Ника Валевская
«Магия хаоса: ритуалы повседневности»

Пролог

(из книги Ники Валевской «Практическая магия для тех, кто не верит»)

Мира Элден опоздала на собственную жизнь ровно на сорок две минуты.

Она сидела в трамвае №11, который упрямо не ехал, хотя водитель уже трижды обещал “вот-вот тронемся, как только город отпустит тормоза”.

Город, похоже, не собирался. Он стоял, застыв в вязкой дымке, словно кто-то нажал на паузу.

Мира лениво листала отчёты на планшете. Всё как обычно: клиент забыл зонтик, вслед за ним опоздал на встречу, из-за этого не встретил нужного человека, судьба отклонилась на полтора процента.

Она поставила галочку – “незначительное вмешательство” – и отхлебнула холодный кофе.

И вот тогда экран моргнул.

Файл исчез. Вместо него появилась надпись:

“Вы вмешались туда, куда нельзя. Готовьтесь к откату.”

Она моргнула в ответ, уверенная, что это чей-то глупый розыгрыш. Но на стекле трамвая проступило то же самое сообщение – будто город дублировал экран.

Буквы дрожали, как отражение в воде, и через секунду рассыпались, оставив на стекле отпечаток ладони. Её собственной.

Мира вгляделась – ладонь совпадала идеально.

Вот только пальцев было шесть.

– Отлично, – пробормотала она. – Опять система глючит.

Она попыталась закрыть планшет – тот не реагировал. Попробовала выйти из приложения – всё зависло.

Сверху выползла строка:

“Ошибка в узле причинности. Попробуйте перезапустить себя.”

Мира выругалась. Перезапустить себя… что ж, звучит как инструкция для понедельника.

Она встала, посмотрела в окно. На перекрёстке люди замерли, будто кто-то нажал «стоп-кадр».

Кофе капал из её стакана в невесомости, застывая в воздухе прозрачными бусинами.

Всё вокруг стало подозрительно… тихим. Даже воздух перестал звучать.

И в этой тишине кто-то шепнул ей за спиной:

– У тебя сломалась судьба.

Мира обернулась – в пустом трамвае никого. Только кондуктор спал, положив голову на валидатор.

А рядом с её сумкой лежала папка, которой не было минуту назад.

На обложке – штамп:

“Бюро Баланса Событий. Личное дело Элден, М.”

Она подняла папку, и изнутри выскользнул лист бумаги, исписанный аккуратным шрифтом:

“Каждое вмешательство создаёт отклик.

Каждая случайность – это чей-то отчёт.

Мир не терпит несанкционированных чудес.”

Мира усмехнулась.

– Тогда у нас большие проблемы, – сказала она и, не зная зачем, сунула лист в карман.

В тот же миг трамвай дёрнулся вперёд, и город снова зашевелился.

Люди пошли, собаки залаяли, воздух вернулся к своим обязанностям.

Только в отражении стекла Мира заметила: теперь у неё снова пять пальцев, но одна из линий на ладони исчезла.

Она посмотрела на небо, где между домами медленно растворялась фраза, как облако, растянутое ветром:

“Откат начат.”

Мира вздохнула.

– Понедельник, – сказала она, – и даже кофе против.

И пошла спасать то, чего, возможно, никогда не существовало.

Глава первая. Закон трёх совпадений

Мира Элден проснулась от ощущения, что реальность кашляет.

Не громко, а сдержанно, как человек, который не хочет привлекать внимания.

Будильник показывал 07:07 – число, которое она терпеть не могла. Слишком правильное, слишком симметричное.

Она ненавидела совпадения, потому что они всегда к чему-то вели.

А жизнь научила: если совпадений больше трёх – вмешательство подтверждено.

Она потянулась, сбросила с себя одеяло и увидела на подоконнике конверт.

Белый, плотный, со штампом: Бюро Баланса Событий.

Тот самый, который она вчера сунула в карман.

Но – она же не приносила его домой.

Мира вздохнула.

– Отлично. Реальность доставляет корреспонденцию на дом. Осталось только курьера по совпадениям нанять.

Внутри лежал лист бумаги, исписанный чужим почерком:

“Ты нарушила последовательность.

Проверь три события – одно из них ложное.”

Под текстом стояла дата. Завтрашняя.

Она посмотрела на часы – стрелки дрожали. Кофеварка сама собой включилась. Радио заговорило без сигнала:

– …погода сегодня нестабильная, вероятны аномалии случайности. Не принимайте важных решений до обеда…

Мира выключила радио. Оно включилось снова.

– …особенно если вы Элден, Мира.

Она застыла.

– Так, – сказала она, – я ещё сплю. Или кофе слишком крепкий.

Она налила себе чашку, отхлебнула – и почувствовала вкус соли.

Соли, не сахара.

Первое совпадение.

Из-за окна прошёл кот, чёрный как выключенный экран. Она видела его впервые, но он посмотрел на неё слишком осознанно.

В зубах кот держал клочок бумаги.

Она подошла, открыла окно. Кот запрыгнул на подоконник, бросил записку и ушёл, даже не оставив следов.

На бумажке было написано:

“Не доверяй отражениям.”

В отражении окна Мира стояла спиной к себе и улыбалась.

Второе совпадение.

Она опустила голову, зажмурилась, досчитала до трёх и подняла взгляд.

Отражение исчезло. Зато в зеркале за спиной – мелькнуло её собственное лицо, но чуть другое: взгляд спокойнее, губы с приподнятым уголком, как у человека, который уже знает развязку.

Мира, не глядя, взяла в руки конверт, перевернула его – и увидела третье совпадение: в графе “отправитель” значилось её имя.

Она усмехнулась.

– Принято. Считаем вмешательство доказанным.

На стене мигнул экран. Рабочая панель включилась сама собой.

Файл “Баланс событий – сектор 47” открылся без команды.

В нём было всего одно предложение:

“Найди ложное событие до полуночи, иначе система перепишет твою линию судьбы.”

И ниже – пометка:

Помощник назначен. Имя: Дж. Тень.

– Прекрасно, – сказала Мира. – Даже ассистента выдали. Надеюсь, хоть этот не из тех, кто считает знаки зодиака доказательной базой мироздания.

В дверь позвонили.

Мира открыла – и на пороге стоял высокий мужчина в длинном сером пальто.

Лицо – будто слегка размазано, как фото в движении.

– Доброе утро, госпожа Элден, – сказал он ровно. – Я Тень. Вы искали ложное событие.

– Я искала кофе без соли, – ответила Мира. – Но ложное событие тоже подойдёт. Проходите, если не планируете испариться через стену.

– Я бы с удовольствием, – сказал он, глядя на стену. – Но именно там дверь, где вы её забудете.

Она обернулась – и действительно: входная дверь теперь была не за ним, а за её спиной, но другой стороной.

Мира вздохнула.

– Понедельник продолжается.

Глава вторая. Карта невозможного города

Мира Элден никогда не пользовалась бумажными картами – она считала их пережитком эпохи, когда люди ещё верили, что знают, где находятся.

Но сегодня цифровая навигация сдалась.

Экран телефона показывал пустоту.

Не “ошибка сети”. Не “нет соединения”.

Просто – белое пятно, как будто её район стёрли ластиком.

Она увеличила масштаб – и пустота увеличилась вместе с ним.

На месте города зияла надпись мелким шрифтом:

“Область неопределённости. Данные временно недоступны.”

– Ну, хоть честно, – сказала Мира и сунула телефон в карман. – Хоть кто-то признал, что понятия не имеет, что происходит.

Тень шёл рядом, не издавая ни звука. В сером пальто он выглядел как ошибка визуального восприятия – вроде тех, что появляются на краю глаза и исчезают, когда пытаешься рассмотреть.

– Вы уверены, что готовы видеть город, каким он стал? – спросил он тихо.

– Я готова видеть всё, кроме счетов за коммуналку.

Он не улыбнулся, но угол его силуэта как будто дрогнул.

– Тогда держитесь ближе к реальности. Она тонкая сегодня.

Они шли по улице, которая с каждой секундой становилась всё менее знакомой.

Дома теряли этажи. Вывески бледнели, превращаясь в полустёртые надписи вроде “МАГ…иН”, “КАФЕ (возможно)” и “АПТЕ…”

Люди проходили мимо, но лица их были размыты, как будто город экономил текстуры.

– Это что, сон? – спросила Мира.

– Сон – это когда правила известны. Здесь правил нет.

– Прекрасно. Значит, я официально за границей здравого смысла.

Тень остановился у старого почтового ящика, ржавого и перекошенного.

На боку кто-то ножом выцарапал слова:

“Здесь оставляют утраченное.”

Он открыл ящик – внутри не было писем, только маленькие бумажные кораблики.

Мира взяла один, развернула. На листке – карта.

Но не улиц, а возможностей.

На ней не было домов и дорог. Только фразы:

“Ты могла бы туда не пойти.”

“Если бы сказала ‘да’.”

“Поворот, которого не случилось.”

Она почувствовала лёгкое головокружение.

– Это что, моя жизнь?

– Это – черновик, – сказал Тень. – Город хранит черновики всех, кто забыл, что может выбрать иначе.

Мира усмехнулась:

– Значит, у каждого свой вариант багов в судьбе?

– У каждого – свой автосейв.

Он протянул ей ключ, крошечный и холодный, как ледяная мысль.

– Этот откроет то место, где вы потеряли событие.

– И где это, по-вашему?

– Там, где вы перестали верить, что ошибка – это тоже выбор.

Они шли дальше, пока не дошли до площади, где не работали часы.

Стрелки остановились на 11:11.

– Симметрия, – вздохнула Мира. – Ещё одно совпадение, и я начну вести личный список сумасшествия.

Посреди площади стоял киоск, на крыше которого висела вывеска:

“Пункт обмена воспоминаний. Работаем с невозможным.”

Изнутри пахло пылью, жасмином и чем-то электрическим.

За прилавком сидела женщина лет сорока, с глазами цвета старого зеркала.

– Опять ты, – сказала она Мире. – Только в этот раз чуть собраннее.

Мира моргнула.

– Простите, вы меня знаете?

– Знала. В другой версии. Когда ты ещё не пыталась быть рациональной.

Женщина достала из-под прилавка флакон.

Внутри плавала крошечная светящаяся спираль.

– Это твоё забытое чувство. “Любопытство без страха”. Хочешь вернуть?

Мира посмотрела на флакон, потом на Тень.

– С побочками?

– Только лёгкое привыкание к истине, – ответила женщина.

Мира взяла флакон. Свет внутри вспыхнул и растворился в воздухе.

На миг она почувствовала вкус озона, как перед грозой, и всё вокруг стало яснее.

Слова на стенах, шум ветра, даже дыхание города – всё приобрело смысл.

И этот смысл шептал одно:

“Ты ищешь ложное событие. Оно ближе, чем кажется.”

На полу под ногами Миры лежала карта – та же, только теперь на ней появилась новая надпись, тонкая, как трещина:

“Станция ‘Промежуток’. Туда возвращаются те, кто не вписался.”

Она подняла взгляд – и поняла, что город исчезает.

Контуры домов плавятся, мостовая уходит вниз, воздух дрожит, как над раскалённым металлом.

Тень коснулся её плеча.

– Мы теряем координаты. Вам нужно решить: вернуться или пройти дальше.

– А можно просто остаться и сделать вид, что всё в порядке?

– Можно. Но тогда останешься здесь навсегда.

– В этом мире или в следующем?

– В несделанном.

Мира глубоко вдохнула, посмотрела в белеющую пустоту и сказала:

– Тогда идём. Всё равно кофе там, где приключения.

И шагнула в пространство, где кончались улицы и начинались черновики судеб.

Глава третья. Инструкция по отмене вчерашнего дня

Мира проснулась от звука – тихого, как падение снежинки, но с металлическим оттенком.

Звук повторился.

Кто-то стучал изнутри её зеркала.

Она села на постели. Мир вокруг был слегка… не тот.

Обои сдвинулись на полсантиметра вправо, окно стало чуть шире, а чайник – блестел подозрительно ново, как будто его заменили ночью на версию получше.

– Так, – сказала она, – или я сплю, или кто-то решил, что реальность нуждается в апдейте.

Из зеркала снова донёсся звук, потом тихий голос:

– Не пугайся. Ты просто не обновила восприятие.

Мира подошла ближе.

В отражении стояла она – но чуть иная. Волосы короче, взгляд холоднее, на губах что-то вроде профессиональной скуки.

– Отлично. Ещё одна я. Сколько вас там, по акции?

– Две, официально, – сказала отражённая Мира. – Остальные тестируются.

Они смотрели друг на друга с равным раздражением.

– И зачем ты пришла?

– Чтобы вернуть тебе вчера.

– Не уверена, что хочу. Там был налоговый отчёт и разговор с бывшим.

– Ты не понимаешь, – вздохнула отражённая. – Вчера не случилось.

Мира замерла.

– В смысле – не случилось?

– Его вырезали. Случайная ошибка в хронике. Ты проснулась в промежутке между вариантами.

Она подошла к зеркалу ближе. Отражение выглядело усталым.

– Кто “они”?

– Архивисты.

– Архивисты чего?

– Вероятностей. Следят, чтобы никто не мешал статистике.

Мира усмехнулась.

– Бюрократия даже во вселенной. Ну прекрасно.

– У тебя есть шанс вернуть вчера, – сказала отражённая. – Но нужно сделать это правильно.

– И как же “правильно”?

– Сначала – вспомнить, что ты там сделала не так.

Мира села на край кровати.

– А если всё было не так?

Отражение на секунду помедлило.

– Тогда придётся выбрать, какую ошибку оставить.

Она замолчала. Воздух стал вязким, время словно слегка провисло.

На полу под зеркалом появилась тонкая полоска света. Мира осторожно провела пальцем – и обнаружила крошечный свиток, аккуратно свёрнутый в серебряную нитку.

На нём было написано:

“Инструкция по отмене вчерашнего дня. Для использования: перестань врать себе хотя бы три минуты.”

– Прекрасно, – сказала Мира. – То есть, без чудес, просто честность. Самый сложный вид магии.

Она развернула свиток.

Текст менялся прямо у неё на глазах, словно реагировал на её мысли.

“Выберите момент, где вам было больно, и произнесите: ‘Это было необходимо’.

Выберите момент, где вам было стыдно, и произнесите: ‘Я учусь’.

Выберите момент, где вам было страшно, и произнесите: ‘Я жива’.”

Свиток заискрился и превратился в пепел.

Из зеркала вышел лёгкий запах дождя.

Мира вдруг почувствовала, как внутри что-то сдвигается, будто время медленно делает вдох.

– Всё? – спросила она.

– Нет, – ответила отражённая. – Теперь последствия.

Она щёлкнула пальцами – и комната изменилась.

Вместо спальни Мира стояла в кофейне, где пахло корицей и недосыпом.

Бариста улыбалась ей слишком знакомо.

На столике лежал старый блокнот, и на первой странице – запись её рукой:

“Не отправлять сообщение. Никогда.”

Мира почувствовала, как в груди сжимается воздух.

Вчера. Тот самый вчера, который она хотела забыть.

Она помнила: написала сообщение. Длинное, бессмысленно честное, бывшему.

И теперь – снова здесь. До нажатия “Отправить”.

– Это проверка? – спросила она у отражённой, стоящей рядом.

– Это шанс. Только один.

– А если я снова нажму?

– Тогда ты получишь другой вариант боли.

Мира долго смотрела на экран телефона.

Слова там были простые: “Я устала притворяться, что мне всё равно.”

Она нажала “Отправить”.

Всё вокруг дрогнуло. Бариста исчезла. Воздух стал холоднее, и тишина – плотной.

Мира осталась одна, посреди пустой кофейни, где время остановилось на вдохе.

На стене появилось зеркало.

В нём – снова она, только теперь взгляд спокойнее.

– Ты не изменила исход, – сказала отражённая.

– Зато перестала бояться, что его нужно менять.

Отражение улыбнулось впервые.

– Поздравляю. Ты прошла первую коррекцию.

– А теперь что?

– Теперь ты можешь двигаться вперёд. В “Промежуток” не пускают тех, кто жалеет.

Мира глубоко выдохнула.

– Ладно, допустим. А где, к чёрту, кофе?

– На следующем уровне, – ответило зеркало. – Там, где начинается невозможное.

Комната растворилась.

Мира шагнула вперёд – и оказалась на лестнице, уходящей в бесконечность.

На стене висела табличка:

“Отдел отменённых событий. Проход только с самоиронией.”

Она усмехнулась:

– Ну что ж, у меня этого добра хватает.

И пошла вверх.

Глава четвёртая. Отдел отменённых событий

Лестница не заканчивалась.

Каждый пролёт был одинаков: серые стены, тусклые лампы, и где-то далеко вверху – звук лифта, который упорно не спускался.

На третьем пролёте Мира устала делать вид, что это нормально. На пятом – устала устать. На седьмом – начала подозревать, что лестница питается её энтузиазмом.

На восьмом появилось объявление:

“Уважаемые субъекты! Ваши события обрабатываются в порядке поступления. Благодарим за ожидание. Терпение – форма самосовершенствования.”

– Отлично, – сказала Мира, – я в аду для интровертов.

Она толкнула дверь.

За ней оказался коридор, слишком длинный, чтобы быть настоящим.

На стенах висели таблички:

“Окно отменённых решений.”

“Архив несказанных фраз.”

“Бухгалтерия случайностей.”

“Отдел случайных встреч – закрыт на пересчёт.”

Воздух пах пылью, кофе и отчаянием с привкусом ванили.

На ресепшене сидела женщина в очках без линз, печатала в никуда.

– Добрый день, – сказала Мира.

– Неподтверждённый, – ответила та, не поднимая головы. – Для официального дня нужно заявление в двух экземплярах.

Мира моргнула.

– Я ищу свой вчера.

– Все ищут.

– Но я реально хочу его вернуть.

– Конечно. И все говорят, что “всё будет иначе”. У вас квитанция о потере?

– Нет.

– Тогда подайте запрос в “Отдел спонтанных сожалений”. Дальше по коридору, третья дверь после “Бюро вероятностей”.

Мира пошла дальше.

В “Бюро вероятностей” за столом сидел мужчина с глазами, как у кошки, и сортировал кубики.

– Можно вопрос? – спросила она.

– Уже можно. Ответы всё равно случайные.

Она прошла дальше. На двери висела табличка:

“Отдел спонтанных сожалений. Приём с 11:11 до 11:12.”

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.