Хелен Шойерер
Кровь и сталь

Helen Scheuerer

Blood & Steel

Copyright © Helen Scheuerer 2023

Опубликовано в согласии с автором и его литературными агентами, Ethan Ellenberg Literary Agency (США) через Игоря Корженевского от лица Агентства Александра Корженевского (Россия).

Художественное оформление Игоря Пинчука

© Милованова А., перевод на русский язык, 2025

© Оформление. ООО «Издательство «Эксмо», 2025

* * *

Человеку, который поддерживает все мои авантюры.

Гэри, тобой каждый день – приключение.

Пророчество Срединных Королевств

В тени павшего королевства, в самом разгаре бури
Дочь тьмы одной рукой обнажит меч,
Второй – повелит самой смерти.

Когда на исходе дней небеса поглотит черная бездна,
Завеса падет.
Она занесет меч и предопределит течение судеб.

Взойдет заря огня и крови.

Глава 1

Пророчество о смерти Алтеи Золтейр было вырезано на камне еще в ее детстве. Поэтому, пробираясь по землям, над которыми нависла тьма, она знала: дни еще не сочтены. Пока что.

Молния рассекла небо, за ней последовал раскат грома. Наслаждаясь насыщенным ароматом надвигавшейся грозы и упиваясь хаосом, который она с собой несла, Тея медленно продвигалась вдоль обрыва. Ей не следовало здесь находиться, но она уже давно научилась брать судьбу в свои руки.

Тея осматривала скалы в поисках укрытия, сердце ее гулко билось в груди. Здесь, на черных утесах, окруженных скалистыми горами и свирепыми морями, чьи гигантские волны дотягивались до облаков, встреча могла состояться в любой момент. Эти земли пугали всех, но для нее дикие пейзажи и холодные, резкие очертания Тезмарра были домом, других мест она не знала. Тея почти ничего не помнила о том, что было до того, как ее вместе с сестрой Эльврен оставили у ворот крепости.

Тея вновь сосредоточилась на месте встречи. Их было не видно, не слышно. Она нетерпеливо вздохнула, поиграла с висевшим у нее на шее камнем судьбы, проводя большим пальцем по выгравированному на нем числу. Для нее оно было судьбоносным.

Двадцать семь.

В этом возрасте ей суждено умереть. Всего три года – и смерть настигнет ее. Будущего Тея не боялась, но ее переполняли злость и чувство несправедливости. Три года – ничтожный срок для того, чтобы женщина добилась того, что хочет.

Легенда.

Прищурившись, она вглядывалась в небо в поисках солнца, которое едва проглядывалось сквозь серость. В окутанных мглой землях часто было трудно определить время. Если бы Тея была из тех женщин, что любят поспорить, – а она такой и была, – то сказала бы, что воины опаздывали. Безусловно, это плохой знак.

Небеса разверзлись, хлынул ливень, и земля под сапогами Теи превратилась в грязную реку. Сверкнула еще одна молния, осветившая нечто, находившееся за бурлящими водами, – Завесу. Огромная стена белого непроглядного тумана тянулась к богам, заключая Срединные Королевства в свои объятия и оберегая их. Сотни лет она защищала королевство от монстров. Однажды этому настал конец.

Эта мысль сподвигла Тею проверить, при ней ли ее самое ценное и запретное имущество. Ее кинжал, как всегда, надежно был спрятан в сапоге под брюками.

Внезапно по камням зацокали копыта. Увидев двух огромных жеребцов, Тея бросилась за кусты ежевики, в самую тень.

Ее пульс участился. Информатор был прав: такие вороные кони принадлежали особенным наездникам.

Тяжелые ботинки с плеском ударились о грязную землю, вдоль утеса разлетелись тихие голоса.

Они здесь.

Боевые Мечи Тезмарра.

Тея, ведомая неистовым желанием увидеть легендарных воинов вблизи, выглянула из-за укрытия.

На поляну вышли двое вооруженных до зубов мужчин в черной броне. На нарукавной повязке у каждого гордо красовался тотем – стальной узор из трех мечей, два из них скрещены, третий рассекает их посередине.

Тея неосознанно прикоснулась к своему плечу, представляя, что на нем тоже есть тотем.

Боевые Мечи подчинялись только Мастеру Гильдии.

Люди слагали баллады об их могуществе, о том, как, пройдя Великий Обряд, они становились еще сильнее, быстрее и ловчее самых выдающихся воинов. Ходили слухи, что некоторые из них бессмертны. Говорили, что они не рождаются – они закаляются кровью и сталью. Их осталось лишь трое.

И вот, двое из них стояли под дождем всего в нескольких метрах от Теи. Она пыталась посмотреть на них вблизи уже больше года. Ей хотелось понимать, что ожидает Срединные Королевства, и не оказаться застигнутой врасплох, когда на них обрушится тьма.

Этих двоих она видела в Главном зале уже много раз. Тордж Гроза Медведей – златовласый герой, владеющий молотом. Говорят, в лесах Твера он сразился с двумя проклятыми медведями. Вернич Кровопускатель – старший воин, в своих бесчисленных сражениях он пролил реки вражеской крови. Главным образом он руководил в битве, в которой пала Дельмира.

Вернич оглядел утес, на его лбу пролегла глубокая складка.

– Он сказал, что будет ждать здесь.

– Наверное, заблудился, ведь его так давно не было дома, – заявил Тордж, в голосе его прозвучала нотка веселья.

– Не хватало еще твоих дурацких шуток, – практически прорычал Вернич. – Я хочу уже укрыться от этого чертового дождя. Целую неделю хожу в мокрых ботинках.

– Но в его письме сказано ждать здесь…

– Я знаю, что сказано в письме, – перебил его Вернич. – Иначе я бы сейчас сидел у костра и пил уже третью кружку эля.

– Что ж, тогда иди и насладись элем. Я обязательно тебе все потом расскажу, – ответил Тордж, положив руку на головку боевого молота, висевшего у него на поясе.

Тея прикусила губу, сердце в ее груди все еще билось с бешеной скоростью.

Вернич начал ходить из стороны в сторону.

– Мы не видели этого ублюдка много лет, будто я…

Вдруг по склону раздалось цоканье копыт, в шуме дождя послышались брызги воды.

Как только к ним присоединился третий всадник, повисла напряженная тишина. Он слез со своего жеребца, и тонкие нотки розового дерева и кожи смешались с запахом дождя.

Увидев его, Тея не могла понять, на какую деталь обратить внимание в первую очередь. Его высокое мускулистое тело было облачено в черную броню, из-за спины выглядывали два гигантских меча. Влажные темные волосы были собраны в пучок на затылке, угловатый подбородок обрамляла аккуратная борода…

По спине Теи пробежался рой мурашек. Безусловно, она о нем слышала.

Хоть его не было в этих землях уже много лет, не знали о нем лишь единицы. Перед ней стоял Уайлдер Хоторн, самый молодой Боевой Меч Тезмарра, последний из воинов, прошедших Великий Обряд.

Его называли Рукой Смерти.

Сила исходила от него волнами.

Почувствовав эту силу, странную, неожиданную, Тея замерла… Она никогда не была так близка к настоящей магии, не многим простым людям представлялась такая возможность. В последние столетия в Срединных Королевствах магия стала непредсказуемой. Люди утеряли ее, теперь магия – дар, которым обладали только члены королевских семей и воины, прошедшие Великий Обряд и ставшие Боевыми Мечами. Но были и другие проявления: места, заклинания, монстры.

Тея могла только догадываться, каково это – обладать такой силой, упиваться могуществом…

Исходившая от Руки Смерти сила взывала к ней.

Хоторн повернулся к товарищам, окинул их скептическим взглядом.

Все молчали.

– Что ж, – наконец произнес он. – Вы здесь.

– Не думай, что я рад созыву, – коротко ответил Вернич.

Хоторн не обратил внимания на его слова:

– Нам необходимо многое обсудить.

Взгляд Теи впервые упал на то, что он держал в правой руке. Мешок. С него капало что-то красное.

Тордж тоже это заметил:

– Плохие новости?

Челюсть Хоторна напряглась.

– Новости всегда плохие.

– Что ж, рассказывай.

Он заговорил низким и глубоким голосом:

– Я вернулся с Расколотых островов. Там я уничтожил новую стаю тенетворцев. Я собирался сразу же вернуться в крепость с докладом, но рифохват преследовал мой корабль до нашего берега. Поэтому я увел его дальше на запад, к Завесе. Пока…

Он сунул Торджу окровавленный мешок.

– Пока, черт возьми, не наткнулся на тенетворца вблизи Тезмарра.

Со вздохом отвращения Тордж вытащил из мешка, с которого капало что-то черное.

Тею чуть не вырвало.

Сердце.

– Есть один – будут еще, – предупредил Хоторн. – У меня в другом мешке еще два. В Завесе все больше дыр. Эти ублюдки и другие, еще хуже, с каждым днем разрушают ее все сильнее.

– Да помогут нам Фурии, – пробормотал Тордж.

Хоторн мрачно рассмеялся:

– Фурии никому не помогут.

Слова слетели с его губ, и он поднял взгляд. По позвоночнику Теи пробежала дрожь, кровь в венах начала закипать.

Сквозь кусты ее глаза цвета морской волны встретились с серебристым взглядом Боевого Меча, имевшего недобрую славу.

Ее сердце сжалось, все тело вмиг напряглось.

Его взгляд пронзил ее до глубины души.

Хоторн медленно моргнул и перевел взгляд на своих спутников.

– Есть еще кое-что, но обсудим это не здесь.

– В смысле, не здесь? – взорвался Вернич. – Черт, я думал, мы собрались, чтобы…

– Не здесь.

Хоторн схватил поводья и, больше не глядя в сторону Теи, повел остальных в сторону черных гор.

Ноги Теи ослабли, руки дрожали. Он ее заметил. Заметил, но ничего не сказал… «Почему?»

Все еще в смятении, она заставила себя подняться. Убедившись, что Боевые Мечи ушли, она бросилась к узкой каменистой тропинке, которая вела к крепости. Ее камень судьбы бился о грудную клетку как боевой барабан, пока она карабкалась по скалам, спускалась по неровному склону горы, шла мимо толстых стен и ворот крепости к дверям северной башни. Тяжело дыша, она залетела внутрь, наконец-то спасаясь от ветра и дождя. Она выжимала свои волосы, бронзовые с золотым оттенком, и осмысляла то, что она увидела и услышала.

Это правда.

Спустя годы отсутствия Уайлдер Хоторн вернулся в Тезмарр и принес с собой сердца монстров.

Глава 2

– Ты сумасшедшая! – прошипела ее сестра Эльврен, как только Тея остановилась напротив нее в коридоре наверху.

Тея встретилась с сердитым взглядом Рен. У них был одинаковый цвет глаз – необычный оттенок цвета морской волны – и похожие темные густые брови. Обычно при помощи них Рен одаривала сестру суровым взглядом. У обеих были длинные бронзовые волосы, но у Теи с золотистым отливом, так как она проводила много времени на улице. Они – две стороны одной медали, однако черты Теи были более острыми, а тело мускулистее, Рен же была мягче и женственнее. За два десятилетия, прожитых в крепости, стало совершенно понятно: удача сопровождала девушек, которые мило улыбались и носили юбки, а не тех, кто ходит с поломанными ногтями и в поношенных брюках.

Однако сейчас от мягкости Рен не осталось и следа. Она оттащила Тею подальше от остальных, стянула ее промокший плащ и стряхнула с него большие куски засохшей грязи.

Тея раздраженно оттолкнула ее руку:

– Может, хватит? Я старшая, и это я…

Рен фыркнула:

– Тея, ты – тот редкий случай, доказывающий, что старший не всегда мудрее.

– Тогда тебе повезло, что я здесь. На моем фоне ты будешь выглядеть лучше. Хватит бубнить.

Рен покачала головой, отчего ее растрепанный пучок затрясся, и протянула Тее несколько листов пергамента. Она приняла их с недовольным видом. Опять эта женская работа. Яды и зелья вместо клинков и битв. Еще одна причина проклинать законы и возмущаться из-за пророчества, которого их учили бояться:

В тени павшего королевства, в самом разгаре бури
Дочь тьмы одной рукой обнажит меч,
Второй – повелит самой смерти.
Когда на исходе дней небеса поглотит черная бездна,
Завеса падет.
Она занесет меч и предопределит течение судеб.
Взойдет заря огня и крови.

Двадцать лет назад, после оглашения смертоносного пророчества, женщинам пришлось избавиться от своего оружия. На тот момент Тее было всего четыре года. Высунувшись из-за решетки в подвале, она смотрела, как все происходило, наблюдала за гневом женщин, которых лишили права защищать Срединные Королевства.

Однако ее это не остановило.

Ничто не смогло бы ей помешать.

Она перевела взгляд в другой конец коридора, на зал с трофеями. Даже став взрослой, она мечтала посетить его, прочесть имена чемпионов. Например, Талемир Старлинг, которого называют Принцем Сердец, – Боевой Меч, непревзойденный мастер во владении двумя мечами. Согласно легендам, он вырезал сердца бесчисленного количества монстров.

Тею интересовало еще одно имя. Шесть лет назад она узнала, что их опекун Одра была чемпионкой Тезмарра по метанию ножей. Строгий библиотекарь с суровым лицом – единственная женщина-воин, которая сдала оружие и осталась в крепости.

– Я подменила тебя у Фариссы, сказала ей, что у тебя опять пошла кровь из носа, – сказала Рен.

– Спасибо, – ответила Тея, широко улыбнувшись.

– Если кровотечения происходят часто, у мастеров могут возникнуть вопросы.

– Хорошо, что на любой вопрос у тебя всегда найдется ответ.

Тея обняла сестру за шею. Рен была уважаемым алхимиком в Тезмарре, Тея же скорее походила на бродягу. Чтобы заработать на жизнь, она работала с сестрой в мастерской и библиотеке, но мысли ее всегда были где-то далеко – она размышляла о тех нескольких годах, что ей оставались, мечтала послать к черту правила, овладеть собственным мечом и бороться с тьмой.

Рен разочарованно цокнула языком и оттолкнула сестру:

– Сейчас я готова тебя ударить.

– Помни, что этому тебя научила я.

– Ти, лучше заткнись.

Почувствовав, что раздражение сестры действительно достигло предела, Тея сдержала порыв ей ответить.

Со двора донесся резкий звон стали о сталь. Тея подошла к окну и, впиваясь ногтями во влажный подоконник, посмотрела вниз.

К воротам направлялся новый отряд щитоносцев, среди них были подростки и молодые люди лет двадцати пяти, по пути они устраивали спарринги.

Сначала Гильдия оттачивала мастерство воинов – щитоносцев обучали искусству войны. Затем они проходили испытание в стражи Срединных Королевств, на плече они носили тотемы с изображением двух скрещенных мечей. Стражи могли остаться воинами среднего класса и верно служить Тезмарру или же продвинуться и стать командирами или мастерами в какой-то сфере. Выше всех стояли Боевые Мечи.

Стать Боевым Мечом – значит стать настоящей легендой.

Но воины, шагавшие за окном, были самыми обычными. Среди них Тея не видела Эсиллта, Мастера Оружия. Она с замиранием сердца смотрела, как щитоносцы, закинув щиты на спину, уходят. Воины, конечно же, отправлялись на учения в глубь Кровавых лесов. Тея наблюдала за их тренировками уже сотни раз.

Пальцы так и норовили достать кинжал из сапога.

– Тея, – предостерегающе произнесла сестра.

Но она уже все решила и, выхватив из рук Рен свой плащ, сунула бумаги обратно ей в руки.

– У меня опять пошла кровь из носа.

– Тея, нет…

Тея уже направлялась прочь:

– Ох, кажется, в этот раз кровь потечет рекой. Переписывание увлекательных томов Одры и перестановка пыльных книг подождут, я ведь не хочу их запачкать…

Рен попыталась преградить ей путь. В ее глазах, почти таких же, как у Теи, пылало разочарование.

– Боги, когда же ты уже повзрослеешь!

Она оглянулась на их друзей.

– Рен, а как же у меня раскалывается голова, ты бы знала.

Сестра раздраженно всплеснула руками и покачала головой, не веря своим глазам и ушам.

– Алтея, ты невероятная дура!

Тея усмехнулась. Разумеется, она знала, какая она. Она бы предпочла прожить сотню жизней за три года, чем потратить впустую то короткое время, что было ей отведено в этих королевствах. Спускаясь по лестнице, девушка легонько махнула рукой через плечо, а затем снова выскочила под дождь.

* * *

Над крепостью нависала непроглядная тьма. Тея, как всегда, незаметно прошла через ворота крепости. Держась на расстоянии, она следовала за отрядом щитоносцев. Тея прекрасно знала, куда они направляются – в густые Кровавые леса, окружавшие территорию Тезмарра. Здесь веками проливалась кровь воинов, а шелест листьев шептал древние тайны.

Дальше к югу простиралась поляна. На ней Эсиллт, Мастер Оружия, любил проводить тренировки с небольшими отрядами. Должно быть, он уже ждал, но Тея держалась в стороне от главной тропы на случай, если кто-то опоздает. Но в этом она сомневалась, ведь вряд ли даже самый недалекий щитоносец окажется настолько глуп. Гнев Эсиллта испытывать не стоило.

«Интересно, если бы он сразился с Одрой, кто бы победил…» – Тея фыркнула. Одра запросто ударила бы его по голове одной из своих книг, а ведь однажды она была чемпионкой по метанию ножей.

Смеясь над своими мыслями, Тея углублялась в темные прогалины Кровавых лесов, она наслаждалась влажным запахом земли и шуршанием листьев под сапогами. Она шла достаточно близко, чтобы слышать пробиравшийся сквозь лес отряд и видеть отстававших. «Бесспорно, самая незаметная группа», – подумала Тея и усмехнулась своей мысли. Однако она не могла оторвать завистливого взгляда от оружия, висевшего на их поясах.

В ночь, когда появилось пророчество, Фарисса, Мастер Алхимии, отвела всех детей Тезмарра в тайный подвал. Когда все уснули, Тея нашла решетку в каменной стене. Сквозь нее она увидела сожженный двор. Она никогда не забудет, как глубокой ночью женщины сдали свое оружие. Та ночь была наполнена звоном стали от брошенных в кучу мечей, кругом царила ярость.

– Пророчество сбывается, – прокричал Мастер Гильдии, заглушая яростные возгласы и звуки драк. – Женщины владеть оружием больше не будут. Либо вы находите себе новое дело, либо покидаете Гильдию.

– Осирис, ты ублюдок! – выкрикнул кто-то. – Ты позволишь ослабить Тезмарр? Ты повернешься спиной к тем, кто верно тебе служил…

– Я этого не хочу. Но такова воля богов, – ответил он. – Сдайте оружие добровольно – или оно будет отобрано силой!

Тогда Тея была слишком мала, чтобы понять происходившее, но эти воспоминания до сих пор не давали ей покоя. За исключением Одры, той же ночью ушли все женщины-воины. Никто не знал, куда они отправились, поскольку новый закон действовал не только в Тезмарре, но и во всех Срединных Королевствах. Женщинам больше нельзя было владеть оружием.

Многие годы Тея пыталась разговорить женщину, что ее вырастила, но библиотекарь отказывалась. На занятиях и в книгах говорилось о том, что пророчество появилось из-за маленькой девочки с клинком в руках. Введенные после законы – попытка Мастера Гильдии защитить Срединные Королевства от будущих дочерей тьмы.

Однажды, увидев ребенка с маленькой косой в руках, он вышел из себя. Если бы он знал, что у Теи есть оружие… Впрочем, он бы не узнал.

Тея остановилась на поляне, здесь она бывала часто. Место было хорошо скрыто от чужих глаз – идеальная смотровая площадка. Тея присела на корточки на опавшей листве и напрягла слух, желая расслышать речь Эсиллта. Тея слышала ее сотни раз, и каждый раз душа девушки трепетала.

Худощавый Мастер Оружия расхаживал перед группой новобранцев, в глазах которых горел энтузиазм. Мастер обхватил рукоять своего длинного меча и, выпятив грудь, сурово оглядывал их.

По всей поляне разнесся властный голос Эсиллта:

– Месяц назад вы были простыми учениками – мальчишками, чьи цели были самыми приземленными… Теперь же вы – щитоносцы Тезмарра, вы пришли сюда, в Кровавые леса, мечтая о большем, великом.

По коже Теи пробежал рой мурашек, она ловила каждое слово, будто это был эликсир, который ей жизненно необходим.

– Ближайшие месяцы будут и лучшими, и худшими в вашей жизни, – Эсиллт продолжил обрушивать слова на зачарованную публику. – Конечно, если вам удастся выжить. Некоторые из вас сдадутся через день, неделю, может, месяц. Остальные же познакомятся с болью и страхом лицом к лицу, вы узнаете, каково это – бороться за свое место изо всех сил. Узнаете, кому стоит доверять, а когда лучше спать с открытыми глазами. Те, кто не пройдут испытания, будут исключены из наших рядов. Те, кто обладают особыми талантами, могут стать учениками командиров. Некоторых из вас ранят. Некоторые – умрут.

Эсиллт снова сделал паузу, вглядываясь в лица стоявших перед ним воинов, будто прямо здесь и сейчас мог определить, кто справится, а кто потерпит неудачу. Он прокашлялся и продолжил.

– И лишь избранным, – начал он, многозначительно глядя на щитоносцев, – удастся приблизиться к мечте многих – стать стражами Срединных Королевств, воинами Тезмарра.

Тея вздохнула. Боги… Не имело значения, сколько раз она слышала вступительную речь Эсиллта, каждый раз сердце ее замирало. Тея будто приросла к земле, она, как и щитоносцы, мечтала стоять рядом с ними, разделить этот момент хотя бы с кем-то. Но девушка в очередной раз находилась в укрытии.

Эсиллт кашлянул:

– Итак, разбились на группы. Хочу посмотреть, чему вы уже научились.

Щитоносцы замешкались.

– Начали упражнения! – рявкнул Эсиллт. – Быстро.

Новобранцы немедленно повиновались, разделились на несколько небольших групп, схватили оружие и подняли щиты, заняв оборонительную позицию.

Тея наблюдала за происходящим: отмечала тех, кто держал щит слишком низко, неуклюже передвигался, и тех, кто был ей интересен как противник. Она изучала теорию много лет, в тайне практиковалась, но пальцы ее так и чесались достать свой кинжал вслед за ними. Тея и не заметила, как рука сама потянулась к кинжалу, спрятанному в сапоге.

Она осторожно отступила назад, чтобы ее не было видно, и приступила к собственной тренировке. Как и все дети в Тезмарре, она годами обучалась основам самообороны, но ей всегда было мало. С самого детства она издалека следила за каждой тренировкой, впитывая каждую крупицу знаний, каждый прием. Ей не хватало собственного оружия. Тот кинжал, которым она владела, был ее гордостью и радостью. Шесть лет назад Тея увидела, как он выпал из руки раненого воина, которого везли на повозке в крепость. Она показала этот подарок судьбы сестре, что стало ошибкой. Рен настаивала на том, чтобы сестра вернула кинжал, перед этим сказав, что он изготовлен из наарванской стали. Оружие из нее предназначалось только для Боевых Мечей, его дарили им после прохождения Великого Обряда.

Источник стали в Наарве создали сами Фурии, обрушившие на эти земли звездный дождь. Обнаруженная редкая железная руда – самая прочная во всех Срединных Королевствах, в ней заключена сила богов. Мужчинам, которые не прошли обряд посвящения, носить такое оружие было запрещено. Избранные воины, служившие Срединным Королевствам, считали такой поступок оскорблением. Но чтобы оружием владела женщина, тем более оружием из наарванской стали? Высшая форма предательства.

Поначалу Тея, разумеется, отказалась возвращать кинжал. В итоге она сдалась под напором сестры, которая привела внушительный список не самых приятных последствий. Рен была еще той занозой в заднице, и вскоре Тея поплелась в лазарет, чтобы вернуть вещь ее раненому хозяину.

Тея дождалась, пока лекари уйдут к другим пациентам, и подошла к его койке. Он был самым крупным мужчиной из всех, кого она когда-либо видела, практически гигантом. Его ноги свисали с края кровати, а матрас прогибался под весом. Его голова была перемотана большим количеством бинтов, через которые просачивалась кровь, а лицо опухло от ранений и было покрыто синяками, белки глаз покраснели.

Он умирал.

Тея впилась в него взглядом, ее тело кричало о том, что ей нельзя там находиться. Изо всех сил она постаралась найти в себе каплю того мужества, которое требовалось этому воину на поле боя, и протянула ему кинжал.

– Вы уронили его, – произнесла Тея. – Я подумала, что стоит его вам вернуть.

С трудом раскрывая глаза, мужчина издал такой тяжелый вздох, будто пытался сдвинуть с места телегу, целиком забитую кирпичами. Он что-то пробормотал, а затем поднял с кровати дрожащую руку и подтолкнул кинжал к Тее.

Он беззвучно открывал и закрывал рот.

Но Тее было ясно одно: он хотел, чтобы оружие осталось у нее.

Она прижала кинжал к груди и произнесла:

– Я буду использовать его с умом.

И вот сейчас она упражнялась с кинжалом, представляя, что держит меч. Тея знала, что у нее хорошая техника, но так мечтала поучаствовать в спарринге с достойным сильным противником. Иногда и на ее улицу приходил праздник, и ей удавалось уговорить своего чудного алхимика или кого-то с кухни, но это было совсем не то…

Листья зашелестели от легкого ветерка, и вдруг до Теи донесся тонкий аромат кожи и розового дерева, вызывая в ней странное томление. Она вздохнула, наслаждаясь криками и звоном стали, доносящимися снизу. Все еще сжимая кинжал, она осторожно выглянула из-за выступа, как…

В воздухе что-то просвистело.

Она отскочила в сторону, ее щеку пронзила острая боль.

С глухим звуком в корявый ствол дерева, у которого она стояла, вонзилась стрела.

Ее оперение дрожало на ветру.

Тею трясло, широко раскрытыми глазами она уставилась на все еще трепещущую стрелу. Она отступала назад – один шаг, второй…

А затем побежала.

Глава 3

Времени действовать незаметно не было. Тея бежала, рассекая вечернюю тьму, ее сапоги стучали по влажной лесной земле, по щеке стекала тонкая струйка крови. Ветви деревьев царапали кожу и рвали одежду, пока она пробиралась между ними, а ветер трепал косу.

Кто-то запустил в нее стрелу, но она знала, что тренировки по стрельбе проходили в другом месте. Выстрел не был случайным. Помедли она еще полсекунды, стрела попала бы ей между глаз. Тея прерывисто дышала, но ее успокаивал бившийся о грудную клетку камень судьбы.

Нефритовый камень на черном кожаном шнурке ей подарила в раннем детстве провидица. В те времена они вырезали судьбы на камнях. Иногда меткой становилось имя, иногда – символ или число. Эти знаки предвещали будущее, которому суждено воплотиться. Камни судьбы встречались редко, люди не стремились их заполучить. Особенно те, кто хотел жить в спокойствии.

Двадцать семь. Это ужасное число – обещание самого бога смерти. Когда Тее будет двадцать семь, Эновиус придет за ней, но для начала он поглумится. Смерть может настигнуть ровно в ту минуту, когда настанет ее день рождения, а может подождать еще год, когда Тее почти исполнится двадцать восемь. Камень судьбы давал ей время, но никаких подробностей. Проклятие, которое она не пожелала бы никому.

Страх подгонял ее, и она продолжала бежать, чувствуя, как по ногам хлестала грязь. Нет, сегодня она не умрет, ни за что. Она переживала о своем месте в Тезмарре, в своем доме. Приняв кинжал и из раза в раз практикуясь, она осознавала, чем рискует. Эта стрела – самое большое последствие.

Сверкнувшая молния осветила Кровавые леса на долю секунды. Впереди были только искривленные стволы деревьев и ужасающая пустота.

Вскоре она увидела свет факелов. Прерывисто дыша, Тея держалась ближе к основанию каменных стен, она направлялась к служебному выходу.

«Слава богам», – подумала Тея, когда поняла, что дверь не заперта. Она остановилась у кладовой и поднесла кусочек нефрита к губам.

– Что ж, пора в очередной раз испытать судьбу, – пролепетала она и нырнула в тускло освещенную комнату. Внутри было прохладно, на гигантских крюках с потолка свисало мясо. Проходя мимо них, она заметила, что люк подвала приоткрыт.

Тея поморщилась, услышав дверной скрип, и заглянула внутрь. Ее лицо обдало теплом, исходящим от нескольких печей, носа коснулись ароматы готовившегося ужина. Слуг поблизости не наблюдалось, и девушка прошла мимо столов и бурлящих кастрюль. Она подавила в себе желание взять из стоявшей рядом корзины горячий рулет – повар, вероятно, пересчитывал все до единого.

Приблизившись к двери, Тея замерла.

Перед разожженным камином в потрепанном кресле сидела крупная фигура, в ногах ее спала большая собака.

Тея перевела взгляд с собаки на наполовину сплетенный кожаный пояс в огромных руках, а затем встретилась с серыми глазами.

– Малик.

В ответ огромный мужчина улыбнулся. Именно он подарил ей свой кинжал на смертном одре. Но он не умер. Некогда лицо Малика выражало свирепость, оно было усеяно шрамами, теперь же его озаряла улыбка, которую Тея полюбила.

Малик был Боевым Мечом в отставке. На поле боя он получил почти смертельный удар по голове и с тех пор молчал. Тея слышала болтовню стражей и щитоносцев, они обсуждали, как знаменитый воин лишился славы и стал дурачком. Но она знала, что это не так. Вскоре после того, как он подарил ей кинжал, она сидела в углу библиотеки и читала вслух какой-то сложный отрывок из книги, чтобы лучше понять смысл. Тогда она и встретила Малика во второй раз. Из-за стеллажа выглянула его массивная фигура, отчего Тея едва не подпрыгнула.

Но он подошел к ней, широко улыбаясь, и сел на соседний стул с видом, будто хотел ее послушать. Тея поняла, что его заинтересовал текст, но, вероятно, прочитать его сам он не мог. С тех пор она читала ему вслух.

Оглядев Тею, промокшую и растрепанную, он засветился от веселья.

– Я не могу остаться, – произнесла она. – Ты ведь никому не расскажешь?

Малик лишь улыбнулся и продолжил плести пояс.

– Спасибо.

Тея благодарно сжала плечо нежного великана и направилась к юго-западной башне.

* * *

К тому времени как Тея переоделась в сухую тунику и привела себя в порядок, ужин уже начался. В огромных каминах в обоих концах зала потрескивало пламя, факелы на стенах отбрасывали переливающийся свет на каменный пол.

В самом центре зала находились гигантские скульптуры Фурий – первых Боевых Мечей. В руках богини держали могущественные мечи. Каменные фигуры возвышались до самого потолка, рукояти их мечей стремились в ночное небо, подпирая свод крыши.

Под скульптурами на возвышении располагался стол. За ним на стуле с высокой спинкой, словно король, восседал Осирис, Мастер Гильдии. По обе стороны от него занимали места Боевые Мечи Тезмарра, несколько командиров и управляющих персоналом крепости, включая Одру. Ее выражение лица было суровым, а взгляд зоркий, как у ястреба.

Чуть ниже стояли два дубовых стола длиной во весь зал, за ними расположились воины всех рангов и работники крепости. Они уже вовсю уплетали тушеное мясо в горшочках и жареный картофель с подносов.

Тея поспешила сесть к своим товарищам, стараясь не встречаться взглядом ни с кем за главным столом.

Эльврен пронзила сестру яростным взглядом и неохотно уступила ей место на скамье.

– Можно и не спрашивать, – процедила она сквозь стиснутые зубы, разглядывая порез на щеке Теи.

– Не стоит, – ответила Тея и потянулась за пустой тарелкой и подносом с картофелем.

– Могла бы хоть скрыть этот порез косметикой, которую я тебе оставила. Не похоже, будто ты лежала в постели с кровотечением из носа и головной болью.

Тея проигнорировала сестру и принялась за свой ужин, еле сдерживая стон от наслаждения вкусной едой.

– Ты пропустила увлекательную смену переписи, Алтея, – заявила сидевшая напротив Ида, подруга сестер, и заправила свои короткие волосы за ухо.

– Я бы не поставила в одно предложение слова «увлекательная смена» и «перепись», – ответила Тея с полным ртом хлеба, пропитанного подливкой.

– Заткнись.

Рен указала подбородком в сторону Осириса, который вставал из-за стола.

Тея выпрямилась. Осирис обращался ко всему залу нечасто.

Мужчина был среднего роста, но на фоне окружавших его воинов он казался карликом. Его голова была выбрита, он носил кожаную одежду и ботинки командиров Тезмарра. Несмотря на худощавое телосложение, форма сидела на нем хорошо. Он окинул столы перед собой проницательным взглядом, пронзая каждого, и заговорил:

– Сегодня мы рады приветствовать дома одного из самых любимых нами Боевых Мечей… – начал он.

По залу, подобно лесному пожару, разнесся шепот, многие люди вытянули шеи, чтобы хоть мельком взглянуть на знаменитого воина, сидевшего справа от Осириса.

Тея вспомнила, как на вершине утеса встретилась со взглядом этих серебристых глаз, и по коже пробежались мурашки.

Мастер Гильдии кашлянул и продолжил:

– Уайлдер Хоторн провел несколько лет за пределами дома, защищая Срединные Королевства. Куда бы он ни отправился, за ним следуют рассказы о его победах и доблести…

В воспоминаниях Теи промелькнул окровавленный мешок.

– Но самое главное – он вершил правосудие Тезмарра, уничтожая тех, кто шел против нас.

Взгляд Теи переместился на воина.

Капюшон Хоторна был откинут, она рассматривала его в свете свечей: точеные линии челюсти, слегка изогнутый нос, темные брови и несколько бледных шрамов, заметных на его загорелой коже. Выражение его лица было таким же свирепым, таким же неумолимым, каким она его запомнила.

Говорили, что Боевых Мечей выбирают сами Фурии и наделяют их своей силой. По прохождении Великого Обряда воинам вручают дары от королевств: оружие от Наарвы, жеребца от Твера, пузырек целебной родниковой воды от Авеума, броня от Дельмиры и яд от Харента.

Из рассказов Тея знала, что Хоторн – самый молодой из всех, когда-либо пытавшихся пройти Великий Обряд, самый молодой Боевой Меч в истории и что он последний, кто вступил в их ряды.

«Пока что», – мысленно заявила она.

Однако на его лице не было и следа молодости, оно выражало только холод и беспощадную жестокость убийцы. Он продолжал молча сидеть, откинувшись на спинку стула и обводя зал пронзительным взглядом. Хоть внешне он казался жестоким, от дерзкого огонька в его глазах Тея ощущала прилив энергии, ее тело наполнялось теплом. Она повернулась в его сторону, и ее охватила легкая дрожь.

Осирис поднял свой кубок и прокричал:

– За возвращение Хоторна!

Все присутствовавшие поспешили повторить тост, по залу пронеслось оживление.

Рука Смерти наблюдал за происходившим, кровь врагов все еще была на его ботинках.

– Как думаешь, скольких монстров он убил? – Тея не сводила глаз с воина, в памяти мелькнуло гадкое воспоминание о сердце тенетворца.

– Кого волнуют монстры? – фыркнула Самра. – Что насчет женщин? Взгляни на эту челюсть, эти плечи… Взгляни на его формы… Пусть убьет меня, когда хочет.

Ида рассмеялась:

– Сам, оставь свои влажные мечты при себе.

– С чего бы? Мужчины этого никогда не делают. И я вообще удивлена, что Хоторн жив, его должны были повесить как…

– Сам! – рявкнула Тея. – Он Боевой Меч Тезмарра, прояви каплю уважения.

Самра закатила глаза:

– Если ты дала дурацкий обет безбрачия, это не значит, что остальные не должны развлекаться.

– Я не давала обета безбрачия, – с горечью произнесла Тея, ее тело напряглось. – Я просто…

Рен опустила руку на ее плечо и сжала его:

– Ты не виновата в том, что Эвандер оказался придурком.

– Полный идиот, – добавила Ида.

Возникла неловкая пауза. Сам кивнула и произнесла:

– Первоклассный ублюдок.

На душе Теи потеплело оттого, как разговор об ученике Мастера Конюшни сплотил подруг, но она отмахнулась:

– Прошло уже много лет.

Сам пожала плечами:

– Но он так и остался ублюдком.

Тея выдавила улыбку, но плечи ее поникли, когда она вспомнила его слова.

«Меня не интересуют воины. Ты и так скрываешь свою красоту под мужской одеждой и грязью… Ты понравилась мне, когда была алхимиком. Но если ты собираешься практиковаться с оружием и всюду носиться, как парень… Еще и учитывая пророчество…» Он сказал ей эти слова, когда она поделилась с ним своими мечтами. Тогда ее мир остановился.

Тот разговор оставил после себя смешанные чувства ярости и разочарования. Тея сидела с сестрой на утесе и плакала в ее плечо, а затем решила оставить эти отношения позади. Единственный обет, который она когда-либо давала, – это обет самой себе; она решила сделать все для того, чтобы стать на путь Боевого Меча. Что касается парней, то после разрыва с Эвандером у нее были еще, но все эти отношения были мимолетными, а все парни – одинаковыми. Эвандер и все остальные были испуганными мальчишками из крепости, никак не мужчинами. Рен однажды сказала Тее: «Настоящий мужчина не бросит тебя в бою и не будет сражаться вместо тебя. Настоящий мужчина поможет заточить меч, прикроет твою спину и будет сражаться вместе с тобой перед лицом даже самой кромешной тьмы».

Такого мужчину Тея пока не встретила.

Все вокруг Теи увлеченно беседовали. Обсуждали не только возвращение Хоторна.

Недавно после сражений с угрозой к югу от зимнего королевства Авеум вернулся отряд воинов, пользовавшихся популярностью. И теперь девушкам за столом не терпелось обсудить, как они изменились.

– Грудь Рейнора определенно стала шире, – ухмыльнулась Самра, поиграв бровями.

– Надейся, – возразила Ида. – Вспомни, там и раньше смотреть было не на что.

Рен прыснула:

– Не будь злюкой. Ему всего-то двадцать. В любом случае Сам нравятся парни постарше, он для нее маловат, – добавила она, наливая еще одну кружку эля.

Сам откинула назад свои волосы вишневого цвета и положила руку на грудь, изображая боль.

– Рен, ты меня ранишь.

– А что насчет тебя, Алтея-Девять-Жизней? Кто-нибудь приглянулся? Любой на твой выбор.

Услышав прозвище, Тея прищурилась, отчего порез на щеке защипало. Подруги стали называть ее так за то, что она годами вела себя безрассудно и нарушала законы Гильдии. Сегодняшнее происшествие – очередное тому подтверждение.

Алтея-Девять-Жизней. Она ненавидела это прозвище. Во-первых, оно словно делало ее самой глупой девушкой в компании… Во-вторых… Ей нравилось думать, что у нее больше девяти жизней.

Не сводя взгляда с Боевого Меча, сидевшего за главным столом, она положила себе еще одну порцию рагу.

– Нет, – сказала она, вздернув подбородок. – Почему меня должно интересовать что-то помимо кратковременных физических удовольствий?

Сам фыркнула:

– Ты просто не встретила того самого.

– Это все пустая трата времени. Работа у Фариссы и Одры, тренировки, прочие дела – у меня просто нет времени на какого-то глупого мальчишку. У меня куча дел, целей, которые я хотела бы осуществить…

«И мало времени», – подумала Тея. У остальных впереди целая жизнь, у нее же было всего три года. И, во имя богов всех королевств, тратить эти годы впустую она не собиралась.

– Моя самая главная цель…

– Ах, ну конечно же, твоя цель… – Рен покачала головой и сжала переносицу, словно многострадальный старец. – Тея, они никогда не позволят тебе стать одной из них. Ни за что в жизни. Может, пора уже бросить эту затею и смириться со своей судьбой, как и все мы? Ты только навлечешь на себя неприятности или что похуже. Мы ведь тоже вносим свой вклад в защиту королевства. Ведь наша работа тоже достойна уважения.

Тея еле сдержала себя, чтобы не ответить про алхимиков и писарей, взяла кружку сестры и осушила ее.

– Можете продолжить разговор о мальчиках, – произнесла она. – Или о ком-то еще, – добавила Тея, кивнув Иде.

– Ты так добра, – сухо ответила Ида.

Рен забрала свою кружку и вновь наполнила ее.

Мыслями Тея была уже не с ними… Она думала о сероглазом Боевом Мече, сидевшем за главным столом.

* * *

Когда девушки вернулись в свою комнату, очаг уже остыл, и Тея выругалась из-за холода. С каждой минутой жалобы остальных становились всё громче, и сестры принялись разводить огонь, бросая в камин хворост. Тея вздохнула, когда ее пальцев коснулось тепло. Она протянула руки к огню, а затем резко отдернула, когда что-то пролетело в воздухе в ее сторону.

Небольшое лезвие, которыми открывали бутылки, вонзилось в деревянный пол рядом с ногой Теи.

– Что за…

В нее полетело еще одно лезвие.

Тея увернулась.

– Сам! – крикнула она. – Хватит!

Но она знала: бездействовать не стоит. Тея вскочила на ноги и стала перепрыгивать с одного места на другое, в то время как в нее продолжали лететь новые острые снаряды, издававшие ритмичные глухие удары о стены и пол. Это было мальчишеское тезмаррское состязание на развитие быстрой реакции. Конечно, девушкам играть в эту игру было запрещено, поэтому подруги адаптировали ее под себя. Самра всегда утверждала, что они правил не нарушают, ведь вместо традиционных лезвий в форме звездочек и кинжалов они использовали алхимические инструменты.

Также Самра всегда говорила: «Еще я просто обожаю швыряться в Тею».

Когда подруги стали подростками, они добавили элементы танца. Ида настаивала на том, что однажды, возможно, им предстоит танцевать на балу или на свадьбе, а никто из них не умел двигаться легко и непринужденно. Тея не решалась сказать подруге о том, что шанс посетить подобные мероприятия ничтожно мал, и так появилась игра «Танцующие алхимики».

За многие годы в спальнях девушек, а также на них самих остались царапины и шрамы – последствия их состязаний. Подруги уже давно не играли в любимую игру. Работа и ежедневная рутина лишали их тихих радостей жизни.

– Черт! – Тея едва не лишилась пальца ноги. – Сам, что ты творишь?

Самра лишь пожала плечами и метнула очередной заостренный снаряд.

– Ты так жаждала чего-нибудь интересного, Алтея-Девять-Жизней… Подумала, что могу тебе помочь.

– Не испытывай меня… Ты знаешь последствия. Ты пожалеешь.

– Да ладно тебе… У меня осталось всего три лезвия, – ответила подруга, угрожающе крутя их в руках.

Рен недовольно вздохнула и попыталась выхватить у Сам оставшиеся лезвия.

– Фарисса искала их!

Но Самра ее проигнорировала и быстро метнула в Тею оставшиеся лезвия одно за другим.

Ее охватил трепет, и она начала свой танец. Сейчас Тея чувствовала себя живой. Она грациозно кружилась, уворачивалась и извивалась, при этом подбирая упавшие лезвия. Этот навык Тея оттачивала сознательно, так как понимала, что против силы серьезных противников ей придется использовать скорость и ловкость.

Когда из рук Сам вылетело последнее лезвие, Тея одарила ее улыбкой, похожей на волчий оскал.

– Моя очередь.

Она мастерски взмахнула запястьем – и маленькое лезвие сверкнуло в воздухе…

– Тея! – крикнула Сам, когда лезвие прошлось по нижней части ее хвостика и вонзилось в стену, ухватив за собой прядь волос вишневого цвета.

– Да помогут нам Фурии… – пробормотала Ида, обхватив голову руками.

– Что такое? – невинно спросила Тея. – Ты как раз без конца говорила о том, что пора бы подстричься.

– Я тебя убью… – пригрозила Сам сквозь стиснутые зубы, выдергивая из каменной стены лезвие и прядь волос.

– Попробуй.

Сам уставилась на волосы в своей ладони и, качая головой, коснулась теперь отстриженного хвостика.

– Ты сумасшедшая.

– Или невероятно талантливая.

– Или и то и другое, – добавила Ида.

– Определенно, – произнесла Рен, отбирая у Теи инструменты Фариссы.

– Тебе следовало хорошенько подумать, прежде чем соревноваться со мной в «Танцующих алхимиках», – возразила Тея.

Сам продолжала качать головой, но гнев ее смягчился.

– Тея как всегда, – пробормотала она. – Не хочет быть женщиной, но танцует лучше всех нас.

Когда все успокоились, Тея дотронулась до тонкого пореза на щеке, покрывшегося корочкой, и в голове эхом пронесся звук рассекающей воздух стрелы. У нее появилось ощущение, словно несколькими часами ранее «Танцующие алхимики» спасли ей жизнь.

Рен поймала ее взгляд, и в глазах ее читалось множество вопросов.

Тея пожала плечами. Пускай Рен ничего не знает и спит спокойно. Да и в целом, сегодня был не такой уж и ужасный день.

И он продолжал оставаться таким до того момента, пока Тея не потянулась за своей ночной рубашкой и не скинула ботинки. Вдруг руки на пуговицах туники замерли, тело стало ватным, и, несмотря на жар от камина, ее внезапно охватил холод.

Ее кинжал пропал.

И она точно знала, где его оставила.

Глава 4

Тее снова снилась провидица.

«Помни меня», – произнесла она в ночи, вырезая на куске нефрита пророчество. У нее не было лица. Никаких отличительных черт. Но голос ее звучал как зов сирены. Сколько судеб она предсказала до Теи? Скольких она передала Эновиусу?

Тея ощутила на ладони холод камня судьбы и резко проснулась с прерывистым вздохом.

С соседней кровати за ней наблюдала Рен.

– В чем дело? – спросила сестра, задумчиво нахмурив брови.

Тяжело дыша, Тея пару мгновений привыкала к рассветному свету, проникавшему сквозь окна, и к утренней прохладе, ощущавшейся на разгоряченной коже. Остальные крепко спали.

– Все в порядке, – тихо ответила она, сердце ее все еще быстро билось. Она выпустила из руки камень судьбы и спрятала его под ночную рубашку.

Однако Рен все видела:

– Тебе снова приснился кошмар.

Спорить не было смысла. Тея кратко кивнула, стирая рукавом пот со лба.

– Я думаю, тебе действительно нужно поговорить с Фариссой. Она может дать тебе что-то…

– Я не собираюсь пить какое-то зелье, чтобы уснуть, – отрезала Тея. – Мне нужно быть начеку.

– Забудь, – со вздохом ответила Рен. – Я просто хочу, чтобы ты поделилась с кем-то своей проблемой.

– Ты знаешь. Этого достаточно.

– Разве? Носить камень судьбы… Это тяжелое бремя.

Но Тея была полна решимости.

– Это не бремя, а подарок, – возразила она, свешивая ноги с кровати и морщась от ледяного пола. – Знать, когда умрешь, – это знать, как жить, сестренка.

– Ладно, но помни, что пока ты действительно не умрешь – это не судьба.

Тея натянула брюки и тунику:

– Приму к сведению.

С другого конца комнаты донесся стон.

– Только не говорите, что вы уже готовы вцепиться друг другу в глотки, – пробормотала Ида из-под подушки.

– Ничего особенного, просто выражаем сестринскую любовь, – проворчала Рен, тоже поднимаясь с кровати.

– Боги милостивые, должно быть, действительно наступает конец света.

Тея подмигнула Рен и постучала по камню судьбы, спрятанному под одеждой.

– Не сегодня.

* * *

Если и существовало место, где Тея не хотела бы находиться в это утро, – это алхимическая мастерская. Задания были утомительными, и обычно она зарабатывала свежий ожог или порезы на руках. Без своего кинжала в сапоге Тея ощущала себя голой. На душе у нее было неспокойно, ей не терпелось поскорее отыскать его в Кровавых лесах, пока он не заржавел под влажными листьями или его не обнаружил какой-нибудь любопытный щитоносец.

– Черт. – Она почувствовала, как ее кожу пронзила боль от пореза, и отдернула руку от пучка дикой лаванды, которую срезала.

– Ты витаешь в облаках, – произнесла Рен и протянула сестре чистую салфетку, чтобы остановить кровь на указательном пальце.

– Потому что эта работа – неблагодарная, – ответила Тея.

Рен уперла руки в бока:

– Ты хоть знаешь, что мы сейчас готовим?

– Какое-то зелье? – тихо спросила Тея, видя, что сестра готова взорваться.

– Настойку от мигреней…

Тея открыла рот, чтобы перебить сестру, но Рен подняла руку, заставляя ее замолчать.

– От мигреней вроде тех, которыми страдает твой друг из библиотеки.

Малик.

Рен продолжила:

– Благодаря нашим трудам облегчаются страдания тех, кто пошел на невероятные жертвы, защищая наши королевства. И ты хочешь сказать, что эта работа неблагодарная, слишком неблагородная для таких, как ты?

Тея покраснела:

– Нет.

– То-то же. А теперь заткнись и постарайся не отрезать себе пальцы.

За их спинами раздался смех, и Тея с ужасом поняла, что это была Фарисса, Мастер Алхимии. Она выглядывала из-за их плеч, скрестив руки на груди.

– Я бы не смогла сказать лучше. – Она мило улыбнулась. – Тея, тебе следует прислушаться к сестре.

Тея стиснула зубы:

– Конечно, Фарисса.

– Вижу, ты уже оправилась от очередного кровотечения… Какое счастье.

Тея переступила с ноги на ногу, вновь устремив взгляд на лаванду:

– Да, это точно.

Мастер Алхимии покачала головой и повернулась к Рен.

– Я бы хотела еще раз взглянуть на те наброски, когда у тебя будет свободная минутка, Эльврен. Надеюсь, ты их взяла?

Рен кивнула:

– Конечно.

– Я бы попросила тебя оставить сестру доделывать настойку самостоятельно, но мы ведь не хотим никого отравить, верно?

Рен рассмеялась:

– Разумеется, нет. Я зайду к вам позже.

– Боги, какая же ты подлиза, – буркнула Тея, когда Фарисса подошла к другому столу.

– А ты ведешь себя как избалованный ребенок, – огрызнулась Рен. – Не будь ты такой занудой, я бы показала тебе, что придумала. Это нечто… В общем, ты бы это оценила.

Тея уловила нотку лукавства в голосе сестры. Если Рен в таком расположении духа, значит, Фурии благосклонны. Хоть Тее и не хотелось признавать вслух, но Рен была поистине гениальна. Она – прирожденный изобретатель, и по огоньку в ее глазах Тея понимала: все, что она создала, однажды обязательно изменит судьбы в королевствах.

– Ладно. – Тея скрестила руки на груди. – Давай взглянем.

Рен ответила ей зловещей улыбкой. Забыв о перепалке, она порылась в своей сумке и вытащила несколько листов пергамента, затем расправила их и положила на стол.

– Вот, – гордо произнесла она.

Глядя на эскизы, Тея нахмурилась.

– Чайник?

Он был очень красивым, идеально симметричным. Опять же, ее младшая сестра была невероятна хороша во всем, за что бралась. Настолько, что бесила.

– Это не просто чайник, – ухмыльнулась Рен. – Я назову его чайником для дамских обедов.

– Понимаю, – ответила Тея, хотя на самом деле это было неправдой. Ее не интересовали дамские обеды.

Однако Рен продолжила, она перешла к следующей странице. На ней был изображен детальный набросок чайника изнутри.

Тея прищурилась:

– Но почему в нем два отделения?

– Одно для чая, – ответила Рен, сверкнув глазами цвета морской волны. – Второе – для яда.

– Чего? – усмехнулась Тея.

Тея ожидала услышать от сестры что угодно, только не слово «яд».

– Пока ты останавливала свои кровотечения, мы с Фариссой работали над несколькими небольшими изобретениями, – объясняла Рен. – Этот чайник – одна из моих идей. Каждое отделение чайника соединено с потайным отверстием, расположенным около ручки.

Рен показала их на рисунке и продолжила:

– Чтобы налить определенный напиток, необходимо, чтобы отверстие было открыто.

– Но…

– Задумайся, Тея. Представь, что ты пришла в гости к человеку, которого подозреваешь в недобрых намерениях. Разве ты бы не захотела убедиться, что он пьет тот же напиток, что и ты, прежде чем самой рисковать?

– Ты права…

– Напитки в каждом отделении должны выглядеть одинаково. И тот, кто разливает, должен запомнить, где чай, а где – яд. Чтобы отравить врага, необходимо закрыть пальцем отверстие, ведущее к отделению с чаем. Чтобы налить напиток себе, нужно зажать отверстие, ведущее к отделению с ядом. Главное, не перепутать. Кажется, что напиток наливается из одного и того же места… Видишь?

Тея недоверчиво уставилась на листы:

– Но как?

– Сегодня днем я приступаю к созданию первой модели, чтобы показать, как это работает. Все просто: поверхностное натяжение и давление не дают жидкости вытечь из чайника. Если закрыть отверстие, воздух не сможет попасть в соответствующее отделение внутри чайника. – Рен вновь указала на эскиз. – Таким образом, площадь поверхности жидкости уменьшается, и она не может вытечь через носик. Если зажать отверстие, давление воздуха удержит жидкость, и она не выльется.

Тея медленно покачала головой в удивлении.

– Рен, очень впечатляет, – выдавила она, продолжая разглядывать листы.

– Спасибо.

– Знаешь… От тебя я никак не ожидала такого приспособления.

– Не только тебе быть сумасшедшей.

Тея рассмеялась, поддаваясь настроению сестры.

– Рада это слышать.

Остаток часа сестры работали в приятной тишине, они готовили различные настойки для лекарей и какие-то сомнительные тонизирующие зелья для неизвестных им людей, не задавая лишних вопросов. Так и работали все женщины в Тезмарре. В основном Тея слушала наставления Рен, все еще восхищаясь одаренностью сестры. Она представляла, для каких тайных миссий может пригодиться чайник для дамских обедов.

Все время, что Тея нарезала и измельчала ингредиенты, она думала о том, что ей не хватает соприкосновения ее кинжала с лодыжкой. Ей не верилось, что она умудрилась его потерять. В течение всей смены Тея пыталась найти возможность ускользнуть на его поиски, но Фарисса не спускала с нее глаз, точно ястреб. Сейчас она напоминала Одру, Фарисса будто чувствовала, что мысленно Тея уже одной ногой находилась за дверью.

* * *

К разочарованию Теи, обед был недолгим, и сбежать в Кровавые леса ей снова не удалось. Ощущая неприятную горечь, она шла по коридору первого этажа вместе с Рен, и чувство поражения преследовало ее с каждым шагом. Фарисса к пропуску вчерашней смены отнеслась спокойно, однако Тея сомневалась, что Одра проявит к ней такое же снисхождение. Тея прикоснулась рукой к ссадине на щеке и пожалела, что предусмотрительно не скрыла ее косметикой Рен.

Только они подошли к ступеням, ведущим в восточную башню, как неподалеку раздался резкий смех. Поняв, кому он принадлежит, Тея сжала пальцы в кулак. Веселье этого человека никогда не предвещало ничего хорошего. Она сделала шаг в направлении звука.

– Тея, не надо. – Рен была готова схватить Тею за локоть.

Несмотря на то что все внутри начало закипать, девушка уступила.

– Ладно, – пробормотала она и направилась к лестнице.

Шесть лет назад во время занятия по самообороне, после спарринга с Рен, сражаться с которой было неинтересно, Тея попросила соперника посильнее. Себастос Барлоу вызвался показать ей, какой он достойный противник. Однако Тея на глазах у всех группы нанесла ему такой удар, что он отшатнулся в сторону. Хоть в итоге раунд выиграл Себ, все же Тея задела его эго. Она захотела исправить ситуацию, поэтому после спарринга протянула ему руку для пожатия, но он отказался.

Себ сказал ей с усмешкой: «Думаешь, я пожму руку какой-то грязной беспризорной девке?»

Рен предупреждала Тею, что она нажила себе врага в лице Себастоса Барлоу. Сестра, как всегда, оказалась права. Если он рядом, значит, драки не миновать.

Смех прозвучал снова, на этот раз громче. Затем раздался издевательский голос, от которого по коже Теи всегда пробегал неприятный холод.

– …взгляните на этого безмозглого идиота. Он даже не может идти ровно…

Тея без раздумий пошла на звук.

Она отмахнулась от хватки сестры и, игнорируя ее протесты, завернула за угол.

Тея увидела гигантскую фигура Малика, которую окружила группа щитоносцев. Они тыкали в него своими тренировочными мечами. Малик отступал от них, выставив огромные руки перед собой в попытке защититься, и спотыкался о собственные ноги.

У Теи кровь застучала в висках.

– Себ! – Ее голос эхом разнесся по коридору, она стояла, широко расставив ноги и напрягаясь всем телом.

За ее спиной послышался глубокий вздох Рен.

Щитоносец резко обернулся:

– Чего тебе, беспризорная?

Тея шагнула к нему, ее щеки пылали от гнева.

– До сих пор не придумал более оригинального оскорбления? – Глядя на порезы на руках Малика и растерянность в его серых глазах, она старалась говорить спокойно. – Половина жителей Тезмарра – сироты.

– Но ты – сама грязная и бесполезная. Посмотри на себя, – ответил он и брезгливо сморщил нос, глядя на ее брюки, тунику и грязные ботинки. – Даже не знаю, на кого ты больше похожа: на собаку или на своего уродливого друга. Или ты пытаешься выглядеть как мужчина?

Тея чувствовала ярость стоявшей за ее спиной Рен, но не обернулась. Она вновь сжала пальцы, словно собираясь схватить кинжал, которого у нее больше не было. Но это и неважно, если понадобится, она готова убить его голыми руками.

Себ продолжил глумиться над ней:

– Так чего тебе?

Тея сделала еще один шаг к щитоносцу, игнорируя его свиту. Все отвернулись от Малика, чтобы поиздеваться над ней, угрожающе сжимая свои тренировочные мечи.

– Оставьте его, – сказала она.

Себ фыркнул:

– А то что?

Тея сжала кулаки и оставила его вопрос без ответа. Хоть у нее не было оружия и они численно превосходили, Тея не могла закрыть глаза на то, что они делали с Маликом, и неважно, чего бы ей это стоило.

Она глубоко и прерывисто вздохнула.

– Оставьте его, – повторила Тея. – Он бывший Боевой Меч. И он заслуживает уважения. Ваше поведение – позор Тезмарру.

– Если бы ты была одной из них, то точно бы стала настоящим позором Тезмарра.

Он выпятил грудь и приблизился к Тее, возвысившись над ней.

Несмотря на недобрый огонек в его глазах, Тея не сдвинулась и на миллиметр.

Товарищи Себа расправили плечи и приблизились вслед за ним.

– На твоем месте я бы держалась от моей сестры подальше, – послышался голос Рен.

– Будто мы боимся эту неотесанную, – возразил Себ.

– А я и не говорила, что нужно бояться ее.

Мимо уха Теи пролетел ветерок. Поднялось облако фиолетовой пыли и затем опустилось на щитоносцев.

Кто-то закашлялся.

Себ раздраженно оглядел свою тунику, покрытую пылью.

– Это что, ведьмина проделка?

Он сердито смотрел на Рен и отряхивал пыль, как вдруг…

Выпучил глаза и схватился за шею.

На неприкрытой одеждой коже мгновенно появилась сыпь, и Себ начал яростно чесаться.

– Что ты сделала, тварь?

Лица товарищей, стоявших за его спиной, покраснели, и они принялись их чесать, царапая.

– Думаю, вам пора отправиться в лазарет, – сказала Рен и подошла к Тее, любуясь своей работой. – Не хотелось бы, чтобы случилась какая-то неприятность.

Себ вновь выпучил глаза.

– Сука! – крикнул он и, шатаясь, ушел от них, друзья его последовали за ним.

Тея повернулась к сестре, глядя на нее широко раскрытыми глазами.

Рен подняла брови:

– Ну что, начинай. Скажи, как ты не нуждаешься ни в чьей помощи, как ты справилась с ними самостоятельно.

– Я… – Тея не могла подобрать слов. – Ты… Ты была великолепна.

– Вау.

– Напомни мне бесить тебя чуточку меньше.

Тея заметила на своей коже фиолетовую пыль:

– Но почему я…

– Не повторила их участь? – перебила Рен. – У тебя иммунитет ко вдовьему пеплу.

– Что?.. Как?

– Потому что я постаралась.

– В смысле?

– В последние несколько месяцев я посыпаю им твои простыни. Повышаю твою толерантность.

– Так вот почему я столько раз просыпалась от чесотки… Боги, Рен. Скажи, что ты шутишь.

– Я не шучу со вдовьим пеплом.

– Ты сумасшедшая.

– Уверена? Может, я просто готовлю свою безрассудную сестренку к тому неизбежному моменту, когда она откусит больше, чем может проглотить, и нарвется на группу вооруженных щитоносцев?

Тея потерла виски, качая головой:

– И то и другое.

Рен рассмеялась.

– Пойдем, – сказала она. – Мы опаздываем к Одре.

Но внимание Теи теперь сосредоточилось на Малике, который стоял в паре метров от них. Он покраснел, лоб его покрылся бисеринками пота.

– Нужно проводить Малика в его покои, – ответила она сестре.

Рен проследила за ее взглядом. Бывший воин ходил взад-вперед, часто моргая и тяжело дыша.

– Думаю, ты права. Я предупрежу Одру.

– Забей на Одру, не оправдывайся. Ты и так будешь в полном дерьме.

– Я пойду с тобой…

Тея лишь отмахнулась:

– Ты его только смутишь. Иди, с нами все будет в порядке.

Рен коротко кивнула и, поднявшись по лестнице, скрылась за дверью.

Тея подошла к Малику, старясь не напугать его.

– Ты опять заблудился, приятель? – прошептала она.

Услышав ее голос, Малик широко раскрыл глаза и поднял голову. Пару мгновений он двигал ртом, а затем расслабился.

– Как хорошо, что я знаю дорогу, – сказала она. – Пойдем.

Ей хотелось взять его за руку, но делать этого она не стала. Ей неизвестно, насколько сложным было повреждение его мозга. Однако она знала Малика достаточно долго, чтобы понимать: после волнительных событий и встрясок ему становилось очень тяжело, он утомлялся, все его чувства и эмоции обострялись.

Она опасливо шла по крепости, отмечая, что сегодня Малик плохо держится на ногах.

– Тебе просто нужно немного побыть в тишине, – заверила она его, придерживая для него дверь.

Однажды, когда Малик заблудился, Одра показала Тее путь к его покоям. Острая на язык библиотекарь была нежна и добра к нему. Тея сделала вывод, что они знакомы, и только спустя время поняла: вероятно, Одра знала его с тех времен, когда он был Боевым Мечом. Возможно, они даже вместе тренировались.

Они подошли к покоям Малика и увидели, что дверь не заперта. Только она открылась, как Дакс, пес Малика, взволнованно их встретил.

– С ним все в порядке, – сказала Тея дворняге, активный хвост которого угрожал ей синяками на ногах.

В дверях она дождалась, пока Малик усядется в кресло перед холодным камином.

– Хочешь, я растоплю камин? – спросила она.

Малик уставился на черные угли.

– Хорошо, – произнесла Тея, обращаясь скорее к себе, нежели к бывшему воину. – Оставлю тебя.

Она развернулась, чтобы уйти, но услышала, как Малик издал скрипучий звук.

Девушка подождала, понимая, что он пытается выговорить слова и что ей никогда не понять этих мучений. Ей перехватило горло, она так хотела бы ему помочь.

Словно прочитав ее мысли, он покачал головой.

Тея откинула упавшие на лицо прядки волос и вздохнула, слова вырвались сами собой.

– Я потеряла его, – призналась она, постучав по лодыжке. Малик знал, где она хранила кинжал. – Я потеряла его в Кровавых лесах, мне так жаль, – произнесла она.

Малик улыбнулся, и Тея не могла понять, чему именно. Дрожащей рукой он махнул на дверь, веля ей уйти.

Тея ощущала во рту горький привкус сожаления. Она потеряла единственную вещь, напоминавшую о том, кем Малик был до ранения; вещь, которую он доверил ей хранить и беречь. Он прошел через столькие испытания, а Тея так глупо потеряла кинжал, добытый потом, кровью и самопожертвованием.

Нет, она все исправит. Тея закрыла за собой дверь бывшего Боевого Меча и двинулась по коридору. Но не в сторону кабинета Одры, где ее ждали задания. Она направлялась в Кровавые леса.

Снаружи царили серость и мрак, но все же свободно передвигаться по крепости и за ее стенами без риска оказаться замеченной было небезопасно. Однако у Теи имелись свои пути. За время ее интрижки с Эвандером она узнала о некоторых наименее охраняемых местах Тезмарра и о малоизвестных тропах на опушках лесов. Благодаря этим знаниям их отношения не были абсолютной тратой времени.

Вскоре она вновь оказалась среди деревьев Кровавых лесов. В воздухе витал насыщенный влажный запах приближавшегося дождя. Она наткнулась на свой след, оставшийся со вчера, и сразу же постаралась его замести. Меньшее, что ей нужно, – это чтобы какой-нибудь любопытный щитоносец шел за ней по пятам. Тея также не исключала, что Себ, желая отомстить, может отправить за ней парочку своих дружков. Она надеялась, что сам он все еще находится в лазарете и, словно блохастое животное, чешет свои яйца.

Вскоре Тея добралась до поляны, на которой была вчера. Разбуди ее среди ночи, она бы узнала это место. Это явно было оно – стрела все так же торчала из дерева. Тея задумчиво провела покрытыми шрамами пальцами по оперению. Оно оказалось таким мягким – поразительный контраст со смертоносным наконечником, впившимся в ствол.

Стрелявший хорошо знал свое дело. Если бы не ее быстрая реакция, выработанная за годы игры в «Танцующих алхимиков», стрела попала бы точно в цель.

Тея одернула себя. Она пришла сюда не для того, чтобы размышлять о случившемся.

«Где же я его уронила?» Тея присела на корточки и провела ладонями по земле. Затем еще раз… Она помнила, что держала кинжал до того, как в нее полетела стрела. Девушка корила себя. Ронять вещи, будучи застигнутой врасплох, – не самая лучшая черта великого воина.

Обходя пронзенное стрелой дерево, Тея копалась в опавшей листве. Она была уверена, что, даже если случайно пнула кинжал, он был где-то здесь. Он не мог укатиться далеко.

Пока она была занята поисками, тело охватило какое-то неприятное чувство.

Тея обшаривала усеянную листьями землю более лихорадочно, смотрела даже там, где кинжала быть не могло. Волнение в груди все нарастало, и в конце концов Тея упала на колени на влажную землю.

– Черт, – пробормотала она, уставившись на пустые руки.

Вдруг по ее коже пробежал холодок, волосы на затылке стали дыбом, и Тея подняла взгляд.

У нее перехватило дыхание.

Одетый в черные кожаные одежды воина и прислонившись к дереву, перед ней стоял Уайлдер Хоторн. В своих длинных татуированных пальцах он крутил ее кинжал.

– Это ищешь? – спросил он.

Глава 5

Каждая клеточка Теи буквально кричала о том, что нужно бежать, но она так и стояла на коленях в грязи, будто прикованная.

Взгляд серебристых глаз Хоторна пронзил ее, он решительно шагнул к Тее, возвысившись над ней своим мускулистым телом.

– Не отрицаешь? – Его голос глубокий, с хрипотцой. Казалось, слова отдавались эхом по всему ее телу.

Тея вскочила на ноги, ее сердце бешено стучало, больно ударяясь о грудную клетку, губы сжались в тонкую линию.

– Ты хоть знаешь, что это за кинжал? Что он особенный?

Хоторн вновь покрутил кинжалом. Его тон казался спокойным, но от взгляда Теи не скрылось, как мускул на его челюсти дернулся. Вблизи воин казался еще более свирепым, чем когда она наблюдала за ним на утесе и за ужином. Лицо его выражало невероятную суровость и жестокость, темная борода еще больше заостряла угловатую челюсть, а в глазах под длинными черными ресницами бушевала буря.

Тея вновь предпочла молчать. Что бы она ни сказала, он не поверит ей, не поймет. Она была алхимиком, причем плохим. Она нарушила закон Гильдии и, как бы сказал Себ, была позором Тезмарра. Тея никак не могла владеть кинжалом, не говоря уж… Она окинула взглядом пустой лес и на долю секунды задумалась…

– Можешь попробовать сбежать, если хочешь, – произнес он с промелькнувшим во взгляде весельем, будто бросая вызов. – Но ты забываешь, с кем имеешь дело.

Тея изо всех сил старалась проглотить ком в горле, ее пальцы онемели. Неважно, как усердно она втайне тренировалась и как хорошо изучила секретные места Кровавых лесов, – перед ней стоял Боевой Меч Тезмарра. У нее не было шанса.

Хоторн убрал ее кинжал в ножны на своем ремне, наблюдая, как на ее лице пронеслось осознание.

– Пойдешь в крепость добровольно или предпочитаешь унизительно отправиться туда на моем плече?

Услышав эти слова, Тея вздернула подбородок, ее возмутила нотка веселья в его голосе.

– Я пойду сама.

– Хорошо.

Они шли по Кровавым лесам молча, взгляд Теи то и дело возвращался к ее кинжалу на его поясе, она винила себя за собственную глупость. У нее забрали самое ценное, что у нее было, и она шла навстречу наказанию, которого так боялась. Тея не думала, что однажды оно ее настигнет. Неужели она была такой наивной? Такой безрассудной и глупой, как часто и говорила Рен?

«Очевидно, так и есть».

Она шла рядом с Боевым Мечом, и его властная фигура отбрасывала на землю длинные тени. Он излучал мощную силу, при взгляде на него по ее венам пробегали разряды энергии, она ощущала трепет в груди. Хотя он казался холодным и непреклонным, за его спиной были мечи и играли желваки, все же от чего-то по телу Теи разливалось тепло.

Он словно почувствовал предательскую реакцию ее тела, поэтому скользнул по ней своими серебристыми глазами.

– Хочешь что-то сказать? – прорычал он.

Тея проклинала себя. На кону ее будущее в Тезмарре, а она пожирает взглядом Боевого Меча, который может ее этого будущего лишить!

– Нет, – ответила она, глядя на свой кинжал в ножнах на его поясе.

– Хорошо.

И вот, в тени могущественного Боевого Меча Алтея Золтейр шла навстречу своей гибели.

* * *

Они подошли к покоям Мастера Гильдии. Хоторн сжал пальцы в кулак и забарабанил в дверь, и только тогда Тея поняла, насколько сильно она напугана. Ее туника промокла от пота, она собирала по крупицам свою силу воли, заставляя себя дышать ровно. Услышав шаги по ту сторону двери, она напряглась, ноги ее стали ватными.

Дверь распахнулась, и Тея уставилась на проницательное лицо Осириса.

– Хоторн, в чем дело? – спросил он, хмуро глядя на Боевого Меча, возвышавшегося над жалким растрепанным алхимиком.

– Нашел ее с оружием, и это не единственное ее правонарушение, – ответил Хоторн, даже не взглянув на нее.

– С оружием? – Осирис моргнул.

– Она была в Кровавых лесах с кинжалом. Из наарванской стали. – Тон Хоторна был отрывистым, словно ему не терпелось разобраться в ситуации и пойти по своим делаем; словно решать судьбу Теи – ниже его достоинства.

Осирис пронзил ее взглядом и скривил губы, его презрение к ней было практически осязаемым. Проигнорировав ее присутствие, он сказал:

– Отведи ее в зал совета и жди меня.

Дверь перед их лицами закрылась, и Хоторн жестом велел Тее идти за ним по коридору. По ее спине пробежала леденящая дрожь.

Зал совета. Над ней состоится суд? Тея взглянула на Боевого Меча справа от себя в попытке найти хоть какую-то подсказку и понять, что ее ждет.

Однако выражение его лица было непроницаемым. Она отметила лишь одну крошечную деталь: его рука то и дело тянулась к ее кинжалу на поясе и под темной щетиной подрагивал мускул.

«Кинжал что-то для него значит, – подумала Тея. – Но что именно?» Она владела кинжалом уже шесть лет, а до этого он принадлежал Малику. Она знала точно: когда она нашла оружие, Хоторна в Тезмарре не было.

Подойдя к дверям зала совета, Тея подавила в себе желание упереться ногами в пол и отказаться заходить внутрь.

– Что там будет происходить? – спросила она.

Боевой Меч даже не взглянул на нее, он лишь толкнул двери и подождал, пока она зайдет. От него исходила ярость.

За дверьми находился узкий прямоугольный зал с тусклым освещением. В центре располагался стол из дорогого красного дерева, вокруг которого стояли шесть стульев с высокими спинками. Хоторн собрал несколько лежавших на столе карт, свернул их и положил на ближайшую полку, забитую книгами. Тея оглядела бордовые шторы, которые, по-видимому, закрывали окно, и тележку с графинами, стоявшую в дальнем углу.

– Тебе стоит сесть.

Глубокий голос Хоторна заставил ее вздрогнуть.

– Постою.

По комнате пролетел сквозняк, и Тея вздрогнула. Она огляделась, пытаясь найти камин, но его не оказалось.

Боевой Меч следил за каждым ее движением.

Ей не нравилось, когда ее рассматривали.

– Что вы сделаете с моим кинжалом? – осторожно спросила она.

– Он не твой.

– Он мой.

– Давай на мгновение забудем, что женщинам владеть оружием запрещено, – сказал он, доставая кинжал из-за пояса и проверяя татуированным пальцем его остроту. – Откуда простой алхимик мог взять кинжал из наарванской стали?

– Я его не крала. – От его тона Тея скрипнула зубами. – Это подарок.

Хоторн моргнул:

– Подарок, значит.

Тея открыла рот, чтобы ответить что-то в свою защиту, как вдруг дверь распахнулась. И в этот момент она действительно пожалела, что не села.

В зал зашел не только Мастер Гильдии. Его сопровождали остальные Боевые Мечи: Тордж Гроза Медведей и Вернич Кровопускатель. Казалось, что вместе с Хоторном они заполняли весь зал совета.

– Сядь, – приказал Осирис.

На этот раз Тея подчинилась. Она выдвинула ближайший стул, опустилась на него и положила дрожащие руки на колени. Она не знала, куда смотреть. Только вчера она наблюдала, как могучие воины вернулись в Тезмарр. Могла ли она представить, что уже так скоро встретится с ними лицом к лицу?

– Что происходит, Осирис? – хриплым голосом требовал ответа Вернич. – Я собирался отправиться в Харент.

– У нас тут, оказывается, нарушитель. – Мастер Гильдии указал на Тею.

Ее сердце норовило выпрыгнуть из груди, но взгляд она не отвела.

Вернич скривил губы:

– Понятно.

– При ней было оружие из наарванской стали. – Осирис облокотился о стол и покачал головой. – Глупая девчонка. Неужели ты не понимаешь, что законы приняты для того, чтобы защитить женщин? Чтобы защитить всех нас?

– Я уже сказала ему, – она указала подбородком на Хоторна. – Этот кинжал – подарок. Боевой Меч настоял, чтобы…

– Ни один Боевой Меч не отдаст свое оружие. Особенно какой-то девчонке. Ты знаешь законы. Знаешь, чем рисковала.

Плечи Теи поникли. Они ей не верили. Даже если бы и поверили, она в любом случае нарушила правила. Все ее тело сковал животный страх, она ждала, что будет дальше.

– Тогда она изгнана. Отправь ее куда подальше, – заявил Вернич.

– Поддерживаю, – добавил Хоторн, скрестив руки на широкой груди.

Тордж Элдерброк бросил на них удивленный взгляд:

– Во имя всех королевств, вы действительно так просто согласитесь на это?

– Ты же знаешь, я и щитоносцев еле выношу, – продолжил Хоторн. – Что говорить о ворах, которые пробираются по Кровавым лесам с нашим священным оружием.

– Знаю, знаю, – проворчал Вернич. – Мы здесь как раз для того, чтобы…

Дверь с грохотом распахнулась.

Вошла Одра, библиотекарь. Ее глаза за стеклами очков выражали ярость, серебристые волосы были собраны в тугой пучок на затылке, и это придавало ее лицу еще более суровое выражение. Несмотря на небольшой рост, Одра выглядела так же угрожающе, как и могучие Боевые Мечи. Из-за того, что женщина была не в духе, она казалась еще более устрашающей.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.