Алексей Рудь
Ромб. Хроники равновесия 1

КНИГА 1: РОМБ Хроники РАВНОВЕСИЯ

Глава 1: Разорванные Миры

|| Сцена 1: Лаборатория Киры ||

Воздух в подземной лаборатории трещал от напряжения, пахнул озоном и пылью древних фолиантов. В центре зала, окруженная гудящими кристаллическими матрицами и голографическими схемами, парила в левитации Кира. Ее лицо было искажено гримасой концентрации, а в глазах плясали отражения эфирных молний, снующих между полюсами установки.

– Стабилизация на отметке восемьдесят семь процентов, – ее голос был прерывистым, ей приходилось перекрикивать нарастающий гул. – Эфирный канал… дрожит. Что-то не так.

Перед ее внутренним взором стоял образ – ее собственный, но изваянный из сияющего тумана. Эфирный Страж. Его устами она произнесла слова предупреждения, которые услышала лишь в своей душе: «Резонансная частота искажается. В контуре появилась чужая нота. Прерви опыт, Кира!»

Но было уже поздно.

Не снаружи, а изнутри пространства, словно лопнула натянутая струна реальности, раздался оглушительный, беззвучный хлопок. Не взрыв, а схлопывание. Стеклянные панели не разлетелись вдребезги, а обратились в мелкую пыль. Металл скорчился, будто от ужаса.

Кира почувствовала, как из нее вырывают самое сердце. Не физическое, а то, что делало ее не просто ученой, а Хранителем. Светящийся силуэт Эфирного Стража крикнул в немом отчаянии и распался на миллиард искр, которые были мгновенно втянуты в образовавшуюся в центре зала черную точку.

Сама Кира рухнула на холодный пол. Последнее, что она успела ощутить – леденящую пустоту в месте, где всегда теплилась связь с ее альтер-эго. Тишину. Мертвую, оглушающую тишину.

|| Сцена 2: Тайник Пустынного Призрака ||

Песок. Он был повсюду. В воздухе, в скрипе зубов, в складках потертого плаща Фарида. Он пролез в давно заброшенное хранилище своего отца, Исмаила, которого в пустыне шепотом называли Призраком.

Комната была небольшой, высеченной в скале. Ни золота, ни оружия. Лишь странные артефакты, непонятного назначения: сломанный компас, стрелка которого указывала не на север, а вглубь земли; высохший цветок в стеклянной колбе, pulsирующий тусклым светом; обрывки карт с нанесенными созвездиями, которых не было на небе.

Фарид с тоской провел пальцами по пыльному сундуку. Он искал не сокровища. Он искал следы человека, которого почти не знал. Ответы.

И тогда его взгляд упал на него. Ромб.

Он лежал в нише, как простая безделушка. Идеально черный, матовый, не отражающий ни единого луча света из его зажженного кристалла. Он не просто поглощал свет; он, казалось, поглощал сам воздух вокруг, пространство, звук. Он был тишиной, обретенной форму.

Юноша, движимый внезапным порывом, протянул руку. Его пальцы коснулись гладкой, холодной поверхности.

И мир исчез.

Не с грохотом, а с шепотом. Жар пустыни сменился леденящим холодом, уходящим вглубь костей. Песок под ногами стал пустотой. Он не падал – его просто перестало быть. Последнее, что он видел – черный ромб, который на миг вспыхнул изнутри фиолетовым огнем, прежде чем его сознание поглотила тьма.

|| Сцена 3: Запретное Хранилище Ярослава ||

Тишина в бронированном хранилище отца давила на Алису приятной тяжестью. Здесь, за стенами, поглощающими любую энергию, ее Система – наследие отца, сложный пси-интерфейс, проецирующий данные прямо на сетчатку глаза, – finally умолкала. Не было тактических советов, анализа угроз, бегущих строк с данными. Была лишь она и тихий шепот ее собственных мыслей.

Она бродила между стеллажами, где в прозрачных контейнерах покоились трофеи, добытые Ярославом в его путешествиях по Осям Хаоса. Осколок звезды, пойманный в магнитную ловушку. Застывшая слеза древнего божества. Сердце механического дракона.

И он. Ромб.

Он лежал на бархатной подушке, и он светился. Мягким, пульсирующим, живым фиолетовым сиянием. Это была антитеза всему, что она знала. «Система» отца была логикой, порядком, контролем. Этот камень был чистой, дикой, неконтролируемой магией.

В голове у нее тут же возникли бы расчеты, оценка рисков, предупреждения. Но «Система» молчала. И это молчание было оглушительным.

«Отец никогда бы не принес нечто опасное в свой дом», – мелькнула мысль, наивная и несвойственная ей.

Завороженная, словно бабочка, летящая на пламя, Алиса забыла о своей обычной осторожности. Она медленно, почти не дыша, протянула руку. Кончики ее пальцев коснулись поверхности.

Фиолетовый свет рванулся к ней, обнял, поглотил. Он не был холодным, как у Фарида, или болезненным, как у Киры. Он был теплым, как объятия, и сладким, как яд. Он звал ее, обещая ответы на все вопросы, которые она никогда не смела задать.

Она не успела даже вскрикнуть. Свет сжался – и ее не стало.

|| Сцена 4: Цветущая долина Экидромиля ||

Первым пришел в себя Фарид. Он лежал на спине, и в его легких вместо раскаленного песка был прохладный, влажный воздух, пахнущий цветами и свежескошенной травой. Он застонал, пытаясь подняться. Его тело ломило, будто после долгой схватки.

Он открыл глаза – и замер.

Над ним было не ослепительно-синее пустынное небо, а нежно-лиловое, по которому плыли перламутровые облака. И вместо одинокого солнца… его взгляд наткнулся на нечто грандиозное. Гигантскую, сложную структуру, висящую высоко в небе. Станция «Крукс». Она сверкала тысячами огней, как рукотворное созвездие, ее металлические ребра и купола были видны в мельчайших деталях. Это была не луна. Это был город в небе.

– Где… – его голос сорвался. – Где я?

Рядом раздался резкий, испуганный вскрик. Он повернул голову и увидел девушку. Она была одета в странную, но явно дорогую одежду, ее лицо было бледным от шока. Она сидела на траве, сжимая голову руками.

– Должна работать… Должна… – бормотала Алиса, зажмурившись. Перед ее внутренним взором плясали статические помехи, а в ушах стоял назойливый шипящий звук. На ее сетчатке вспыхнуло предупреждение, красное и тревожное: «КРИТИЧЕСКАЯ ПЕРЕГРУЗКА. Обнаружена аномальная концентрация эфирных и магических частиц. Система нестабильна. Рекомендуется экстренная эвакуация.»

– Эвакуация куда? – прошептала она в отчаянии, глядя на незнакомого юношу в пескарском плаще и на безумное небо с висящим городом.

Внезапно, воздух в трех шагах от них затрепетал, словно нагретый воздух над раскаленным песком. И из ничего, плавно, словно выходя из-за невидимой завесы, материализовалась третья фигура.

Это была женщина. Ее черты лица были удивительно знакомы Кире, будь она в сознании, но это была не она. Ее кожа светилась мягким фосфоресцирующим светом, а волосы были белыми, как свежевыпавший снег. Но больше всего поражали глаза – без зрачков, заполненные мерцающим эфирным сиянием, как два крошечных окна в другую вселенную.

Она посмотрела на Фарида, потом на Алису. Ее лицо не выражало ни страха, ни удивления. Лишь спокойное, безмятежное понимание.

Кирена подняла руку в умиротворяющем жесте. Ее голос, когда она заговорила, был чистым и мелодичным, но в нем не было человеческого тепла. Он был похож на звон хрусталя, на шелест страниц в древней библиотеке.

– Не бойтесь, – произнесла она, и эти слова прозвучали не как утешение, а как констатация факта. – Процесс переноса завершен. Вас призвали. Вы на Экидромиле. Вы в безопасности.

Она сделала паузу, ее сияющий взгляд скользнул по их ошеломленным лицам.

– Пока что.

Глава 2: Сияющий Лес

Последний скрежещущий вой ищеритов остался позади, заглушённый неестественно густой чащей. Фарид и Алиса бежали, не разбирая дороги, подгоняемые животным страхом и адреналином. Колючие ветви синеватых деревьев с платиновой листвой хлестали их по лицам и рукам, оставляя тонкие, жгущие полосы. Воздух, ещё недавно цветочный и свежий, здесь стал густым, тяжёлым и звенел на высокой ноте, словно натянутая струна.

Наконец, когда в груди закололо, а ноги стали ватными, Фарид, шедший первым, уперся руками в колени, пытаясь отдышаться. – Стой… Дальше не могу.

Алиса прислонилась к гладкому, перламутровому стволу, сердце бешено колотилось. Она вглядывалась в сумрак, куда они прибежали. Лес был не просто странным. Он был живым в неправильном, чуждом смысле. Грибы на корнях деревьев мерцали зелёным и оранжевым светом, листья на некоторых кустах медленно перетекали из синего в фиолетовый, а с ветвей свисали тонкие, серебристые нити, тихо звеня от их шагов.

– Где… она? – прошептала Алиса, имея в виду Кирену. – Она должна была отвлечь их и догнать.

– Может, не смогла, – мрачно выдохнул Фарид, выпрямляясь. Он посмотрел на свою руку. Чёрный ромб всё ещё пульсировал тёплым, тревожным ритмом, словно второе сердце. – Эти твари… у них в голосе была не просто злоба. Был голод.

Алиса последовала его примеру, развернув своё запястье. Фиолетовый свет её Ключа отбрасывал на кожу призрачные блики. Она снова попыталась вызвать «Систему». В ответ – лишь резкая боль в висках и мелькание бессмысленных символов, будто её разум пытались подключить к чужеродному, слишком мощному источнику данных. – Мои способности… не работают. Я слепа.

– А мои, наоборот, работают слишком хорошо, – покачал головой Фарид. Он провёл рукой по стволу дерева. – Я… чувствую этот лес. Он не спит. Он наблюдает. И он не рад гостям.

Внезапно, беззвучно, прямо перед ними, из переплетения серебристых нитей материализовалось нечто. Это было похоже на цветок, но его «лепестки» были сотканы из чистого света, переливающегося всеми цветами радуги. Он парил в воздухе, испуная тихий, успокаивающий гул.

– Какая красота… – невольно прошептал Фарид, заворожённый.

Но Алису, с её обострившимся в опасности чутьём, охватила внезапная паника. – Не двигайся! – шикнула она.

Но было поздно. Фарид, движиый чистой любознательностью, сделал шаг вперёд и протянул руку.

Цветок-призрак мгновенно среагировал. Его гул сменился на пронзительный визг. Лепестки из света превратились в острые, как бритва, энергетические лезвия и ринулись к лицу Фарида.

Он отпрянул, но споткнулся о корень. Время замедлилось. Он видел, как смертоносная красота летит ему навстречу.

И тут случилось необъяснимое.

Пространство перед ним вздохнуло. Воздух затрепетал, и на пути у светящихся лезвий возникла полупрозрачная, мерцающая стенка, словно сотканная из радужной плёнки. Лезвия врезались в неё и рассыпались тысячами искр с сухим треском.

Позади них, из-за деревьев, вышла Кирена. Её сияние было тусклее, фигура – чуть более размытой. Одной рукой она поддерживала барьер, другой – прижимала к грудизовату, на её светящейся коже теперь проступали тёмные, похожие на трещины, прожилки.

– Я предупреждала, – её голос прозвучал слабее, в нём слышалась усталость. – Здесь ничему нельзя доверять. Красота – самая частая ловушка Сияющего Леса.

Барьер исчез. Цветок-хищник, лишившись своей добычи, растворился в воздухе так же бесшумно, как и появился.

Фарид, бледный, с трудом поднялся. – Ты ранена?

– Не физически, – ответила Кирена, опуская руку. – Ищериты питаются эфирной энергией. Они… откусили часть меня. Но я стабилизируюсь.

Алиса смотрела на Кирену с новым, сложным чувством – смесью благодарности и недоверия. – Ты сказала, что мы в безопасности «пока что». Это «пока что» уже закончилось?

Кирена встретила её взгляд своими бездонными, сияющими глазами. – Нет. Оно только началось. Ищериты были разведчиком. За ними идут другие. Сильнее. Лес скроет наши следы, но не нашу сущность. Ключи, что на вас, горят, как маяки в эфирной тьме. Нам нужно двигаться. К реке Пробуждающих Снов. Её воды помогут нам.

– Река Пробуждающих Снов? – Фарид скептически поднял бровь. – Звучит не очень утешительно.

– Её воды обладают свойством временно приглушать эфирные сигнатуры, – пояснила Кирена, уже поворачиваясь и указывая направление. – Это даст нам фору. И… – она на мгновение замолчала, – возможно, помогут вам лучше понять свои Ключи.

Она снова посмотрела на их метки – чёрную и фиолетовую.

– Потому что если вы не научитесь управлять ими, следующая встреча с охотниками станет для вас последней. И не только для вас.

Её слова повисли в переливающемся, опасном сумраке леса. Путь вперёд был неизвестен, путь назад – отрезан. Оставалось только идти, чувствуя, как на их кожу ложится тяжёлый, звучный взгляд чужого, живого мира.

Глава 3: Эхо Потерь

Путь к реке оказался испытанием на прочность. Сияющий Лес не атаковал их открыто, но постоянно испытывал настороженность. Ступни тонули в мягком, упругом мху, который светился бледно-голубым под ногами, оставляя за ними фосфоресцирующие следы. Воздух гудел от невидимой жизни, а странные растения то складывались в подобия лиц, то отбрасывали неестественно длинные, шевелящиеся тени.

Кирена шла впереди, её ослабленное сияние служило им единственным маяком в постоянно меняющемся ландшафте. Она двигалась без колебаний, словно считывая невидимую карту эфирных потоков.

Фарид шёл за ней, его взгляд, привыкший к бескрайним и честным пескам Пустоши, с подозрением скользил по обманчивой красоте леса. Каждый шорох заставлял его вздрагивать, пальцы непроизвольно сжимались в кулаки.

Алиса замыкала шествие. Она шла, скрестив руки на груди, не от страха, а от концентрации. Её острый ум, лишённый привычного интерфейса «Системы», работал в авральном режиме, пытаясь анализировать окружающую среду по старинке: запоминая ориентиры, отмечая направление по призрачному свечению мха, вычисляя закономерности в пении невидимых существ.

Через несколько часов изнурительного пути Кирена остановилась у небольшой поляны, где светящийся мох образовывал нечто вроде мягкого ковра, а свисающие ветви создавали подобие укрытия. – Здесь можно сделать короткую остановку. Эфирный фон здесь стабилен. Мы в относительной безопасности. На час.

Слова «относительной безопасности» уже не звучали утешением. Фарид рухнул на мох, с наслаждением вытянув уставшие ноги. Алиса прислонилась к дереву, не опускаясь на землю, её взгляд блуждал по переливающимся кронам.

Молчание затягивалось, тяжёлое и напряжённое, нарушаемое лишь странными, но уже привычными, звуками леса.

– Я был в хранилище отца, – тихо, словно боясь спугнуть хрупкое перемирие, начал Фарид. Он не смотрел на них, уставившись на свои потрёпанные сапоги. – Искал… что-нибудь. Какую-нибудь зацепку о нём. Он был легендой, Пустынным Призраком. Все его боялись или уважали. А для меня он был лишь тенью, которая иногда приходила и уходила, пахнув песком и чужими ветрами.

Он сжал руку, где был выжжен чёрный ромб. – А потом я нашёл этот камень. Он был таким… безмолвным. Таким тёмным. Я подумал, это часть его секретов. И… коснулся.

Он замолчал, сглатывая ком в горле. Пустыня учила его скрывать слабость, но здесь, в этом неестественном месте, все привычные правила рушились.

Алиса наблюдала за ним, и её черты смягчились на градус. Циничная маска дала трещину. – Я была в хранилище, чтобы убежать, – сказала она, и её голос прозвучал неожиданно устало. – Не от врагов. От «Системы». Это наследие моего отца, Ярослава. Оно… оно говорит тебе, что думать, как действовать, вычисляет вероятности. Оно превращает тебя в идеальный инструмент. А в той комнате оно молчало. Впервые за долгие годы я была просто… Алисой.

Она посмотрела на свой фиолетовый Ключ. – А этот ромб… он был полной её противоположностью. Чистой, неконтролируемой силой. И он звал меня. Глупо. Я, которую учили не поддаваться на провокации, повелась как ребёнок.

Оба они невольно перевели взгляд на Кирену. Она сидела, поджав под себя светящиеся ноги, её posture была безупречной, но отрешённой. Казалось, она слушала и в то же время была где-то далеко.

– А ты? – спросил Фарид. – Ты сказала, тебя зовут Кирена. Ты… кто ты? Откуда?

Кирена медленно повернула к ним голову. Эфирные зрачки мерцали. – Я – Хранитель. Хронитель. Моя задача – обеспечивать баланс. Я была вызвана резонансом ваших Ключей, чтобы предотвратить ваше уничтожение в момент перехода.

– Это не ответ, – мягко, но настойчиво парировала Алиса. – Это твоя работа. А кто ты? Откуда ты взялась? У тебя был… дом?

На лице Кирены, обычно бесстрастном, промелькнула тень чего-то похожего на боль. Она подняла руку и посмотрела на свою ладонь, словно видя её впервые. – Было… место. – её голос потерял хрустальную чёткость, стал тише. – Были… образы. Комната, полная голографических схем. Запах озона. И… страх. Оглушающий страх, что я теряю контроль. Что я теряю… себя.

Она сомкнула пальцы, и её сияние на мгновение дрогнуло. – Я не могу вспомнить детали. Моя память… фрагментирована. Я знаю, что была кем-то другим. Но эти воспоминания – как сон, который исчезает с рассветом. Я – Кирена. И этого… должно быть достаточно.

В её словах прозвучала такая бездна тоски по чему-то утраченному, что и Фарид, и Алиса замолчали. Их собственные потери – дома, семьи, привычный мир – вдруг показались менее одинокими. Они были жертвами обстоятельств. А она… она была жертвой самой себя, своего же предназначения.

Фарид тяжело вздохнул. – Ладно. Значит, мы все здесь не по своей воле. Значит, у нас у всех есть свои демоны.

Алиса кивнула, на её лице впервые появилось нечто похожее на решимость, лишённое прежней надменности. – Значит, чтобы выжить и, возможно, найти способ вернуться, нам нужно научиться доверять друг другу. Хотя бы немного.

Она посмотрела на Фарида, потом на Кирену. – Мой отец говорил: «Врага можно победить в одиночку. Чтобы выиграть войну, нужны союзники».

Кирена медленно кивнула, и в её сияющих глазах на мгновение вспыхнула искра чего-то, что могло быть надеждой. – Ваш отец был мудр. А теперь нам нужно двигаться. Река близко. И ночь в Сияющем Лесу – не лучшее время для философии.

Она поднялась, её фигура снова обрела твёрдость. Тень прошлого отступила, уступив место суровой реальности настоящего. Но что-то между ними изменилось. Трещина недоверия начала понемногу затягиваться тонким льдом общего горя.

Глава 4: Река Пробуждающих Снов

Ещё через час пути гул леса сменился нарастающим, низким рокотом. Воздух стал влажным и плотным, заряженным озоном и чем-то ещё – сладковатым, дурманящим ароматом. Светящаяся флора поредела, уступив место гигантским, похожим на папоротники, растениям с листьями, испещрёнными фосфоресцирующими прожилками.

Кирена остановилась на краю неглубокого оврага. – Мы пришли.

Внизу, извиваясь между перламутровых берегов, струилась Река Пробуждающих Снов. Это была не вода в привычном понимании. Её потоки состояли из густой, медленно текущей жидкости, переливающейся всеми оттенками серебра и сиреневого. Над её поверхностью клубился туман, в котором вспыхивали и гасли целые созвездия крошечных огоньков. Зрелище было завораживающим и пугающим одновременно.

– Она… красивая, – неуверенно произнёс Фарид, чувствуя, как странный покой окутывает его разум, приглушая острые углы страха.

– И опасная, – предупредила Кирена. – Не пейте её. Не погружайтесь в неё с головой. Эфирная концентрация здесь запредельна. Она не сжигает, но… изменяет. Стирает границы сознания. Нам нужно лишь войти по колено и провести там несколько минут. Этого хватит, чтобы смыть с наших следов самый яркий эфирный шлейф.

Алиса скептически оценила реку взглядом. – И как мы должны убедиться, что это сработает? У нас нет измерительных приборов.

– Вы сможете почувствовать это, – уверенно ответила Кирена. – Ваши Ключи отреагируют. Их свечение станет тусклее, а связь с эфиром – менее явной.

Сказав это, она первой спустилась по склону и, не колеблясь, ступила в переливающуюся воду. Её сияющее тело на мгновение вспыхнуло ярче, а затем свечение действительно стало менее интенсивным, более приглушённым, словно её накрыли полупрозрачным покрывалом.

Фарид и Алиса переглянулись. Выбора, по сути, не было. Фарид глубоко вздохнул и последовал за ней. Алиса, стиснув зубы, сделала то же самое.

Ощущение было странным. Это была не просто влага. Казалось, сквозь кожу просачивается сама энергия – холодная и тёплая одновременно, щекочущая и умиротворяющая. Фарид почувствовал, как муть усталости и страха стала отступать, уносимая течением. Вместо неё пришло странное, отрешённое спокойствие. Он посмотрел на свою руку – чёрный ромб пульсировал теперь медленнее, глубже, словно засыпая.

У Алисы же реакция была иной. Острая, грызущая тревога, что сидела в ней с момента исчезновения, наконец отпустила хватку. Давление в висках, вызванное попытками запуска «Системы», исчезло. Впервые за долгое время её разум был абсолютно тих и ясен. Она закрыла глаза, вдыхая сладковатый воздух, и позволила себе просто… быть.

– Теперь, – тихо сказала Кирена, обращаясь к ним, – попробуйте почувствовать не реку. Почувствуйте свои Ключи. Не пытайтесь ими управлять. Просто прислушайтесь к ним. Как к собственному сердцебиению.

Фарид сосредоточился. Он отвлёкся от чудесного потока и обратил внимание внутрь себя. И он почувствовал. Не просто символ на коже, а сгусток… потенциала. Тихой, спящей мощи, которая отзывалась на его дыхание. Ему почудился далёкий шепот – обрывки песни ветра в пустыне, скрип колёс каравана, тёплый грубый голос отца.

Алиса тоже последовала совету. Её фиолетовый Ключ отозвался ей не шепотом, а зрительным образом. За её закрытыми веками проплыли сложные, геометрически идеальные узоры, похожие на схемы «Системы», но живые, постоянно меняющиеся. Она инстинктивно поняла – это не внешний интерфейс, это часть её самой. Это знание было пугающим и освобождающим одновременно.

Внезапно Кирена напряглась, её взгляд устремился вверх, по течению реки. – Выходите. Быстро.

Её голос снова приобрёл оттенок тревоги. Очарование момента было разбито. Фарид и Алиса поспешно выбрались на берег, их одежда мгновенно стала сухой, будто река не оставляла влаги, а лишь энергию.

– Что такое? – спросил Фарид, отряхиваясь.

– Кто-то… или что-то… пользуется рекой, – прошептала Кирена, пристально вглядываясь в туман. – Большое. Мощное. Его эфирная подпись… она не враждебна, но чужда. Очень чужда. И оно приближается.

Она повернулась к ним, и в её глазах снова горел тот же огонь, что был при встрече с ищеритами. – Нам нужно уходить. Сейчас же. Наш след скрыт, и этого достаточно.

Они бросили последний взгляд на загадочную, прекрасную и опасную реку, уносящую сны и страхи, и снова скрылись в переливающихся тенях Сияющего Леса, оставив за спиной низкий рокот и таинственного незнакомца в клубящемся тумане. Их передышка закончилась. Гонка продолжилась.

Глава 5: Тропой Изгоев

Они шли ещё быстрее, почти бежали, подгоняемые безмолвной тревогой Кирены. Лес снова менялся. Сияющие краски блёкли, деревья становились низкорослыми, корявыми, с тёмной, потрескавшейся корой. Воздух утратил сладковатую дурманящую свежесть и приобрёл запах влажной земли, гнили и остывшего металла. Это была уже не чаща, а некое подобие бурелома на окраине чего-то большего.

– Мы на Кромке, – тихо сообщила Кирена, её голос едва слышен в наступившей зловещей тишине. – Место, где заканчивается влияние Леса и начинаются земли, подконтрольные… другим.

– Каким другим? – выдохнул Фарид, с трудом переводя дыхание.

– Тем, кого манит энергия «Крукса», но кому нет места в цивилизованных обществах Станции. Контрабандисты, похитители артефактов, беглые преступники.

Слова застряли в воздухе, и будто в ответ на них, из-за груды обломков, похожих на скелет какого-то механизма, раздался скрипучий смех.

Из тени вышли трое. Вернее, это были гуманоиды, но до такой степени киберизированные, что от живого почти ничего не осталось. Один с полностью металлической нижней челюстью, другой – со щупальцами-кабелями вместо левой руки, третий – с единственным красным глазом-сенсором, занимающим пол-лица. Их одежда была лоскутной, из кожи и брезента, унизанной карманами с сомнительным содержимым.

– Ну, ну, что у нас здесь? – проскрипел тот, что с челюстью, явно лидер. Его единственный живой глаз с жадностью уставился на запястье Алисы, где тускло, но верно пульсировал фиолетовый Ключ. – Смотри-ка, Болт, Скретч. Кажется, нам упал с неба подарочек. Эфирные дички. С очень… ценными безделушками.

Алиса мгновенно оценила ситуацию. Трое против троих. Но они – измотаны, дезориентированы, почти безоружны. Бандиты – на своей территории, вооружены (она заметила энергетические пистолеты на поясах у двоих) и уверены в себе.

– Отойдите, – сказала Кирена, сделав шаг вперёд. Её сияние, приглушённое рекой, всё ещё заставляло бандитов щуриться. – У нас нет для вас ничего ценного.

– О, милочка светящаяся, не соглашусь! – фыркнул лидер. – Эти штучки на вашей шкуре пахнут чистейшим эфиром. Снимите их, и мы, может быть, отпустим вас с миром.

Фарид почувствовал, как по спине бегут мурашки. Не от страха, а от гнева. Эти люди хотели отнять единственное, что связывало его с домом, пусть и проклятым артефактом. Его пальцы сжались в кулаки. Он мельком взглянул на Алису, и та едва заметно кивнула. Они поняли друг друга без слов.

– Я предупредила, – голос Кирены стал ледяным.

В тот же миг бандит со щупальцами, которого назвали Скретч, рванулся вперёд, его металлические щупальца с шипами на концах понеслись к Алисе, чтобы схватить её за руку.

И всё завертелось.

Фарид, движимый инстинктами пустынного бойца, не стал уворачиваться. Он на встречном движении поймал одно щупальце, сделал резкий рывок на себя, выводя Скретча из равновесия, и тут же нанес ему короткий, жёсткий удар ребром ладони в основание шеи, где, как он предположил, могла проходить основная проводка. Расчёт оказался верным – Скретч захрипел, его движения на секунду затормозились.

В это время Алиса использовала замешательство. Она не стала атаковать. Она рванулась не назад, а в сторону, к лидеру. Её движения были не силовыми, а обманчиво-плавными, как её отец учил вести переговоры с более сильным противником. Она сделала вид, что спотыкается, и упала прямо перед ним, вынуждая его рефлекторно отшатнуться и на мгновение потерять её из виду. Этой секунды хватило, чтобы она поднялась уже с другой стороны, выхватив из его незастёгнутой кобуры энергетический пистолет.

Третий бандит, Болт, поднял оружие, но не успел выстрелить. Кирена не стала создавать щит. Она резким, точным жестом послала в его сторону сгусток эфирной энергии. Это был не разрушительный луч, а нечто вроде мощного импульса помех. Сенсоры Болта, включая его единственный красный глаз, на мгновение ослепли, и он в ярости начал палить куда попало.

Началась хаотичная перестрелка. Фарид, используя Скретча как живой щит, отступал к груде обломков. Алиса, завладев пистолетом, не стреляла на поражение – она била по конечностям, по оружию в руках, создавая тактический хаос. Она крикнула Фариду: «Влево, за уступ!», и он, не раздумывая, повиновался.

Их действия были не идеально слаженными, но они были скоординированными. Каждый действовал в меру своих сил, интуитивно прикрывая другого.

Лидер банды, оглушённый и обезоруженный внезапным отпором, понял, что просчитался. Эти «дички» были опасны. – Отходим! – прохрипел он, хватая ослепшего Болта за рукав. – Чёрт с ними!

Скретч, с трудом придя в себя, поплёз за ними. Через мгновение бандиты растворились в лабиринте металлических развалин.

Фарид, тяжело дыша, прислонился к ржавой плите. Алиса, всё ещё сжимая пистолет, обошла уступ, проверяя, не осталось ли угрозы. Её руки дрожали от выброса адреналина.

Кирена наблюдала за ними, и в её сияющих глазах читалось нечто новое – не просто одобрение, а уважение. – Вы справились, – констатировала она. – Хорошо справились.

– Они… почуяли Ключи, – сказала Алиса, с отвращением разглядывая пистолет, прежде чем забросить его в карман. – Значит, Кирена права. Мы – мишени. Для всех.

Фарид вытер лоб. На его руке чёрный ромб снова пульсировал ярче, будто пробудившийся от короткого сна зверь. – Значит, нам нужно стать быстрее, хитрее и сильнее. И найти это поселение. Потому что в одиночку мы здесь – просто добыча.

Он посмотрел на Алису, и снова кивнул. Теперь это был кивок равного равному. Они прошли первое боевое крещение. И выжили.

Глава 6: Поселок У Кромки

Ещё с полчаса пути через бурелом, и лабиринт ржавых обломков начал редеть. Впереди, в дымном мареве, замаячили огни. Сначала редкие, потом их становилось всё больше. Вскоре они вышли на окраину поселения, которое выглядело так, будто его собрали по кусочкам из мусора всей вселенной.

Поселок У Кромки был хаотичным нагромождением построек: тут и потертые корпуса старых космических кораблей, встроенные в скалу и служившие домами; и шатры из брезента и шкур; и странные сферические постройки, явно созданные не людьми. Воздух гудел от громких голосов на десятках языков, скрежета пил, шипения сварки и гула генераторов. Пахло жареным мясом неизвестных существ, машинным маслом, озоном и большим скоплением тел.

Фарид замер, поражённый. Пустынные оазисы с их размеренной жизнью не шли ни в какое сравнение с этим кипящим котлом. – Мать моя… Здесь пол-галактики, что ли, собралось?

Алиса, наоборот, напряглась. Её взгляд, привыкший к порядку и чистоте её родного мира, с отвращением скользил по грязи, суете и явной криминальной атмосфере места. Она инстинктивно поправила воротник куртки, стараясь выглядеть менее заметной. – Сборище отбросов и маргиналов, – прошептала она. – Идеальное место, чтобы нас ограбить. Снова.

Кирена, стоявшая между ними, казалась единственной, кого вид посёлка не смущал. – Это нейтральная территория. Здесь правят не законы, а сила, деньги и выгода. Не провоцируйте никого, но и не показывайте слабость. Наша цель – информация, припасы и, если повезёт, транспорт до Академии.

Они вошли на главную, вернее, единственную улицу, больше похожую на растянувшийся базар. Существа всех мастей и рас торговали, спорили, заключали сделки. Высокие, худые существа с кожей цвета лазури и большими чёрными глазами равнодушно торговали кристаллами. Мохнатые гномы-браккиры с грохотом чинили какой-то двигатель. Группа людей в потертой военной форме с подозрением оглядывала всех прохожих.

Именно на них Алиса обратила внимание в первую очередь. – Наёмники, – тихо сообщила она Фариду. – Видны по выправке и тому, как держатся. Не связывайся.

Фарид кивнул, но его внимание привлекла другая группа – несколько существ в длинных, скрывающих фигуры плащах с капюшонами. Они стояли в стороне и не торговали, лишь внимательно, слишком внимательно, изучали толпу. От них веяло чем-то холодным и чуждым.

Кирена последовала за его взглядом и едва заметно нахмурилась. – Серая Пряжа, – прошептала она так тихо, что услышали только они двое. – Охотники. Не смотрите на них прямо.

Они зашли в тень под огромным крылом разбитого грузового корабля, превращённого в некое подобие таверны под открытым небом. Запах дешёвого спирта и острой пищи ударил в нос.

– Что дальше? – спросил Фарид, чувствуя, как у него сводит желудок от голода. – У нас же ничего нет, чтобы купить еду.

– У нас есть это, – Алиса показала на энергетический пистолет, отобранный у бандита. – Это ходовой товар. Но нам нужен не просто торговец. Нам нужен кто-то, кто может дать информацию.

Их взгляды упали на массивного гнома с окладистой рыжей бородой, заправленной в ремень. Он сидел за столом, один, и с видом знатока допивал из кружки что-то дымящееся. Рядом стоял огромный разводной ключ, начищенный до блеска. Он не выглядел ни бандитом, ни наёмником. Он выглядел… деловым.

– Подождите здесь, – сказала Кирена и, не дожидаясь ответа, направилась к гному.

Они наблюдали, как она подошла к его столу. Гном поднял на неё уставшие, но умные глаза, без особого удивления оценив её сияющий вид. Несколько минут они о чём-то тихо беседовали. Кирена что-то показывала ему на руке – не Ключ, а что-то другое, возможно, создавая иллюзию какого-то знака или голограммы.

Наконец, гном кивнул, протянул ей какую-то мелкую монету и указал куда-то вглубь посёлка. Кирена вернулась.

– Его зовут Гром Камнекузнец. Он инженер. У него есть небольшой караван, который через два дня отправляется к Шахтам Глубинного Эха. Это по пути к Академии. Он согласен взять нас в охрану. Плата – еда, место в фургоне и его защита.

– И что мы должны сделать? – спросила Алиса с присущей ей прямотой.

– Он слышал о нападении на вас на Кромке, – сказала Кирена. – Скретч и его компания – местная шелупонь. Тот факт, что вы остались живы и даже отобрали у них оружие, произвёл на него впечатление. Он считает, что с нами ему будет спокойнее в дороге. А ещё… – Кирена на мгновение замолчалась, – он сказал, чтобы мы держались подальше от «серых плащей». Что они последние дни слишком активны и всех расспрашивают о «новых вспышках эфира».

Взгляд Алисы стал острым. – Значит, слухи уже идут.

– Значит, – Фарид сжал кулак, чувствуя, как чёрный ромб на его руке отвечает лёгким жаром, – нам пора становиться не добычей, а охотниками. Или, по крайней мере, научиться лучше прятаться.

Он посмотрел на шумный, грязный, опасный посёлок, и впервые за долгое время почувствовал не страх, а нечто иное – предвкушение. Это был его первый шаг в новом, огромном мире. И он был полон решимости его освоить.

Глава 7: Дорогой Ценою

Фургон Грома Камнекузнеца оказался старым, видавшим виды вездеходом на массивных колёсах, больше похожим на бронированного железного жука. Внутри пахло смазкой, озоном и жареным грибным хлебом. Гром указал им на узкие скамьи вдоль стен. – Вот ваши места. Не мусорить, не трогать приборы без спроса. В дороге – тишина. Шум мешает слушать мотор. А мотор – это всё. Вечером, пока Гром возился с двигателем, они получили свою первую плату – по миске густой похлёбки с неопознанным мясом и по куску того самого хлеба. Фарид ел с аппетитом, не обращая внимания на вкус. Голод – лучший повар. Алиса же ковырялась в миске, с трудом заставляя себя глотать. Её тело требовало пищи, но её разум бунтовал против такой… простоты. – Нужно что-то с одеждой сделать, – тихо сказала она, закончив есть. – Мы выделяемся. Моя куртка, твой плащ… мы кричим о том, что мы чужие. Фарид мрачно кивнул. Он уже заметил оценивающие взгляды, скользившие по их пока ещё чужеродному облику. Решение было горьким, но неизбежным. На следующее утро, пока Гром закупал последние припасы, они отправились на базар. Кирена осталась у фургона, её сияющая внешность привлекала бы слишком много ненужного внимания. Торговля была унизительной. Толстый торговец тряпьём, пахнущий потом и плесенью, с презрением разглядывал дорогую, высокотехнологичную куртку Алисы. – Эту робу? – фыркнул он, потерши ткань. – Красивая, но никому не нужная. Слишком броская. Даю за неё два комплекта поношенной униформы и пару непромокаемых плащей. Алиса почувствовала, как кровь бросается ей в лицо. Эта куртка стоила больше, чем весь его ларек. – Это ткань с кевларовым напылением! Она держит температурный режим! – Здесь всем плевать на твой температурный режим, девочка, – усмехнулся торговец. – Здесь важно не выделяться. Два комплекта. Или проваливай. Сжав зубы, она согласилась. С Фаридом было не легче. Его верный пустынный плащ, спасавший от солнца и песка, торговец назвал «тряпкой для пола» и предложил за него обмен на прочные, но грубые штаны, высокие сапоги и тёплую, колючую куртку из шкуры какого-то зверя. – И этот свой пояс с пряжкой оставь, – добавил торговец, заметив тонкую серебряную работу. – Дам тебе обычный ремень. Пряжка была последним подарком отца. Фарид хотел отказаться, но увидел себя в грязном осколке зеркала – измождённого, в чужой, нелепой одежде. Он с силой стянул пояс и швырнул его на прилавок. – Забирай. Через полчаса они стояли у фургона, переодетые. Грубая ткань натирала кожу, от чужих одежд пахло потом незнакомых людей. Они чувствовали себя опустошёнными. Они продали не просто вещи – они продали часть своей идентичности, последние материальные нити, связывавшие их с домом. Гром, проходя мимо, бросил на них оценивающий взгляд. – Лучше. Теперь смотритесь как все. Меньше шансов, что к вам придерутся. Он протянул Алисе небольшой, но тяжёлый энергетический блок. – Слышал, ты при оружии. Это для твоего пистолета. Один заряженный блок. Не трать понапрасну. Этот жест, маленький и деловой, вернул им немного достоинства. Они были не просто пассажирами. Они были частью команды. Когда фургон с рёвом тронулся с места, выезжая за ворота посёлка на пыльную грунтовую дорогу, Фарид и Алиса молча смотрели в узкое зарешеченное окно. Посёлок У Кромки оставался позади – грязный, опасный, но всё же точка относительной стабильности. Впереди лежала неизвестность. Они променяли своё прошлое на шанс на будущее. И теперь им предстояло доказать, что эта цена не была напрасной.

Глава 8: Дорожные Тени

Вездеход Грома тащился по разбитой дороге, петлявшей между гигантских грибовидных образований. Воздух за бортом был жёлтым и едким, а пейзаж напоминал инопланетные виды с учебных голограмм Алисы. Фарид прильнул к окну, заворожённый. Для него, ребёнка пустыни, где горизонт был чист и пуст, эта неестественная, теснящаяся природа была одновременно пугающей и восхитительной. Алиса сидела напротив, разбирая и собирая энергетический пистолет с закрытыми глазами, оттачивая мышечную память. Её «Система» всё ещё молчала, и ей приходилось полагаться на собственные навыки. Каждое движение её пальцев было выверенным, экономичным. Она чувствовала на себе взгляд Фарида и на мгновение открыла глаза. – Ты никогда не видел таких пейзажей? – спросила она, и в её голосе не было насмешки, лишь лёгкое удивление. – У нас только песок и небо, – ответил Фарид. – И ещё звёзды. Очень яркие звёзды. А здесь… здесь всё живое. И всё хочет тебя съесть, похоже. Из кабины донёсся хриплый смех Грома. – Малыш, ты ещё не видел, как плотоядный мох растворяет дюралевую броню. Вот это зрелище!

Разговор прервал тревожный щелчок на приборной панели. Гром нахмурился, его толстые пальцы пролетали по сенсорам. – Чёрт. Эфирные помехи. Сильные. И не естественные. Кирена, сидевшая в углу в состоянии, похожем на медитацию, открыла глаза. Её сияние стало напряжённым, колючим. – Это они. Охотники. Они ищут нас, сканируя местность импульсами. Гром, нам нужно свернуть. Сейчас. – Свернуть? Куда? – проворчал гном. – Слева – обрыв, справа – кислотные топи. Дорога одна! – Тогда готовьтесь к встрече, – холодно сказала Кирена. Алиса мгновенно вставила энергоблок в пистолет и встала в устойчивую стойку у задней двери. Фарид искал глазами что-то, что можно использовать как оружие, и схватил монтировку, валявшуюся в углу. Внезапно из жёлтой мглы позади них вынырнули два скоростных байка на воздушной подушке. Всадники в серых плащах, их лица скрывали шлемы с тёмными визорами. Один из них поднял устройство, похожее на короткий посох, и навёл его на фургон. Ярко-зелёный луч ударил в корпус рядом с колесом. Металл не расплавился, а… рассыпался в ржавую пылю. – Энтропийный излучатель! – проревел Гром, отчаянно крутя руль, чтобы увести машину от следующего выстрела. – Держись, старушка!

Фургон вильнул, и Алиса едва удержалась на ногах. Она прицелилась в ближайшего байкера и выстрелила. Заряд плазмы прошёл мимо, расплавив кусок скалы на обочине. Байкер даже не дрогнул. – Они слишком быстрые! – крикнула она. – Не в них! – рявкнул Фарид. – В их машины!

Его слова словно щёлкнули в голове у Алисы. Она перевела дух, её взгляд стал острым, как у отца на тактическом холиграфе. Она проигнорировала движущуюся цель и прицелилась в точку на дороге перед ведущим байкером, предвосхищая его траекторию. Выстрел. Заряд плазмы ударил в землю, подбросив в воздух обломки породы и создав небольшую воронку. Байкеру пришлось резко свернуть, и он на мгновение потерял скорость и прицел. В это время Кирена прижала руки к стенке фургона. Она не создавала щит. Вместо этого пространство вокруг байкеров заволокло. Воздух перед их визорами задрожал, искажая картинку, словно они внезапно попали в плотный туман. Это были не помехи, а контролируемое искажение эфира. Дезориентированные, байкеры замедлились. – Гром, сейчас! – крикнула Кирена. Гром что-то переключил на панели. Сзади фургона с шипением открылся люк, и на дорогу высыпался град металлических шипов. Второй байкер, пытаясь увернуться, задел одно из колёс острейший шип. Покрышка с шипением спустила, и байк беспомощно закрутился, сбрасывая седока. Оставшийся байкер, видя, что элемент внезапности потерян, а эфирные помехи Кирены мешают прицеливанию, резко развернулся и скрылся в жёлтой дымке, чтобы помочь своему напарнику. Тишину в фургоне нарушал только тяжёлый рёв мотора и прерывистое дыхание Алисы и Фарида. – Ну что, – хрипло произнёс Гром, вытирая пот со лба. – Познакомились с Серой Пряжей поближе. Вежливые ребята, не правда ли? Любят дарить энтропию на память. Фарид опустил монтировку. Его руки дрожали. – Они… они не просто хотели ограбить. Они хотели уничтожить. – Они хотели забрать ваши игрушки, – мрачно поправил Гром, кивая на их Ключи. – А вас – стереть в порошок, как свидетельства. Добро пожаловать в большую политику Экидромиля, дети. Алиса медленно разрядила пистолет и отстегнула энергоблок. Её лицо было бледным, но решительным. – Они охотятся на нас. Значит, нам нужно научиться охотиться в ответ. Или, по крайней мере, стать слишком опасной добычей. Она посмотрела на Фарида, и в её взгляде он прочитал то же, что чувствовал сам. Страх никуда не делся. Но его начал вытеснять холодный, цепкий гнев. Гнев загнанного в угол зверя, который готовится к борьбе не на жизнь, а на смерть.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.