«Белые пятна» истории пограничной охраны БССР
Сборник публикаций и документов
Леонид Владимирович Спаткай

© Леонид Владимирович Спаткай, 2025

ISBN 978-5-0068-2658-8

Создано в интеллектуальной издательской системе Ridero

Как создавалась Красная Армия (1918—1919)

Рабоче-Крестьянская Красная Армия (РККА), образованная Декретом СНК от 15 (28) января 1918 г., формировалась «из наиболее сознательных и организованных элементов трудящихся масс», тех, «кто готов отдать свои силы, свою жизнь для защиты завоеваний революции, власти Советов и социализма». В нее принимали на основе индивидуального отбора солдат, матросов, рабочих и крестьян-бедняков, что обеспечивало социальную однородность и преданность Советской власти.

Командный состав комплектовался на выборной основе, но острая нехватка квалифицированных командиров вынуждала привлекать в армию и на флот бывших офицеров и генералов русской императорской армии. Для контроля за их деятельностью был введен институт военных комиссаров, руководство которыми ЦК РКП (б) осуществлял через Всероссийское бюро военных комиссаров. Также кoмиссаpы несли ответственность за пoлитическyю и культypно-просветительную работу, воинскую дисциплину и политико-моральное состояние личного состава, а также хозяйственную деятельность подразделений, частей и соединений.

Предпринимались в этот период и попытки демократизации армии. Так, в телеграмме от 30 ноября 1917 г. за подписью председателя Военно-революционного комитета при Ставке Верховного главнокомандующего Боярского и секретаря И.Н.Полукарова, направленной во ВЦИК, предлагалось создавать армию на таких основах:

«Вся полнота власти в пределах воинской части принадлежит соответствующему солдатскому комитету.

Оперативно-боевая часть, дело снабжения, санитарная часть и другие остаются в ведении прежних органов под контролем комитетов и комиссаров, с согласия которых отдаются распоряжения и приказы этими органами.

Офицерские и классные чины, звания и ордена упраздняются, и впредь выдача орденов не разрешается. Ношение орденов отменяется, кроме георгиевских крестов и медалей чинов, кои носить разрешается.

Ношение погон отменяется.

Лица командного состава при исполнении служебных обязанностей носят повязку на рукаве с соответствующей надписью, например, командир такого-то полка.

Вводится выборность командного состава и должностных лиц, командиров до полкового включительно.

Командиры выше полка, до Верховного главнокомандующего включительно, избираются соответствующими съездами или совещаниями при соответствующих комитетах.

Отстраненные лица чиновничьего и командного состава, либо оставшиеся неизбранными, приравниваются по своему правовому положению к остальным солдатам революционной армии.

Резерв чинов упраздняется».

Однако начавшаяся вскоре в России Гражданская война, а затем и иностранная интервенция потребовали для защиты советской власти создания регулярной армии, чего не мог обеспечить добровольный принцип ее комплектования и выборность командного состава. Поэтому 21 марта 1918 г. был издан приказ Высшего Военного Совета об отмене выборного начала в РККА, в апреле 1918 г. Декретом ВЦИК РСФСР было введено всеобщее военное обучение, а в мае, с принятием постановления «О принудительном наборе в Рабоче-Крестьянскую Красную Армию», начался переход ко всеобщей мобилизации беднейших слоев крестьян и рабочих. Все это позволило в достаточно сжатые сроки создать новую армию.

Первоначально почетное право защищать революцию предоставлялось только трудящимся, но впоследствии социально-классовая база комплектования значительно расширилась за счет крестьян-середняков и к концу 1920 г. удельный вес рабочих в армии и на флоте составлял 15%, крестьян – 77%, других социальных групп – 8%.

Однако обязательные призывы в то же время не исключали партийных и профсоюзных мобилизаций и добровольческих формирований.

29 мая 1918 г. ВЦИК принял постановление о переходе от добровольного принципа комплектования к всеобщей мобилизации рабочих и крестьян. Кроме того, из-за резкого обострения военно-политической обстановки, было принято решение об объединении руководства всеми вооруженными силами республики. Дело в том, что в это время наряду с формированием частей РККА, которая находилась в ведении Наркомвоена, проводилось и формирование вспомогательных частей другими наркоматами и их местными органами, что вносило неразбериху в мобилизационную работу.

Состоявшийся в начале июля 1918 г. V Всероссийский съезд Советов одобрил все мероприятия по обороне страны, проведенные на основе изданных весной и летом 1918 г. Декретов ВЦИК и СНК: создание местного военного управления, переход от добровольчества к воинской повинности, установление централизма в военном строительстве, укрепление революционной воинской дисциплины.

Все эти мероприятия, а также использование военспецов (в период Гражданской войны было призвано в РККА 48 500 офицеров и генералов русской императорской армии, которые в 1919 г. составляли 53% всего командного состава РККА, также было мобилизовано 10 300 военных чиновников Российской империи и около 14 000 военных врачей, всего – 72 800 человек), введение института военных комиссаров, подготовка красных командиров позволили значительно укрепить Вооруженные силы большевиков.

10 июля 1918 г. V Всероссийский съезд Советов принял Конституцию РСФСР, законодательно закрепившую в статье 19 принцип создания массовой регулярной РККА на основе всеобщей воинской обязанности: «В целях всемерной охраны завоеваний Великой рабоче-крестьянской революции Российская Социалистическая Федеративная Советская Республика признает обязанностью всех граждан Республики защиту социалистического отечества и устанавливает всеобщую воинскую повинность. Почетное право защищать революцию с оружием в руках предоставляется только трудящимся…».

В этот же день съезд принял постановление об организации регулярной РККА, в котором говорилось, что «Советской республике нужна классовая, централизованная, спаянная железной революционной дисциплиной, хорошо обученная и снаряженная армия, способная сокрушить буржуазно-помещичью контрреволюцию и дать отпор натиску империалистических хищников. Такая армия должна создаваться на основе требований военной науки, формироваться по утвержденным штатам. Гражданин, получивший оружие от Советской власти для защиты интересов трудящихся масс, обязан беспрекословно подчиняться требованиям и приказам поставленных Советской властью командиров».

Новый этап в военном строительстве РСФСР начался с подписанием председателем СНК В. Лениным 19 августа 1918 г. Декрета СНК об объединении всех Вооруженных сил республики в ведении Народного комиссариата по военным делам, который был опубликован в газете «Известия ВЦИК» от 22 августа 1918 г.

Согласно этому Декрету СНК все большевистские вооруженные силы, сформированные как Наркомвоеном, так и другими Наркоматами, а именно: Наркомпути (охрана путей сообщения), Наркомторгпромом (пограничная охрана), ВСНХ (судоходная охрана Главного управления водного транспорта, переданная в ведение НКВД), Наркомпродом (реквизиционно-продовольственные отряды) – перешли в ведение Наркомвоена в отношениях комплектования, устройства, обучения, вооружения, снабжения, боевой подготовки и использования военной силы.

Однако в Декрете оговаривалось, что вооруженные силы специального назначения, в том числе и пограничная охрана, находящиеся на территории театра военных действий, переходят в распоряжение Наркомвоена с момента издания Декрета, остальные – «лишь после объявления всеобщей мобилизации по соглашению с заинтересованным ведомством». Также в Декрете оговаривалось, что руководство вооруженными силами специального назначения, при выполнении ими задач по их специальности, осуществляется на основании директив, инструкций и приказов, издаваемых соответственными народными комиссариатами.

Таким образом, Декретом было введено двойное подчинение войск вспомогательного назначения, которые отныне при выполнении специальных задач должны были руководствоваться приказами, директивами и инструкциями своих ведомств, а в отношении комплектования, снабжения, обучения и использования как военной силы переходили в ведение Наркомвоендела – т.е. установление единого с РККА принципа комплектования и обеспечения, что должно было укрепить их.

В связи с началом гражданской войны и иностранной интервенции, Постановлением ВЦИК от 2 сентября 1918 г., которое было опубликовано 4 сентября в газете «Правда» №188, Советская республика была объявлена единым военным лагерем:

«Лицом к лицу с империалистическими хищниками, стремящимися задушить Советскую республику и растерзать ее труп на части, лицом к лицу с поднявшей желтое знамя измены российской буржуазией, предающей рабочую и крестьянскую страну шакалам иностранного империализма, Центральный Исполнительный Комитет Советов рабочих, крестьянских, красноармейских и казачьих депутатов постановляет:

Советская республика превращается в военный лагерь.

Во главе всех фронтов и всех военных учреждений Республики ставится Революционный военный совет с одним Главнокомандующим.

Все силы и средства социалистической республики ставятся в распоряжение священного дела вооруженной борьбы против насильников.

Все граждане, независимо от занятий и возраста, должны беспрекословно выполнять те обязанности по обороне страны, какие будут на них возложены Советской властью. Поддержанная всем трудовым населением страны, Рабочая и Крестьянская Красная Армия раздавит и отбросит империалистических хищников, попирающих почву Советской республики.

Всероссийский Центральный Исполнительный Комитет постановляет настоящее свое решение довести до самых широких рабочих и крестьянских масс, обязав все сельские, волостные и городские Советы, все советские учреждения вывесить его на видных местах».

Таким образом, Высший Военный Совет Республики, созданный 3 или 4 марта 1918 г. Постановлением СНК, в составе военного руководителя бывшего Генерального штаба генерал-майора М. Д. Бонч-Бруевича и политических комиссаров П.П.Прошьяна (левый эсер) и К.И.Шитко (большевик), а затем дополненный, согласно Постановлению СНК от 18 марта 1918 г., Л. Д. Троцким (председатель Высшего Военного Совета), Н. И. Подвойским (член), Э. М. Склянским (личный секретарь Л.Д.Троцкого) и К.А.Мехоношиным (заместитель председателя), а 1 апреля и начальником Морского Генерального штаба бывшим капитаном 1-го ранга Е. А. Беренсом (член), которому поручалось «руководство всеми военными операциями с безусловным подчинением Высшему совету всех без исключения военных учреждений и лиц», 6 сентября 1918 г. был упразднен, а его штаб был переименован в Штаб РВСР, начальником которого был назначен бывший Генерального штаба генерал-майор Н.И.Раттэль. 2 октября 1918 г. Штаб РВСР был переименован в Полевой штаб РВСР, начальником которого, с назначением 11 октября 1918 г. Н. И. Раттэля начальником Всероссийского главного штаба, был назначен бывший Генерального штаба генерал-майор Ф. В. Костяев.

30 сентября 1918 г. ВЦИК утвердил Положение о РВСР, как высшем органе военной власти в Советском государстве, которому поручалось проведение в жизнь директив ЦК РКП (б), ВЦИК и СНК РСФСР по всем вопросам строительства, жизни и боевой деятельности РККА:

«1. Революционный военный совет РСФСР есть орган высшей военной власти в стране. Все силы и средства народа представляются в распоряжение Революционного военного совета для нужд обороны границ Советской республики. Все советские учреждения обязуются требования Революционного военного совета Республики рассматривать и удовлетворять в первую очередь.

2. Революционный военный совет Республики поглощает все права коллегии Народного комиссариата по военным делам, все члены коей входят в состав совета.

3. Все военные учреждения подчинены Революционному военному совету Республики и работают по его заданиям…

4. Председателем Революционного военного совета Республики является народный комиссар по военным и морским делам. Взаимоотношения между председателем и советом приравниваются к взаимоотношениям между народным комиссаром и коллегией, как они определены Конституцией Советской республики.

5. Главнокомандующему принадлежит полная самостоятельность во всех вопросах стратегически-оперативного характера…

6. Председатель Революционного военного совета утверждается ВЦИКом; все члены Революционного военного совета, в том числе Главнокомандующий, – Советом народных комиссаров».

Таким образом, РВСР стал высшим органом военно-политического руководства в РСФСР, задачей которого являлась координация и организация усилий всех военных и гражданских ведомств страны для борьбы с интервентами и белогвардейцами и приказы которого подлежали безусловному выполнению любым советским ведомством или учреждением независимо от административного подчинения. РВСР подчинялись два штаба: преобразованный 6 сентября 1918 г. Полевой штаб РВСР, который разрабатывал стратегические операции РККА, осуществлял непосредственное руководство фронтами и армиями, и созданный 8 мая 1918 г. Всероссийский главный штаб (Всероглавштаб), который ведал вопросами вооружения, снабжения частей РККА, мобилизации и обучения войск, пополнением и ремонтом материальной части. В 1921 г. оба этих штаба были объединены в Штаб РККА, который существует до настоящего времени под названием Генерального штаба.

Так как РВСР был органом коллективным, осуществляющим как военные, так и политические и законодательные функции, было признано необходимым сосредоточить военную власть в руках одного человека с тем, чтобы он подчинялся только РВСР. В этой связи была учреждена должность Главнокомандующего всеми Вооруженными силами Советской Республики, в подчинение которому из РВСР был передан Полевой штаб. Первым Главнокомандующий всеми Вооруженными силами Советской Республики 2 сентября 1918 г. был назначен бывший Генерального штаба полковник Иоаким Иаокимович Вацетис.

Приказом Главкома Вооруженных сил Советской Республики от 10 октября 1918 г. №46 Декрет от 18 августа был объявлен вооруженным силам республики: «… воинские части и отряды различных ведомств и учреждений, как-то: железнодорожная охрана, отряды чрезвычайных комиссий, местные войска, продовольственные отряды, заградительные отряды и пр.» передаются в полное распоряжение РВСР, в связи с чем они «в любое время могут быть переведены в Красную Армию и отправлены на фронт».

Действительно, вскоре все наиболее боеспособные части специальных войск, в том числе пограничной охраны были направлены на фронт и включены в состав РККА. Приказом РВСР от 12 октября 1918 г. №93 на эти части был распространен установленный в РККА порядок комплектования, снабжения, обучения, боевой подготовки, вооружения и устройства.

Этим же приказом во вспомогательных войсках устанавливался порядок регулярного, два раза в месяц, информирования полевого штаба РВСР, Всероглавштаба и Центрального управления снабжения о ходе формирования частей, их боевой подготовке, численности и дислокации. Также этим приказом в пограничных войсках, в продармии и в охране сахарного производства в качестве высших органов управления вводились военные советы, состоящие из военного руководителя и двух комиссаров.

В связи с объявлением республики единым военным лагерем, с целью укрепления дисциплины и боеготовности военных формирований, приказом РВСР от 7 ноября 1918 г. №215 была отменена выборность командования, т.к. «выборное начало при назначении на командные должности как противоречащее существующим нормам вредно сказывается на формировании армии, следовательно, не должно иметь места», а приказом РВСР от 15 ноября 1918 г. №260 весь вольнонаемный состав строевых частей и учреждений Наркомвоена был переведен на положение военнослужащих.

Также в связи с провозглашением Декретом ВЦИК от 2 сентября 1918 г. советской республики военным лагерем, с целью мобилизации ее всех сил и средств в интересах обороны, Постановлением ВЦИК от 30 ноября 1918 г. был создан Совет Рабочей и Крестьянской Обороны (СРКО) «под председательством т. Ленина, как Председателя Совета Народных Комиссаров, в составе председателя Революционного военного совета Республики т. Троцкого, народного комиссара путей сообщения т. Невского, заместителя народного комиссара продовольствия т. Брюханова, председателя Чрезвычайной комиссии по производству снабжения т. Красина (или их заместителей) и представителя Всероссийского Центрального Исполнительного Комитета Советов т. Сталина», которому была предоставлена «вся полнота прав в деле мобилизации сил и средств страны в интересах обороны».

Постановления СРКО являлись обязательными для «всех ведомств и учреждений, центральных и местных, для всех граждан», однако «непосредственное руководство армией и флотом, а также всеми учреждениями военного и военно-морского ведомства» по-прежнему оставалось «в руках Революционного военного совета Республики», в составе которого «в целях большего сосредоточения деятельности этого учреждения» создавалось «бюро в составе председателя т. Троцкого, Главнокомандующего т. Вацетиса и т. Аралова».

В мае 1919 г. В. Лениным был написан проект директивы ЦК РКП (б) о военном единстве всех советских республик, в котором особо подчеркивалось о необходимости объединения всего железнодорожного транспорта и дела снабжения Красной Армии.

После выступления В. Ленина по данному вопросу, чему предшествовал ряд докладов главного командования о положении на фронтах, состоянии снабжения армии, мерах усиления и укрепления фронтов, 13 мая 1919 г. председатель Совета обороны выступил с предложением о назначении особой ревизии органов военного ведомства и вооруженных сил республики для оценки и осмысления предшествующего развития вооруженных сил, которое, как говорилось в принятом по этому вопросу постановлении Совета обороны, шло не по определенному плану, а под давлением быстро меняющейся международной и внутренней обстановки.

Кроме того, РККА нуждалась в увеличении численности боеспособных войск, в связи с чем было необходимо реорганизовать войска вспомогательного назначения, состоящие в распоряжении отдельных ведомств: Всероссийской чрезвычайной комиссии по борьбе с контрреволюцией, спекуляцией и преступлениями по должности (ВЧК), Наркомата путей сообщения (НКПС), Наркомата продовольствия, Главсахара, Центротекстиля и др. Общая численность этих войск по состоянию на 1 декабря 1918 г. составляла около 80 000 человек, в том числе: продовольственных отрядов – до 20 000, пограничной охраны – до 9 500, по охране железных дорог – до 40 000, войск ВЧК – до 11 000.

На 25 февраля 1919 г. численность вспомогательных войск уже была около 183 000 человек пехоты и кавалерии с 915 пулеметами и 39 орудиями, в том числе: пограничная охрана – 14 500 чел. пехоты и кавалерии с 20 пулеметами; войска ВЧК – 22 000 чел. пехоты и кавалерии 360 пулеметами и 36 орудиями; караульные части – 54 000 чел. пехоты и кавалерии с 520 пулеметами и двумя орудиями; войска охраны водных путей – 1 500 чел. пехоты с 12 пулеметами и одним орудием; войска охраны сахарного производства – 1 300 чел. пехоты с тремя пулеметами; войска железнодорожной обороны и охраны железных дорог – до 74 000 чел. пехоты; войска Продовольственной армии – до 15 000 чел. пехоты.

В этой связи комиссии под председательством М. Д. Бонч-Бруевича, созданной постановлением Совета обороны, было поручено тщательно проверить и установить истинную численность всех войск, соотношение строевого и нестроевого состава, обследовать ход мобилизации, постановку работы в запасных батальонах, состояние дел по формированию войсковых частей в тылу.

На основании итогов работы комиссии был подготовлен проект Декрета об объединении войск особого назначения и 28 мая СРКО рассмотрел этот проект на своем заседании, причем этот вопрос был первым в повестке дня. После обсуждения проекта В. И. Ленин внес в него несколько поправок, отредактировал текст и подписал Декрет.

Таким образом, Декретом от 28 мая 1919 г. был создан самостоятельный вид Вооруженных сил – войска внутренней охраны республики (ВОХР), в состав которых вошли все войска вспомогательного назначения, кроме пограничной охраны, войск охраны и обороны железных дорог (железнодорожной охраны) и конвойной стражи, которая оставалась в ведении Наркомюста и Наркомвоендела до 1922 г.

Общая численность ВОХР устанавливалась в 120 000 человек. Общая численность других войск вспомогательного назначения, согласно решения РВСР, должна была не превышать 200 000 человек, в том числе: судоохраны – 8 000, охраны сахарного производства – 5 500, продармии – 40 000, войск обороны и охраны железных дорог – 60 000, конвойной стражи – 50 000, пограничной охраны – 25 000.

Реальная же численность вспомогательных войск, кроме ВОХР, на 28 мая 1919 г. составляла (примерно, по неполным данным) 262 000 человек, из них: войска ВЧК – 17 900 (в том числе в Западном округе – 1 470), судоохрана – 4 240, войска охраны сахарного производства – 4 020, войска продовольственной армии – 25 530, войска обороны и охраны железных дорог – 102 600, войска конвойной стражи – 94 600, войска пограничной охраны – 12 990.

За месяц численность вспомогательных войск сократилась почти на 80 000 человек, которые были направлены на формирование частей и соединений Красной Армии и на 24 июня 1919 г. общая численность вспомогательных войск составляла около 180 000 человек и 763 пулемета, в том числе: караульные части – 67 000 чел. и 419 пулеметов; войска ВЧК – 36 300 чел. и 167 пулеметов; войска охраны сахарных заводов – 3 600 чел. и 10 пулеметов; войска пограничной охраны – 15 600 чел и 95 пулеметов; войска желдорожной охраны – 62 400 чел.; войска продовольственной армии – 15 000 чел. и 40 пулеметов; войска Главвода – 4800 чел. и 32 пулемета.

Общая численность РККА в этот период составляла около 1 000 000 человек, к концу 1919 г. она увеличилась до 3 000 000, а к концу 1920 г. – до 5 500 000.

Орша – Забытая столица контрабандистов

Благодаря роману Сергея Песецкого «Любовник Большой Медведицы», а затем снятому по его сюжету документальному фильму «Любовники Большие медведицы» из цикла «Обратный отсчет», «звание» столицы контрабандистов прочно закрепилось за Раковым. Однако Раков не первая и не последняя «столица контрабандистов» в истории Беларуси, ведь именно он носил этот титул в период существования т.н. «Рижской Межи» – граница между СССР и Польшей в 1921—1939 гг., кровавым шрамом рассекшим территории Беларуси надвое. А ведь это единственный шрам на теле многострадальной Беларуси. Были и другие.

Например, граница между Российской империей и положением Посполитой, установленная в 1772 г., или русско-германская демаркационная линия, установившаяся в 1918 г. Многие знают, что после границы в 1772 г. «Столицей котрабандистов» был Толочин, а в период зарождения русско-германской демаркационной линии – Орша.

Орша стала пограничным городом 8 марта 1918 года, когда после заключения Брестского мира началось установление демаркационной линии между Германией и РСФСР.

Переговоры об этом с германским командованием велись пограничным военным советом и военным руководителем. Проводилась же демаркационная линия по частным соглашениям местных командований, иногда даже без карт. В результате линия разделила многие населенные пункты «по-живому»: дома местных жителей нередко находились по одну сторону границы, а принадлежавшие им пашни, выгоны, а нередко и хозяйственные постройки – по другую.

В частности железнодорожная станция Орша была просто разделена пополам: Орша-Пассажирская была занята советскими частями, Орша-Товарная – немецкими. Питание и немецких, и советских паровозов водой осуществлялось от одной и той же водокачки. В результате часовые здесь, в конце-концов, так привыкли друг к другу, что от скуки поочередно катались на одном и том же велосипеде.

О масштабах спекуляция и контрабанды в Орше, которые процветали в этот период не без помощи и содействия пограничной охраны, повествует статья «Город контрабандистов», опубликованная за подписью «В.М.» в «Еженедельнике Чрезвычайных комиссий по борьбе с контрреволюцией и спекуляцией» №1 от 22 сентября 1918 г.:

«Пограничная жизнь

Не успела еще новая граница четко и прочно разделить старые исконно-русские земли, как в заменившей растаявший фронт свежей приграничной полосе закипела бурная пограничная жизнь со всеми ее типичными проявлениями.

Контрабанда, «агенты», «обработка» пограничной стражи и спекуляция, спекуляция, спекуляция без меры и конца.

Пограничный город Орша.

Еще так недавно это был тихий, грязный захолустный городишко, ничем не отличавшийся от других уездных «городов» Могилевской губернии. Большинство жителей его, кажется, только тем и занимались, что одалживали друг у друга «на праздник» или вели мелкую, самую примитивную торговлю с деревней. А теперь? Теперь Орша «снабжает» тканями, мылом, вязанными изделиями Минск, Вильню, Варшаву и чуть ли не Вену и Берлин и обратно – Смоленск, Москву и Петроград продуктами химической промышленности, сахарином.

Орша «задает тон». Орша диктует цены.

И пусть еще нет и в помине русско-германского или русско-австрийского договоров, но уже началось и успешно широко развивается местное торговое «братание»: – Контрабанда.

Контрабандой занимаются здесь все, начиная от немецких и наших «пограничников» и кончая заезжими мужиками, у которых также попадаются часто «килы» «сладкого» (сахарина), «горького» (кофеин), «цветного» (краски анилиновые) и «твердого» (кремни для зажигалок).

Оршанская «биржа»

Провоз товаров через границу в ту и другую сторону, а равно и дальнейший провоз их в поминутно ревизируемых поездах сопряжен с большим риском и приезжающие в Оршу купцы, как из России, так и из оккупированных областей, предпочитают перепродавать товары «переходящим» границу ловким «смельчакам» или отчаянным спекулянтам, следующим в Москву.

Таким образом, в Орше создается импровизированная «биржа», которая не хуже лондонской, нью-йоркской бирж диктует цены мировым рынкам. Попадают, например, сюда дамские чулки, котирующиеся в Москве по 180—200 рублей дюжина: а оршанская «биржа» устанавливает цену на них 300—350 рублей, и с дальнейшим «законным» нарастанием они продаются уже в Минске по 500 и больше рублей за дюжину.

Но особенно дикая вакханалия происходила одно время на оршанской «бирже» с германским сахарином (Susstoff) и австрийскими кремнями для зажигалок. Цены на эти товары до того поднялись по сравнению с существующими в Минске, что почти все минчане, люди самых разнообразных профессий и социальных положений, занялись выгодным транспортом в Оршу сахарина и кремней.

И началось форменное биржевое помешательство!

Что творилось в это время в Москве с этими товарами, легко представить: 5.000 – 6.000 руб. за кило.

Но вот случилось то, что должно было неизбежно случиться в силу железных экономических законов. Истощение минского рынка и насыщение московского.

Цены поднимают в Минске и падают в Москве.

И началось обратное движение. Опять захлопотала оршанская «биржа». То же самое с украинским и польским сахаром. Цена ему в Минске 5 руб. за фунт, и понятно, почему он в Москве доходит до 25—30 руб. за фунт.

«Агенты»

Не успеете вы выбраться из туго набитого людьми и заваленного сверху до низу узлами, мешками, корзинами и ящиками вагона, как вас «встречает» шустрый паренек, обязательно ваш компатриот, смотря по вашей национальности:

Поляк, латыш, еврей, армянин…

– Вы «левый»? – ошеломляет вас неожиданный вполголоса вопрос.

Вы, конечно, предполагаете, что это относится к вашим политическим убеждениям и недоуменно разводите руками:

– При чем здесь убеждения?..

Но следующее за этим произносимые почти шепотом: «Вы без пропуска?.. Не беспокойтесь: я свой – все устрою» сразу вам все разъясняет.

Так как в настоящее время получить пропуск в оккупированные места представляет непреодолимые трудности и сопряжено с бесконечной волокитой, то вполне понятно, что в большинстве случаев вы отвечаете утвердительно и покорно следуете за вашим неожиданным «благодетелем», который, выйдя с вами за пределы вокзала, тут же какой-то особой, как бы выученной, очевидно профессиональной, скороговоркой излагает вам устно свой «прейскурант»: Без вещей 200, с вещами 300, с товаром 100 пуд. с деньгами 10 с рубля.

Перед вами – «Агент»

«Це-Ка» контрабанды

Если вы соглашаетесь, «агент» проводит вас какими-то грязными, кривыми улочками, и вы попадете в обширные каменные ворота какого-то старинного строения, очевидно, бывшего иезуитского монастыря, и через обширный, но заросший травою двор и какую-то калитку в каменной, заросшей темно-зеленым мхом, стене – в другой двор, где в одном из строений помещается бойкий кабачок, где можно достать различные «заграничные» закуски и даже коньяк.

Здесь вы встречаете самую пеструю публику: и беженцев, и спекулянтов, и «агентов», и солдат-пограничников, как наших, так и германских. Здесь совершаются разные сделки. Здесь известны расписания караулов нашего и германского кордонов. Здесь вас знакомят с «проводниками» и «вашими» часовыми. Здесь нанимаются подводы и «обеспечиваются» капиталы. Одним словом здесь: «Це-Ка» контрабанды.

Переход границы

Побывав в этом или ином таком же «Це-Ка» и «обеспечив» деньги, если таковые при вас имеются, т.е. застраховав их у одного из «уважаемых в городе» лиц, а также заручившись необходимым «личным знакомством», вы преспокойно и вполне благополучно переходите границу, иногда даже как будто вполне легально, причем проверяются ваши документы, просматриваются вещи и все оказывается: «В порядке».

И тут вы передаетесь «своему» часовому за кордоном, который обеспечивает вам спокойствие уже на оккупированной территории».

Впрочем, согласно документов Главного управления пограничной охраны пограничники 2-го Западного (Витебского) округа пограничной охраны с августа по октябрь 1918 г. задержали «контрабанды, оценка которой по твердым ценам выражалась к половине ноября, когда была занята демаркационная линия», на сумму 552 998 рублей.

Причем «настоящая цифра далеко не дает полной картины задержания, так как не на всех участках были открыты таможенные учреждения, почему задержанные контрабандные товары приходилось сдавать не в таможенные учреждения, а хранить в своих складах». Кроме того, эта сумма выражала лишь «оценочную стоимость товаров, задержанных при попытках водворить их через границы нелегальным путем на занятых пограничниками участках». Стоимость же сохраненных «народных богатств в стране, прекращения спекулятивного выкачивания за границу мануфактуры, сырья, драгоценных металлов, камней и прочего… народного имущества» оценена не была.

В качестве примера в этих документах приводятся действия пограничников некоторых подразделений. Например, пограничник 12-й дистанции 5-го Оршанского района пограничной охраны Василий Иванов в ночь с 14 на 15 октября 1918 г. в районе Орши задержал две группы контрабандистов. Что бы пограничник их отпустил, контрабандисты предложили ему взятку в 3 000 рублей, но пограничник не вступил в сделку и задержал нарушителей. Командованием округа за бдительную службу и честное выполнение воинского долга он был поощрен денежной премией. На следующий день, 16 октября этот пограничник задержал еще одну группу контрабандистов.

Всего же за сентябрь-ноябрь 1918 г. пограничники 5-го Оршанского района пограничной охраны задержали 113 нарушителей границы, предотвратили 173 попытки перемещения контрабанды, задержали 452 контрабандиста, составили 212 протоколов и изъяли материальных ценностей на 247 857 руб. 41 коп.

Часто пограничникам округа в этот период приходилось вступать в вооруженные схватки как с одиночными нарушителями, так и с бандформированиями. Так, во второй половине 1918 г. бандитами была захвачена Орша, но пограничники Оршанского района и других подразделений 2-го округа с помощью местных рабочих выбили их из города.

Уже с 12 сентября 1918 г. начался отход германской армии с территории Беларуси на линию советско-германской границы, определенную Брест-Литовским договором, и 17 ноября 1918 г., когда ее покинули последние подразделения пограничной охраны, Орша утратила свой статус «столицы контрабандистов».

Формирование вооруженных сил Советской России в 1918—1919 гг.

Рабоче-Крестьянская Красная Армия (РККА) Советской России, образованная Декретом Совета Народных Комиссаров (СНК) от 15 (28) января 1918 г., формировалась «из наиболее сознательных и организованных элементов трудящихся масс», тех, «кто готов отдать свои силы, свою жизнь для защиты завоеваний революции, власти Советов и социализма». В нее принимали на основе индивидуального отбора солдат, матросов, рабочих и крестьян-бедняков, что обеспечивало социальную однородность и преданность Советской власти.

Командный состав комплектовался на выборной основе, но острая нехватка квалифицированных командиров вынуждала привлекать в армию и на флот бывших офицеров и генералов русской армии. Для контроля за их деятельностью был введен институт военных комиссаров, руководство которыми ЦК РКП (б) осуществлял через Всероссийское бюро военных комиссаров. Также комиссары несли ответственность за политическую и культypно-просветительную работу, воинскую дисциплину и политико-моральное состояние личного состава, а также хозяйственную деятельность подразделений, частей и соединений.

21 марта 1918 г. был издан приказ Высшего Военного Совета об отмене выборного начала в Красной Армии, в апреле 1918 г. Декретом ВЦИК РСФСР было введено всеобщее военное обучение, а в мае, с принятием постановления «О принудительном наборе в Рабоче-Крестьянскую Красную Армию», начался переход ко всеобщей мобилизации беднейших слоев крестьян и рабочих.

29 мая 1918 г. ВЦИК принял постановление о переходе от добровольного принципа комплектования к всеобщей мобилизации рабочих и крестьян. Кроме того, из-за резкого обострения военно-политической обстановки, было принято решение об объединении руководства всеми вооруженными силами республики. Дело в том, что в это время наряду с формированием частей РККА, которая находилась в ведении Наркомвоена, проводилось и формирование вспомогательных частей другими наркоматами и их местными органами, что вносило неразбериху в мобилизационную работу.

Состоявшийся в начале июля 1918 г. V Всероссийский съезд Советов одобрил все мероприятия по обороне страны, проведенные на основе изданных весной и летом 1918 г. Декретов ВЦИК и СНК: создание местного военного управления, переход от добровольчества к воинской повинности, установление централизма в военном строительстве, укрепление революционной воинской дисциплины. Все эти мероприятия, а также использование военспецов, введение института военных комиссаров, подготовка красных командиров позволили значительно укрепить Вооруженные силы республики.

10 июля 1918 г. V Всероссийский съезд Советов принял Конституцию РСФСР, законодательно закрепившую в статье 19 принцип создания массовой регулярной РККА на основе всеобщей воинской обязанности.

В этот же день съезд принял постановление об организации регулярной РККА, в котором говорилось, что «Советской республике нужна классовая, централизованная, спаянная железной революционной дисциплиной, хорошо обученная и снаряженная армия, способная сокрушить буржуазно-помещичью контрреволюцию и дать отпор натиску империалистических хищников. Такая армия должна создаваться на основе требований военной науки, формироваться по утвержденным штатам. Гражданин, получивший оружие от Советской власти для защиты интересов трудящихся масс, обязан беспрекословно подчиняться требованиям и приказам поставленных Советской властью командиров».

Новый этап в военном строительстве РСФСР начался с подписанием председателем СНК В.И.Лениным 19 августа 1918 г. Декрета СНК об объединении всех Вооруженных сил республики в ведении Народного комиссариата по военным делам.

Согласно этому Декрету СНК все вооруженные силы республики, сформированные как Наркомвоеном, так и другими Наркоматами, а именно: Наркомпути (охрана путей сообщения), Наркомторгпромом (пограничная охрана), ВСНХ (судоходная охрана Главного управления водного транспорта, переданная в ведение НКВД), Наркомпродом (реквизиционно-продовольственные отряды) – перешли в ведение Наркомвоена в отношениях комплектования, устройства, обучения, вооружения, снабжения, боевой подготовки и использования военной силы.

В связи с началом гражданской войны и иностранной интервенции, Постановлением ВЦИК от 2 сентября 1918 г., которое было опубликовано 4 сентября в газете «Правда» №188, Советская республика была объявлена единым военным лагерем.

В этой связи 6 сентября 1918 г. Высший Военный Совет Республики, созданный 3 (или 4) марта 1918 г. Постановлением СНК, был упразднен, а его штаб был переименован в Штаб РВСР, начальником которого был назначен бывший Генерального штаба генерал-майор Н.И.Раттэль. 2 октября 1918 г. Штаб РВСР был переименован в Полевой штаб РВСР, начальником которого, с назначением 11 октября 1918 г. Н. И. Раттэля начальником Всероссийского главного штаба, был назначен бывший Генерального штаба генерал-майор Ф. В. Костяев.

30 сентября 1918 г. ВЦИК утвердил Положение о РВСР, как высшем органе военной власти в Советском государстве, которому поручалось проведение в жизнь директив ЦК РКП (б), ВЦИК и СНК РСФСР по всем вопросам строительства, жизни и боевой деятельности РККА.

Таким образом, РВСР стал высшим органом военно-политического руководства в РСФСР, задачей которого являлась координация и организация усилий всех военных и гражданских ведомств страны для борьбы с интервентами и белогвардейцами и приказы которого подлежали безусловному выполнению любым советским ведомством или учреждением независимо от административного подчинения.

РВСР подчинялись два штаба: преобразованный 6 сентября 1918 г. Полевой штаб РВСР, который разрабатывал стратегические операции РККА, осуществлял непосредственное руководство фронтами и армиями, и созданный 8 мая 1918 г. Всероссийский главный штаб (Всероглавштаб), который ведал вопросами вооружения, снабжения частей РККА, мобилизации и обучения войск, пополнением и ремонтом материальной части. В 1921 г. оба этих штаба были объединены в Штаб РККА, который существует до настоящего времени под названием Генерального штаба.

Так как РВСР был органом коллективным, осуществляющим как военные, так и политические и законодательные функции, было признано необходимым сосредоточить военную власть в руках одного человека с тем, чтобы он подчинялся только РВСР. В этой связи была учреждена должность Главнокомандующего всеми Вооруженными силами Советской Республики, в подчинение которому из РВСР был передан Полевой штаб. Первым Главнокомандующий всеми Вооруженными силами Советской Республики 2 сентября 1918 г. был назначен бывший Генерального штаба полковник И.И.Вацетис.

В связи с объявлением республики единым военным лагерем, с целью мобилизации ее всех сил и средств в интересах обороны, Постановлением ВЦИК от 30 ноября 1918 г. был создан Совет Рабочей и Крестьянской Обороны (СРКО) «под председательством т. Ленина, как Председателя Совета Народных Комиссаров, в составе председателя Революционного военного совета Республики т. Троцкого, народного комиссара путей сообщения т. Невского, заместителя народного комиссара продовольствия т. Брюханова, председателя Чрезвычайной комиссии по производству снабжения т. Красина (или их заместителей) и представителя Всероссийского Центрального Исполнительного Комитета Советов т. Сталина», которому была предоставлена «вся полнота прав в деле мобилизации сил и средств страны в интересах обороны». Постановления СРКО являлись обязательными для «всех ведомств и учреждений, центральных и местных, для всех граждан», однако «непосредственное руководство армией и флотом, а также всеми учреждениями военного и военно-морского ведомства» по-прежнему оставалось «в руках Революционного военного совета Республики», в составе которого «в целях большего сосредоточения деятельности этого учреждения» создавалось «бюро в составе председателя т. Троцкого, Главнокомандующего т. Вацетиса и т. Аралова».

13 мая 1919 г. председатель Совета обороны выступил с предложением о назначении особой ревизии органов военного ведомства и вооруженных сил республики для оценки и осмысления предшествующего развития вооруженных сил, которое, как говорилось в принятом по этому вопросу постановлении Совета обороны, шло не по определенному плану, а под давлением быстро меняющейся международной и внутренней обстановки. Кроме того, РККА нуждалась в увеличении численности боеспособных войск, в связи с чем было необходимо реорганизовать войска вспомогательного назначения, состоящие в распоряжении отдельных ведомств: Всероссийской чрезвычайной комиссии по борьбе с контрреволюцией, спекуляцией и преступлениями по должности (ВЧК), Наркомата путей сообщения (НКПС), Наркомата продовольствия, Главсахара, Центротекстиля и др. Общая численность этих войск по состоянию на 1 декабря 1918 г. составляла около 80 000 человек, в том числе: продовольственных отрядов – до 20 000, пограничной охраны – до 9 500, по охране железных дорог – до 40 000, войск ВЧК – до 11 000. На 25 февраля 1919 г. численность вспомогательных войск уже была около 183 000 человек пехоты и кавалерии с 915 пулеметами и 39 орудиями, в том числе: пограничная охрана – 14 500 чел. пехоты и кавалерии с 20 пулеметами; войска ВЧК – 22 000 чел. пехоты и кавалерии 360 пулеметами и 36 орудиями; караульные части – 54 000 чел. пехоты и кавалерии с 520 пулеметами и двумя орудиями; войска охраны водных путей – 1 500 чел. пехоты с 12 пулеметами и одним орудием; войска охраны сахарного производства – 1 300 чел. пехоты с тремя пулеметами; войска железнодорожной обороны и охраны железных дорог – до 74 000 чел. пехоты; войска Продовольственной армии – до 15 000 чел. пехоты.

В этой связи комиссии под председательством М. Д. Бонч-Бруевича, созданной постановлением Совета обороны, было поручено тщательно проверить и установить истинную численность всех войск, соотношение строевого и нестроевого состава, обследовать ход мобилизации, постановку работы в запасных батальонах, состояние дел по формированию войсковых частей в тылу.

На основании итогов работы комиссии был подготовлен проект Декрета об объединении войск особого назначения и 28 мая СРКО рассмотрел этот проект на своем заседании, причем этот вопрос был первым в повестке дня. После обсуждения проекта В. И. Ленин внес в него несколько поправок, отредактировал текст и подписал Декрет.

Таким образом, Декретом от 28 мая 1919 г. был создан самостоятельный вид Вооруженных сил – войска внутренней охраны республики (ВОХР), в состав которых вошли все войска вспомогательного назначения, кроме пограничной охраны, войск охраны и обороны железных дорог (железнодорожной охраны) и конвойной стражи, которая оставалась в ведении Наркомюста и Наркомвоендела до 1922 г.

Общая численность ВОХР устанавливалась в 120 000 человек. Общая численность других войск вспомогательного назначения, согласно решения РВСР, должна была не превышать 200 000 человек, в том числе: судоохраны – 8 000, охраны сахарного производства – 5 500, продармии – 40 000, войск обороны и охраны железных дорог – 60 000, конвойной стражи – 50 000, пограничной охраны – 25 000.

Реальная же численность вспомогательных войск, кроме ВОХР, на 28 мая 1919 г. составляла (примерно, по неполным данным) 262 000 человек, из них: войска ВЧК – 17 900 (в том числе в Западном округе – 1 470), судоохрана – 4 240, войска охраны сахарного производства – 4 020, войска продовольственной армии – 25 530, войска обороны и охраны железных дорог – 102 600, войска конвойной стражи – 94 600, войска пограничной охраны – 12 990. За месяц численность вспомогательных войск сократилась почти на 80 000 человек, которые были направлены на формирование частей и соединений Красной Армии и на 24 июня 1919 г. общая численность вспомогательных войск составляла около 180 000 человек и 763 пулемета, в том числе: караульные части – 67 000 чел. и 419 пулеметов; войска ВЧК – 36 300 чел. и 167 пулеметов; войска охраны сахарных заводов – 3 600 чел. и 10 пулеметов; войска пограничной охраны – 15 600 чел и 95 пулеметов; войска желдорожной охраны – 62 400 чел.; войска продовольственной армии – 15 000 чел. и 40 пулеметов; войска Главвода – 4800 чел. и 32 пулемета.

Общая численность РККА в этот период составляла около 1 000 000 человек, к концу 1919 г. она увеличилась до 3 000 000, а к концу 1920 г. – до 5 500 000.

Создание советской пограничной охраны

Организация охраны границы, формирование и совершенствование пограничной охраны на территории Беларуси в период 1918—1991 гг. находилась в ведении партийно-государственных структур РСФСР, а затем – Советского Союза. Это было обусловлено тем, что Советская Беларусь никогда не имела ни военной, ни политической самостоятельности, несмотря на провозглашенную независимость.

Социалистическая Советская Республика Белоруссии (ССРБ) была провозглашена 1 января 1919 г., а уже 1 июня 1919 г. партийно-политическое руководство ССРБ подписало договор об объединении военных сил советских республик России, Украины, Литвы, Латвии и Беларуси, чем лишило собственную республику права проводить самостоятельную военную политику:

«Социалистическая Советская Республика Белоруссии, находясь во взаимоотношениях с Советской Россией, как равная с равной, передает на все время революционных войн все свои вооруженные силы в распоряжения единого командования вооруженных сил всех советских республик».

Эти же положения о едином военном руководстве были закреплены и в Союзном рабоче-крестьянском договоре между РСФСР и ССРБ, подписанном в Москве 16 января 1921 г., где говорилось, что республики «вступают между собой в военный и хозяйственный союз» и для лучшего осуществления этой цели «оба правительства объявляют объединенными следующие комиссариаты: 1) военных и морских дел, 2) Высший Совет Народного Хозяйства, 3) внешней торговли, 4) финансов…». Кроме того, еще в ноябре 1920 г. на III съезде КП (б) Б ССРБ фактически была провозглашена составной частью РСФСР, а 30 декабря 1922 г. Беларуская ССР, образовав с РСФСР, Украинской ССР и Закавказской СФСР Союз Советских Социалистических Республик (СССР), делегировала союзному правительству решение ряда вопросов, в том числе военного строительства и охраны границ.

Военные действия на территорию Беларуси перекинулись в августе 1915 г., а уже к сентябрю русская армия покинула значительную часть беларуской территории, принуждая население к эвакуации в глубь России. Немцы, захватив 1/4 часть Беларуси с населением около 2 000 000 человек, рассматривали эту территории как часть России, поэтому старались взять отсюда все, что, по их мнению, им должна была Россия. Они обложили беларусов системой различных наказаний, принудительных работ, штрафов, реквизиций. Кроме того, все население Беларуси в возрасте от 16 до 60 лет платило немцам подушную подать.

В этих условиях осенью 1915 г. был образован организационный комитет по созданию «Конфедерации Великого княжества Литовского», в состав которого вошли представители беларуских, литовских, польских и еврейских политических организаций. В феврале 1916 г. проект создания конфедерации был уточнен. Согласно ему, в состав конфедерации должны были войти территории Виленской и Ковенской губерний, а также, населенные преимущественно беларусами и литовцами, территории Сувалковской, Гродненской и Минской губерний и Курляндии.

Но немецкие оккупационные власти не одобрили этих идей, кроме того, и цели национальных лидеров были разные, поэтому весной 1916 г. была выдвинута идея создания Черноморско-Балтийской конфедерации, в состав которой должны были войти территории нынешних Литвы, Беларуси, Латвии, Украины и Польши.

Также в апреле 1916 г. на конференции народов России в Стокгольме братья Луцкевичи представили постулат политической и культурной автономии Беларуси в составе России, а в июне 1916 г. на III съезде наций Восточной и Центральной Европы в Лозанне было выдвинуто предложение о необходимости признания права на самоопределение беларуского народа, т.е. образования суверенного беларуского государства в границах проживания беларуского этноса.

Но правительство Германии в январе 1917 г. поддержало создание временного государственного органа Литвы – Литовскую Тарибу, которая сразу же стала активно добиваться включения в состав Литвы беларуских территорий.

Тяжесть войны, разруха, безработица – эти и целый ряд других причин вызвали недовольство в обществе. В рабочем движении нарастала забастовочная борьба и в феврале 1917 г. одна из петроградских стачек переросла в вооруженное восстание, в результате чего император Николай II отрекся от престола. В этих условиях рабочие и солдаты создали свой руководящий орган – Совет, а Государственная дума образовала Временное правительство.

В марте 1917 г. подобные советы рабочих и солдатских депутатов были созданы и во многих городах Беларуси, а также в Западной области, провозглашенной в марте 1917 г. решением Всероссийского совещания Советов в составе Минской, Могилевской, Витебской и не оккупированной части Виленской губерний.

Летом 1917 г. русская армия попыталась перейти в наступление, но потерпела поражение, погибли десятки тысяч солдат и офицеров. Из-за неудач на фронте в стране наступил политический кризис. 4 июля в Петрограде состоялась несанкционированная полумиллионная демонстрация, которая с разрешения Исполкома Всероссийского Совета рабочих и солдатских депутатов была расстреляна. Власть перешла к Временному правительству, большевики ушли в подполье и начали подготовку к вооруженному восстанию и свержению Временного правительства.

В это время в Минске состоялся II съезд беларуских национальных организаций, на котором была избрана Центральная рада во главе с Язепом Лёсиком, попытавшаяся объединить беларуское движение вокруг национальной идеи. 15 октября на сессии Центральной рады беларуских организаций был зарегистрирован руководящий орган – Великая Беларуская Рада. Была также создана Центральная Военная Беларуская Рада, которая развернула работу по созданию беларуской армии на Западном и Юго-Западном фронтах.

Создание беларуских структур в российской армии считалось явлением вполне нормальным, тем более, что в течение всего 1917 г. беларуские национальные движения и организации либеральной ориентации придерживались мнения о необходимости добиваться национально-государственной автономии Беларуси в составе будущей Российской Федеративной Республики. Требование автономии для Беларуси в составе этой республики было основополагающим и в программах партий демократического направления. Только в программе Беларуской Социалистической Громады (БСГ) содержалось требование полного самоуправления Беларуси со своим законодательным органом – Краевой Радой.

В сентябре 1917 г. на Съезде народов в Киеве, в котором принимали участие и беларуские делегаты, была принята резолюция «Про белорусов», с обращением к Временному правительству о немедленном издании Декрета об автономии Беларуси в составе Российской Федеративной Республики в этнографических границах расселения беларуского народа с включением в ее состав захваченных Германией территорий.

В ночь с 24 на 25 октября 1917 г. в Петрограде под руководством большевиков произошло вооруженное восстание, а утром было обнародовано обращение В.И..Ленина «К гражданам России», в котором сообщалось о свержении Временного правительства и переходе власти к военно-революционным комитетам Петроградского Совета рабочих и солдатских депутатов.

В полдень 25 октября весть о вооруженном восстании в Петрограде достигла Минска. Как только об этом стало известно, исполком Минского Совета вывел на улицы дислоцировавшиеся в городе 37-й и 289-й запасные пехотные полки и освободил из тюрьмы солдат, арестованных Временным правительством за революционную деятельность, из которых был сформирован 1-й имени Минского Совета революционный полк.

Опираясь на эти вооруженные силы, Президиум Минского Совета издал приказ №1, в котором провозгласил переход власти в Минске к Военно-революционным комитетам Совета рабочих и солдатских депутатов (ВРК). Вскоре такие ВРК были организованы и других городах Беларуси, а также в Совете рабочих, солдатских и крестьянских депутатов Западной области.

26 октября 1917 г. на проходившем в Петрограде II Всероссийском съезде Советов, на котором присутствовал и 51 делегат от трудящихся Беларуси и солдат Западного фронта, принял первые декреты, которые легли в основу государственного строительства и внешней политики нового государства. В частности, съезд принял Декрет об образовании временного рабочего и крестьянского правительства – Совета Народных Комиссаров (Совнарком или СНК) во главе с В. И. Ульяновым-Лениным.

СНК стал исполнительным и распорядительным органом государства, одновременно выполняя и законодательные функции. На съезде был образован и Всероссийский Центральный Исполнительный Комитет Советов (ВЦИК) – высший орган государственной власти в период между съездами. Основным исполнительным органом по организации защиты государства стал Петроградский ВРК.

Беларуские национальные партии, не приняв власть Советов, выступили с лозунгом полного национального самоопределения Беларуси и 14 декабря созвали в Минске съезд, на который прибыли 1872 делегата. Это были представители Советов рабочих, крестьянских и солдатских депутатов, городских дум, земств, военных беларуских советов, политических партий, профсоюзов, союзов беженцев. 1167 делегатов имели право решающего голоса.

Съезд не признал легитимности большевистской власти, объявил себя высшим органом власти в Беларуси и создал «Всебелорусский совет крестьянских, солдатских и рабочих депутатов», которому поручалось заменить существующие органы власти, созвать Учредительное собрание и решить вопросы о государственном устройстве Беларуси.

Однако в ночь с 17 на 18 декабря большевики произвели аресты нескольких членов президиума съезда, некоторых делегатов и объявили съезд распущенным. Вслед за этим Облискомзап и СНК Западной области объявил о роспуске Великой Беларуской Рады и Центральной Беларуской Войсковой Рады. Затем большевики ликвидировали городскую думу, земские учреждения, суды и запретили оппозицию.

С окончанием боевых действий на русско-германском фронте, линия фронта стала временной демаркационной линией, которая прошла по территории Беларуси между Россией и Германией по линии Двинск (Даугавпилс) – Свентяны – Лида – Пружаны, а между Германией и Украиной по линии озеро Выгонощанское – Пружаны – Каменец – Высоко-Литовск – Мельник.

9 декабря (20 ноября ст. ст.) 1917 г. в Брест-Литовске Советская Россия и Германия начали мирные переговоры, на которые прибыла и беларуская делегация во главе с А. Цвикевичем. Хотя делегация не имела официального статуса, однако она сумела донести до участников переговоров свою обеспокоенность реальной угрозой раздела Беларуси и свой взгляд на необходимость национального самоопределения страны.

10 февраля 1918 г. Германия, заключив договор с провозгласившей независимость Украинской Народной Республикой (УНР), выдвинула ультиматум о подписании советской делегацией предложенного ей мирного договора, в котором содержались требования о признании независимости Польши, Литвы, Латвии и УНР, выплаты Германии контрибуции, демобилизации армии и прекращения революционной пропаганды в Германии, Австро-Венгрии, Турции и Болгарии. В ответ глава советской делегации Л. Д. Троцкий на пленарном заседании заявил, что революционная Россия мира не подпишет, а армию демобилизует. После этого советская делегация покинула Брест, сорвав переговоры.

Утром 11 февраля правительство Советской России распорядилось о полной демобилизации своих вооруженных сил. Всем, кто не мог понять, зачем распускать войска, не подписав сепаратного мира, вождь петроградских большевиков и правая рука В. И. Ленина Зиновьев разъяснил с трибуны: ожидать неприятельского нападения не следует, так как трудящиеся Германии и Австро-Венгрии воевать не желают совсем.

Однако через неделю, 18 февраля 1918 г., германское верховное командование, давно перебросившее на Западный фронт свои самые боеспособные соединения, заявило об окончании временного перемирия и германские войска начали наступление по всей линии разваленного фронта. Даже не наступление, а стремительное продвижение мобильными отрядами по железным и шоссейным дорогам.

Председателям советов депутатов городов, расположенных на путях продвижения германских отрядов, В.И.Лениным 19 февраля 1918 г. были направлены телеграммы с требованием организовать сопротивление, как например, председателю Совета г. Дрисса Урбану: «Оказывайте сопротивление, где это возможно. Вывозите все ценное и продукты. Остальное все уничтожайте. Не оставляйте врагу ничего. Разбирайте пути – две версты на каждые десять. Взрывайте мосты». Однако 19 февраля немцы заняли Дриссу, в этот же день – Двинск, 20 февраля – Минск, 21 – Полоцк, 22 – Режицу.

С приближением германский войск к Минску, Облискомзап и СНК Западной области, ранее неоднократно заявлявшие о том, что будут оставаться в Минске для организации его обороны, с утра 19 февраля стали готовиться к эвакуации. На станцию свозили оружие и продовольствие, а 18.00 сюда прибыл грузовик с ящиками и баулами, где находилось 13 млн. рублей – конфискованная за день городская наличность.

В 10 вагонах «секретного эшелона» разместились местные руководители с охраной и штаб Красной гвардии во главе с военным комиссаром Западной области А.Ф.Мясниковым. Но рабочие железнодорожных мастерских отогнали паровоз и потребовали выплаты жалованья за последние месяцы. Ночь с 19 на 20 февраля прошла в спорах о размерах выплаты и к рассвету обе стороны сошлись на общей сумме в 450 тыс. рублей.

Получив деньги, рабочие вознамерились было не выпустить из города нескольких комиссаров, подозреваемых в крупных хищениях, в ответ на это большевики выставили на площадках и крышах вагонов пулеметы и пригрозили разгромить всю станцию, если паровоз немедленно не прицепят к поезду. После этого утром 20 февраля «секретный эшелон» отправился в Смоленск.

После эвакуации большевиков из Минска, в нем началась борьба за власть. Поляки захватили оружейные склады и вооружили несколько сотен добровольцев. Несколько сот солдат удалось собрать и освободившимся из тюрьмы руководителям Центральной Беларуской Военной Рады. Небольшие вооруженные силы собрали и русские организации. Но эта борьба всех против всех была прекращена вступившими в Минск германскими войсками.

21 февраля 1918 г. в Смоленске решением Облискомзапа был образован штаб Западного фронта в составе А. Ф. Мясникова (главнокомандующий), П. Ирова, М.И..Колмановича, К. Четырбока, П. Козлова и Н.И.Кривошеина, который стал высшей военной властью на фронте и на не оккупированной территории Западной области.

Однако реальное военное руководство вооруженными силами, противостоящими наступавшим немецким войскам в направлении Гомель – Бахмач и Гомель – Брянск, осуществлял организованный в феврале 1918 г. штаб «Западного фронта по борьбе с контрреволюцией» во главе с Р. И. Берзиным. В состав этого «фронта», преобразованного в конце марта 1918 г. в Брянскую группу отрядов Завесы, входили 1-я, 2-я и Особая армии.

В этот же день Всебелорусский съезд обратился к народам Беларуси с Первой уставной грамотой, в которой объявил себя временной властью. Также съезд сформировал правительство – Исполком Народного Секретариата Беларуси, председателем которого и министром иностранных дел стал один из лидеров БСГ Я..Воронко. Однако оккупировавшие Минск немцы рассматривали Беларусь как часть российской территории, поэтому они заняли здание Народного Секретариата, сняли с него национальный флаг, провели обыск и конфисковали кассу.

Несмотря на это, в Минске 9 марта 1918 г. на расширенном заседании Исполкома Всебелорусского съезда была принята Вторая уставная грамота к народам Беларуси, в которой было провозглашено образование Беларуской Народной Республики (БНР) в пределах расселения и численного преобладания беларуского народа. Исполком Народного Секретариата Беларуси был переименован в Раду БНР, президиум которой возглавил И. Середа.

Грамотой декларировались демократические права и свободы, отменялось право частной собственности на землю, устанавливался 8-часовой рабочий день. Рада Всебелорусского съезда провозгласила себя Радой БНР, в состав которой вошли представители национальных политических партий и объединений, российских социалистических партий.

Тем временем немецкие войска, после непродолжительного отдыха в Минске, продолжили движение в сторону Москвы и за 18—20 часов продвинулись на 117 верст. Ввиду опасности военного разгрома и утраты советской власти, правительство РСФСР еще ночь на 19 февраля спешно телеграфировало в Берлин о готовности СНК без промедления подписать мир на условиях, выдвинутых Германией 10 февраля, но германское командование предпочло продолжить наступление до получения официального письменного подтверждения присланной телеграммы.

На следующий день СНК одобрил ночную телеграмму и призвал все местные советы и войсковые организации приложить максимум усилий к воссозданию армии. Вместе с тем правительство Советской России не отдало никакого распоряжения хотя бы о приостановлении объявленной демобилизации и расформирование воинских частей русской армии продолжалось.

Тем временем германские военные отряды направились к Пскову, где был штаб Северного фронта и находились большие склады военного имущества, боеприпасов и продовольствия. 23 февраля Псков был объявлен на осадном положении, но вечером 24 февраля немецкий отряд численностью около 200 человек овладел городом без боя.

В этот же день были захвачены Юрьев и Ревель. Таким образом, прорыв, который не удался мощной группировке генерал-фельдмаршала фон Гинденбурга в 1915 г., осуществили небольшие германские отряды, скорость продвижения которых ограничивалась преимущественно пропускной способностью шоссейных и железных дорог.

После захвата Пскова, Юрьева (Тарту) и Ревеля (Таллина) немцы согласились на продолжение переговоров и делегация Советской России прибыла в Брест-Литовск, где 3 марта 1918 г. подписала мирный договор с делегациями Германии, Турции, Австро-Венгрии и Болгарии, причем на более тяжких условиях, чем предлагалось немцами 10 февраля. По его условиям западная граница Советской России с Германией прошла вдоль линии Рига – Двинск – Друя – Дрисвяты – Михалишки – Дзевилишки – Докудова – р. Неман – р. Зельвянка – Пружаны – Видомля, далее по территории Беларуси вдоль линии Видомля – р. Западный Буг до впадения р. Нарев – Янов – Брест-Литовский – Влодава – западная граница УНР с Германией, а от Видомля начиналась южная граница Советской России с УНР. Причем, так как Беларусь на переговорах не была представлена, то эта линия устанавливалась без учета ее интересов.

В частности, на российско-украинских переговорах делегация УНР требовала провести демаркационную линию в пределах Минской губернии от оз. Выгонощанское к р. Щара, далее – р. Щара и вдоль линии Любашево – Круговичи – Локтыши – Чепели – Погост – Уречье – Пасеки – Слуцк – Боровая – Новы Степ, а в пределах Могилевской губернии – от пункта в четырех верстах от Жлобина, далее – по линии Рачин – Шепотовичи – р. Сож – по р. Сож до р. Беседь – Святск.

Такие условия были неприемлемы даже для российской делегации, поэтому 7 августа 1918 г. переговоры с делегацией УНР были приостановлены, а в начале ноября и вообще прекращены, в результате чего вопрос о прохождении демаркационной линии между Советской Россией и УНР по территории Беларуси так и не был решен.

15 марта 1918 г. Чрезвычайный IV Всероссийский съезд Советов РСФСР ратифицировал Брест-Литовский мирный договор и западная часть Беларуси (Гродненская губерния и часть Виленской губернии с Вильней) отошла к Германии, центральная часть Беларуси (Минская губерния, часть Витебской и Могилевской губерний) осталась временно оккупированной территорией, а беларуское Подляшье с городами Белый, Яново, Терасполь, Кодень, Константинов, Немиров и Межречье, Берестейщина (Берестейский, Кобринский и Пружанский поветы) и Полесье (Дрогичинский, Косовский, Лунинецкий, Пинский, Столинский, Мозырьский, Речицкий и Гомельский поветы) признавались за УНР, восточная часть Беларуси осталась в составе РСФСР.

Однако Рада БНР не признала Брест-Литовский договор и 25 марта 1918 г. провозгласила независимость БНР, приняв Третью уставную грамоту, в которой указывалось, что: «Беларуская Народная Республики должна объять все земли, где живет и имеет численное преобладание беларуский народ, а именно: Могилёвщину, беларуские части Менщины, Гродненщины (с Гродно, Белостоком и др.), Виленщины, Витебщины, Смоленщины, Черниговщины и смежных частей соседних губерний, заселенных беларусами». Эти положения основывались на «Этнографической карте беларуского племени», составленной академиком Е. Карским.

Согласно карте, территория, на которой беларусы составляют абсолютное или относительное большинство, расположена по обе стороны Балтийско-Черноморского водораздела в бассейне верхнего Днепра, верхнего Немана и верхней и средней Западной Двины и включает, кроме нынешней территории Беларуси, ряд районов Брянской, Смоленской, Псковской губерний, Виленскую и большую часть Белостокской губернии, уезды Двинский, Люцинский и Режицкий Лифляндской губернии.

Задача по описанию границ БНР была поручена Комиссии международных дел и Стратегической комиссии, созданной при Народном Секретариате иностранных дел. Карту БНР планировалось разработать в 1918 г., но она была издана только в 1919 г. в оккупированном поляками Гродно.

Граница БНР проходила:

с Россией: станция Корсовка железной дороги Петроград – Варшава (около 40 верстах севернее г. Режица Витебской губернии); почти прямая линия до Великих Лук по территории Псковской губернии южнее Опочки и Великих Лук на 5 верст; далее – 5—10 верст южнее железной дороги Великие Луки – Ржев, по территории Смоленской губернии, где поворачивает на север по границе губернии; у местечка Рожня линия границы переходит на территорию Тверской губернии; по линии верст на 30—40 от границы губернии в направлении Ржева; в 10 верстах от Ржева граница круто сворачивает на юг, к верховью Днепра; по течению Днепра до пересечения его железной дорогой Смоленск – Вязьма; далее – широкой дугой, выпуклой к востоку, до пересечения железной дороги Смоленск – Сухиничи с границей Калужской губернии; по границе губернии до реки Десна; по течению реки до станции Городец, что в 25 верстах северо-западнее Брянска; далее – на юг, до реки Десна; по течению реки 80 верст до пересечения границы Украины, совпадающую с восточной границей Черниговской губернии;

Смоленские и Брянские земли в разное время были и в составе Великого княжества Литовского и Московского государства, но почти на всех картах XIX – начала XX в. этническая граница беларусов охватывала Смоленщину и западные районы Брянской обл. Так, в «Списке населенных мест по сведениям с 1859 г.» указано, что среди населения Смоленской губернии беларусы преобладают по всей губернии, «особенно же беларусы распространены в уездах: Рославском, Смоленском, Краснинском, Дорогобужском, Ельнинском, Поречском и Духовщинском». Другие российские издания также свидетельсвуют, что «половина населения Смоленской губернии, действительно, относится к беларускому племени… и по общему своему естественному типу большая часть Смоленской губернии ничем не отличается от самых типических частей Беларуси, с которой имеет больше сходства, чем с соседними губерниями».

с Украиной: от пересечения Десной границы Черниговской губернии по течению Десны 10 верст; далее – на запад до Днепра, в 30 верстах ниже впадения в него реки Сож у сел Любечь и Лушиво; по Днепру до границы Киевской губернии; по границе губернии до границы Волынской губернии; по границе губернии до ее стыка с границей Гродненской губернии; по границе этой губернии к г. Влодава на реке Западный Буг – стыку границ Беларуси, Польши и Украины;

Профессор Карский, немецкие и украинские специалисты считали, что граница проходит по границе Волынской губернии только до села Скородное, от которого – прямо на север к г. Мозырь Минской губернии, от Мозыря – по р. Припяти, по ее притоку Бобрику, от его верховьев к озеру Выгоновскому, от озера ломаной линией через города Береза и Пружаны и севернее городов Каменец и Высоко-Литовск до д. Мельники, которая является стыком границ Украины, Беларуси и Польши.

Профессор Е. Карский, составляя свою карту, использовал строго лингвистический подход и все спорные моменты решал не в пользу беларусов. Так, юго-западные районы (Полесские территории), в которых преобладали украинские языковые особенности, он исключил из этнической территории Беларуси. Беларуский историк, участник национального движения М.В.Довнар-Запольский составил другую карту, в основу которой были положены все основные факторы – от языковых до историко-этнических, поэтому на карте Довнар-Запольского южная граница Беларуси проходит практически так, как она существует на сегодняшний день.

В 1918 г. лидеры УНР, используя сложную внешнеполитическую обстановку, стремились расширить территорию УНР за счет Беларуси: они претендовали на беларуские уезды Черниговской губернии, также на части Могилевской, Минской и Гродненской губерний.

с Польшей: от г. Влодава по течению на р. Западный Буг до его притока Нурец; по Нурцу до г. Брянск, далее к г. Сураж на реке Нарев; по течению Нарева до впадения в него реки Бобр; по Бобру до Августовского канала; далее по каналу, в 10 верстах от г. Августов сворачивает на Друскеники на р. Неман – стык границ Беларуси, Польши и Литвы;

Граница с Польшей была подтверждена Кревской и Люблинской униями между Великим княжеством Литовским и Польским королевством. Однако в XIX в., после разделов Речи Посполитой, часть местных жителей католического вероисповедания, называвших себя литвинами, не желая поддаваться русификации, стала называть себя поляками. Другая часть католиков продолжала считать себя литвинами или называла себя «тутэйшими». Но согласно данных переписи 1897 г. большинство населения Гродненской губернии считали себя беларусами, за исключением Белостокского уезд, где среди городского населения преобладали поляки, но среди сельского населения соотношение беларусов и поляков было одинаковое.

После образования независимого польского государства ее руководство пыталась решить проблему западных территорий Беларуси дипломатическим путем, тем более, что на этом настаивали и страны Антанты. Польша пытались убедить страны Антанты в том, что поляки составляют этническое большинство на землях Западной Беларуси, так как при определении нации польские политики руководствовались религиозным критерием: католик – значит поляк, православный – беларус.

с Литвой: от Друскеники по линии южнее г. Ораны к м. Вороново, что в 30 верстах севернее г. Лиды; далее – широкой дугой, захватывающей города Вильно и Новые Троки через н. п. Ольненич, Клечи, Высокий Двор, Клейтовишки, Мусники, Шировинты и Дубинки – к г. Свентяны; от Свентян через ж. д. ст. Годушинки, г. Видзы и озеро Дрисвяты – к м. Турмонты Ново-Александровского уезда Ковенской губернии – стык границ Литвы, Беларуси и Курляндии;

Вплоть до XVIIIв. большая часть нынешней Литвы, включая Виленщину, считалась беларускоязычной и на всех западноевропейских и русских этнографических картах конца XIX – начала XXв. обозначалась как беларуская этническая территория. Население этой территории называло себя литвинами, говорило на беларуском языке и считало себя славянами.

По данным переписи населения Виленской губернии 1897 г., большинство ее населения составляли беларусы, на втором месте – литовцы, на третьем – поляки. Беларусы составляли большинство по всей губернии, за исключением Трокского уезда.

с Курляндией: от м. Турмонты северо-восточнее г. Ново-Александровск через г. Иллуксть до реки Западная Двина у имения Ликсно, что в 14 верстах по течению ниже г. Двинска;

с Лифляндией: от имения Ликсно, огибая г. Двинск и включая его в территорию Беларуси, по Западной Двине до г. Друи; от г. Друя под прямым углом поворачивает на север и через местечки Дагда, Люцинь и Ясновь к станции Корсовка железной дороги Петроград – Варшава.

В н.в. северо-западная часть беларуской этнографической территории, бывшие уезды Двинский, Люцынский и Режицкий, находится в составе Латвии.

В уставной грамоте также подчеркивалось, что все прежние государственные договора Российской империи потеряли силу, поэтому предлагалось подписать новые мирные соглашения со всеми заинтересованными сторонами. Правительство Советской России заявило об отмене всех договоров о разделе Речи Посполитой только 29 августа 1918 г.

Впоследствии правительство БНР неоднократно пыталось добиться международного признания этих границ Беларуси. Так, в апреле 1918 г. делегаты БНР А. Цвикевич, профессор М. Довнар-Запольский и доктор П. Тремкович в письме к германскому послу при Украинской Раде писали: «Вместе с тем, мы настойчиво просим сохранения Беларуси в ее естественных исторических, этнографических и экономических границах. Конкретно, мы настаиваем на сохранении за Беларусью Гродненщины, течения Припяти и г. Вильно.

Относительно Вильно, мы должны напомнить, что это духовный центр Беларуси, который наиболее живо представляет идею беларуской государственности».

В августе Рада БНР выразила протест рейхсканцлеру Германии Г. Гертлингу в связи с возможным отторжением части территории Беларуси с целью увеличить область Королевства Польского. На межсоюзническом совещании в Яссах в ноябре 1918 г. делегации правительства БНР для ознакомления союзников с положением беларуского вопроса и стремлением беларуского народа к независимости, предоставила меморандум об историческом развитии беларуского народа и карту этнографических границ Беларуси.

Не позднее октября 1918 г. правительством БНР было направлена просьба к правительству Австрийской империи о признании Беларуси самостоятельной республикой, окончательно отделившейся от России, в которой также говорилось о сохранении Беларуси в естественных исторических, этнографических и экономических границах: «Мы будем настоятельно просить оказать нам поддержку в удержании за Беларусией территории Гродненской губернии, за исключением, быть может, южной части Брестского уезда, всей южной части Минской губернии, т. е. течение реки Припять и бассейна реки Сож с северными уездами Черниговской губернии.

На западе мы стоим за охрану всей территории Беларуси с городом Вильно – нашей древней столицей, а оттуда на восток к Динабургу. При этом мы считаем нужным напомнить, что Вильно было не только нашей столицей, но и воинственным центром и центром беларуского движения».

Также неоднократно направлялись заявления и мемориалы Рады БНР правительству Украины с просьбами признать независимость и нераздельность Беларуси в ее историческо-этнографических границах. В частности, 10 октября 1918 г. делегацией БНР была представлена нота министру иностранных дел Украины об официальном признании БНР и установлении государственной границы между ней и Украиной.

Однако немцы не признавали БНР, считая ее частью Советской России. Ссылаясь на Брестский мирный договор, рейхсканцлер Германии сообщил, что без согласия советского правительства России Германия не может признать созданное государство, поэтому под угрозой применения силы немецкие оккупационные власти разогнали Раду и Народный Секретариат, а в начале апреля вообще запретили их деятельность.

Таким образом, деятельность БНР была строго ограничена, поскольку немцы не разрешили ей создать свои армию, полицию, финансовую систему. Однако местные оккупационные власти, в отличие от официального Берлина, сотрудничали с органами БНР. В частности, ими в компетенцию Народного Секретариата были переданы торговля, промышленность, социальная опека, образование и культура.

Самые крупные успехи этой первой беларуской республики были достигнуты в области культурных преобразований: государственным языком был утвержден беларуский, открылось большое количество беларуских школ и гимназий, были открыты беларуский педагогический институт и беларуская консерватория, была создана комиссия по подготовке открытия беларуского университета, работали беларуский театр и общество драмы и комедии, выходили 14 газет и журналов на беларуском языке. Успешно развивалась и международная деятельность БНР.

Так, были созданы представительства БНР в Украине, Латвии, России. Дипломатические миссии были в Варшаве, Берлине, Берне, Копенгагене. Граждане республики начали получать паспорта БНР, в том числе и дипломатические.

В связи с провозглашением БНР большевистское руководство Советской России было вынуждено решать национальный вопрос беларусов и Декретом СНК РСФСР от 31 января 1918 г. в Западной области РСФСР был создан специальный правительственный орган – беларуский национальный комиссариат, который стал одним из первых национальных отделов, учрежденных при Народном комиссариате (Наркомате) по делам национальностей СНК РСФСР, и просуществовавшим до провозглашения Советской Беларуси.

Этот комиссариат должен был информировать СНК РФСФР о нуждах беларуского народа, извещать беларуских трудящихся о мероприятиях, проводимых советской властью, бороться с проявлениями национализма и шовинизма, содействовать национально-государственному и культурному строительству, пропагандировать идеи Советской власти и т. д. Представитель комиссариата был обязан присутствовать на всех заседаниях СНК РСФСР, на которых рассматривались вопросы, затрагивающие интересы беларуского народа.

В апреле 1918 г. по инициативе беларуского национального комиссариата Облискомзап и Наркомат внутренних дел (НКВД) РСФСР приняли совместное постановление об увеличении территории Западной области путем передачи в ее состав Смоленской губернии из состава Московской области.

27 августа 1918 г. был подписан добавочный договор к Брестскому мирному договору, который предусматривал установление демаркационных линий для всех занятых германскими войсками территорий с оставлением нейтральной зоны между обеими сторонами; Германия брала на себя обязательства немедленно начать очищение временно оккупированных местностей к востоку от линии границы, установленной Брестским договором, т.е. территорию Беларуси к востоку от р. Березины.

Кроме того, предусматривалось достижение договаривающимися сторонами дальнейших соглашений, касающихся условий освобождения беларуской территории и к западу от р. Березины. Советская Россия обязывалась принять все меры для изгнания военных сил Антанты из Северной России, при этом Германия гарантировала ненападение Финляндии и безопасность Петрограда. Предусматривался также ряд других территориальных, политических и экономических обязательств сторон.

В сентябре 1918 г. во исполнение этого договора был подписан протокол соглашения русско-германской комиссии, в соответствии с которым к 31 января 1919 г. Германия обязалась очистить полностью Лепельский, Могилевский, Оршанский, Сенненский, Рогачевский и частично Старо-Быховский, Речецкий и Борисовский уезды. Порядок очищения оккупированной территории определялся совместными русско-германскими комиссиями.

Однако, потерпев поражение в I мировой войне, 11 ноября 1918 г. Германия подписала в Компьене перемирие и 13 ноября 1918 г. ВЦИК РСФСР аннулировал Брест-Литовский договор, заявив, что «условия мира с Германией, подписанные в Бресте 3 марта 1918 г., лишились силы и значения. Брест-Литовский договор в целом и во всех пунктах объявляется уничтоженным. Все включенные в Брест-Литовский договор обязательства, касающиеся уступки территории и областей, объявляются недействительными».

В этой связи приказом Революционного Военного Совета Республики (РВСР) от 15 ноября 1918 г. Западный район обороны был преобразован в Западную армию, в состав которой вошли Западная, Псковская и Витебская дивизии, общей численностью около 8 000 человек, а после передачи в состав армии Западной дивизии ее общая численность составила 11 000 человек.

В связи с отходом германских войск от демаркационной линии Западной армии были поставлены задачи перейти демаркационную линию и, по мере освобождения германскими войсками оккупированных ими территорий, продвигаться в направлениях Люцын – Режица, Полоцк – Двинск, Полоцк – Вилейка, Орша – Борисов – Минск, на Жлобин и на Гомель, занимать освобождаемые территории, осуществляя на них военно-административное устройство и формирование вооруженных сил из местного населения.

Во исполнение указанных задач, в ночь на 17 ноября войска Западной армии и 2-го округа пограничной охраны перешли демаркационную линию и начали продвижение за отходящими германскими войсками на линию русско-германской границы 1914 г. 21 ноября они заняли Полоцк, 28 – Бобруйск, 8 декабря – Слуцк, 9 – Двинск, 10 – Минск и вышли к 10 декабря 1918 г. на рубеж Даугавпилс – Минск – Слуцк – Шацилки (в н.в. – Солигорск) – Руденец.

Продолжая наступление, войска Западной армии 6 января 1919 г. заняли Гомель, Барановичи и Вильню, 9 – Лунинец, 10 – Лиду, 12 – Мозырь, 14 – Слоним и Речицу, а 25 – Пинск, выбив оттуда части УНР. В конце января войска РККА заняли Ковно и Гродно, но контрударом немецкого Добровольческого корпуса под командованием генерала М. Гофмана в первой половине февраля 1919 г. были отброшены на 60—80 км восточнее, на территорию Литвы и к 13 февраля советско-германский фронт установился по линии Паневежис – Вильна – Лида – Слоним – Береза – Иваново (Янов) – Сарны.

В связи с освобождением территорий Беларуси и Литвы и установлением там советской власти, 8 декабря 1918 г. большевиками было провозглашено образование Социалистической Советской Республики Литвы (ССРЛ), в состав которой должны были войти почти все беларуские этнические земли. В этот же день Рада БНР и правительство А. Луцкевича переехали в Вильню, таким образом, БНР фактически перестала существовать. Однако ее деятельность заставила большевиков пересмотреть свою политику в отношении Беларуси и уже в середине декабря Центральный комитет (ЦК) Российской коммунистической партии (большевиков) (РКП (б)) на своем заседании рассмотрел проект создания двух советских республик – литовской и беларуской (ЛитБел).

21—23 декабря 1918 г. в Москве прошла I конференция беларуских секций РКП (б), которая приняла решение о необходимости образования на территории Западной коммуны, в которую была преобразована Западная область в сентябре 1918 г., беларуского советского правительства, что полностью соответствовало политике ЦК РКП (б) относительно национально-государственного строительства освобождаемых западных районов.

22 декабря РСФСР официально признала независимость ССРЛ, но 23 декабря Постановлением ВЦИК в состав Западной коммуны была включена Гродненская губерния, которая ранее была объявлена в составе ССРЛ, а 24 декабря 1918 г. ЦК РКП (б) принял решение о создании Советской Социалистической Республики Белоруссии (ССРБ) и директивой Наркома по делам национальностей РСФСР от 27 декабря 1918 г. «О практических мероприятиях образования ССРБ» был определен численный состав правительства республики и его структура, а также ее территория: «В состав республики входят губернии: Гродненская, Минская, Могилевская, Витебская и Смоленская. Последняя является спорной, по усмотрению местных товарищей».

30—31 декабря 1918 г. в Смоленске прошла VI Северо-Западная областная конференция РКП (б), в работе которой приняли участие 203 делегата от 17771 большевиков Витебской, Смоленской, Минской, Могилевской и Черниговской губерний. Конференция обсудила доклад «О текущем моменте» областного комитета РКП (б), доклады о положении на местах и решила организационные вопросы.

30 декабря докладом «О текущем моменте» выступил председатель Северо-Западного областного комитета РКП (б) А. Ф. Мясников. Исходя из анализа международной и внутренней обстановки страны, задач партии большевиков в области государственного строительства и руководствуясь решением ЦК РКП (б) о создании беларуской советской государственности, докладчик предложил конференции обсудить вопрос о провозглашении ССРБ и делегаты единодушно поддержали это предложение, приняв резолюцию: «считать необходимым провозгласить самостоятельную Социалистическую Республику Белоруссию из территорий Минской, Гродненской, Могилевской, Витебской и Смоленской губерний». Одновременно VI Северо-Западная областная конференция была переименована в I съезд Коммунистической партии (большевиков) Беларуси, который тут же принял Постановление «О границах белорусской советской социалистической республики» (почему-то в документе название именно так), где указывалось:

«1. Основным ядром белорусской республики считаются губернии: Минская, Смоленская, Могилевская, Витебская и Гродненская с частями прилегающих к ним местностей соседних губерний, населенных по преимуществу белорусами. Таковыми признать: часть Ковенской губернии Ново-Александровского уезда, Вилейский уезд, часть Свентянского и Ошмянского уездов Виленской губернии, Августовский уезд бывшей Сувалковской губернии, Суражский, Мглинский, Стародубский и Новозыбковский уезды Черниговской губернии. Из состава Смоленской губернии могут быть исключены уезды: Гжатский, Сычевский, Вяземский и Юхновский, а из Витебской губернии части уездов Двинского, Режицкого и Люцинского.

2. Во всех местах, где граница, проходя по частям Витебской и Виленской губерний, носит спорный характер, вследствие населенности в одинаковой степени несколькими народностями, граница должна быть установлена особыми комиссиями, выделяемыми правительствами заинтересованных советских республик».

Таким образом, границы Советской Беларуси практически совпали с границами БНР, лишь в районе Брянска граница должна была проходить ближе к границе Могилевской губернии, в районе Режицы – западнее границы БНР, в Виленской губернии – ближе к Сморгони и Ошмянам, также отличались участки границы с Польшей в районе Бельска и с Украиной в районе Новозыбкова.

На следующий день, 31 декабря 1918 г., в Смоленске было создано Временное революционное рабоче-крестьянское правительство ССРБ, председателем которого стал Д. Ф. Жилунович. 1 января 1919 г. правительство по радио обнародовало Манифест, который провозгласил создание ССРБ в составе Витебской, Гродненской, Минской и Могилевской губерний и беларуских уездов Виленской, Ковенской и Смоленской губерний, а также основные положения государственного статуса республики. 5 января 1919 г. правительство ССРБ переехало из Смоленска в Минск, который с этого времени стал столицей Беларуси.

Планировалось, что легитимность Постановлению съезда и Манифесту должен был придать Всебеларуский съезд Советов, который бы принял Конституцию ССРБ, утвердил ее герб и флаг, избрал ЦИК. Однако в период подготовки к съезду, 16 января 1919 г. ЦК РКП (б) принял решение о присоединении к РСФСР Витебской, Могилевской и Смоленской губерний.

22 января 1919 г. вопрос о границах ССРБ обсуждался на заседании Центрального Бюро КП (б) Б, но после продолжительных споров оно было вынуждено согласиться с решением ЦК РКП (б), оговорив себе право просить о пересмотре данного решения. Свое соглашательство члены Центрального Бюро КП (б) Б оправдывали тем, что исключение из состава ССРБ трех губерний не приведет к нарушению суверенитета только что провозглашенной республики, а лишь ликвидирует Западную область.

I Всебеларуский съезд Советов открылся в Минске 2 февраля 1919 г. За время своей работы 2—4 февраля, он принял «Декларацию прав трудящихся и эксплуатируемых» – Конституцию ССРБ, в которой территория Беларуси была определена в только составе Минской и Гродненской губерний, избрал ЦИК Советов ССРБ, председателем которого был избран А.Ф.Мясников, утвердил правительство ССРБ и принял «Декларацию об установлении федеративной связи ССРБ с РСФСР».

Однако 3 февраля на съезде выступил Председатель ВЦИК Я. М. Свердлов, который огласил Постановление Президиума ВЦИК от 31 января 1919 г. «О признании независимости Социалистической Советской Республики Белоруссии», после чего предложил принять Декларацию «Об объединении советских социалистических республик Литвы и Белоруссии». Беларуские большевики были вынуждены одобрить это предложение, а 15 февраля и Съезд советов ССРЛ, также по указанию руководства Советской России, высказалась за объединение ССРЛ и ССРБ в единую Социалистическую Советскую Республику Литвы и Беларуси (ССРЛБ, ЛитБел), которая должна была стать буферным государством между Польшей и Советской Россией, что исключило бы открытое военное противоборство между ними. Таким образом, национально-государственное создание Беларуси было принесено в жертву интересам мировой пролетарской революции.

На основании решений этих двух съездов советов, 27 февраля 1919 г. в Вильне состоялось объединенное заседание ЦИК ССРЛ и ЦИК ССРБ, принявшее решение о создании ССРЛБ со столицей в Вильне, но уже в апреле 1919 г. столицей ЛитБел стал Минск, а в августе 1919 г. – Смоленск.

В состав ЛитБел вошли территории Виленской, Минской, Гродненской, Ковенской и части Сувалской губерний с населением более 6 млн. человек. ЛитБел также, как и ССРБ, провозгласила установление «федеративной связи» с РСФСР, поэтому 16 февраля 1919 г. ЦИК ЛитБел обратился к польскому правительству с предложением решить вопрос о границах. Но, как и на предложение ВЦИК от 10 февраля об установлении границ, ответа от Польши не последовало.

28 февраля 1919 г. правительство ЛитБел назначило своего постоянного представителя в РСФСР, а в марте ЦИК республики обратился ко всем народам и правительствам с просьбой о признании ССРЛБ и поручил своему правительству, образованному 27 февраля 1919 г. на объединенном заседании ЦИК ССРЛ и ССРБ, снестись с правительствами Антанты для проведения мирных переговоров.

4—6 марта состоялся объединительный съезд КП (б) Б и КП (б) Л, на котором была образована единая Коммунистическая партия Литвы и Беларуси, сформирован ее ЦК и другие руководящие органы, а 19 апреля 1919 г., в связи с осложнением обстановки, был создан Совет обороны, к которому перешла вся полнота военной и государственной власти в ЛитБел. Но уже 19 июля СНК ЛитБел принял постановление о передаче всех дел Минскому губернскому ВРК.

Для придания легитимности ЛитБел большей видимости, ЦК РКП (б) и ВЦИК приняли решение о формировании ее собственных вооруженных сил и 13 марта в Литовско-Беларускую армию была переименована Отдельная Западная армия РККА, которая с 19 февраля 1919 г. была в составе Западного фронта. Однако беларусов и уроженцев Беларуси там практически не было, служили в ней в основном красноармейцы и командиры из российских губерний.

Принудительная же мобилизация беларусов в РККА Советской России и отправка их на Восточный и Южный фронты гражданской войны, а также проводимая большевиками политика «военного коммунизма» вызывали у жителей Беларуси недовольство советской властью, в результате чего тысячи людей уходили в леса, создавали там партизанские группы и отряды, которые вели борьбу с отрядами РККА, проводившими в деревнях реквизиции фуража, хлеба и скота. Кроме того, недовольство красноармейцев Советской властью привело к нескольким солдатским восстаниям в восточной части Беларуси.

Одним из самых мощных было восстание в Гомеле двух полков РККА, для борьбы с которым был создан военно-революционный штаб, обратившийся к другим городам с просьбой прислать войска, после чего восстание было жестоко подавлено, а Литовско-Беларуская армия директивой Главного командования №2188/оп от 7 июня 1919 г. была переименована в 16-ю армию РККА.

Тем временем на западных рубежах Беларуси создавался новый центр силы в лице Польши…

От войны с Германией до войны с Польшей

Революция в Германии и отход немецких оккупационных войск с территории Польши, привели к провозглашению независимого польского государства, о чем 16 ноября 1918 г. Юзеф Пилсудский уведомил все страны, кроме РСФСР. Также 16 ноября он направил главнокомандующему войсками Антанты маршалу Ф. Фошу радиотелеграмму с просьбой «о военной оккупации Польши коалиционными и польскими войсками для защиты страны от большевизма».

Правительство Советской России, стремясь избежать военного столкновения с Польшей, 28 ноября и 12 декабря выразило готовность установить с ней дипломатические отношения, однако польское правительство под разными предлогами отказывалось от этих предложений, скрыв их от польской общественности. Кроме того, Ю. Пилсудский, одержимый идеей восстановления Речи Посполитой в составе Польши, Литвы, Беларусии и Украины в границах, установленных ее первым разделом в 1772 г., считал, что чем дольше в России будет продолжаться неразбериха, тем бóльшие территории сможет контролировать Польша.

Своеобразной программой максимум Ю. Пилсудского было создание ряда национальных государств на территории европейской части бывшей Российской империи, которые находились бы под влиянием Варшавы. Это, по его мнению, позволило бы Польше стать великой державой, заменив в Восточной Европе Россию.

Получив материальную помощь от США, Франции и Англии Ю. Пилсудский приступил к подготовке захвата украинских и беларуских земель, провозгласив создание Второй Речи Посполитой. После провозглашения большевиками 8 декабря 1918 г. Социалистической Советской Республики Литвы, в Варшаве был создан Комитет обороны «крессов» (окраин), под руководством которого было начато формирование литовско-беларуской дивизии, а на территории Беларуси и Литвы польское население начало формировать отряды «местной самообороны», которые должны были взять власть в «кресах всходних» после отхода отсюда немцев (13 апреля 1919 г. отряды «местной самообороны» были официально включены в состав регулярной польской армии).

Формирование отрядов «местной самообороны» послужило Ю. Пилсудскому поводом начать наступление на восток и в конце декабря 1918 г. польские легионеры заняли Ружаны и Пружаны, затем ликвидировали украинскую администрацию на Холмщине, в Бресте, Жабинке, Кобрине и Владимире-Волынском.

В это время на открывшейся 18 января 1919 г. в Париже мирной конференции началась обсуждение вопроса о восточных границах Польши. На конференции была создана специальная комиссия по польским делам во главе с бывшим послом Франции в Германии Жюлем Камбоном. При подготовке решения вопроса о польско-русской границе эта комиссия исходила из решения делегаций главных союзных держав – Великобритании, США, Италии и Японии, считавших необходимым включить в состав Польши только этнически польские территории. На основе этого решения Территориальная комиссия конференции предложила установить восточную границу Польши по линии Гродно – Валовка – Немиров – Брест-Литовск – Дорогуск – Устилуг – восточное Грубешова – Крылов – западнее Равы-Русской – восточнее Перемышля до Карпат. Эта линия границы была принята союзными державами уже после заключения Версальского мирного договора и опубликована в «Декларации Верховного совета союзных и объединившихся держав по поводу временной восточной границы Польши» от 8 декабря 1919 г. за подписью председателя Верховного совета Ж. Клемансо.

Для обеспечения выхода польских войск на эту границу, 5 февраля 1919 г. под давлением Франции было подписано германо-польское соглашение об эвакуации германских войск из Литвы и Беларуси и их замены польскими войсками. Несмотря на протесты правительства РСФСР 10 февраля и правительств советских Литвы и Беларуси 16 февраля, с 9 по 14 февраля германские войска пропустили через свои позиции польские части, которые начали продвижение на восток и вышли на рубеж р. Неман – Скидель – р. Зельвянка – р. Ружанка – Пружаны – Кобрин – р. Припять, где вошли в соприкосновение с войсками РККА, завязав с ними боевые действия.

В этой ситуации 19 февраля 1919 г. директивой Главкома от 12 февраля 1919 г. был образован Западный фронт, которому 22 февраля Главком И. И. Вацетис приказал перейти к обороне на рубеже Тукум – Шавли – Паневежис – Вилькомир – Жосли – Ораны – Лида – Слоним – р. Щара – Огинский канал – Пинск – Сарны.

Проведя через комиссию сейма по иностранным делам требование отвода войск РККА «за границы 1772 года» Ю. Пилсудский отдал приказ о наступлении и 2 марта 1919 г. части генерала С. Шептицкого атаковали центральный участок Западного фронта РККА и, прорвав их оборону, захватили Слоним, одновременно части генерала А. Листовского атаковали левый фланг Западного фронта и 5 марта захватили Пинск. Вскоре, не выдержав атак польских войск, части РККА стали отходить на всем фронте. В это же время, 4 марта началось наступление войск Колчака на Восточном фронте, и туда начали перебрасывать части РККА с Западного фронта.

ЗУОЗ

Впервые вопрос об организации охраны границ республики Советов был поставлен 11 декабря 1917 г., с началом мирных переговоров с Германией, когда управление бывшего ОПК предложило Генеральному штабу закрыть новую российско-германскую границу бригадами ОПК, перешедшими на сторону советской власти и находившимися в распоряжении Военного ведомства. Однако к этому времени бригады ОПК западной границы уже были переформированы в армейские полки, а само Военное ведомство не располагало необходимым количеством войск для закрытия границы.

Тем временем усложнявшаяся обстановка на границе настоятельно требовала решения вопроса по ее охране, поэтому 29 января 1918 г. бывший генерал-лейтенант ОПК Г. Г. Мокасей-Шибинский получил указание срочно приступить к формированию пограничной стражи, «которая должна послужить последним этапом оборонительного фронта при переходе охраны границы от войны к миру, от войны к мирному времени».

14 февраля 1918 г. нарком финансов В. Р. Менжинский пригласил к себе для доклада начальника штаба ОПК С. Г. Шамшева и председателя ВРК штаба ОПК Г.И..Чернецкого. Им В. Р. Менжинский заявил, что настало время обратить внимание на охрану границы, особенно северо-западной и западной, и предложил создать оргпятерку, которая бы занялась подготовкой организационных документов по созданию пограничной охраны Советской России.

К марту 1918 г. оргпятерка была создана. В ее состав вошли: С. Г. Шамшев, А.Б..Розанов, В. Я. Тетеревятников, В. Г. Быков и Г. И. Чернецкий. Вскоре она вместе с правительством Советской России переехала из Петрограда в Москву, а 30 марта 1918 г. по предложению оргпятерки при Наркомате финансов (Наркомфин) было создано Главное управление пограничной охраны (ГУПО) и Совет пограничной охраны (СПО). На ГУПО была возложена задача организации охраны границы, в первую очередь «… на Севере, вдоль побережья Белого моря до конечного пункта Мурманской железной дороги, по границам Финляндии и Эстляндии и вдоль Чудского озера до г. Гдова».

Начальником ГУПО был назначен Г. Г. Мокасей-Шибинский, а его сотрудниками стали в основном бывшие сотрудники управления и штаба ОПК, перешедшие на сторону советской власти. Без их опыта и знаний новая граница долго бы могла еще оставаться «дырявой», но одновременно они были и первыми, кто подозревался в саботаже, заговорах и карали их по всей строгости «революционных законов». Впоследствии многие из них не выдерживали и уходили. Так, например, произошло 3 ноября 1918 г. во 2-м Порховском пограничном районе 2-го Западного (Витебского) пограничного округа, когда в одну ночь покинули свои подразделения два начальника подрайона, один помощник и три начальника заставы – бывшие военнослужащие ОПК.

Однако 15 сентября 1918 г. ГУПО было расформировано, а при Наркомате торгпрома был учрежден Отдел пограничного надзора, а впоследствии части пограничной охраны поступили в одновременное подчинение и Наркомата по военным делам, и Наркомата торгпрома.

После заключения Брестского мира, с 8 марта 1918 г. началось установление демаркационной линии между Германией и РСФСР. Переговоры об этом с германским командованием велись пограничным военным советом и военным руководителем. Проводилась же демаркационная линия по частным соглашениям местных командований, иногда даже без карт. В результате линия разделила многие населенные пункты «по-живому»: дома местных жителей нередко находились по одну сторону границы, а принадлежавшие им пашни, выгоны, а нередко и хозяйственные постройки – по другую. В частности ж.д. станция Орша была просто разделена пополам: Орша-Пассажирская была занята советскими частями, Орша-Товарная – немецкими. Питание и немецких, и советских паровозов водой осуществлялось от одной и той же водокачки. В результате часовые здесь, в конце-концов, так привыкли друг к другу, что от скуки поочередно катались на одном и том же велосипеде.

Временная демаркационная линия на всем протяжении от Финского залива (в районе г. Нарва) до границы с Украиной (в районе северной части Черниговской губернии) была установлена к середине апреля 1918 г. Ее описание и карту масштаба 10 верст в 1 дециметре (т.н. «десятиверстка») с нанесенной на нее демаркационной линией генерал-квартирмейстер Высшего Военного Совета бывший Генерального штаба генерал-майор Н. А. Сулейман препроводил в Наркомат иностранных дел (НКИД).

Вдоль демаркационной линии между Германией и Советской Россией на всей ее протяженности с 5 мая 1918 г. была установлена нейтральная зона шириной 10 км, которая проходила по линии: Нарва – Гдов, далее – через Витебскую и Могилевскую губернии, по южным уездам Орловской, Воронежской и Курской губерний до будущей границы с Украиной.

Демаркационную линию первоначально предполагалось охранять частями РККА, которые затем постепенно, по мере формирования, должны были заменяться частями пограничной охраны. Необходимая численность личного состава РККА для охраны линии была определена в 41 000 человек, для которых было необходимо иметь 13 272 лошади. Пограничную охрану предполагалось создать в количестве 25 000 человек, для которых необходимо было 10 488 лошадей.

Однако по условиям Брестского мира Советская Россия обязывалась демобилизовать свою армию, поэтому для охраны демаркационной линии с Германией, с целью воспрепятствования дальнейшего продвижения вглубь страны германских и австро-венгерских войск, было решено создать особую форму военной организации – Завесу. С этой целью Советское правительство приняло решение об объединении всех находившихся вблизи демаркационной линии военных формирований, отрядов Красной Гвардии, а также партизанских отрядов в участки отрядов завесы (УОЗ).

Уже 3 марта 1918 г. было принято постановление Комитета революционной обороны г. Петрограда №38 согласно которому:

«Вследствие продвижения германцев в глубь страны необходимо создать завесу, которая положила бы предел распространению германцев внутрь страны. Завеса должна состоять из отдельных отрядов, действующих во взаимной связи.…

Отряды, действующие между линией Остров – Старая Русса и линией Полоцк – Велиж – Белой, подчиняются начальнику Северной группы отрядов, штаб которого должен быть выделен из штаба Северного фронта в самом ограниченном числе лиц, строго необходимом для управления отрядами в оперативном отношении и в отношении распределения между ними предметов снабжения всем необходимым.

Отряды, действующие между линией Полоцк – Велиж – Белой и р. Припятью, подчиняются начальнику Западной группы отрядов, штаб которого должен быть выделен из штаба Западного фронта в самом ограниченном числе лиц, как это выше было указано.

Начальник обороны Петрограда, начальник Северной группы отрядов и начальник Западной группы отрядов подчиняются Верховному Совету Обороны.

Командующие войсками Петроградского и Московского военных округов со своими штабами обязуются энергично формировать части всех родов войск и технические средства, предоставляя их в распоряжение начальников обороны Петрограда, Западной и Северной групп отрядов по нарядам Верховного командования. Кроме того, назначается начальник обороны г. Москвы, коему в связи с начальником Западной группы отрядов надлежит организовать оборону подступов к Москве.…

Главкосев и главкозап обязуются руководить действиями отрядов, находящихся в пределах Северного и Западного фронтов, впредь до прибытия и вступления в командование вновь назначенных начальников Северной и Западной групп отрядов, равным образом главкосев и главкозап обязаны осуществить все формирования и исполнить все задачи, которые возложены на них предыдущими распоряжениями.

Для защиты от вторжения германцев в район между р. Припятью и Черным морем образуются участки завесы Украинский и Южный с ответственными начальниками во главе, на основании особых указаний».

В 15.15 5 марта 1918 г., созданным накануне, Высшим военным советом была издана директива №72 о создании Северного и Западного УОС и Московского и Петоградского районов обороны:

«Для прикрытия внутренних областей государства от возможного вторжения германцев решено организовать завесу из отдельных отрядов, удерживающих указанные каждому из них районы и действующих во взаимной связи.…

Вся завеса разделяется на два участка – Северный и Западный, разграничительной линией между этими участками служит направление железной дороги Невель – Великие Луки – Торопец – Осташков – Бологое с отнесением этих пунктов и железной дороги к Северному участку, а Бологое – к Западному участку. Начальник Северной, группы отрядов завесы формирует свой штаб из средств штаба Северного фронта, начальник Западной группы отрядов завесы формирует свой штаб из средств штаба Западного фронта. Штат штаба группы будет объявлен дополнительно. Начальникам Северной и Западной групп в кратчайший срок представить план организации завесы с указанием силы отрядов, мест их расположения, задач каждому из них. Начальники обороны Петрограда и Москвы должны представить свои планы на утверждение начальников Северной и Западной групп, соответственно.…

Предлагаю командующим войсками округов обратить самое серьезное внимание на то; чтобы формируемые части представляли из себя батальоны и роты с необходимым числом кадровых офицеров – техников, без которых действия этих частей против германских частей окажутся неискусными и осужденными на неудачу.

Настоящее распоряжение подлежит безусловному исполнению как мера охраны государства независимо от того, что мирный договор уже подписан».

Уже 8 апреля 1918 г. военрук Высшего Военного Совета М. Д. Бонч-Бруевич доложил председателю СНК В. И. Ленину, что создание завесы в составе Северного (сформирован к 14 марта) и Западного (сформирован к 8 апреля) УОЗ завершено.

Во главе каждого УОЗ, района, отряда был военный совет, который состоял из военрука, двух политических комиссаров, штаба и хозяйственного комиссариата (интендантство). Рабочими органами являлись штаб и хозяйственный комиссариат. Начальник штаба являлся помощником военрука.

Формирование УОЗ и и входивших в их состав отрядов производилось на основании временных штатов, которые утверждались Высшим Военным Советом. На должности военруков и начальников штабов по инициативе военрука Высшего Военного Совета и бывшего генерала русской армии М. Д. Бонч-Бруевича, который непосредственно занимался созданием Завесы, назначались бывшие генералы и офицеры русской армии, преимущественно – Генерального штаба, для которых эта служба была более приемлема, чем в частях РККА, действовавших на внутренних фронтах гражданской войны против войск белогвардейцев, где было немало их сослуживцев.

Задачи, возложенные на УОЗ, были разнообразны. В первую очередь это было создание из разрозненных подразделений и отрядов регулярной военной силы, способной выполнять боевые задачи, в том числе и по охране демаркационной линии и защиты республики «от возможных вторжений» германских и австро-венгерских войск. Другой задачей УОЗ была таможенная служба, так как через демаркационную линию в то время, время голода и жестокого товарного дефицита, широким потоком шла контрабанда. Поэтому формирования УОЗ осуществляли не только военную охрану, но и контрольную службу по пропуску граждан через демаркационную линию, препятствуя начавшемуся массовому бегству населения из северных и центральных губерний, первым оценившего прелести диктатуры пролетариата.

Однако уже с первых дней формирования УОЗ было ясно, что армейские части не пригодны для охраны границы. В этой связи СНК поручил ГУПО организовать работу по созданию пограничной охраны. Одним из важнейших результатов этой работы стала подготовка 15 апреля 1918 г. проекта Декрета СНК РСФСР «Об учреждении пограничной охраны РСФСР», в котором предлагалось высшее руководство пограничной охраной возложить на СПО, подчиненному Наркомфину, а непосредственно руководство – на ГУПО.

Для принятия решения по проекту Декрета об организации пограничной охраны, военрук Высшего военного совета М. Д. Бонч-Бруевич направил в Совет, а фактически – его председателю Л. Д. Троцкому, докладную записку:

«Прошу о скорейшем рассмотрении Народным комиссариатом по военным делам прилагаемых оснований по организации пограничной охраны.

Отряды завесы, являясь резервами в отношении этой охраны, дающими возможность пограничной охране сдержать натиск передовых частей противника, если таковой последует.

Приложение: проекты декрета, организации и инструкций».

Ответа на нее не последовало. Между тем, к маю 1918 г. обстановка на демаркационной линии обострилась, так как именно в этот период резко возрос поток беженцев через нее и было необходимо принимать срочные меры по укреплению пограничной охраны. В этой связи М. Д. Бонч-Бруевич 8 мая 1918 г. вновь пишет в Совет, т. е. Л.Д. Троцкому, настаивая на ускорении решения вопроса о создании пограничной охраны:

«15 апреля мной был представлен Высшему военному совету доклад о необходимости скорейшего рассмотрения вопроса об организации пограничной охраны; доклад этот вместе с приложенными к нему проектом декрета, проектом организации пограничной стражи и [проектом] инструкции по укомплектованию пограничной стражи был направлен 18 апреля сего года в Народный комиссариат по военным делам, согласно резолюции Высшего военного совета «для отзыва и доклада Совету Народных Комиссаров».

Считаю, что организация пограничной охраны должна быть проведена в ближайшее время, так как использование малочисленных отрядов завесы не по прямому назначению не может не приносить ущерба делу их боевой подготовки и службы.

Вместе с тем я полагаю, что, независимо от времени выставления пограничной охраны, необходимо теперь же выслать личный состав на контрольно-пропускные пункты, так как ввиду большого наплыва беженцев с обеих сторон обслуживание этих пунктов для отрядов завесы является непосильным».

Со своей стороны ГУПО 15 мая 1918 г. издало приказ, в котором говорилось: «Временно, до выхода декрета Совета Народных Комиссаров об учреждении по границам Российской Федеративной Советской Республики пограничной охраны (по соглашению с Управлением военного контроля), уже назначены начальники округа и районов, и таковые отправились в пункты своих управлений. Назначения на другие низшие командные должности предоставлены начальникам управлений округа и районов непосредственно. Для укомплектования районов пограничниками выехали образованные для сей цели (по указанию того же Управления военного контроля) комиссии».

Таким образом, этим приказом были назначены начальники округов и районов пограничной охраны: создаваемого для охраны границы с Финляндией, побережья Балтийского моря, Чудского и Псковских озер, а затем и границы с Эстонией 1-го Петроградского округа пограничной охраны в составе 1-го Беломорского, 2-го Олонецкого, 3-го Финляндского, 4-го Петроградского и 5-го Чудского районов.

Письмом от 31 мая 1918 г. ГУПО уведомило Главное управление Генерального штаба, «что вопрос об организации пограничной охраны находится в таком положении:

1) По границе от Белого моря до г. Нарвы формируется 1-й округ пограничной охраны, штаты которого уже утверждены. Средства на это до 1 июля уже отпущены.

2) По границе Нарва – Орша – Суджа проектируется сформировать 2-й округ. Организация пограничной охраны военного, вольнонаемного характера, причем каждый район будет представлять из себя пехотный полк 3-батальонного состава и 2 эскадрона. Средства на это до 1 июля испрашиваются».

Таким образом для охраны демаркационной линии с Германией от г. Гдова до стыка с демаркационной линии с УНР предполагалось сформировать 2-й (Витебский) круг пограничной охраны в составе 1-го Гдовского, 2-го Порховского, 3-го Витебского, 4-го Оршанского, 5-го Чериковского и 6-го Суражского районов.

Для охраны демаркационной линии с УНР от стыка с демаркационной линией с Германией до г. Суджи вскоре было спланировано создание 3-го (Орловского) округа пограничной охраны в составе 1-го Брянского, 2-го Льговского, 3-го Курского и 4-го Острогожского районов.

От пограничной охраны к пограничным войскам

24 мая 1918 г. начальник ГУПО обратился в Наркомфин с докладом о сложившейся обстановке на демаркационной линии, где «на войсках завесы одновременно с задачами чисто боевого характера лежит обязанность устройства пропускных пунктов и таможенного осмотра, т.е. эти войска выполняют на границе функции как чисто военные, так и таможенной и пограничной стражи». Обязанности пограничной и таможенной служб, подчеркивал он, не только отвлекают войска завесы от выполнения ими основных задач, но и являются настолько специфическими, что настоятельно требуют обособленной организации. Таким образом, сложная обстановка на демаркационной линии вынудила ГУПО, не дожидаясь Декретов СНК об учреждении пограничной охраны и таможенной службы, предпринять ряд срочных мер по организации ее охраны.

Предлагаемые М. Д. Бонч-Бруевичем проекты в конце-концов были рассмотрены и 28 мая 1918 г. председателем СНК РСФСР В. И. Лениным был подписан Декрет об учреждении пограничной охраны, ставший основой для разработки и принятия многих других документов, регламентирующих пограничную службу.

В Декрете указывалось, что пограничная охрана входит в состав Наркомфина и на нее возлагается «защита пограничных интересов РСФСР, а в пределах пограничной полосы защита личности и имущества граждан в частности:

а) воспрепятствование тайному провозу грузов и тайному переходу лиц через сухопутные и морские границы…

б) защита от расхищения водных богатств в наших пограничных и территориальных водах;

в) надзор за соблюдением на пограничных реках правил международного судоходства;

г) охрана наших рыбаков и промышленников в пограничных морях, озерах и реках;

д) защита наших пограничных селений от нападения разбойников и кочевых племен;

е) осуществление в потребных случаях пограничного карантина и проч.».

Согласно Декрету, погранохрана должна была располагаться в одну или несколько линий, но Наркомфину предоставлялось право определять порядок расположения застав и порядок охраны границы. Комплектование пограничной охраны устанавливалось на тех же основаниях, что и для РККА – по вольному найму. Для приема на службу в пограничную охрану создавались аттестационные комиссии, в состав которых включались представители местных Советов рабочих и крестьянских депутатов с правом решающего голоса.

Давалось в Декрете и определение пограничной полосы – пространство от пограничной черты до расположения застав 1-й линии и семиверстное пространство от этих застав во внутрь Республики. Кроме того, пограничной охране вменялось в обязанность, «чтобы вдоль всей черты границы был свободный проезд в 6-ть аршин длинной, почему все строения, пашни и огороды должны находиться в некотором от границы расстоянии».

Таким образом, в основу Декрета почти целиком были положены «Правила об Отдельном корпусе пограничной стражи Российской империи» 1910 г. и «Инструкция службы чинов ОКПС» 1912 г., которые были дополнены несколькими положениями, например, об участии двух комиссаров в Совете Пограничной Охраны, без подписи хотя бы одного из них распоряжения военрука – председателя Совета исполнению не подлежали. Поэтому Декрет, основываясь на опыте ОКПС, четко определял все основные направления деятельности новой структуры, порядок управления и руководства погранохраной, принципы ее комплектования и обеспечения. Сохранилось и ее принадлежность к финансовому ведомству, как это было в Российской империи.

Через 40 лет, Постановлением Совета Министров (СМ) СССР от 15 мая 1958 г., день подписания Декрета СНК РСФСР «Об учреждении пограничной охраны» – 28 мая, был утвержден Днем пограничника. До этого профессиональный праздник пограничников был 15 февраля – день утверждения в 1921 г. Председателем ВЧК Ф.Э..Дзержинским Инструкции пограничных войск ВЧК.

Таким образом, Декретом определялись порядок охраны государственной границы, структура пограничных частей и их центральных органов управления, но вопросы войсковой охраны границы оставались в ведении военного ведомства.

Непосредственное руководство пограничной охраной возлагалось на ГУПО, которое разработало две инструкции по организации пограничной охраны, утвержденные начальником ГУПО в мае 1918 г. Инструкция по несению пограничной службы определяла ряд положений, направленных на наилучшую организацию охраны границы, обязывала создавать сторожевую и разведывательную службы, а также необходимость сочетать агентурно-оперативную работу с войсковой охраной и четко координировать действия пограничной охраны и органов ВЧК. Основой в охране границ Инструкция определяла разведывательную службу. Так, указывалось, что разведка должна служить основанием для изучения данных о лицах, занимающихся контрабандным промыслом, об организации контрабандного промысла, для получения сведений о направлении движения и характере контрабанды и т. п. Сторожевая служба, согласно Инструкции, должна была организовываться по линейному принципу и строиться в одну или несколько линий, так как линейная охрана границы дозорами и часовыми наиболее соответствует сторожевому охранению.

Вторая инструкция – «Краткая инструкции чинам пограничной службы», в частности, определяла, что «Государственная граница – это наша святыня, это наших пограничных войск знамя, и допустить, чтобы наше знамя не охранялось вооруженной рукой, хотя бы на одну минуту, это значит допустить преступление».

Таким образом, с этого времени пограничная служба на советских границах стала четко регламентироваться Декретом СНК и Инструкциями ГУПО. В то же время руководство пограничной охраны не ограничивали инициативу пограничников в вопросах применения форм и методов охраны границы. В последующих приказах и указаниях неоднократно подчеркивалось, что формы охраны границы не могут быть установленными раз и навсегда, что охрана границы есть дело живое, что только самые разнообразные комбинации ее способов могут удовлетворить потребности пограничной службы и гарантировать успех в борьбе с нарушителями границы.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.