Валентина Захарова
Павлик Марозов

Глава 1. Камень Обсидия.

   Терентий надевал свою любимую шинель, только по особым событиям, мысленно себя как минимум в сотый раз похвалил за сообразительность, что взял со склада шинель на три размера больше, и уже более пяти лет шинель была ему в пору и более пяти лет ушло на то чтобы дорасти до шинели. Славные особенные дни наступили,он только одного не знал, что они и последние дни мы всегда знаем начало, но никогда не знаем конца пути. В один месяц произошло столько событий отчего у Терентия было ощущение каждодневной новизны, и день тянулся как месяц.

На шинели оставались знаки различия от былой службы:на петлице синий с чёрной окантовкой знак отличающий кавалеристов,на левой стороне два треугольника малинового цвета ниже два узких галуна длиною 8 сантиметров, красная звезда с золотой окантовкой отличие командира отделения. После двух ранений с белогвардейцами,и с бандитами всех мас тей с подаренным конём вернулся домой. Шинель со всеми знаками отличия была убрана в шкаф, и в сотый раз вычищенная и отпаренная под утюгом сидела на нём как новенькая уж что – что, а хозяйкой была превосходной хотя и лицом и фигурой была наделена с избытком с годами стать шла в ширь, что почему то стало Терентия невольно раздражать и отдалять его от неё, он стал находить лишний повод исчезнуть из дому и как можно на более длительное время. Антонина взволнованная отъездом мужа,хлопотала околого него и настоятельно предлагала взять с собою овчинную шубу отца, а свою поберечь: "целей своя будет", "в город еду,а не дрова пилить во дворе",перебранивались тихо, чтобы не разбудить детей. .Прихватил новую шубу и вышел во двор немного подмораживало, и ездить на санях было ещё рановато.Кони впряжённые час тому назад перебирали ногами сытые и готовые везти куда угодно, телеги нагруженные продуктами ещё со вчерашнего дня и заготовленные на продажу.Говорили вполголоса, не нарушая тишины, держащую прохладную природу в покои перед поздним осенним пробуждением предутреннего рассвета. .

   Собрались ехать впятером, целую неделю между домашними хлопотами, которым как известно нет конца, обговаривали поездку в город, дело известное: вместе лучше и больше сделаешь своих дел,чем сам-сам-сам.

   Антонина, ни на шаг не отходила от мужа наслаждаясь близостью, она в последнее время так редко была с ним один на один, после его назначения в исполнительный комитет сельсовета ещё четыре года тому назад, чем дольше он там находился тем дальше он от неё отдалялся.

   -Антонина не суетись, всё помню, твои наказы записаны сыном на листке, читать умеем, разберёмся. Останавливаюсь в доме твоей сестры, и поцелую её от твоего имени с большим удовольствием, такую раскрасавицу.Почему я такой дурак не подождал каких-то десяток лет и Серафима была бы моей женой.

– Хорошо,что не слышит твои слова её Николай.

– Эх, беда-беда ни холода, а отсутствие понимания моей жаждущей души.Вырастут сыновья накажу им, не жениться раньше времени. Хорошо,кругом мир, войны нет, и кажется в ближайшие времена не предвидится. А в мои молодые,глупые годы, война шла со всеми буржуями мира, вот и поторопился думал: а вдруг убьют так хоть дети после меня пусть останутся. Каких-то десять лет назад твоя сестра была худущая, невзрачная, сплошная тоска, а теперь любо-дорого посмотреть на красавицу. Эх, где мои молодые годы.

– Да, ты и сейчас первый мужик на деревне.Моей сестре палец в рот не ложи по локоть откусит. Николаю так же от меня привет передавай, когда тебя ждать?Да и с телегами не тяни потом не допросишься.

   -Не знаю. В первый раз меня три месяца не было так ты всю милицию на уши поставила, тогда знакомился с нашими владениями,не ожидал, что мы такие богатые и шустрые, да трудно тогда далось знакомство с собственным населением, каждый так и норовит под себя меня подмять. Как там скажут так и будет и в милицию бегать не надо, сколько потребуется для работы столько и буду там находиться и с каких пор ты стала интересоваться моим отсутствием, пора уже привыкнуть и не лезть в мои дела. Мне то не дадут подводы? Да мне теперь всё самое лучшее предоставляет кум, вот что значит стать избранным от народа.Вспомнил сразу, что мы ему роднёй приходимся, раньше приходил только за тем,чтобы ему помогли картошку выкопать да сено накосить.А тут как узнаёт через моего отца,Данилка бегает к нему чтобы сообщить обо мне, когда мне в город надо ехать, и сколько телег нужно с лошадьми, сам приходит и предлагает всё к такому чуду привыкнуть не могу. А до назначения моего,сколько приходилось времени на него тратить, чтобы с торговаться с ним за лошадей и телеги,а за резиновые колёса сколько ругани было вспоминать тошно, а теперь бесплатно даё т. На каждом шагу напоминает, что его жена моя родная сестра. Я то всегда о своей несчастной сестре Хавроньи помню, и хорошо понимаю почему она выскочила замуж за старого козла, и помню как он ей золотое колечко подарил, потом ей якобы на день рождения приволок швейную машинку, а до 30 лет у неё что не было дней рождений, он тогда был вдовцом семь лет и за всеми бабами деревни таскался и каждая ему отказывала, а наша дура от счастья рот разинула и выскочила замуж, хотя ей многие старожилы говорили, что наплачешься с ним, и вот пожалуйста всё как и говорили и произошло, и деваться некуда так и горбатится с ним и куда столько хапают не пойму, можно подумать у них в семье проживает двадцать человек, а не одна дочка.Я не помню? Он вспомнил,когда увидел свою зависимость от советской власти, сволочь кулацкая. Я ничего не забыл и ещё напомню ему не раз, что к чему бабушка сдохла. Всё мужики уже поехали и мне пора, разговорился я с тобою от чего-то, дома слова из себя выдавить не могу всё время что-то мешает, а на свежем воздухе да в минуту расставания так и хочется петь соловьём почему так не пойму. Так и не обняв жену на прощание, чего она так желала, сел в повозку и с лёгким сердцем двинулся в дорогу.

   Терентий окинул взглядом двинувшийся обоз и остался довольным от увиденного. Первую повозку возглавлял Александр Генц, не отходивший от него ни на шаг в последнее время , только в собственном доме и спасался от него.Одно и тоже ему повторяя: "Нас ждут в райкоме" или "Какая безответственность заставлять людей нас ждать" или того хуже "Уж ни кулаки вредители у нас появились затягивающие нашу работу и не дающие нам возможность развернуться на пропалую", мог при случаи и Чемберлена вплести в их жизнь, ссылаясь на международную обстановку и притягивая за уши всех капиталистов к сельским жителям не имеющих никакого понятия кто такой Чемберлен и причём тут капиталисты, если Ванька ушёл в загул. Генц мог уехать в район ещё два дня тому назад, как раз увозили двадцать три телеги с новым обильным урожаем картошки, но Терентия вдруг озарило свою мать не брать, а вместо неё взять его, а повозку назад отвезёт шурин ехавший с ними заодно. По опыту знал мать пока не продаст всё мясо на базаре из района не уедет, а остановиться вместе с нею в одном доме,он уже проходил кошмар очередного воспитания, а ему так надо немного покоя, и хорошо-хорошо подумать о том стоит ли ему менять свою жизнь или всё оставить как есть об этом надо было очень крепко подумать и сделать решительный шаг в ту или иную сторону, он сам себе дал зарок решить вопрос окончательно в дали от дома. А у Генца брат в районе живёт и ему до него дела нет,молодость сама по себе самодостаточна и кроме себя никого в мире не видит, если дело не касается мирового масштаба или общественной жизни значимость которой далека от молодости, втягивающая молодость в водоворот по не до мыслию, либо в силу восторженности от наивности, которая так присущая молодости раздающая радость от избытка собственных сил умножающаяся стократно на почве идеи созвучной уму и сердцу , где чаще остаёшься вечным фениксом, и если не растратил свою веру на пустяки со временем просто успокаиваешься на созерцании, либо ломаешься от бессилия что не сдружился с идеей, и даже стал врагом пленительной идеи видя в ней только помеху в достижении разыгравшегося аппетита, где аппетит переходит в алчность поедая окружающий мир, и ни перевариваемая идею переходит на личности, где идея истерзанная в сотни раз деформируется до меркантильных желаний имеющих разнообразные формы человеческих страстях в конечном счёте растерзав на сотни частей малодушие оставляясь ходячим трупом или в лучшем случае огородным пугалом пугающий только малолетних детей, среди живущих и не верящим своим глазам, что такое возможно и говоря тихо среди друзей: "Как только таких земля носит?" проговаривая кошмар, сплёвывая три раза через левое плечо, отдавая дань суеверию , чтобы на них не перешла порча .

   За Генцем ехал его друг детство, Владимир Пирра приезжающий к матери управиться по хозяйству из города, зарабатывал за один месяц на заводе отгулы на одну неделю, скапливая на пару недель уезжал за триста километров от города до райцентра на паровозе,а от райцентра до села за сотню километров осиливал с оказией, помогал маме и двум маленьким сестрёнка.За детей мама получала по сотни рублей за каждого ребёнка до исполнения 14 лет. Отец погиб во время гражданской войны и мама получала и за отца пенсию в размере ста рублей денег хватало, да рук не хватало чтобы управиться со всем хозяйством. Заготовленное сено ещё по лету для коровы, свозил во двор,подправил,подколотил хозяйственные постройки и дом само собою разумеется,в общем проделал обычные домашние хлопоты под силу мужчинам перед долгою зимою. И теперь до самого лето был спокоен: у мамы есть всё до следующего его весеннего приезда.

   Третий конь с солидным именем Бугай вёз наитяжелейшую поклажу нагруженную одной олениной с довеском худенького Василь Воробьёва мечтавшего опубликовать свои стихи в местной газете: "На посту", дико подражающий Владимиру Маяковскому, умудрившемуся ни Маяковскому, в свои восемнадцать лет исписать ни одну сотню листов в бухгалтерских книгах изъятых ещё в 1920 году у местного кулака Собчака, расстрелянного за укрывательство излишек хлебы в то время когда страна голодала, такие стихи, где из тонны словесной руды добывался грамм радия о существовании его как основы истинного понимания значения слов в поэзии он и не знал,так примерно выразился сам поэт о поисках истины в поэзии, пока проблески разума о радии у мальчишки к своему несчастью не появлялись.Василий дороги не видел,Бугаю не впервой везти поклажу по накатанной дороге за предыдущими конями,поэт, а по совместительству сельский корреспондент, держал в рукаве местную газету зачитанную, доходившую до них разными путями если удавалось то и сам привозил, и видел там не статью о трудовом подвиге очередной доярки, а свои стихи на радость себе и возможно всего человечество именно такого мнения он и был о своих стихах. О нём брат говорил:"безумные стихи на страх врагам и родни".

   Четвёртым ехал шурин, Григорян Сергей Арменович, муж,самой младшей сестры Терентия, балагур и насмешник над всем куда падал его взор, но у него хватало ума не на всех вслух распространять свои взгляды. Терентий знал жадность шурина и сторговался с ним за 10 рублей об уплате за доставку груза до места и за обратный отгон коней и телег.

   В пятой телеги уютно расположился сам среди груженных мешков забитых отборной олениной, ради мясо дающий хороший заработок для охотников, Терентий и задержался у себя не смотря на стенания Генца.

   Три недели тому назад старший сын принёс записку из школы от учительницы в которой было изложено пожелание ему явиться в райком.В начале он уже было собрался поехать,все нужные документы были заранее приготовлены с отчётами по заготовки сельской продукции, а тут как раз повалил обильный сухой снег и он понял, если сейчас же ни откладывая ни одного дня не поедет на охоту,то упустит самый лучший момент для отстрела оленей.

   На охоту собрались своей налаженной годами командой, быстро и тихо среди охотников было поверье: чем тише собираешься тем быстрее до место добираешься, шурин был неизменным спутником с ним на охоте. Терентий любил ходить на охоту, особенно за зайцами, ставил петли на них, ходил за зайчатиной как в свой огород за огурцами,с той разницей огурцы брал по лету, а зайцев по снегу на лыжах сделанных собственноручно его отцом. По лесу ходил как по своему двору, знал каждый бугор, и каждую тропку в лесу.

Приезжали в сторожку, отстроенную ещё до революции их же руками, бывшему самому богатому хозяину в деревне, во время продразвёрстки, когда каждый килограмм зерна был на учёте,в городах была карточная система на продукты, а у Силантия Бабича все закрома были забиты мешками зерна, его раскулачили и расстреляли на виду у всех присутствующих. На радостях вся деревня гуляла как на свадьбе ещё бы все долги жителей ему, в миг исчезли с его расстрелом. Больше половины жителей деревни были ему должны за всякий товар отпускаемый им в долг из своего магазина. Одного ни как не мог понять народ, как Бабич умудрился прибрать к своим рукам деревню.Приехали все вместе на пустое место кругом лес, болото, трудились на равных и отчего ушли к тому вновь подходили, спасибо революции, что не оказались в том мире от которого ушли.

   Первыми их шагами на охоте были оставить за спиной домашнюю суету, а как можно свершить маленькое чудо? Проверенный способ хорошая банька и здоровый сон.Придерживаясь своих традиций, после баньки располагались в избушке, где были добротно сколочены аж в три ряда по высоте нары, третья полка служила для просушки мокрых вещей, потом начинали обсуждать предстоящий маршрут, и придя к единому мнению засыпали как дети. Первым просыпался Евстафий, он был как талисман, один раз его не взяли с собою ссылаясь на его возраст, как ни как а за семьдесят перевалило годков, кони отвязались и ушли в деревню, собаки разбежались хотя и были на привязи и домой не пришли, так и сгинули в лесу, да и охота оказалась не удачной всё пошло на перекосяк, и зареклись деда брать любыми путями, готовил на всех пшенную кашу, заправлял обильно сливочным маслом, ставил на стол и как по команде просыпались остальные.Ели и пили крепкий чай с запасом на весь день. Проверяли ружья и шли на заранее намеченное место, а дед оставался в доме и готовил к вечеру обильный ужин. На своё прошлогоднее место шли больше из любопытство, а вдруг не будет там сбор оленей? Шли легко, снега лежало не более семи сантиметров покрова,а главное снег не таял и любой след просматривался легко. Чаще встречался заячий след ставили петли походя, держа в мыслях единственную цель дойти до стойбища.Дойдя до места были удивленны до восхищения, казалось все олени собрались в одном месте. Обозначили между собой сектор обстрела. Терентию досталось от середины скопища и правее на пятнадцать градусов, а далее отстреливал шурин, а со средины и левее брал Евстафьев со своим семнадцатилетним сыном.Рассредоточились вдоль лощины, друг от друга на расстоянии ни менее ста метров, каждый для себя приготовил из сосны упор для ружья, по обрубали топором сучья мешающие для отстрела, и по первому выстрелу начали спокойно отстреливать животных.Терентий выбирал молодых откормленных самцов они были все как на подбор определяя их по рогам и по крупу, стрелял в голову дабы не испортить шкуру, которая так же шла в дело. Брали по восемь штук на каждого на деда приходилось столько же,на женский пол стояло табу, оставляли для приплода, а оставшееся стадо отгоняли с собаками по дальше, чтобы забрать добычу. Терентия всегда удивляло одно, почему когда олень один и по нему стреляешь он убегает, а когда они в стадо собираются, как сейчас, олени не убегают, а только переменяются с место на место да молодняк загоняют на середину стадо. Надо было приводить собак для отгона стадо от их добычи.Евстафий, тёзка деду ждущего их в избушке вместе с сыном ушли за подводами и за собаками у них жил хороший волкодав, оставленный на время охоты около сторожки да и у Терентия хоть и маленькая с виду собачонка,а злющая как десяток волкодавов. Пока Евстафий с Игнатом ходили за лошадьми, Сергей начинал заводить одну и туже песню из года в год: "Давай потом вдвоём приедем ещё настреляем. Ух, добра то сколько разбогатеем сразу аж голова кругом идёт от одного подсчёта. А какие деньги выручим страшно подумать, я уже всё подсчитал в среднем каждый олень даёт чистоганом минимум две тысячи рублей." Терентий никогда его не перебивал выслушивал до конца и повторял то что говорил и раньше: "Самое малое, что с тобой сделают местные, за истребления стадо, сожгут дом. Сам ты конечно сбежишь. И моя сестра будет опозорена из-за тво ей жадности. Ты об этом конечно не думаешь, и две твои дочери будут нищими и насмешками нашим пацанам, а дети самый злой народ в мире. Забудь до конца своей жизни о мародёрстве. Взяли по не многу и хватит, не повторять же мне для тебя одно и тоже каждый год, в следующем году могу ведь и не взять с собою." Сергей вслух соглашался, а в душе оставался при своём желании, размышляя в дикой фантазии: "Эх, как – нибудь, да в тихую хапнуть, да двадцать голов на каждого,он понимал, что одному физически не справится,откормленный олень тянул на все семьсот килограмм; а пятьдесят голов и дома не жалко, а жить с такими деньжищами можно и в другом месте, и жену другую можно найти, а с Марфой найдут быстро хлебом не корми, а поболтать любит всё рассказывает что дома творится вплоть до того что мы ели утром. Мне таких денег в жизни не заработать сразу одним махом" Представляя сто тысяч непременно в золотых червонцах, о хождении золотого червонца слышал, но не видел нигде и никогда, оттого желание иметь золотой червонец съедала его изнутри толкая его на сумасшедшие мечты. А "Сеятель" в один червонец выпущенный с монетного двора в Ленинграде, скупался французами и переплавлялся в золотые слитки потомками Ротшильдами. Так что до него никаким способом эти деньги не могли дойти, а вот золотые империалы на руках у народа имелись и парочка десятирублёвых монет с изображением Николая у него были припрятаны в сараи, завёрнутые в старый носок,закопанные в дальнем углу. Мечты Сергея были прерваны появлением повозок, вместе с волкодавом отогнали стадо по дальше и до самой темноты перевозили добычу до сторожки.Три дня не спеша вывозили туши до своих домов на каждого пришлось по восемь штук. Терентий подстрелил пятерых маралов и трёх оленей,а пока перевозили в деревню крупную добычу, походя собрали из петель по пару зайчатины на каждого ещё неделя ушла на разделку туш сразу распределяя мясо и шкуры для дело. И вот основная часть "дело" ехало с Терентием в город. Нагруженные телеги шли беспрепятственно, лёгкий мороз сковал осенние лужи слева протекала широкая полноводная река в деревни был налажен паром с другим берегом, где у Терентия жила ещё одна сестра у неё он также побывал перед отъездом, поделился с ней олениной и взял заказ на покупку двух оцинкованных вёдер.Деревня по местным меркам была уже старой, так как после февральской революции 1917 года, когда цены взлетели на не мыслимую высоту на все продукты питания, а к лету и вовсе исчезли с прилавков магазинов, заводы закрывались оборудование вывозилось за рубеж, и люди стали из городов уезжать на землю, знали что земля прокормит, леса обогреют и чем дальше исчезнешь тем больше вероятности избежать потрясений, а главное выжить среди страшного бардака захлестнувшую всю страну и небольшие деревеньки в десяток дворов стали расти как грибы после дождя,а его деревня почти в двести дворов образовалась немного более тридцати лет назад на волне столыпинской реформы, где основной задачей Столыпина было разогнать общинный строй эту рассадницу нищеты и вырастить матёрого кулака, чтобы вся страна стала кулацкой от западных границ и до самого Тихого океана. Цель реформы состояла в том, чтобы вытеснить нищенствующих крестьян живущих на западных окраинах России и переселить в глубь страны благо там земли не меренно.

   Свою землю Марозовы продали из-за бедности, а рождение детей ещё сильней подчеркнуло их бедность, хорошо что отец Терентия работал в тюремной системе,а значит постоянная зарплата, какие ни какие но деньги, охранял разношерстный потерянный люд. Именно на работе он познакомился с будущей мамой Терентия находящейся в то время под арестом за конокрадство.Олеся тогда молодая разбитная девчонка хохотала так будто в цирке находилась, а не в тюрьме, и на вопрос его: "На кой чёрт тебе кони сдались?" отвечала со смехом: "Да тебя тут встретить и детей тебе нарожать." Терентий от услышанного остолбенел и брякнул: "Запоминай мой адрес", назвал деревню и объяснил как лучше добраться до его дома из города, и на случай если она его там вдруг не встретит, дома всегда находится мама и пусть его ждёт,мама будет о тебе заранее предупреждена. Олеся просидела под судом около двух лет в тюрьме, и была отпущена за бродяжничество. Да и парень был пойман уже за другое преступление, а на базаре при её аресте просто с бежал, а когда его водворили в тюрьму через год с не большим,он подтвердил сказанное Олесей на суде. Её версия на суде уложилась в три минуты: "На ярмарке встретилась с ним, выпили за знакомство. Пригласил в дом, я ведь не знала что дом не его, а хозяева уехали на отдых заграницу, а с кем я познакомилась, я и сейчас то его имени не знаю. Он должен был охранять хозяйское добро,а всю прислугу на время отъезда хозяин отпустил по домам было там пару местных парней, так они с нами вместе кутили и каждое слово его подтверждали только смеялись очень громко, теперь то я понимаю почему они так веселил торговле, я и согласилась. У меня дядя лавку держит в деревни и там я, научилась торговать всем чем угодно. Пару коней успела продать, тут жандармы и взяли меня со второй парой коней. Деньги за проданных коней забрали жандармы" Парень подтвердил её слова и просил прощение у неё на суде. На суду статью перевели за бродяжничество и отпустили, такой запасной вариант часто практиковался в российском законодательстве.

   На радостях оказавшись на свежем воздухе, она помчалась к родителям,муженёк из головы вылетел моментально, предки ни сном ни духом не ведали о беде случившийся с дочерью, по мимо неё в доме жили ещё три дочери младше неё. Но её отсутствие дома сильной, здоровой работящей дочери сказалась на плачевном состоянии семьи. Полная сил соскучившись по настоящей работе, она взвалила на свои плечи всю домашнюю работу, пошла жать в поля летала как на крыльях собирая хлеб в снопы, а по осени больше всех перемалывала цепями пшеницу, отец с матерью нарадоваться не могли любуясь дочерью и старались ей помогать в силу своих возможностей. А когда наступила зима,и напряжение в труде схлынуло, она вдруг так затосковала о своём охраннике, что все зимние сны только и были о Терентии, да и полтора года внимания с его стороны и игривое общение с ним перешедшие не заметно на лирику:"Здравствуй моя жёнушка", а она со смехом:"Здравствуй муженёк", оставили в душе свой отпечаток.

  Именно Терентий помог найти среди множество арестованных того парня, имени которого не знала, но хорошо запомнила внешность и особенно название деревни, где находились белоснежные кони. Его никто и не искал на воле, жандармы работали по принципу: поймали на месте преступления хорошо, не поймали, потом поймаем никуда не денется, удалось преступление на этом не остановится и совершит следующие, безнаказанность развязывает руки любому человеку,а у жандармов есть и поважнее дела, чем какое-то там конокрадство имеющее массовое явление на российских просторах.У парня было красивое лицо но когда -то в лихой молодости в дикой драке перебили так ему переносицу, что на месте изящного носа осталось красная яма с одними ноздрями.А название деревни невольно само запоминалось и полдеревни ходило под весёлой фамилией:Дураково.По таким приметам он и был найден Терентием среди озлобленных людей. Уже сама по себе такая помощь говорила многое о чувствах Терентия, дикое бесшабашное прошлое с неопределёнными чувствами вдруг вспомнилось ею в зимние вечера за вязанием. И затосковала так что белый свет не мил стал. После долгого мучительного сомнения: "Да", "Нет", "А, вдруг позабыл?" Решила ехать прямо на Новый год и разодеться в самое лучшее и нарядное как Снегурочка, а там на месте и разобраться с "муженьком". Терентий оказался дома, у него был выходной день при виде её счастлив был бесконечно. Свадьба прошла шумно, весело, и пошли детишки один за другим.

   Историю своей семьи, как родители встретились, дети знали наизусть, они любили за праздничным столом её вспоминать, а вот переезд на новое место и почему переехали они умалчивали, единственные слова ими повторялись часто: "если знали, что так будет здесь хорошо раньше бы переехали", и ещё мама добавляла: "спасибо вашему дяди за совет".

   Брат отца в честь которого и назвали Терентия, приехал с первыми переселенцами совсем по другому поводу в отличии от тех кого нужда заставила переехать на Урал.А с братом отца произошла скверная история, Терентий часто ездил на заработки в город и оттого приезжал домой в разное время. И вот в такое неожиданное время для его жены, он естественно с подарками вошёл в дом, и обомлел от увиденного: жена пьяная в хлам в постели с самым грязным местным алкоголиком, которого знали все местные собаки куда он лез, чтобы поживится чем-нибудь для продажи краденного за бутылку самогона. Тут же сидели за столом два его брата и хлестали самогон при виде Терентия стали ещё и ему предлагать с ними выпить.Терентий молча прошел к комоду взял свои документы вышел из дому, и не оглядываясь ни разу назад пошёл туда куда глаза глядят.Мимо него,ни раньше ни позже как будто судьба подкараулила его и перенаправила в нужное русло, проезжали обозы с переселенцами своим ходом, семью Барановичей знал больше по наслышке,Степан Баранович чудил распевая такие частушки, которые моментально подхватывал народ и распевались по разным деревням, слышал что у них дом сгорел и не только у них, горело в тех местах, где жили самые бедные люди.Степан посадил его на свою телегу прекрасно видя что человек не в себе и у мужика горе случилось, и так заговорил Терентия,что он сам не заметил как согласился ехать с ними на Урал, через четыре года дошло письмо от дяди с сообщением: "жить тут можно, и работы непочатый край". А когда приехал к к дяди, привёз известия о покинутой им семье:"Сыновья ушли в армию, оба, сама живёт чёрт знает с кем,скотину пропили.Пропала баба от бутылки самогона не оторвать, прямо из горла пьёт сам видел, и как в неё столько самогону лезет не понимаю. Всех наших любителей переплюнула". А Терентий жил с другой женщиной красивая, ладная моложе его на двадцать лет, единственный недостаток как считали другие но только не он, глухонемой была, а двое детей уже лепетали хорошо.Во время революции в 1917 году уехал в город, на базар со своим товаром, и больше никто и никогда его не видел. На новом месте сумел организовать собственное изготовление глиняных игрушек, там тебе и свистульки в виде птиц, зверей и смешных человечков расписанными яркими цветами, и не большие вазочки с замысловатыми изгибами раскупались на базаре хорошо и детям радость и прибыль в доме.После его исчезновения, жена продолжила его дело, конечно не с таким размахом как при нём, она больше сделала упор на качество, но изделия плохо стали покупаться приходилось чаще обменивать товар на товар, деньги ничего не стоили, а золотой империал исчез из оборота и осел в тайниках молчаливых людей, новые деньги были такими необычными и смешными,и когда на бумажные деньги в размере три на два сантиметра попадала вода они просто исчезали на глазах превращаясь в маленькие комочки грязи, народ просто зверел смотря на такое надувательство,и всё равно брали чисто из любопытство,чтобы и другим показать "фокус"с исчезновением, и лишних раз посмеяться над новой страной давшей всем свободу действия,одним махом списали всему народу долги царские, купеческие, банковские, отчего у многих аж голова закружилась и почему то не строить, а грабить начали на радостях, мародёрствуя чаще в больших городах,где все друг друга мало знают, а в большинстве своём не знают даже тех кто живет в соседнем доме не говоря уж о других улицах, и где так легко спрятаться от кого угодно, чего не скажешь о деревнях которая на радостях стала строиться на сруб брали добротный лес в возрасте не менее ста лет и более о котором они и мечтать не могли до революции в большинстве своём уходивший за рубеж, кое где конечно пожгли дома и хозяйственные постройки помещиков но только там, где помещики грабили крестьян беспощадно и в такую загоняли кабалу, что бедный крестьянин вперёд на сто лет должен был отрабатывать долг в который умышленно загоняли помещики, давали в долг один мешок зерна а отдавать приходилось десять мешков того же зерна, не уродилось зерно значит будешь отрабатывать на полях на сотнях гектаров покоса и так было по всей стране куда дотягивалась рука помещика, с той только разницей где-то кабала была ни так явно мародёрская, а прикрытая банковскими займами и прочими банковскими ухищрениями на которых так мастерски умели зарабатывать ни только сами помещики, но и банкиры предоставляющие помещение и служащих для оболванивания клиента.