

– Ты была восхитительной, – продолжил Элрик, выглядывая из-за плеча Ина.

– Вот и я тоже самое твержу ей! – гордо произнес Ин, выпуская охранника из объятий.

– Как ты увидел?

– Так прямая трансляция же.

– Академия вела прямую трансляцию испытания? – удивленно вскрикнула я.

– Конечно!

Могла ли моя мама видеть эту трансляцию? Или…пожалуйста нет. Надеюсь, Алик не видел это. Он скорее всего был на операции или был занят работой. Пожалуйста, пусть будет так! Хотя, с чего это ему смотреть трансляцию не интересующей его Академии. Он скорее всего сидит сейчас в своем кабинете и читает, какую-нибудь научную литературу о детальном описании рандомной аорты в сердце.

Холодный воздух на улице привел меня в чувство. Я остановилась и стала глубоко дышать. Было темно и только неоновые огни еле освещали городские магнитные дороги.

Сколько же времени проходило испытание?

Я взглянула на ибрас и мысленно подсчитала. Почти семь часов. Наконец-то все закончилось. Звезды, по-прежнему, за земным барьером были размыты.

– Тебя подбросить? – спросил Ин, надевая шлем и стоя возле своего белого летоцикла*1.

– Не, я на магнитокопе.

– На нём будет не так быстро, как со мной.

– Прости, но мне будет удобнее на общественном транспорте.

– Уверена?

– Абсолютно. Доброй ночи, Ин.

Я направилась сторону станции, оставив спасителя одного. Но через несколько шагов, я остановилась и обернулась. Ин садился на свой летоцикл, и я быстро крикнула ему.

– Ин, спасибо!

За то, что появился вовремя. Кто знает, что этот Рик мог со мной сделать в тот момент.

Но Ин не услышал, пролетая по дороге и сворачивая за здания.

________________________________________________________________________________

1*Летоцикл – транспортное средство, работающее на основе магнитных полей. Оно не имеет колес и не соприкасается с землей. Как правило данный транспорт возможно использовать только в городе на магнитных дорогах.

Глава 6. Распределение.

Пасмурно сегодня, и день в целом холодный.

Учитывая то, что я с утра сижу в кабинете Алика в этой ненавистной мне больнице, можно считать, что день испорчен.

– Недавние обследования прогресс не показали, впрочем, как и ухудшение, – проговорил Алик, будто себе под нос.

Позавчера, после третьего испытания, я так и не смогла заснуть. Сердце билось так сильно, что я не могла найти себе места. Буквально вчера, я еле доползла до ванной прежде, чем случился приступ. Единственное, о чём я переживала в тот момент, это лишь бы мама не проснулась и не застала меня в таком состоянии.

Для себя я подметила, что этот приступ был особенным. Он проходил неспокойно. Я будто вот-вот должна была помереть.

– Как прошел третий этап? – внезапно спросил доктор.

– Прекрасно! Я прошла! – радостно ответила я.

– Поздравляю, – как-то нерадостно ответил Алик, – ты выполняешь мои назначения?

– Да.

– И инструкции по образу жизни?

Инструкции? Он про не бегать, не нервничать и сохранять спокойствие? Конечно же нет. Их невозможно соблюдать!

– Конечно. Все соблюдаю, – лживо улыбнулась я.

Он достаточно громко смотрит на меня в ответ. Мне как-то не по себе. Пронзительный взгляд доктора, пробивается даже сквозь его очки.

– А как твои дела Алик?

Поменять тему. Поменять тему. Поменять тему.

Боже, пусть он поведётся на это.

– Мои? – искренне удивился врач.

Сработало?

– Ты это спрашиваешь, чтобы тему сменить или действительно интересуешься?

Серьезно? У меня на лбу что ли написано то, о чем я думаю?!

– На самом деле, да. Интересуюсь. Знаю, личные вопросы нельзя задавать врачам, но мы ведь с тобой знакомы задолго до того, как ты получил докторскую степень. Поэтому… а вообще, могу ли я спрашивать тебя о таком?

Алик задумчиво придвинулся ближе к своему столу. Его глаза не смотрели в мою сторону. Можно было подумать, что он боится взглянуть на меня.

– Ты права. Мы с тобой знакомы давно и даже те года, когда мы с тобой не общались, не стирают из памяти нашу дружбу.

Стало жарко.

Почему же мои щеки вдруг стали гореть?

Это так забавно. После того, как он отверг мои чувства в школе, я всё ещё что-то к нему чувствую. Прошло много лет. Ненависть и непонимание сменилось на принятие. Я думала, что отпустила его, но по итогу обманывала сама себя. Всё с его чувствами давно ясно, а я просто не должна мешать ему жить своей жизнью. Да и в конце концов, у меня ведь тоже должна быть гордость.

– Мои дела весьма неплохи, – начал доктор, – после школы поступил в престижный медицинский универ…

– Я помню, это было твоей мечтой и видимо она уже сбылась.

– Это было моей целью, и она ещё не сбылась до конца.

– Как это? А в чём тогда заключалась твоя цель?

Алик откинулся на спинку мягкого белоснежного кресла и сосредоточенно посмотрел на меня. Я не отрывала своего взгляда, выжидая его ответ.

– Я видел, как люди страдали от Кардооскилоза. Учёные до сих пор не могут понять, как лечить эту болезнь. Я решил помочь найти способ лечения этого заболевания.

Тихо выдохнув, я посмотрела на свои руки, вспоминая все свои приступы. Вспоминая все мамины приступы. Эта болезнь действительно заставляет людей страдать.

– Помнишь, один момент в детстве? – начала я, всё ещё не смотря ему в глаза, – когда испепелился тот пришелец, ты ведь был рядом. Ты хочешь вылечить эту болезнь потому, что сам заражен ею?

– Нет, – быстро ответил Алик.

Удивленно вскинув голову, я пыталась осознать происходящее.

Спустя столько времени, он спокойно воспринимает то происшествие и даже отвечает мне. Я на это вряд ли надеялась.

– Я был заражен, но эти осколки мутировали в рейтроны.

– Тогда, получается, ты сейчас имеешь сверхспособности?

Он поднял свою левую руку на уровне наших лиц, уверенно и спокойно посмотрел на неё. Затем щёлкнул пальцами. В тот же момент в кабинете стало темно. На кончиках его пальцев, всего на секунду, я заметила белые искры. Когда он щёлкнул ещё раз, свет в комнату вернулся.

Застыв от шока, я даже приоткрыла рот. Я не знала об этом.

Он столько лет скрывал эту способность от всех?

Если о его даре узнают в Академии, то возьмут даже без экзаменов. Люди с предрасположенностью к электроэнергии в рядах сайадов на вес золота. Его бы уважал даже сам Карноус Кром.

Так почему же он сидит в этой душной больнице?!

– Не понимаю! – воскликнула эмоционально я, приподнявшись с кресла, – имея такие способности ты сидишь здесь? Ты мог бы спасти миллионы людей от смерти, если бы стал сайадом! Кто из твоих родных болеет Кардооскилозом? На сколько я знаю – никто! Так почему же ты выбрал медицину?

Он молча опустил взгляд, затем перевел его на меня. Всего на секунду, я уловила в его взгляде – ненависть?

– Есть один, очень важный для меня человек, который заражен этой болезнью. Я не могу оставить его на волю случая, – уверенно спокойно ответил Алик.

Я резко осела на кресло. Моё тело расслабилось, но в груди будто стал вращаться беспощадный водоворот эмоций. Всё живое во мне засасывало на самое дно, в пустоту.

Ради этого человека, он решил стать врачом?

Кто этот человек?

Кадры со всеми возможными знакомыми людьми в его жизни, стали сменяться один за другим в моих глазах. По окончанию этой ленты воспоминаний, я поняла, что не знаю этого особенного для Алика человека.

– Извини, я переборщила. Мне не стоило, лезть в твою жизнь, – тихо произнесла я.

Знала ли я его вообще? Мне казалось, я знаю всё о нем. Все его привычки, все его мысли, но я ошиблась. Я всегда ошибалась.

– Не бери в голову. Не забывай о моих назначениях пожалуйста, это очень важно.

Я смирительно кивнула и вскоре вышла из его кабинета, попрощавшись с бывшим другом.

Быстро зайдя в туалет больницы и закрывшись, я стала умываться холодной водой. Это должно было привести меня в чувства. Зеркало над раковиной отражало меня. Красные глаза, заполненные горячими слезами, смотрели точно в мои. Лицо с каждой секундой искажалось всё больше. Сердце стало сжиматься с такой силой, что я потеряла равновесие. Упав на колени, я согнулась и мокрыми руками сжимала одежду на груди. Шум в ушах от напряжения заглушал звуки бегущей воды из крана.

Боже, почему же так больно?

Мне обидно, что я такая глупая. Что всё это время была уверена, что знаю его. Что всё под контролем. Закрыла чувства к нему в ящик и спрятала, но вот он снова в моей жизни и я… теряю контроль!

Такие жертвы, ради одного человека. Неужели этот человек настолько был важен для тебя, что ты решил сам его вылечить?

Я снова вскарабкалась и облокотилась на раковину, стараясь глубоко дышать, несмотря на периодические заикания. Мне страшно, но я посмотрела на себя в зеркало. Выгляжу жалко. Мне пришлось вновь умываться холодной водой в надежде, что она смоет с меня все ненавистные мне чувства.

Кажется, я поступаю, как самая настоящая эгоистка. Думаю, только о своих чувствах и более того, сильно завидую этому человеку, который так важен для Алика.

На днях мне пришло уведомление об общем сборе 29 августа в 10:00.

В этот день я искренне надеялась, что не попаду с Ином и Риком в одну группу. Я хочу сосредоточиться на учебе, а эти двое будут только отвлекать.

Поступило явно больше тридцати человек и всех нас завели в большую аудиторию. Множество чёрных передвижных кресел стояло в несколько рядов. Мы уселись. Каждый на место, которое ему было по душе.

Расположившись в первых рядах на кресло с краю, ближе к панорамным окнам, я начала глазами искать всех возможных знакомых. Адам, завидев меня громко окликнул и радостно подбежал занимать место рядом. Его брат Май, не торопясь, занял место позади нас. Рика я заметила еще с самого начала. Парень был темнокожий, невысокого роста и вечно напряженный. На самом деле, часто смотря на него, я замечала, как он сжимает кулаки.

Меня все еще волновало его поведение после третьего этапа.

Почему же он так меня невзлюбил.

Конечно, я не хочу добиваться его особого расположения, просто мне не нужны враги там, где все должны быть друзьями.

Ина я не заметила за всё время сбора. Неужели не пришел.

В аудиторию вошла та самая женщина, которая отправляла меня на первый этап. Кажется её звали Дана. Когда она подправила свои чёрные волосы, подрезанные под каре, я заметила что-то металлическое за её ухом.

– Приветствую, будущие защитники Земли. Как вы уже знаете, со дня первого испытания, меня зовут Дана, – сказала она хриплым голосом.

За исключением того раза, когда мы с ней говорили, у меня было чёткое ощущение, что я её видела где-то ещё.

– Вас поступило в Академию 42 человека. Похвально. Мы даже не ожидали, что столько наберётся. Вы хорошо постарались на экзаменах!

Женщина присела на центральное кресло, лицом ко всей аудитории.

– Итак, смысл сегодняшнего сбора в распределении. На самом деле, вас ещё не раз будут распределять по определенным навыкам. Сегодня я буду вас распределять по группам в десять человек. Конечно, двое из вас будут одиннадцатым человеком в группе.

Я неожиданно вспомнила. Дана Хэлис, так её зовут. Она состояла в отряде Карноуса Крома во времена войны. Эта женщина в числе самых сильных сайадов. В то время она потеряла руку и половину мозга. Все недостающие части ей заменили на металлические. Она, по сути, киборг. Её лечение спонсировал сам президент. Многие до сих пор гадают, была ли она любовницей Карноуса или он спас ей жизнь лишь потому, что ее рейтроны очень важны для спасения человечества.

– Группа первая…– она начала перечислять новобранцев и в ту же секунду их кресла автоматически выдвинули столы с появившимся на них цифрой 1.

– Группа вторая…

В числе этой группы оказался Май. Возможно, он был расстроен, что брат не попал в его группу, но внешне он сохранял спокойствие, хоть его напряженная челюсть и выдавала все переживания. Во второй группе так же оказался Рик, и я выдохнула свободно.

– Группа третья…

Назвали имя Ина. Я обернулась и наконец заметила его. Он сидел в самом конце у стены. А мне теперь остается молиться, чтобы я попала в четвёртую группу.

Назвали имя Адама. Он улыбнулся и хитро посмотрел на меня. Я напряглась.

– Добро пожаловать. Теперь мы в одной группе, – прошептал парень.

По-моему телу пробежались мурашки.

– Моё имя ещё не назв…– меня перебил голос Даны, которая назвала моё имя.

Адам улыбнулся еще шире.

Откуда он узнал, что я буду в его группе?

Мой подозрительный взгляд теперь прилип к парню с зелёными волосами. Но на самом деле, не это было самое страшное. Ин так же был в нашей группе. Мне было просто некомфортно быть с ним в одной группе.

Когда Дана закончила перечислять новобранцев четвёртой группы, она встала с кресла.

– Третья группа, просьба проследовать за мной. Теперь, я ваш куратор, – сказала женщина, – остальные, ждите своих наставников.

Какая-то часть аудитории вышла следом за ней. Выйдя в коридор, я вдруг споткнулась и еле как удержала равновесие. Меня совершенно точно кто-то задел. Из-за моей спины выглянула невысокая девушка.

– Прости, я случайно… – робко произнесла она, – моё имя Планта Дина, будем знакомы!

Планта посмотрела на меня своими щенячьими глубокими глазами и протянула руку. Я улыбнулась и ответила на рукопожатие.

– Меня зовут Ева Хэлен. Ничего страшного, никто не пострадал.

– О, кажется, я видела тебя на третьем испытании, и мы теперь в одной группе.

Я кивнула.

– Она была прекрасна, даже? – откуда-то не возьмись появился Адам.

Меня вновь окатили мурашки.

– Да! – воскликнула Планта, будто Адам прочитал её мысли.

– Не отставайте, -послышался командующий голос Даны.

Мы прошлись по широкому коридору и остановились возле самой крайней двери.

– Так, никому не двигаться, я вас пересчитаю, – скомандовала женщина, глазами отмечая каждого, – хорошо, заходите и занимайте места. Место, которое вы выберите, будет вашим до второго распределения.

Небольшая аудитория была похожа на ту в которой мы недавно были, за исключением окон, они были не панорамными. Небольшие прямоугольные окошки располагались ближе к потолку еле пропуская свет в комнату. Как только мы вошли, свет в аудитории внезапно загорелся на секунду ослепив нас. Здесь было точно десять чёрных кресел, стоявших ровно в три ряда. Я решила не нарушать идиллию и заняла место там же, где и в прошлый раз: на первом ряду с краю, ближе к окнам.

Едва я села на своё кресло, тут же заметила, как справа от меня занимает соседнее место Планта. Адам явно был расстроен, что не успел занять это место и подбежал к креслу позади меня. Ин невозмутимо занял место на втором ряду рядом с зелено-власым мальчишкой.

Когда все заняли свои кресла, Дана уселась на центральное, повернувшись к нам лицом.

– Итак, теперь я ваш куратор. Самое время познакомиться поближе. Повторюсь, меня зовут Дана Хэлис, просьба каждому по очереди вставать и представляться. Вы знакомитесь не только со мной, но и со своими одногруппниками. Начнем с первых рядов, – женщина выжидающе посмотрела на меня.

Видимо она решила начать со стороны окон.

Я встала и представилась, смотря на куратора и обводя взглядом всех присутствующих. Дана кивнула и посмотрела на следующую студентку. Запыхавшись, девушка резко встала и почти истеричным голосом выдала.

– Планта Дина, очень приятно со всеми познакомиться.

Я узнала эту девушку, мы познакомились с ней в коридоре та, что с глубокими глазами.

Куратор лениво посмотрела на её соседку.

– Ция Рэль, – буквально устало выдыхая своё имя, произнесла девушка, даже не соизволив встать.

Дана секунду напряжённо смотрела на данную особу, затем так же, устало, перевела свой взгляд на другого студента.

Планта наклонилась к Цие и что-то сказала. Та лениво улыбнулась в ответ. Видимо, они знакомы. Странное сочетание дружбы. Планта выглядела совсем обычной, разве что выделялись её глубокие карие глаза. Ция же, наоборот, была яркой: блондинка с голубыми глазами и явно хорошим вкусом в одежде. Теперь, мне не терпелось узнать, что может связывать этих двоих.

Вскоре, когда всё представились, куратор, словно нехотя, продолжила.

– Прекрасно, все хороши. Вижу у некоторых из вас огонек в глазах. Не терпится выйти на охоту?

Многие в аудитории закивали.

– Те, кто лыбится и кивает умрут первыми.

Теперь в комнате стало до тошноты тихо.

– Я это вам как опытный сайад говорю. – Дана расслабленно сидела на своем преподавательском кресле, положив ногу на ногу, наслаждаясь испуганными лицами студентов. – Из вас тут сильных еле четыре человека наберётся, остальные явно надеются на удачу. Вы наверняка ожидали, что я буду вам улыбаться и рассказывать всю эту чухню про доблесть, отвагу и героизм. Буду распинаться и говорить, какая Академия хорошая и что вы под абсолютной защитой. Нет! Это далеко не так. Отныне вы спасаете людей, но вас никто не спасёт.

Воодушевляющая речь. На меня эти угрозы не подействовали. Я и так знала всё это. А вот остальные студенты были явно ошарашены сказанным. На секунду, мне показалось, что даже Ин напрягся.

– Неужели всё настолько печально? – подал голос кто-то из аудитории.

– Всё намного печальнее, чем вы думаете. Так что те, кто заранее боится за свою жизнь, прошу покинуть аудиторию и соответственно Академию!

Ясно. Она хочет отсеять слабаков. Вот для чего весь этот цирк. Но никто не сдвинулся с места. Взгляды у присутствующих поменялись на более уверенные. Дана прошлась глазами по всем студентам и разочарованно вздохнула.

– Ладно. Обратите внимание на свои столы, там отобразились ваши предметы и расписание.

Кресла автоматически выставили над нашими коленями сенсорные столы. Я видела перед собой список предметов и график на неделю. По 3-4 занятия в день. Неплохо. Единственное, что меня беспокоило, это часовые перерывы между занятиями в то время, как сами лекции шли по два или три часа. Я могу не успевать приходить на работу.

– Ваши занятия начинаются с 9 утра. На вашем месте, я бы не опаздывала. Некоторые лекторы – демоны воплоти, – предупредила Дана.

– Извините, а какой предмет ведёте вы? – спросил студент из дальних рядов.

– Этого предмета нет в вашем списке. Я буду преподавать дополнительные предметы, после второго распределения.

– А что за второе распределение? – спросил Адам.

– Некоторые из вас имеют рейтроны, их будут держать отдельно от обычных будущих сайадов и обучать по другим предметам.

– Ага, явно особенных ценить будут больше, – прошептал Адам, наклонившись ко мне.

Мне, естественно, не светит оказаться в числе особенных. Обычные сайады чаще всего быстрее умирают. Хотя, я знаю парочку сайадов без способностей, которые многого добились и выжили, правда, частями.

– Так же вы обязаны будете носить форму Академии. На выходе не забудьте взять у Элрика вашу форму. Академия уже подобрала одежду под ваш размер.

– Надеюсь, она подойдет к моей причёске, – еле слышно проговорила Ция, обращаясь к Планте.

– Так же академия выдает вам пропуск, подходите ко мне по очереди, буду вживлять вам в палец.

– Вживлять?!– будто разом воскликнули студенты.

– Именно. Этот пропуск терять нельзя, а у нас уже были случаи потери, поэтому лучше вживлять вам их под кожу.

Многие присутствующие сомнительно переглядывались между собой. Первым пошёл Адам, чем вообще не удивил, а вот Планта, которая пошла следом, поразила меня. В её глазах отражалось беспокойство, она совершенно точно не понимала, где находится, но тело её не слушалось. Я решила пойти следом, но неожиданно столкнулась с Цией. Я немного опешила, заметив то, что она была почти на две головы меня выше. Очевидно, меня волновал лишь её рост, а не то, каким надменным взглядом она меня одарила.

Девушка нагло встала спереди меня, и я на секунду почувствовала её тошнотворный сладкий парфюм. Я уже смерилась с тем, что мне нужно часто задерживать дыхание, но она резко развернулась ко мне и презрительно взглянула с высоты своего роста.

– Вижу уже познакомилась с Плантой. Думаешь, подружитесь? – спросила Ция.

Мне было очень лень поднимать голову, чтобы увидеть её лицо ещё раз, и я просто молча пялилась перед собой.

– Эй, я с тобой говорю, – настоятельно произнесла девушка.

Я устало вздохнула и всё-таки подняла голову.

– Имей ввиду мы с Плантой дружим с детства, лишние люди в нашей дружбе не нужны, – продолжила девушка.

Наклонившись влево, чтобы получше разглядеть робкую девушку, я заметила, что ей уже вживили пропуск и Планта вот-вот собиралась уходить, но я окликнула её. К счастью, она с первого раза услышала меня и обернулась.

– Обменяемся чатами? – спросила я, улыбаясь так широко и добродушно, как только могла.

– Конечно! – светясь от счастья, Планта достала свой гаджет, и мы стукнули их друг об друга.

На наших экранах высветился общий чат. На фоне нашей светлой ауры бушевала другая: липкая и смехотворно гневная аура Ции.

– Можно, я тоже обменяюсь с вами чатами? – спросил Ин, улыбаясь во весь рот.

Планта робко поднесла свой гаджет к его, и когда синхронизация прошла успешно, Ин повернулся ко мне, улыбаясь еще шире.

Он скорее всего всё слышал. Охотник Ин, ни за что не поверю, что ты просто решил подружиться.

Я застыла с Чатом в руке, сверля его подозрительным взглядом. Он чуть наклонился и быстро стукнул наши гаджеты. Я не успела ничего понять, как синхронизация прошла успешно.

– Я тоже хочу с тобой чатом обменяться! – выкрикнул Адам, подбегая к Планте.

Она была очень рада, но явно не ожидала, такой наплыв новых друзей.

– Как на счет того, чтобы отметить наше поступление сегодня вечером? – спросил Адам, когда мы уже сидели на своих местах с вживленными пропусками.

– Я не против, – добродушно сказала Планта.

– Я тоже, – поддержал Ин.

– Было бы неплохо отдохнуть от этого всего, – ответила я.

– Эй, вы про нас не забыли? – с заметным энтузиазмом спросили остальные студенты.

Чуть позже мы всей группой направились в ресторан, попутно забрав свои Академические формы.

Заведение на удивление выглядело довольно скромным, хотя находилось почти в центре Зегидрона. Я даже пощупала стулья, чтобы понять, настоящее ли это дерево. Оказалось, это имитация. Конечно, в центре города иметь что-то связанное с деревьями и растениями незаконно, вот люди и выкручиваются как могут.

Имитационные прямоугольные столы по-домашнему стояли в разброс. К каждому столу прилагалось по шесть стульев. В ресторане было жёлтое освещение и много зелени. Это всё напомнило мне кафе, где я работаю, только там, конечно, было уютнее.

– Шеф, нам надо столы соединить, чтобы все поместились, – выкрикнул студент.

Когда все уселись и заказали, что нужно, началась нескончаемая болтовня.

Я без конца смотрела на свой указательный палец. Кончик его я не сильно чувствовала, а под кожей выпирал маленький пропуск в виде кружочка. Если чип на руке можно ещё не заметить и не ощущать, то это чудо техники, точно, я буду чувствовать даже сквозь сон.

– Это очень мило на самом деле, – дошёл до меня голос Планты, которая почему-то улыбалась и смотрела на меня.

Да и все остальные тоже смотрели на меня.

– Я что-то пропустила?

– Ин рассказывал, что в школе тебя называли "яблочко", – объяснилась девушка.

Я вперила злобный взгляд в Ина, который сидел напротив.

– Да брось Ева, в этом ничего такого нет, – сказал Ин.

– Да, яблочко, не злись, – невинно произнес Адам.

– Ин, кажется, я вспомнила, как тебя в школе называли…н-.., – Ин резко обежал стол и плотно закрыл мне рот своей ладонью.

Я с прищуром посмотрела на него снизу вверх, а он умоляюще смотрел на меня в ответ.

– Ин, так не честно, пусть скажет, – послышался голос с другого конца стола.

– Да, ты ведь рассказал нам про её прозвище, – поддержала Планта.

– Ребят, мало ли что она скажет. Да и я тоже сболтнул лишнего. – Он настоятельно всматривался в мои глаза. – И за это про-шу про-ще-ни-я.

Я показала большой палец вверх, дав понять, что не расскажу. Ин, поверив мне, осторожно убрал руки и медленно направился к своему месту.

– Меня вот в школе называли "чернота", – сказала Планта.

– Почему? – спросила я.

– Я и сама, честно, не знаю, – она искренне посмеялась и выпила немного апельсинового сока.

– По-моему это прозвище довольно обидное, – заметил Адам.

– Если его не воспринимать всерьез, то всё хорошо, – заключил Ин.

Ция, сидя рядом с подругой, задумчиво смотрела на стол.

– А у тебя было прозвище? – спросила Планта.

– Было, конечно. Я перекрасил волосы еще в тринадцать лет, с тех пор меня называли "зелёнкой", – усмехнулся Адам.

Я отрешенно уставилась на стол с салфетками, которые я уже успела помять, перемять и разорвать на кусочки. "Зелёнкой" называли не только Адама, но и Алика. На сколько я помню, ему дали это прозвище за глаза, которые по цвету были схожи с зелёнкой. Я тогда набивала морды многим ребятам, да и сама часто в синяках ходила, пытаясь защитить Алика. У него были и есть прекрасные глаза. И мне они напоминали лес: таинственный, непреступный, гордый и величественный.

Задумчиво подняв глаза, я словила сосредоточенный взгляд Ина на себе. Он всматривался в крошки салфеток под моими руками и несколько раз переводил свои серые глаза на меня. Он будто пытался понять мои мысли, но думал о салфетках, а не о руках, что их рвут. Скомкав крошки и спрятав их под тарелку, я сделала вид будто ничего не произошло.

Многие напились в этот вечер, я решила воздержаться. Нас уже оставалось немного, и я начала прощаться со всеми, ведь было поздно, а ведь меня дома ждала мамочка.

– Пошли, я подкину тебя до дома, – сказал Ин, выходя со мной из ресторана.

– Спасибо, но я лучше, как обычно.

– Уверена?

– Абсолютно. До встречи.

Ин проводил меня взглядом, затем надел шлем и улетел на своем летоцикле по магнитной дороге.

Глава 7. Вводный курс.

Надевая Академическую форму, я даже представить себе не могла, что она так идеально по мне сядет. В комплект входила лазурная длинная рубашка и чёрные штаны. Так же в пакете я обнаружила бардовый широкий пояс. Видела, как многие студентки застёгивали его на талии по верх рубашки. Я сделала так же. Нижняя часть верхней одежды стала похожа на мини юбку. Не завязывая волосы и надев свои потрёпанные чёрно-белые кеды, я направилась в Академию на первые ознакомительные занятия.

Первая лекция была по предмету "общие правила сайадов". В нашу аудиторию вошёл высокий и худой мужчина.

– Итак, меня зовут Георгий. Я буду вести предмет Правила сайадов на вашем первом распределении. Предмет очень важный, надеюсь вы будете относиться к нему серьёзно.

Георгий сел в центральное кресло, повернувшись лицом к аудитории и положил перед собой планшет. Мужчина был очень сосредоточен и постоянно хмурил свои тонкие брови.

– Принято, что первый день лекций будет вводным, но я думаю вам это ни к чему. Поэтому, я сразу начну с первой темы. – Он кашлянул с закрытым ртом и продолжил. – Первое и самое важное правило в нашей профессии это понимание то, чем мы занимаемся, понимание того, почему мы это делаем. Профессия сайад, относительно новый термин, означающий защитник от внеземной цивилизации. Сайад в обязательном порядке обязан защищать свою планету и всех, кто на ней обитает, иногда даже ценой своей жизни. Это не просто солдат, выполняющий поручения президента. Это герой, благодаря которому, раса людей может спать спокойно…

Я заметила, что все учителя так же носят формы. На них одинаковые тёмные туники с шестью серебряными пуговицами на груди и черными поясами с широкими вшитыми лямками по бокам, идущими от плеч до талии. А на левом плече красовался белый знак защитников: круг с шестью стрелками, исходящими от него. Этот символ больше напоминал солнце. На наших формах тоже был такой знак, но он был вшит на груди слева.

– У сайада всегда на первом месте защита мирных жителей, а уже потом себя. Многие из вас могут подумать, что защита других сайадов, это всё равно, что защита мирных жителей. Ничего подобного. И вот самое важное правило, если ваш товарищ попал в беду, но вам срочно надо спасти планету или хотя бы одного мирного, вы должны бросить своего товарища и в первую очередь позаботиться о безопасности планеты.

Вполне логично, но правило достаточно суровое.

– Извините, но как же так? Мы должны бросить сослуживцев получается? – спросил кто-то из аудитории.

– Именно так. У сайадов на первом месте всегда защита планеты. Защита своего дома, а потом уже всё остальное, – беспристрастно ответил учитель.

Многие в аудитории явно были не согласны с преподавателем, но предпочли молчать.

– А если, кто-то из сайадов не повинуется этому правилу, что с ним будет? – вновь кто-то из студентов подал голос.

– Если выживет, его уволят и поведут под суд.

– А были такие случаи?

– Были. Один сайад спасал своего друга в то время, как из портала выходили инопланетные существа. Насколько я знаю, его казнили вскоре.

В аудитории повисла напряженная тишина.

– Это, наверное, так ужасно стоять перед выбором: спасти друга или планету, – прошептала Планта.

– Надеюсь, ни с кем из нас такого не произойдет, – ответил Ин.

Спасти одного человека или спасти тысячи? Думаю, тут ответ очевиден.

Наши преподаватели почти все служили и даже принимали участие в войне. Мне кажется, большинство из них сталкивались с таким случаем, от того они и не улыбаются.

После первой лекции у нас ещё было время сходить в буфетную и перекусить. Одногруппники скопом стали выходить из аудитории. Отставая от своей группы, я поплелась самой последней. Встав на двигающуюся лестницу, я думала о том платная ли здесь еда, мысленно подсчитывая сколько ницей у меня осталось. Когда лестница почти достигла первого этажа, я ощутила легкий толчок в спину и как, кто-то заблокировал мои ноги в результате чего, я полетела вниз. Раз кувыркнувшись и ощутив холодный пол под собой, я неуклюже обернулась. С победной улыбкой ко мне приближался Рик. Сомнений не было, это он все устроил, ведь позади меня стоял только он. Ция с гордо поднятой головой и явной насмешкой обошла нас, направляясь в буфет к остальным. Кто-то коснулся моего плеча и помог встать. Слева от меня появился Элрик, он, несомненно, был в плохом настроении.

– Я всё видел Рик Уваль, – процедил охранник.

Зачинщик пожал плечами и прошёл мимо со словами:

– Она просто слишком слабая. Не удержалась даже на своих двоих. Кого только не наберут в Академию.

– Если ещё раз такое замечу с твоей стороны, об этом обязательно узнают ректора и судьи, – проговорил охранник, провожая недовольным взглядом Рика, – Сильно ушиблась? – обратился он ко мне.

– Нет, все хорошо. Спасибо, что помог.

На самом деле у меня ныли колени. Весь удар пришёлся на них при падении. Как же я Рика не заметила за своей спиной? Это меня больше волновало. Я слишком много летала в облаках и забыла о своём главном правиле: никогда нельзя держать врагов за спиной. Они всегда должны быть в поле зрения, иначе может случиться что-то подобное.

Даже будучи в другой группе этот парень доставляет мне неудобства. Не думала, что когда-нибудь смогу задеть кого-то своими баллами.

Сегодня три лекции. Можно успеть заглянуть на работу. Следующая лекция была анатомия человека. Было, конечно, захватывающе, когда преподавательница Меркуя, зашла в аудиторию с большой сумкой наполненных макетными органами человека. За два часа мы успели поверхностно узнать, что из себя представляет человек внутри. Третий предмет был "новейшая география Земли". В аудиторию вошла высокая женщина в очках.

– Всех приветствую. Меня зовут Валентина.

Все тут же начали перешептываться, и я подозревала почему. Имя было достаточно старое. Многие родители уже так не называют своих детей. Конечно, есть старые имена, которые всегда в моде или вошли в моду в определенный период, но имя Валентина ужасно старомодное.

– Итак, у меня есть для вас выбор на сегодняшнюю тему. Мы можем начать изучать нашу планету с самых верхних слоёв или с самых нижних. Поднимите руки те, кто хочет начать изучение с верхних слоев. – Очень многие подняли руки. – Ну думаю выбор очевиден. Видимо большинству интересно узнать о состоянии барьера на сегодняшний день.

Географию мы изучали в школе. Я думала она будет говорить одно и то же. Видимо слово "новейшая" не просто так приставлено к названию предмета.

– Барьер – это видимая энергия, – начала Валентина, – энергия, которую создали искусственно. Она не пропускает метеориты, пыль и неопознанные объекты такие, как инопланетные существа. На сегодняшний день по данным учёных барьер слабеет. Если люди не найдут дополнительную энергию для поддержания купола, боюсь, начнётся то, что было в 2221 году.

Начнется вторжение и война.

Мама рассказывала об этом. Когда она родилась, люди восстанавливали Землю, после разрухи. Понадобилось больше десяти лет, чтобы человечество оклемалось. Новые правила. Новый закон. Глобальная перестройка жизни. Мутации в людях помогли нам создать новый мир. Теперь всё это выглядит так, будто человек получил дар и наказание одновременно.

После всех занятий, я направилась в больницу на повторный допрос и осмотр от доктора Алика.

– Как чувствуешь себя? – очередной раз спросил Алик.

– Прекрасно, – очередной раз соврала я.

– Пока, что обследования не показали результат. Всё так, как и было.

– Таблетки разве не должны помогать?

– У них накопительный эффект. Ты главное пей и соблюдай режим.

– Хорошо.

– Как мама?

Я удивленно вскинула брови прежде, чем ответить.

– Принимает лекарства. Вроде нет ухудшений.

– Часто приступы?

– Стабильно раз в один или два месяца.

Алик вдруг положил на стол закрытый подарочный пакет.

– Передай это маме. Скажи от Алисы.

Алисы? Ах да. У мамы ведь есть подруга, которая частенько заходит к ней в гости. Алиса Фархана – мать Алика.

– Конечно, – я взяла пакет и улыбнулась, – что здесь?

– Не знаю. Возможно сладости? – предположил Алик.

Расплывшись в улыбке, я собиралась уходить, но вдруг доктор остановил меня.

– Как продвигается учеба? – поспешно спросил он.

– Хорошо. У нас начались вводные лекции…

– Ты хочешь преподавать?

– Преподавать? Я учусь, чтобы быть полноценным сайадом и выполнять задания.

– Чтобы быть сайадом нужно много физической активности и к тому же твоя жизнь постоянно будет в опасности. Как ты будешь соблюдать режим с такой профессией? – Алик сосредоточенно в меня всматривался. Казалось, ещё немного и он просверлит во мне дыру.

Логичный вопрос. Конечно, стоит начать с того, что обычные практические занятия уже будут требовать физической активности.

– Я подумаю над твоим вопросом, обещаю.

Не подумаю. Я с самого начала уже всё решила. Если скажу ему правду всё раскроется и тогда все мои цели и мечты будут спать рядом со мной на койке в больнице всю мою оставшуюся жизнь.

Алик поджал губы и кивнул, переводя всё своё внимание на компьютер.

Возможно в глубине души он понимает, что я часто ему не договариваю или откровенно вру. Он ведь не глупый. Тогда для чего он так обо мне переживает? Алик почти каждый день через Чат спрашивает о моём самочувствии. Еще и скрыл мою болезнь…

Я решила много об этом не думать и сосредоточиться на вечерней работе.

– Как самочувствие? – спросила Жанна, настоятельно взяв меня за предплечье.

– Прекрасно! – уверенно произнесла я.

– Вижу, – ухмыльнулась она, – что сказали в больнице?

– В больнице? – искренне удивилась я.

– Ну ты же ходила в больницу на обследование…

– Ах да! Конечно! – я сделала вид, что вспомнила, – обычная усталость. Прописали таблетки. Я просто сплю плохо, вот и пошли галлюцинации.

– Ох, спать обязательно нужно. Могу понять тебя. Первое время, когда открыла бизнес почти неделю нормально не спала. Нервная система дала такой сбой, что я этого никогда не забуду.

– Да! Вот и у меня такое. Вся в учёбе…

– Наша отличница! – выдала Ноами, при обнимая меня за плечи, – давно тебя не видно было. Успела соскучиться.

– Это она скучала, потому что не кому было выйти за неё на смену, – посмеялась Жанна.

– Ничего подобного, хотя и это тоже…

– Сегодня, что-то народу маловато, – заметила я.

– Ой тут такое недавно было, – возбуждённо проговорила Ноа.

– Что?

– Короче, заявились блюстители порядка и давай наши растения рассматривать. Пытались понять искусственные они или настоящие. Взяли лепесток на экспертизу и на следующий день заявились, выписывать предупреждение и штраф.

– Да ну?

– От пару цветочков инопланетяне не появляются, – спокойно сказала Жанна, протирая бокал за барной стойкой.

– Согласна.

Хотя, на самом деле всё может быть.

– Значит, ты не собираешься убирать цветы?

– Конечно, нет, – заключила Жанна.

– Уже и растения нельзя в горшках держать, совсем сдурели! – продолжила своё негодование Ноа, – скоро задохнёмся от всего этого искусственного.

Людей и правда было немного. Закрылись мы по раньше, и я получила свою зарплату за отработанные пол дня. Не думала, что блюстители доберутся до простой забегаловки на окраине города. Хорошо, что хоть не закрыли. Жанна с таким трудом открыла этот бизнес. Скорее всего, кто-то нажаловался, иначе никто из верхов не узнал бы об этом.

Воздух вдруг стал влажным и пошёл редкий дождь, пока я возвращалась домой. Капельки воды, гипнотически бьющиеся о крыши опустелых домов, создавали ощущение полного расслабления. Хотелось, что бы дождь лил всегда. Лес слева от меня по-прежнему был мрачен и недоступен. Там всегда было так тихо, будто все животные сбежали или попрятались в свои норы. На самом деле я любила ночью прогуливаться от работы до дома. На нашей улице уже почти никто не жил из-за леса. Дороги были пусты, а в окнах частных домов давно свет не горел. Мама сидела на крыльце попивая горячий чай. Она улыбнулась, завидев меня. Я молча подошла к ней и поцеловала её прохладную щеку.

– Как день прошел? – спросила мама.

– Прекрасно, – улыбнулась я, отдавая маме закрытый пакет, который передал Алик, – От Алисы.

– Ой, когда ты успела встретить её? – восторженно спросила мама, открывая пакет.

– Мне Алик передал…– секунду подумав, я продолжила, – по учебе заходила в больницу и случайно его встретила.

– Я слышала, он стал кардиохирургом. Это так впечатляет. Он красивый, ещё и к тому же умный…

Грустно улыбнувшись, я присела рядом с мамой на скамью.

– Его жене повезёт. Помню Алика совсем маленьким. Добрый, отзывчивый, воспитанный. Он никогда никого не обижал, – продолжала мама, – а вот ты Хэва, была полной его противоположностью. Даже не знаю, как вы умудрились подружиться.

Мама вытащила из пакета коробку со сладостями и стала уплетать их, угощая меня.

Алик не прогадал. Действительно, это были сладости.

– Он тебе нравился? – неожиданно спросила мама.

Я настороженно взглянула на неё.

– Не смотри на меня так. Я видела твои глаза рядом с ним. Ты была счастлива от одного его присутствия.

– Может ты и права, – проговорила я, – это было давно, и я была простой наивной девочкой.

– Ты была не простой, Хэва и Алик это так же видел…

– Поэтому он ослеп и теперь носит очки? – посмеялась я, – мам, что за глупости.

– Ева. – Мама осуждающе взглянула на меня. – Ты явно много не понимаешь и не видишь. Скорее, слепа ты.

Я поморщилась от попавшиеся мне кислой конфеты.

– И что, что он меня видел не простой…

Эта информация никак не полезна для меня.

Что он там во мне бы не видел, сейчас это не имеет значение и выгоды от этого нет.

– Обещай мне кое-что, – начала мама, – что бы не случилось, ты будешь искать в людях хоть каплю хорошего, даже если эта капля одна из множество плохих. Люди иногда поступают плохо, потому что у них просто нет выбора.

– Ты к чему это?

– Просто обещай.

Просто обещать, не зная подтекста? Со мной такое впервые.

– Обещаю.

Обещаю.

"Я сделала это! Я пробежала 100 метров за 14 секунд!"

Ликуя, что была среди школьников в нормативе бега, самой первой, я с восторгом писала в Чате об этом маме. Я шла и совершенно не заметила, как одноклассники, после урока спорт культуры, ушли далеко, оставив меня позади. В груди вдруг резко кольнуло и я опёрлась рукой о бетонную стену школы за углом в нескольких метрах от стадиона. Я пыталась дышать ровно и часто. Всё вокруг внезапно стало искажаться. Стена отдалилась от моей ладони, а небо неожиданно начало падать на меня.

– Ева? – слышалось откуда-то издалека, – Ева! – теперь было ощущение что кто-то зовёт меня совсем рядом.

Я видела только темноту. Причудилось, что мои глаза были открыты, но я всё равно ничего не видела. Тело я не ощущала вовсе. Я начала прислушиваться к голосу и идти на него.

– Очнись!

Я разлепила глаза и первым, кого я увидела был Алик Фарид. Он склонился над моим лицом и всё повторял моё имя. Небо над нашими головами было пасмурное. Кажется, пойдет дождь.

Этот парнишка… Как он оказался рядом со мной?

– Всё хорошо? Где болит? – переспрашивал друг вновь и вновь.

Повернувшись вправо, я пыталась вспомнить, где я нахожусь. Я возле школы. Я шла с урока спорт культуры. А сейчас моя голова на коленях у Алика.

Что произошло?

– Алик? Что ты здесь делаешь? – хриплым голосом спросила я.

Мой рот по какой-то причине стал сухим. Я пыталась сглотнуть слюну, которой не было.

– Ты же знаешь, я выхожу иногда курить за школу… Что произошло? Я видел, как ты внезапно упала. Голова не болит?

– Нет. Спина немного ноет. – Я обратила внимание на режущую боль в локте и потёрла его. В следующую минуту я у видела на своих пальцах размазанную кровь.

– Ты локти разбила, – заметил он.

Я приподнялась с его колен и попыталась встать. Слабость немного пошатнула, и Алик тут же меня подхватил.

– Стой. Не поднимайся резко!

Почему это произошло со мной?

– Я сидел на трибунах, когда ты сдавала норматив. Ты забыла, что тебе нельзя бегать? – спросил Алик.

– Я не забыла…

– Тогда почему? Зачем ты это делаешь? Неужели для тебя так важно победить, чем выжить?

Парень был явно зол, но сдерживал себя, как мог. От него веяло легким шлейфом табака и мягкого мускуса. Меня давно привлекал его запах. Он не похож ни на какие другие. Я много лет пыталась понять, какими духами он пользуется, но каждый раз он говорил, что не пользуется одеколонами. Тогда почему Алик пахнет настолько приятно, что хочется зарыться в него и уснуть.

– Прекрати это! Остановись хотя бы ради меня! – выкрикнул Алик.

Я испуганно взглянула на него. Его фразы показались мне знакомыми. В следующую секунду меня перенесло на третье испытание. Я была на беговой дорожке. Я всё ещё слышала его тревожные выкрики, но не могла остановить себя. Я бежала, а пол подо мной крутился, словно большое колесо. Вдруг передо мной начал закручиваться портал. Он опять искажал пространство вокруг себя. Голубые искры летели во все стороны. Из чёрной бездны показалась мерзкая костлявая рука и схватила меня за предплечье.

Пискнув, я резко открыла глаза и села на кровати, пялясь в пустую стену напротив в своей комнате.

Глава 8. Неловкая ситуация.

После кошмара, я не смогла заснуть и листала социальную сеть Вордстор. Так как в прошлый раз я не закрыла страницу Алика в первую очередь на большом экране высветился его аккаунт. Ничего нового у него не было. Всё так же 2 публикации, только вот смотрителей прибавилось.

А он довольно популярный доктор.

Мой сон не выходил у меня из головы. Как назло, я всё помнила до мельчайших деталей. Вот откуда в моей голове, тогда на третьем испытании, появился этот знакомый голос. Это был он. Алик часто пытался привести меня в чувства. Постоянно предупреждал об опасности заниматься спортом. Он скорее всего догадывался, чем я болею. Я не слушала его. Всегда делала то, что хотела. Но в этот раз я сошла с беговой дорожки, внимая его просьбе.

Почему?

С этими думами, я направилась в Академию на очередной учебный день. Науку о внеземной цивилизации преподавал Маркас. Это был высокий на вид молодой темнокожий парень. Первая лекция была его, но он довольно сильно опоздал.

Пока его не было в аудитории было оживленно. Адам показывал что-то в своем ибрас Планте и Ции. Им было весьма весело. Я иногда посматривала в их сторону. Не услышать, о чем они беседовали было невозможно. Среди бурных голосов, я смогла различить тот самый, нагловатый.

– Скажи, почему ты часто ходишь в центральную больницу? – спросил Ин, стоя за моей спиной. Он сказал это так тихо, что его голос почти затерялся среди шума.

Я резко обернулась, сглатывая комок страха.

Откуда он знает об этом?

– В больницу? О чем ты? – прикинулась дурочкой я.

– Вчера и до этого несколько раз, – парень хитро улыбнулся.

Ин смотрел на меня, так будто уже знал заранее ответ. Я напряглась.

Что ему от меня нужно?

– Я навещаю родственницу, – соврала я.

– Или родственника, – заключил он.

Сердце вдруг стало заходиться так, что меня пошатывало.

– Или родственника, – повторила я за ним, но более утвердительно. – Ты следишь за мной?

– Нет, случайно получилось. Только, я действительно навещал знакомого, а вот ты всегда направляешься в одно и то же отделение.

– Не думаю, что здесь место для таких обсуждений…

– Верно. Дай знать, как будешь готова к разговору.

С чего это? Чем я тебе обязана, чтобы отчитываться?

А потом в моей голове промелькнула очень неприятная мысль. Если он узнает, что у меня есть большие противопоказания для учебы здесь, то может легко сдать. Тогда не только у меня будут проблемы, но и у Алика.

Я немного знаю Ина, он делает всё под настроение. Если захочет, то доложит. Его даже совесть мучать не будет.

Засранец!

Вскоре в аудиторию вошёл Маркас. Он тепло улыбнулся и присел на преподавательское кресло.

– Приветствую всех, – начал он. – И так, кто мне скажет, когда человечество начало своё путешествие в космическом пространстве?

Почти все подняли руки. Мужчина обратил внимание на меня и попросил ответить на его вопрос.

– Уточните пожалуйста свой вопрос, – попросила я, – вы спрашиваете о том, когда человек впервые оказался в космическом пространстве? Или вас интересует, когда человечество начало посещать другие планеты?

– Второе, – улыбнулся преподаватель.

– В 2045 году люди впервые высадились на Марсе. С этого момента мы стали бороздить глубокий космос.

– Очень хорошо Ева. – Кивнул Маркас. – В 2068 году в ходе космической экспедиции произошла авария на корабле "Платина". По данным ученых того времени, корабль столкнулся с чем-то необъяснимым. В наше время мы уже знаем, что это была самая первая форма жизни, которую встретил человеческий вид. То были "чистильщики". Это существа, обитающие в темном космическом пространстве. Каждый современный учёный уже знает природу и форму этих тварей. Кто-нибудь слышал об этом?

Студенты молчали, внимательно вслушиваясь в слова сайада.

– Ага, судя по всему, не слышали. Мы не относим этих существ к внеземной цивилизации. Это просто, по сути, те же самые животные. Просто, у них среда обитания немного другая, но опасаться их стоит. Люди в то время поняли, что корабль надо каким-то образом защищать. Было запущено около шестидесяти летательных аппаратов с различной защитой корпуса по тому же пути, что и корабль "Платина". Все они, кроме двух, либо исчезли, либо были разорваны и съедены чистильщиками. В числе уцелевших двух аппаратов были: SDJ67 густо смазанный маслом почвы земли и полуцелый RTF40 пропитанный нефтью. Таким образом люди пришли к выводу, что аппарат SDJ67 был для чистильщиков все равно, что живая планета, поэтому они сторонились его.

Словно кто-то дал им приказ не трогать планеты.

Маркас показывал нам снимки разных существ, с которыми сталкивался человек. Многие из тварей ужасали своим обликом. Могли ли люди до нашего времени знать о существовании таких инопланетян? Думаю, они даже не догадывались.

Я часто ловила на себе взгляд Ина. Он выжидающе всматривался в меня, отчего мне становилось не по себе. Парень явно долго ждать, пока я отвечу на его вопрос, не будет.

Когда настала перемена, я поспешила скрыться в коридоре, но Ин быстро утащил меня под локоть за угол.

– Ты собираешься клешнями из меня вытаскивать информацию? – запыхавшись спросила я.

– Что? – удивился сокурсник.

Он достал из кармана знакомую мне подвеску и вручил в руки. Это был тот самый кулон, который мне подарил Рейн на фиолетовой площади.

Что мой кулон делает у Ина?!

– Откуда он у тебя?

– Нашел его на первом этаже возле лестницы вчера. Элрик сказал, что видел его на тебе и предположил, что скорее всего это твоё.

– А. Эм. Спасибо.

Видимо подвеска слетела с меня, когда я упала у лестницы.

Я бережно засунула украшение в карман.

– Ты подумала, что я буду выбивать из тебя ответ на мой вопрос? – посмеялся Ин. – Я же не изверг. Когда захочешь, тогда расскажешь. Мне, конечно, интересно, но я подожду.

Ага, "не изверг".

– Благодарю за понимание. – Ухмыльнулась я.

Мы пошли в столовую. Слава Богу в этот раз меня никто не толкал с лестницы. Скорее всего виной всему был Ин. Рик не будет при нём такое вытворять. В буфетной нас уже ждали однокурсники. Кажется, я пропустила момент, когда Ин, Адам, Планта и, как нестранно, Ция стали собираться компанией в Академии.

– Здесь такие вкусные пирожки продают, – лепетала Планта, – попробуйте. Мне понравилось с клубникой.

– Пирожки с клубникой? – Скорчил тошнотворную гримасу Адам. – Не люблю клубнику, буэ…

– Фу, не делай так больше за столом, мы же едим! – высказала Ция.

– А почему тебе не нравится клубника? – спросила Планта.

– Ну, меня раздражают эти дырочки на ней. Мурашки идут по коже от одного вида.

– Трипофобия, – пробурчал Ин, откусывая большой кусок пирога с картошкой.

– Что? – наивно спросил Адам.

Ин, несколько раз тыкнул в свой ибрас и голограмма показала картинки с множественными дырочками. Тут же Ция скривилась и даже я почувствовала, как по моей коже прошлись неприятные мурашки. Адам вытаращил свои карие глаза в картинки. Он стал бледным, как мел.

– Кажется его сейчас…– недоговорила я.

Адам резко отвернулся и вырвал содержимое желудка прямо на дорожку, по которой проходили студенты.

– Фууууу, – выкрикнула Ция, отводя взгляд и прикрывая ноздри тыльной стороной правой руки.

– Так у тебя фобия, друг мой, – заметил Ин, невозмутимо продолжая доедать свой пирог.

– А мне показались эти дырочки милыми, – улыбнулась Планта.

– Зачем ты ему это показал?! – недовольно вскрикнула Ция.

Студенты с неприятными гримасами обходили место происшествия. Кто-то специально останавливался, чтобы посмотреть.

– Тебе помощь нужна? – спросила я, привставая со стула.

Адам не отвечал и просто сидел сгорбившись.

Видимо ему нужно в медпункт.

Я оглянулась, ища глазами Мая, но его как на зло не было в столовой. Адам ещё совсем ребёнок, его нельзя так оставлять. Я поспешно взяла салфетки со стола и принялась вытирать рот, застывшему парню. Его глаза были закрыты, он пытался дышать ровно.

– Мы пойдем в медпукт, – оповестила я однокурсников.

– Я с вами, – поспешила Планта.

– Нет! Ты забыла? У нас еще дела! – прошипела Ция. И подруга, огорченно взглянув на нас, села обратно.

– Ты не поможешь? – спросила я Ина.

– Доем…– он совершенно спокойно положил последний кусок в рот и неспеша протёр рот салфеткой.

Даже не знаю завидовать его невозмутимости или осуждать.

Ин натянул правую руку Адама на свою шею, а я подстроилась слева. Адам всё ещё был в ступоре. Казалось, его стошнит еще раз.

– Доволен? – шепнула я в сторону Ина.

– Не понимаю, о чём ты…

– Зачем надо было ему эти картинки показывать?

– Хотел удостовериться. У меня знакомый есть, тоже страдает этой фобией. С ним такого ни разу не было. Не ожидал, что у Адама такой слабый желудок.

Высоченный Ин буквально тащил парня на себе. У Адама уже ноги почти болтались по полу. Я не ощущала веса больного, но не сдавалась и тоже пыталась помочь. Я тоже должна хоть чем-нибудь помочь. Помню взгляд Мая на распределении: он будто вручил Адама в мои небрежные руки на время учебы в Академии, потому что так вышло, что его рядом теперь не будет.

Медсестра быстро сориентировалась и попросила положить пострадавшего на кушетку. Она приложила к его венам округлую штуку с жидкостью, у которой на конце торчала маленькая игла. Как только игла оказалась в вене, субстанция будто всосалась в кровь. Адам засопел.

– Я дала ему успокоительное. Вы родственники? – спросила медсестра.

– Друзья, -ответил Ин.

– У него есть брат. Учится здесь. Май Шерик, – оповестила я.

– Хорошо. Надо будет с ним переговорить. Не переживайте, с Адамом всё будет хорошо. Можете возвращаться к учёбе.

Следующая лекция была "История Земли". Вела этот, при скучный, предмет Зидзе. Женщина среднего роста в массивных очках и коричневыми волосами, закрученными в пучок на голове. Историю Земли мы изучали в младшей, средней и старшей школе. Преподавательница говорила нам всё тоже самое, что мы знали. У студентов явно не было вопросов. По их лицам было заметно, что они хотят, чтобы это закончилось по быстрее. Меня жутко тянуло в сон, и я еле как сдерживала зевоту. Когда закончились эти адские два часа, аудиторию будто перезагрузили. Сонное царство вдруг ожило.

По непонятным причинам лекцию по предмету "Анатомия человека" отменили на сегодня и студентов отправили по домам.

Я тут же направилась в медпункт проведать Адама. Из кабинета медсестры мне навстречу вышел Май. Он удивился, затем благодарно улыбнулся.

– Как он? – спросила я.

– Спит всё ещё. Надеюсь, когда у нас закончатся все пары он проснется.

– У нас уже закончились. Думала, перед уходом навестить его.

– Медсестра мне рассказала, что ты притащила его сюда. Большое спасибо Ев. Я правда теперь спокоен, что ему могут помочь, пока я нахожусь в другой группе, – Парень грустно улыбнулся, похлопывая меня по плечу.

Я улыбнулась ему в ответ. Прозвучал сигнал на очередную лекцию и Май не торопясь ушёл. Долго не думая, я вошла в медицинский кабинет и никого кроме больного там не застала. Адам умиротворенно лежал на кушетке. Его накрыли простыней и подложили под голову небольшую подушку. Я присела на соседнюю кушетку, совсем рядом с ним и всматривалась в лицо парня.

Его тёмно-зелёные кучерявые волосы беспорядочно расплывались по белоснежной подушке. В сильном освещении комнаты, я заметила множественные веснушки на его небольшом носу и щеках. Из-за простыни виднелась худая рука Адама. Подумав, что ему возможно будет холодно, я начала чуть двигать её под простынь. Его пальцы дёрнулись, и он медленно обхватил мой большой палец. Я застыла, переводя взгляд на его лицо. Парень всё ещё лежал с закрытыми глазами и спокойно дышал. Его рука была очень теплой. Я поспешила вытащить свой палец, но Адам всё сильнее удерживал его.

– Побудь со мной ещё немного, – вдруг сказал Адам хриплым голосом, – у нас мало времени, чтобы быть вместе.

Что он несет? У него бред? Скорее всего говорит сквозь сон…

– Адам, ты спишь. Тебе кто-то приснился? – прошептала я.

– Я не сплю, Ева. Я знаю, что ты здесь. – Он медленно сонно повернул голову в мою сторону и разлепил глаза, обратив всё своё внимание на меня.

Я вздрогнула и недоверчиво покосилась на него.

– Ты явно по знаку зодиака романтик, – ухмыльнулась я, встав с кушетки и резко вытащила свой палец из чужих тисков, – меньше романтических фильмов смотри.

– Я сказал тебе правду.

– Ага, конечно. – Я потрепала парня по волосам и собралась уходить. – Отдыхай, за тобой скоро брат придёт.

– Знаешь, что самое печальное. – Вдруг услышала я голос Адама за своей спиной. – Что ничего не изменить. Так предрешено.

– Что предрешено? – Я обернулась.

– Что у главных героев мало времени.

Я недоумённо смотрела на него. Мне было трудно понять, о чём он говорил, а надо ли вообще вникать в его слова?

– Отдыхай, Адам, – повторила я и вышла из медицинского кабинета.

Может ли быть такое, что Адам страдает психическим заболеванием? Например: помутнением рассудка.

Замечаю порой, что этот парень говорит странные вещи. Причем говорит он это предельно серьезно, что ещё больше ужасает.

Спустившись на первый этаж, я заметила Элрика и Ина бурно о чем-то спорившими между собой.

– О Ева, как дела? – спросил Элрик.

– Была у Адама в медпункте. Вроде с ним всё хорошо.

– Ах да, видел Мая. Так благодарил меня, мне аж стало немного неудобно, – сказал Ин.

– Если бы он знал, что причиной шока Адама были твои картинки, он бы вряд ли тебя так благодарил, – высказала я.

– А что за картинки? – спросил Элрик.

– Очень неприятные.

– Ну 18+, – вдруг выдал Ин.

Элрик тут же зарделся.

– Ин! Это были картинки для трипофобов! – объяснила я охраннику.

Ин расхохотался. Элрик поджав губы, нервно чесал затылок. Видимо этот взрослый парень очень стеснялся всей этой темы. Не первый раз вижу, как Элрик заливается краской, причем краснеют даже его уши.

– Эл, тебе надо девушку найти, а то так и будешь краснеть при каждом упоминании таких тем. – Сокурсник ободряюще похлопал охранника по плечу.

– А тебе видимо девушки помогли стать уверенным? – не выдержала я.

– Я с рождения такой и девушки тут не причем, – спокойно парировал мой словесный удар Ин Карит.

Ну да, конечно. Никто так девушек не менял в школе, как он. Каждую неделю была новая по слухам.

– Молодец. – Я направилась к выходу попрощавшись с Элриком.

Возле Академии меня остановил Ин. Он запыхался, будто с самого 7 корпуса бежал за мной.

– Не в больницу случайно? – выдал он.

– Нет.

– Отлично. Мне тоже не в больницу. Идем, я подвезу тебя до дома.

– Я никогда не ездила на таких штуках.

– Ничего. Сядешь за моей спиной и крепко обхватишь меня. Держи. – Он вручил мне массивный черный шлем, даже не дав времени подумать.

Я небрежно натянула его на себя. Ин подправил мне шлем, застёгивая там, где надо.

Парень сел на свой транспорт, и я последовала его инструкции: села за спиной и ухватила его талию. Когда он резко тронулся с места, я закричала, но ветер унёс все звуки.

Боже, лучше бы и в этот раз я поехала на безопасном транспорте!

Мимо проносились люди, машины и здания. Я даже не ощущала, что мы соприкасаемся с землей. Мы летели на большой скорости, плавно скользя по магнитной дороге. Я совру если скажу, что это не классно. Это так завораживает. Ин умело управлял летоциклом, красиво огибая дома. Все мои мысли улетучивались. Я, как будто существовала здесь и сейчас.

Достаточно быстро мы оказались прямо возле моего дома. Я слезла с транспорта и принялась расстёгивать шлем, но выходило неуклюже. Ин помог снять его с меня и мои розовые волосы почувствовали холодок улицы. Я растрепала их, вдыхая прохладный воздух.

– Удивлена, что ты всё ещё помнишь, где я живу.

– Нет ничего сложного в том, чтобы запомнить, где находится твой дом. Он один здесь такой. – Ухмыльнулся парень сквозь свой шлем. – Понравилось?

– Честно говоря, в начале было страшно, но потом, как-то стало даже классно.

– Я слышал, как ты кричала. – посмеялся Ин.

– Мне показалось, что меня сдует ветром, – пробурчала я.

– Не думаю, что такую банку мышц могло сдуть ветром. – Он потрепал мою голову.

– Ева! – вдруг послышался мамин голос.

Я обернулась и заметила на крыльце дома Лале на инвалидной коляске. Она улыбалась и приветливо махала нам. Ин приветственно кивнул.

– До завтра, – сказал сокурсник и на летоцикле быстро скрылся за домами.

Дойдя до мамы, я неожиданно услышала женский голос из приоткрытой входной двери нашего дома.

– У нас гости, – опередила меня мама.

– Кто?

Мама не ответила и заехала в дом, а я зашла следом за ней. В гостиной сидела Алиса. Она расплывалась в улыбке и привстала с дивана, чтобы обнять меня.

– Боже, как ты выросла. Красавица, – сказала подруга мамы, – поздоровайся! – приказала она человеку, сидевшему ко мне спиной.

Мои глаза расширились в удивлении. Этим человеком оказался Алик Фарид.

– Привет Ева, – сдержанно сказал он.

– Давайте попьем чай. Не помню, когда последний раз мы вот так собирались, – сказала мама, уехав на кухню.

Я побежала за ней.

– Стой. Я сама чай приготовлю, лучше в гостиной посиди, – запыхавшись сказала я.

Мама послушалась меня. Я приготовила всем по чашке чая и положила на столик вкусностей. От шока, что Алик сидит у меня дома, я застыла на месте.

– Что ты стоишь? Присаживайся! Там, рядом с Аликом место есть, – сказала мама.

Почему именно с Аликом? Мама! Ты это специально?

Сын маминой подруги, не отрываясь от напитка чуть сдвинулся, освобождая мне больше пространства на диване. Я, как по команде села и принялась большими глотками опустошать чашку.

– Лале, столько времени с тобой не виделись. Как ты? – начала Алиса.

– Всё так же. Благо у меня Ева есть. Не знаю, чтобы делала без неё. А ты как? Как дела на работе?

Алиса Фархана была высокой женщиной со стройным телосложением. Не смотря на возраст, она выглядела очень даже молодо. Она часто носила строгие костюмы и высокие каблуки. Её короткие каштановые волосы всегда были уложены. Она никогда не меняла свой стиль и взгляды на жизнь.

Пока подруги болтали без умолку, я ощущала сильное напряжение сидя рядом со своим врачом. Я иногда посматривала на него. Для меня казалось таким странным видеть его не в медицинском халате. Сейчас на нем была черная кофта с треугольным вырезом на груди и такого же цвета штаны.

И где его очки?

Без очков он выглядел совсем по-другому, от этого мне и стало не по себе.

– Ев, кто был этот мальчик? – внезапно спросила мама.

Меня будто вырвали из раздумий и швырнули в реальность, причем очень грубо. Смотря на всех присутствующих, я ощущала лишь стыд.

– Какой?

– Ну тот, что тебя подвозил. Такой вежливый. Подвез тебя прямо до дома.

Мама!

Я чувствовала, как стыд заставил мои щёки полыхать.

– Лале, Ева уже в таком возрасте, когда за ней могут ухаживать другие парни, – посмеялась Алиса, – она девочка красивая, того и глядишь украдет какой-нибудь принц её из-под твоего носа. Всё хорошо, Ева, можешь не отвечать. Не забудь свою любимую тетю на свадьбу пригласить, – она игриво подмигнула мне.

Сразу после слов Алисы в нашем доме забарахлил свет. Экран несколько раз замигал, а подключенная техника запищала на несколько секунд.

– Что такое? Замыкание? – Мама испуганно вздрогнула и оглянулась.

Алиса испепеляющим взглядом всматривалась в своего сына, допивая остатки чая. Алик же застыл со своей чашкой в руке и напряжённо сверлил дно посуды.

– Это был мой однокурсник, ему просто было по пути, – сказала я.

На самом деле, я хотела это сказать ещё тогда, когда мамина подруга только начала болтать про свадьбу.

– Разумеется. – Улыбнулась Алиса, положив свою чашку на стол. – Скорее всего электростанция барахлит. У меня дома такое часто бывает. – Обратилась она к маме.

– Ну, а Алик, – начала мама, – как твои дела? Ты стал таким высоким.

– Все хорошо тетя Лале. Работаю много. – Мягко улыбнулся сын маминой подруги.

– А девушки у тебя нет? Тебе уже 25 лет…

Алик смотрел на дно своей чашки и медленно вдумчиво сглотнул чай.

– Нет, девушки сейчас нет. – Доктор поджал губы.

– Сейчас нет, но были ведь? – нагло вмешалась Алиса.

Парень со скрытым раздражением взглянул на свою мать. Ему явно было неудобно об этом говорить.

– Ой да у всех людей были есть и будут встречи. Главное, чтобы все были счастливы, – громко сказала я, неловко посмеявшись, – Алик лучше расскажи, как дела обстоят с Кардооскилозом. Лечение нашли? У мамы есть шанс? – последний вопрос я интонационно подчеркнула.

Доктор еле заметно благодарственно кивнул мне.

– Мы сейчас сотрудничаем с учёными и выясняем, как побороть эту болезнь. Решение уже почти в наших руках. Не волнуйтесь Лале, мы обязательно найдем лечение для вас, – сказал Алик, буквально выдыхая это предложение с явным облегчением.

Он не рассказывал про мою болезнь. Обращался только к маме. За этот внимательный жест мне очень хотелось поблагодарить его.

– Дай Бог. Столько людей страдает от этой напасти, – ответила мама.

Пока давние знакомые болтали о своем, я направилась на кухню заваривать новый чай.

Это световое замыкание неслучайность. Я помню, как Алик показывал мне на что способны его рейтроны. Это был он скорее всего, и Алиса странно смотрела на своего сына. Она тоже знает его секрет. Но почему это произошло? Доктор на что-то разозлился? Или он устал и не смог контролировать свою силу…

Думая обо всём этом, я резко повернулась вправо и столкнулась с Аликом.

Когда он успел подойти ко мне…

– А? Извини. Не заметила тебя.

– Летаешь в облаках Ева, – заметил доктор, положив пустые чашки на столешницу.

– Наверное, – грустно улыбнулась я.

– Как себя чувствуешь?

– Хорошо.

Я не смотрела на него, усердно заваривая чай. Мое сердце рядом с бывшим другом отбивало бешенный ритм.

– Как дела в Академии? – прервал неуютную тишину Алик, между нами.

– Отлично.

Нервно мешая листья чая с кипятком, я и не заметила, как все превратилась в кашу. Доктор аккуратно положил свою массивную руку поверх моей и остановил.

– Злишься на что-то? – спросил он хриплым голосом.

Внутри меня начало растекаться жгучее тепло. Мои органы будто беспощадно сжигало изнутри. Сердце уже стучало в висках. Я резко убрала свою руку из-под его и сделала шаг назад.

– Нет, просто день был тяжелый, наверное… Устала.

Стало ещё более неловко. Алик смотрел на меня так, будто его мучал один вопрос, но он предпочел поджать губы и заварить новый чай.

Глава 9. Испытание в кубе.

Собираясь утром в Академию, я думала о том, что произошло вчера.

Алиса и мама скорее всего даже не поняли, что поставили своих детей в неудобное положение. Они относятся к нам как к малолеткам, но мы уже взрослые. Такие темы теперь наше личное дело. Это в детстве для нас обсуждение таких тем было, что-то обычное. Наши матери, видимо, до сих пор считают нас детьми раз завели этот до ужаса глупый разговор. Я готова была сквозь землю провалиться от стыда. Представляю, какого было Алику.

Всё же видеть Алика спустя столько лет у себя дома очень необычно. Я бы даже сказала странно.

Раньше он заходил ко мне домой, чтобы вместе позаниматься домашним заданием или, чтобы поиграть. Тогда он мне виделся более открытым и разговорчивым человеком. Сейчас, мне иногда кажется, что я впервые в жизни его вижу.

Время шло, мои приступы не становились реже. Я не замечала, что лекарства как-то влияют на мою жизнь. У мамы так же не было, какого-то результата. Помогают ли вообще эти лекарства? Я много раз смотрела на эти пластины с капсулами и часто ловила себя на мысли перестать их пить вовсе, но потом в голове возникал образ Алика, и я снова закидывала эти лекарства в рот.

В Академии Сайадов всё шло стабильно. Постоянные лекции, те же преподаватели и друзья. Ничего не менялось, до определенного момента.

Нам вдруг резко внесли в расписание неделю экзаменов.

– Не рановато ли? – произнес свои мысли вслух Ин.

– Мы даже полный месяц не проучились. Это действительно странно, – подметила я, задумчиво смотря на расписание.

– Какое-то знакомое имя, – сказал Адам, показывая на строчку со сведениями экзамена, – Ашай Норт… Где-то я его уже слышал.

Ция пристально наблюдала за Плантой, а та в свою очередь поджала губы. Мне показалось это очень подозрительным. Неужели Планта знакома с этим экзаменатором.

Первый экзамен на этой неделе был по предмету "Новая География". Валентина была очень сосредоточена, испытывая студентов и часто подправляла очки, не сводя взгляда с каждого сидящего в аудитории.

"Что вы знаете о людях, живущих под водой? Расскажите, что помните из лекций. Чем больше вы опишите и по существу, тем больше будет балл" – выдал сенсорный экран моего кресла.

Мне попался подводный мир. Какая удача, эти лекции я слушала с особым вниманием.

"В 2131 году океан был полностью исследован. Люди стали возводить города на дне морей и океанов под прочным куполом, защищающим от агрессивной внешней среды. В данный момент существует самый крупный город под водой – Альма. Он был построен в 2158 году. Проживает там около 200 тысяч человек. Люди, живущие в подводных городах, привыкли к высокому давлению воды. Хоть купол и защищает города, всё же давление ощущается и люди со временем начали мутировать. Подводников от нас отличает катастрофически бледная кожа, чувствительность к солнечному свету, большие глаза и высокий рост. Так же по последнему учету населения подводных городов, значительно возросло рождение альбиносов" – ответила я.

Закрыв вопрос, балл, я увидела не сразу. Сначала ответ высветился у Валентины на столе. Она тут же проверила и улыбнулась. Несколько раз тыкнув по экрану, она подняла голову и вновь всматривалась в своих студентов. На моем столе высветился балл.

"Поздравляем, ваш балл 398 при проходном балле в 300" – было написано в уведомлении моего стола.

– Кто закончил, может идти домой, – сказала Валентина.

Я встала со своего места и тихо направилась к выходу.

На следующий день у нас был экзамен по "Анатомии Человека". Сдав его, я готовилась к следующему экзамену это был предмет "История Земли". Ничего хуже не придумаешь. Самый занудный предмет, который еще и растянули на 100 тестов, но я сдала его, хоть и не первая. Узнав, что это последний экзамен по этому предмету вся аудитория ликовала. Кто-то даже пошёл отмечать это событие после экзамена в клуб. К слову, я не смогла пропустить это событие и отправилась вместе со всеми веселиться в ночное заведение "Райская птица".

Световые эффекты так ослепляли глаза, что кроме вьющихся силуэтов под музыку ничего видно не было. Я впервые была в клубе, поэтому такая атмосфера давила на меня. Я долго не могла привыкнуть к этой среде.

Кто-то взял меня под руку и повел к столику, который забронировала наша группа. Ция и Планта о чем-то увлеченно болтали. Ция явно чувствовала себя комфортно, а ее подруга мило улыбалась, ощущая себя уютно рядом с приятельницей. Адам увлеченно следил за людьми на танцполе. А Ин был тем самым человеком, который помог мне найти группу. Сев на кожаные кресла, я всё равно не чувствовала себя спокойно. Вскоре ребята из группы принесли напитки и закуски.

– Ну что! – выкрикнул сокурсник, – выпьем первую рюмку за то, что в нашей жизни больше не будет этой надоедливой истории Земли!

Все разом влили в себя содержимое стеклянной ёмкости. Почувствовав горечь во рту, я сморщилась, ища глазами на столе то, чем можно было закусить.

– Почему никто не сказал, что это водка? – недовольно пробурчала я.

Немного погодя, со своего места встал другой сокурсник и произнес торжественную речь.

– Выпьем же! За то, что мы больше не будем слушать одно и тоже по предмету история Земли!

Вновь народ разом опустошил рюмки, а я уже сама наливала себе и другим алкоголя для очередного тоста.

После последующего похожего тоста, кто-то из группы, уже пьяный, выкрикнул.

– Давайте уже просто пить!

Согласна. На самом деле мне вообще все равно, лишь бы пить так, чтобы это заведение больше меня не смущало.

Ция и Планта уже пошли танцевать, а Адам, судя по всему, просто вырубился прямо на диване. Я же старалась соединить струю из стеклянной бутылки со своей рюмкой. Она почему-то извивалась и двоилась. Кто-то перехватил у меня бутылку и положил на стол. Кажется, мой стакан был полон не до конца.

– Эй! – недовольно выкрикнула я, – не до конца же!

– Прекрати уже, – послышался знакомый голос справа.

– Прекратить? Что? Я просто пью.

– Вот-именно. Ты уже не различаешь куда наливаешь, весь стол залила алкоголем.

– Стол сухой! – я провела по нему ладонью и показала Ину, – видишь!

Он разочарованно смотрел в мои глаза, сквозь показанные мной пальцы. Что-то стекало с моей руки, и я всмотрелась в неё. Она была мокрой.

– Ой, – сказала я и стала старательно облизывать руку.

Ин нервно взял в охапку несколько салфеток со стола и стал вытирать мою руку. Всё вокруг крутилось. Моё тело было расслабленно. Всматриваясь в танцпол, я решила, что мне нужно присоединиться к людям. Разом опрокинув в себя содержимое моей стеклянной посуды, я направилась в центр толпы. Ин быстро выхватил у меня из руки рюмку, но не успел проследить за тем, как я затерялась среди извивающиеся толпы.

Музыка была динамичной, импульсивной, чувственной. Голос повсюду пел:

"Танцуй девочка. Танцуй, как в последний раз. Танцуй так, будто завтра не наступит…"

Толпа двигалась в такт музыке. Никакого стеснения. Здесь теперь только я и голос, кого-то, кто хорошо меня знает. Все кружилось, колыхалось. Чувства затуманились. Я распахнула веки и в толпе заметила знакомые глаза. Он стоял и не двигался. Всматривался в меня. Он выжидал.

Но чего?

Его глаза жадно скользнули по моему телу и вернулись к лицу. Я стала медленно подходить к нему, огибая извивающиеся силуэты.

Я вижу тебя живым, без масок. Твои зеленые глаза вызывают во мне непонятные желания.

Я положила свои руки к нему на плечи. Он совсем не был против. Мужчина ухмыльнулся своими сладкими губами и мне захотелось попробовать их.

"Не стесняйся девочка. Я в тебе, а ты во мне" – завывал голос из песни.

– Наконец-то ты улыбаешься, – произнесла я.

Он вряд ли меня услышит из-за всего этого шума, но мне сейчас так всё равно.

– Я скучала по тебе. Так сильно, – слезно произнесла я, запуская свои пальцы в его черные мягкие волосы.

"Мы закружим с тобой в страстном танце. Теперь ты моя девочка…" – продолжал певец.

Внутри всё полыхало. Мои щёки оказались во власти огня. Я прильнула к нему и медленно, чувственно шла навстречу к его губам. Он вроде совершенно не был против. Ничего не делал. Ждал.

Тошнота резко подкатила к горлу, и я вырвала на его плечо.

Черт!

Сглатывая очередные рвотные позывы, я туманно посмотрела на парня. Ин стоял, как робот. Его шокированные глаза устремились вперед, ноздри расширись, а губы были сильно поджаты.

– А, это ты, – разочарованно сказала я, икнув, – ты здесь мужчину с чёрными волосами в пальто не видел?

Его глаз дернулся. Он резко взял меня за предплечье и потащил в уборную.

– Что ты делаешь? – недовольно выкрикнула я.

– Уже поздно. Твоя мама волноваться будет. Разве нет?

– Мама? Да. Блин, во сколько отлетает последний магнитокоп? – спросила я сама у себя и взглянула на ибрас.

Ин положил свою ладонь на мой гаджет.

– Я подвезу тебя. Сначала мне нужно отмыть это.

На его серой кофте было большое жёлтое пятно.

Откуда оно?

– Зачем ты испачкался? – невинно спросила я.

Ин удивленно взглянул на меня, застыв над раковиной.

– Ты сейчас серьезно?

– Да.

– Забудь. Хотя ты и так… Божеее, – нервно выкрикнул Ин, поняв, что вода не помогает отстирать это пятно.

– Я позову ребят, они помогут, – сказала я, открывая дверь.

– Нет!! – Ин резко закрыл дверь и прижал меня к стене.

Парень был раздражен, он нервно и прерывисто дышал, не отводя сосредоточенного взгляда.

– Просто скажи, ты мне мстишь за что-то? – спросил он.

– Не понимаю…

– Может за то, что я разболтал о том, как тебя обзывали в школе?

– Это вообще здесь не причём. Мне не за что тебе мстить!

Образ Ина всё ещё двоился в моих глазах. Он не давал мне выйти из его ловушки, ловко преграждал мне пути отступления руками.

– Отпусти меня, – заскулила я.

– Что это было? На танцполе.

– Что?

– Ты была близко ко мне и вела себя очень странно, – сдержанно высказался Ин.

– Я не знаю о чем ты говоришь, – нервно процедила я, резко посмотрев на парня снизу вверх.

Я видела на танцполе Алика. Мне нужно найти его, пока он не ушёл.

Он открывал рот, что-то говорил. Я не смогла понять его речь. Звуки до меня доходили обрывками. Вскоре его выражение лица стало меняться. Оно было… обеспокоенным?

Ин стал раздваиваться, его стало много. Силуэты наслаивались друг на друга. Шум в ушах заставил меня частично прийти в сознание и понять, что со мной сейчас происходит. Смутно ощущая стену за спиной, мне стало немного спокойнее. Голова стала тяжелой и почти безнадежно свисала. Ноги медленно сгибались в коленях, и я поползла по стенке вниз. Кажется, я ощущала боль в сердце, но алкоголь притуплял всю боль. Я старалась дышать, но выходило трудно. Воздух был горячим.

Кто-то держал меня за плечи и поднимал моё лицо, но я уже видела лишь сильно размытые силуэты. Наверное, прошла целая вечность, прежде чем зрение, слух и осознание происходящего начали возвращаться ко мне.

– Ева, дыши. – Услышала я голос Ина совсем рядом.

Я медленно подняла голову и оглянулась. Ин сидел напротив и бережно держал меня за плечи.

– Ты меня видишь? – спросил парень.

Кто-то резко открыл дверь в уборную. Ин гавкнул:

– Занято!

– Чувак, это мужской туалет. Хочешь пошпехаться с девкой – езжай домой.

Ин гневно закрыл дверь на щелчок, оставив возмущенных людей за дверью.

– Ева, что ты сейчас чувствуешь? – спросил Ин, садясь обратно и осматривая меня.

– Извини, я…

Не зная, что сказать, я лишь поджала губы. Я не хотела, чтобы он знал о моей проблеме.

– Тебе не за что извиняться. Скажи, это ведь кардооскилоз? – сострадательно спросил парень.

Я вымучено кивнула. На моих глазах почему-то оказались слезы. Я подняла голову, чтобы они залились обратно.

Уж при ком я не должна плакать, так это при Ине!

Ин дернулся ко мне, затем раздражительно взглянул на свою кофту и будто передумал делать то, что задумал.

– Я испугался. Думал, ты умираешь.

Возможно, ты прав. Я медленно умираю.

Ин вывел меня из клуба, предварительно попрощавшись со всеми. Он надел на меня шлем и усадил позади себя на транспорт.

– Только держись, пожалуйста.

– Куда мы?

– В больницу.

– Нет! – вскрикнула я, – Ин отвези меня домой. Пожалуйста, мне нужно домой. Меня мама ждет.

Парень какое-то время задумчиво смотрел перед собой, затем завел летоцикл и тронулся с места.

Как всё дошло до этого. У меня же буквально недавно приступ был, почему сейчас я вновь ощущаю это? Неожиданно в голову пришла фраза Алика о том, что алкоголь в большом количестве мне противопоказан.

Я опять тебя ослушалась.

На этот раз слезы шли не прекращая. Мне стало больно от одной мысли, что я снова не соблюдаю его назначения, а он так старается вылечить меня.

Ин отвез меня домой, как и обещал. Мама уже спала и не заметила, как я прошла в свою комнату. Мне стало так стыдно за всё, что произошло. Хотелось смыть с себя все глупые поступки и поскорее утонуть в одеяле.

На следующий день был практический экзамен по предмету "Ведение Боя". Судьей и наблюдателем был Ашай Норт. Это был высокий мужчина, очень плотного телосложения с короткой частично седой бородой. Его взгляд чёрных глаз был настолько строг, что студенты и звука не издали с тех пор, как вошли в зал испытаний.

Экзамен по "Ведению Боя" был, по сути, практической частью предмета "Общие Правила Сайадов", который преподавал Георгий. Теперь нас проверят физически.

– Приветствую будущих защитников, – громовым голосом произнес Ашай, – сегодня я решу готовы ли вы встретиться лицом к лицу с врагами!

Планта стояла в первых рядах, как натянутая струна. Это поведение было для неё очень необычным. Сейчас она была решительной. Нет. Она пыталась казаться решительной. На других экзаменах она не была такой, так почему же именно здесь она старается казаться тем, кем не является…

Зал испытаний представлял собой пустое серое пространство со стеклянным кубом по середине. Стол экзаменатора находился чуть дальше.

– Я буду вызывать вас по очереди. Ваша задача выбрать оружие и зайти в поле испытаний. Вы будете сражаться с тем, что вы там увидите. Если победите, то экзамен пройден, если нет, то вас отчислят!

Народ засуетился.

– Нас о таком не предупреждали, – тихо пронёсся шепот среди толпы.

– Если вы не умеете сражаться, то вам не место в рядах сайадов! – выкрикнул Ашай, видимо услышав переживания студентов.

Честно говоря, даже у меня этот мужчина вызывал противоречивые чувства. Он был весь в шрамах, и был похож на человека, который всю свою жизнь провел на войне.

– Ева Хэлен! – произнёс экзаменатор.

Сердце стало стучать, как бешенное. Я вперила глупый взгляд в Ашая. Я чувствовала, что все глаза присутствующих обратились ко мне. Мои ноги и руки била мелкая дрожь.

Я- первая?

– Ее нет? – спросил мужчина, обращаясь к студентам.

Я резко вышла из толпы.

– Здесь!

Судья кивнул и указал на большой стол с различным оружием.

– Выбирай!

Робко подойдя к нему и всматриваясь в инструменты для боя, я пыталась понять, что подойдет мне больше. На столе лежали: лук и стрелы, пистолет, автомат, копье, меч и много других приспособлений, которые я не в состоянии была распознать. Эти предметы ослепляли мои глаза серебряным покрытием. Я пыталась рассуждать логически, что может мне помочь.

– Время вышло! Выбирай сейчас или пойдешь на арену без оружия! – гневно выкрикнул Ашай.

Я тут же испуганно взялась за первое попавшиеся орудие. Это была легкая гладкая труба, чуть меньше моего предплечья.

До меня медленно доходило пугающее осознание. Черт! Что я буду делать с этим на поле боя?!

Расстроенная своим внезапным выбором, я направилась к кубу. Войдя в него, я ощутила полную изоляцию от внешнего мира. Изнутри куба я не видела экзаменатора и студентов. Ничего, кроме моего неуверенного отражения в затонированных стенах. Через несколько минут, буквально из пола, начала выходить бесформенная кукла. Закончив свое восхождение, оно иллюзорно стало мелькать, будто надевая броню. Броню пришельца. Как на зло, оно было похожим на то чудовище из моего детства. Почувствовав, как труба почти выскальзывала из моих потных дрожащих рук, я напрягла челюсть и вытерев руки об одежду, взяла оружие по крепче.

Существо не двигалось. Оно будто ждало команды извне.

Я не слышала, как бьётся моё сердце. Даже дыхание остановилось.

Множественные глаза пришельца разом посмотрели в мою сторону. Почти мгновенно он оказался возле меня. Я не успела среагировать, как оно ударило меня в плечо. Я отлетела в стену. Мое дыхание сбилось от удара, я попыталась быстро встать. Увидя, как враг стремительно приближается, я перекатилась вправо и встала, убегая в другую сторону от него. Существо пробило своей мощной лапой то место, где секунду назад была я и не сразу сообразил, что меня там нет.

Убегая от него, я всматривалась в эту металлическую трубу и пыталась понять, как она работает, но всё больше склонялась к тому, что это абсолютно бесполезный предмет. Бегая из угла в угол, я думала о том, как мне победить это чудовище без оружия. В определенный момент оно нагнало меня. Оказавшись в ловушке, я с ужасом смотрела на бездушное мерзкое отродье. Оно замахнулось, а я инстинктивно выставила трубу, закрыв глаза. Ничего не ощутив в следующую минуту, я разлепила веки и облегченно выдохнула. Эта штука в моей руке превратилась в массивный трезубец, и он на время задержал удар, защитив меня. Я резко отпрыгнула от стены, пихнув правой ногой этому существу в брюхо. Встав в боевую стойку и направив острие трезубца на врага, я даже улыбнулась.

Не всё так плохо.

Эту тупую куклу не останавливало наличие у меня оружия. Оно продолжало бить в лоб. Я ловко отражала его удары, но трезубец был недостаточно хорош, чтобы завалить это огромное существо.

Вот был бы у меня меч…

Пришелец вновь атаковал, и моя труба снова преобразилась. Теперь в руке я держала меч. Победно ухмыльнувшись, я разбежалась и, оттолкнувшись от стены, разрезала куклу по полам. Его броня померкла и теперь на полу лежали остатки бесформенного материала.

Я посмотрела на свой меч и представила в голове изначальную форму оружия. В ту же секунду оно сложилось в трубу.

Кажется, я влюбилась.

Дверь выхода из пространства испытаний открылась, и я вышла, направляясь к экзаменатору. Студенты с расширенными глазами и почти открытыми ртами смотрели мне вслед. Кто-то даже умудрился свистнуть.

– Прошла, – не отрываясь от сенсорного стола сказал Ашай.

– Что это за оружие? – спросила я у мужчины, показывая предмет.

– Венти – его создали буквально недавно, – любезно ответил судья, – ты одна из первых, кто научился пользоваться этим оружием.

Смотрев на оружие, я думала: "Венти…Моя милая, на что же ещё ты способна?"

Я направилась к своим одногруппникам, но экзаменатор вдруг остановил меня.

– Иди в противоположную сторону. Все, кто пройдет испытание, присоединятся к тебе на другой стороне.

Он хочет, что бы победители были отдельно от проигравших?

Послушав, я встала одна слева от его стола. В то время, как студенты стояли по правую сторону от экзаменатора.

Ашай стал вызывать студентов по одному и как оказалось на видимой для всех стороне куба высвечивался экран с изображением того, что происходит внутри поля испытаний. Все видели, как я расправилась с пришельцем, так же, как и я сейчас вижу всех испытуемых.

Судья ловко водил по сенсорному столу настраивая поле, сосредоточенно всматриваясь в действия студентов. Вскоре, рядом со мной стоял Ин, а потом и Адам с Цией. Они достаточно быстро прошли экзамен. Адам искусно обращался с луком. Ция кое-как справилась с мечом.

Ин взял копье. Только, многим было не совсем понятно, зачем ему оно нужно, ведь, как оказалось, у него были рейтроны. Его пришельца швыряло во все стороны. Возможно, его рейтроны это управление ветром, но я подумала спросить об этом у Ина позже. Одним ветром пришельца не победить, именно поэтому, Ин Карит взял с собой копье, чтобы насадить на него своего врага.

В самом конце экзамена осталась Планта. Она жутко нервничала, хоть и старалась это скрыть. Подойдя к столу с оружием, она взяла большой топор. Думаю, все заметили, что этот топор оказался достаточно тяжелым для хрупкой девушки, но почему-то она сразу взяла его, даже не дав шанса другим орудиям.

Было страшно смотреть на то, как Планта, которую уже расшвыряли по всем углам, встает и карабкается к топору. Ашай напряженно сжал челюсть и гневно смотрел на сие представление, сжимая кулаки.

Почему он так злиться…

В один момент Планта всё же добралась до массивного топора и взяв всю свою силу в кулачки замахнулась, обезглавив надоедливую куклу. Победители тихо захлопали и облегчённо выдохнули. Девушка еле стояла на ногах и в один момент просто села на колени.

Лицо экзаменатора было непроницаемым. Он всего лишь раз тыкнул по сенсорному столу, и все подумали, что сейчас откроется дверь для выхода из поля, но неожиданно появилось ещё две куклы. Мы все ошарашенные происходящим смотрели, то на мужчину, то на бедную девушку. У неё явно больше не было сил даже встать.

У всех было по одному врагу на экзамене. Что это значит, чёрт возьми?!

Пришельцы стали медленно двигаться к Планте. Ция с наполненными ужасом и скорбью глазами всматривалась в экран, где транслировали её подругу.

– Интересно, – послышался спокойный голос Адама откуда-то сзади.

– Что вы делаете?! – выкрикнула я, мгновенно подбегая к экзаменатору.

– Вернись на свое место! – процедил сквозь зубы Ашай.

– У всех было по одному пришельцу. Почему именно ей досталось три?! Это несправедливо! – не сдавалась я.

Мужчина испепеляюще всматривался в мои глаза. Он будто даже угрожал мне всем своим видом.

– Поддерживаю! Это несправедливо! – Подошел Ин. – Главные судьи знают о том, что вы делаете? Может сообщить им об этом?

Теперь мужчина вперил свой суровый взгляд в моего друга. За спиной послышались звуки ударов и тихие стоны. Поняв, откуда они, я быстро посмотрела на стол экзаменатора и нашла красную кнопку. Я мгновенно нажала на неё и обратила свой взор на экран – он потух, а дверь в кубе открылась. Я, что есть сил, забежала внутрь.

Бедная девушка лежала на полу, почти без сознания, вся в синяках и ссадинах. Убрав часть каштановых волос с её лица, я стала хлопать по её щекам.

– Планта. Эй. Ты слышишь меня? – проговаривала я снова и снова.

Она еле как разлепила глаза.

– Ева? Я победила? – спросила она тихим охрипшим голоском, затем медленно чуть приподнялась и осмотрелась, – почему ты здесь?

– Идем.

Я натянула через свою шею её хрупкую руку и, бережно придерживая девушку, вышла с поля испытаний. Нас сразу встретил Ашай и другие студенты, стоявшие за его широкой спиной.

– О-отец, – удивленно проговорила Планта и тут же стыдливо опустила глаза.

Глава 10. Испытание в лесу.

– Отец? – повторила я за Плантой, всматриваясь в суровое лицо мужчины напротив.

Девушка содрогалась в моих руках. Я не смогла оставить это без внимания. Она боялась своего отца, это было очевидно. Но почему? Он всегда относился к ней так строго?

– Ты в безопасности. Не волнуйся, – прошептала я.

Однокурсница робко посмотрела на меня.

– Она прошла, также как и мы все. Нужно было победить только одного пришельца, что Планта и сделала, – начала я.

Ашай не смотрел на меня, он разочарованно выжигал взглядом свою дочь. Ни капли жалости в его лице не было. Студенты стояли, поджав рты с глазами полными сострадания. Ин подбежал к нам и подхватил Планту с другой стороны.

– Ей нужно в медпункт, – сказал парень.

Я кивнула, и вместе с Ином мы потащили пострадавшую однокурсницу к медсестре.

Вся эта ситуация не выходила у меня из головы. Неужели так бывает, что родители могут так жестоко обходиться с детьми? Планта хрупкая девушка с такими честными и глубокими глазами. Если долго всматриваться в её взгляд, можно увидеть всю боль, что она пережила и переживает до сих пор. Даже без её объяснений всё было ясно. Ция побежала за нами и осталась с подругой в медицинском кабинете.

– Ты знала? – не выдержала я, обращаясь к Цие.

– Да, – коротко ответила она, подправляя простынь на которой мирно спала Планта, после большой дозы успокоительного.

– Как долго вы дружите?

– С 5 лет.

– Почему отец так относится к ней?

– Что тебе от нас надо? – резко и раздражённо выдала девушка, обернувшись и вперив в меня настороженный взгляд голубых глаз.

– Мне – ничего. Просто интерес.

– Забудь всё, что увидела. Тебя это не касается.

– Ты права. Если бы вместо меня побежала спасать Планту ты, я бы даже не взглянула на вашу ситуацию. Но так уж вышло, что пока ты хлопала глазами, смотря, как твоя подруга детства страдает, спасать её побежала я. Это теперь частично и моё дело, ведь Ашай входит в судейский совет, и он скорее всего меня запомнил, – совершенно спокойно проговорила я.

Мои слова задели Цию. Она опустила стыдливый взгляд на пол и сложила губы в тонкую линию.

Всё её тело будто говорило, что ей действительно очень жаль, что она не сдвинулась с места в тот злополучный момент несколько минут назад.

– Позаботься о ней пожалуйста, хотя бы сейчас, – сказала я и развернулась лицом к выходу.

– Да что ты знаешь? – злобно процедила девушка, – я всегда была с ней рядом. Всегда заботилась! Ты ничего не знаешь!

Я всё же вышла из кабинета медсестры, ничего не ответив.

Согласна. Я многое не знаю, но я знаю, что видела в последние два часа и верю своим глазам. Ция вызывала во мне неоднозначные чувства. Она казалась мне холоднокровной эгоисткой, но как оказалось, в ней есть чувство жалости и сострадания.

На следующий день после сдачи экзамена по предмету "Анатомия Человека", я поехала на осмотр к Алику. Стабильно раз в неделю я приходила к нему для отслеживания состояния своего здоровья.

Уже без стука, заходя в его кабинет, я застала Алика за оживлённой беседой с его ассистенткой. Елена мило улыбалась, покорно кивая каждому его слову. Заметив меня, они прекратили разговор. Алик посмотрел на меня поверх своих очков и кивнул девушке, дав знать, что она может идти. Она сдержанно выдохнула и с гордо поднятой головой прошла мимо меня, конечно, предварительно почти задев моё плечо. Я расслабленно направилась на уже родное кресло и уселась, стараясь стереть из памяти всё, что увидела.

– Здравствуй Ева, – начал теплым хриплым голосом доктор, – как твоё самочувствие?

– Даже не знаю. Всё как обычно.

– Прошёл уже месяц с тех пор, как ты начала пить лекарства, должны быть какие-то результаты.

Но ничего нет. Я бы даже сказала, что замечаю только ухудшения. Может это не лекарства, а яд…

Я молча обвела кабинет врача скучающим взглядом, поджала губы и еле слышно устало вздохнула.

– Как мама? – неожиданно спросил он.

– Так же. Как твоя?

– Хорошо, – еле улыбнулся Алик и одарил меня тёплым взглядом прекрасных зелёных глаз.

Видимо сегодня у него хорошее настроение. Надеюсь, его подняла не Елена.

– Недавно наши мамы… – начал он.

– Даа… – ухмыльнулась я, – это было нечто.

Доктор медленно неловко кивнул, сдерживая смешок.

– Спасибо.

Я вопросительно посмотрела на него.

– За то, что вовремя перевела тему тогда.

– А! Ничего. Все хорошо. – Засуетилась я, мотая головой. – Спасибо тебе… Ты не рассказал моей маме о моём диагнозе.

– Не стоит благодарности. Считай это врачебной тайной. – Улыбнулся он краем губ.

Я чувствовала, как атмосфера в кабинете становится немного неловкой.

– Что-ж, нужно обследовать твоё сердце ещё раз, – прервал неуютную тишину Алик.

– Да, – закивала я.

После обследования, врач так же не видел каких-то сдвигов. Стало не хуже и не лучше. В этот раз, я заметила сомневающиеся взгляд врача. Он будто был в замешательстве от того, что прописанные им лекарства никак не повлияли на работу моего сердца. Я заранее знала это. Маме эти назначения не помогли, а она им следует уже много лет.

Попрощавшись с доктором, я вышла на парковку возле больницы. Мне неожиданно пришло сообщение от Ина.

***************************************************************************

"Нас с тобой скорее всего вызовут завтра к судьям" – писал он.

"Почему?" – ответила я.

"Помнишь ситуацию с Плантой?" – продолжил Ин.

"Черт, этого стоило ожидать." – подумала я.

***************************************************************************

Я подняла голову и взглянула на туманное ночное небо. Пока я сидела у Алика стало так темно. Мне вновь пришло сообщение в Чат и я присела на корточки.

***************************************************************************

"Повсюду же камеры и прослушка. Судьи увидели, что произошло на экзамене" – писал Ин.

"А ты откуда знаешь обо всем этом?" – спросила я.

"Элрик любезно поделился прогнозом погоды." – писал однокурсник.

Я ухмыльнулась.

"Да, Элрик знает много чего." – ответила я.

***************************************************************************

Возле меня остановился электромобиль. Я не обратила внимание и увлечённо печатала сообщения один за другим.

– Ева? – послышался знакомый голос.

Удивлённо подняв глаза, я увидела чёрный матовый электромобиль, в котором сидел Алик Фарид.

– О… эм. – Я резко привстала.

– Ты домой направляешься?

– Да, – неуверенно сказала я, прикидывая сколько сейчас времени и как я доберусь от больницы до станции магнитокопа.

– Садись, подвезу, – сказал Алик, автоматически открыв для меня дверь на переднее сиденье рядом с ним.

– А? Я? – удивленно спросила я.

– Тут ещё есть девушки с именем Ева?

– Нет…– пробормотала я, словно робот сев в его транспорт.

Я застыла, боясь даже лишний раз пошевелиться. Дверь, аккуратно закрылась, но мы всё ещё не трогались с места.

– Пристегнись пожалуйста, – услышала я мягкий голос Алика.

Тут же, я быстро выполнила его просьбу и уставила напряженный взгляд через лобовое стекло на дорогу. Доктор завёл электромобиль, и мы поехали. В его машине пахло обалденно. В салоне немного веяло самим электромобилем и ощущался сильный очень приятный запах, который я не могла распознать. На меня нахлынула ностальгия и я вспомнила. Так всегда пах Алик. Я чувствовала так же еле уловимый шлейф табака – Алик всё ещё курит.

– Не холодно? Включить обогреватель? – вдруг нарушил тишину мужчина.

– А? Нет. Всё хорошо.

Я робко посматривала в сторону Алика. Его большие и изящные руки нежно, аккуратно и умело крутили кожаный руль. Он не сводил сосредоточенного взгляда с дороги. Доктор был спокоен и расслаблен, словно всё идёт так, как должно быть. Подумать только, я в его машине, и он подвозит меня до дома. Чем я заслужила такую честь…

– Как учеба? – неожиданно спросил Алик.

– Экзамены начались…

– Сложно?

– Вообще нет. Я люблю эту будущую профессию. Для меня вряд ли учеба в Академии Сайадов будет трудной.

Алик усмехнулся.

– Да. Помню, как ты сдавала нормативы. Удивительно, сколько в тебе было рвения и силы.

Я улыбнулась.

– Во мне и сейчас всего этого достаточно.

– Ну да, конечно, – вновь еле заметно усмехнулся мужчина.

– Не веришь? Остановись где-нибудь, пробежимся, – уверенно сказала я, подловив беспечный азарт из детства.

Алик нахмурился. Его улыбка померкла, он будто задумался. Я тут же вновь почувствовала себя неловко. Мы ведь уже взрослые. Такие игры были присущи для нас в детстве, но не сейчас.

Я забылась. Может, сказать ему, что это была шутка…

Доктор невыносимо долго молчал, пока не остановился на пустоши недалеко от моего дома. Я вперила в него настороженный взгляд.

– Ну, выходи. Посмотрим, кто из нас быстрее. – С такими словами он отключил машину и вышел.

Я не могла поверить своим ушам. Моё сердце стало радостно биться, уже готовое доказать, что даже при наличии болезни, можно быть сильной. Уверенно выходя из электромобиля, я направилась к Алику, который уже разминал руки и ноги.

– Я всё ещё помню, что ты болеешь Ева, – начал доктор, – как почувствуешь что-то неладное сразу сообщи мне.

– Хорошо, – ответила я, прикидывая, насколько комфортно мне будет в своей обуви и невольно посмотрела на обувь Алика. – Тебе точно будет удобно в туфлях?

– Не беспокойся. Что бы тебя победить специальная экипировка не нужна, – уверено сказал доктор, настраивая свой ибрас.

– Смелое утверждение для того, кто курит, – посмеялась я.

– В таком случае мы с тобой на равных. У меня больные легкие, у тебя сердце.

– Не поспоришь.

– Итак, кто первым добежит до столба со знаком "осторожно", тот и победил, – тыкнув в ибрас, сказал бывший друг и встал в стартовую стойку, – через десять секунд будет сигнал, тогда можно бежать.

Я так же приготовилась, ровняясь с ним. Сердце стучало, как бешенное. Я смотрела на столб и больше не видела ничего. Кровь предварительно разогрелась, гоняя адреналин по венам. Услышав сигнал, я рванула с места. Алик стартанул вместе со мной. Мы бежали на равных, пока я не опередила его. Добежав до финиша, я еле как остановилась и обернулась. Доктор прибежал последним. Я широко улыбнулась, смеясь над тем, как Алик тяжело дышал, но пытался всем видом это скрыть.

– Бросай курить, – насмешливо сказала я, подходя к нему.

– Ты молодец. Все еще в форме, – подметил Алик, одобрительно кивая.

Я расплылась в улыбке. Этот момент остался в моей памяти приятным воспоминанием. Я была очень благодарна Алику за этот подарок. С тех пор, как он был там в лесу со мной 14 лет назад, он очень сильно изменился: перестал играть со мной, приходить ко мне домой. Но он периодически говорил со мной, отвечал на мои вопросы в школе. Я могла бы спросить у него, в чем причина того, что мы перестали быть друзьями, но так и не решилась. Скорее всего, я чувствовала вину.

До сих пор чувствую.

В эту ночь мне вновь приснился лес. Только на этот раз я искала кого-то. Спустя долгие часы поисков нашли меня, то были пришельцы. Снова проснувшись от страха, я привстала и старалась дышать ровно. Я пыталась убедить своё сознание, что я в комнате, что всё хорошо, но сердце никак не унималось. Мои конечности стали ледяными, а дыхание горячим. Сердце стучало так быстро, что руки начали подрагивать в такт ему.

"Нет – нет – нет – нет." – повторяла я в голове.

Это было похоже на приступ. Мою грудь снова пронзало тысячи игл. В глазах потемнело и я упала, кажется, на кровать. Не знаю, сколько я пролежала, пытаясь контролировать то, что не контролируемо. Вскоре, я открыла глаза и почувствовала боль в затылке. Поднявшись, я поняла, что, когда падала сначала ударилась головой о стену позади себя, а потом неуклюже скатилась на подушку. Приняв эту ситуацию, я смиренно направилась в душ с пульсирующей болью на затылке от удара.

Я очнулась вовремя, иначе опоздала бы в академию.

– Что-то тихо, – сказал Ин, нагнувшись ко мне перед лекцией.

– О чем ты?

– Нас не вызвали судьи. Это странно. Такое обычно без внимания не оставляют.

– Ты боишься? – усмехнулась я.

– Как ты догадалась? Уже четвертые штаны за день поменял, – иронично ответил парень.

Улыбаясь одной стороной губ, я хмыкнула.

– Как бы нас за вмешательство в экзамен не отчислили. – Поджал губы Ин, всматриваясь в пустое кресло преподавателя.

Я разжала кулаки и обнаружила, что они вспотели.

К моему удивлению, Планта вернулась в группу. На ней были множественные синяки и гематомы. Ция помогла ей войти и сесть на своё кресло. Теперь все знали, что отец Планты сайад и преподает в академии, но во в взгляде однокурсников читалась только жалость к девушке.

В аудиторию вошло два преподавателя. Георгий и Ашай смотрелись вдвоем довольно комично. Один был худоват, другой с рельефными мышцами, которые еле умещались в дверной проем, оба оказались одного роста.

Ин и я напряглись, ожидая приговора.

– Мы с моим коллегой решили провести лекцию на специальном объекте, – начал Георгий, – просьба всем выйти и собраться у входа в академию, оттуда нас заберет специальный этобус.

Дорога оказалась не близкой. Нас везли за город. Я уже начала догадываться, что это за "специальный объект". Этобус остановился у запрещенного леса. Преподаватели повели нас внутрь закрытого пространства, огороженного высокими железными заборами с колючей проволокой на верхушках, и мы немного прошли вглубь лесной чащи. В нос резко заполз запах свежей зелени и влажной почвы. Звуки животных и птиц почти не слышались. Стояла мёртвая тишина. Словив неприятную ностальгию от этого места, я сжала потные кулаки.

– Жуть, зачем в таком месте проводить лекции? – не удержалась Ция.

– Мы скоро будем патрулировать такие места. Привыкай, – ответил Адам.

– Нет уж. Я не войду сюда больше. – Скорчилась в неприятной гримасе Ция. – Ты ведь со мной Планта?

А Планта давно была не здесь. Я наблюдала за ней с самого начала пути. Она не говорила и только кивала. Взгляд её был направлен перед собой, она будто не видела и не понимала, что происходит или понимала, но хотела уйти от реальности очень далеко.

Девушка кивнула подруге, смотря на землю, которая кишела следами от обуви одноклассников. Ция поджала губы и печально отвернулась.

Вскоре группа остановилась и кольцом окружила преподавателей.

– Ну что ж, думаю, многие догадываются, что это за место, – подал голос Георгий, – мы привели вас в лес, где чаще можно встретить пришельцев. Их привлекают деревья и растения, питающиеся нашей плодородной почвой. Ученые недавно выяснили, что деревья, это прекрасные проводники энергии, благодаря им, пришельцы легко могут проникнуть в нашу атмосферу…

Многие ребята поёжились и начали оглядываться.

– Не волнуйтесь, на случай если на нас нападут с нами будут опытные сайады, – преподаватель кивнул кому-то за нашими спинами.

Я оглянулась. Недалеко от нас стояло два военных в тёмно-зелёных костюмах. Их руки лежали на оружиях в поясах – они были наготове.

– Пришельцы оставляют после себя следы. Это не те следы, о которых вы могли подумать. У пришельцев не часто есть ноги и на почве не остаются их отпечатки. На земле есть следы от порталов. Энергия, которая позволяет порталу открыться, оставляет довольно большой след. Чаще, он похож на царапины. Многие одарённые сайады могут уловить остатки энергии или даже увидеть её. – Георгий уважительным жестом пригласил своего коллегу выйти вперед и продолжить.

– Ваше задание найти следы от портала! – гавкнул Ашай, вперив в каждого из нас злой взгляд, – вы разбредётесь в разные стороны. На наших планшетах мы будем видеть каждого из вас. Убежать не получиться! И просто отлежаться за деревцем тоже!

– На ваши ибрас мы закинули геолокацию. Вы будете видеть, где находятся преподаватели и, если что можете вернуться к нам. Мы раздадим вам две вспышки с датчиками слежения. Очень внимательно отнеситесь к ним. Синяя вспышка означает, что вы нашли след, тогда мы придем к вам, чтобы проверить. Красная, что вы наткнулись на пришельца. Не волнуйтесь, к вам тут же поспешат сайады, они спасут вас. – Георгий начал раздавать нам приспособления.

Преподаватель положил в мои ладони две серебряные палочки с характерным цветом полоски в середине. Я подняла голову и проследила за тем, куда Георгий пошел дальше. Я заметила, что он поджал губы, когда вкладывал инвентарь в руки Планты. В его глазах мелькала печаль и жалость к ней.

– Помните! Мы вас видим! Всех! – продолжал Ашай, указывая углом планшета на каждого.

– У вас один час на поиски, – сказал Георгий, возвращаясь к коллеге, – таймер на ваших ибрас запустится, как только мы дадим сигнал. Когда прозвучит второй сигнал через час, всех ждём здесь же. Даём вам пять минут на подготовку.

Мы тут же с Адамом, Ином, Плантой и Цией собрались в круг обсудить детали.

– А и чуть не забыл, никаких собирательств в группы. Каждый сам по себе, – послышался голос преподавателя.

– Серьезно? – тихо возмутилась Ция.

– Плохо. Лес большой, любой может затеряться, – заметил Ин, поправляя ремень на узкой талии.

– У нас же есть карты. Только тупица затеряется с картой на руке. – Закатила глаза Ция, скрестив руки под пышной грудью.

– Легко говорить, когда у тебя нет топографического кретинизма, – пробормотал Адам, задумчиво смотря на землю, явно чем-то обеспокоенный.

– Топо..кря… что? – высказала Ция.

– Топографический кретинизм. Такие люди не понимают карт и не могут ориентироваться в пространстве. Это особенность мышления такая, – разжевала я, не отрывая раздраженного взгляда от девушки.

– Одним словом тупицы. – Фыркнула блондинка.

Я сделала шаг вперед и Ин выставил передо мной руку, мягко, но настойчиво толкая меня в живот обратно на место. Адама я воспринимала, как брата с тех пор, как Май "вручил" мне его на попечение. Оскорблять его я не позволю. Ин покачал головой и внимательно следил за мной своими серыми глазами. И мне оставалось только прожигать эту высокомерную физиономию Ции. В ответ девушка насмешливо улыбалась одним краем губ.

Прозвучал сигнал, и все устремились в разные стороны большого леса.

Мысленно Адам, Ин и я договорились быть чуть ближе друг к другу на случай, если нас где-то будет поджидать опасность. Я с особой жалостью смотрела на Планту, которая скрылась за деревьями чуть дальше от меня и посмотрела на Ина, он безмолвно кивнул. Это означало, что-если надо будет мы и её защитим.

Вскоре, я никого не видела. Деревья скрыли всех участников этого задания. Я не сводила глаз с земли. Металлические палки иногда соскальзывали с моих потных рук, и я решила засунуть их за тугой ремень на талии. Лес был густой и иногда не давал пройти там, где я хотела. Приходилось обходить. Немного погодя, я заметила, что даже букашек не вижу на земле. Я начала сомневаться в реалистичности объекта. Подойдя к рандомному цветку, я принюхалась. Теперь у меня не было сомнений. Это действительно был настоящий лес. От этого легче не стало. Примерно три раза за день пришельцы пытаются открывать порталы в наших лесах и сегодняшний день не исключение. Заметив странные следы на камне, я присела. Следы были похожи на царапины. Ровные царапины в несколько рядов. След начинался от камня и продолжался по земле. Я вдруг почувствовала мурашки по коже и вздрогнула. Вне сомнений это те самые следы.

Я потянулась за синей палкой, но резко осела ещё ниже от крика, который эхом разносился по лесному пространству. Голос девушки трудно было не узнать. Это была Ция. Я суетливо смотрела, то на вспышки, то на следы, то в сторону крика.

Толком не соображая, я пустилась на крик.

Пробегая мимо толстых стволов деревьев и перепрыгивая через кусты, я замечала, что крик становится всё ближе и громче. Через несколько секунд я видела картину полностью. Ция осела у ствола широкого многовекового дерева, вдавливаясь в него, будто хотела слиться с ним. На неё бежало небольшое по размерам животное с копытами. Я бросилась к ней, и когда животное почти подбежало к жертве, я налетела на него всем корпусом, отпихнув ногой в сторону. Зверь отлетел на несколько метров и хрюкнул.

Кабан? Серьезно?

Я разочарованно смотрела на бедное животное и перевела взгляд на блондинку.

Ция круглыми от страха и удивления глазами смотрела на меня. Она почти плакала и вся тряслась.

– Вставай, – снисходительно сказала я, протягивая руку этой трусихе.

Она кивнула и вложила свою ладонь в мою, вставая на дрожащие ноги.

– Цела? – безучастно спросила я.

Кабан медленно встал и отвлекаясь на посторонние звуки, побрел в другую сторону.

– Д-да, кажется, – робко произнесла однокурсница.

Я развернулась и решила по памяти добраться до того места, конечно, шанс, что я снова найду такой большой след не велик, но попытаться стоит.

– Куда ты? – выкрикнула Ция.

– На задание, – холодно произнесла я, не поворачиваясь к ней.

– Я с тобой.

Я резко обернулась.

– Не слышала? Нельзя компаниями ходить! – строго процедила я.

– Знаю, я просто очень боюсь! Вдруг это чудовище вернется.

– Это всего лишь кабан. – Закатила глаза я, вновь разворачиваясь и пытаясь вспомнить путь к следу. – Есть существа пострашнее этих животных, – еле слышно пробормотала я.