Юрий Винокуров, Олег Сапфир
Повелитель дронов – 3

Глава 1

Где-то на окраине Многомерной Вселенной

Механический Пастырь ошибся.

Эта простая холодная мысль, лишённая эмоций, пронзила его вычислительные ядра. Он, чьё существование было построено на безупречных расчётах и абсолютной уверенности, допустил ошибку. Надежда, этот иррациональный, присущий органике баг в системе, оказалась ловушкой.

Шанса не было. Была лишь новая, непонятная ему тактика врага.

Пастырь бросал свои железные легионы в бой снова и снова, уверенный, что замеченная им слабость врага – это трещина в обороне, которую нужно лишь расширить.

Сталь билась о сталь в безмолвии космоса, где не было места ни крикам, ни стонам – только вспышки взрывов и сухой треск разрываемых корпусов.

Его механические колоссы – несокрушимые Титаны – огромные, как малые луны, космические корабли – схлёстывались с жужжащим Роем вражеских дронов-убийц. И неумолимое продвижение его войск раз за разом останавливали юркие, почти незаметные атомные торпедоносцы.

Эти мелкие незаметные машины смерти разваливали все его грандиозные планы, находя уязвимые места в броне, превращая мощь его флота в бесполезную груду металла.

На поверхностях планет разворачивалось не менее жестокое побоище. Его безупречная механическая пехота, марширующая идеальными, выверенными до миллиметра шеренгами, превращалась в искорёженный металл под натиском безликих дронов-камикадзе. Эти безумные твари, лишённые инстинкта самосохранения, просто бросались в гущу его войск, взрываясь и унося с собой десятки его безупречных воинов.

Механический Пастырь снова и снова терпел поражение. Его легионы отбрасывали назад, планы рушились, а ресурсы, которые он считал бесконечными, таяли с пугающей скоростью.

То, что он сперва принял за слабость врага, оказалось лишь новым безжалостно эффективным алгоритмом. Проанализировав сотни бесконечных массивов боевых данных, Механический Пастырь наконец идентифицировал его. Враг не отступал и не был слаб. Рой дронов перешёл в режим, который его собственные аналитические системы классифицировали как «Протокол „Удержание“».

Враг занял глухую оборону, экономя силы и энергию, и не давал себя обойти. Он превратился в несокрушимую стену из стали и огня, о которую разбивались все атаки Пастыря.

Он понял – ему не пробиться. Не так. Не сейчас.

Отчаяние – ещё один органический рудимент, но Пастырь ощутил нечто похожее. В порыве ярости он сам повёл свои лучшие армии в бой, надеясь личным присутствием переломить ход битвы. И потерпел унизительное, сокрушительное поражение. Его флагман был повреждён, авангард – практически уничтожен. Отступая под шквальным огнём, он вдруг почувствовал это…

Странное и нелогичное ощущение пустоты. Там, где раньше ощущалось всепроникающее присутствие вражеского разума – холодного и чуждого, но несомненно живого, – теперь была лишь пустота.

Вернувшись в свой командный центр, Механический Пастырь погрузился в анализ. Триллионы массивов данных, отчёты сенсоров, записи с камер уничтоженных машин… Он прогонял симуляцию боя снова и снова, пока не нашёл аномалию. Ту самую переменную, которой не хватало для полного уравнения.

Да, Рой по-прежнему сражался, но его действия стали другими. Более предсказуемыми. Лишёнными той дьявольской изобретательности, которая отличала его раньше.

А всё потому, что у врага исчез его гениальный живой предводитель. Феликса там не было.

И в этот миг для Пастыря всё встало на свои места. Его первоначальная догадка оказалась верна, но он сделал из неё неправильный вывод. Рой действительно был лишён своего господина. Он был автономен. Но он не ослаб, а просто перешёл в другой режим, действовал по заложенным в него директивам.

А раз весь Рой здесь, на этом фронте… значит, у Феликса сейчас Роя нет. Он где-то там, в глубинах Многомерной Вселенной. Одинокий и уязвимый.

Вот он – настоящий шанс. Не прорвать оборону здесь, а нанести удар в самое сердце. Найти и уничтожить Феликса, пока он слаб, пока отрезан от своей несокрушимой армии. А без своего создателя Рой будет обречен…

Механический Пастырь помнил их единственную личную встречу. Тот разговор, который определил ход этой войны. И он запомнил его. Не только слова. Он запомнил его сигнатуру – уникальный энергетический отпечаток, который невозможно подделать или скрыть.

Он начал ритуал – акт технологии. Вся мощь его планеты-крепости была направлена на одну-единственную цель. Целые процессорные блоки, размером с города, сгорали, перенаправляя энергию в главный передатчик. Жертвуя частью своих вычислительных мощностей, он соткал гигантский поисковый луч, способный пронзить пространство и время. Он искал ту самую, единственную сигнатуру.

И нашёл.

Феликс сбежал. Укрылся на далёкой, заштатной планете в каком-то захолустье Многомерной.

На остатках энергии, пока поисковый луч ещё не угас, Механический Пастырь сделал последний ход. Он разорвал ткань реальности, создав прямой нестабильный телепорт – червоточину, ведущую точно к цели. И отправил туда одного из своих лучших бойцов.

Железного убийцу, затянутого в выращенную в лаборатории человеческую кожу, неотличимую от настоящей.

Антропоморфный робот нового поколения, серия 800 – сокращённо А-РН800. В его родной Вселенной, модели этой серии использовались для ликвидации лагерей повстанцев. Те, кому не посчастливилось с ним встретиться, но посчастливилось выжить, чтобы рассказать об этом, дали ему простое и страшное прозвище.

Они называли его «Арни».

⁂

Я стоял у подножия башни, задрав голову, и с удовольствием разглядывал её кривой силуэт, вонзающийся в ясное небо. Солнце припекало, воздух был чистым, и настроение у меня было превосходное.

– Повелитель, – раздался рядом голос Сириуса, – я провёл окончательные расчёты. У нас по-прежнему нет дронов-рабочих, чтобы выровнять эту конструкцию. А местные технологии, согласно моим расчётам, чрезвычайно сомнительны, дороги и потребуют не менее трёх лет для реализации проекта. И это при условии идеального финансирования.

– Ага, – кивнул я, не отрывая взгляда от накренившейся громадины.

– Следовательно, мы не сможем быстро и качественно это исправить.

– Ага, – снова кивнул я, и моя улыбка стала шире.

– Простите, Повелитель… – Сириус явно сбился, его аналитические модули пытались найти логику в моём поведении. – А чему именно вы улыбаетесь?

– Как чему? – я наконец опустил голову и посмотрел на него. – Погода классная, солнышко светит, птички поют. Разве этого мало для хорошего настроения?

– Но башня…

– А что с ней?

– ОНА КРИВАЯ! – не выдержал Сириус. В его синтезированном голосе прозвучали нотки отчаяния, как у перфекциониста, увидевшего криво повешенную картину.

Я расхохотался.

– Спасибо, я вижу. Дело в том, мой механический друг, что мы пока не будем её выпрямлять. Более того! Это сейчас абсолютно не нужно.

– Но это же нарушает все мыслимые строительные нормы! Это неэффективно с точки зрения статической и динамической устойчивости! Да это просто… эстетически неправильно! Если сюда прилетят Архитекторы, они умрут от смеха, увидев это! Её нужно немедленно выровнять, укрепить и покрасить в правильный умиротворяющий цвет…

– Я же не ошибаюсь, – прервал я его праведный гнев, – в своём нынешнем состоянии эта башня может стоять вечно?

– Ну да, – после короткой паузы, видимо, для перепроверки расчётов, подтвердил Сириус. – Конструкция прочная. Опасность обрушения возникнет только в том случае, если начинать возводить внутренние перегородки, навешивать внешнюю обшивку, монтировать крышу, прокладывать коммуникации, устанавливать лестничные пролёты и, разумеется, лифты…

– Вот именно, если увеличивать массу конструкции, – снова перебил я его. – Но зачем нам всё это? Лифты, лестницы…

– Чтобы люди могли попасть наверх, очевидно же!

– Какие люди? – я хитро улыбнулся.

Сириус замер. Я почти физически ощущал, как в его «мозгах» с бешеной скоростью закрутились «шестерёнки». Оптический сенсор несколько раз моргнул.

– Подождите… Вы хотите сказать… вы не планируете, чтобы здесь находились посторонние органические формы жизни?

– Именно! – рассмеялся я. – Нет, когда-нибудь мы эту башню отстроим, выпрямим, украсим. Будет просто конфетка, лучшее здание в этом мире. Но это будет тогда, когда у нас появятся нужные технологии и дроны-работники. А пока… Что нам действительно нужно для функционирования нашей первой базы?

– Пара ретрансляторов для усиления связи. Зарядные станции для дежурных дронов-патрульных… Возможно, небольшая комната для оператора и аналитического центра…

– Ага. И грузовой дрон, который сможет перемещать как минимум одного человека вместо лифта. Плюс, таскать наверх еду и прочие ништяки.

– Хм-м-м, – Сириус задумчиво качнул корпусом. – Признаю, Повелитель, это элегантное решение. Максимальная эффективность при минимальных затратах.

– А то! Так что перво-наперво нам нужно сделать грузового дрона. А потом уже будем исследовать и прикидывать, что к чему.

И тут Сириус замер. Его корпус напрягся, а из одного из отсеков выдвинулся дополнительный сканер.

– Повелитель, в нашу сторону движется конвой из четырёх автомобилей. На головной машине – правительственные номера и герб мэра. Похоже, это его кортеж. Разрешите приготовиться к обороне?

Я покачал головой.

– Нет. Зови Дылду.

Через пару минут примчался мой верный водитель. Он подбежал, тяжело дыша, и вытянулся по струнке.

– Командир, вызывал?

– Вызывал. Сейчас сюда приедут очень важные дяди на дорогих машинах. Будут тут траву искать.

– Какую траву? – искренне удивился Дылда. – Марихуану, что ли? Да у нас тут такое не растёт вроде. Но, если надо…

Я приложил ладонь ко лбу. Иногда мне отчаянно хотелось иметь возможность проапгрейдить человеческий мозг так же легко, как процессорный блок у дрона. Просто добавить пару модулей логики и оперативной памяти.

– Да нет, дурень. Волшебную траву. С жемчужными лепестками.

– А-а-а… А она тут есть?

– Нету тут ничего! – я уже начинал терять терпение. – Но они думают, что есть.

Я быстренько изложил Дылде план. Тот слушал, широко раскрыв глаза, и его лицо постепенно приобретало выражение ужаса.

– …так вот, ты будешь их встречать. Ты – представитель компании «Филин» – полноправного владельца этой земли. Будь вежлив, но настойчив. Ясно?

Дылда нервно сглотнул.

– Я… я понял, командир. Но… они же меня…

– Мы будем рядом. Прикроем, если что. Не ссы, – я ободряюще хлопнул его по плечу. – Ну и раз уж так совпало, то ты у нас теперь не просто водитель. С этого дня ты – коммерческий директор компании «Филин».

Нижняя челюсть Дылды совершила героическую попытку отделиться от остальной головы и упасть на землю.

– Я?.. Директор?..

– Ага. Как тебя по батюшке звать-величать?

– Валерий я… Анатольевич.

– Ну вот! Поздравляю, Валерий Анатольевич! Встречайте гостей.

– Командир, но я же не знаю, что говорить! Что делать-то надо?

– Всё очень просто. Твоя должностная инструкция на сегодня состоит из трёх пунктов. Пункт первый: стоишь здесь с самым важным и тупым видом, на какой способен. Пункт второй: всем, кто приедет, говоришь, что это частная собственность и тут теперь картошку сажают. Пункт третий: если будут сильно быковать – улыбайся и предлагай визитку. Справишься?

Дылда несколько секунд переваривал информацию, затем его лицо озарила улыбка.

– Так это… это я умею, командир. Это я всю жизнь делал, только мне за это раньше не платили. А это… у меня кабинет будет? С секретаршей?

– Обязательно, Валерий Анатольевич, – совершенно серьёзно ответил я. – Вон тот большой камень – это ваш временный кабинет. А секретаршу пока заменяет вон та берёзка. Можете надиктовывать ей приказы. Только негромко, а то спугнёте.

Дылда посмотрел на камень, потом на берёзку, и, кажется, всё понял. Он снова откашлялся, заложил руки за спину, как большой начальник, и начал мерить шагами пятачок земли, бормоча под нос: «Частная собственность… Картофель элитных сортов… Просьба не беспокоить, идёт производственный процесс…»

Я оставил его переваривать свой новый статус, а сам повернулся к Сириусу.

– Давай. Тащи меня наверх.

– Повелитель, я вынужден напомнить, что моя конструкция не оптимизирована для транспортировки органических грузов вашей весовой категории, – с нотками оскорблённого достоинства произнёс дрон. – Моя официальная классификация – «Тактический ассистент высшего класса». А не «Межэтажный транспорт для органических форм жизни»! Это не входит в мои функции! Вероятность повреждения манипуляторов составляет…

– Ой, короче, хватит нудить, – отмахнулся я. – Просто представь, что я очень важный и очень тяжёлый чемодан с деньгами. Цепляйся вон за ремень и полетели. А то пропустим всё веселье.

Сириус что-то недовольно пробурчал про нарушение протоколов и эксплуатацию высокотехнологичного оборудования не по назначению, но послушно подлетел, выпустив два манипулятора.

Через минуту мы уже были на самой вершине кривой башни. Ветер свистел в балках, а внизу, у подножия, как игрушечные, останавливались чёрные автомобили губернаторского кортежа. Шоу начиналось.

Уссурийск, Российская Империя

Гостиница «Империал»

Сергей Петрович Литвинов, мэр города Уссурийска, ненавидел свою работу. Он ненавидел её всей душой в те редкие моменты, когда она мешала ему жить. А сейчас был именно такой момент.

Он лежал на огромной кровати в роскошных апартаментах, которые снимал для своей молоденькой любовницы, и пытался унять бешено колотящееся сердце. Ещё минуту назад всё было идеально. Приглушённый свет, дорогое шампанское, шёлковые простыни и, самое главное, – редкое, почти забытое чувство мужской силы, которое снизошло на него впервые за долгие месяцы.

В его шестьдесят два года, с вечными стрессами, проблемами с давлением и простатитом, такие моменты «вдохновения» были на вес золота. Он уже почти достиг вершины блаженства, когда зазвонил его личный, защищённый телефон.

Любовница недовольно вздохнула. А у Сергея Петровича от неожиданности всё опало так стремительно, что он почувствовал себя старым, дряхлым и абсолютно беспомощным.

– Да вашу мать… – прошипел он, нашаривая на полу штаны.

На экране высветился номер губернатора.

– Да, ваше превосходительство, – просипел мэр в трубку, пытаясь придать голосу бодрости.

– КАКОГО ХЕРА ТЫ ТАМ ПРОХЛАЖДАЕШЬСЯ, ЛИТВИНОВ?! – заорал в трубке губернатор таким голосом, что у мэра заложило ухо. – У ТЕБЯ ПОД НОСОМ ТАКИЕ ДЕЛА ТВОРЯТСЯ, А ТЫ СПИШЬ?!

Сергей Петрович похолодел. Губернатор, обычно спокойный и вальяжный, был в ярости. А это могло означать только одно – ему самому только что вставил пистон тот, кого боялись все в этой губернии. Князь Трофимов.

– Я сейчас же…

– «СЕЙЧАС ЖЕ» ТЫ ПОДНИМЕШЬ СВОЮ ЖИРНУЮ ЗАДНИЦУ, ВОЗЬМЁШЬ ОХРАНУ И ПОЕДЕШЬ ВОТ ПО ЭТИМ КООРДИНАТАМ! – губернатор продиктовал адрес за городом. – Там, на землях «Нефти Сибири», какие-то ушлые хрены нашли поляну с травой. Той самой! А ты, сука, сидишь и в ус не дуешь!

Мэр слушал, и его злость на прерванный акт любви сменилась липким страхом. Трава. На землях «Нефти Сибири» – давних врагов князя. Это была катастрофа!

– Чтобы через час был на месте! И доложил мне лично! Если там хоть один лепесток пропадёт, я тебя в асфальт закатаю! Понял?!

Не дожидаясь ответа, губернатор бросил трубку.

Сергей Петрович медленно опустил телефон. Любовница, закутавшись в одеяло, испуганно смотрела на него.

– Серёженька, что-то случилось?

– Ничего, – буркнул Литвинов, натягивая рубашку. – Мне пора. Дела.

Через пятнадцать минут кортеж из трёх чёрных седанов и одного бронированного джипа с бойцами спецназа уже мчался по улицам, выезжая из города. Мэр сидел на заднем сиденье, злой, как тысяча чертей. Настроение было испорчено окончательно. Какая, к чёрту, любовница! Он уже чувствовал, как разнылась простата и подкатывала мигрень.

Когда они подъехали к указанному месту, первое, что бросилось в глаза, был большой информационный щит у въезда на территорию, где раньше красовался логотип «Нефти Сибири» и пафосные лозунги о покорении Дальнего Востока. Теперь там жирными, кривыми буквами, нанесёнными из баллончика с чёрной краской, было выведено:

«ЧАСТНАЯ СОБСТВЕННОСТЬ. ПРИНАДЛЕЖИТ ООО “ФИЛИН”. ВХОД И ВЪЕЗД ЗАПРЕЩЁН».

– Это что ещё за херня? – пробормотал Литвинов. – Какой ещё, к чёрту, «Филин»?

– Похоже на самозахват, господин мэр, – предположил его помощник.

– Да плевать! Ворота настежь. Поехали.

Кортеж въехал на территорию. Посреди заброшенной стройплощадки, рядом с кривой башней, стоял одинокий внедорожник, а рядом с ним – молодой парень в грязном рабочем комбинезоне. Увидев их, он лениво почесал короткостриженную макушку и пошёл навстречу.

– Так-так, а вы кто такие будете? – спросил он с такой наглой ухмылкой, что у мэра задёргался глаз. – Я коммерческий директор организации «Филин».

Говоривший был вылитым гопником с района, даже зубов передних, кажется, не хватало.

Литвинов вышел из машины, всем своим видом излучая власть и презрение.

– Ты знаешь, кто я такой, щенок?! – прорычал он. – Я мэр этого города! А вы что тут, охренели совсем?! Траву от властей скрывать вздумали?!

Парень удивлённо вскинул брови и расплылся в щербатой улыбке.

– Какую траву, начальник? Нет тут никакой травы. Картошка есть. Хочешь, отсыплю пару мешков? Свежая, только сегодня окучивал.

– ОБЫСКАТЬ ВСЁ! – заорал мэр своим бойцам.

Силовики тут же рассыпались по территории. Они прочесали каждый куст, заглянули в каждый овраг. Через десять минут они вернулись с пустыми руками.

– Ничего нет, Сергей Петрович, – виновато доложил старший. – Только… картошка.

– Что?!

– Картошка, – повторил тот. – Ровными такими рядками растёт. И окучена так красиво, что любо-дорого посмотреть.

Мэр побагровел от злости. Он подошёл к парню вплотную.

– Я повторяю вопрос. Кто вы такие, и как сюда попали?! Это собственность корпорации «Нефть Сибири»!

– Было ваше – стало наше, – пожал плечами тот. – Купили.

– Что «купили»?!

– Ну, землю эту. С башней. Документов у меня, конечно, с собой нема, но вы посмотрите в этих своих… архивах или как там у вас? Всё законно.

Мэр бросил взгляд на своего помощника. Тот тут же достал телефон и начал что-то быстро проверять.

Через минуту он поднял на начальника испуганные глаза.

– Всё так, Сергей Петрович… Он не врёт. Сделка зарегистрирована. Полностью легально. Новый владелец – ООО «Филин».

Литвинов в шоке уставился на парня. Это был какой-то сюрреалистический бред.

– Так а вы кто такие, бляха-муха, вообще?! Откуда свалились?!

«Директор» полез в карман своего комбинезона и вытащил оттуда помятый кусочек картона, который с гордостью протянул мэру.

Это была визитка. Дешёвая, напечатанная на самом тонком картоне, с кривовато обрезанными краями. В углу красовалось пиксельное изображение совы, очевидно, скачанное из интернета. Под ним жирным шрифтом было выведено:

ООО «Филин»

«Ваша тачка под нашим зорким оком!»

Телефона или адреса на визитке не было, только QR-код.

– Мы фирма «Филин», – с гордостью произнёс он. – Услуги охраны машин предоставляем. Вот, возьмите визиточку, если что. Скидку сделаем, как представителю власти.

Литвинов тупо смотрел на картонный прямоугольник, потом на наглую рожу этого гопника. В голове не укладывалось. Какая-то шарашкина контора, охраняющая машины, отжала у нефтяной корпорации целый небоскрёб?

Он вдруг почувствовал себя невероятно уставшим. Вся эта ситуация была настолько абсурдной, что ему всё это на хрен не сдалось. Ни эта башня, ни этот тупой гопник с его картошкой. Где-то там, в тёплой постели, его ждала молодая любовница. И, может быть, если он поторопится, «вдохновение» вернётся. Шанс ещё был.

Он махнул рукой.

– Поехали отсюда.

– А как же… – начал было помощник.

– Передай все видео и фото губернатору, – отрезал Литвинов, забираясь в машину. – Скажи, что это какая-то афера. Информация о траве не соответствует действительности. Кроме картошки, тут ни хера нет. Похоже, эта контора «Филин» просто обманула нефтяников и отжала у них землю. Пусть сами разбираются.

Он захлопнул дверь. Кортеж, развернувшись, покатил обратно в город. А Сергей Петрович откинулся на мягкое сиденье и с надеждой подумал, что, возможно, этот день ещё не совсем потерян.

Глава 2

Я только что закончил готовить новую партию товара. На полу в квартире-мастерской аккуратными рядами стояли двенадцать туго набитых спортивных сумок.

В башню въезжать было ещё рано. Мои дроны уже начали работу, но всё шло мучительно медленно. Вчера Сириус показывал мне трансляцию: дроны таскали к подножию башни мешки с цементом, песком и ещё какими-то стройматериалами. Всё это было куплено на наши деньги моими верными «дружинниками» и оставлено в условленном месте. Дальше дроны потихоньку перетаскивали всё на объект.

Конечно, когда-нибудь я соберу полноценных дронов-строителей. Они за пару дней выпрямят эту кривую хреновину, укрепят фундамент и достроят всё, что нужно. Но на это требовалось время. И, что самое главное, деньги. А деньги сейчас были нужны на всё и сразу.

Поэтому я снова и снова возвращался к этому простому, но стабильному источнику дохода. Мой покупатель, Тян, уже начал задаваться вопросом, не нашёл ли я где-то подпольный оружейный завод. Пусть задаётся. Главное, чтобы платил исправно.

Я мог бы, конечно, отправить на сделку Дылду или Михича, но нет. Тян был не просто скупщиком краденого. Он был частью чего-то большего, и вести диалог с такими людьми лучше напрямую. Тем более, я знал, что его искренне удивляет, почему у меня никак не заканчивается оружие. А удивлять потенциальных партнёров – полезно.

Я как раз заканчивал укладывать последний автомат, когда в мастерскую заглянула Фурия.

– Я тут несколько идей набросала, – сказала она. – Нам нужна акция.

Я отложил обойму и удивлённо посмотрел на неё.

– Какая ещё акция? – не понял я. – К чему вообще акция?

– Ну, бизнес же, – пожала она плечами.

– Ну, бизнес. И что?

– Мне было скучно, я сидела и придумала…

– Не-не, подожди, – остановил я её, поднимая руку. – Ты программист – вот и программируй. Зачем сразу в бизнес лезть?

– Да фигня вопрос, – отмахнулась она. – Ты выслушай, а потом, если что, бросайся тапками.

Я вздохнул. Не то чтобы я сомневался в её способностях – иногда даже самые безумные идеи оказывались гениальными. Но её прошлое… Официантка в придорожной забегаловке, которая умудрилась вляпаться в такие неприятности, что её искали все, кому не лень. Не самый лучший бэкграунд для бизнес-консультанта. Но ладно, пусть повеселится. Хорошему специалисту иногда нужно давать высказаться.

– Ну ладно, давай. Удиви меня.

Ольга просияла и тут же принялась излагать свой план.

– Итак, слушай. Нам нужна акция для «Филина». Назовём её, условно, «10 счастливчиков». Мы выбираем десять случайных клиентов из нашей базы, чьи машины должны пострадать.

Я на мгновение замер, обдумывая новаторскую идею, а потом медленно, с сарказмом в каждом движении, захлопал в ладоши.

– Браво, молодец! Гениально. Просто гениально! А теперь иди программируй. Можешь дальше не рассказывать.

Она нахмурилась, её энтузиазм заметно поубавился.

– Нет, Феликс, но ты послушай дальше! В этом-то и вся фишка! Когда у десятерых машины пострадают, мы напишем им сообщение: «Ай-ай-ай, не уследили, простите, извините, вот вам компенсация». Повреждения будут мелкими – царапины, лёгкие вмятины. А мы каждому выплатим по сто, нет, по двести рублей! Как и обещали в рекламе.

Я снова захлопал, на этот раз ещё громче.

– Тебе ещё раз похлопать, или ты сама поймёшь, какую чушь несёшь? Мы только что запустили бизнес, а ты предлагаешь его угробить на корню!

– Да понимаю я, но слушай дальше! – не унималась она. – Суть в том, что это отлично повлияет на репутацию! Понимаешь? Царапины-то мелкие, а по сто пятьдесят рублей они получат. Это же сарафанное радио! Они всем расскажут! «Прикинь, мне тачку царапнули, а мне двести рублей заплатили!» Это сподвигнет остальных на покупку! Они могут подумать: «Буду оставлять машину в опасных местах или сам что-то с ней сделаю, чтобы срубить бабла». Но ты же говорил, что с этим проблем нету. Даже если человек сам попытается навредить своему транспорту, твои дроны вмешаются.

– Я не думаю, что люди начнут массово ради такой халявы бежать и покупать абонементы. Это же бред. Ну, десять человек… скольким они расскажут? Двадцати, тридцати? Понимаю, если бы сотне, но…

– Нет! Если угробишь сотню машин – ты угробишь репутацию. Все решат, что твоя система – дерьмо. А тут именно десять. Избранные. Счастливчики. И сумма небольшая, всего-то два косаря.

– Хрена себе небольшая, – пробормотал я, мысленно прикидывая, сколько мне сейчас нужно денег на мифриловые сплавы для Сириуса, на новые двигатели для грузовых дронов, на…

Я замолчал и посмотрел на Ольгу. В её глазах горел такой азарт, такая уверенность, что я невольно улыбнулся. Она была хорошим специалистом. А хорошим специалистам иногда нужно давать шанс блеснуть, даже если их идеи кажутся безумными. Это мотивирует.

– А знаешь, – сказал я после долгой паузы. – Давай попробуем. Считай, что я даю твоей идее шанс.

Она улыбнулась.

– Серьёзно?!

– Серьёзно. Поручаю всё это тебе. Свяжись с Сириусом, пусть он организует нужные царапины и всё остальное. Только чтобы повреждения были разными. У одной – царапина, у другой – лёгкая вмятинка на крыле, у третьей – зеркало свернули. Ну, ты поняла.

Она радостно кивнула и пулей вылетела из мастерской. Я проводил её взглядом и покачал головой. Женщины…

После этого ко мне пришли сёстры. Вид у них был озадаченный и слегка расстроенный.

– Не, ну как это так? – начала Эльвира, протягивая мне свой телефон. – Вот скажи, Феликс, как это, блин, работает?

Я посмотрел на экран. На фотографии, сделанной в ресторане, мы все вместе сидели в том самом ресторане. Вот только вместо моего лица на фото был какой-то совершенно незнакомый мне мужчина. Симпатичный, но определённо не я.

– А вот ещё! – Маргарита показала мне свой планшет, где был открыт какой-то новостной портал.

Заголовок гласил: «Феликс Бездушный жив? Наследника опального рода видели в ресторане в компании сестёр!»

Ниже шёл текст, полный слухов и домыслов. Кто-то писал, что видел, как он расплачивался старой фамильной кредиткой, которая должна была быть заблокирована. Кто-то утверждал, что слышал, как он обсуждал с сёстрами планы по возрождению рода.

– Мы же знаем, что это был ты, – сказала Эльвира. – Но на всех фотографиях…

– Это специальная голограмма, – пояснил я. – Разработка, которую Сириус адаптировал под местные условия. Она работает только на записывающие устройства. Камеры, телефоны, системы видеонаблюдения – все они видят не моё настоящее лицо, а проекцию. Но для человеческого глаза я остаюсь собой.

– Но зачем? – не поняла Маргарита.

– Смысл в хаосе. Исподтишка нас постоянно фотографировали, скидывали кому-то с подписью: «Смотри, Бездушный сидит, Феликс!». А им отвечали: «Ты что, дурак? Это же не он». В итоге у врага нет чёткого подтверждения. Одни говорят, что видели меня, другие, глядя на фото, крутят пальцем у виска. Свидетели выглядят как сумасшедшие, а у нас есть время и пространство для манёвра.

Сёстры переглянулись. Кажется, до них начал доходить масштаб игры, которую я затеял.

– Получается… – медленно протянула Эльвира. – Весь этот цирк в ресторане… это была не просто проверка для нас. Это была часть… чего-то большего?

– Именно, – кивнул я. – Добро пожаловать в мир информационных войн, сёстры. Здесь правда – это то, во что верят, а не то, что есть на самом деле. И наша задача – заставить их поверить в то, что нам выгодно.

⁂

Деловая рутина, как оказалось, затягивает. Особенно когда она приносит стабильный и постоянно растущий доход. Продажа очередной партии оружия Тяну прошла быстро и без лишних слов. Он уже перестал удивляться, откуда у меня столько товара, а просто молча отсчитал деньги.

Получив на руки увесистую пачку купюр, я не стал сразу уходить. Вместо этого отправился бродить по самым дальним рядам рынка, где торговали не просто хламом, а хламом в квадрате – вещами, на которые нормальный человек даже не посмотрел бы. Но я искал не то, что блестит, а то, что скрыто.

Мой взгляд Техноса просеивал этот мусор, как сито. И находил.

Вот, например, на пыльном брезенте, среди ржавых подков и обломков каких-то сельскохозяйственных инструментов, лежало простое кольцо из тёмного металла. Продавец, беззубый старик в выцветшей тельняшке, уверял меня, что это «настоящий орочий трофей, зуб даю!».

– Видишь, оно тёплое, – говорил он, протягивая мне кольцо. – Они их носят, чтобы зимой руки не мёрзли.

Я взял кольцо. Действительно, тёплое. Но я видел то, чего не видел старик. Внутрь металла была вплетена простенькая, но рабочая руническая вязь. Артефакт. Примитивный, но артефакт.

– И почём такое сокровище? – с деланным безразличием спросил я.

– Пятьсот рэ, и по рукам! – тут же оживился старик.

Я мысленно связался с Сириусом.

«Сириус, пробей по базам. Артефактные кольца с функцией согревания. Рыночная стоимость».

«Анализирую, Повелитель, – тут же отозвался дрон. – Аналогичные артефакты в закрытых сегментах сети продаются по цене от двух до трёх с половиной тысяч рублей, в зависимости от чистоты исполнения и мощности. Данный экземпляр можно оценить примерно в две с половиной».

– Возьму, – сказал я старику, отсчитывая деньги.

Так я побродил ещё с час, потратив в общей сложности около семи тысяч. Мой улов был неплох. Ещё одно кольцо, на этот раз человеческое, с едва заметным плетением, незначительно повышающим выносливость. Старый, потемневший от времени охотничий нож, лезвие которого, как я увидел, было зачаровано на самозаточку. Пара тусклых камней, оказавшихся на поверку низкоуровневыми накопителями маны. Для меня – мусор, но на местном рынке – вполне ходовой товар.

Вернувшись домой, я тут же пошёл к Фурии.

– У меня для тебя работа.

Она оторвалась от своего ноутбука, где, судя по всему, в очередной раз отбивала атаку на наши серверы.

– Слушаю, начальник.

– Создай нам аккаунт на всех крупных аукционных площадках этого мира. И выстави на продажу вот это.

Я передал ей список артефактов, которые только что приобрёл.

– Ого, – присвистнула она, пробежав глазами по описаниям. – А ты времени зря не теряешь. Где ты всё это нарыл?

– Это неважно. Важно то, как мы это будем продавать. Мне нужен максимальный ажиотаж.

– Поняла, – кивнула она. – Сделаем красивые фотографии, напишем продающие тексты… Кстати, есть идея по доставке.

– Какая?

– Давай напишем, что у нас «портальная доставка». В любую точку Российской Империи, прямо в руки.

Я удивлённо поднял бровь.

– Какая ещё портальная?

– Ну не писать же, что наш летающий пылесос прилетит и сбросит посылку, – усмехнулась она. – Представь: человек сидит у себя дома, и тут прямо из воздуха перед ним падает его покупка. Эффектно же!

Я на мгновение задумался, представив эту картину. Дрон подлетает в режиме невидимости, открывает грузовой отсек, сбрасывает посылку и так же незаметно улетает. А покупатель сидит с отвисшей челюстью, уверенный, что стал свидетелем настоящего чуда.

Интересные у неё подходы, конечно. Какие-то слишком нерациональные, театральные. Но… в этом что-то есть.

– Ладно. Если уверена – делай. Всегда можно будет всё переиграть.

Оставив её заниматься новым интернет-магазином, я вызвал Дылду. Пора было немного размяться.

Ощущение было странным. Я ехал на очередную «охоту» не с напряжением и готовностью к бою, а с чувством лёгкой скуки, как на какое-нибудь сафари.

Мои дроны-разведчики уже давно прочесали все окрестные леса. Я знал о каждом звере, о каждом ручейке, о каждой банде орков, которая шаталась по этим дебрям. И сейчас, когда Дылда вёз меня по разбитой лесной дороге, Сириус уже вывел передо мной тактическую карту с несколькими вариантами для «развлечения».

«Повелитель, на ваш выбор пять потенциальных целей, – доложил он. – Группа китайских сборщиков травы, патруль гвардии Трофимова, прочёсывающих лес, и три лагеря орков разной численности».

Я выбрал самый интересный вариант. Небольшой лагерь орков, которые, судя по данным разведки, держали в плену восемь человек.

Когда мы добрались до места, я вышел из машины.

– Жди здесь. И будь готов сваливать в любой момент.

Дылда лишь молча кивнул.

Я не стал красться или прятаться. Просто пошёл вперёд, на шум голосов и треск костра. Когда вышел на поляну, орки, сидевшие у огня, сначала даже не обратили на меня внимания. Лишь один из часовых лениво повернул голову и что-то прорычал.

Я остановился в центре их лагеря и громко, на чистейшем орочьем диалекте, который мои дроны успели изучить до мельчайших нюансов, спросил:

– Пожрать есть чего?

На поляне повисла гробовая тишина. Орки замерли, уставившись на меня, как на привидение. Их примитивные мозги отказывались обрабатывать происходящее.

Человек. Один. Зашёл в их лагерь. И на идеальном орочьем просит пожрать.

Оцепенение длилось недолго. Первым опомнился их вожак – огромный одноглазый орк с зазубренной секирой. С диким рёвом он бросился на меня.

Остальные тут же последовали его примеру.

– Ну ладно, – вздохнул я.

Это была разминка. Проверка возможностей этого тела. Я уворачивался, блокировал, наносил удары. Орки падали один за другим. Но их было слишком много, и они лезли со всех сторон, не давая передышки.

«Можно я вмешаюсь?» – раздался в голове взволнованный голос Сириуса.

«Нет».

«Ну, можно я вмешаюсь?»

«Нет, блин! Что непонятно?!».

Я уложил ещё двоих, но почувствовал, как начинаю выдыхаться. Один из орков зашёл мне за спину, занося дубину.

– Сириус…

Но мой дрон воспринял это как общую команду.

– СЛУШАЮСЬ!

В следующую секунду над поляной пронёсся жужжащий ураган. То, что произошло дальше, было просто бойней. Невидимая сила подбрасывала орков в воздух, ломала им кости, сворачивала шеи. Шесть тел рухнули на землю, даже не успев понять, что их убило.

– Сириус, – сказал я, переводя дух. – Я хотел сказать: облети округу и посмотри, что там есть интересного.

– Упс, – виновато пискнул дрон.

Я покачал головой. Ладно, проехали.

Я активировал голограмму. Моё лицо на мгновение подёрнулось рябью, и я превратился в точную копию своего «отца» – Эдуарда Бездушного.

Затем подошёл к яме, где сидели перепуганные пленники, и одним движением разбил цепи.

– Вы свободны, – сказал я им голосом покойного графа.

Они смотрели на меня с суеверным ужасом, не веря своим глазам. Кто-то крестился, кто-то падал на колени.

– Ваше сиятельство… вы же…

– Идите, – сказал я, не вдаваясь в объяснения. – И расскажите всем, кого встретите, что род Бездушных ещё не уничтожен.

Пусть теперь ломают головы, что это было – призрак, чудо или массовая галлюцинация. Хаос в информационном поле – это всегда полезно.

Когда пленники, спотыкаясь, скрылись в лесу, я повернулся к трупам.

– Теперь разбирайте.

Мои дроны тут же материализовались из воздуха и, как стая саранчи, набросились на добычу, за считаные секунды обчищая трупы до нитки.

«Повелитель, – доложил Сириус, когда работа была закончена. – Разведка обнаружила ещё один лагерь. Крупнее. Примерно в трёх километрах отсюда. Хотите отправиться туда?»

– Хочу, но нет времени, есть ещё работа. Однако… – я усмехнулся. – Никто не мешает тебе и твоим мелким прилететь в тот лагерь и выкрасть всё оружие и артефакты. Необязательно мне приходить и всех валить. А если у них всё забрать, то им и сражаться будет нечем.

– Слушаюсь, Повелитель, – с довольным жужжанием ответил Сириус.

Кажется, ему эта новая тактика понравилась даже больше, чем простая резня.

Лесной лагерь орков, Приморская губерния

Гром’кар, вожак клана Рваное Ухо, с наслаждением втянул ноздрями влажный, пахнущий прелой листвой и чужой землёй воздух. Этот мир был другим. Диким, сочным и полным жизни. Идеальное место для охоты.

За его спиной, у разгорающегося костра, гомонили его воины. Двадцать пять отборных глоток, закалённых в десятках набегов. Матёрые и сильные, жаждущие крови и добычи. Они только что прошли через мерцающий разрыв в ткани реальности, оставив позади выжженные пустоши своего родного мира, и теперь были готовы рвать и метать. Мотивация зашкаливала.

– Кровь! – прорычал один из молодых, вскидывая зазубренный топор.

– Плоть! – подхватил второй, ударяя кулаком в окованный железом щит.

– Добыча! – хором взревела вся банда.

Гром’кар удовлетворённо хмыкнул. Дух был что надо. Он заслужил право вести за собой этих бойцов, вырвав его в кровавом поединке у предыдущего вождя. И сейчас он приведёт их к славе.

– Разведка вернётся, и мы пойдём, – пророкотал он. – Найдём их селения. Возьмём их самок. Заберём всё, что блестит. А потом найдём сильного противника и умрём в славной битве!

– ДА-А-А! – снова взревели орки.

Он как раз собирался добавить ещё пару слов о том, как славно будут смотреться человеческие черепа на их знамёнах, когда из леса вышли двое их разведчиков. Они шли, понурив головы, и выглядели так, будто только что проиграли бой Белкусам.

Гром’кар нахмурился.

– Что за кислые рожи? И… – он на мгновение замолчал, прищурившись. – Где ваши топоры?

Разведчики вздрогнули и вжали головы в плечи.

– Мы это… вождь… – промямлил один из них.

– Говори! – рявкнул Гром’кар. – Или я вырву твой язык и скормлю его лесным зверям! Вы что, головой об дуб ударились? Забыли, что у орка в руке должен быть топор?!

– Мы не забыли, вождь, – торопливо заговорил второй. – Мы просто… отвернулись. Поставили топоры под деревцо, чтобы отлить. Обернулись – а ничего уже нету.

На поляне повисла гробовая тишина. А потом кто-то не выдержал и прыснул со смеху. Через секунду уже хохотала вся банда. Даже Гром’кар не удержался и издал утробный, похожий на рык смех.

– Поставили… под деревцо? – переспросил он, вытирая выступившую слезу. – Вы что, девки красные, на пикник пришли?

Он отсмеялся и снова стал серьёзным.

– Нет топора – нет воина, – отчеканил он. – Раз у вас в руках не нашлось места для оружия, значит, найдётся для поварёшки. С этого момента вы – наши повара. Будете готовить на весь лагерь. И если хоть раз мясо подгорит – я сдеру с вас шкуру и сделаю из неё новые ножны для своего топора.

Разведчики побледнели, но спорить не посмели. Под новый взрыв хохота они понуро побрели к костру и принялись потрошить пойманного кабана.

Прошло несколько часов. Лагерь жил своей жизнью. Кто-то точил оружие, кто-то латал прохудившуюся броню. И тут из леса снова вышли двое. Те, что стояли в карауле на дальней тропе. И тоже с пустыми руками.

– И вы туда же? – спросил Гром’кар, уже без особого удивления.

История повторилась почти дословно. Отлучились на минуту, оставили топоры у дерева, вернулись – пусто. Командир снова посмеялся, но на этот раз смех его был коротким и злым.

– Ладно. С вами разберёмся, когда вернёмся. Будете две недели пасти стадо. Вместо безбородых пастухов.

Наказав и этих двоих, он ушёл в свой шатёр. Настроение было испорчено.

«Что за херня здесь происходит?» – думал он, расхаживая по тесному пространству. Четверо орков из двадцати пяти потеряли своё оружие. За один вечер! Да у них в племени за год если один такой случай будет, и то чудо. Это не просто невезение. Это какой-то злой дух шутит.

Гром’кар сел на походную лавку и сжал в руке рукоять своего верного топора. «Череполом». Он был с ним с самой юности. Он чувствовал его вес, ощущал баланс, знал каждую зазубрину на лезвии.

«Как вообще можно потерять своё оружие? – он с презрением подумал о наказанных. – Каким надо быть деби…»

Мысль оборвалась на полуслове. Что-то щекотнуло в носу. Он попытался сдержаться, но не смог.

– А-А-А-ПЧХИ!!!

Громкий, сочный чих сотряс весь шатёр. Гром’кар моргнул, вытирая выступившие слёзы. И замер.

Рука была пуста.

Он удивлённо посмотрел на свою ладонь. Потом на другую. Потом пошарил под лавкой под собой. Ничего.

Топора не было.

«Череполом» просто исчез.

В этот самый момент полог шатра дёрнулся.

– Вождь! Вождь, ты нам нужен! – раздался снаружи голос одного из его воинов. – Выходи, есть дело, надо поговорить!

Кровь отхлынула от лица Гром’кара. Выйти? Сейчас? Без топора? После того, как он только что прилюдно унизил четверых своих бойцов за то же самое? Да его же на смех поднимут! Его авторитет рухнет в один миг. Он, вождь, окажется таким же раззявой, как и те недотёпы-разведчики.

– ПОШЛИ НА ХЕР! – заорал он в ответ, стараясь придать голосу как можно больше ярости и властности. – Я ДУМАЮ! НЕ МЕШАТЬ!

Снаружи послышались торопливые шаги удаляющихся орков.

Гром’кар остался один. Он лихорадочно шарил по всему шатру, заглядывая под шкуры, пиная мешки с провизией.

Пусто.

Он сел на лавку, обхватив голову руками.

«Где топор? – билась в его черепе паническая мысль. – Как я его потерял?!»

Главное имение рода Трофимовых

Князь Трофимов с плохо скрываемым раздражением смотрел на своего начальника службы безопасности. Леон Демьянов мямлил свой доклад.

– …таким образом, ваше сиятельство, корпорация «Нефть Сибири» полностью сворачивает свою деятельность в регионе. Они отзывают всех своих людей и замораживают оставшиеся активы.

Трофимов лениво отмахнулся, давая понять, что эта новость его ничуть не трогает.

«Ну и хрен с ними», – подумал он. Старый утырок Калмыков и его нефтяники были как выжатый лимон. За последние годы их «потрясли» так основательно, что больше с них взять было нечего. Они давно уже не пытались лезть в его дела, смирившись со своей участью. Так что их уход – событие предсказуемое и совершенно неинтересное.

– Что по башне? – глухо спросил князь, отхлебывая из бокала дорогой коньяк.

Демьянов прокашлялся, явно радуясь смене темы.

– А вот тут, ваша светлость, самое интересное. Её выкупила та самая организация – ООО «Филин».

Трофимов на мгновение замер, а потом тихо рассмеялся.

– «Филин»? Эти клоуны, что ли? Купили? Ну и идиоты.

Когда-то эта башня была лакомым куском. Перспективный проект, идеальное место для нового офисного центра. Трофимов уже почти прибрал её к рукам, когда выяснилось, что земля под ней – сплошное болото. Фундамент поплыл, сама конструкция накренилась.

Восстанавливать её было дороже, чем построить три новые. Проект заморозили, а башня так и осталась висеть на балансе нефтяников мёртвым грузом, напоминая всем о грандиозном провале. Теперь она была ему на хрен не нужна.

– И что, они действительно её отжали? – с насмешкой спросил князь.

– Похоже на то, – кивнул Демьянов. – Сделка прошла абсолютно легально. Но там никаких реальных имён, никаких зацепок.

– А что, так можно было? – удивился Трофимов.

– К сожалению, да, ваше сиятельство. В Империи разрешено создавать такие анонимные компании. Официально – для защиты молодых и перспективных предпринимателей от недобросовестной конкуренции. Мол, чтобы их не придушили на взлёте более крупные игроки. Но на деле, как вы понимаете…

– Понимаю, – кивнул Трофимов. – Лазейка для всякого сброда. Но ведь должна же быть какая-то управа.

– Только через Имперскую Канцелярию. По прямому запросу оттуда они обязаны раскрыть всех владельцев. Но для этого нужны очень веские основания и связи на самом верху.

Князь поморщился. Связи у него, конечно, были. Но дёргать столичных чиновников из-за какой-то кривой развалюхи и шарашкиной конторы? Слишком много шума из ничего.

– И чем ещё знаменит этот «Филин»? – спросил он, уже теряя интерес.

– Они запустили новый бизнес, – Демьянов едва сдержал улыбку. – Предлагают услуги по охране автомобилей. Расклеивают по району листовки, на машины своих клиентов лепят наклейки – сова такая, с большими глазами. Мол, «объект под защитой».

Трофимов снова рассмеялся.

«Какой детский сад… Какой бред», – подумал он, отставляя бокал. Но смех его быстро угас. Он посмотрел на своего начальника службы безопасности уже без тени веселья.

Да, это всё выглядело как ребячество. Но этот «Филин» каким-то образом влез в его зону интересов. Он обставил его людей с нефтяниками. Он отжал башню, на которую у князя когда-то были свои планы. Мелочь, конечно, но неприятно. Как назойливая муха, которая жужжит над ухом и мешает отдыхать. А самое главное – этот «Филин» не пришёл к нему на поклон. Не попросил разрешения работать на его территории. А это было нарушением всех неписаных правил.

– Сожгите им весь бизнес, – лениво бросил Трофимов, отворачиваясь к окну.

Демьянов на мгновение замер, не совсем поняв приказ.

– Каким образом, ваша светлость?

Князь посмотрел на него как на полного идиота.

– В смысле, каким, Демьян? Я вот иногда смотрю на тебя и удивляюсь – то ли ты дебил, то ли я слишком умный. Сожгите им все машины, которые они охраняют. Вот и всё.

– Принято. Всё будет сделано, – козырнул начальник службы безопасности и, развернувшись, вышел из кабинета.

Трофимов проводил его взглядом и снова посмотрел на огни ночного города. Он даже не стал вникать в детали. Этот «Филин» был слишком мелкой и неинтересной проблемой, чтобы тратить на неё своё драгоценное время. Он просто отдал приказ, как отдавал их сотни раз до этого. Простой, эффективный и окончательный. Если кто-то мешает – его нужно убрать. И точка.

Раз «Филин» не пришёл к нему на поклон, значит, он здесь не нужен.