Вика Вихрева
Мой купидон

Глава 1. Провальный день Кузьмы

Амурный Департамент вовсе не был похож на то, что люди обычно рисуют в своих слащавых открытках. Никаких пухлых херувимов, порхающих среди розовых облаков. Вместо этого – бесконечное офисное пространство, залитое неестественно ярким светом, где за столами из перламутрового облака трудились сотни купидонов в одинаковых строгих костюмах. С потолка, который был скорее концепцией, чем физическим объектом, мягко струился свет, имитирующий вечное утро. На стенах висели портреты великих Купидонов прошлого с их главными достижениями: «Соединил Антония и Клеопатру», «Вдохновил Данте на Беатриче», «Свёл Ромео и Джульетту… э-э, это была небольшая ошибка, но очень поэтичная!».

В самом конце зала, заваленный кипами светящихся свитков, сидел Кузьма. Он был, без преувеличения, худшим сотрудником Департамента за всю его многотысячелетнюю историю. Его лук, старомодный и потрёпанный, вечно цеплялся за что попало, а стрелы имели дурную привычку менять траекторию в самый неподходящий момент. Его крылья, которые он должен был уметь убирать и проявлять по желанию, сегодня предательски торчали из-под пиджака, сбивая со стола папки.

– Опять?! – громовой голос заставил Кузьму вздрогнуть и уронить очередную стопку документов. – Ты соединил 80-летнюю бабушку Эсмеральду Петровну с 20-летним барменом Костей!

Над столом Кузьмы возникло маленькое светящееся облачко, в котором тут же появилось лицо Амурия Ивановича, начальника Департамента. Его брови были грозно сдвинуты, а усы, похожие на два взъерошенных светлячка, нервно подрагивали.

Кузьма попытался сделать невинное лицо.

– Ну, они же оба любят коктейли! – пролепетал он. – У неё «Серебряный век» с персиковым ликёром, у него – «Отвёртка». Я думал, найдут общий язык…

– Общий язык?! – Амурий Иванович фыркнул так, что облачко задрожало. – Бабушка Эсмеральда сейчас требует, чтобы он бросил институт и пошёл с ней собирать травы для настоек! А Костя, между прочим, подавал надежды в миксологии! Его коктейль «Мечта алхимика» должен был победить на международном конкурсе!

– Может, она его вдохновит? – слабо попытался оправдаться Кузьма. – Опыт, мудрость…

– Она его загипнотизировала и заставила выучить наизусть всего Есенина! Всякое терпение имеет предел, Кузьма! Ты уже испортил статистику всему отделу! Из-за тебя у нас просадка по счастливым парам на 15% в этом квартале!

Кузьма потупился. Он мечтал о работе в Отделе Разводов. Там, казалось ему, всё было проще: поссорил, развёл, оформил документы. Никакой этой возвышенной романтики, сплошная бюрократия. Идеально для него.

– Может, мне перевестись в Отдел Разводов? – робко предложил он. – Там проще… Я…

– Нет! – гром прогремел по всему залу. Несколько соседних купидонов испуганно пригнулись. – Ты останешься тут и исправишься! Последний шанс. Вылетаешь на задание. Немедленно.

В воздухе перед Кузьмой материализовался тонкий, сияющий золотом свиток. Он развернулся с тихим шелестом.

– Артём Соколов, – прочёл вслух Амурий Иванович. – Двадцать восемь лет. Бухгалтер. Мечтает о большой любви, но слишком зажат и боится сделать первый шаг. Его судьба – Лера Миронова, дизайнер. Яркая, независимая, как раз то, что нужно, чтобы расшевелить его. Задание простое: соединить их. Срок – неделя.

Лицо Амурия Ивановича стало серьёзным.

– Если провалишь и это, Кузьма… – он многозначительно щёлкнул пальцами, и одно из перьев в крыльях Кузьмы испарилось с тихим «пффф». – Летишь не в Отдел Разводов. Летишь на переработку. В прах. Понятно?

Кузьма почувствовал, как у него подкашиваются ноги.

– Понятно, – прошептал он.

– Тогда вперёд! И чтобы я больше не слышал жалоб!

Облачко с лицом начальника исчезло. Кузьма тяжко вздохнул, подобрал свой лук, с трудом отцепил тетиву от ножки стула, и неуклюже направился к выходу, спотыкаясь о собственные крылья.

***

В это же самое время, в маленьком уютном кафе на земле, Артём Соколов делал глоток своего капучино. Он был слишком сладким, как всегда. Артём терпеть не мог такой приторный вкус, но он снова не смог сказать официантке: «Без сахара, пожалуйста». Он просто боялся показаться сложным, причинить неудобство.

Его спутница, хрупкая блондинка Катя, скучающе ковыряла ложкой в своём тирамису.

– Итак, – протянула она, не глядя на него. – Бухгалтерия. Это… скучно.

Артём нервно сглотнул.

– Ну, знаешь, цифры… они… предсказуемы. В них есть своя гармония.

– Гармония, – повторила Катя безразличным тоном. – А я вот хочу быть актрисой. Может, уже снялась бы в чём-нибудь, если бы не родители. Говорят, нужна «нормальная» профессия.

Артём кивнул, хотя не был с этим согласен. Он посмотрел в окно. На улице шла пара – молодой человек что-то рассказывал, а девушка заливисто смеялась, запрокинув голову. Артёму стало немного грустно. Он тоже так хотел. Чтобы кто-то смеялся его шуткам, слушал его рассказы о балансах и активах, как о чём-то увлекательном.

– Ты слишком тихий, – вдруг констатировала Катя, откладывая ложку. – И говоришь… как инструкция к микроволновке. Без обид.

– Без обид, – автоматически повторил Артём.

Он допил свой противный сладкий кофе до дна, чувствуя, как сахар оседает на зубах липким налётом. Катя посмотрела на часы.

– Мне пора. Было… ну, познавательно.

Она ушла, не оглянувшись. Артём ещё несколько минут сидел один за столиком, глядя на её недоеденный десерт. Он расплатился, заказал себе ещё один капучино – снова со сладким сиропом, которого не хотел, – и уставился в окно, на проходящие пары.

«Когда же моя очередь?» – тихо подумал он, и в голосе его не было надежды, лишь привычная покорность судьбе.

Он не знал, что в этот самый момент с облаков на него уже смотрит его единственный шанс. И этот шанс – абсолютный неудачник, который в данный момент запутался тетивой в собственном галстуке и ругался последними словами, известными как небесным, так и земным существам.

Глава 2. Роковая стрела

Кузьма материализовался на земле с привычным ему неуклюжим хлопком и лёгким запахом озона. Он приземлился в узком переулке между двумя высотками, прямо в лужу талого снега. Брызги грязной воды облепили его брюки.

– Вот чёрт! – выругался он, отряхиваясь. – Опять не туда. Где этот Артём Соколов?

Он достал из кармана свёрток, который светился мягким золотистым светом. На нём пульсировали две метки: голубая – Артёма, и розовая – Леры. Они были совсем рядом. Кузьма высунулся из переулка на оживлённую улицу и начал высматривать свою цель.

И тут он её увидел. Артём выходил из кафе с несчастным видом, застёгивая пальто на все пуговицы. Он шёл медленно, опустив голову, и чуть не столкнулся с фонарным столбом.

– Ну конечно, – пробормотал Кузьма. – Идиот. Как таких вообще находят пары? Ладно, где же вторая половина?..

Он перевёл взгляд на розовую метку. Лера Миронова стояла буквально в двадцати метрах, яростно споря с кем-то по телефону. Она размахивала свободной рукой, и её рыжие волосы, собранные в неаккуратный пучок, разлетались во все стороны.

– Нет, вы слышите меня? – кричала она в телефон. – Я не буду делать логотип розовым! Это же детский сад, а не солидная юридическая фирма! Что? Нет, я не истерю! Я профессионал, который пытается втолковать вам основы визуальной эстетики!

Кузьма лихорадочно засуетился. Идеальный момент! Оба на месте, оба в эмоциях – самое время для точного выстрела. Он схватил свой лук, с трудом распутал тетиву и начал натягивать её.

– Так, Лера Миронова, – бормотал он, целясь. – Где же твоё сердце… Чуть левее… Нет, правее… Чёрт, она же всё время двигается!

Лера действительно металась по тротуару, как ракета. То делала шаг вперёд, то отступала, то крутилась на месте от возмущения.

В это время Артём, всё ещё не поднимая головы, начал переходить улицу. Он шёл прямо на зелёный свет, но был так погружён в свои мысли, что не заметил, как светофор переключился на красный.

– Эй, осторожно! – закричал кто-то.

Кузьма отвлёкся на крик, и в этот самый момент из-за угла выехал велосипедист в ярко-зелёной куртке. Он на полной скорости нёсся прямо на Кузьму.

– А-а-а! – вскрикнул Кузьма и инстинктивно дёрнулся в сторону.

Его лук выстрелил. Золотая стрела, должна была лететь прямо в сердце Леры, описала в воздухе дугу и… вонзилась в спину Артёму, который как раз ступил на противоположный тротуар.

На секунду воцарилась тишина.

Артём замер на месте. Он медленно выпрямился, словно скинув с плеч невидимый груз. Его плечи расправились, спина выпрямилась. Он повернулся и увидел своё отражение в витрине дорогого ювелирного магазина.

И произошло нечто невообразимое.

Лицо Артёма озарилось широкой, сияющей улыбкой. Он подошёл ближе к витрине, поправил воротник пальто и загляделся на своё отражение.

– Боже, – прошептал он с искренним восхищением. – А я ведь… я ведь действительно прекрасен. Посмотрите на эти черты… Идеальный овал лица. Глаза… да они просто божественны! Как я раньше этого не замечал?

Он повертел головой, любуясь собой под разными углами. Прохожие оборачивались на него с недоумением, но Артём словно не замечал их. Его взгляд был прикован только к одному человеку – к самому себе.

Тем временем Лера закончила свой гневный разговор по телефону, резко сунула его в карман и, всё ещё фыркая от возмущения, быстрыми шагами направилась прочь, даже не взглянув на Артёма.

Кузьма застыл в переулке с открытым ртом, всё ещё сжимая в руках свой лук. Его лицо побледнело.

– Нет, – прошептал он. – Нет-нет-нет-нет-нет! Этого не может быть!

Он судорожно начал рыться в карманах, вытащил ещё один свёрток и развернул его. На карте светилась только одна голубая метка – Артёма. Розовая – Леры – быстро удалялась.

– Я попал не в ту цель, – с ужасом осознал Кузьма. Он посмотрел на Артёма, который теперь делал селфи на фоне витрины, строя себе томные взгляды. – Я попал в него. О, нет… Я влюбил его в самого себя!

Это была катастрофа вселенского масштаба. Амурий Иванович прибьёт его к небесным вратам на века. Или того хуже – отправит на переработку.

Кузьма в отчаянии схватился за голову.

– Что же мне теперь делать? – простонал он, глядя, как Артём заходит в кафе-мороженое и заказывает два шарика. – Как это исправить?

Артём вышел из кафе с двумя рожками в руках. Он улыбался самому себе и время от времени делал глоток то из одного, то из другого рожка.

– Я просто невероятен, – слышал Кузьма его бормотание. – И умён, и красив… Какой же я всё-таки молодец.

Кузьма почувствовал, как у него подкашиваются ноги. Он прислонился к холодной кирпичной стене и медленно сполз вниз, прямо в ту самую лужу.

– Всё, – прошептал он, глядя, как Артём, увлечённый самолюбованием, снова чуть не попадает под машину, но на этот раз отскакивает с грацией танцора. – Меня убьют. Меня точно убьют.

Глава 3. Сосед из ниоткуда

Кузьма сидел в луже ещё минут десять, смотря, как Артём наслаждается обществом самого себя. Тот купил себе огромный букет тюльпанов, неуклюже держал его в одной руке, два рожка с мороженым – в другой, и при этом продолжал улыбаться своему отражению в каждой блестящей поверхности.

– Нет, так нельзя, – наконец прошептал Кузьма, с трудом поднимаясь. Вода просочилась сквозь ткань брюк, вызывая противный холодок. – Надо исправлять. Надо действовать.

Он вытащил свёрток. Розовая метка Леры была уже далеко, она направлялась куда-то на окраину города. Голубая метка Артёма пульсировала рядом. Кузьма принял решение – единственное, что пришло ему в пустующую от паники голову. Он должен быть рядом с Артёмом. Наблюдать. Контролировать. Исправлять.

– Воплощение, материализация, явление… – пробормотал он, вспоминая параграфы из учебника для новичков. – Облик земной, неприметный… Ну да, сойдёт.

Он сосредоточился, представляя себе образ обычного молодого человека. Что носят люди? Джинсы? Куртки? Шапки? Его собственный костюм внезапно заморгало, как плохая лампочка, и превратилось в нечто невообразимое: кислотно-зелёные узкие джинсы, огромный пуховик цвета фуксии и на голове – ушанка с помпоном, как у какого-нибудь рэпера из клипа.

– Э-э-э… – растерялся Кузьма, оглядывая себя. – Ну, вроде похоже на людей.

Теперь нужно было придумать легенду. И способ проникнуть в дом к Артёму. Он посмотрел на карту. Артём направлялся в свою пятиэтажку на окраине. Кузьма решил действовать напролом.

Через полчаса он уже стоял под дверью квартиры № 34 на третьем этаже. От него парило – он так нервничал, что случайно повысил собственную температуру. Помпон на ушанке обуглился и дымился.

Кузьма глубоко вздохнул и нажал на кнопку звонка.

Дверь открылась почти сразу. На пороге стоял Артём. Он был без пальто, в одном свитере, и на лице его сияла та же блаженная улыбка.

– Да? – весело спросил он.

Кузьма на секунду опешил. Он не ожидал такого радушного приёма.

– Э-э-э… – он сглотнул. – Я… ваш новый сосед! Сверху! Кузьма. Меня… э-э… затопило. Да. Потоп. Всё плавает. Можно… у вас переночевать? А то я новенький, никого не знаю…

Он замолчал, с ужасом осознавая, насколько дурацко звучит его история.

Но Артём лишь широко улыбнулся.

– Конечно! Проходите! Я как раз собирался… – он таинственно понизил голос, – …на свидание. С самим собой. Присоединяйтесь! Будет весело!

Он распахнул дверь шире. Кузьма, не веря своему везению, переступил порог.

Квартира Артёма была… обычной. Аккуратной, даже немного стерильной. Диван, телевизор, книжная полка с учебниками по бухгалтерии. Но кое-что сразу бросилось в глаза. На стене в рамочке висел огромный коллаж из селфи Артёма. Рядом на тумбочке стояла его же фотография в позолоченной рамке, украшенная ленточкой, как на выпускном.

– Проходите, располагайтесь, – щебетал Артём, подхватывая с дивана два халата – один явно женский, розовый и пушистый. – Я как раз начал церемонию восхищения. Сегодня у нас тема: «Невероятная глубина моих глаз». Хотите чаю? Или какао? Я себе делаю какао с зефирками, потому что я сегодня молодец.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.