Кики Кроненбург
Молчи, моя любовь

Пролог

Сквамиш, Британская Колумбия. 12 августа 2006 года.

Ночной город, окутанный влажной дымкой грехов, словно исповедью, шептал свои тайны. Им едва исполнилось семнадцать, ей вот-вот должно было стукнуть шестнадцать – возраст, прекрасный для первой любви, но безжалостная к дружбе.

Летние каникулы подходили к концу, и вместе с ними уходила надежда на беззаботное веселье. Завтра Сет и его брат Кэмерон уедут, и Альфи уже не сомневалась: с их отъездом прежняя жизнь закончится.

Вечеринка в роскошном пентхаусе бабушки Джорджинии была организована, чтобы отметить последний день лета. Альфи понимала: это ее шанс, последняя возможность показать Кэмерону себя.

Собравшись с духом, она прошлась по комнате, стараясь не споткнуться о расставленные на полу бокалы. Люди смеялись, говорили, танцевали, а Альфи ловила каждый взгляд Кэмерона.

На вечеринке собралась почти вся школа, поэтому Сет не собирался оставаться на ночь, в отличие от его брата. И тем более, не собирался оставлять здесь свою подругу. Он стоял рядом с братом, словно тень, которую невозможно было игнорировать – слишком тяжелым был его взгляд.

Сет первым заметил её в толпе – хотя, если быть честным, все эти часы, проведённые в угаре алкоголя и наркотиков, он лишь искал её.

– Альфи, – произнёс Сет и уверенно двинулся к ней. В проёме стояла она – хрупкая, иная, совсем не такая, как остальные. Сет перебрал многих, но лишь ей удалось пробраться туда, куда другим не было доступа – за пределы его тела.

У Альфи побежали мурашки. Но не те, что обычно вызывает парень, который тебе нравится. Эти были… странные, тревожные, и откуда-то изнутри она почувствовала напряжение.

На ней было черное обтягивающее платье, совсем не то, что она носила каждый день. Волосы иссиня-черные, макияж яркий, подчеркивал глаза и скрывал юную невинность. Она точно знала, во что ввязывается: превращалась в чужую, незнакомую себе девушку. Но цель – привлечь Кэмерона – была важнее всего. И мысль о том, что она может потерять себя в этой игре, её почти не пугала.

«Да ладно, – подумала она, – это всего лишь один вечер. Потом снова стану нормальной».

– Поедем домой? – тихо спросил Сет, не сводя с неё взгляда.

Все его мысли сводились к ней. Ничего сильнее он не желал – только оказаться рядом, в её объятиях, хотя бы одну ночь. Ничего сильнее он не хотел в этой жизни, как провести ночь в объятиях любимой девушки. Он не ждал невозможного, и вовсе не требовал того, что она не могла подарить. Достаточно было тёплых слов, сладких поцелуев и нежных рук его милой, курносой Альфи.

Альфи на секунду замерла, словно ночная бабочка, привлечённая светом. Смешанные чувства: раздражение, лёгкая тревога… и то самое слабое, непонятное волнение. Она хотела смеяться, но внутренне понимала: этот момент важен – слишком важен, чтобы позволить себе расслабиться. Она должна была поставить точку.

Они стояли на террасе, вдыхая свежий ночной воздух с лёгким запахом дождя. Музыка с вечеринки доносилась приглушённо, создавая странно интимную атмосферу, будто город сам позволял им быть наедине.

Альфи смотрела на огни Хейса, пытаясь не встречаться взглядом с Сетом. Она знала, что он не тот, кто ей нужен. Её мысли постоянно возвращались к Кэмерону, но он, похоже, даже не замечал её. И это причиняло боль – острую, как удар в солнечное сплетение. А ещё больнее было смотреть на Сета, видеть в его глазах черты Кэма: темные глаза, короткая стрижка, ямочка над губой. Казалось, вся его внешность была подстроена под кого-то другого.

Она ловила каждое движение Сета: привычку хмурить брови, когда думает, лёгкую улыбку, которая напоминала Кэмерона. Каждая деталь – словно маленькая ловушка для её чувств. Но она знала: Сет никогда не станет Кэмероном, и это осознание было одновременно горьким и болезненным.

Альфи чувствовала себя виноватой. Сет любил её искренне, а она… что она? Испытывала к нему чувства, да, но совсем не такие, на которые он надеялся. Она понимала – это жестоко. Сет был честен, предан и готов был отдать ей всё. А она использовала его как лекарство: краткое облегчение, которое лишь на миг притупляло боль, заставляя забыть о невозможности быть с Кэмероном.

Однажды, сидя напротив Сета в кафе, она поняла это окончательно. Она не слышала его слов, не воспринимала их. Все, что она видела – это глаза, которые ей казались глазами Кэмерона, а не его. И тогда стало ясно: Сет – не Кэм, и её сердце знает это слишком хорошо.

– Езжай, – кивнула она, одновременно ищя взглядом Кэмерона в толпе. Сердце стучало так, будто пыталось вырваться из груди.

– Альфи, – повторил Сет, голос стал чуть настойчивее. – Пожалуйста. Здесь слишком шумно, и мне не нравится, как на тебя смотрят.

Она обернулась, и он заметил в её глазах ту боль, которую она пыталась скрыть за макияжем и самоуверенностью. Ту самую боль, которую он сам ощущал каждый раз, когда она смотрела на его брата.

– Зачем ты это делаешь, Сет? – тихо, почти шепотом, сказала она. – Зачем всегда рядом? Ты же знаешь, что между нами ничего не может быть.

– Я уезжаю, – ответил он тихо. – Завтра утром.

Альфи просто кивнула. Внутри всё сжалось, словно кто-то сжал её сердце в кулак. Она знала, что это случится, но наивно надеялась: вдруг они передумают… вдруг Кэм передумает.

–Я буду скучать, – сказал Сет, осторожно проводя пальцем по её щеке. – По тебе…

Альфи едва заметно улыбнулась сквозь боль.

– Ты же знаешь, -ответила она тихо, – я тоже буду скучать.

Сет аккуратно провёл рукой по её щеке, но тепло его пальцев только усилило холод, который стучался в груди у Альфи. Ночной воздух террасы был густым, пахнул дождём и бетонной прохладой города, а огни Хейса мерцали внизу, словно крошечные огненные глаза, наблюдающие за каждым её движением. Это был их последний момент рядом, и каждый миг давился тяжестью неизбежности. Завтра они разлетятся по разным городам, и всё, что останется, – эта ночь, эта улица, и память о том, что уже нельзя вернуть

Сердце бешено колотилось, заставляя взгляд метаться по комнате. Кэмерон стоял в углу, окружённый девчонками. Его смех, яркий и заразительный, режущий как нож, пробивал тишину между ними. Ревность поднималась, будто черная волна, тянула к нему, жгла и душила одновременно. Альфи не могла позволить, чтобы он оказался у кого-то другого

Не думая о Сете, она протиснулась сквозь толпу, чувствуя каждый локоть, каждый взгляд, каждый шум как раздражающий фон. Музыка внизу билась пульсом, совпадая с её собственным сердцем.

-Кэм! – позвала она, и её голос прорезал гром, острый и решительный.

Он обернулся. Его глаза, острые и оценивающие, встретились с её взглядом. Мурашки пробежали по коже, но это был не страх – скорее дикая смесь возбуждения, тревоги и предвкушения того, что нельзя иметь.

– Альфи? Что-то случилось? – спросил он, наклонив голову, чуть прищурив глаза

Она набралась смелости и осторожно прикоснулась губами к его. Короткий, робкий поцелуй – словно тест, проверка границ. Кэмерон замер на мгновение, потом ответил, губы стали более настойчивыми, требовательными. Альфи закрыла глаза и позволила себе утонуть в этом моменте. Музыка, толпа, Сет – всё исчезло. Остались только они, и это пьянящее ощущение, будто весь мир замер.

Когда они разорвали контакт, она заглянула ему в глаза, ища ответ. В них было замешательство, удивление, но точно не то, чего она ждала.

– Альфи… – начал он, но она тихо перебила:

– Просто… побудь со мной сегодня, -прошептала она, прижимаясь ближе. – Мне это нужно.

И все могло бы быть хорошо, если бы Альфи не совершила роковую ошибку. Если бы не ее скверный, взрывной характер, не ее слепая, испепеляющая ревность, то, возможно, она бы осталась жива… Возможно, тогда бы не сломалось что-то безвозвратно в Сете.

Глава 1. Утро с запахом смерти.

Сквамиш, Британская Колумбия. 04 июня 2020 года. 6:00 PST.

– Доброе утро, жители Сквамиша. Сегодня город потрясла трагическая новость. В лесополосе, расположенной неподалеку от жилого района Брайтан-Ридж, было обнаружено тело молодой женщины. Полиция подтвердила факт обнаружения, однако личность погибшей пока не разглашается в интересах следствия.

Сегодня было довольно тепло, несмотря на то, что всю ночь шел дождь, и дороги были покрыты лужами. Лиора Монтроз любила такую погоду, поэтому жизнь в Сквамише была для неё радостью.

Она забрала темные волосы в хвост и неторопливо прибирала на кухне после приготовления завтрака.

– Не выспалась? – спросила она отца, наблюдая за ним.

Джорджан переключил новостной канал на лыжный спорт – вид спорта, который он терпеть не мог, – и вновь тяжело вздохнул. Очевидно, утро не могло начаться иначе, чем напоминанием о трагедии. Спустя двадцать четыре часа следствие так и не смогло установить цепочку событий, связанных со смертью Сары Миллер. И журналисты, сдержав своё слово, выпустили информацию в новостной канал. Только на канале «Дикий округ» могли начать с приветствия, а затем объявить о смерти.

Лиора сделала глоток утреннего кофе. Горький вкус растекался по нёбу, и, несмотря на тяжесть в груди, она чувствовала странное удовлетворение

– Всё в порядке, милая. Просто немного голова болит, – ответил Джорджан, отец Лиоры, пытаясь улыбнуться.

Мельком взглянув на нетронутые тосты с джемом, Лиора отметила, что Джорджан не ел ничего со вчерашнего обеда.

– Па, возьми выходной. Мне не нравится, как ты выглядишь последнее время.

Решив, что тосты так и останутся нетронутыми, Лиора взяла сковородку и налила в неё подсолнечного масла, а после – два яйца. Пожарив их, она аккуратно положила в контейнер, чтобы отец наконец-то смог поесть что-то стоящее, чем просто перекусить батончиком мюсли из аппарата. Джорджан всю жизнь работал водителем трактора, и Лиора впервые видела его таким уставшим. Возраст берет своё, и ей становится невыносимо грустно от того, что большую часть своей жизни она провела от него вдали.

– Будь осторожна, окей? – произнёс мужчина, смотря на дочь. Он выглядел встревоженно. – И не играй в крутого копа.

– Па, я не играю в крутого копа, я и есть крутой коп, – ответила Лиора.

Он вздохнул, провел рукой по своим поседевшим волосам. Лиора знала, что он волнуется, но иначе она не могла. Это её работа, её жизнь. Она поклялась защищать людей.

Брайтан-Ридж – тихий район, где каждый знает друг друга, где лай собак по утрам казался самым громким происшествием до вчерашнего дня. Лесополоса, где люди выгуливали собак и выходили на пробежку, стала местом, где оборвалась жизнь Сары Миллер.

Лиора жила в Сквамише пять лет и за это время могла с уверенностью назвать его своим домом. Здесь всегда было уютно, и никогда не происходило происшествий, кроме сбежавшей кошки миссис Севасто. Она регулярно каждый месяц приходила писать заявление на своего соседа, утверждая, что мистер Чон украл Сосиску из её двора.

Весело, непринужденно, спокойно. А ещё очень красиво. Не зря Сквамиш называют "Диким", поскольку большая часть города обрамлена лесами. Лес здесь – не просто фон, а живой участник жизни каждого. Осенью кроны деревьев отражались в зеркальных озёрах, создавая непередаваемую картину. Зимой, как бы жители не мечтали увидеть снег, он долго не задерживался из-за повышенной влажности. Постоянные дожди, кудрявые волосы и очередной горячий стаканчик кофе из "КофеРуш" за пять баксов – всё это составляло жизнь Лиоры.

Дорога до участка занимала десять минут, если объехать центральную дорогу и поехать в объезд через лесополосу близ горы. Этот маршрут, хоть и немного ухабистый, был предпочтительнее: во-первых, из-за отсутствия пробок, которые часто скапливались на центральной улице в часы пик.

Лиора любила свой кабинет, несмотря на унылость и обшарпанность стен, заставленных старой мебелью. Вместо бравых оперативников здесь обитали уставшие от жизни клерки, перебирающие горы бумаг и бормочущие что-то себе под нос. Никаких погонь, никаких перестрелок – только нескончаемые отчеты, графики и совещания, на которых обсуждались самые незначительные детали. На сегодняшний день – убийство Сары Миллер, известного риелтора округа.

– Доброе утро, напарник, – сказала Лиора, задевая плечом старика Маркуса.

Помня их первое знакомство, она удивлялась, как быстро прошло время. Виски́ Маркуса уже заметно обросли сединой, и он во второй раз успел развестись со своей женой.

Маркус оторвался от вечного листания "Тиндера", нацепил очки на кончик носа и усталым взглядом посмотрел на Лиору. В голове тут же возникли воспоминания её первого рабочего дня.

– Сегодня выезжаем на место, – сказал Маркус, не отрываясь от бумаг.

Да, детка! Точнее, очень жаль… Но, черт возьми, это то, чего я с нетерпением ждала, после просмотра сериала про полицейских, – подумала она. Лиора, с внутренним трепетом, воспринимала это как начало настоящего дела.

– Чего лыбишься? – сказал Маркус, – у нас труп.

Лиора моментально сбросила напускную веселость. Профессионализм отличал её от салаг. Улыбка сползла с лица, и она придала себе серьёзный вид.

– Прошу прощения, просто я ждала этого момента с выпускного! – призналась она.

Маркус поднял на неё тяжёлый взгляд, постукивая ручкой по столу и оставляя черточки от чернил.

– Ты ненормальная, да? – пробормотал он.

– Ладно, проехали, – наконец сказал Маркус. – Бери сумку с оборудованием и жди у машины. И постарайся больше не улыбаться при виде трупов, а то люди подумают, что я тебя не тому учу…

Прошло два года с того времени, но Лиора и Маркус так и не изменились. Это было её первое дело, и «трупом» тогда была восьмидесяти летняя бабушка, скончавшаяся от инсульта. Все остальные опасные рабочие моменты закончились мелкими хулиганствами подростков и поимкой курильщиков косяка на автомобильных развалинах.

– Видел новости? – спросила Лиора у Маркуса, который продолжал делать вид, что её нет в кабинете.

– Ага, – кивнул он. – Рыжая сука меня уже бесит. У неё как будто тайминг в голове, либо она вообще не спала и отсчитывала каждую секунду, чтобы не опоздать с новостями.

– Ты сам виноват, – усмехнулась Лиора.

– Это еще почему? – удивился Маркус.

Взяв со стола папку с материалами по делу Миллер, Лиора направилась к своему рабочему месту. Стол утопал в бумагах, напоминая о том, сколько работы предстоит сделать.

– Ты не перезвонил этой "рыжей суке" после дня Благодарения, – сказала девушка.

– Да, признаю, был грешок, – пробормотал он. – Но она же журналистка, а не моя бывшая жена, чтобы я ей отчитывался за каждый пропущенный звонок.

Лиора открыла папку. Фотографии с места преступления, показания свидетелей, результаты экспертизы – всё складывалось в удручающую картину. Сара Миллер, успешный риелтор, найденная мертвой в лесополосе. Никаких следов борьбы, никаких зацепок. Только холодное тело и тишина леса.

– Вы позвонили её мужу? – спросила Лиора.

– Да, сегодня в обед должен подъехать на допрос, – ответил Маркус.

Маркус вернулся к кофемашине, протянув Лиоре кружку с горячим напитком.

– Только посмотрю на эту чудо-машину – и сразу чувствую себя преданным, – пробормотал Маркус.

Лиора закатила глаза. Она никак не могла понять бывшую жену шерифа – Хлою. Как та умудрилась ужиться с ним столько лет? На Маркусе будто было клеймо: «не трогать!».

–Уверена, вы еще сойдетесь, – сказала Лиора, ожидая реакции Маркуса.

Маркус сегодня выглядел более взвенчивым, чем обычно. И девушка невольно засмущалась, что начала этот разговор. Женщины – его слабое место. Кто бы мог подумать…

– Че-е-е-рт, и как я забыл, что у тебя тоже есть сиськи? – протянул он и выразительно посмотрел на девушку.

– Я врежу тебе и не посмотрю на то, что тебе сорок лет, старик, – колко ответила Лиора. Она знала, что тот не обидится. Такие подколы у них происходили каждый день.

– Неа, ты меня любишь, – продолжал Маркус.

– Не угадал, – холодно сказала Лиора.

Маркус замолчал первый, ведь знал – с этой девчонкой лучше не спорить. рнулся на своё место, продолжая листать ленту в телефоне. Но Лиора чувствовала, что он тоже поглощен мыслями о деле Миллер.

________

Сквамиш, Британская Колумбия. 03 июня 2020 года..

Приехав на место, Лиора увидела небольшую группу полицейских, стоявших вокруг желтой ленты. За ней на земле лежала женщина. Тело было обнажено, кожа бледная, без единой изъяны – ни одной родинки, не единого шрама. Волосы раскинулись вокруг головы, словно черные щупальца, вцепившиеся в землю. Лиора почувствовала холодный ветер на шее, словно он пытался удержать её на расстоянии, но она шагнула вперед, игнорируя предупреждение.

Она пыталась записать для себя подозрительные моменты, которые помогут в дальнейшем распознать убийцу. Но при виде тела растеряла весь свой энтузиазм, и казалось, что она разучилась писать. Лента трепетала на ветру, как змея, предупреждая держаться подальше. Лиора подошла ближе, ощущая озноб. Полицейские перешептывались, их голоса сливались в гул, но она едва их слышала.

– Это мое первое убийство, – сказала Лиора Маркусу, положив руку на его плечо.

– Так уже же было, нет?– спросил он.

– Нет, Маркус. Сегодня настоящее убийство.

Смотря на тело, она не могла отвести взгляд. Это было не похоже на криминальные драмы по телевизору: здесь не было гламура и пафоса, только грязь, кровь и удушающий трупный запах.

Сара Миллер мертва, и её уже не будет никогда. Ни сегодня, ни завтра, ни через миллиарды лет.

Маркус бросил быстрый взгляд на напарника, в котором мелькнуло что-то похожее на сочувствие.

– Что ж, – тихо произнёс он, присаживаясь рядом с телом. – Поздравляю, ты лишилась девственности.

Он начал внимательно осматривать тело, отмечая каждую деталь: положение рук, наличие ссадин и царапин, следы крови. Лиора старалась не отставать, записывая всё в блокнот. Туман рассеялся, и сквозь кроны деревьев пробивались первые лучи солнца, освещая жуткую картину…

Глава 2. Допрос Миллера.

Сквамиш, Британская Колумбия. 05 июня 2020 года.

Допрос мужа погибшей Сары Миллер, Дэвида, проходил в напряженной обстановке. Он был убит горем, глаза красные от слёз. Несмотря на видимую скорбь, что-то в его манере поведения вызывало отвращение. У него были широко расставленные глаза, прямые волосы до плеч с пробором на левую сторону и пустой меланхолический взгляд. Взгляд человека, которому совсем осточертело то, что происходит в его жизни.

При встрече с Дэвидом в полицейском участке стало ясно, что у него с Сарой было мало общего. Несмотря на его слова о счастливом браке, вечерних пробежках и саде за домом, Дэвид производил впечатление, что совсем не знал, чем занималась его жена.

– Я любил свою жену, – в очередной раз произнёс он. – Я бы никогда не смог убить её.

Маркус тяжело вздохнул, провёл рукой по густым усам и снова опустился в своё скрипучее кресло. Он был известен цинизмом и неприятием сентиментальных историй. Вероятно, именно это стало причиной его развода. Маркус напоминал черствого человека, который не скупится на прощальный поцелуй перед уходом. Ледяная глыба с мускулами и усами. Маркус – таракан. Называйте его, как хотите.

– Дэвид, расскажите лучше, что вы делали в тот вечер? Почему Сара пошла на пробежку одна? – мягко, но настойчиво спросила Лиора Монтроз.

Он кивнул, теребя в руках смятый платок. Говорил монотонно, словно заученный текст. Обычный день, завтрак вместе, Сара ушла на пробежку, он занялся садом. Ничего необычного, никаких ссор, никаких признаков надвигающейся беды.

– Что было накануне её ухода?

– Я остался дома, потому что Сара захотела побыть одна, – сказал Дэвид, выпрямляя плечи.

Видно было, что вспоминать тот день ему неприятно.

– По какой причине?

– Должна была приехать моя мама, а у них особые отношения.

– Особые? Это какие?– переспросила Лиора, слегка приподняв бровь и постукивая ручкой по краю блокнота. – Уточните.

Дэвид замялся, словно подбирая слова.

– Ну, скажем так, они не ладили. Моя мама – женщина с характером, Сара тоже.

Лиора кивнула, делая пометку в блокноте. Конфликт со свекровью – распространённая причина напряжения в браке, но достаточно ли этого для убийства?

– Хорошо, Дэвид. А что вы делали после того, как Сара ушла на пробежку? – продолжила допрос Лиора.

– Около одиннадцати утра, поехал в аэропорт встречать маму, – ответил он, глядя в сторону. – Заехали в магазин, приготовили ужин. Сары всё не было, на звонки не отвечала. Я и позвонил копам.

– Дэвид! – воскликнул Маркус.

– Извините.

– Почему вы не носите обручальное кольцо? – решилась задать вопрос Лиора.

Дэвид вздрогнул от вопроса и посмотрел на свои руки.

– Не хочу лишний раз провоцировать свою мать, вот и снял перед её приездом, – промямлил он, избегая её взгляда.

Маркус переглянулся с Лиорой. Она нахмурилась, не совсем понимая, почему обручальное кольцо может быть причиной конфликта с матерью.

– Пока вы являетесь главным подозреваемым, поскольку видели последним Сару, – оповестил его Маркус.

Он подошёл к столу, забрал у Лиоры бланк с допросом и передал его Дэвиду.

– Что это значит? Вы хотите сказать, что я убил свою жену?

Дэвид побледнел, его взгляд забегал по строчкам бланка. Он сглотнул, пытаясь взять себя в руки.

– Я… я не понимаю, – пробормотал он, роняя бланк на стол. – Я любил Сару. Больше жизни. У меня не было никаких причин причинять ей вред.

Маркус сохранял непроницаемое выражение лица. Он скрестил руки на груди, наблюдая за реакцией Дэвида.

– Сотрудничайте с нами, Дэвид, и мы сможем быстрее разобраться в произошедшем, – мягко предложил Маркус. – Расскажите нам всё, что может иметь значение. Любые детали, даже те, что кажутся незначительными.

– Но мне нечего дополнить.

Лиора встала со своего места и подошла к аппарату с водой. В горле пересохло, а по спине проступил пот. Вентиляция здания работала неисправно. Каждый день в офисе превращался в испытание на выносливость, особенно сейчас.

Она налила стакан ледяной воды, жадно выпила, ощущая, как живительная влага растекается по телу. На мгновение стало легче, но она знала, что это ненадолго. Через пару минут духота снова возьмёт своё. Кажется, никто не замечал её дискомфорта.

В голове мелькнула мысль о побеге. Бросить всё, уехать на море, лежать на пляже и слушать Imagine Dragons. Но она отогнала эти мысли. Нужно работать, зарабатывать деньги, платить по счетам. Ведь такова жизнь.

– У вашей супруги мог быть любовник? – задала Лиора вопрос, который крутился на её языке уже более получаса.

В комнате воцарилась тишина. Часы на стене отмеряли каждую секунду. Дэвид судорожно сглотнул.

– Почему вы спрашиваете?

Лиора бросила взгляд на Маркуса:он снова уткнулся в телефон. Подойдя ближе, она положила ладонь ему на плечо – наверняка он опять зависал в «Тиндере». Мужчина поднял на неё невозмутимый взгляд, но промолчал.

– Дэвид, мы должны рассмотреть все возможные версии, – ответила Лиора, стараясь сохранить спокойствие в голосе. – Может быть, у Сары были какие-то секреты от вас?

Он молчал, уставившись в одну точку на столе. Его лицо выражало смесь боли и замешательства. Казалось, Дэвид пытался переварить услышанное.

– Нет, у нас не было никаких секретов, – наконец произнёс мужчина, с трудом разлепляя губы. – Я уверен, что Сара любила только меня.

– Вам не кажется странным, что ваша жена пошла на пробежку в платье?

Лиора вернулась к своему месту, чувствуя, как усталость наваливается на плечи. Этот допрос выматывал. Дэвид казался искренним, но что-то в его словах не складывалось в единую картину.

– Да, возможно, это выглядит странным, – произнёс мужчина. – Может, она хотела побыть одна и поесть в своём любимом ресторане возле работы, и чтобы я не задавал лишних вопросов, сказала, что отправится на пробежку. Я её не виню за это.

Маркус, оторвавшись от телефона, вдруг произнёс:

– Дэвид, а вы уверены, что ваша мама не знала о пробежках Сары? Может быть, она приехала раньше, чем вы ожидали?

Дэвид вздрогнул.

– Нет, это невозможно. Я сам лично встретил её в аэропорту, – твёрдо ответил он. – Мы сразу же поехали домой.

Лиора внимательно наблюдала за ним, пытаясь уловить хоть малейшую фальшь. В его глазах читалось лишь отчаяние.

– Хорошо, Дэвид, на сегодня всё, – сказала она, поднимаясь. – Но мы можем вызвать вас ещё раз, если возникнут новые вопросы.

После ухода Дэвида Лиора и Маркус остались одни в комнате для допросов.

– Что думаешь? – спросила она.

– Я не думаю, что этот хрен смог бы убить свою жену.

Лиора села в кресло и взяла в руки блокнот, в котором делала зарисовки.

– Рей достал телефон Сары?

– Ага, там есть кое-что интересное…

Глава 3.Пляж или убийство?

Сквамиш, Британская Колумбия. 05 июня 2020 года.

– Мать вашу, как же хочется на пляж! – донёсся до Лиоры голос Рея из коридора через приоткрытую дверь кабинета.

Жара в тот день стояла невыносимая. В Сквамише обычно царили дожди и туманы, но сегодня воздух будто застыл, липкий, тяжёлый. В кабинете полицейского участка душно пахло бумагой, дешёвым кофе из автомата и старым деревом мебели. Лиора уже несколько минут мысленно повторяла одно и то же: «Холодный «Ральфачино». Только бы сейчас ледяной коктейль…» Отец всегда говорил, что газировка и сладкие напитки – лучшее лекарство от страданий, и в этот момент она готова была с ним согласиться.

– Ты ещё не раскрыл ни одного преступления, Рей, – басовито заметил Маркус, даже не поднимая глаз от кипы бумаг. – Молчал бы. А то и в отпуск не пойдёшь.

У Маркуса сегодня снова была страдальческая ситуация со своей женой. Она приехала забрать их общую морскую свинку. Казалось бы, что может быть проще? Отдать клетку, попрощаться с питомцем – и всё. Но в их случае даже такая простая задача превращалась в эпическую драму.Он стоял в дверях, прижимая к груди клетку с Фунтиком – так звали морскую свинку. Фунтик, казалось, чувствовал напряжение момента и тихонько попискивал, прячась в опилках.

– И что с того? Преступления не убегут, а вот лето – да, – отозвался Рей, уже входя в кабинет и бросаясь в кресло напротив Маркуса. – Слушай, может, возьмём пару дел полегче? Быстренько закроем и махнём в отпуск. Ну, а?

Маркус наконец оторвался от бумаг и посмотрел на Рея насмешливым взглядом, будто перед ним был не полицейский, а стендап-комик. Идея Рея, на самом деле, показалась Лиоре замечательной. Но вслух она этого не сказала.

– Лёгкие дела? Это ты про кражу булочек у бабки Сильвии? Или про пропавшего кота Севасто? Рей, мы копы, а не служба потерянных животных.

– Ну, не обязательно же сразу крайности, – отмахнулся Рей. – Может, что-то среднее. Какая-нибудь интрижка с ограблением в ювелирном, где вор оставил визитку со своим адресом.

Маркус вздохнул и снова уткнулся в бумаги.

– Ты неисправим. Ладно, давай посмотрим, что у нас тут есть. Но если первым делом будет поиск пропавшего животного, с тебя два ящика пива.

Рей радостно вскочил и заглянул Маркусу через плечо. На столе лежали папки с делами, на каждой – краткое описание и степень приоритета. Рей внимательно изучал каждую.

– Нашёл! Убийство Сары Милле-е-е-р, – протянул Маркус и усмехнулся в оскале.

– Серьёзно? Убийство!? – простонал Рей. – Дерьмовая шутка. И это дело в проигрыше.

– Ну и что? Зато какое поле для деятельности! Убийство – это всегда интересно. И потом, может, именно тебе улыбнётся удача.

Рей вытащил папку из-под руки Маркуса и уселся обратно в кресло, с энтузиазмом открывая её.

– Лес, пробежка в платье. Да она сама виновата! Нарываются же бабы.

Лиора злобно посмотрела на «источник тупых комментариев», а Маркус лишь усмехнулся и сказал:

– Не начинай, Рей. Твоё отношение к женщинам меня пугает. Если у тебя на плечах развод, то это не значит, что все бабы такие. Слушай, а может тебе к нашему психологу обратиться?

Рей тлишь закатил глаза, и подпер подбородок рукой.

– Если не отпустишь меня в отпуск, то я обещаю скачать «Тиндер» и каждой женщине в радиусе пяти километров писать сообщения о том, что шериф Маркус полный мудак.

– Не забудь сообщить им, что мудак не только Маркус, но и ты. И почему мне попался отдел с разведенками?– парировала Лиора.

Рей оторвался от изучения дела Миллер и с сомнением посмотрел на девушку.

– Чего смотришь? Ты знал, что насилуют не только молодых женщин, но и пожилых? А ещё к насильственным действиям подвергаются и мужчины!

Рей закатил глаза и провёл рукой по волосам.

Кондиционер работал на полную мощь, и в какой-то момент Лиоре показалось, что она начинает замерзать.

– Да ладно тебе, я ж не всерьёз. Просто, знаешь, когда красивая женщина погибает, всегда начинаются эти разговоры про роковых красоток и прочее. Но если дело сложное, это даже хорошо. Будет чем заняться, пока ты тут корпишь над своими бумажками.

Лиора подошла к столу, заглядывая в папку. Фотографии с места преступления говорили сами за себя: живописный лесной пейзаж, яркое платье на фоне пожухлой листвы и безжизненное тело. Жуть.

– Что-то есть в округе поблизости? – спросила она мужчин.

– Вроде нет, – ответил Рей.

– Плохо работаешь, парень, – сделал ему замечание Маркус. – Недавно, где-то в районе пяти километров*, выкупил один мужичок заброшенную ферму.

Маркус откинулся на спинку стула, потирая переносицу.

– Говорят, странный тип. Отшельником живёт, ни с кем не общается. Но связи у него какие-то есть, раз смог незаконную землю выкупить.

Рей ухмыльнулся.

– Фермер-отшельник? Может, это он её и пришил? Скучно стало в глуши, решил развлечься.

– Не исключено, – согласился Маркус. – Но нужно всё проверить. Ты поезжай на ферму, попытайся с ним поговорить. Я пока подниму связи Сары, узнаю, кому она могла насолить.

Рей взял папку с делом и направился к выходу.

– Только не забудь про мои солнечные ванны и холодные коктейли, – бросил он через плечо, исчезая за дверью.

Лиора посмотрела на Маркуса, который уже снова был погружён в бумаги.

– И что, ты действительно думаешь, что отшельник мог это сделать?

– Я ничего не думаю, – ответил Маркус, не поднимая глаз. – Я просто хочу, чтобы мы начали копать. В этом деле слишком много вопросов и слишком мало ответов. А этот фермер – зацепка, хоть и слабая.

– И почему отшельник? Ты уже общался с ним?

– Не успел. Так, сплетни.

– Могу и я поехать? Вдруг Рей что-то упустит.

Маркус оторвался от бумаг и взглянул на неё с лёгкой усмешкой.

– Ты? К фермеру-отшельнику? Ты же у нас городской цветок. Боюсь, завянешь без привычного кофе и интернета. Да и Рей справится. У него нюх на таких типов. Если этот фермер что-то скрывает, Рей это почувствует.

– Но я могу помочь, – настаивала Лиора. – Может, отшельник будет более откровенен с женщиной?

Маркус немного подумал, потирая подбородок.

– Ладно, езжай. Я справлюсь.

Она кивнула, чувствуя прилив адреналина. Накинув куртку на плечо, поспешила за Реем.

– Кстати, что там с телефоном Сары? – спросила она, останавливаясь в дверях.

Маркус сделал глоток из своего стакана. На матовом стекле, сквозь тонкую плёнку конденсата, проступал он – Баки Барнс, измученный, с пронзительным взглядом.

– Почему он? – спросила Лиора у Маркуса, кивком указывая на Баки.

Маркус пожал плечами, не отрываясь от стакана.

– Он страдает, как и я сейчас. И вообще, это мой любимый персонаж. А телефон… Ей пришло сообщение за пару часов до смерти: «Скоро и я буду рядом».

Лиора вышла из кабинета, полная противоречивых чувств. Дело Сары Миллер принимало странные повороты: Дэвид Миллер, пробежка в платье, ревность матери, сообщение от неизвестного номера. Всё складывалось в какую-то кашу в её голове, и она никак не могла уловить хоть какую-то связывающую цепочку.

На парковке она увидела старенький, видавший виды автомобиль Рея.

– Эй! – крикнула Лиора, подбегая к напарнику. – Я с тобой.

Рей лишь подмигнул и открыл пассажирскую дверь. Сказать честно, он чувствовал, что девчонка увяжется за ним – слишком уж любопытной она была.

– Маркус отпустил тебя?

Лиора пристегнулась, потому что уже знала: этот паренёк с огненными волосами ещё тот гонщик.

– Ага… Хочет побыть один. Страдает там вместе с Баки Барнсом.

Рей хмыкнул, заводя двигатель. Машина заурчала и выплюнула облачко дыма.

– Любит он это дело. Как баба… Ну да ладно, меньше работы для нас. Готова к приключениям? Ферма, как я понял, находится в глуши. Так что готовься к запаху навоза.

По дороге Рей включил старую кассету с рок-н-роллом. Музыка заполнила салон, и Лиора на мгновение закрыла глаза…

Глава 4. Ферма страха.

Сквамиш. Британская Колумбия. 05 июня 2020г.

В детстве Лиора Монтроз была одиночкой. Она любила укромные места, тишину и маленькие компании из двух-трёх человек. Книги были её лучшими друзьями, а воображение – убежищем от шумного мира. Девочка часто закрывалась в своей комнате, надевала наушники и представляла себя героиней какой-нибудь банальной любовной книжки.

Мать злилась: дверь всегда заперта, а зайти без стука невозможно. Но Лиора не терпела, когда нарушали её покой. Особенно раздражали бессмысленные разговоры: о том, как дочь маминой подруги получила медаль по волейболу, или о новом бойфренде, который сделал карьерный скачок и пригласил всех в ресторан. И ещё – окна, выходящие на главную дорогу Детройта. Каждое утро она просыпалась на два часа раньше из-за нескончаемого рёва машин.

С возрастом всё изменилось. Особенно после того, как ей исполнилось шестнадцать. Когда семья перебралась за город, в поместье Вайона Риттера, Лиора всё чаще стала убегать из дома.

У маминых ухажёров всегда был паршивый вкус – и на дома, и на женщин. Она была уверена, что Риттер уже пожалел о женитьбе на её матери и о покупке того проклятого дома с привидениями.

Поместье казалось огромным, старым и пропитанным тоской. Скрипучие половицы, гулкий ветер в трубах, портреты незнакомцев, следившие за каждым шагом из тёмных коридоров, – всё это навевало чувство безысходности. Лиора старалась убегать из него при каждом удобном случае.

Но больше всего её изводил ночной детский плач и мамины крики о том, как она устала. На деле уставала не мать, а няня – Анна Князева, женщина из-под Москвы, что до сих пор работала на семью Риттеров.

– Господи, вот надо оно мне по жаре ехать в такую даль! – в очередной раз пробурчал Рей, возвращая Лиору из воспоминаний о матери.

На самом деле она не возражала поддержать разговор, но лишь по одной причине – хотелось, чтобы Рей перестал включать свою отвратительную музыку.

– Далеко ещё? – спросила Лиора, откидывая со лба прилипшие к коже волосы.

– Следующий поворот у леса. Эту рухлядь видно даже с дороги.

– Ты всегда хотел работать полицейским?

– Со школы. А что?– ответил Рей.

– Просто интересно. Всю жизнь мечтал носить форму и гонять преступников под кантри?

Рей хмыкнул, не отрывая глаз от дороги.

– Как-то так вышло. Ты же знаешь, в нашем городе не так много престижной работы.

Лиора кивнула, хотя на самом деле не знала. В её жизни всегда было полно вариантов, иногда даже слишком. Но вот теперь она сидела здесь, в пыльной машине рядом с угрюмым полицейским, направляясь на какую-то ферму, о которой ничего не знала.

– Ну, вот и приехали, – сказал Рей, притормаживая у покосившегося забора. – Добро пожаловать на Ферму страха, детка!

– Это что-то из твоих идиотских фильмов? – буркнула она, открывая дверь со скрипом.

– Ага, – ухмыльнулся Рей. – И сейчас я отведу тебя в кукурузный лабиринт.

Он заглушил двигатель. Тишину прорезало лишь стрекотание кузнечиков. Ферма выглядела заброшенной: облупившаяся краска на доме, сорняки, пробивавшиеся сквозь забор, и зловещая тишина, давящая на уши.

– Думаешь, фермер-отшельник может быть тем самым Зодиаком? – спросила Лиора, пытаясь скрыть нервозность за сарказмом.

– Бред, – пожал плечами Рей. – Тогда бы жертв было куда больше. Зато премию за поимку особо опасного преступника мы бы точно получили.

– Только о деньгах и думаешь.

– Ага. Готовься к худшему, – бросил он, поправляя кобуру. – Такие места редко бывают гостеприимными.

И правда – гостеприимством тут и не пахло. Несмотря на яркое солнце, атмосфера давила. Лиора ненавидела ужасы, а уж тем более – когда оказывалась в них главной героиней.

Они подошли к дому. Окна были заколочены. Казалось, что здесь давно никто не жил. Хотя все знали: раньше тут жил старик.

Рей постучал. Тишина. Ещё раз – снова никакого ответа. Тогда Лиора попробовала повернуть ручку – дверь оказалась открытой.

– Полиция! – громко сказал Рей, заходя внутрь. – Есть кто живой или мёртвый?

– Рей… – прошептала Лиора.

Внутри было темно и сыро. Пыль клубилась в лучах света. В воздухе висел тошнотворный запах гнили и плесени. Рей достал фонарик и начал осматривать комнату, а Лиора осталась у порога, сжимая пальцы до боли.

– Давно продали место? – спросил Рей.

– Месяца два назад, если верить документам, – ответила девушка. – Здесь жил старик. Говорят, слетел с катушек. Перестал платить, и ферму выставили на аукцион.

Луч фонарика скользнул по стене, и Лиора увидела тёмные пятна, похожие на кровь. Её затошнило от одного вида.

– Рей, может, не стоит? – едва слышно сказала она.

Но он двинулся дальше. Лиоре ничего не оставалось, как последовать за ним.

Гостиная была завалена мебелью и мусором. На кухне оказалось хуже – объедки, грязная посуда, пустые бутылки. В углу из-под раковины торчали…крысиные хвосты?

В спальне царил полный хаос: скомканный матрас, одежда на полу, зеркало, разбитое в осколки. И снова – кровь. Много крови.

Рей замер у двери, глядя на пол. Там лежал нож.

– Надо вызывать подкрепление! – воскликнула Лиора, хватая его за плечо.

Её тело трясло, дыхание сбивалось. Внутри всё сжималось, словно предупреждая: бегите.

– Не нужно никого вызывать, – раздался спокойный голос позади.

Он звучал так, будто хозяину нечего бояться. Словно всё происходящее было лишь недоразумением.

– Руки вверх! – крикнул Рей, толкая Лиору за спину.

Перед ними стоял высокий мужчина, крепкий, с забинтованной рукой. Тряпка со звёздочками была вся пропитана кровью.

Рей не опускал пистолет, держал его твёрдо и внимательно следил за каждым движением мужчины. Его взгляд был настороженным и холодным.

Она же не могла отвести глаз от окровавленной повязки. Красные пятна на ткани казались всё ярче, и с каждым вдохом раненого они расползались шире.

В воздухе висело напряжение – между сталью оружия и тяжёлым видом крови.

– Тише, – произнёс он. – Я всего лишь порезался.

– Кто вы и что здесь делаете? – резко спросил Рей.

– Владелец, – спокойно ответил незнакомец, поднимая руки в знак капитуляции- Это мой дом.

– А старик? Почему тут кровь? – вмешалась Лиора, чувствуя, как пересохло горло.

Мужчина усмехнулся.

– Старик свихнулся. Начал видеть всякое, говорить странные вещи. Вчера ночью свалил куда-то. А кровь… ну, это моя. Порезался, как видите. Неудачно открывал консервную банку.

Рей не поверил ни единому слову. Сделав шаг вперёд, он резко приказал мужчине лечь на пол. Тот подчинился без колебаний. Рей быстро обыскал его, не найдя ничего подозрительного, после чего защёлкнул на запястьях наручники и помог подняться.

– В участке всё и расскажете, – коротко сказал он, выталкивая задержанного из спальни.

Лиора шла следом, ощущая, как по коже бегут мурашки. В этом мужчине было что-то тревожащее – его спокойствие и уверенность пугали сильнее, чем сама заброшенная ферма.