Квасков
Дело миллионера 3

Эпизод 1

Никсон возвращается домой, но, к сожалению, не всем из его команды удаётся выжить. Ну а Баке придётся переживать тяжёлую потерю своего отца-криминалиста, который постоянно врал ему, только чтобы защитить сына.

Никсон

В одно нежданное мгновенье, в своём родном поместье, появился Никсон при очень яркой вспышке, которая едва не ослепила гостей. Сам миллионер выглядел заметно подавленным, но при этом ещё и заметно жизнерадостным при виде гостей. Особенно, своих племянниц. Даже несмотря на то, что произошло в ином измерении, Никсон либо не помнил, либо не желал выделяться перед гостями своими «подвигами». Он просто сделался таким же весёлым и добрым, как раньше.

– Я вернулся! – радостно прокричал Никсон и поднял кулаки кверху.

Синди и Моника, увидев его таким, начали крепко обнимать. Ведь они боялись, что с их дядей что-нибудь случится ужасное.

– Ох, милые мои, вы не поверите, что я там обнаружил! – отвечает Никсон девчонкам, не отпуская их объятия.

Что касается остальных гостей вечеринки, то они все находились в ступоре. И Бака, и Изабелла, и близнецы Треверсон. Один Генри решается сказать:

– Простите, что перебиваю вашу трогательную сцену, мистер Никсон, но где же наши охранники? – он строго прищуривается, а Никсон робко отводит взгляд.

– Вот именно: где Джейсон и Джереми? – сердито подхватила и Изабелла.

Хитрый миллионер знал, что не следует говорить остальным о том, что именно он и ответственен за убийство охранников, находясь в порыве гнева. Поэтому ему пришлось выкручиваться:

– А что касается охранников: их судьба оказалась гораздо плачевней, чем вы думали. Те трое отбросов переместили нас в психиатрическую больницу, где я чудом сумел выжить. Кстати, у них, к моему удивлению, было отличное медицинское образование. К несчастью, Джейсон с Джереми погибли во время похода. И всё из-за меня! – он закрыл лицо руками и, будто бы, плакал, но на самом деле пытался скрыть свою безумную ухмылку.

На данную версию истории гибели охранников мало кто смог что-то ответить, но Моника вспомнила про ещё одного третьего телохранителя своего дяди, имеющий совсем иное происхождение:

– М-да, жалко, конечно, тех охранников, хоть они – твоя не единственная защита, но как насчёт Тени, дядь? – Моника чуть ли не с осуждением поглядела на Никсона. – Где же он летал, когда охранники были в опасности?

Никсон не хотел говорить, что он сам приказал Тень остаться там. Якобы, из-за ненадобности. Но говорить такое – и расстроится другая часть команды, которой Тень очень даже понравился.

– Он сбежал! – резко лжёт он. – Дезертировал, маленький зараза! Посчитал нужным, что в той клинике он будет более полезным! – он яростно повышает голос, чтобы другие понимали, что Тень это сделал по собственной воле, и Никсон тут не при чём. – По крайней мере, – делает вдох Никсон. – Агенты ФБР его точно не найдут.

– Ох, это правда, дядя? Садись, чего же ты стоишь? – обеспокоенно и уступчиво проговорила Синди. Она была расстроена действиями Тени, который, по словам Никсона, предал его. Но она не знает, что на самом деле было наоборот.

Никсон молча садится за своё место.

– Мне кажется, или вечеринку придётся отменить? – предложила Моника, что казалось вполне логичным. Некоторые посмотрели на неё с одобрением. Но Никсон невозмутимо ответил:

– Нет, почему же, продолжаем, человек поменьше, но ничего страшного. – Смиты и Треверсоны хмуро взглянули на него. Моника тоже нахмурилась, но не стала глядеть на дядю.

Все продолжали сидеть и есть со слегка мрачными физиономиями, при этом яро старались не показывать этого. Синди заметила, как Бака, сидящий рядом с ней, едва сдерживает слёзы и одновременно хмуро смотрит на стол и ничего не ест.

– Бака, что-то случилось? – тихонько спросила девушка, но после вопроса ей самой стало тоскливо.

– Да так, ничего особенного, – отвечает Бака, стараясь не глядеть на лицо Синди. – Просто скучаю по отцу, который был… – делает небольшую паузу, – ненормальным!

Синди понимающе кивает и улыбается.

– Ох, ну не переживай ты, главное, что он тебя очень любил. Он даже врал тебе, чтобы защитить тебя от тех трёх наёмников. Можно сказать, что он тебе жизнь спасал! – говорит Синди, тщательно подбирая слова. После данных слов, Бака посмотрел на лицо Синди и, чуть заметно, улыбнулся.

– Ты права, Синди, папа действительно меня любил, но по-своему, а значит, я ему всегда был дорог…

Врачи

Все продолжали сидеть с угрюмыми лицами, не обратив внимание на перешёптывания Баки и Синди. Никсон и его племянницы старались держать себя на позитиве и чувстве, что, будто, всё в порядке. Однако это не сильно выделяется на фоне мрачной атмосферы опустошения остальных героев.

Вдруг, столовую опять озарила яркая вспышка, которая опять же, лишь чудом, никого не ослепила. Это оказались покалеченные врачи-наёмники, в которых вовсю кипела ярость. Они обратили внимание на всех, кто сидел за столом.

– НИКСОН! – орёт Белый на всю столовую. – Чтобы ты сдох, мать твою, за свои грехи!

Он нападает на миллионера и пытается вонзить своё острое мачете в его грудь, но тот ловко уворачивался, как ниндзя. Племянницы, сидевшие по левое и по правое плечо от Никсона, сильно испугались и отбежали назад. Жёлтый не был особо в сатанинской ярости, как его товарищ, поэтому старался остановить его прямо сейчас.

– Брат, спокойно, не срывайся, сейчас убивать его – не очень подходящее время. – говорит он с осторожностью и пытается взять товарища за запястье.

– Нет, Жёлтый, ты ни хрена не понимаешь! Он должен умереть за свои поступки, ложь и за всё остальное!

Никсон наконец самостоятельно отмахнул лидера от себя и нервно отвечает ему:

– Ты бредишь, долбанный калека! – а после ударяет его в живот, отчего маньяк поперхнулся и отступил.

Пока Белый приходил в себя, Никсон обращается к своим племянницам:

– Девочки, я не знаю, что он несёт, поэтому он со своими приятелями прямиком из психушки!

– Моника, Синди, не верьте своему дядюшке! – спокойно объясняет Жёлтый, сумев сдержать свои психозы. – Он своими руками убил охранников, а Тень превратил в объект изучения, вследствие этого, оставил его в том стационаре! А нас троих он просто покалечил!

Моника и Синди задрожали. Они не знают, кому верить. Остальные гости пытались как-то оттянуть девчонок к себе, но Моника уверенно ответила в сторону злодеев:

– Мы даже не знаем, кому верить, но всё равно будем на стороне своего дяди! – уверенно ответила Моника, а Синди тихо кивнула.

– Вот наивные… – безумным голосом сказал Белый, всё ещё держась за живот в полусидячем положении.

Остальные гости пытались сдержать Жёлтого и Синего, а Никсон немедленно указал:

– Звоните в скорую, они явно бредят!

Бака сразу же достаёт телефон из кармана пиджака и начинает набирать номер 911. Пока шли гудки, Синий чуть подскочил на своей коляске:

– Бредим?! Мы бредим?! – близнецы Треверсон не дали ему упасть оттуда.

Юноша передаёт трубку Никсону, так как не знал адреса его поместья. По окончании разговора, Никсон возвращает телефон владельца и серьёзно смотрит на трёх маньяков.

– Теперь с вами будет покончено!

Белого и Жёлтого удерживали Генри и оба близнеца. А Синий спокойно сидел в своей коляске. Похоже, он единственный из врачей, кто не привлекает лишнего внимания, потому что лишён возможности передвигаться.

– Вы всё равно узнаете правду насчёт этого умника! – сдавшись, говорит лидер, которого держал Генри за запястья сзади.

– Ага, конечно, скажи об этом врачу-психиатру, который будет лечить вас! – издевательски ответил Никсон.

– Дядя, а что потом? – спросила Моника, смотря на покалеченных убийц: Белый крепко держал трость и стоял на одной ноге, пока его удерживали, а Синий был с переломом обеих ног, отчего не стал препятствовать действиям своего лидера. Никсон тоже рассматривал увечья и обращается к племяннице:

– А потом… лучше не говорить при них, дорогая! – шепчет он. Белый сердито рыкнул.

Спустя какое-то время, в поместье приезжают целых три фургона скорой помощи. Одна из них припарковалась между пикапом Джейсона и машиной Генри. Медики выходят из всех трёх транспортов и входят внутрь здания. Стоит заметить, что никто из врачей не проходил через задний двор. Повернув налево на вестибюле, они быстро нашли столовую.

– Добрый вечер, Вы – мистер Никсон? – спросил глав врач. Это был мужчина средних лет, с рыжими волосами средней длины. Очки у него в тонкой тёмной оправе, а лицо полностью выбрито.

– Да, это я, вот они трое… – Никсон указывает пальцем на троих врачей.

Генри и близнецы отпустили безумных врачей в руки нормальным, которые вкололи им снотворное, заранее заготовленное для подобных случаев. Синего пересадили в другую коляску, более чистую и современную, а Жёлтого и Белого уложили в каталки для больных. После их осмотра глав врач заполнял бланк, чтобы определить точный диагноз, а также задал Никсону несколько вопросов относительно того, какое отношение у него к этим людям.

– Кем они Вам являются? Друзьями? Коллегами?

– Я Вас умоляю! – машет рукой Никсон и недобро усмехается. – Они – наёмники моего друга, немного поехавшего! – Бака отвернулся в сторону после услышанного.

После опроса глав врач закончил с бланком, а ему дали мачете и топор наёмников его коллеги.

– Так, интересно… их холодное оружие мы заберём себе, нам надо его почистить, оно может быть заражено кровной тканью. – объяснил глав врач, и дал Никсону бланк, где внизу была сумма на лечение. Миллионер был в замешательстве, но он всё равно по-быстрому сбегал до своего кабинета, посчитал деньги и спустился вниз.

– Простите? – удивился глав врач. – Вы дали всего 250 000 $, этого не хватит даже на лечение одного пациента.

– Простите, но я не собираюсь платить за их лечение, сделайте хоть что-нибудь на эту сумму! – с чувством равнодушия ответил Никсон. Он чувствовал, что лечение трёх безумцев – не его дело. Глав врача это разозлило.

– Вы не понимаете? Двоим из них требуется реплантация ног, а значит, это стоит больших денег на их лечение.

Никсон посмотрел на племянниц, на Баку. Все трое были опечалены его таким характером.

– Эх, ладно, мистер Никсон, я за Вас заплачу! – резко по его плечу хлопает Генри Смит и добавляет, что он сходит за деньгами. Возвращаясь, он держал огромную связку купюр и отдаёт деньги глав врачу. Тот начал пересчитывать. Изабелла была удивлена.

– Пап, ты уверен, что должен оплатить лечение этим пациентам? – озадаченно спросила девушка. Она не осуждала своего отца, но зато ей действительно было интересно, почему он сделал это.

– Нет, не уверен, дочь, – мрачно отвечает Генри и гладит Белль по голове. – Просто лечение этих пациентов будет более правильным решением, чем просто отпустить их на волю. Каждый заслуживает лечения, какими бы они злыднями не были.

Изабелла была восхищена такими мыслями и нежно обняла отца. Тем временем, глав врач посчитал деньги и обратился к Никсону:

– Мистер Никсон, будьте добры дать мне 200 000 $, здесь как раз этой суммы не хватает для лечения всех троих пациентов.

Миллионер молча отдал часть суммы, а глав врач душевно ответил:

– Спасибо, мы поедем, хорошо, что Вы вовремя позвонили, а то больница работает ещё полчаса.

Три неотложки уехали, забрав безумных наёмников. Никсон пребывал в лёгком ощущении эйфории, но его не оставляло в покое и ещё кое-что.

– Мистер Смит! – подзывает он. Все уселись на свои места после того, как врачи уехали, а Никсон стоял.

– Да, мистер Никсон, – отвечает ресторатор и подходит к миллионеру. Оба мужчины серьёзно смотрели друг на друга, но слово было дано Никсону. Остальные с недопониманием смотрели то на одного, то на другого.

– Простите, я хотел Вас поблагодарить за то, что Вы оплатили лечение этих уродцев, просто Вам не обязательно было…

– Всё в порядке, мистер Никсон, всё-таки мы с Вами как-никак коллеги! – Смит это сказал с равнодушием, и дочка это поняла, а Никсон подумал, что это прозвучало искренне.

– Ещё раз благодарю Вас! – сказал Никсон, после чего Смит улыбнулся и пожал руку, после чего вернулся за стол.

Никсон

– Итак, ребята, наверное, пора закругляться! – говорит Никсон по окончанию праздника.

– Да уж, праздник вышел сначала прикольным, но потом что-то как будто сломалось. – надменно отвечает Моника.

– Если так можно подумать, то да! Василий со своими наёмниками кашу и заварили.

Бака наконец поднимает голову, встаёт и обращается к миллионеру:

– Мистер Никсон! Так как мой отец мёртв, мне придётся за него оплачивать Вам все долги! Я смогу смириться с этим, можете не переживать! – все глаза были устремлены на него с печалью и жалостью.

– Ну, ну, ну! – начал успокаивать парня Никсон. – Тебе не нужно, дружок, оплата долгов – это работа твоего отца, а не твоя лично.

– Но мой отец – единственный, кто у меня был. И тот – предал! – парень сжимает кулаки, но ярость свою он усмиряет.

Все присутствующие в зале стали сочувствовать юноше. И все ждали решения от хозяина поместья. Никсон, подавленный тяжёлой атмосферой, всё таки выдал следующее:

– Бака! Я принял решение, от которого изменится твоя и, вполне вероятно, моя жизнь. – все внезапно притихли. Никсон сделал паузу. – Я готов стать твоим опекуном, мальчик мой!

Остальные, включая Баку, опешили от резкого предложения самого Никсона. Даже племянницы задумались. Бака неловко пытается что-то ответить либо от радости, либо от недоумения, но всё равно сдерживается. Он молча осматривал гостей, которые были и рады за Баку, но по большей части они не понимали Никсона, предложившего стать ему опекуном. Ведь он может быть таким же чёрствым человеком, как Василий, если не хуже.

Бака промолчал и хмуро посмотрел на Никсона. Тому стало от этого неловко, и он добавил:

– Послушай, я могу пообещать тебе, что постараюсь не лгать тебе, как это умудрялся делать Василий. Я позабочусь о тебе так же, как о своих любимых племянницах. И самое главное: ты будешь жить здесь, в Америке, ведь ты любишь путешествовать, а сейчас у тебя куча возможностей впереди. Ну, что скажешь?

Все молча ждали, когда Бака ответит на предложение Никсона. Миллионер стоял напротив него и искренне ухмылялся. В итоге юноша уверенно отвечает:

– Что ж, мистер Никсон, я не ожидал, что Вы постараетесь меня успокоить подобным образом. – он повернулся к девчонкам и подмигнул им с улыбкой. Затем поворачивается к Никсону.

– Вы меня убедили, сэр, поэтому я согласен на Ваше предложение по поводу опекунства!

После согласия все гости начали громко аплодировать и восклицать. Громче всех обрадовались племянницы Никсона. Синди начала обнимать Баку и радостно петь. Генри хоть и был скептически настроен, но решение поддержать мальчика у него возникло сразу. А значит, Никсон может справиться с такой важной обязанностью опекунства. Ради приличия и уважения он даже пожал руку Никсону и похвалил его.

– Поздравляю, мистер Никсон, усыновить ребёнка вашего друга-предателя оказалось идеальным решением! – говорит он. Изабелла тихонько аплодировала на заднем плане.

– Спасибо, мистер Смит за поддержку, – затем он смотрит на наручные часы, – О боже, как поздно! Вам, похоже, завтра рано вставать на работу. Не хочу Вас задерживать, мне просто нужно Баке показать своё поместье, где он проведёт свою первую ночь, а дальше как пойдёт…

– О, конечно, разумеется, Вы абсолютно правы, – отвечает Генри и обращается к дочке и близнецам: – Так, ребята, нам пора уезжать…

Смиты и близнецы спустились к машине и готовились уезжать. Никсон ласково обратился к Баке и племянницам, которые стояли друг напротив друга.

– Так, девочки, Бака, я не сомневаюсь, что вы поладите! – он склеивает ладони вместе около своего лица.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.