Алиса Андрианова
Аида здесь…

Аида здесь…

Знакомство с родителями

– Алиса-джан, проходи, проходи в дом, на пороге не стой, хорошая моя, будем знакомиться! – Мама моего возлюбленного ни на секунду не переставала улыбаться и вне всяких сомнений абсолютно искренне радовалась нашему приезду. – Можешь меня тетей Аидой называть. Вай, Карен, какая же она красивая! А почему говорил, что не армянка?

– Потому что Алиса русская, мам, – устало возразил мой жених. – Какая вообще разница, армянка она, не армянка? Главное, чтобы человек хороший был, не так?

– Так, так, сынок, всё ты правильно говоришь. – затараторила тётя Аида, но тут же снова засомневалась, даже сделала шаг назад, чтобы получше меня разглядеть. – Нет, все равно вылитая армянка. Смотри, волосы какие, и глаза наши, э? Ну-ка повернись, девочка. Видишь, Карен, у нее даже нос с горбинкой?

И тут же запричитала:

– Только худенькая очень. Ну, ничего, Алиса-джан, мы тебя откормим.

Я, признаться, не горела желанием стать обладательницей пышных армянских форм и с опаской поглядела на Карена в поиске его поддержки.

– Мам, не нужно никого откармливать, что ты пристала к человеку?

– Хорошо-хорошо, Карен, как скажешь. Прости, Алиса-джан, – однако заговорщически подмигнула мне за спиной у сына, когда Карен прошёл из прихожей в гостиную.

Как только я увидела посреди огромной, квадратов в тридцать, комнаты столь же огромный стол, подтекст подмигиваний и план тёти Аиды были мной раскрыты. На столе красовалось большущее синее блюдо с долмой (голубцы в виноградных листьях), нарезка из домашних сыров с соблазнительными капельками рассола на поверхности, манящая, нарезанная тончайшими ломтиками бастурма; маринованные помидоры и перцы. Лаваш-матнакаш, похожий по форме на русскую лепешку, и обычный листовой лаваш, а рядом – тарелка свежайшей ажурной кинзы.

– Карен-джан, хотела еще сегодня твой любимый хаш¹ приготовить, но утром отец не очень себя чувствовал, не успела.

– Не переживай, мам, в следующий раз. А почему мне не сказала, что отцу плохо, когда звонила? Мы бы пораньше приехали.

– Не хотела вас волновать, сынок. Ему получше уже. Сейчас с нами обедать сядет, – и тетя Аида поспешила в соседнюю комнату за мужем.

– А вот и моя «недви́жимость». Знакомься, Алис-джан. Это отец Карена – Володя. – Тетя Аида вела мужа под руку, а в другой руке он держал тросточку. Рослый мужчина с большим трудом переставлял ноги и при этом опирался всем весом на жену. Папу Карена частично парализовало после инсульта пятнадцать лет назад, в возрасте всего лишь сорока пяти лет. Я осторожно взглянула на Карена, шокированная черным юмором его мамы по поводу ее «недвижимости», но тот в ответ кивнул, дескать, не беспокойся, для нас это нормально.

– Здравствуйте, Владимир, приятно познакомиться, – робко и с большим уважением произнесла я.

– Вай! Не Владимир, Володя, – по-доброму поправила меня тетя Аида, – у него и в паспорте так написано.

– Здрав-ствуй-те, – скрипучим надломленным голосом выдавил из себя отец Карена. Это приветствие было одним из немногих слов, которые он знал на русском.

Мы прошли за стол. Я сидела напротив тети Аиды и не сводила с нее глаз. Очень необычная женщина с необычной судьбой и звучным, запоминающимся, величавым именем. Аида, Аида… В памяти всплыл потрепанный, пахнущий старой бумагой нотный сборник, доставшийся мне по наследству от мамы, утративший за долгие годы обложку, с пожелтевшими нитками на корешке, а в нем – «Марш из оперы «Аида».

– Тетя Аида, а что означает ваше имя? Оно армянское?

– Да даже не задумывалась, Алиса-джан, мама так назвала, – улыбнулась она в ответ.

После вкуснейшей долмы и закусок тетя Аида неожиданно спросила: «Куришь, Алис-джан?» Я, опасаясь, что моя потенциальная свекровь проверяет меня на вредные привычки как гипотетическую мать ее будущих внуков, поспешила ответить: «Что вы, конечно, не курю, тетя Аида». Но Карен приобнял меня сзади за плечи и шутливо сказал: «От мамы прятаться незачем, она у нас всю жизнь курит». Я в очередной раз за наш визит была шокирована. Никогда не могла представить себе армянскую женщину с сигаретой в руке.

Женские секреты

– Пойдем посекретничаем, – подмигнула мне тетя Аида, – и я проследовала за ней на крыльцо.

– Армения же не мусульманская страна, Алис-джан, тем более мы из Еревана, а у столичных жителей нравы свободнее, чем у деревенских. В селах – там да. А нам курить можно. Это, вон, Володе нельзя, еле сигарету в руке держит из-за болезни, боюсь как бы дом не спалил, пока я на кухне.

Отец Карена, по рассказам моего возлюбленного, в молодости был крепким высоченным мужчиной, работал столяром (делал мебель на заказ). Но после инсульта, который настиг его в расцвете лет, дядя Володя так и не смог восстановиться, и поэтому тетя Аида взяла всю заботу о нем на себя: уволилась с работы и стала добровольной, преданной мужу затворницей.

– А знаешь, Алис-джан, какая я в молодости красивая была, э-э-э?! Красавица, не то что сейчас, – всерьез задумалась тетя Аида, забывая из-за этого стряхивать пепел с толстой сигареты.

– Да вы и сейчас красивая! – попробовала возразить я, но тетя Аида уже вручила мне свой недокуренный синий «Бонд» и побежала в комнату за семейным фотоальбомом советских времен.

– Во-о-от, смотри, разве не красавица? А здесь?

Не поспоришь. Даже на черно-белых фото молодая Аида выглядела очень эффектно и ярко. Вот она в парке аттракционов с маленьким Кареном (тот сидит за рулем педальной машинки), – смуглая кудрявая красавица с волосами чуть выше плеч, похожа на какую-то итальянскую актрису. Вот она в горах, вот на пляже – идеальная точеная фигурка в смелом раздельном купальнике.

– А это вы на море?

– Да нет, хорошая моя, – рассмеялась тетя Аида, – у нас в Армении моря нет, настоящего, зато есть наше местное «море» – озеро Севан. Вон оно, за моей спиной на фотографии.

– Очень красиво там. Карен мне много про Севан рассказывал, показывал фотографии оттуда. А на настоящем море вы не были никогда?

– Так а когда, Алисочка? Когда только поженились с Володей, от зарплаты до зарплаты жили. Потом Карен подрос, Володя столярную мастерскую открыл, дела, вроде, на лад пошли – думала: «Вот теперь можно и на море». А тут с Володей эта беда приключилась, и его с тех пор не оставишь, он же как ребенок, я его кормлю, мою, переодеваю. Пока получше себя чувствовал, работала в Ереване продавцом, а с тех пор, как в Россию переехали, из нашей деревни вообще никуда не выезжаю, Володю же не бросишь дома одного. Вай, знаешь, как я рада буду Алиса-джан, если вы с Кареном поженитесь! Станете в гости к нам из города приезжать. Будешь нам как родная. Я же всегда о дочери мечтала, вай как мечтала! Только вот Карена я еле выносила и рожала тяжело-тяжело, сутки почти. Врачи после родов сказали: «О втором ребенке даже не думай», а я решила, будь что будет, снова забеременела через два года после того, как Карен родился. Но не судьба, видно: не доносила, девочка моя шестимесячной родилась, не спасли… – горько вздохнула тетя Аида.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.

Примечания

1

горячий «суп-холодец» из говяжьих ног

Вернуться