Павел Тонких
Рассыпая смерть

Как-то обычным зимним вечером мы, трое подростков, прогуливались по опустевшему к тому времени парку. На часах было около девяти вечера. На улице стоял крепкий мороз, был гололёд, дул холодный ветерок. Мы просто шли и рассуждали о том, кто кем хочет стать после окончания школы. На эту тему мы говорили уже раз сто, но всё всегда сводилось к одному: хотелось быть такими же крутыми, как, скажем, Джон Коннор или Брюс Уэйн. Одним словом, хотелось спасать мир. – Знаете, моё предложение такое: хватит языками трепать, настало время как-то себя проявить, – сказал один из парней. Звали его Томас, мы же называли его просто Том. – Что предлагаешь? – спросил мой друг Риччи. – Я предлагаю выбрать объект и, наконец, заняться реальным делом, – сказал Том. – Какой объект и что с ним делать? – спросил я. – Ну, вот например, есть ли у нас в городе люди, о которых мало кто что знает, может какие-нибудь странные люди? – спросил Том. – Нил, есть предложения? – спросил у меня Риччи. – Никаких идей, – ответил я. Разговаривая ни о чём, на самом деле, мы просидели на скамейке ещё минут пятнадцать, так и не придумав ничего интересного. Мы все втроём двинулись домой. Вдруг, вдалеке, в свете фонаря, Томас увидел знакомый силуэт. Это был мужчина средних лет, который ходил с лопатой и каким-то тяжеленным пластиковым баком на колёсиках с солью или чем-то ещё. На голове его был капюшон, лицо закрыто шарфом. Одет он был в длинное старое, потасканное пальто. На руках – рваные, грязные тряпочные перчатки. Лопату он не носил, а таскал за собой, волочил её по земле. Содержимое бака он лопатой доставал и посыпал ледяные дорожки. Казалось бы, старик делает доброе и нужное дело, но всё оказалось не так просто. Вдруг он как вкопанный остановился и медленно повернул голову в нашу сторону. Томас в ту же минуту сорвался с места и давай бежать в другую сторону, как будто за ним кто-то гонится. Мы тут же бросились за ним. Догнать нас тот человек вряд ли бы смог, так как он еле передвигался. Мы пробежали несколько метров и, спрятавшись за углом дома, стали выглядывать оттуда, смотря, нет ли кого сзади. – Что это было сейчас? – спросил я Томаса. – Да ты хоть знаешь, кто это был сейчас? – спросил Том, показывая пальцем в сторону, откуда мы прибежали. – Дед, который уже не один год посыпает улицы, – ответил я. – Дед? Это не просто дед. Мой отец говорил мне: если вдруг увидишь его, беги со всех ног, всё равно куда, главное быстрее, – ответил Томас. – Чем он так опасен? – спросил Риччи. – Это мистер Эштон Чалмонден. Он убийца. Говорят, в прошлом он был известным, а сейчас обычный бродяга. Ни дома, ни адреса, ни телефона у него нет. Вы слышали истории о том, что в городе пропадают люди? – говорил Томас. – А причём тут он? Ты его видел? Вряд ли бы он смог кого-то убить. Да и вообще, откуда ты знаешь о нём? – спросил Риччи. – Потому что мой отец ведёт дела о пропавших людях, – ответил Том. К слову сказать, отец Томаса был офицером полиции. – А почему тогда он не за решёткой? – спросил я. – Никто не знает, где он живёт. Пару раз его забирали в участок прямо с улицы по подозрению, но дальше дело не двигалось. Против него нет доказательств. Его всё время отпускали. – Так, у меня появилась идея! – сказал Риччи. – Какая? – спросил я. – Вы же хотели реальное дело? Вот вам и дело, – ответил Риччи. – Ты что, больной что ли? – спросил у него Том. – А что случилось? Как только появилось реально что-то стоящее, так сразу я не я? – спросил Риччи. – Я, конечно, не хочу ничего сказать… – не успел я договорить. – Вот и не надо, – ответил Риччи. – Ты серьёзно? – спросил Том. – Да ладно вам, будет круто. Мы как будто настоящие спецагенты, будем собирать разведданные, – говорил вдохновлённо Риччи. Повисла немая пауза. Кажется, только у Риччи ещё недавний страх куда-то исчез буквально за минуту. – Хорошо, ладно. Сделаем вот как: завтра я начну выполнять это невыполнимое задание. Просто прослежу за ним, и мы узнаем, кто он такой и откуда, – говорил Риччи. – Если бы это было так просто, полиция бы это давно сделала, – ответил Том. – А зачем? У них нет против него никаких доказательств, только домыслы и всё. Даже если бы они нашли его дом, у них нет ордера на обыск. Вот и всё, гений, – ответил Риччи Томасу. На этом мы все развернулись и пошли домой. Не знаю, правда ли он собрался это делать или нет. Эти мысли ещё долго не покидали меня. По-моему, это немного жутковато. Про него ходят такие слухи, а он собрался идти прямо в его логово. Я убеждал себя, что с наступлением завтрашнего дня Риччи передумает и скажет, что у него нет времени или родители загрузили делами. Наступило утро следующего дня. Мы, как обычно, пришли в школу. Я встретил Томаса, но вот Риччи я никак не мог найти. Его просто не было. Мы неоднократно пробовали позвонить ему, но его телефон был выключен. Ну, здесь не было ничего необычного, тогда мне так показалось. Он вполне мог заболеть после вчерашних прогулок. Всё равно весь день мне было как-то не по себе. После школы мы направились к нему домой. Подойдя к двери его дома, мы несколько раз постучали. Вышла его мама. – Здравствуйте, ребята, – сказала она. – Добрый день, не могли бы вы позвать Риччи? – спросил я. – Что? Риччи? Он позвонил вчера и сказал, что он останется у Тома на ночь, разве нет? – сказала она встревоженно. Мы с Томом переглянулись. – Я боюсь, что это не так, – ответил Том. – Что? Что значит не так? Где Риччи? – спросила его мама у нас. – Дело в том, что вчера вечером после прогулки мы все разошлись по домам. Он сказал, что тоже пойдёт домой. Больше мы его не видели. В школе его не было, телефон не отвечает, – ответил я. – Ребята, это шутка какая-то? Если да, то очень плохая, – ответила его мама. – Возможно, с ним произошло что-то страшное, – говорил Том испуганным голосом. – Вчера мы видели Эштона Чалмондена. Он так посмотрел на нас, мы испугались и бросились бежать, спрятались за домом недалеко от парка. Постояв там немного, мы все разошлись по домам. После этого Риччи пропал, – рассказал я его маме. – Что? – спросила она. У неё вдруг затряслись руки. Она побледнела, медленно отходя назад от входной двери. – Я сейчас же звоню в полицию! – сказала она и побежала к телефону в комнату. Мы развернулись и пошли по улице, сами не зная куда. Мысли были совершенно разные в голове о том, куда же всё-таки мог деться наш друг. Все мы прекрасно понимали, что, скорее всего, с ним случилось то, чего мы так не хотели признавать. Все пропавшие исчезали именно после встречи с Чалмонденом. – Попробуй ещё позвонить ему, – сказал Том. Я достал из кармана телефон, набрал номер Риччи. Телефон по-прежнему был недоступен. – Неужели он… – говорил Том. – Да. Он отправился искать Чалмондена, – ответил я. – А вдруг он исчезнет, как и другие? – спросил Том. Мы, конечно, были в шоке от произошедшего, но бросить нашего друга в беде мы никак не могли. Мы дружили с детского садика, поэтому во что бы то ни стало мы хотели помочь Риччи. – Мы должны найти его! – сказал я Томасу. – Чего? Как? А если он уже мёртв? – спросил Том. – Ты хотел реальное дело? Так вот, получай! – ответил я Тому. – Ты что, псих? Пойдём расскажем полиции и всё! – сказал Том. – Полиции? Скольких из пропавших они нашли? Это из-за тебя пропал наш друг, сейчас ему как никогда нужна наша помощь! – ответил я. – Ладно, – нехотя ответил Том. Мы вернулись по домам. Дома мы оставили школьные рюкзаки, чтобы не таскать их с собой. Из дома мы взяли фонарики, перчатки, зарядили телефоны на всякий случай. На сборы у нас ушло около часа. Через час мы встретились с Томом в парке. Он немного опоздал. – Я думал, ты не придешь, – сказал я Тому. – Не надо меня считать непонятно кем. Я не меньше тебя хочу ему помочь, – ответил Том. Мы прошли в парк и сели на скамейку. – Откуда он появляется? – спросил я Тома. – Я не знаю, – ответил Том. – Где исчезает? – спросил я. – Я не знаю, – сказал Том. – Чёрт, да ты хоть что-нибудь знаешь? Твой отец ведёт дело о пропавших, а ты хочешь сказать, что совсем ничего не знаешь? – закричал я на Тома. – Нет, нет, я ничего не знаю. Дома мой отец никогда не говорит обо всех этих исчезновениях, о нём, чтобы не расшатывать нервную систему, как он говорил. Всего один раз он сказал, что этот человек очень опасен. Он не тот, кем кажется, – сказал Том. – Тогда будем ждать его здесь, – сказал я. – Думаешь, он появится? – спросил Том. – Не знаю, – ответил я. Мы сидели в парке на скамейке и ждали его. Сидели мы долго, около трёх часов. За это время мы уже успели замёрзнуть. Я стал думать, что уже всё, сегодня он не придёт. Я уже собрался предложить Тому пойти домой, так как и время уже было позднее. Вдруг чья-то мрачная, пугающая тень поползла из-за угла дома примерно в тридцати метрах от нас. У нас вдруг участилось дыхание, стало очень страшно, чуть-чуть затряслись руки. Мы быстро вскочили со скамейки и переместились за огромное дерево, что стояло рядом. Мы спрятались так, чтобы нас не было видно. Из-за дерева мы стали наблюдать. В появившейся из-за угла мужской фигуре мы узнали его. Это был Эштон. На улице был очень жуткий мороз. Его силуэт вдалеке чуть закрывал пар изо рта. Стоять на одном месте было невыносимо холодно. Руки и ноги тряслись от холода, но от страха трясло абсолютно всё тело. Чалмонден снова шёл и тащил за собой лопату и катил бак. От лопаты раздавался ужасный скрип или скрежет в тот момент, когда он волок её за собой по дорожке. Он снова остановился в парке. Открыв бак, лопатой он доставал оттуда соль и рассыпал по дорожкам. Он делал это медленно, как будто лет ему было около восьмидесяти. На секунду мне показалось, что это какая-то странная соль, которой он посыпал дорожки. Конечно, возможно, мне всего лишь показалось, и это было издалека. Наблюдали мы за ним около полутора часов. Нас он не заметил. Мы перебегали с места на место в парке, пытаясь не обнаружить себя. Он все ходил, посыпал и посыпал дорожки. Как только в баке закончилась соль, он закрыл его и побрел куда-то.