Ирина Романова
Ведьма некроманту не пара, или Попаданка против!

Глава 1

Я бродила в полной темноте, вытянув руки перед собой и едва переставляя ноги, а где-то горько плакала кошка, зовя на помощь. Но тьма вокруг сбивала с толку…

Решила ориентироваться на звук ее голоса. Сердце разрывалось от боли. Кошка явно попала в беду, и я должна была ей помочь!

А вообще я точно знала, что умерла. Быстро и безболезненно. Сердце просто перестало биться. Сейчас я должна была найти дверь в то место, где меня ждали мои котики…

Впереди посветлело, странный свет задрожал и заплясал, как тень от свечи. Пахнуло сырой землей и затхлым воздухом. Кошечка была там, я торопилась спасти ее от чего-то страшного…

Я ступила за световую завесу, которая натянулась, как пленка, не давая пройти. Перед тем как все погасло, увидела молодую невесту в свадебном платье в гробу. Рядом сидела черная кошечка, плакала по умершей хозяйке. Вокруг горели свечи…

Вдруг что-то лопнуло, оглушая меня и вновь погружая во тьму. Я почувствовала, как ледяной ветер коснулся лица, а затем услышала шепот, словно кто-то говорил со мной из-за завесы.

«Ты не должна была приходить сюда», – прошептал голос, холодный и зловещий.

Я попыталась ответить, но слова застряли в горле. Внезапно тьма рассеялась, и я увидела, как вокруг меня начали подниматься тени. Они напоминали людей, но их лица были искажены, а глаза светились призрачным светом. Одна из теней протянула мне руку, и я почувствовала, как в мое тело проник холод.

Кошечка, которая сидела рядом с невестой, вдруг исчезла, лишь тихий плач повис в воздухе. Я поняла, что это ее последняя попытка предупредить меня. Но теперь было уже поздно…

Тени приближались, и я знала, что мне не спастись. В последний момент что-то теплое и мягкое коснулось моей руки. Это была черная кошечка, которая снова появилась рядом со мной. Она посмотрела на меня большими грустными глазами и тихо мяукнула.

«Моя!» – мысленно закричала я, доказывая кому-то, что защищу кошечку изо всех своих старушечьих сил.

И в этот момент я поняла, что я не одна. Что-то большее, чем просто тень, защищало меня. Силы стали возвращаться ко мне, и, собрав всю свою волю, я смогла оттолкнуть тени.

С громким хлопком завеса разорвалась, и я снова оказалась в темноте. Но где-то там, в этом мире, меня ждали мои котики. И я могла их найти…

– Ап-чхи! – громко чихнула я, пугаясь раздавшегося эха.

Оглянулась, понимая, что сижу в полной темноте. Стоило подумать, что мне не хватает света, вокруг меня тут же вспыхнули свечи.

Я оказалась в склепе…

– Кисонька, ты чего, испугалась? – Села и прижала к себе кошечку, которая явно была напугана.

Ее шерстка стояла дыбом, а тельце было очень худым.

– Бросили меня, не кормят, камнями кидаются! Никто не приютил осиротевшую кошку, только проклятья сыплются вслед! – запричитала она вполне различимым человеческим голосом.

– Да что же это такое, как можно обижать кошечку? А худая какая! – сказала я, внезапно понимая, что сейчас происходит что-то за гранью моего воображения. – Весу-то пару кило, не больше!

Призрак невесты, которую я видела в гробу, затем странные слова и побег из склепа… Я ничего не понимала, кроме того, что сработал инстинкт выживания. Кошка куда-то звала меня, я падала, не испытывая боли, снова вставала и шла по траве странными, чужими ногами. Сердце колотилось в груди, как бешеный барабан, а мысли путались, словно листья на ветру.

Тело было не моим, я ничего не чувствовала. Мне было настолько страшно от происходящего, что хотелось кричать, забиться в угол и ждать, когда это закончится. Мы бежали через старый средневековый погост, и в лесу я заметила еще одного призрака. Глаза старой женщины, холодные и безжизненные, следили за нами…

Кошка не давала мне остановиться, подгоняла, заставляя бежать быстрее. Она твердила, что я мертва и нужно срочно закончить ритуал, чтобы я снова стала живой. Ее голос, хриплый и настойчивый, звучал как шепот ветра.

– Бред… Или нет? – спросила саму себя, дрожащими руками открывая дверь в старый домик.

Он выглядел заброшенным: внутри было много пыли, паутины, пахло сыростью и затхлостью. Каждый шаг отзывался эхом, как будто стены слышали мои мысли и смеялись надо мной. Я прошла вглубь дома, и вдруг все вокруг затрепетало, как будто само время замерло, чтобы посмотреть на меня.

Ритуал…

Все происходило как в тумане, словно не со мной. Я смотрела на девушку в отражении и не могла поверить, что это я. Но это была я, только другая. Я, та самая невеста из гроба!

Сначала я увидела в зеркале себя прежнюю – старую, окруженную любимыми котиками. Но все вмиг исчезло. На месте меня появилась старуха, что вышла из леса. Она бросила благодарный, полный сожаления взгляд и тоже растворилась.

А потом я снова умерла… Мир вокруг померк, и я почувствовала, как тьма окутывает меня холодным коконом.

Бух! Бух!

Где-то раздался ритмичный звук, заставивший меня очнуться. Сердце колотилось, словно пытаясь вырваться из груди, но я вдруг осознала… что жива!

Кошечка рыдала на моей груди, разрывая на мне остатки свадебного наряда.

– Сердце бьется! Оно бьется! – истошно мяукнула она. – У нас проблемы, хозяйка! Нас хотят сжечь!

Побег… Я была не готова. Тело тряслось от слабости, ноги подкашивались, и я едва могла стоять. Каждый вдох давался с трудом, словно воздух уже был пропитан гарью. Инстинкт самосохранения кричал, предупреждая, что за убегающей мной ринется раззадоренная толпа. И вот тогда нас точно сожгут!

Я чувствовала, как сердце готово выпрыгнуть, но не от страха, а от отчаянной решимости. Надо было попытаться остановить эту толпу. Но только так, чтобы меня не узнали. Я закрыла лицо платком, закуталась в плащ и вышла на порог, стараясь держаться уверенно.

Сердце сжималось от страха, словно вновь собиралось умолкнуть. Но внезапно я ощутила прилив силы.

Я справлюсь. Я смогу. Я обязана это сделать.

Кошечка, храбрая малышка, выскочила передо мной, выгибая спину и издавая устрашающее шипение. Я даже улыбнулась сквозь страх. Разве мы не справимся вместе?

– Чем обязана? – произнесла я, стараясь придать голосу твердости, хотя внутри все дрожало.

Я смотрела на толпу мужчин и женщин, державших в руках горящие факелы. Их лица были искажены страхом, ненавистью и неверием. Они не знали, что я не та, за кого они меня принимают. Они не знали, что я просто хочу спасти свою жизнь и свою душу.

Неужели я и правда попала в средневековье? В мир, где ведьм сжигают на кострах, а справедливость – лишь миф? В мир, где страх и суеверия управляют людьми, заставляя их совершать ужасные поступки? Даже если так, я не сдамся. Я не позволю им сжечь меня.

Я найду способ выжить и доказать, что я очень хорошая ведьма!

Глава 2

Из толпы выступил грузный мужчина. Эхо его шагов разнеслось по двору.

– Сторож кладбища сказал, что склеп был осквернен и из него пропала умершая дочь лорда! – Голос мужчины дрожал, в нем слышалась не только агрессия, но и затаенный страх. – Следы ведут сюда!

Толпа вокруг него зашумела. Лица людей были искажены смесью ужаса и любопытства. Они явно были разочарованы тем, что погоня ни к чему не привела.

– Следы мои, – шагнула вперед, стараясь говорить спокойно. – Я пришла в этот дом, чтобы поселиться в нем, если позволите. А с покойником я разберусь, обещаю!

Женщина во вдовьем одеянии вышла из толпы, ее глаза сверкали ненавистным огнем.

– Ведьмы нам еще не хватало! – произнесла она с презрением. – Пусть остается, но если навредит, пеняйте на себя. У нас неупокоенная невеста бродит по деревне, и она может быть не единственной.

– На это есть некроманты! – рявкнул мужчина. – Пусть остается! Мне-то что?

Кто-то крикнул в толпе: «По домам!», и люди, словно подчиняясь невидимой силе, начали расходиться. Уже вскоре толпа исчезла в темноте.

На дрожащих и негнущихся ногах я вернулась в дом, подхватив кошку, застывшую в напряженной позе. Уложив ее в кресло, я разгладила взъерошенные волоски, пытаясь успокоить себя и ее. Сняла с себя плащ, но оставила на голове старый платок, чтобы никто не мог видеть моего лица.

– Мне надо переодеться, – прошептала я, оглядываясь. – Эти вещи выдают меня с головой!

– В спальне остались вещи Аделины, некоторые даже новые, словно тебя ждали!

Кошка повела меня в комнату. Когда я вошла, сердце сжалось от странного ощущения. В комнате царила странная тишина, словно сама смерть затаилась здесь.

На кровати лежало несколько аккуратно сложенных вещей. Некоторые из них действительно были новыми, словно их оставили именно для меня. Вещи были мягкими и теплыми, но я не могла избавиться от ощущения, что за мной кто-то наблюдает.

Спальня оказалась маленькой, но удивительно уютной. В центре комнаты стояла широкая кровать с мягким изголовьем, покрытая старым стеганым одеялом в мелкий цветочек. По обе стороны от кровати располагались прикроватные тумбочки, на которых стояли две масляные лампы с тонкими стеклянными абажурами. Над кроватью висела небольшая картина в раме с изображением цветущего сада.

У окна ютился комод с резными ручками, на котором было разложено несколько книг, стояла фарфоровая статуэтка и небольшая шкатулка с драгоценностями. Напротив комода находился большой платяной шкаф с зеркальными дверцами, в которых отражалась часть комнаты. Наверху стояла ваза с сухими цветами.

Окна были занавешены старыми пыльными шторами, сквозь которые пробивался тусклый свет. Пол покрывал потертый ковер с замысловатым узором, который когда-то был ярким, но выцвел от времени. В углу же комнаты стоял внушительный сундук, на крышке которого лежало несколько старых книг и фотографий в рамках.

Все в комнате было покрыто тонким слоем пыли, придающим ей немного заброшенный вид. Даже в углах висела паутина…

Кошка сидела на подоконнике, подняв голову. Ее глаза блестели в свете лампы, как два изумруда, в них читалось что-то мистическое. В этом взгляде было столько невысказанного, что сердце невольно сжалось.

Внезапно, будто по команде, она спрыгнула с подоконника и мягко приземлилась на пол. Метнувшись к кровати, кошка начала тереться о мои ноги. Ее шерсть касалась кожи, вызывая странное ощущение тепла, но вместе с тем и чего-то тревожного.

– Это все из-за тебя? – прошептала я, не сводя глаз с кошки.

Мой голос дрожал, как будто я боялась услышать ответ.

Она мяукнула, и в этот момент что-то изменилось. Воздух в комнате стал густым, словно невидимая тяжесть опустилась на плечи. Тени на стенах начали извиваться, как живые существа. Сердце забилось быстрее, и по спине пробежал холодок.

– Да! Я фамильяр по имени Матильда! – Голос кошки прозвучал неожиданно громко, и я вздрогнула.

Кошка сидела на подушке, аккуратно мяла ее лапками, словно проверяя на мягкость. Взгляд ярко-зеленых глаз не отрывался от моего лица, и в них я видела что-то, что заставляло меня чувствовать себя неуютно.

– Мне нужна хозяйка, личная ведьма!

Эти слова прозвучали как приговор. Я не знала, что ответить. Внутри все сжалось, и я заметила, что в комнате становится еще темнее. Тени вокруг нас начали сгущаться, а воздух наполнился странным гулом.

Я буквально срывала с себя остатки платья, словно это были оковы, сковывающие меня. Каждая нитка, каждая пуговица, казалось, весила тонну. Дрожащими руками надела сорочку, затем новое платье, теплые чулки и накидку, чтобы хоть немного согреться. Около кровати стояли кожаные сапожки, и я не раздумывая обула их.

– Значит буду звать тебя Мотя, скажи что происходит? – прошептала, обращаясь к кошке, которая сидела на подушке, внимательно наблюдая за мной.

Ее глаза блестели, словно она была в восторге.

– Магия твоя просыпается! Сильный дар у тебя, ох и заживем мы! – произнесла она с воодушевлением, предвкушая что-то невероятное. – Срочно обучаться, приводить в порядок жилье…

– Так, стоп! – Наконец я справилась с одеждой и сделала глубокий вдох, пытаясь успокоиться. – Сначала нужно сжечь платье, привести себя в порядок, – посмотрела на свои грязные руки, покрытые пылью и пятнами. – Может, хотя бы чаю?

– На платье пуговицы серебряные… Можно продать! – не унималась кошка, с жадностью разглядывая меня.

– Меня найдут по ним, ты что! – отмахнулась я.

– Тогда в камин его, и дров побольше! – Она тряхнула шерстью, поднимая облачко пыли.

Я подошла к камину и бросила в него платье. Дрова там уже были, словно ждали только меня.

Я начинала новую жизнь в растерянности и полном непонимании, что вообще происходит.

Но я же справлюсь?

Глава 3

На каминной полке лежали длинные спички. Они напоминали обычные, но с одним отличием: на конце каждой была не привычная серная головка, а белое вещество, похожее на мел. Я взяла одну из них и заметила, что рядом лежит плоская дощечка того же цвета. Она была испещрена тонкими полосками, похожими на царапины на виниловой пластинке. Я догадалась, что это приспособление предназначалось для розжига.

Осторожно чиркнула спичкой по дощечке – палочка вспыхнула ярким пламенем. Я медленно поднесла зажженную спичку к когда-то белому красивому платью, и оно мгновенно загорелось. Огонь стал поглощать его, наполняя воздух запахом жженой ткани. Пламя быстро охватило платье, и тепло распространилось по комнате.

Огонь танцевал на ткани, создавая причудливые узоры, которые отражались в зеркалах. Комната наполнилась мягким золотистым светом, и я почувствовала, как напряжение покидает мое тело. Пламя камина давало ощущение безопасности. Я закрыла глаза, наслаждаясь моментом, и позволила себе раствориться в этом тепле.

Камин выглядел как портал в другой мир: потрескивающие поленья, мерцающие угли и языки пламени, танцующие в такт неведомой музыки.

– Я хочу знать, куда попала… И как мне здесь выжить.

– Надо бы завтра в деревню сходить, продуктов добыть. – Кошка подошла ближе и посмотрела на меня с сочувствием. – Здесь только крупы остались да муки немножко! Если мы не найдем еду, нам придется туго.

– Меня узнают, ты не понимаешь? – с отчаянием сказала я. – Меня просто не оставят в покое.

– Да… Сожгут! – Голос кошечки дрогнул, и она опустила голову. – Есть заклинание отвода глаз. Оно поможет нам оставаться незамеченными. Ты пока воды набери, печь найдешь в кухне. А я поищу нужную книгу!

Она быстро убежала, оставляя меня одну. Некоторое время я так и стояла у камина, чувствуя, как во мне нарастают страх и неуверенность. Я должна была собраться с силами. Должна была выжить и начать новую жизнь, раз уж я здесь…

Небольшая кухня с низеньким потолком располагалась по соседству. Посередине стояла старая печь из грубого камня, выложенная потрескавшимися изразцами. Печь будто охраняла это место. Вдоль стен тянулись деревянные лавки, потемневшие от времени, с резными спинками, лак на которых облупился.

У окна стоял деревянный стол с грубой столешницей, местами покрытой пятнами. Над столом висел шкафчик с украшенными витиеватыми узорами дверцами. На его полках пряталась простая глиняная посуда: горшки, миски, чашки с трещинами и сколами. На одной даже нашлась старая чугунная сковорода с отбитым краем.

Давно пустующие ведра на лавках покрылись пылью и паутиной, как и сундук с ржавыми петлями в углу. На стенах висели осыпавшиеся пучки трав…

Одним словом, все вокруг пришло в запустение. Толстый слой пыли покрыл пол и мебель, отовсюду свисала паутина. В воздухе витал запах сырости и затхлости, свойственный пустующему жилью.

Место, где я оказалась, напоминало деревню пятнадцатого-шестнадцатого века. Эти старинные предметы быта, заброшенность, одичалость местных, тишина… Время здесь словно остановилось.

– Где взять воду? – спросила я, вернувшись в гостиную.

Кошка подпрыгнула и, подцепив когтем книгу, потянула ее на себя. Та с шумом упала на пол, заставив меня вздрогнуть.

– Во дворе есть колодец, – пробурчала кошка, принявшись старательно перелистывать страницы.

Интересно, она и правда настоящий фамильяр? Даже читать умеет?

Подхватив два ведра, я вышла на улицу. Рассвет уже окрасил верхушки деревьев, и я увидела, где находится колодец.

Поставив ведра на землю, закинула привязанное к веревке и набрала первую порцию воды. Сначала вымыла принесенные из дома, чтобы они были чистыми. Наполнив их, отнесла назад, в печь же поставила большую кастрюлю и чайник, предварительно их вымыв. Оставалось только поджечь спичкой дрова.

Налив в лохань чуть теплой воды, я взяла какую-то ветошь с лавки и стала оттирать грязь с лица и рук. Затем вернулась в спальню, нашла в комоде расческу и привела волосы в порядок. И только потом решилась снова посмотреть на себя в зеркало…

– Я всегда была такая… – приблизилась к нему, – седая?

Поправив выбившуюся серебристую прядь, вгляделась в свое отражение. Из зеркала на меня смотрела весьма миловидная девушка лет двадцати с аристократическими чертами лица. Нос с небольшой горбинкой придавал ему особого шарма. Тонкие темные брови вразлет подчеркивали выразительные глаза – большие, темные, с золотыми крапинками, напоминающими звездное небо. В обрамлении пушистых ресниц глаза казались еще более загадочными. Высокие скулы добавляли лицу утонченности, а полные губы, когда-то яркие и сочные, теперь были бледными и сжатыми, словно я все еще не отошла от испуга.

На мне было простое, но элегантное платье из темно-серого шелка, которое облегало фигуру, подчеркивая талию. Согревшись, я сняла с себя накидку из плотной, окрашенной шерсти темно-зеленого цвета. На шее висело серебряное ожерелье с небольшим камнем, который переливался в свете лампы, как что-то магическое. Волосы, собранные в незамысловатую прическу, были растрепаны, придавая мне немного небрежный вид. Как будто я пережила что-то страшное, неприятное.

Когда я поправляла какие-то детали одежды, руки слегка дрожали.

– Я видела тебя пару раз, но давно, когда мы с Аделиной ходили на ярмарку. У тебя были красивые золотистые локоны, – сказала кошка, пристально меня рассматривая.

– А сейчас волосы почти полностью поседели. Что случилось с предыдущей хозяйкой тела? – спросила я, не отрываясь от зеркала.

Благо, света пары свечей, все еще не потухших, хватало, чтобы рассмотреть себя.

– Кто знает? Когда я нашла тебя в гробу, ты уже была такой… Похоже на проклятие. Возможно, оно и привело к активации дара… и смерти. Была бы рядом ведьма, спаслась бы!

– Теперь мне с этим жить… – вздохнула я и вернулась на кухню.

Там я начала искать хоть что-то, что поможет назвать горячую воду чаем и сварить хотя бы пустую кашу.

Я ведь вновь была живой…

Живот жалобно заурчал, и я, подгоняемая чувством голода, быстро навела порядок на кухне. Заодно перебрала крупы, как ни странно не проеденные жучками, что-то острое и пряное, похожее на специи, нашла соль и застывший, засахарившийся мед.

Наверное, можно и потянуть с визитом в деревню…

А там будет видно!

Глава 4

Завтрак был простым, но достаточно сытным, чтобы чувство голода оставило меня хотя бы на некоторое время. Я с удвоенной силой принялась за уборку домика. Он был небольшим, с низким потолком и узкими окнами, но весьма уютным, несмотря на запущенность.

Многое уже дышало на ладан: ткани, обивка мебели, ковер… Его можно было бы выкинуть, если бы я нашла замену. Местами он был протерт до ниток, повсюду виднелись пятна грязи. В воздухе витал запах пыли и старой бумаги, но в то же время я чувствовала тепло этого места.

– Я нашла кое-что, что поможет тебе выглядеть по-другому, – зевнула кошка, по-царски растянувшись на полу, и лениво приоткрыла один глаз, наблюдая за мной. – Там и зелий не нужно, достаточно произнести заклинание. Хватает ненадолго, к сожалению… Но все равно прочитай!

Я вздохнула, не веря в чудо. Моя новая жизнь была полна боли и страха, и каждое мгновение могло стать последним. Но надежда, даже самая слабая, грела душу. Я осторожно подняла книгу с пола. Ее страницы были потрепанными, как и моя судьба…

Села в кресло у окна, чувствуя, как холодный осенний ветер проникает сквозь щели в рамах. На улице уже давно рассвело. Яркие солнечные лучи пробивались сквозь густую листву, окрашивая землю в золотые и красные оттенки. Но за этой красотой скрывалась жестокая реальность. Здесь стояла глубокая осень, а каждый день был борьбой за выживание. Люди жили в вечном страхе, верили в суеверия. Одно подозрение, что я не та, за кого себя выдаю… и все.

А ведь я действительно была ожившим мертвецом.

Сердце сжалось от боли. Я знала, что моя жизнь могла оборваться еще быстрее, чем началась. Но я не собиралась сдаваться. Не сейчас. Не тогда, когда у меня появился шанс.

Я пробежала глазами по строчкам заклинания. Каждое слово звучало как приговор.

«Пусть свет преобразит меня, пусть тьма отступит… Пусть я стану той, кем хочу быть, пусть страх исчезнет навсегда…»

Произнеся заклинание, я почувствовала, как магия струится по венам. На мгновение мне показалось, что мир замер. Но затем что-то изменилось. Моя кожа будто стала теплее, а дыхание – ровнее. Я закрыла книгу и, подойдя к комоду, вновь посмотрела на свое отражение в зеркале.

Теперь я была другой. Такой же молодой, только из прежней жизни. Но это была лишь иллюзия. Рано или поздно все вернется на круги своя. Но пока… пока я могла этим воспользоваться.

В той молодости я была весьма привлекательна. Черные густые волосы, словно шелк, струились по плечам, переливаясь в лучах солнца. Тонкие брови вразлет придавали лицу выразительности, а глубокие глаза сияли, как изумруды. Белая, почти фарфоровая кожа словно светилась изнутри, подчеркивая вишневый оттенок губ. На щеках иногда играл легкий румянец, добавляя лицу свежести и естественности. Фигура была стройной и изящной, с плавными, женственными изгибами. Каждое движение было наполнено грацией и уверенностью, а лицо озаряла искренняя, заразительная улыбка.

Но судьба сложилась так, что, несмотря на красоту и большую семью, я осталась одна под конец жизни. Каким-то чудом смогла раздать кошек… А умерла, выйдя искать ту, что так горько плакала под моими окнами и просила помощи. Хотя может, я уже тогда умерла?

Я улыбнулась, чувствуя, как внутри разливается тепло…

Теперь ведь я могла прожить новую жизнь рядом с кошечкой, возможно, весьма интересно. Когда еще выпадет шанс узнать столько нового?

В дверь резко постучали. Я испуганно ойкнула, очнувшись от своих мыслей, и едва успела повязать на голову платок. В груди бешено заколотилось сердце, дыхание вмиг сбилось. В дверь снова забарабанили, только уже громче, настойчивее.

– Ведьма, открывай! – раздался грубый мужской голос, пропитанный злобой и недовольством.

Этот голос заставил меня вздрогнуть и подумать о том, что моя хлипкая дверь не выдержит такого вторжения.

Надо было браться за обучение, иначе чем защищаться? У них вилы, огонь… Их больше.

Страх сменился решимостью. Я сжала кулаки.

– Да? – голос предательски дрогнул, когда я открыла дверь.

На пороге стоял огромный мужчина, словно гора заслоняя собой весь мир. Под два метра ростом, мускулистый, как бык. На голове у него была шапка, а окладистая борода, похожая на лопату, доходила до живота, придавая ему еще более грозный вид.

– Дань принимай! Люди благодарят тебя за день без дождя! И скот весь жив! Сегодня повезло! – прорычал незваный гость и указал на внушительный ящик у моих ног. – А теперь говори, что там еще надо, а то тебе сегодня ночью мертвяков гонять. Дочь лорда до сих пор не нашли, бродит где-то неприкаянная, проклятая душа!

Его слова обрушились на меня как ледяной дождь. Я склонила голову, ощущая, как внутри все сжимается от нехорошего предчувствия.

– Спасибо, – прошептала, стараясь не выдать своего волнения. – Я позабочусь о мертвой девушке… Мне бы дров немного, холодно на улице! – вспомнила о догорающем камине.

Мужчина кивнул, но его лицо оставалось мрачным и неприступным. Он развернулся и ушел, оставив меня стоять на пороге.

Дрожа от пронизывающего ветра и пережитого страха, я затащила тяжелый ящик в дом и захлопнула дверь, задвигая хлипкую щеколду. Она была слабой преградой для того, кто мог прийти за мной следующей ночью.

Что-то подсказывало, что спокойной она не будет…

Глава 5

Сняв платок с лица, я повесила его на крючок у двери. В ящике оказались различные продукты: крупы, ветчина, хлеб, немного овощей и яблок, даже что-то молочное в кувшинах. На запахи пришла кошка. Она осторожно приблизилась, будто не веря, что еда действительно принесена для нас.

– Ого! Давненько я не видела дани! Да и было это всего пару раз за все то время, что я жила с Аделиной. – Ее глаза заблестели от жадности, когда она посмотрела на кусок мяса, завернутый в ткань. – Я так скучала по вкусной еде…

– Сейчас отрежу тебе мяса, а часть отварю. – Я с трудом дотащила ящик до кухни, шкрябая им по полу. Каждое движение давалось с трудом, но я не сдавалась. – А у нас подвал есть? Там, наверное, можно что-то хранить.

– Под столом в кухне дверца…

Кошка не отставала ни на шаг. В ее глазах читалась надежда на то, что я не передумаю и накормлю ее.

Я разделала мясо на четыре части, одну из них порезала на мелкие кусочки и отдала кошке. Другую поставила вариться, а оставшиеся части завернула в ткань. Себе же отрезала кусок ветчины, ломоть хлеба и налила уже остывшего травяного сбора.

– Какие услуги Аделина предоставляла местному населению? – решила выведать у кошки.

– Да разные, – ответила она, смахнув языком остатки мяса с морды, хотя явно не ожидала такого вопроса. – Ребеночка зачать или пол посмотреть, бородавки свести… Корова заболела – сглазил кто! А то и любовный приворот могла сделать! – Мотя задумалась, и ее взгляд стал отсутствующим, словно она попыталась вспомнить что-то важное. – Зелья варила редко – не хватало ингредиентов. За ними надо было в город ехать, да и стоили они дорого. Не по карману крестьянам такое, поэтому Адель обходилась магией – заговорами. По-простому жили! Без затей… И сытно!

В голосе кошечки слышалась грусть, тоска по ушедшей хозяйке, которая о ней заботилась. Протянув руку, я аккуратно погладила ее по мягкой спинке, на что кошка отозвалась тихим урчанием. Почесала за ушками, стараясь не тревожить ее, и нежно коснулась подбородка. На мгновение кошка попыталась сохранить горделивый вид, но не выдержала и громко затарахтела, закрывая свои яркие изумрудные глаза.

– А что нужно сделать для нашей защиты? Наши жизни и дом гораздо важнее знаний о том, как снять сглаз или любовный приворот! – Я взяла ее на руки и понесла в гостиную, стараясь не уронить.

– Для защиты… Да ты не думай плохо о людях – это они мертвую тебя испугались, а ведьм уважают!

Кошка уютно устроилась на подушечке, которую я скинула с кресла, и свернулась у камина, будто приглашая меня присоединиться.

– Они ведь ждут, что тело вернется на кладбище в склеп! А где я его возьму? – недоумевала я.

– Выкопай труп, уложи его в гроб, закрой крышкой и скажи всем, чтобы не тревожили покой усопшей! – Мотя зевнула, но тут же оживилась, что-то вспомнив. – Пособие по некромантии – это вот та толстая книжка с зеленым корешком… Прочитай, выпиши нужное заклинание. Труп сам вылезет на наш зов, сам ляжет в гроб и закроет его крышку! Делов-то!

– Да ерунда делов! – возмутилась я, сложив руки под грудью. – Сейчас пойду, возьму лопату и выкопаю свеженькое тело! – тяжело вздохнула. – На кладбище же тьма подходящих!

– Ну, не совсем свежих, – сонно отозвалась кошка, – но на той неделе точно двух хоронили, так что есть, кого взять.

Мотя закрыла глаза и мгновенно уснула, словно выключившись. А я так и осталась стоять, глядя на нее с недоумением и легким волнением. Как можно так просто говорить о таких вещах?

Я покосилась на книгу с некоторым сомнением. Она была старой и потрепанной, покрытой пылью и следами от множества прикосновений.

Взяв ее в руки, я почувствовала холод, исходящий от пожелтевших страниц. Села в кресло ближе к окну, чтобы свет падал на книгу. Перелистывая страницы, стала зачитывать заклинания, написанные старинным почерком. Каждое слово отзывалось эхом в ушах, вызывая россыпь мурашек по коже.

На столе лежала записная книга, весьма потрепанная жизнью. Кожаная обложка была испещрена царапинами и следами от воды, уголки – загнуты, а страницы местами пожелтели от времени. Я положила пособие по некромантии рядом и, придвинув к себе записную книгу, стала пролистывать шершавые страницы, испещренные рукописным текстом. Удивительно, но каждое слово было мне понятно, словно я всегда знала этот язык. Это были заговоры, рецепты мазей, зелья и капли, записанные мелким, почти неразборчивым почерком.

Однако, если приглядеться, становилось ясно, что записная книга была скорее сборником полезных советов и рецептов, чем полноценным дневником. Здесь были собраны только знания, необходимые в быту или определенных кругах.

В вазе на подоконнике нашлись длинные петушиные перья, веточки с засушенными ягодами и мелкими цветами, которые уже давно потеряли свой цвет и форму, но все еще сохраняли странную красоту. Я взяла одно из потускневших перьев и аккуратно положила его вместо закладки перед чистыми страницами, которые ждали своего наполнения.

Конечно, мне бы стоило завести собственную записную книгу, но пока сойдет и эта. Я заглянула в чернильницу – медную посудинку с узким горлышком и маленькой крышкой. Внутри, как я и ожидала, все высохло и превратилось в плотную черную массу. Я пошла на кухню, чтобы набрать теплой воды. Налила немного в чернильницу и размешала загустевшую смесь, пока она не стала более жидкой. Вернувшись к столу, снова взяла книгу о некромантии.

На обложке изображался череп с костями, окруженный загадочными символами. Внутри помимо заклинаний были истории об известных некромантах, их подвигах и даже портреты, выполненные в мрачных тонах. Я листала страницы, пока не нашла нужное заклинание. Оно было написано крупным готическим шрифтом и выглядело так, словно его вырезали на камне.

Принцип заключался не только в словах, которые надо было произносить. Они звучали как набор звуков, но в них была скрыта сила – магия, которую требовалось вложить в каждое слово. Я засомневалась. А действительно ли мне это нужно? Может, я зря пытаюсь ввязаться в то, что может быть опасно? Но в глубине души я понимала, что ответ на этот вопрос уже был внутри меня…

А если все это – просто шутка, и сейчас я проснусь в своей постели, а не посреди разговора о воскрешении мертвых? Но что-то подсказывало мне, что это не так. Что-то большее, чем просто слова, витало в воздухе, и я чувствовала это каждой клеточкой своего тела.

В чем подвох?..

Глава 6

Я выписала заклинание поднятия умертвия из могилы, даже подучила его, читая про себя. Для активации нужно было находиться рядом с могилой мертвого. Еще бы понять, как вложить в эти слова магию…

Подошла к полке и стала читать названия на корешках, надеясь найти книгу по магии, которая могла мне помочь. Внезапно одна из них засветилась зеленым цветом.

Я осторожно взяла в руки книгу, чувствуя, как от нее исходит древняя энергия. Открыв ее в самом начале, увидела старые, пожелтевшие листы, исписанные рунами и символами. Это был учебник по темной магии, написанный столетия назад.

Первые главы рассказывали о теории магии и ее основах. Я приступила к чтению, впитывая в себя каждое слово. Постепенно передо мной возникали образы и идеи. Я представляла, как буду использовать магию для своих целей.

Через пару часов я дошла до главы, посвященной практическому применению магии. Заклинание, которое я выписала, было лишь началом. Теперь мне предстояло разобраться с остальными частями ритуала: как добраться до могилы, как активировать магию и как скрыть свои следы.

Я чувствовала, что встала на верный путь, но впереди меня ждало еще много трудностей. Я записала уже пять заклинаний, и каждое из них требовало своего подхода. А ведь я не продвинулась дальше поднятия мертвеца!

Сердце бешено колотилось от волнения и предвкушения. Я понимала, что ступаю на опасную тропу, но это только усиливало стремление к знаниям и власти. С каждым прочитанным словом я ощущала, как моя магия начинает пробуждаться, и это наполняло меня чувством глубокого удовлетворения.

В перерыве решила сварить себе суп или, скорее, нечто среднее между супом и рагу. В бульон добавила крупу, похожую на просо, но она разбухла, и получилось слишком густое блюдо. В кастрюле были привычные для меня ингредиенты: картошка, морковь, лук. Брюкву или репу я отложила, заодно проверила подвал.

Взяв свечу и спустившись по хлипкой лесенке, увидела множество старых, сгнивших вещей, не все из которых можно было определить. На полках стояли десятки кувшинов, перетянутых промасленной кожей. Внутри, вероятно, были соления или засахаренные ягоды, но, судя по запаху, они пропали. Рядом с кувшинами стояли небольшие туески, в которых я обнаружила горох, фасоль, кукурузу и муку. Муки было совсем немного, едва хватило бы, чтобы что-то испечь.

Стены подвала были покрыты толстым слоем пыли, в некоторых местах даже виднелся мох. В углу стояла старая деревянная бочка с затхлой водой, в которой плавали листья и мусор. Воздух в подвале был спертым, холодным, отчего мурашки бежали по моей коже.

Помещение оказалось небольшим, и мне не пришлось тратить много времени, чтобы проверить все уголки. Я была уверена, что найду что-то полезное…

После обеда, вымыв посуду, продолжила изучать заклинания, которые пригодятся мне этой ночью. Я очень хотела защититься от неожиданностей, в том числе мне надо было как-то укрепить этот дом.

Он мало походил на крепость – скорее, мне досталась старая, повидавшая не одно поколение ведьм развалюха. Хоть ветхая, но уютная…

– Катрин! Ну ты и спишь, ничем тебя не разбудить! – сказала кошка, сидящая на столе передо мной.

Она пристально смотрела на меня, словно видела во мне что-то подозрительное.

Я вздрогнула, просыпаясь. Оказывается, я уснула прямо за книгами, удобно расположив их стопкой. В комнате царила тишина, нарушаемая лишь гулом ветра за окном и тихим мурлыканьем кошки.

– Уже ночь?

Я попыталась размять затекшее тело, которое одеревенело от сидения в одном положении. Каждая мышца ныла, как будто кричала о том, как долго я была неподвижна.

– Вечер… – Глаза Моти блеснули в свете полной луны. – Все записала?

Я почувствовала, как кровь прилила к лицу. Как же глупо я выглядела! Только начала учиться, а уже чувствую себя такой неуклюжей.

Встала и побрела на кухню, чтобы согреться теплым напитком. Руки задрожали, когда я поднесла чашку к губам, но даже несколько глотков принесли облегчение.

– А может, просто уедем туда, где меня не знают? – прошептала я, глядя в окно на темный лес, скрывающий горизонт.

Разворошив угли в камине, подбросила туда оставшиеся поленья. В домике было жутко холодно, все тепло вытягивало в щели. Я знала, что, живя рядом с бедной деревней, никогда не смогу заработать достаточно, чтобы отремонтировать дом или вовсе построить новый. Каждый день здесь был борьбой за выживание, и я понимала, что постепенно это вытянет из меня все силы.

Прячась от холода, я закуталась в накидку, которая была старой, как и этот дом. Все вокруг пахло бедностью и обреченностью. Каждый уголок хранил воспоминания о прошлых годах, когда все было еще хуже. Я не знала, смогу ли когда-нибудь вырваться из этого замкнутого круга, где каждый день казался серым и безрадостным…

– Кому там недоучка нужна? – фыркнула кошка, насмешливо прищурив глаза. – В городе полно тех, кто обучился у маститых ведьм и получил разрешение оказывать магические услуги. А здесь от тебя многого не требуют…

Мое сердце сжалось от обиды. Она была права, но разве я могла сдаться так просто?

– То есть мне сначала надо обучиться? Есть какая-то школа? Или академия? – спросила я, стараясь скрыть дрожь в голосе.

– Ого, замахнулась куда! – Кошка замерла, с удивлением рассматривая меня, словно я была диковинкой. – Академия – для магов-мужчин. Женщины-ведьмы только на самообучении. Можно пойти на поклон к влиятельным дамам, попроситься в ученицы. Но это очень дорого…

Я опустила голову, чувствуя, как на глаза наворачиваются горячие слезы. Где же взять деньги? Получается, я навсегда останусь здесь, в этой захудалой деревеньке?

– Ну… Есть один-единственный шанс… – Мотя заговорила тише, ее голос стал серьезным. – Раз в год королевская ведьма берет себе одну ученицу. Приданое не важно, только магический потенциал и талант. Но отбор очень большой, и никто не знает, какие у нее критерии!

Слова кошки заставили меня вздрогнуть. Королевская ведьма? Почему не попробовать? Это был шанс выбраться из нищеты, шанс начать новую жизнь. Но какой ценой?

Я задумалась, глядя в пустоту. Если есть возможность, то ей надо воспользоваться. Надо рискнуть всем, что у меня есть, и попробовать. Ведь иначе я так и останусь здесь, в этом доме, среди старого хлама и воспоминаний о прошлом, которое никогда не отпустит.

Глава 7

На кладбище я собиралась как на войну…

На кухне, среди привычной утвари, я заметила нож с загнутым лезвием и рукоятью из странного камня. Этот нож не был похож на обычные кухонные инструменты. Я заткнула его себе за импровизированный пояс из куска ткани, и даже через одежду кожу обдало холодом. Книгу положила в тряпичную сумку, туда же огарок свечи и спички.

Надела плащ, обмотала голову платком, чтобы никто не видел моего лица. Обула крепкие ботинки, которые казались тяжелыми и словно давили на ноги. Встала на пороге дома, оглядывая гостиную, как будто прощалась с чем-то важным.

– Лопату брать? – спросила у кошки, которая сидела на коврике возле ног, наблюдая за мной с нескрываемым любопытством.

– Нет, – ответила она, махнув лапой. – Мертвец сам все сделает. Откопается, ляжет, закроет крышку и закопает себя.

По спине пробежал странный холодок. Я чувствовала, что за мной кто-то наблюдает. Кто-то, кто знает больше, чем я. Кто-то, кто уже ждет меня на кладбище.

Я вышла из дома, оставив за спиной тишину и мрак. Тропинка была пустынной, как и сам лес, через который я шла. Только слабый свет луны пробивался сквозь пелену облаков, да ветерок словно шептал мне на ухо какие-то странные слова.

Кладбище было старым и мрачным. Могильные плиты покрылись мхом, а деревья, растущие вокруг, казались живыми существами, наблюдающими за мной. Кошка все время бежала впереди. Я подошла к свежей могиле, где, как говорили в деревне, была закопана молодая умершая женщина. Так, по крайней мере, сказала Мотя…

Кошка удобно расположилась на могильной плите. Я зажгла рядом с ней огарок свечи и начала читать заклинания из книги. Я надеялась, что они помогут поднять мертвеца и справиться с ним.

Вдруг я услышала тихий шепот за спиной. Кто-то или что-то приближалось ко мне. Я обернулась, но вокруг стояла тьма.

– Кто здесь? – прошептала, чувствуя, как страх сковывает сердце.

– Я здесь… – отозвался голос, который, казалось, исходил отовсюду. – Ты пришла за мной?

Я замерла, не зная, что ответить. Голос был ледяным, безжизненным, но в нем слышалась какая-то странная сила. Что-то будто коснулось моей руки. Я вскрикнула и обернулась, но вновь никого не увидела.

Я почувствовала, как что-то холодное и тяжелое легло мне в ладонь. Это был медальон, который я никогда раньше не видела. Странный символ на нем я никак не могла распознать.

– Что это? – спросила с тревогой.

– Это ключ, – ответил голос. – Ключ к тайне, которая скрывается в твоем прежнем доме…

Посмотрела на медальон, ощущая, как его холод проникает в мою душу. Я не знала, что делать с этим ключом, но понимала, что он может изменить мою жизнь навсегда.

Вдруг за моей спиной раздался шорох, словно кто-то невидимый затаился в темноте. Я резко обернулась и увидела, как подрагивает земля, будто что-то огромное пыталось выбраться наружу.

Могильная плита вздрогнула и начала медленно подниматься, обнажая истлевший скелет. Из-под земли появился бледный силуэт, окутанный тенями, словно призрак из кошмаров. Это был труп мужчины, одетый в старую рваную одежду, которая едва держалась на костях. Он медленно подошел ко мне, смотря прямо в душу пустыми глазницами. По спине побежали колючие мурашки.

– Видишь, – сказала кошка, наблюдая за происходящим, – теперь тебе осталось положить его в гроб и закрыть крышку.

Я испуганно таращилась на скелет с остатками плоти, не в силах поверить глазам. Его руки, покрытые грязью и мхом, тянулись ко мне.

– Но это не тот труп, который нам нужен… – прошептала я, дрожа от страха. – Это же мужчина!

– Да брось! – отмахнулась Мотя от моих слов, словно от назойливой мухи. – Какая разница, кто будет лежать в гробу? Мужчина или женщина – никто не станет разбираться. В него и заглянуть побоятся! Страх будет такой, что дверь в склеп кирпичами заложат. На всякий случай, чтоб больше никто не сбежал.

– Простите, что вмешиваюсь… – раздался тихий, но отчетливый голос, заставивший нас вздрогнуть. Мертвец вежливо кашлянул, привлекая наше внимание, и продолжил: – Как бывший лекарь скажу, что если кто-то заглянет в гроб, он должен хотя бы увидеть женскую одежду. Даже если тело истлело и его практически нельзя опознать.

– Не нужно было сжигать платье… – Кошка стукнула себя лапой по лбу. – Надели бы на труп, и все! Никто бы не стал сомневаться!

Я чуть ли задохнулась от гнева, не в силах сдержать эмоции.

– Я боялась, что крестьяне ворвутся в дом, увидят его и сожгут нас обеих! – выпалила в отчаянии. – Ты лучше скажи, почему поднялся именно этот труп, а не тот, который нам нужен?

Мотя прикрыла глаза и отвернулась, словно пыталась спрятаться от моего взгляда.

– Ну… – она нервно сглотнула. – Может, ты направила магию не туда куда нужно?

– Ты хоть раз поднимала тела на кладбище с прежней хозяйкой? – прищурилась я, подозревая ее в некомпетентности.

Мотя пригнулась, ее хвост заметался из стороны в сторону.

– Да! Нет… – призналась нехотя. – Аделина никогда этим не занималась, страшась наказания некроманта! Мои знания сугубо теоретические!

– Нам нужен женский труп! Сейчас мы вас упокоим, простите что потревожили! – вздохнула я, посмотрев на мертвеца.

Я пыталась взять себя в руки, но внутри все кипело от раздражения.

– Да я, в общем-то, был рад увидеть живых, – ответил покойник со странной благодарностью в голосе.

Скелет, который только что восстал, вдруг улыбнулся, обнажив щербатые зубы. Я начала читать обратное заклинание, стараясь не смотреть на него. Когда труп улегся обратно в гроб и крышка закрылась, тяжело выдохнула и принялась разравнивать землю руками. Грязь тут же забилась под ногти.

Подвинув могильную плиту, огляделась. Надеюсь, нас никто не засек…

– Спрашивала же про лопату… – процедила сквозь зубы, глядя на Мотю, которая делала вид, что ничего не произошло.

– Я же не виновата, что ты не умеешь пользоваться магией! – наконец сказала она, но в ее голосе послышалась нотка сочувствия.

Кошка лишь фыркнула, но я заметила, как ее уши слегка прижались к голове.

За спиной снова раздался зловещий шорох.

И впереди…

– Ой! – пискнула кошь, и ее глаза расширились от ужаса. – Кажется, мы все кладбище разбудили! Бежим!

От услышанного кровь застыла в жилах. Не раздумывая ни секунды, я подхватила книгу, которая, казалось, весила тонну, и побежала между могил. Холодный ветер хлестал по лицу, а тени деревьев вытягивались, словно пытаясь схватить меня…