Алексей Виноградов
Снегурочка с обрезом

Глава первая

Снег в этом году был каким-то предательским. Не пушистым и новогодним, а мокрым, грязным и холодным до костей. Именно таким, каким чувствовала себя Диана Земскова, входя в подъезд своего офиса. Каждая мышца ныла от усталости, а на языке стоял привкус адреналина и остывшего кофе. Задание было несложным, но противным, три дня сопровождать сына одного олигарха, у которого, судя по всему, было единственное хобби: искать приключения на свою дорогую, но не очень пригодную для этого голову. Два раза приходилось мягко, но настойчиво отшивать «журналистов» с слишком любопытными глазами, а один раз – резко сменить маршрут, почуяв неладное. Инстинкт не подвел: позже выяснилось, что на запланированном пути их ждала засада папарацци.

Диана щелкнула ключом в замке бронированной двери и замерла на секунду, слушая тишину. Никаких посторонних звуков. Только привычный, успокаивающий гул системы вентиляции. Она вошла, повесила кожаную куртку на вешалку и первым делом проверила мониторы наблюдения, расставленные по всему зданию. Чисто. Её «офис» был отражением её внутреннего мира: функциональный минимализм без намёка на сантименты. Серая краска на стенах, бетонный пол, практичный диван. Ни единой лишней детали, кроме старой, пожелтевшей карты города на одной из стен, испещренной непонятными пометками. В углу стоял сейф, где под замком мирно спали её «игрушки» – «Глок» с подствольным фонарём, травматический «КС-23» и несколько запасных обойм. Рядом – стойка с серверами, с которых на неё молча взирали экраны с картинками с камер.

Она подошла к мини-кухне, поставила на плиту чайник, не кофе, сегодня хватило и машинально потрёрла запястье, на котором уже проступал синяк. Тот самый «любопытный журналист» оказался на удивление цепким. Глядя в окно на заснеженные крыши, Диана усмехнулась. Город готовился к празднику. Мигали гирлянды, в витринах магазинов зазывно красовались искусственные деды морозы и снегурочки с пластиковыми улыбками. Глупость. Очередная попытка взрослых людей наиграться в сказку, которую они сами же и растоптали. Она не верила в чудеса. Она верила в баллистику, в скорость реакции, в проверенные расчёты и в холодную сталь оружия у себя под мышкой. Чудеса были для тех, кто не мог постоять за себя. Её же мир был выстроен на чётких, жёстких принципах: доверяй только инстинктам, сомневайся во всём и всегда будь готова нажать на курок.

Чайник зашипел, прерывая её мысли. Диана налила кипяток в кружку, наблюдая, как заваривается пакетик с травяным чаем. «Успокаивающим», как было написано на упаковке. Ей не нужно было успокоение. Ей нужна была ясность. Она взяла кружку и прошла к своему рабочему столу, собираясь проверить почту. На экране заставки, строгий, безлюдный норвежский фьорд. Ничего личного. Телефон в кармане брюк вибрировал, заставляя её вздрогнуть. Диана посмотрела на экран. Алиса. Лучшая, и, пожалуй, единственная подруга. Та самая, что до сих пор верила в дедов морозов, любовь с первого взгляда и прочие вредные сказки.

Диана вздохнула и отправила вызов на голосовую почту. Не сейчас. Сейчас ей нужна была только тишина, чай и ощущение полного контроля над своим пространством. Она сделала глоток, откинулась на спинку кресла и закрыла глаза. Ещё четыре дня и этот бесконечный декабрь закончится. А с ним и все эти праздничные глупости. Она ошибалась. Самые большие неприятности всегда приходят в самой нелепой упаковке. Иногда в блестящей мишуре и с колпаком Снегурочки. Чай не принес желанного успокоения, лишь заставил острее почувствовать усталость, въевшуюся в мышцы. Мысль о том, чтобы встретиться с Алисой прямо сейчас, казалась пыткой. Диана набрала сообщение: «Привет. Добралась. Выдыхаю. Давай вечером? Я встану на крыло». Ответ пришел мгновенно: «Конечно! Отдыхай! Жду-не дождусь» Смайлик сиял с экрана с почти осязаемой энергией, от которой Диане снова захотелось зажмуриться.

Решение было простым и безоговорочным: домой. В свою тихую, неброскую квартиру в спальном районе, которая была ее настоящим бастионом. Там не было бронированных дверей и серверных стоек, только ее книги, качественный звук и диван, на котором можно раскинуться, как на облаке. Она снова накинула куртку, ощущая ее вес на плечах, и вышла в промозглый зимний воздух. Ее машина, неброский темный внедорожник, стояла у подъезда. Села за руль, завела двигатель, и почти сразу же уперлась взглядом в стену из красных стоп-сигналов впереди. Пробка. Предновогодняя, истеричная, московская. Казалось, все население города одновременно решило совершить подвиг и закупить провизию на две недели вперед. Диана вздохнула, откинула голову на подголовник и смотрела в окно.

Вот они, предновогодние чудеса. Люди шли по тротуарам, сгорбившись под тяжестью огромных сумок и пакетов с продуктами. Из кульков торчали бутылки шампанского, словно символы грядущего веселья. Лица у большинства были не радостные, а сосредоточенные, уставшие. Они напоминали солдат, готовящихся к битве, исход которой уже предрешен – усталость, тяжесть в желудке и пустой кошелек. «Еще неделя, а они уже тащат все это домой, как будто завтра наступит апокалипсис и единственное спасение в оливье и «Советском» шампанском», – с циничной усмешкой подумала Диана. Она наблюдала, как мужчина в деловом костюме пытается втиснуть в уже переполненную сумку коробку с мандаринами, рассыпая их по асфальту. Как молодая девушка несет огромного, безвкусного снеговика из воздушных шаров, который не помещается в дверь маршрутки. Мигали гирлянды, из машины соседа по пробке доносился навязчивый новогодний хит, а воздух был густым от выхлопных газов и всеобщей суеты. Этот хаос, эта добровольная пытка подготовкой к празднику были ей абсолютно чужды. Ее мир был миром порядка, контроля и четких действий. Здесь же царила стихия абсурда.

Пробка медленно, по сантиметру, поползла вперед. Диана прибавила газ, ловя себя на мысли, что единственное, чего она хочет по-настоящему, – это принять долгий, горячий душ, смывая с себя не только дорожную грязь, но и это липкое ощущение всеобщего помешательства. А там, глядишь, наберется сил, чтобы выслушать вечерний восторженный отчет Алисы о «самой волшебной поре года». Пробка медленно, по сантиметру, поползла вперед. Диана прибавила газ, ловя себя на мысли, что единственное, чего она хочет по-настоящему, – это принять долгий, горячий душ, смывая с себя не только дорожную грязь, но и это липкое ощущение всеобщего помешательства. Внезапно вибрация телефона в держателе на торпедо отвлекла ее от наблюдений. На экране загорелось имя: «Братишка Сергей». Уголки ее губ дрогнули в едва заметной улыбке. Она нажала на кнопку громкой связи.

– Привет, Серёж.

– Ну что, телохранительница профессиональная, где Новый год отмечаешь? – раздался его жизнерадостный, чуть хрипловатый голос, такой знакомый и родной. В отличие от Дианы, Сергей был душой любой компании и обожал шумные праздники.

– Если никаких казусов не случится, то хочу дома. В тишине и спокойствии. – ответила она, лавируя между бампером впереди идущей машины и такси, пытавшимся подрезать ее сбоку.

– Ой, да ну тебя! – рассмеялся Сергей. – Опять ты в свою берлогу зароешься. Скучно же! Давай к нам! Марина как раз грандиозный фуршет замутит, гостей полно будет, музыка. Развеселим тебя, а то ты вся в работе закисла.

Диана мысленно представила эту картину: душная квартира, толпа незнакомых людей, громкая музыка, обязательные тосты и вопросы о личной жизни. Ее личный ад.

– Серёж, я ценю… Но нет. После последней командировки мне нужен отдых, а не новый стресс в виде твоих друзей-экстравертов.

– Да какие они тебе стресс! Ты их одним взглядом своим, как ледником, заморозишь, никто и приставать не станет, – не унимался брат. – Ладно, думай. Но предложение в силе. Марина будет рада. И я тоже.

– Спасибо, что зовёшь. Правда. Но я пас, – мягко, но твердо сказала Диана, подъезжая к своему дому.

– Как знаешь, сестренка. Если передумаешь, звони, за тобой заеду, даже пьяный. Береги себя!

– И ты – ответила она, и связь прервалась.

Разговор с братом оставил после себя странное послевкусие – смесь легкой теплоты и раздражения. Все так хотели для нее «лучшего», не понимая, что для нее лучшее – это остаться наедине с собой. Она загнала машину на парковку, заглушила двигатель и на секунду замерла в наступившей тишине. Никаких пробок, никаких братьев, никаких предновогодних сумасшествий. Только бетонная коробка гаража и ее мысли. Идеально. Войдя в квартиру, она, не включая свет в гостиной, прошла прямиком в спальню. Сняла куртку, потом – плечевую кобуру с «Глоком», поставила ее на прикроватную тумбочку. Ритуал завершения рабочего дня. Сейчас душ, а там, глядишь, наберется сил, чтобы выслушать вечерний восторженный отчет Алисы о «самой волшебной поре года».

Вода, горячая и почти обжигающая, смыла остатки напряжения. Диана стояла под душем, позволив потокам бить по уставшим мышцам спины и плеч, стирая память о вчерашних угрозах и сегодняшних пробках. Когда кожа покраснела, а голова наконец прояснилась, она вышла, завернулась в мягкий, плотный халат и принялась приводить себя в порядок с той же методичностью, с какой чистила оружие. Волосы, собранные в тугой пучок, лицо без макияжа, так ей было комфортнее. Она вышла из ванной и направилась к гардеробу, намеренно обходя стороной зеркало в полный рост. Ей не нужно было оценивать себя, ей нужно было решить простую бытовую задачу: что надеть.

Перед ней, как строй солдат, висели ряды практически идентичной одежды: темные брюки, водолазки, несколько практичных джемперов, пара кожаных курток. Все в черных, серых, темно-синих тонах. Удобно, функционально, не привлекает внимания. Но сегодня этот выбор почему-то вызывал раздражение. Даже здесь, в своем убежище, она стояла перед свидетельством своей собственной аскезы. Внезапно в дверь позвонили. Коротко, настойчиво. Диана нахмурилась. Она не ждала гостей, а курьеры в это время уже не работали. Инстинктивно она скользнула взглядом к прихожей, где в ящике тумбы лежала газовый баллончик. Медленно подойдя к двери, она посмотрела открыла дверь. И застыла от изумления. Вся площадка перед ее дверью была заполнена пушистой зеленой хвоей. Прямо в дверном проеме, упираясь макушкой в косяк, стояла немаленькая ель. От нее пахло лесом и морозом. Из-за колючей махины выглянула радостная физиономия соседа сверху, молодого парня по имени Стас.

– Слушай, соседка! Я тут елку купил, а у меня дома-то оказывается, уже есть! Жена, понимаешь, тайком сходила и притащила. Возьми, а? Выбросить жалко!

Диана уставилась на него с немым вопросом на лице.

– Господи, Стас, на кой она мне? – выдавила она наконец.

Он улыбнулся еще шире, словно ждал этого вопроса.

– Как на кой? Без нее ж не чувствуется праздника! – с непоколебимой уверенностью заявил он и, не дожидаясь ответа, аккуратно прислонил дерево к стене рядом с ее дверью.

– Вот, стоит уже, почти как дома! С наступающим!

И, весело помахав рукой, он скрылся на лестничной клетке, оставив Диану один на один с внезапно свалившейся на нее праздничной проблемой. Она медленно закрыла дверь, щелкнула замком и через глазок еще раз посмотрела на елку. Та стояла в ее безликом подъезде, словно инопланетный объект, яркий, пахучий и совершенно неуместный. «Не чувствуется праздника…» – мысленно повторила она слова соседа. Повернувшись, она брезгливо стряхнула с рукава халата прилипшую хвоинку и снова уставилась на свой гардероб. Выбор внезапно показался еще более скудным.

Глава вторая

Ресторан был одним из тех мест, где пахло деньгами и приглушенным светом. Никакого пафоса, только спокойная уверенсть в собственной исключительности. Диана, проведя мгновенным взглядом по залу, отметила выходы, рассеянных охранников у входа и отсутствие слишком назойливых взглядов в свою сторону. Идеально. Алиса уже ждала ее у столика в углу, заказав бутылку красного. Её рыжие волосы были собранны в небрежный, но стильный пучок, а в зеленых глазах плескалось привычное оживление. Она смотрела на Диану с теплой, немного обеспокоенной нежностью.

– Наконец-то! Я уже думала, ты решила сменить профессию и стать отшельницей, – Алиса налила вина в два бокала.

Диана сняла пиджак, повесила его на спинку стула и села. Под ним была такая же черная водолазка. Её униформа.

– Просто пробки. Предновогодний ад на дорогах.

Они чокнулись. Алиса сделала глоток и, поставив бокал, внимательно, изучающе посмотрела на подругу.

– Слушай, я вот о чем подумала… Я прямо подарю тебе какое-нибудь платье. Ясно и однозначно. Не в качестве намёка, а так чтобы оно у тебя было.

Диана подняла брови.

– Зачем? У меня же есть одежда.

– О да, есть! – фыркнула Алиса. – У тебя в гардеробе всё черное. Даже сейчас, в ресторан, ты пришла в чёрном костюме. Я, конечно, понимаю стиль «рассеянная вдова мафиози», но, Диана, должен же быть предел!

Уголок губ Дианы дрогнул.

– Во-первых, это классика. Она никогда не подводит. Во-вторых, у меня есть и другая одежда, – с вызовом сказала она. – Например, салатовый топ. И красные легинсы.

Алиса закатила глаза с таким драматизмом, будто только что услышала приговор.

– Боже правый… Ты купила это в прошлом веке, на спор, и ни разу не надела. И, прошу заметить, я ж не приду в них в ресторан. А так по сути, мне и ходить-то некуда.

В её голосе прозвучала не привычная едкая ирония, а тихая, спокойная констатация факта. Работа, дом, редкие вылазки вроде этой. Её мир был герметичен.

– Вот именно! – Алиса наклонилась через стол, понизив голос. – А что, если появится куда? Что тогда? Ты будешь выбирать между салатовым топом и костюмом для похорон? Нет, я серьёзно. Мне кажется, у тебя должно быть хотя бы одно Платье. На все случаи жизни. Шелковое, тёмно-синее, например. Оно тебе жутко пойдет.

Диана покачала головой, делая глоток вина. Тёплая волна разливалась по телу, смягчая острые углы.

– Алис, я ценю порыв. Но мои случаи жизни обычно требуют, чтобы одежда не стесняла движений и на ней было не так заметно кровь. Шелк для этого не очень подходит.

– Вот видишь! – воскликнула Алиса, словно поймав её на слове. – Ты сама только что описала свою жизнь в самых мрачных тонах. Может, хватит? Хотя бы на Новый год. Смени пластинку.

Диана вздохнула. Этот разговор был таким же предновогодним атрибутом, как гирлянды и мандарины. Алиса пыталась её «раскрасить», а она отбивалась, как от назойливого, но безобидного противника.

– Ладно, ладно, – сдалась она, поднимая руки в знак поражения.– Давай сначала закажем ужин, а потом поговорим о твоих планах по моему преображению. Договорились?

Алиса сияла, как ёлочная гирлянда. Она знала – это маленькая победа. И она была намерена развить успех. В её голове уже рождался план, куда более амбициозный, чем просто покупка платья. Вечер медленно протекал, наполненный тихим звоном бокалов, негромкими голосами и щелчком ножа о фарфор. Диана понемногу расслаблялась, поддаваясь уютной атмосфере и тёплому вину. История Алисы о клиенте, который хотел, чтобы Дед Мороз прибыл на церемонию открытия автомойки на белом пони, была по-настоящему забавной.

И вот, как раз в паузе между их смехом, в зале заиграла музыка. Негромкая, томная, с хриплым саксофоном – классический джаз. Диана непроизвольно нахмурилась, её брови поползли вниз.

– Боже, что это играет? – брезгливо пробормотала она, делая небольшой глоток вина.

Алиса только улыбнулась.

– Это музыка, Диана. Люди иногда слушают её для удовольствия, – она покачала бокалом в такт медленному ритму. – Тебе не нравится?

– Напоминает звук умирающего тапира, – отрезала Диана, но в её глазах мелькнула искорка игры.

В этот момент к их столику подошла официантка, беззвучно скользя по полу. Она расставила перед ними заказанные блюда: стейк с розмарином для Дианы и изящный салат с уткой для Алисы.

– Приятного аппетита, – с лёгкой улыбкой произнесла девушка и удалилась.

Алиса, воспользовавшись паузой, вернулась к своей миссии.

– Вот видишь, даже здесь играет джаз. Мир не состоит из одних только звуков выстрелов и треска полицейской рации. В нём есть место и для саксофона. И для шёлка. И для платьев, в которых можно кружиться под такую музыку.

Диана проткнула вилкой кусок мяса, искажённо отразившийся в отполированном лезвии ножа.

– Кружение – это потеря контроля над равновесием и ситуацией. Не моё.

– О, Господи, да ты просто никогда не пробовала! – Алиса отложила вилку и посмотрела на подругу с внезапной серьёзностью. – Ладно, забудем про платья. Но Новый год… Диана, ты не можешь провести его в одиночестве в своей бетонной коробке, глядя на мониторы. Это же преступление против человечности!

– Против моей человечности – самое то, – парировала Диана, но защита уже давала трещину. Вино и настойчивость Алисы делали своё дело.

И в этот момент, под звуки томного саксофона, Алиса произнесла то, ради чего, возможно, и затеяла этот ужин. Её голос стал тише, но приобрёл металлическую твёрдость.

– Слушай, раз уж мы заговорили о работе… Мне нужна твоя помощь. Не как подруги. Как профессионала.

Глава третья

Громкий хохот Дианы прозвучал в уютном зале как выстрел. Несколько посетителей за соседними столиками обернулись, удивлённые этим внезапным проявлением эмоций в месте, где царили приглушённые тона. Даже Алиса на мгновение замерла с подносом, застигнутая врасплох.

– Что? – Диана с трудом сдерживала новые приступы смеха, вытирая пальцем уголок глаза. – Тебя что, надо охранять от детей? А то подарки отнимут? Или от слишком назойливых родителей, которые будут требовать, чтобы Дед Мороз подарил их чаду «по-настоящему» новый айфон?

Алиса покачала головой, её лицо стало серьёзным, почти деловым.

– Нет, Диан. Всё гораздо проще и… выгоднее. Мне нужна ты. В костюме Снегурочки.

Слова повисли в воздухе, смешавшись с джазовыми пассажами. Диана замолкла, уставившись на подругу с выражением лица, ясно говорившим: «У тебя съехала крыша».

– Повтори, мне показалось, – наконец выдавила она. – Ты хочешь, чтобы я, частный телохранитель с лицензией на ношение оружия и опытом работы в «горячих точках», нарядилась в блестящий сарафан и колпак и пошла раздавать конфеты детям?

– Именно так, – Алиса не моргнула глазом. – Это всего несколько предновогодних мероприятий. Корпоративы, частные выезды. Клиент очень щедрый, платит безумные деньги за дисциплину и профессионализм. А я знаю, что профессиональнее тебя никого не найти.

Диана снова рассмеялась, на этот раз коротко и цинично.

– Алис, я охраняю людей. Я обеспечиваю их безопасность, провожу осмотры помещений, анализирую угрозы, а в случае чего – принимаю огонь на себя. Я не таскаю мешок с подарками и не вожу хороводы! Это даже не смешно. Нет. Категорически нет.

Она отпила вина, отодвинув тарелку. Всё её тело, ещё минуту назад расслабленное, вновь напряглось, вернувшись в привычное состояние готовности к отпору.

– Но послушай… – начала Алиса, понизив голос и наклонившись через стол.

– Нет, ты послушай, – перебила её Диана, и в её голосе зазвучала сталь. – Моя работа – это пули, бронежилеты и расчёт на секунды. А ты предлагаешь мне блёстки, вату и детские песенки. Это не просто другая вселенная, это другая планета. Я на неё не летаю. Точка.

– Диана, ну ты дослушай хотя бы! – Алиса понизила голос до настойчивого шёпота, её пальцы сжали край стола. – Просто у меня в агентстве форс-мажор. Три Снегурочки одна за другой уволились: одна уехала к маме, вторая влюбилась и сорвалась в свадебное путешествие, а третью переманили конкуренты в последний момент. А заказы прут рекой! Все хотят праздник, прямо сейчас. У меня катастрофа, Снегурочек на всех не хватает!

Диана смотрела на неё с каменным лицом, скрестив руки на груди. Её поза была красноречивее любых слов.

– Ну пару дней всего! – взмолилась Алиса. – Пару выступлений, я тебя в самое лёгкое расписание поставлю. Не на детские утренники, а на взрослые корпоративы. Там всё проще.

– А ты? – резонно спросила Диана, поднимая бровь. – Почему сама не лезешь в этот колпак? У тебя же, наверное, свой костюм есть.

– Да я и так уже работаю на износ! – воскликнула Алиса, и в её голосе впервые за вечер прозвучала усталость. – Я руковожу всем этим цирком, ищу замены, улаживаю проблемы, бегаю между площадками. Мне нужен человек, на которого я могу положиться! А где я возьму его перед Новым годом? Все нормальные люди уже разобраны! Ты – мой единственный шанс не провалить полдесятка контрактов и не похоронить репутацию агентства.

Она умолкла, переводя дух. Её зелёные глаза смотрели на Диану с откровенной мольбой, в которой была не только просьба подруги, но и отчаяние бизнес-вумен, видящей, как её дело летит под откос. Диана отвела взгляд, уставившись на тёмно-бордовое вино в своём бокале. Она чувствовала себя загнанной в угол. С одной стороны – абсолютный, стопроцентный абсурд. С другой – искренняя просьба лучшей подруги, оказавшейся в безвыходной ситуации. И этот подтекст: «Ты – единственная, на кого я могу рассчитывать».

Диана медленно выдохнула, чувствуя, как её броня даёт первую трещину. Она отпила последний глоток вина, поставила бокал на стол с чётким, твёрдым щелчком и устремила на подругу тяжёлый, изучающий взгляд. Тот самый, от которого у неподготовленных людей ёкало сердце.

– Ладно, – произнесла она тихо, но так, что было слышно каждую согласную. – Предположим. Только предположим, что я соглашаюсь.

Алиса замерла, не веря своему счастью, но Диана тут же подняла палец, пресекая возможные восторги.

– Но. Я ставлю условия. Жёсткие. Без обсуждения.

– Какие? – выдохнула Алиса.

– Первое. Я надеваю под этот… карнавальный костюм, свой бронежилет. Второе. У меня будет рация с открытым каналом на тебя или на твоего координатора. И третье, самое главное, – её глаза сузились. – Я оставляю за собой право на превентивные меры. Если я сочту ситуацию угрожающей, я действую по своему усмотрению. Без возражений.

Наступила пауза. Алиса смотрела на неё несколько секунд, а потом её лицо расплылось в широкой, беззвучной улыбке. Она положила лоб на стол и затряслась от смеха.

– Ой, не могу… – выдавила она сквозь смех. – Бронежилет… Рация… «Превентивные меры»… Диана, ты куда собралась? На штурм замка? Это же детский утренник в лучшем случае! Или корпоратив бухгалтеров! Тебе там бронежилет зачем? От бумажного самолётика защищаться? А рация, чтобы доложить, что ребёнок заплакал?

Диана слушала её, не меняя выражения лица. Её поза была прямая спина, сцепленные на столе пальцы – говорила о полной и безоговорочной серьёзности.

– Мои условия не обсуждаются, Алиса. Я не умею работать иначе. Хочешь моего профессионализма? Получишь его в полном объёме. Со всеми вытекающими.

Алиса понемногу успокоилась, вытирая слёзы. Она посмотрела на подругу и поняла, что это не шутка. Это – единственный возможный формат их сотрудничества.

– Хорошо, – вздохнула она, смирившись. – Бронежилет, рация, твои «меры». Договорились. Ты будешь самой защищённой Снегурочкой в истории.

– И единственной, кто может при необходимости нейтрализовать Деда Мороза, – без тени улыбки заключила Диана, ловя на себе очередной удивлённый взгляд официантки. – Так что готовь костюм. И найди мне того, с кем придётся работать. Мне нужно будет его изучить.

Глава четвёртая

Встреча была назначена в нейтральном месте – в тихом лобби отеля, где мягкие кресла тонули в полумраке, а за стойкой администратора царила безупречная, безмолвная эффективность. Идеальное место для того, чтобы остаться незамеченным и оценить друг друга без лишних глаз. Диана пришла первой, выбрав кресло спиной к стене, с которого открывался панорамный вид на весь зал, включая главный и запасные выходы. На ней была её обычная «неприметная» униформа – тёмные джинсы, чёрная водолазка и кожаная куртка, перекинутая через подлокотник. В кармане куртки лежала рация. Бронежилет остался в машине пока что. Она не ждала долго. Ровно в назначенное время, без пяти минут шесть, в лобби вошёл он.

Мужчина лет пятидесяти, под два метра ростом, в отлично сидящем тёмно-сером пальто, наброшенном на плечи поверх дорогого костюма. Серебро в коротко стриженных волосах не старило его, а лишь добавляло шарма. Походка была лёгкой, почти кошачьей, несмотря на мощное телосложение. Диана мгновенно отметила отсутствие телохранителей – либо он был слишком самонадеян, либо слишком уверен в себе. Он подошёл прямо к ней, хотя она была уверена, что не подавала ни единого знака. Его глаза, светло-серые, почти стальные, встретились с её взглядом. В них не было ни капли дедово-морозного добродушия. Это был пронзительный, изучающий, почти рентгеновский взгляд, который за секунду снимал все внешние слои, пытаясь добраться до сути.

– Диана? Ярослав Морозов – он представился, и его голос, низкий и бархатный, идеально гармонировал с общей картиной. Он не протянул руку для рукопожатия, лишь слегка кивнул.

– Морозов, – кивнула в ответ Диана, жестом приглашая его сесть в кресло напротив. Её внутренняя сигнализация трещала на все лады. Волк. Опытный, умный и опасный. Он не просто играл роль – он её проживал, но это была роль властителя, а не доброго волшебника.

Он удобно устроился в кресле, положив ногу на ногу. Складка на брюках была идеальной. Диана мельком заметила часы на его запястье Patek Philippe. Не кричащие, но те, кто разбирался, понимали, что на его руке стоимость хорошей квартиры.

– Алиса много о вас рассказала – начал он, его взгляд скользнул по её лицу, плечам, рукам, задерживаясь на том, как она сидит собранно и неподвижно. – Говорит, вы лучшая в своём деле.

– Алиса моя подруга. Она может быть предвзятой», – парировала Диана, не отводя глаз. – Вы ведь понимаете, что моя работа подразумевает определённые меры предосторожности? Даже в текущем формате.

Уголок его губ дрогнул в подобии улыбки.

– Я рассчитываю на них. Мне нужен профессионал. Остальное антураж.

– Антураж, который может привлекать нежелательное внимание», – сказала Диана. -У вас есть недовольные деловые партнёры? Личные враги? Что-то, о чём мне стоит знать?

Морозов медленно покачал головой, его стальные глаза смотрели на неё без моргания.

– Все мы у кого-то бываем недовольны,Диана. Но в данном случае, я уверен, всё обойдётся парой детских утренников. Просто будьте рядом.

Лжёт, безошибочно определила она. Он был слишком спокоен, слишком контролировал каждую мышцу на своём лице. Этот человек не стал бы платить безумные деньги просто за то, чтобы «кто-то был рядом» на детском празднике.

– Хорошо, – сказала она, делая вид, что принимает его слова за чистую монету. – Тогда я готова приступить. Но помните о моих условиях.

– Естественно, – он поднялся с кресла так же плавно, как и сел. – До завтра, Снегурочка.

Он развернулся и ушёл, не оглядываясь. Диана смотрела ему вслед, ощущая холодок на спине. Ярослав Морозов. Дедушка Мороз с часами за полмиллиона. Идеально. Что могло пойти не так? Офис Алисы был полной противоположностью лобби отеля – яркий, немного творчески беспорядочный, заваленный образцами тканей, каталогами и плакатами с весёлыми снеговиками. В углу, как укор совести, висел костюм Снегурочки, сверкающий блёстками и синий сатин. Диана вошла, всё ещё ощущая на себе тот холодный, изучающий взгляд. Она молча сняла куртку и опустилась в кресло напротив Алисы, которая смотрела на неё с затаённым ожиданием.

– Ну, как? – не выдержала подруга, отложив планшет. – Познакомилась?

– Да, познакомилась, – Диана медленно провела рукой по лицу, словно стирая невидимую паутину. – Подозрительный он какой-то.

– В смысле «подозрительный»? – насторожилась Алиса. – Он же харизматичный, респектабельный. Деньги платит без разговоров.

– В том-то и дело, что слишком уж респектабельный, – Диана прищурилась, глядя в пространство, мысленно восстанавливая детали. – Дорогие часы, отличный костюм, манеры… но взгляд, Алис. У него волчий взгляд. Он не дед мороз, он… полковник в отставке, или банкир, или… не пойму что. Но что-то не так.

Алиса смотрела на неё с лёгким недоумением и тревогой.

– Диана, блин, – вздохнула она наконец. – О чём ты? Ты не на своей обычной работе. Ты сейчас – Снегурочка. А он – Дед Мороз. На два корпоратива. Что тут может быть «не так»? Может, он просто успешный бизнесмен, который решил немного поразвлечься и подзаработать в праздники? Бывает же.

– Успешные бизнесмены не смотрят на людей так, будто видят их на рентгене, – мрачно буркнула Диана. – И не носят с собой бронежилет под пальто.

– Ты что, видела? – глаза Алисы округлились.

– Нет. Но я чувствую. Профессиональное чутьё.

– Твоё профессиональное чутьё сейчас ищет снайперов на крыше детского сада, – Алиса встала и подошла к костюму Снегурочки. – Расслабься. Всё будет хорошо. Вот, полюбуйся. Твой новый облик.

Диана скептически окинула взглядом блестящий сарафан и белые сапожки с мехом.

– Великолепно. Как раз то, что нужно для скрытного наблюдения

– Для чего?

– Ничего, – Диана махнула рукой и поднялась. – Ладно. Забей. Наверное, ты права. Я просто параноик. Два вечера, конфетки, хороводы – и свободна.

– Вот и умница! – Алиса сияла. – Завтра первое выступление. Не опаздывай!

Выйдя из офиса, Диана снова нахмурилась. Чувство было стойким, как привкус несвежего кофе. «Что-то не так». И она привыкла доверять своим чувствам больше, чем успокаивающим речам подруги. Даже самой лучшей.

Глава пятая

Диана вошла в квартиру, щёлкнула замком и на мгновение прислонилась спиной к прохладной поверхности двери. В руке она сжимала вместительную сумку из плотной ткани, которую вручила ей Алиса на прощание с лучезарной улыбкой. Она прошла в спальню, расстегнула молок сумки и извлекла своё «обмундирование». Костюм Снегурочки визуально казался ещё более ярким и нелепым в строгом, монохромном пространстве её спальни. Блестящий синий сарафан, расшитый серебристыми нитями и дешёвыми стразами. Белая опушка, напоминающая искусственный мех давно почившего животного. И этот дурацкий головной убор – кокошник, который даже с натяжкой нельзя было назвать практичным.

Она не стала расправлять складки, просто повесила костюм на крючок на двери. Яркое пятно замерло на фоне серой краски, словно инопланетный артефакт, занесённый в её вселенную по ошибке. Диана отступила на шаг и уставилась на него. Скрестив руки на груди, она изучала каждую деталь: безвкусные блёстки, слишком широкие рукава, которые будут мешать движению, длинную юбку, гарантированно цепляющуюся за всё подряд.

– Боже, – тихо, почти беззвучно сказала она. – Во что я вообще ввязалась?

Уголки её губ дрогнули. Потом ещё раз. И вот уже она тихо покачивалась, подавляя смех, который подкатывал к горлу. Он был не весёлым, а горьковатым, истеричным и до абсурда циничным. Диана Земскова. Человек, который за последние пять лет не надел ничего ярче тёмно-серного. Специалист, чьи навыки включали снайперскую стрельбу, рукопашный бой и тактическое вождение. Та, кого нанимали для защиты от киллеров, вымогателей и корпоративных шпионов. И теперь она стоит в своей квартире и смотрит на костюм Снегурочки, в котором завтра ей предстоит раздавать конфеты взрослым дяденькам на корпоративе под присмотром «Деда Мороза» с манерами криминального авторитета. Это было настолько нелепо, настолько сюрреалистично, что даже не укладывалось в голове.

– Смешно, – вслух произнесла она, и смех наконец вырвался наружу – короткий, резкий, безрадостный. – Просто до чёртиков смешно.

Она провела рукой по лицу, сметая следы минутной слабости. Юмор юмором, но факт оставался фактом: завтра ей предстоит работа. И пусть форма была идиотской, но суть оставалась прежней – контроль, наблюдение, безопасность. Она повернулась к костюму спиной и направилась на кухню, чтобы заварить чай. Но даже отвернувшись, она чувствовала его присутствие – яркое, навязчивое, немое напоминание о том, что её упорядоченная, чёрно-белая жизнь сделала неожиданный и абсолютно дурацкий вираж.

Резкий, настойчивый звонок в дверь пробил тишину квартиры, заставив Диану вздрогнуть и чуть не уронить горячую кружку с чаем. Сердце на мгновение ушло в пятки – инстинкт, отточенный годами. С проклятием на губах она поставила чашку на стол и двинулась к двери, бегло оценивая возможные угрозы. Кто в такую пору? Она посмотрела в глазок и ахнула. На площадке, упираясь руками в бока и сияя улыбкой во всё лицо, стоял её брат Сергей. С тщетной надеждой, что он сам исчезнет, если подождать, Диана медленно открыла дверь.

– Дианка, сеструля! – тут же начал он, переступая с ноги на ногу. – Ну что, думаешь над моим предложением? С Новым годом-то как? С нами? Марина пирог испекла…

Его взгляд, скользнув мимо неё, вдруг наткнулся на яркое пятно на двери в спальню. Речь Сергея оборвалась на полуслове. Его брови поползли к волосам, а рот медленно открылся.

– Боже… – удивился он, указывая пальцем на костюм Снегурочки. – Диана… Ты… ты что, поменяла вид деятельности? С телохранителя на… – он закашлялся, пытаясь сдержать хохот, – на волшебницу новогоднюю?

Диана закатила глаза и тяжело вздохнула, пропуская брата внутрь.

– Заткнись, Серёж. Это не моё.

– Да ладно! – не унимался он, снимая куртку. – А чьё же? У тебя тут кроме меня и Алисы никто не бывает. Алиса бы своё сокровище сразу в офис повесила. Признавайся, ты устроилась Снегурочкой на подработку!

Он подошёл поближе, с явным удовольствием разглядывая блестящий сарафан.

– Ничего себе, – присвистнул он. – И как, удобно в этом… э-э-э… снаряжении противника нейтрализовывать?

– Если нужно, нейтрализую и в этом, – буркнула Диана, возвращаясь к своему чаю. – Это на пару дней. Алисе помощь нужна.

– Ага, помощь, – проникновенно кивнул Сергей, садясь на стул. – Ну что ж, сестрёнка, рад за тебя. Развлекаться – так с размахом! Значит, с нами ты Новый год всё-таки встречать не будешь? У тебя же, выходит, гастроли!

– Встречу я его, скорее всего, с аспирином и ненавистью к человечеству, – мрачно ответила Диана, делая глоток чая.

– Ну, у тебя всегда так, – вздохнул Сергей, но в его глазах по-прежнему танцевали весёлые чертики. – Ладно, не буду тебе мешать готовиться к выступлению. Только фото потом обязательно пришли! Обещай!

– Убирайся, Серёжа, – беззлобно сказала Диана, указывая на дверь.

– Уже ухожу, уже! – он поднялся, натягивая куртку. На пороге он обернулся. – Так значит, Снегурочка? Серьёзно?

– Серёжа!

– Уже ушёл! – он выскочил за дверь, и его смех ещё несколько секунд звенел в подъезде.

Диана снова закрыла дверь, с облегчением щёлкнув замком. Она обернулась и снова уставилась на костюм. Теперь, после визита брата, он казался ещё нелепее. Она мысленно представила его лицо, если бы он узнал, что его сестра-«снегурочка» будет работать в паре с «дедом морозом», у которого явно не всё чисто с прошлым.

– Господи, – снова подумала она, сжимая виски. – Во что я ввязалась…

Глава шестая

Торговый центр оглушал какофонией предноводних звуков: оглушительно весёлые детские песенки, гул сотен голосов, скрип игрушек и назойливые объявления о скидках. Воздух был густым от запаха корицы, жареного миндаля и детской присыпки. Диана стояла на невысоком декорированном помосте, чувствуя себя абсолютно идиотски. Костюм Снегурочки оказался ещё неудобнее, чем она предполагала: блёстки осыпались, кокошник норовил съехать набок, а широкие рукава цеплялись за всё подряд. Под синим сатиновым сарафаном неловко топорщился её собственный, куда более привычный бронежилет. В ухе мерцал крошечный прозрачный наглазник – канал связи с Алисой, которая координировала действие из своего «командного пункта» в служебном помещении. Рядом с ней, восседая на бутафорском резном троне, был Ярослав. В полном облачении в красной шубе с белой опушкой, с окладистой бородой и посохом, он выглядел поразительно убедительно. Если не смотреть в глаза. Его стальные глаза, холодные и оценивающие, медленно скользили по толпе, не выражая ни капли дедово-морозного добродушия. Он был спокоен, как скала.

– Ну что, Снегурочка, как ощущения? – его низкий голос дошёл до неё не через шум толпы, а прямиком через миниатюрный наушник в ухе.

– Потрясающе, – сухо ответила она, через силу растягивая губы в подобии улыбки для восторженного малыша, тянущего к ней руку. – Просто не могу дождаться, когда начнутся хороводы.

Несмотря на весь абсурд происходящего, её мозг работал в привычном режиме. Взгляд, отсканировав толпу, автоматически выискивал угрозы. Широкие рукава костюма скрывали её сцепленные в замок руки, но пальцы были готовы в любой момент рвануть к скрытой кобуре на бедре. Именно так она их и заметила. Двое мужчин. Не в праздничных дурацких свитерах, не с детьми на руках. Они стояли в стороне, у колонны, рядом с киоском с кофе. Оба в тёмных, практичных куртках. Один – высокий, плечистый, с коротко стриженными волосами, другой – пониже, вертлявый, с неприятным колючим взглядом. Они не смотрели на сцену с восторгом. Они изучали. Их взгляды скользили не по ней или по детям, а пристально держали в фокусе фигуру Морозова.

– Мороз, у нас зрители, – тихо, почти без движения губ, проговорила она в рацию. – Двое у левой колонны, у кофейни. Серые куртки. Выглядят так, будто пришли не за конфетами.

В наглазнике на секунду воцарилась тишина.

– Вижу, – наконец последовал спокойный, ровный голос Морозова. – Продолжаем работу. Не выдавай себя.

В этот момент вертлявый мужчина что-то сказал своему напарнику, и тот кивнул. Их позы изменились – из наблюдательных они стали готовыми к действию.

– Алиса, – выдохнула Диана, делая вид, что поправляет рукав. – Двое у колонны. Возможно, вооружены. Будь готова.

– О Господи… – сказала в ответ Алиса, и в её голосе послышалась паника.

Диана почувствовала, как по спине пробежал холодок, совсем не зимний. Её пальцы непроизвольно сжались. Она была готова к пулям, к ножам, к хаосу. Но здесь, сейчас, посреди торгового центра, полного детей, мысль о перестрелке заставляла её кровь стынуть в жилах. Двое мужчин медленно, не спеша, начали двигаться сквозь толпу. Прямо к сцене. Голос Алисы в наушнике взвизгнул от паники, перекрывая даже шум толпы.

– Диана, какого хрена?! Какое нафиг оружие?! Это детский праздник! Вокруг дети! Ты Снегурочка, блин, Снегурочка! Успокойся!

Слова подруги впивались в сознание, как иголки. Да, дети. Десятки, сотни детей с сияющими глазами, тянущие руки к Деду Морозу. Родители с телефонами, снимающие умильные видео. Весёлая музыка. И двое этих типов, безошибочно движущихся сквозь эту идиллию, как акулы в аквариуме с золотыми рыбками. Профессионализм Дианы кричал об угрозе. Каждая клетка её тела требовала действовать – оттеснить Морозова, дать предупредительный выстрел в потолок, вызвать хаос и под его прикрытием эвакуировать «клиента». Но она была в костюме Снегурочки. В костюме, который делал её невидимой для настоящей угрозы и одновременно – абсолютно уязвимой.

– Алиса, они несут угрозу, я тебе говорю!» – сквозь зубы, продолжая улыбаться детям, прошипела она.

–Это твоя паранойя! Может, они охранники ТЦ! Или просто стоят! – почти плакала Алиса в эфире.

В этот момент Морозов, не меняя добродушного выражения лица под бородой, тихо произнес в свой микрофон:

– Снегурочка, мой приказ – никаких резких движений. Работаем по программе.

Его голос был ледяным и абсолютно властным. Он не просил, он приказывал. И в его тоне была та же уверенность, что и у неё – он тоже видел угрозу. Но его решение было другим. Двое мужчин остановились в метрах пятнадцати от сцены, слившись с толпой зрителей. Они не предпринимали никаких действий, просто стояли и смотрели. Но их взгляды были прикованы к Морозову. Диана чувствовала, как её сердце колотится где-то в горле. Она была как на иголках. Каждая секунда растягивалась в вечность. Она не могла предотвратить, не могла атаковать. Она могла только ждать. Ждать, когда эти двое решат, что пора. И это ожидание было хуже любого боя. Она сжала ладони, чувствуя под тканью костюма холодный металл закреплённого на бедре «Глока». Она была Снегурочкой. Но под блёстками и синим сатином всё так же билось сердце телохранителя, готового на всё, чтобы выполнить свою работу. Даже если для этого придётся испортить детский праздник.

Адреналин ударил в голову, заставив кровь стучать в висках. Мысли проносились со скоростью пули: Они слишком близко. Толпа. Дети. Нельзя дать им подойти к Морозову. Надо контролировать дистанцию. Надо изменить схему. Идея родилась мгновенно, отчаянная и единственно возможная в этом абсурде.

– Алиса, музыка, громче! Сейчас! – резко бросила она в рацию и, не дожидаясь ответа, сделала шаг вперёд, к краю сцены.

Её голос, поставленный и громкий, несмотря на внутреннюю дрожь, прозвучал так неожиданно, что даже Морозов на мгновение отвлёкся от наблюдения.

– Ребята! – крикнула Диана, хлопая в ладоши и растягивая губы в самой широкой и неестественной улыбке за последние десять лет. – А давайте все вместе встанем в большой-большой хоровод и позовём нашу ёлочку зажечь свои огоньки! Встаём в кружок! Быстро-быстро!

Она энергично жестикулировала, широким движением рук собирая детей из той части зала, где стояли подозрительные мужчины. Её действия были такими стремительными и властными, что дети, повинуясь инстинкту, потянулись к ней, а растерянные родители начали их подталкивать.

– Давайте, все ко мне! Ёлочка, гори! – продолжала она, спрыгивая с помоста и направляя движение маленькой лавины так, чтобы невольно оттеснить двух мужчин. Те, застигнутые врасплох внезапной активностью, оказались зажаты между стеной и начинающим формироваться детским хороводом.

Музыка, послушно выполняя команду Алисы, грянула в два раза громче – весёлая и оглушительная. Дети, подхваченные общим порывом, начали кричать: «Ёлочка, гори!» Диана, стоя в центре замыкающегося круга, продолжала улыбаться, чувствуя, как мышцы лица затекают от напряжения. Её взгляд на секунду встретился со взглядом Морозова. В его стальных глазах мелькнуло нечто – не одобрение и не благодарность, а скорее холодное удивление и переоценка. Он медленно кивнул ей, почти незаметно. Двое мужчин, оттеснённые толпой детей и родителей, пытавшихся снять происходящее на телефоны, стояли с каменными лицами. Их план, каким бы он ни был, был сорван этим дурацким, спонтанным хороводом.

– Молодец, Снегурочка – донёсся в её наушнике ровный голос Морозова. В нём впервые прозвучало нечто, отдалённо напоминающее уважение.

Диана, водя хоровод и распевая детские песенки, чувствовала, как пот стекает у неё по спине под бронежилетом. Она только что использовала толпу детей как живой щит и тактическое прикрытие. Это было гениально. И чертовски цинично. Но это сработало. Праздник продолжался. Внезапно вертлявый мужчина отделился от колонны и коротким, резким движением рванул вперед. Он не бежал, а почти скользил сквозь толпу, как змея, его траектория была прямой и безошибочной – к трону Деда Мороза. У Дианы не было ни секунды на раздумья. Мысль о том, чтобы достать оружие, даже не возникла – слишком много детей, слишком плотная толпа. Сработали рефлексы, отточенные в сотнях рукопашных схваток.

Она сделала вид, что спотыкается, играя с детьми, легкий, почти воздушный пируэт. Но её нога, сильная и точная, по траектории этого «спотыкания» описала короткую дугу и вошла в подколенную ямку мужчины с такой сокрушительной силой, что его ноги просто подкосились. Он рухнул на пол с глухим стоном, не успев понять, что произошло. В следующее мгновение Диана, с криком

– Ой, бугай буги-вуги!

Грациозно присела на него сверху, как на невидимый стульчик, продолжая улыбаться детям. Для посторонних это выглядело как дурацкая, но забавная часть шоу. Послышался оглушительный, яростный крик.

– Эй, Снегурка! Совсем охренела, что ли?!

Диана повернула голову и увидела разгневанную женщину с дорогими брендовыми сумками, которая пробивалась к ним сквозь толпу.

– Это мой муж! Зачем вы на него набросились?! – завопила она, тыча пальцем в Диану.

Наступила мертвая тишина. Музыка смолкла. Все взгляды детей, родителей, охраны были прикованы к Снегурочке, сидящей на спине тщетно пытающегося вырваться мужчины. Мозг Дианы заработал на пределе. Признать ошибку? Невозможно. Выглядеть сумасшедшей? Идеально. Затем она подняла голову и ослепительно улыбнулась его жене и всей ошеломленной публике.

– Ой, простите великодушно! – её голос звенел фальшивой, театральной радостью. – Мы же с ребятами думали, что это Тролль! Да-да, тот самый, который хочет украсть наш Новый год и все подарки! Ну, мы его и нейтрализовали!

Она игриво похлопала лежащего по спине. В толпе на секунду повисло непонимание, а потом кто-то из детей засмеялся. Затем еще один. И вот уже весь зал огласился смехом и аплодисментами. Для них это было самой весёлой импровизацией на празднике. Женщина с сумками стояла в ступоре, её гнев растворился в всеобщем веселье. В этот момент подошла охрана ТЦ. Диана, как ни в чём не бывало, поднялась, отряхнула сарафан и протянула руку «троллю», чтобы «помочь» ему встать.

– Всё в порядке, – весело сказала она охранникам. – Небольшая игра, немного неудачно вышло. Правда, тролль?

Мужчина, багровый от ярости и унижения, что-то пробормотал и, отряхиваясь, вместе с ошарашенной женой быстрым шагом направился к выходу. Его напарник у колонны бесследно исчез. Диана повернулась к Морозову. Он смотрел на неё из-под белых бровей. И впервые за весь вечер в его ледяных глазах она увидела нечто, похожее на короткую, но искреннюю вспышку уважения.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.