Аня Солнечная
Пушистики: Разноцветные дождики

Посвящается моим любимым детям

Начинало смеркаться. Нежные ярко-красные и темно-лиловые тюльпаны отряхивали капли дождя, только недавно пробежавшего мимо Сиреневой Долины. Мелкие зверюшки и букашки даже не думали прятаться от непогоды, так как знали – если птичка Мира-Мира поет свои песни, значит дождик надолго не задержится.

То лето, про которое я расскажу, было вообще на редкость дождливым. И стоило кому-нибудь насобирать грибов в Дальнем Лесу, так на следующее утро вырастали новые, маленькие и аппетитные. На грядках появлялись огурцы, тыквы и кабачки немыслимых размеров. И этому можно было бы порадоваться, ведь не нужно было тратить время и силы на полив. Но нет. Даже самые веселые огородники – садовники считали, что это ужасно и так больше продолжаться не может, и что лето должно быть жарким и солнечным, а уж они – то как-нибудь переживут и потаскают по нескольку ведерок в день.

Самое страшное, что и настроение жителей Сиреневой Долины было сырым и грустным. Вместо того чтобы приобрести по паре новых водных лыж, все стремились купить еще один зонтик или дождевик на случай, если их любимый сломается или потеряется.

И было еще одно «но» в этой странной истории. Дело в том, что дождики были цветными. Вы скажете, что за глупость. Вода вообще бесцветная, а хорошая лужа – так просто прелесть, особенно для того, у кого есть резиновые сапоги, да еще пара сухих носков дома. Но это было далеко не так весело, как может показаться на первый взгляд. С утра в понедельник по окнам тарабанил розовый дождик, который оставлял пляшущие кляксы на всем, чего он касался. Разумеется, на черном невозможно было оставить розовую кляксу. Зато на белых шторах, резных деревянных скамейках и на гамаке в саду – конечно же, можно. Итак, когда дождик заканчивался, лужи были наполнены розовой водой, как будто кто-то выкупал в них кисточку с гуашью. Вечером того же дня мог пройти зеленый или еще того хуже синий дождик, который тоже оставлял следы на всем, чего касался.

Так и приходилось жителям Сиреневой Долины, хотя шутя они теперь называли себя Долиной Разноцветных Клякс, покупать черные вещи, потому что их невозможно было испортить никаким дождиком. И постепенно настроение у всех стало портиться.

Дождик нежно-голубого цвета закончился, к счастью, очень быстро, и Пуши-мама поспешила вынести постельное белье сушиться на улицу. Вообще-то она не любила, чтобы все проходящие мимо разглядывали ее вещи, но из-за постоянных дождей в доме было сыро, а камин Пуши-папа обещался починить еще несколько недель назад, но все как-то забывал. Он работал парикмахером в лавке в центре городка, и пользовался большой популярностью у жительниц, так как в то лето у одних дам из-за дождей очень быстро росла шевелюра, а других приходилось постоянно перекрашивать.

Мама хорошенько встряхнула простынь с кровати одного из братьев-близнецов и собиралась потянуться к веревке, как вдруг под ее ногой что-то истошно пискнуло, отчего Пуши-мама чуть не упала. Поскольку в Сиреневой Долине живет очень много разных существ разных размеров (о них я расскажу вам в следующий раз), то мама испугалась, что могла нечаянно наступить на одного из своих многочисленных соседей, не разглядев его в траве. Но больше никто не издал ни единого звука.

Мама бросила простынь в тазик с бельем и наклонилась, чтобы получше рассмотреть пищащий предмет. К ее удивлению, это была ярко-оранжевая резиновая лягушка, вся в голубых пятнах от дождя. Этой лягушкой любила играть Тата, маленькая пушистя, мамина младшая дочка. Кто бросил здесь несчастную игрушку, было понятно. Пугать маму до смерти никто не собирался. Но где же сама Тата, ведь Пуши-мама была уверена, что она сидит в своей комнате на втором этаже и рисует очередных Пуши-принцесс, квадратных с длинными лапами.

– Тата! – мама была очень обеспокоена тем, куда подевался младший ребенок.

Но дочка не откликнулась. Мама подняла несчастного лягушонка.

В Сиреневой Долине темнело очень быстро, и чтобы скорее найти Тату, мама полезла в ее излюбленное место – шалаш, который ей смастерили братья, чтобы она не мешалась под ногами, когда они были заняты «своими очень важными делами».

В глубине сада, под старой вишней, которую посадил еще дедушка Пуши-мамы, стоял шалаш. И в темноте проема было видно кусочек белой шерсти.

– Вот ты где, маленькая проказница, – серьезно произнесла мама и заглянула внутрь. Но, увы, и там было пусто. На полу валялись только кусочки миндального пирожного, фантик и платье одной из Татиных кукол.

Побродив еще минут пять по саду, Пуши-мама вернулась в дом и поднялась наверх, в детскую. Тата сидела на полу в темноте и плакала.

– Что случилось, моя принцесса? – с тревогой в голосе произнесла мама.

– Мама, я потеряла Ди-Ди! Мы вместе ходили играть в шалаш. Мы там сидели и кушали, а потом этот противный червяк так напугал меня… Он как свалится мне на голову, как начнет там шевелиться… Как думаешь, он хотел меня съесть?

– Я думаю, что он тоже испугался. Даже хуже, чем ты. И вовсе он не собирался тебя есть, – мама погладила дочку по шерстке и прижала к себе.

– А потом я побежала, но от страха забыла, куда надо бежать. И побежала куда попало. И… Наконец увидела наш дом и вернулась. Но я очень долго бегала под дождем и намочила лапы, – Тата виновато хныкнула. – Ты не будешь на меня ругаться?

Мама и не думала ругаться. Она с сожалением посмотрела на дочку и в темноте разглядела несколько больших пятнен на нежной белой шерстке, бантики намокли и повисли, а на лапки было страшно смотреть – в темноте они казались коричневыми.

– Я нашла Ди-Ди, – серьезно сказала Пуши-мама. – Он гулял один в саду и сильно испачкался. Пойдем, искупаем его! Я сделаю вам ванну с абрикосовой пеной.

Тата кивнула и прижала лягушонка к груди.

Мама отправилась готовить дочке ванну, надеясь, что пятна, которые она только что видела, смоются, отпарятся, ототрутся, в общем, сойдут, если их как следует потереть. Но выйдя в коридор, она поняла, что пострадала не только дочка, но и она сама. От длительных прогулок по сырому саду и лазанью под деревьями, мама сама приобрела вид переливающегося голубого облачка. Но она не спешила паниковать. Ведь мамы не должны паниковать в сложных ситуациях, это правило всех мам во всем мире, несмотря на то, сказочный ли он или всамделишный.

В ванной, перед большим зеркалом Пуши-мама чуть не разрыдалась. Ее белая нежная шерстка была совершенно испорчена. Ведь если не покрасить ее, то придется ходить в таком виде до первого зимнего дня, когда все пушистики меняют мех. В этот день они собираются в гостиной, убирают ковер и сдвигают мебель, и Пуши-папа большой длинной расческой причесывает всех по очереди, пока старая шерстка не останется на полу огромной периной. Из нее потом можно сделать подушки или одеяла, если хорошенько промыть и просушить.

Мама взяла самое едкое средство, которым обычно мыли папину Пуши-машину, самую жесткую губку, и, капнув капельку на лапу, принялась активно тереть маленькое пятно под струей воды. Но, к сожалению, оно слегка потускнело, только и всего.

Крупные мамины слезы катились в ванную, пока маленькая Тата весело щебетала с лягушонком, нахлобучивая шапку из пены себе на голову.

– Мамочка, сделай мне крылышки из пены, чтобы я была похожа на ангелка, – сказала она, подвигаясь к матери. – А почему ты плачешь?

– Ну… я теперь такая…синяя. Мне совсем не идет этот цвет, вот я и расстроилась. Я теперь больше похожа на баклажан или сливу.

– Сливы лысые, а у тебя осталось еще достаточно шерсти, так что расстраиваться пока рано.

Пуши-мама улыбнулась. Действительно, если бы она при этом еще и облысела, было бы куда хуже. Тате нравился тот цвет, который она получила, гуляя под дождиком. Ни одна пушистя ее возраста не могла похвастаться нежно-голубой шерсткой. Оставалось только ждать, пока вернется с работы Пуши-папа и надеяться, что он сможет придумать что-нибудь.

* * *

Дети давно разошлись по комнатам, а взрослые пушистики все еще сидели в гостиной. Папа глядел на маму, а мама глядела на красную клетчатую скатерть. Переживать было из-за чего. Нежно-голубой цвет, который приобрела мамина шерсть после нескольких промывок, было сложно чем-то закрасить. Но в таком виде оставаться было нельзя.

– Я могу тебя покрасить вишневым, или скажем, шоколадным, – ласково сказал папа, поглаживая маму по голове. – Это будет очень красиво, и необычно. А потом, это же не навсегда.

– Мне кажется, что я буду уже не я. И не испугаются ли дети, если я появлюсь в таком виде. Особенно, маленькая Тата. Она так любит делать мне косички и хвостики, и всегда говорит, что у меня самая красивая и мягкая беленькая шерстка из всех, – мама стерла слезинку.

– Я придумал. Я сделаю тебя рыжей, как весеннее солнышко, теплое и ласковое… если ты, конечно, согласишься. Зато это будет очень оригинально. Я не знаю ни одного пушистика рыжего цвета. Ты станешь знаменитой, красавица моя, – он улыбнулся и поцеловал маму в щеку.

* * *

В это время в комнате близнецов шла оживленная беседа о том, как теперь помочь маме, ведь она была так расстроена.

– Она даже плакала, а я за последнее время этого не видел. И даже когда она поранила лапу об оконное стекло. А это очень больно, уж я-то знаю, – сказал Тим.

– Мама плакала последний раз тогда, когда мы с тобой ушли на речку, помнишь, а потом решили сходить в кино и задержались чуть ли не до середины ночи. Ну и попало нам тогда от папы! Мне кажется, что это все из-за этих ужасных пятен, которых они с Татой где-то нахватались, – прошептал Том.

– Вот именно «где»! Детский лепет! Они всего лишь попали под дождь. Помнишь, что случилось с нашими великами после красного дождя?

– Да помню я! И вообще, не только мы страдаем от этого вопиющего безобразия, надо эту несправедливость во что бы то ни стало прекратить, – Том был всегда горд тем, что похож на папу, поэтому старался ему во всем подражать, особенно, говоря всякие «взрослые умные словечки».

– Как же мы можем прекратить то, что задумано природой? Дождики никто не делает специально, они просто идут и все, – Тим знал, что он похож на папу, ведь они с Томом были братьями – близнецами, но старался вести себя так, как ведут себя пушистики его возраста и поменьше умничать.

– Интересно получается, – начал рассуждать Том, – раньше ничего подобного не случалось, никогда. Ну, в мою бытность, я имею ввиду…

Тим закатил глаза и оперся щекой на лапу.

– Но вдруг, этим летом, началась страшная неразбериха. Сначала было смешно и радостно, а потом все поняли, что это не так уж весело, а даже прискорбно! – закончив речь, он важно замолчал.

Стояла тишина. За окнами стрекотали ночные цикады, а в гостиной о чем-то разговаривали взрослые, но что они говорили, было невозможно разобрать.

– Нам нужно организовать исследовательскую экспедицию, – торжественным тоном произнес Том.

– Что? Ты можешь нормально говорить, без этих там своих… речей?

– Надо выяснить, откуда взялись разноцветные дождики. Ведь это все не просто так, я уверен. Главное, завтра уговорить маму, чтобы она нас отпустила на несколько дней одних немного поразведывать окрестности. В поход. Только вряд ли она согласиться…

– А где валяются наши дождевики? Не хочешь же ты потом ходить разноцветными чудиками, как мама и Тата!

И близнецы принялись обсуждать план исследования разноцветных дождиков, и, главное, что сказать маме, чтобы она не переживала сильно.

* * *

На утро все дети дружно побежали в комнату родителей, чтобы сказать маме «доброе утро» и расцеловать ее в пушистые щечки, как обычно. Но в кровати Пуши-мамы не было, а около окна стояло золотое облачко и расчесывалось. Пушистики застыли в изумлении, так как от облачка исходило потрясающий волшебный блеск, а вся комната наполнилась ароматом ягод и сладкого пирога. И тут облачко обернулось. Это была Пуши-мама, без ужасных голубых пятен, с золотой искрящейся шерсткой.

– Доброе утро, мои сладкие, – сказала мама и протянула лапы, чтобы обнять Тату, которая уже подбежала и уткнулась носом маме в живот.

– Ты такая… красивая, просто преееелеесть, – залепетала она. – Теперь ты еще красивее, чем была раньше. Это папа покрасил тебя так? Почему же ты раньше так не делала?

– Не знаю, – улыбаясь, произнесла мама. – Боялась, что не понравлюсь вам. Но с синими пятнами дальше оставаться было нельзя. Вот мы и решили сделать из меня… Солнечного зайчика.

Все отправились на кухню, чтобы выпить горячего шоколада с жареными хлебцами. Братья – близнецы всю дорогу переглядывались, не зная, как лучше начать разговор про «экспедицию», но мама поняла все без слов, она была действительно замечательной мамой.

– Что вы придумали, мои изобретатели? Опять что-нибудь очень интересное?

Тим толкнул Тома лапой под столом, чтобы тот все рассказал маме, так как в отношении речей был куда искуснее брата. И взрослые всегда считали, что с ним можно разговаривать на равных.

– Мы собираемся исследовать происхождение разноцветных осадков в нашей области, – выпучив глаза от натуги, произнес Том на одном дыхании, чтобы мамин суровый взгляд не смог остановить его на полуслове.

– Вот как, – Пуши-мама погладила сына по голове. – И как же вы собираетесь это делать?

– Пока еще не знаем. Нужно понять, откуда появляется цветная туча, и куда она уходит после того, как выльется. Сперва надо поставить на крышу флюгер, чтобы выяснить, откуда дует ветер. Ведь туча приходит, потому что ее пригоняет ветер, верно?

– Конечно, верно. Но как же вы собираетесь прикрепить флюгер, если Пуши-папа на работе, а я, как вам известно, не разрешаю проводить ваши операции на крыше в одиночестве.

– Ну, мам. Мы не собираемся ставить флюгер на нашу крышу, – улыбнувшись, заявил Тим. – Мы хотим сходить на кондитерскую фабрику Дяди Улея, ведь там есть большая башня, из которой торчит флаг. А в крыше есть небольшая дырка, чтобы можно было снимать флаг, так что лезть никуда не надо. Если нам позволят, мы установим флюгер там, ведь на флаг без слез не взглянешь. Весь пятнами.

– Это и правда хорошая мысль. Тем более что башня гораздо выше любого здания города. И Дядя Улей вам поможет. Надо только попросить папу предупредить его. Сейчас я позвоню ему, – и Пуши-мама вышла из комнаты.

Пока мамы не было, Тата стала лезть к Тому, чтобы они взяли ее с собой. Она начала с подлизываний, сюсюканий, поцелуев, упрашиваний. Когда это не помогло, в ход пошел мелкий шантаж, угрозы, тихое поскуливание и плач, так что когда вернулась мама, Тата была на грани истерики. Но Пуши-мама сразу все поняла, она не собиралась просить сыновей взять маленькую пушистю с собой, потому что она стала бы им мешаться. Вместо этого она предложила ей куда более интересное занятие – нарядиться феями дождя и пойти искать дом разноцветных тучек. Тата захихикала и захлопала в ладоши, а братьям показала язык. Так то!

* * *

Ребята без труда на велосипедах добрались до окраины города, где располагалась кондитерская фабрика Дяди Улея. Это было очень большое здание с множеством пристроек, которые появились намного позже. Дело в том, что здесь раньше хозяин всей Сиреневой Долины, поэтому ему и полагалось иметь такой огромный замок. Так по крайней мере всем говорил Дядя Улей. Но потом хозяин куда-то пропал, и здание долгое время пустовало. Через несколько лет В Сиреневую Долину переехал Дядя Улей, и туда привезли все нужное оборудование и стали делать «Медовые ледышки» – самые вкусные карамельки на всю округу. Вы никогда не пробовали ни одной конфеты, похожей на эту. И если бы попробовали, то вряд ли согласились есть те, что кушаете сейчас. Ну, по крайней мере, не считали бы прежние конфеты такими уж вкусными.

Дядя Улей очень быстро разбогател, ведь раньше он делал свои конфеты для забавы на собственной кухне. А на жизнь зарабатывал, собирая мед на собственной пасеке. Тогда-то он решил придумать еще очень много всяких рецептов сладостей, и даже ездил на конференцию кондитеров в Персиковое Королевство. Так как почти все жители Сиреневой Долины любили полакомиться, то сладости разлетались очень быстро. Скоро открылась кофейня, и каждый мог с утра перед работой или в течение дня забежать на чашечку кофе или чая с самыми свежими пирожными. О, если б вы видели, какие красивые «Сладкие Дни Рождения» устраивал Дядя Улей для детишек Долины. В этот вечер абсолютно все были счастливы, так как могли покататься на Карамельном поезде, который следовал по всей территории фабрики с остановками, на которых дети могли попробовать все, что делают кондитеры. А напоследок каждый уносил маленькую копию главной башни с флагом, сделанную из жженого сахара, мармелада или шоколада. Но такой праздник бывал всего раз в году. Так что все дети ждали этого дня, как девочки и мальчики ждут своего Дня Рожденья или Нового Года.

* * *

Пушистики очень быстро добрались до фабрики и побежали в главное здание, где на третьем этаже располагался кабинет Дяди Улея. Но, к сожалению, там было заперто. Тогда близнецы решили направиться сразу к башне, а по дороге узнать, где может находиться хозяин Сладкого Замка.

Дядя Улей уже ждал их наверху башни. Да, надо сказать еще об одной немаловажной вещи. Дядя Улей умел летать. Крылья у него были огромные, золотые, а на солнце они могли отливать всеми цветами радуги, как огромный драгоценный камень. Скажем по правде, крыльями Дядя Улей пользовался очень редко, так как это производило много шуму и нагоняло страх на окружающих. Но в погожие деньки он был не прочь погоняться с ветром около Солнечных Холмов. Так что когда близнецы – пушистики подбежали к башне, Дядя Улей парил над ней, пытаясь изо всех сил открепить флаг.

– Привет, – прокричал он, впиваясь четырьмя парами ножек в несчастный кусок материи.

– Дядюшка У, а что вы там делаете? Спускайтесь к нам. Может, вместе мы сможем его снять! – прокричал Тим.

– В том то и дело, дружжжочек, что я уже полчаса пытаюсь его открепить, но он прицепился, как приклеенный! Ничего у меня не выходит, – и Дядя Улей, тяжело дыша, спустился на верхнюю площадку башни. – Давайте-ка сюда свой флюгер, я попробую прикрепить его так.

Том протянул в первую пару цепких лапок Дяди Улея флюгер в виде летящей кометы с огромным хвостом, и на крыше послышалось недовольное жужжание:

– Он у вас весит тонну, что ли? Как же вы его привезли сюда? Удивительно тяжжжелая штуковина!

Закипела работа. Пушистики то и дело подавали дядюшке инструменты, которые валялись на полу, а дядюшка все время сердился и ворчал, так как он был вообще не прочь поворчать, даже если повода особого не было. За это многие работники фабрики его недолюбливали и боялись встречи с ним.

Через полчаса Дядя Улей спустился с крыши, пыхтя и почесываясь.

– Вот уж доставили вы мне хлопот! Я думал, это займет у нас пару минут, не больше. Ну, глядите у меня, если ваша штуковина не поможет нам разобраться в этой дурацкой истории.

Близнецы притихли, не зная, как отвлечь дядюшку от его нравоучений, как вдруг небо стало темнеть, затем с горизонта медленно поползла бордовая туча, постепенно заволакивая все вокруг.

– Скорее! Надо успеть добежать до моего кабинета, пока не пойдет дождь! – закричал Дядя Улей, и все бросились по винтовой лестнице на улицу, затем через огромный двор к главному зданию.

Войдя в кабинет, все мигом приникли к окнам, чтобы посмотреть, куда показывает флюгер. Тогда причину разноцветных дождиков стоило бы искать там, откуда дул ветер, и откуда пришла туча. Но к удивлению всех, туча шла с совершенно другой стороны. Более того, она шла против ветра. И чем ближе она подходила к Сиреневой Долине, тем быстрее она неслась по небу.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.